Йонас Басанавичюс: Отец литовской нации

Введение

Литовский врач и активист

Йонас Басанавичус (Jan Basanowicz; 23 ноября 1851 – 16 февраля 1927) был активистом и сторонником Литовского национального возрождения. Он принимал участие во всех ключевых событиях, приведших к созданию независимого литовского государства, и за свой вклад ему часто неофициально присваивают почетный титул «Патриарх нации». Родившийся в семье фермеров, Басанавичус должен был стать священником, но вместо этого поступил в Московскую медицинскую академию изучать медицину. С 1880 по 1905 год он работал врачом в Болгарском княжестве. Несмотря на значительное расстояние, он посвятил много сил литовскому культурному делу. Он основал первую газету на литовском языке «Аушра» (1883), публиковал статьи о Литве в прессе, собирал образцы литовского фольклора (песни, сказки, легенды, загадки и т. д.) и издавал их. Он также участвовал в местной болгарской политике. В 1905 году он вернулся в Литву и немедленно включился в литовскую культурную жизнь. Он стал председателем организационного комитета Великого сейма Вильнюса 1905 года. В 1907 году он основал Литовское научное общество – ученое общество, посвященное истории, этнографии и лингвистике Литвы. Басанавичус стал председателем общества и посвятил остаток своей жизни его деятельности. В 1917 году он был избран Вильнюсской конференцией в Совет Литвы. Он председательствовал на заседании Совета, принявшем Акт о независимости Литвы 16 февраля 1918 года, и первым его подписал. После Первой мировой войны Вильнюс несколько раз переходил из рук в руки и менял режимы, но Басанавичус отказался покидать город, оберегая его музеи, библиотеки и архивы и продолжая свои исследования в области литовской культуры. После мятежа Желиговского в октябре 1920 года Вильнюс вошел в состав Польши, а литовская деятельность подверглась цензуре и ограничениям. Постоянное присутствие Басанавичуса в городе стало символом литовских притязаний на спорную Вильнюсскую область. Когда он умер в 1927 году, литовское правительство объявило пятидневный траур.

Jonas Basanavičius (, Jan Basanowicz; 23 November 1851 – 16 February 1927) was an activist and proponent of the Lithuanian National Revival. He participated in every major event leading to the independent Lithuanian state and is often given the informal honorific title of the "Patriarch of the Nation" for his contributions. Born to a family of farmers, Basanavičius was to become a priest but instead chose to study medicine at the Moscow Medical Academy. He worked as a doctor from 1880 to 1905 in the Principality of Bulgaria. Despite the long distance, he dedicated substantial effort to the Lithuanian cultural work. He founded the first Lithuanian language newspaper Aušra (1883), contributed articles on Lithuania to the press, collected samples of Lithuanian folklore (songs, fairy tales, legends, riddles, etc.) and published them. He was also involved with local Bulgarian politics. He returned to Lithuania in 1905 and immediately joined Lithuanian cultural life. He became chairman of the organizing committee of the 1905 Great Seimas of Vilnius. In 1907, he founded the Lithuanian Scientific Society, a learned society dedicated to Lithuanian history, ethnography, linguistics. Basanavičius became chairman of the society and dedicated the rest of his life to its affairs. In 1917, he was elected by the Vilnius Conference to the Council of Lithuania. He chaired the council's session that adopted the Act of Independence of Lithuania on 16 February 1918 and was the first to sign it. In the aftermath of World War I, Vilnius changed hands and regimes several times, but Basanavičius refused to leave, safeguarding the city's museums, libraries and archives, and continuing his lifelong research of Lithuanian cultural matters. After Żeligowski's Mutiny in October 1920, Vilnius became part of Poland and Lithuanian activities were censored and limited. Basanavičius' continued presence in the city became a symbol of Lithuanian claims to the bitterly contested Vilnius Region. When he died in 1927, the Lithuanian government declared a five day mourning period.

