Социология семьи: структура, исследования и современные тенденции

Социология семьи: изучение структуры семьи как социального института и процесса социализации. Данные – переписи населения и опросы.

22 мин чтения

100%

Источник: Sociology of the family — Wikipedia

Сравнивайте с английским: нажмите на абзац — оригинал откроется в окне. Кнопка EN под абзацем показывает его прямо в тексте.

Содержание

Введение

Отрасль социологии

Социология семьи — это раздел социологии, в котором исследователи и ученые изучают структуру семьи как социальный институт и как элемент социализации, используя различные социологические подходы. Её можно рассматривать как пример упорядоченных социальных отношений и групповой динамики.

Количественный

Одним из наиболее известных источников для сбора как исторических, так и современных данных о семьях является национальная перепись населения. В Соединенных Штатах национальная перепись населения проводится в каждом домохозяйстве каждые 10 лет. Между этими переписями проводятся более мелкие опросы, известные как "Американский общенациональный опрос". Оба они осуществляются Бюро переписи населения США и его подразделениями в каждом штате. Бюро переписи собирает данные об американских семьях для страны в целом, штатов и местных сообществ. Их данные предоставляют статистику о тенденциях в составе домохозяйств и семей, а также показывают численность детей, молодежи и супружеских пар, проживающих в Соединенных Штатах. Их исследование "Семьи и жилищные условия" структурировано по следующим тематическим группам: уход за детьми, дети, алименты на детей, семьи и домохозяйства, рождаемость, бабушки и дедушки и внуки, брак и развод, и однополые пары.

Качественное

Другой метод – этнографическое или включенное наблюдение за семьями, которое обычно приводит к уменьшению размера выборки для более глубокого анализа супружеских или иных семейных структур. В целом, качественный подход к исследованию – отличный способ изучения групповой динамики и семейных взаимоотношений. В частности, качественные исследования в области семьи особенно полезны при изучении: 1) глубинного смысла семейных взаимодействий и отношений; 2) понимания точек зрения членов семьи на процессы взаимоотношений и наблюдения за взаимодействиями; 3) рассмотрения семьи в более широком контексте; и 4) предоставления голоса маргинализированным членам семьи (например, в случаях жестокого обращения). Часто качественные данные позволяют получить богатый и содержательный материал, особенно при изучении структурно разнообразных семей.

Социология межрасовой близости

Конструирование расы в западном обществе и, в определенной степени, во всем мире, сформировало особое восприятие межрасовой близости. Хотя межрасовые отношения и браки стали значительно более распространенными и социально приемлемыми в Соединенных Штатах и Западной Европе после эпохи движения за гражданские права, эти союзы до сих пор не находят полного принятия у значительной части населения. В историческом плане, книга Стефани Кунц «Американские семьи» рассматривает трудности, с которыми сталкивались такие пары до решения Верховного суда по делу «Ловинг против Вирджинии», когда запреты на межрасовые браки были признаны неконституционными. Эти запреты служили для поддержания правила «одной капли крови» и укрепления иерархии идентичности и привилегий. На международном уровне крайне правые продолжают продвигать идеи расовой чистоты, препятствуя нормализации межрасовых пар и семей.

Домодернистская семейная жизнь и религиозный дискурс

Исторически религиозные дискурсы играли значительную роль в формировании членов семьи и конструировании определенных моделей поведения в семьях, а религия была особенно важна в дискуссиях о женской сексуальности. Примером роли религии в этом отношении стала «охота на ведьм» в средневековой Европе. По мнению Тернера, это был механизм регулирования поведения женщин, а нападения на женщин, обвиняемых в колдовстве, были в первую очередь «критикой их сексуальности». «Женщины тесно ассоциировались с колдовством, поскольку считалось, что они особенно восприимчивы к сексуальным ухаживаниям дьявола. Женщин считали иррациональными, эмоциональными и лишенными самоконтроля; они были особенно уязвимы для сатанинских искушений». Тернер утверждает, что попытки регулировать женскую сексуальность посредством религиозного дискурса, в случае Западной Европы, следует понимать в контексте забот об управлении частной собственностью и обеспечении ее преемственности. Таким образом, для землевладельческой аристократии целью брака было рождение наследника мужского пола для имущества семьи. Поскольку детская смертность была распространена, женщины должны были быть более или менее постоянно беременны во время брака, чтобы гарантировать рождение живого наследника мужского пола. Более того, этот наследник должен был быть законнорожденным, чтобы избежать споров о наследстве. Эта законность могла быть обеспечена только тем, что главы семей вступали в брак с девственницами и обеспечивали целомудрие своих жен на протяжении всего брака. Аналогично, дочери должны были быть сексуально чистыми, чтобы иметь право на брак с другими семьями, владеющими имуществом. Такие браки были обусловлены исключительно необходимостью произвести потомство и не содержали элементов эротики и сексуальной совместимости, свойственных современным бракам. В досовременной Европе эти интересы отражались в характере браков. Это были частные, согласованные контракты, которые можно было легко расторгнуть в случае, если деторождение оказывалось под угрозой из-за бесплодия или неверности женщины. С вмешательством Церкви в брачные отношения появились различные определения брака. Требовались браки на всю жизнь, но с акцентом на регулирование сексуальности, особенно женской.

