Введение

Список важных речей

Макс Вебер оказал влияние на немецкое общество и политику в конце 1910-х годов. Некоторые из его речей и статей произвели сильное впечатление на слушателей, например, "Наука как призвание" и "Политика как призвание", прочитанные в Мюнхенском университете в конце 1910-х годов. Вебер был плодовитым оратором и лектором, и произнес множество речей, выступая в качестве ученого, политика и немецкого националиста.

Выступление перед немецким национальным комитетом (август 1916 года)

Канцлер фон Бетманн Гольвег основал Немецкий национальный комитет, чтобы предоставить голос оппозиции масштабной аннексии. Правые группы подталкивали правительство к требованию значительных завоеваний для Германии и полного поражения союзников. Они не желали никаких компромиссов с союзниками. Вебер стал членом этого комитета, который изначально был бессилен, поскольку военные цели не подлежали обсуждению. Вебер нарушил установленное правило во время своей первой речи в Нюрнберге, заявив слушателям, что он не является членом комитета. Он хотел, чтобы немецкая политика руководствовалась справедливостью. Война не должна продолжаться ни минуты дольше, поскольку многие страдают в окопах. Вебер открыто высказался против неограниченной подводной войны. Из этой войны можно извлечь три урока. Во-первых, деньги были одной из главных причин возникновения войны. Во-вторых, промышленность и капиталисты играли важную роль в военных усилиях. В-третьих, государство важнее нации, поскольку оно распоряжается жизнью и смертью своих граждан. Однако, когда государство и нация объединяются, государство обретает большую власть. Неудачи австро-венгерской армии по сравнению с немецкой армией служат тому примером. Германия вела эту войну, чтобы стать ведущей державой в Центральной Европе. Германия должна взять на себя ответственность за достойное обращение с малыми народами Центральной Европы и предотвращение политического подчинения. Он хотел, чтобы малые народы оставались преимущественно политически независимыми, но немецкая экономика должна доминировать. Таким образом Германия могла бы добиться устойчивых результатов в случае победы в войне.

Выступление в Мюнхене (ноябрь 1917 года)

Услышав о надвигающемся распаде Австро-Венгрии, Вебер выступал за мир на массовом собрании в Мюнхене. «Я говорю не как ученый, а как политик. Как профессор университета, я не обладаю особыми полномочиями в политике, как адмирал, не видящий главного, или простой рабочий. Угроза со стороны «алльдойтшенов» заключается в том, что они обычно оказывают сильнейшее влияние на правительство. «Алльдойтшены» гордятся тем, что предвидели эту войну задолго до ее начала. Они были не единственными, но были среди главных подстрекателей войны. Они считали, что политику следует вести напористо и громко. Небольшие успехи немецкой политики достигались с большим шумом, а наши враги добивались гораздо большего, действуя тихо. Политика «Альдойтшенов», например, во время Бурской войны помешала нам достичь соглашения с Англией. Ненависть к Англии была направлена главным образом против английской конституции. «Ради Бога, никакого союза с Англией, это принесет нам лишь парламентаризм!». Так внутренние политические мотивы стали основой внешней политики, да и любой другой политики. Наряду с этими страхами перед английской конституцией шло бесплодное ухаживание за царской Россией, которое принесло нам ненависть русских либералов и презрение самодержавного правителя. Ответственность за эту внешнюю политику лежит на внутреннеполитических мотивах, что доказывается подводной агитацией «алльдойтшенов». Она началась с объявления об избирательной реформе. Было ли это совпадением? В обоих случаях мы видим одних и тех же врагов Бетмана-Гольвега. С того момента, как подводная война стала политической и дипломатической возможностью, начали сбываться пророчества. Военные лидеры не присоединялись к агитации, но принимали ее. Они знали, что конец пророчеств окажет большее влияние на моральный дух, чем мирное соглашение. Вместе с подводной войной пришла и «мексиканская телеграмма». Кто защищал Циммермана после этой вопиющей ошибки? Всегда одна и та же группа! Сегодня они обвиняют парламентское большинство в стремлении к «голодному миру». Мы никогда не должны соглашаться на «голодный мир», но если иностранные государства полагают, что мы его примем, то эта группа несет ответственность за дискредитацию политики парламента, используя термин «голодный мир». «Алльдойтшены» хотят, чтобы мы проводили политику аннексий, не считаясь с нашими союзниками. Молодой император Карл Австро-Венгрии после русской революции жаловался, что он не имеет права голоса. Император Карл придерживается иного мнения, чем Италия и Румыния, объявившие войну Германии, но союз между Австрией и «алльдойтшенской» Германией был бы крайне слабым. Учет интересов наших союзников был одной из важнейших причин решения парламента от 19 июля, что сегодня можно сказать открыто. Враги соглашения знают, что парламентское большинство должно было скрывать свои мотивы, поэтому их агитация еще более предосудительна. «Алльдойтшены», которые сегодня называют себя «партией Отечества» – даже само название – позорно, с пристрастием указывают на настроение на фронте. Наши солдаты не нуждаются ни в пацифистах, ни в подстрекателях к войне. Они говорят: «Если бы политика была прагматичной, а не бессмысленным трепом, война закончилась бы, как только была бы обеспечена безопасность нашей родины!». Пусть они зададут вопрос о мирном соглашении на общенациональном референдуме или голосовании на фронте! Бюрократическая система, которая до сих пор управляла нами, теперь придумала назначение графа Гертлинга (нового канцлера Германии). Нам предстоит выяснить, является ли он партийным деятелем или государственным мужем во внутренней политике. Но мы приветствуем его назначение, поскольку он откликнулся на папское предложение о заключении мира. Мы приветствуем его также потому, что сильнейшая партия в парламенте (консерваторы) больше не может уклоняться от ответственности. Мы ожидаем от графа Гертлинга, что он проявит твердость в противостоянии безответственному теневому правительству. Бисмарк часто жаловался на вмешательство военных в политику. Наше военное руководство блестяще, мы полностью доверяем нашим военным, но не в политических вопросах. Мы ожидаем, что граф Гертлинг будет поддерживать прочную связь между правительством и парламентом, чтобы предотвратить повторение провала коммуникации, как это произошло 19 июля. При наличии этой связи между правительством и парламентом нам больше не понадобится контролирующий орган, такой как «Зебенераушшус», возглавляемый Михаэлисом. Мы надеемся, что граф Гертлинг поймет необходимость демократии. Эта демократия не согласится на позорный мир, и наши потомки не одобрят его. Мы хотим проводить мировую политику, но это под силу лишь «нации лидеров». Не «нации лидеров» в понимании «алльдойтшенской» чуши, а просто нации, которая твердо контролирует собственную администрацию. Движение «Альдойтшен» приведет лишь к новой деполитизации нации. Как свободная и зрелая нация, мы хотим присоединиться к кругу «наций лидеров» на Земле.