Ранние годы и образование

Басанавичус родился в деревне Ожкабаляй (Ошкоболе) в Августовской губернии Конгрессной Польши, находившейся в вассальной зависимости от Российской империи, в семье литовских крестьян. Его младший брат Винцас родился в 1861 году; другие дети умерли в младенчестве. Осложнения при родах побудили его набожных католиков родителей молиться и дать обет воспитать первенца священником. Верные своему обещанию, родители наняли деревенского учителя для обучения местных детей. Там Басанавичус научился основам чтения, письма и арифметики, а также служил в алтаре. Затем он посещал начальную школу в Лукшиях. В то время польский язык считался более престижным языком дворянства и образованных людей. Русский язык использовался в государственном управлении, а литовский – среди крестьян. После восстания 1863 года царские власти провели ряд русификаторских мероприятий, чтобы ослабить влияние польского языка и культуры. Одной из таких мер стало предоставление Басанавичусу возможности учиться в Мариямпольской гимназии. До восстания сыну литовца было бы крайне сложно поступить в учебное заведение, предназначенное для польской знати. Басанавичус не смог сдать вступительные экзамены в 1865 году, но успешно сдал их год спустя. Любовь к литовскому языку, культуре и истории Басанавичус воспитывали местные городища и родители, щедро делившиеся сокровищами местных песен, легенд и рассказов. Эта любовь росла и углублялась в гимназии, где Басанавичус познакомился с классическими авторами литовской истории (Мачеем Стрийковским, Александром Гваньини, Яном Длугошем, Марцином Кромером), изучал литовский фольклор, читал классическую поэзию – «Времена года» Кристийонаса Донелайтиса, «Конрада Валленрода» Адама Мицкевича, «Маргиера» Владислава Сырокомли и исторические романы Юзефа Игнация Крашевского. В 1883 году он писал в «Аушре»: «Но кто, спрашиваем мы, сочинил все эти песни о прошлом Литвы, прославившие имя польской поэзии в Европе? Ответ прост: литовцы! Адамас Мицкевич, Л. Кондратавичюс, Я. И. Крашевский, Т. Ленартавичюс, Коткис (Чоджко), Адинчус (Одинец), Асникис и многие другие, менее известные барды, носили литовские фамилии, были литовцами, происходили из Литвы, и в их жилах текла литовская кровь. Если они писали о прошлом любимой Литвы не на литовском языке, то виновато польское влияние на литовские дела». Он отошел от религии после прочтения критического эссе Эрнеста Ренана «Жизнь Иисуса». После окончания гимназии в 1873 году ему удалось убедить родителей разрешить ему поступить в Московский университет, а не в Сейненскую духовную семинарию. Басанавичус отправился в Москву сначала для изучения истории и филологии, но после двух семестров перевелся в Московскую медико-хирургическую академию. И здесь ему помогла политика русификации, проводимая после восстания. Он получил одну из десяти стипендий (360 рублей в год), учрежденных для литовских студентов из Конгрессной Польши. Он также подрабатывал частными уроками, но условия жизни были тяжелыми, что негативно сказалось на его здоровье. Басанавичус активно участвовал в студенческой жизни, следил за событиями в Литве и продолжал изучать литовское наследие. Собирая материалы в Румянцевской и университетских библиотеках, он надеялся написать исследование о великом князе Кястутисе. Летом он обычно возвращался в Литву, собирая народные песни, сказки и загадки.

Basanavičius was born in the village of Ožkabaliai (Oszkobole) in the Augustów Governorate of Congress Poland, a client state of the Russian Empire, to a family of Lithuanian farmers. His younger brother Vincas was born in 1861; other children died in childhood. Birth complications prompted his parents, devout Catholics, to pray and promise that they would educate their firstborn to be a priest. Keeping up with the promise, the parents supported a village tutor for local children. There Basanavičius learned basic reading, writing, and arithmetic as well as serving the altar. He further attended an elementary school in Lukšiai. During that time Polish was regarded as the more prestigious language of the nobility and well educated people. Russian was used in state administration, while Lithuanian was used among the peasants. After the Uprising of 1863, Tsarist authorities implemented various Russification policies in an attempt to reduce the influence of Polish language and culture. One of such policies allowed Basanavičius to attend Marijampolė Gymnasium. Before the uprising, a son of a Lithuanian could hardly expect to be admitted to a school catering to Polish nobility. Basanavičius failed his first entrance examinations in 1865, but succeeded a year later. Basanavičius developed appreciation for the Lithuanian language, culture, and history from local hill forts and his parents, who provided a loving treasure of local songs, legends, stories. This appreciation grew and deepened at the gymnasium where Basanavičius got acquainted with classical authors of Lithuanian history (Maciej Stryjkowski, Alexander Guagnini, Jan Długosz, Marcin Kromer), studied Lithuanian folk songs, read classical poems The Seasons by Kristijonas Donelaitis, Konrad Wallenrod by Adam Mickiewicz, Margier by Władysław Syrokomla, and historical fiction by Józef Ignacy Kraszewski. In 1883, he wrote in Aušra:But who, we ask, composed all these songs about Lithuania's past, which made famous the name of Polish poetry in Europe? The answer is short: Lithuanians! Adomas Mickevičius, L. Kondratavičius, J. I. Kraševskis, T. Lenartavičius, Kotkis (Chodźko), Adinčius (Odyniec), Asnikis and many other lesser bards had Lithuanian surnames, are Lithuanians, come from Lithuania and Lithuanian blood is pulsating through their veins. If they wrote about the past of their loved Lithuania in a non Lithuanian language, the Polish influence in Lithuanian affairs is to blame. He drifted away from religion after reading a critical essay of Life of Jesus by Ernest Renan. Upon graduation in 1873, he managed to persuade his parents to allow him to attend Moscow University and not to send him to the Sejny Priest Seminary. Basanavičius traveled to Moscow first to study history and philology, but after two semesters he transferred to the Moscow Medical Academy. Again, he benefited from the post uprising Russification policies. He received one of ten fellowships (360 rubles annually) established for Lithuanian students from Congress Poland. He also supplemented his income by taking up private tutoring, but the living conditions were harsh and that had a lasting impact on his health. Basanavičius actively participated in student affairs, followed developments in Lithuania, and continued his studies of Lithuanian heritage. Collecting data from Rumyantsev and university libraries, he hoped to write a study on Grand Duke Kęstutis. He usually spent his summers in Lithuania, collecting folk songs, fairytales, riddles.

Медицинская карьера в Болгарии

После окончания учебы весной 1879 года Басанавичюс вернулся в Литву и принимал несколько пациентов в Ожкябаляй, Вилкавишкисе и Алексотасе. В октябре 1879 года он вернулся в Москву, надеясь открыть частную практику, но вскоре принял выгодное предложение от Княжества Болгарии – возглавить больницу в Лом-Паланке, городе с населением около 8000 человек. По прибытии в конце января 1880 года он обнаружил ветхую больницу, размещенную в бывшем отеле, и энергично принялся за строительство нового здания, организацию амбулаторного обслуживания и борьбу с представлением о больнице как о месте, где умирают, а не выздоравливают. В 1880 году в больнице находилось 522 стационарных и 1144 амбулаторных пациента, по сравнению с 19 пациентами в 1879 году. Работа хорошо оплачивалась, расходы были невелики, поэтому он смог быстро погасить долги и накопить сбережения. Басанавичюс также писал медицинские исследовательские статьи, либеральные политические статьи в поддержку болгарского политика Петко Каравелова и культурные статьи для прусской литовской прессы, включая Tilžės Keleivis и Lietuwißka Ceitunga, а также академический журнал Mitteilungen der Litauischen literarischen Gesellschaft. Однако эти издания находились под слишком сильным контролем Германии и не удовлетворяли растущие потребности литовских активистов. Басанавичюс задумался о создании подлинно литовской газеты. После убийства царя Александра II в марте 1881 года болгарский князь Александр Баттенберг предпринял попытку подавить либеральных политиков. Опасаясь преследований, Басанавичюс покинул Болгарию в мае 1882 года. Он путешествовал несколько месяцев, посещая Белград, Вену, Литву, прежде чем обосноваться в Праге в декабре 1882 года. Там он организовал издание Aušra, первой газеты на литовском языке. Первый номер вышел в марте 1883 года и часто считается началом Литовского национального возрождения. Басанавичюс руководил редакционной политикой, а Юргис Микшас занимался печатью в Рагните в Восточной Пруссии. Затем газета тайно перевозилась в Литву, поскольку публикация на литовском языке была незаконной в Российской империи. Вскоре Басанавичюс потерял редакционный контроль над Aušra, который перешел к Йонасу Шлюпасу. Его участие в нелегальном издании помешало Басанавичюсу вернуться в Литву до 1905 года. В Праге Басанавичюс познакомился с Габриэлой Элеонорой Моль, чешской немкой, и они поженились в мае 1884 года. Сразу после свадьбы супруги переехали в Болгарию, где политическая ситуация улучшилась. Басанавичюс сначала нашел работу в Елене, но в 1885 году вернулся в Лом-Паланку. Жизнь там была отмечена рядом трудностей. Сербско-болгарская война принесла в больницу волну раненых и вспышку тифа. В феврале 1886 года Басанавичюс тяжело заболел пневмонией и тифом. В августе 1887 года он пережил покушение, но одна пуля осталась под его левой лопаткой до конца жизни и вызывала различные проблемы со здоровьем. Его нападавший, Александр Маноилов, отсидел десять лет, но так и не объяснил полностью своих мотивов. 16 февраля 1889 года Моль умерла от туберкулеза, которым, по-видимому, заразилась от умирающей матери еще в Праге. Смерть жены повергла Басанавичюса в депрессию и меланхолию почти на год. В 1891 году Басанавичюс получил болгарское гражданство и в 1892 году был переведен в Варну, город с населением 25 000 человек, но его проблемы со здоровьем усугубились. Он страдал от аритмии, неврастении, невралгии, парестезии. Это побудило его уйти с государственной службы в 1893 году и ограничить свою работу частной практикой и визитами ко двору Фердинанда I Болгарского. Когда в 1894 году Николай II стал новым царем России, Басанавичюс просил разрешения вернуться в Литву, но получил отказ. Басанавичюс несколько раз ездил в Австрию в поисках исцеления от своих недугов. В 1900 году он перенес инсульт и отправился в Вену, где ему сделали рентген, показавший, где пуля убийцы застряла под костями. Врачи отказались проводить операцию по ее извлечению. Несмотря на свои недуги, Басанавичюс продолжал работать как в области медицины, так и в области этнографии и даже занялся политикой. В 1898 году он был избран в Болгарское литературное общество. Он отправился в Восточную Пруссию, где агитировал за четырех прусских литовских кандидатов на выборах в немецкий рейхстаг в 1898 году (был избран Йонас Смалакис). Он также вступил в Демократическую партию и был избран в Варненский городской совет с 1899 по 1903 год. Он также участвовал в партийных съездах и помогал разрабатывать партийную программу в области здравоохранения. Однако его страстью оставались литовский язык и культура. Несмотря на большое расстояние, он собирал литовские сказки и песни и публиковал их в 1898–1905 годах в литовско-американской прессе в Соединенных Штатах. Сам он считал своей самой важной работой пожизненный тезис о том, что литовцы происходят от фракийцев и фригийцев и, следовательно, тесно связаны с болгарами. Этот тезис не был принят другими учеными.

After his graduation in spring 1879, Basanavičius traveled back to Lithuania and had a few patients in Ožkabaliai, Vilkaviškis and Aleksotas. He returned to Moscow in October 1879 hoping to establish his private practice, but soon he accepted a lucrative proposal from the Principality of Bulgaria to become the head of a hospital in Lom Palanka, a town of about 8,000 inhabitants. After arrival in late January 1880, he found a run down hospital located in a former hotel and energetically took measures to construct a new building, establish outpatient service, and combat perception that the hospital was a place to die rather than to get well. In 1880, the hospital had 522 inpatients and 1,144 outpatients compared to just 19 patients during 1879. The position paid well, expenses were low, so he was able to quickly repay debts and accumulate savings. Basanavičius also wrote medical research articles, liberal political articles supporting Bulgarian politician Petko Karavelov, and cultural articles for Prussian Lithuanian press, including Tilžės Keleivis and Lietuwißka Ceitunga, and academic journal Mitteilungen der Litauischen literarischen Gesellschaft. However, these publications were too much under German control and did not satisfy growing needs of Lithuanian activists. Basanavičius contemplated establishing a truly Lithuanian newspaper. After the assassination of Tsar Alexander II of Russia in March 1881, Bulgarian Prince Alexander of Battenberg attempted to crack down on liberal politicians. Afraid of persecution, Basanavičius left Bulgaria in May 1882. He traveled for several months, visiting Belgrade, Vienna, Lithuania, before settling down in Prague in December 1882. There he organized publication of Aušra, the first Lithuanian language newspaper. The first issue appeared in March 1883 and is often cited as the beginning of the Lithuanian National Revival. Basanavičius directed the editorial policies, while Jurgis Mikšas handled printing in Ragnit in East Prussia. The newspaper then would be smuggled to Lithuania as publication in the Lithuanian language was illegal in the Russian Empire. Basanavičius soon lost editorial control of Aušra to Jonas Šliūpas. His involvement in an illegal publication prevented Basanavičius from returning to Lithuania until 1905. In Prague, Basanavičius met Gabriela Eleonora Mohl, a Bohemian German, and they married in May 1884. Immediately after the wedding, the couple moved to Bulgaria, where political situation had improved. Basanavičius first found a position in Elena, but managed to return to Lom Palanka in 1885. Life there was marked by a series of hardships. The Serbo Bulgarian War brought a wave of war casualties to the hospital and a typhus epidemic. Basanavičius became seriously ill with pneumonia and typhus in February 1886. In August 1887, he survived an assassination attempt, but one bullet remained logged under his left shoulder blade for the rest of his life and caused various health issues. His attacker, Alexander Manoilov, served a ten year sentence but never fully explained his reasoning. On 16 February 1889, Mohl died of tuberculosis that she apparently contracted from her dying mother while still in Prague. The death of his wife sent Basanavičius into depression and melancholy for almost a year. In 1891, Basanavičius acquired Bulgarian citizenship and was promoted to Varna, a city of 25,000 residents, in 1892, but his health problems intensified. He suffered from arrhythmia, neurasthenia, neuralgia, paraesthesia. That prompted him to resign from public position in 1893 and limit his work to his private practice and palace visits to Ferdinand I of Bulgaria. When Nicholas II of Russia became the new Tsar in 1894, Basanavičius petitioned to be allowed to return to Lithuania but was refused. Basanavičius traveled to Austria several times searching for cures to his ailments. In 1900 he suffered a stroke and traveled to Vienna, where he had an X ray taken which showed where the assassin's bullet was logged under the bones. Doctors refused to operate to extract it. Despite his ailments, Basanavičius continued to work both on medical and ethnographic studies and even joined politics. In 1898, he was elected to the Bulgarian Literature Society. He traveled to East Prussia, where he campaigned on behalf of four Prussian Lithuanian candidates to the German Reichstag in the 1898 elections (Jonas Smalakys was elected). He also joined the Democratic Party and was elected to the Varna City Council from 1899 to 1903. He also participated in the party congresses and helped develop the party program on health care. However, his passion remained with Lithuanian language and culture. Despite the long distance, he collected Lithuanian tales and songs and published them in 1898–1905 in Lithuanian American presses in United States. Personally he thought that his most important work was the lifelong thesis that Lithuanians descended from Thracians and Phrygians and therefore were closely related to the Bulgarians. The thesis has not been accepted by other scholars.

Великий сейм Вильнюса

Россия проиграла Русско-японскую войну и оказалась втянутой в революцию 1905 года. В Литве был снят запрет на печать. Басанавичус, после многих лет службы, имел право на получение болгарской пенсии и посчитал это подходящим моментом для возвращения в Литву, несмотря на отсутствие разрешения на въезд. Он покинул Болгарию в мае 1905 года и прибыл в Вильнюс в августе. Немедленно включился в деятельность литовских активистов и продвигал идею созыва литовского собрания, которое должно было стать Великим Сеймом Вильнюса. При содействии сотрудников Vilniaus žinios был сформирован организационный комитет из пятнадцати человек, и Басанавичус был избран его председателем. В ноябре 1905 года Басанавичус от имени оргкомитета составил резонансный меморандум Сергею Витте, премьер-министру Российской империи, с требованием автономии для Литвы в составе Российской империи. 4 и 5 декабря 1905 года в Вильнюсе собралось более 2000 участников Великого Сейма Вильнюса. Басанавичус был избран его председателем. После бурных, страстных и напряженных дискуссий Сейм принял резолюцию из четырех пунктов, в которой царское правительство было объявлено главным врагом Литвы и требовалась автономия для Литвы. В резолюции также призывалось к пассивному и мирному сопротивлению царским властям, включая неуплату налогов, организацию забастовок, бойкот определенных товаров и т.д. Автономия достигнута не была, и царские власти вскоре восстановили контроль, однако была заложена основа для создания независимой Литовской республики в 1918 году. Используя энергию, порожденную Сеймом, Басанавичус основал Литовскую национально-демократическую партию – первую националистическую партию в Литве, но она не приобрела значительного влияния. Когда царские власти начали расследование деятельности Сейма и допрос его организаторов, Басанавичус решил покинуть Вильнюс и отправился в Санкт-Петербург. Там он обратился к Павлу Милюкову, лидеру Конституционно-демократической партии, но не нашел поддержки литовскому делу. Вернувшись в январе 1906 года, он обнаружил, что его ждет полиция, и подумывал о бегстве из страны, но срок действия его болгарского паспорта истек. Власти допросили его, но не заключили под стражу. Ему удалось продлить паспорт и даже получить разрешение на проживание в России сроком на один год. Несмотря на недуги и повторяющиеся проблемы со здоровьем, Басанавичус активно участвовал в избирательных кампаниях в новообразованную Государственную Думу Российской империи, много писал для литовской прессы, выступал за использование литовского языка в католических церквях, продолжал свои этнографические исследования, изучая различные архивы и библиотеки. Вопрос о языке в церквях был особенно важен для Басанавичуса. Когда русские власти выслали из Вильнюса епископа Вильнюса Эдуарда фон дер Роппа, Басанавичус попытался организовать делегацию к папе Пию X, чтобы убедить его заменить Роппа литовским епископом. Это привело Басанавичуса к острому конфликту с польским духовенством. Басанавичус возглавил комиссию по организации первой выставки литовского искусства, которая состоялась в январе 1907 года во Дворце Вилейшиса.

Russia lost the Russo Japanese War and became engulfed in the Revolution of 1905. In Lithuania, the press ban was lifted. Basanavičius, after years of service, was entitled to receive a Bulgarian pension and considered this a good time to return to Lithuania even though he did not have a permission to return. He departed Bulgaria in May 1905 and arrived to Vilnius in August. Immediately he joined activities of Lithuanian activists and promoted the idea of a Lithuanian assembly which would become the Great Seimas of Vilnius. With help from the staff of Vilniaus žinios, a fifteen member organizing committee was formed and Basanavičius became its chairman. In November 1905, in the name of the organizing committee Basanavičius authored a controversial memorandum to Sergei Witte, Prime Minister of the Russian Empire, which demanded autonomy for Lithuania in the Russian Empire. Over 2,000 participants gathered on 4–5 December 1905 in Vilnius for the Great Seimas of Vilnius. Basanavičius was elected as its chairman. After loud, passionate, and intense discussions, the Seimas adopted a four paragraph resolution which declared Tsarist government as Lithuania's most dangerous enemy and demanded autonomy for Lithuania. The resolution also called for passive and peaceful resistance to Tsarist authorities, such as not paying taxes, organizing strikes, boycotting certain products, etc. The autonomy was not achieved and the Tsarist authorities soon reestablished their control, but it laid the groundwork for establishing the independent Lithuanian republic in 1918. Using the energy generated by the Seimas, Basanavičius founded the Lithuanian National Democratic Party , the first nationalistic party in Lithuania but it did not gain more prominence. As Tsarist authorities began investigating the Seimas and questioning its organizers, Basanavičius decided to leave Vilnius and traveled to Saint Petersburg. There he approached Pavel Milyukov, leader of the Constitutional Democratic Party, but found little sympathy for the Lithuanian cause. When he returned in January 1906, the police was waiting for him and he considered fleeing the country, but his Bulgarian passport was expired. The authorities questioned him, but he was not jailed. He managed to renew his passport and even obtain a one year permit to reside in Russia. Despite his ailments and recurring health problems, Basanavičius wholeheartedly joined the election campaigns to the newly established State Duma of the Russian Empire, wrote extensively for Lithuanian press, campaigned for use of Lithuanian language in Catholic churches, continued his ethnographic research going through various archives and libraries. The issue of language in churches was particularly important to Basanavičius. When Russian authorities expelled Eduard von der Ropp, Bishop of Vilnius, from Vilnius, Basanavičius attempted to organize a delegation to Pope Pius X to convince the pope to replace Ropp with a Lithuanian bishop. That put Basanavičius in sharp conflict with Polish clergy. Basanavičius chaired a commission organizing the first exhibition of Lithuanian art, which was held in January 1907 at Vileišis Palace.

Литовское научное общество

7 апреля 1907 года Басанавичус, который задумывался о создании ученого общества с 1880-х годов, официально открыл Литовское научное общество, посвященное изучению истории и языка Литвы. Он был избран президентом общества, и общество стало центром его жизни. Басанавичус был настолько вовлечен в деятельность общества, что оно практически отождествлялось с его личностью. Общество издавало научный журнал Lietuvių tauta (Литовская нация), редактором которого был Басанавичус. Общество также создало библиотеку, архив и музей. Царские власти не одобряли деятельность общества, осуществляя надзор и ограничивая ее. Басанавичус активно выступал за создание Национального дома – официальной штаб-квартиры общества. Обществу удалось собрать достаточно средств для покупки земельного участка, но не хватило на строительство здания. Общество и Басанавичус подверглись критике со стороны молодых ученых, считавших их подход устаревшим, а представители христианского духовенства обвиняли общество в излишнем секуляризме. Тем не менее, общество установило новые стандарты и уровень качества литовской науки. Общество организовывало выставки, наиболее заметными из которых были выставка 1908 года, посвященная 25-летию газеты «Аушра», и выставка 1914 года, посвященная 10-летию снятия запрета на литовскую прессу. Общество планировало издавать литовские учебники, но не смогло найти компетентных авторов. Также планировалось издание литовской энциклопедии, однако проект был сорван из-за редакционных разногласий и финансовых трудностей. Общество создало комиссию из четырех человек (в состав которой вошли Йонас Яблонскис, Казимерас Буга, Юозас Балчиконис и Юргис Шлапелис), которой было поручено стандартизировать литовский язык. После продолжительных дебатов Яблонскис стал ведущим лингвистом, и в 1911 году общество опубликовало его книгу по литовскому синтаксису. Общество активно выступало против планов городских властей по строительству водонапорной башни на холме Гедимина, что могло привести к дальнейшему разрушению остатков исторического Верхнего замка Вильнюса. Басанавичус лично отправился в Санкт-Петербург, чтобы подать петицию по этому вопросу. На ежегодном собрании в июне 1913 года общество приняло решение отправить делегацию в Соединенные Штаты для сбора средств на строительство Национального дома. Было решено, что в состав делегации войдут Басанавичус и Мартинас Йчас. Басанавичус колебался, ссылаясь на проблемы со здоровьем, но в итоге согласился. Они посетили литовско-американские общины на Восточном побережье (Нью-Йорк, Иллинойс, Пенсильвания и другие города). Они были разочарованы низким уровнем культуры литовцев, междоусобицами между общинами и нападками со стороны социалистов (например, Винцас Микявичюс Капсукас опубликовал статью в литовско-американской социалистической прессе с призывом бойкотировать сбор пожертвований). Басанавичус глубоко возмущался подобными атаками, поскольку считал, что верность нации важнее верности классу или политическим убеждениям. В общей сложности за 120 дней они посетили 84 литовские общины и собрали 23 799 долларов от около 6000 жертвователей. Однако этих средств было недостаточно для строительства Национального дома, и они были потеряны в российском банке во время Первой мировой войны. Изнурительный график поездок еще больше подорвал здоровье Басанавичуса. Наблюдатели отмечали, что он стал более пассивным, превратившись из активного участника в наблюдателя. Сам Басанавичус признавал, что ему стало трудно говорить, запоминать информацию и что он в целом ослаб. Он продолжал входить в состав различных комитетов и организаций, но больше не стремился автоматически становиться их председателем. Казалось, что его членство было данью уважения его прошлым заслугам, а не ожиданием будущих достижений.

On 7 April 1907, Basanavičius, who contemplated establishing a learned society since the 1880s, formally opened the Lithuanian Scientific Society dedicated to studies of Lithuanian history and language. He was elected as the society's president and the society became the focus of his life. Basanavičius was involved to such a degree that the society was virtually identical with his person. The society published scholarly journal Lietuvių tauta (The Lithuanian Nation) which Basanavičius edited. The society also established a library, archive, and museum. The society was not welcomed by Tsarist authorities, that monitored and restricted its activities. Basanavičius campaigned for the National House, an official headquarters for the society. The society raised enough funds to buy a plot of land, but not enough to construct the house. The society and Basanavičius were criticized by younger scholars as too old fashioned while Christian clergy attacked it for being too secular, but established new standards and levels of quality of Lithuanian scholarship. The society organized exhibitions, two most prominent were in 1908 for the 25th anniversary of Aušra and in 1914 for the 10th anniversary of the end of the Lithuanian press ban. The society wanted to publish Lithuanian textbooks, but could not find competent authors for the books. It also planned on publishing a Lithuanian encyclopedia, but editorial disputes and financial difficulties derailed the project. The society established a four member commission (members were Jonas Jablonskis, Kazimieras Būga, Juozas Balčikonis, and Jurgis Šlapelis) which was tasked with standardizing the Lithuanian language. After great debates, Joblonskis emerged as the leading linguist and his book on Lithuanian syntax was published by the society in 1911. The society actively campaigned against city plans to build a water tower on Gediminas Hill and further damage remains of the historic Vilnius Upper Castle; Basanavičius personally traveled to Saint Petersburg to petition the issue. During its annual meeting in June 1913, the society decided to send a delegation to United States primarily to raise funds for the National House. It was decided that Basanavičius should go and that Martynas Yčas would accompany him. Basanavičius hesitated, citing his health issues, but agreed. They visited Lithuanian American communities on the East Coast (New York, Illinois, Pennsylvania and elsewhere). They were discouraged by lax manners of the Lithuanians, infighting between local communities, and attacks by socialists (for example, Vincas Mickevičius Kapsukas wrote to Lithuanian American socialist press urging to boycott the donation drive). Basanavičius deeply resented such attacks as to him loyalty to one's nation far outweighed loyalty to one's class or political views. In total, they visited 84 Lithuanian communities in 120 days and collected $23,799 from some 6,000 donors. The money was not enough to build the National House and it was lost in a Russian bank during World War I. The exhausting travel schedule further deteriorated Basanavičius' frail health. Observers agreed that he became a lot more passive, more an observer than an active participant. Basanavičius himself recognized that he had trouble speaking, remembering things, was overall weaker. He continued to join various committees and organizations, but he would not automatically become chairman. It seemed that his membership was in honor of his past services rather than in expectation of future accomplishments.

Первая мировая война

В начале Первой мировой войны Басанавичус проходил лечение мочевого пузыря в Берлине и поспешил в Вильнюс до закрытия границ. Во время войны он находился в Вильнюсе, стремясь сохранить и защитить имущество Литовского научного общества и организовать помощь беженцам через Литовское общество помощи пострадавшим от войны. В сентябре 1915 года Вильнюс был оккупирован немцами. Многие литовцы эвакуировались вглубь России, но Басанавичус остался в городе. Первоначально чиновники Обер-Оста ограничивали литовскую деятельность и запрещали их прессу, но по мере продвижения войны стали более снисходительными. Басанавичус занимался культурной работой; например, летом 1917 года он добился новых помещений для библиотеки Литовского научного общества и защищал литовских священников, выступавших против политической деятельности администратора Вильнюсской епархии. Немцы учредили марионеточное Королевство Польши, и Басанавичус соподписал несколько меморандумов немецким чиновникам, информируя их об устремлениях Литвы. Он участвовал в Вильнюсской конференции и был избран в Совет Литвы, состоящий из 20 членов, однако его роль была скорее почетной и церемониальной. Он официально выразил благодарность немецким чиновникам за разрешение проведения конференции и направил письмо папе Бенедикту XV, но не входил в число активных участников процесса. 11 декабря 1917 года совет принял акт, который потребовал немецкий канцлер Георг фон Гертлинг и который предусматривал "прочный и вечный союз" с Германией. Эти уступки немцам вызвали раскол в совете, и четыре члена – Миколас Биржишка, Степонас Кайрис, Станислав Нарутович и Йонас Вилейшис – подали в отставку в знак протеста. Председатель Антанас Сметона, поддержавший Акт от 11 декабря, временно отошел от должности, а Басанавичус председательствовал на сессии, на которой 16 февраля 1918 года был принят Акт о независимости Литвы. Он первым подписал этот акт.

Поздние годы

В период с января 1919 по октябрь 1920 года Вильнюс несколько раз переходил из рук в руки и менял политические режимы, но Басанавичус мало интересовался политической нестабильностью и сосредоточился на культурной работе. Он сотрудничал с коммунистическим режимом Литовской Советской Социалистической Республики, в частности с комиссаром образования Вацловасом Биржишкой, чтобы получить финансирование на ремонт исторического музея. После захвата города поляками в апреле 1919 года польские власти преследовали литовских активистов, конфисковали средства, выделенные Советами для музея, совершили обыски в помещениях Литовского научного общества в поисках оружия и т.д. Басанавичус организовывал лекции, помогал литовским школам и продолжал свои культурные исследования. Балансируя между литовскими и польскими интересами, он отказался участвовать в открытии университета имени Стефана Батория. В начале 1920 года ему вновь пришлось перенести Литовское научное общество, так как помещения, предоставленные немецкими властями, были возвращены прежним владельцам. В мае 1920 года Басанавичус вместе с Миколасом Биржишкой и Теофилием Юодвалькисом отправился в Каунас, чтобы присутствовать на открытии Учредительного собрания Литвы. Басанавичуса встретили как почетного гостя и дали возможность встретиться со многими высокопоставленными лицами и старыми друзьями. Он также посетил родные Ожкябаляй, прежде чем вернуться в Вильнюс в начале июня. Месяц спустя, в июле 1920 года, город был захвачен Советской Россией и передан литовцам в соответствии с Советско-литовским мирным договором. Однако Польша вновь захватила город в октябре 1920 года во время инсценированного мятежа Желиговского. Польские власти ограничили членство в Литовском научном обществе только жителями Польши. Польская цензура и ограничения вызвали у Басанавичуса сильную тревогу, так как он опасался ареста. Его отказ покинуть город стал живым символом литовских притязаний на город. В июле-ноябре 1924 года Басанавичус вновь посетил Литву, где его встретили как героя. 23 ноября в Каунасе состоялось празднование его 75-летия, включавшее специальную мессу, концерты и лекции.

Between January 1919 and October 1920, Vilnius changed hands and political regimes several times, but Basanavičius was little concerned with political turmoil and concentrated on cultural work. He worked with the communist regime of the short lived Lithuanian Soviet Socialist Republic, particularly the Commissar of Education Vaclovas Biržiška, to obtain funds for the repairs of the history museum. After the city was captured by the Poles in April 1919, Polish officials harassed Lithuanian activists, confiscated the money advanced by the Soviets for the museum, raided premises of the Lithuanian Scientific Society in search for weapons, etc. Basanavičius organized lectures, helped with Lithuanian schools, and continued his cultural research. Balancing between Lithuanian and Polish interests, he refused to participate in the opening of the Stefan Batory University. In early 1920, he once again had to relocate the Lithuanian Scientific Society as the premises granted by the German authorities were returned to previous owners. In May 1920, Basanavičius together with Mykolas Biržiška, , and Teofilius Juodvalkis traveled to Kaunas to attend the opening of the Constituent Assembly of Lithuania. Basanavičius was greeted as an honored guest and met with many dignitaries and old friends. He also visited the native Ožkabaliai before returning to Vilnius in early June. A month later, in July 1920, the city was captured by the Soviet Union and it was transferred to the Lithuanians according to the Soviet–Lithuanian Peace Treaty. But Poland recaptured the city in October 1920 during the staged Żeligowski's Mutiny. Polish authorities limited the membership in the Lithuanian Scientific Society only to the residents of Poland. Polish censorship and restrictions caused great anxiety to Basanavičius who feared that he might get arrested. His refusal to leave the city became a living symbol of the Lithuanian claims to the city. In July–November 1924, Basanavičius again visited Lithuania and received a hero's welcome. On 23 November, a day long celebration with a special mass, concerts, and lectures for his 75th birthday was held in Kaunas.

Смерть

Басанавичус упал дома 5 февраля 1927 года. Он отказывался ехать в больницу, пока не завершит определенные письменные работы. В больнице Литовского общества санитарной помощи ему диагностировали инфекцию мочевого пузыря и легких, с которыми организм не справлялся. 16 февраля 1927 года, в 9-ю годовщину независимости Литвы, он обсуждал вопросы Литовского научного общества и выразил желание посетить празднование независимости. Он скончался в тот же день в 18:50. Литовское правительство объявило пятидневный траур и направило на его похороны делегацию из 12 человек. Он был похоронен на кладбище Расос 21 февраля.

Наследие

В его честь в Варне, Болгария, была названа улица доктора Басановича. Мемориальная доска на улице Панагюриште в Варне отмечает место расположения бывшей резиденции Басанавичуса. В декабре 2013 года мемориальная доска была установлена по адресу Англика, 15, Винограды, Прага. Улица Йонаса Басанавичуса в Паланге, самом популярном и крупном летнем курорте Литвы, названа в честь Йонаса Басанавичуса, который лично посетил Палангу в 1924 году. Басанавичус собирал литовский фольклор – песни, сказки и загадки – и опубликовал 14 книг за свою жизнь. В 1993–2004 годах фольклористы Леонардас Саука и Костас Алексинас систематизировали около 7000 произведений фольклора, собранных Басанавичусом, и опубликовали их в 15-томной библиотеке фольклора Йонаса Басанавичуса. Знаменитый бюст доктора Йонаса Басанавичуса установлен на нижнем уровне Литовского культурного сада в Кливлендском культурном саду в парке Рокфеллера в Кливленде, штат Огайо. Бюст был открыт в 1936 году и является подарком литовского правительства. Бюст – копия оригинала, созданного выдающимся литовским скульптором Йонасом Зикарасом, чье творчество отстаивало литовскую национальную идентичность.