Historically, religious discourses have played a significant role in constituting family members and constructing particular forms of behavior in families, and religion has been particularly important in discourses on female sexuality. An example of the role of religion in this respect was the 'witchcraft craze' in Medieval Europe. According to Turner, this was a device to regulate the behavior of women, and the attack on women as witches was principally "a critique of their sexuality". "Women were closely associated with witchcraft, because it was argued that they were particularly susceptible to the sexual advances of the devil. Women were seen to be irrational, emotional and lacking in self restraint; they were especially vulnerable to satanic temptation." Turner argues that attempts to regulate female sexuality through religious discourse have, in the case of Western Europe, to be understood in the context of concerns about managing private property and ensuring its continuity. Thus, for the land owning aristocracy, the point of marriage was to produce a male heir to the property of the household. Since child mortality was common, women had to be more or less continuously pregnant during their marriage to guarantee a living male heir. Furthermore, this heir had to be legitimate, if disputes over inheritance were to be avoided. This legitimacy could only be ensured by the heads of households marrying virgins and ensuring the chastity of their wives for the duration of the marriage. Equally, daughters had to be sexually pure if they were to be eligible for marriage to other property holding families. Such marriages were prompted solely by the need to produce children and had none of the elements of eroticism and sexual compatibility of contemporary marriages. In pre modern Europe, these interests were reflected in the character of marriages. They were private, arranged contracts that could be easily dissolved in the event of child production being compromised by the woman's infertility or infidelity. With the entry of the Church into marriage arrangements, different definitions of marriage emerged. Lifelong marriages were demanded, but with a concern to regulate sexuality, particularly the sexuality of women.

Социология брака

В иудео-христианской системе верований брак строится на основе истории Бытия об Адаме и Еве, предполагающей пожизненную приверженность между мужчиной и женщиной. Брак предполагает рождение детей, формирующих ядро семьи. Некоторые социологи оспаривают, насколько эта идеализированная модель отражает реальную структуру семей в американском обществе. В своей статье 1995 года «Американская семья и ловушка ностальгии» социолог Стефани Кунц впервые предположила, что американская семья всегда определялась прежде всего экономическими потребностями. Например, в колониальную эпоху семьи часто зависели от рабов или наемных работников для экономической поддержки. Современная «модель кормильца и домохозяйки», по мнению Кунц, имеет мало исторических оснований. Миф о счастливой, полной семье как о правильной модели возник только в 1950-х годах. «Современная семья становится все более сложной и претерпела глубокие изменения, с большей терпимостью к сожительству, разводам, неполным семьям, однополым партнерствам и сложным расширенным семейным отношениям. И бабушки и дедушки тоже вносят свой вклад». Перефразируя, структура семьи радикально меняется, и существует огромное разнообразие семейных форм. Однако Кунц утверждает в книге «Брак: история», что в XX веке браки в США стали менее стабильными, поскольку люди стали искать союзы, основанные на любви и привязанности, а не на социальных или экономических соображениях. Этот переход размыл разделение труда в модели кормильца и домохозяйки, в результате чего поддержание дома и уход за детьми, так называемая «вторая смена», стали предметом обсуждения между супругами. Социолог Арли Рассел Хокшильд в книге «Вторая смена» утверждает, что, несмотря на изменения в восприятии цели брака и экономических основах, женщины по-прежнему выполняют основную часть работы по уходу, что наносит ущерб американской семье. Хокшильд показывает, как неравномерное распределение «второй смены» подрывает благополучие семьи, снижая равенство и удовлетворенность в браке. Сегодня мы видим модифицированную версию брака, где женщина берет на себя роль кормильца, но от нее все еще ожидается забота о доме. Это рассматривается как нео-традиционализм, предполагающий, что женщина может работать, если она этого хочет, но только если это не мешает ее основной домашней работе. В результате женщины оказываются в невыгодном положении на рынке труда, где карьерные возможности структурированы вокруг приоритетной обязанности быть домохозяйкой, что усиливает гендерное неравенство. Семья и брак все чаще становятся областями, где гендер играет важную роль. Однако важно отметить, что гендерные различия в браке слишком часто воспринимаются как «индивидуальная борьба, деполитизированная путем сведения социального неравенства к различиям». В статье 2018 года, опубликованной в Shinchō45, Сугита утверждала, что налоговые средства не должны тратиться на инициативы в поддержку прав ЛГБТ, поскольку однополые пары не размножаются и не обладают «продуктивностью». В журнальной статье Кумико Сайто говорится о том, что люди одного пола, желающие вступить в брак и создать семью, препятствуют воспроизводству человечества, поскольку однополые пары не могут размножаться. Эта точка зрения представляется необоснованной, поскольку все еще есть люди, желающие вступать в брак с представителями противоположного пола и иметь генетически своих детей. Поскольку однополые пары не могут размножаться генетически, они остаются людьми и имеют те же права, что и все остальные, и заслуживают такой же поддержки, как и гетеросексуальные пары, имеющие семьи.

Judeo Christian belief system marriage is modeled after the Genesis story of Adam and Eve and its framework of a lifetime commitment between man and woman. The married couple produces children, constituting the nuclear family. Some sociologists now dispute the degree to which this idealized arrangement has and does reflect the true structure of families in American society. In her 1995 article The American Family and the Nostalgia Trap, sociologist Stephanie Coontz first posited that the American family has always been defined first and foremost by its economic needs. For instance, in colonial times families often relied on slaves or indentured servants to support themselves economically. The modern "breadwinner homemaker model", argues Coontz, then has little historical basis. Only in the 1950s did the myth of the happy, nuclear family as the correct family structure arise. "The modern family is increasingly complex and has changed profoundly, with greater acceptance for unmarried cohabitation, divorce, single parent families, same sex partnerships and complex extended family relations. Grandparents are also doing their bit." To paraphrase the quote, family structure is changing drastically and there is a vast variety of different family structures. Yet Coontz argues in Marriage, A History that during the 20th century, marriages have become increasingly unstable in the United States as individuals have begun to seek unions for the ideals of love and affection rather than social or economic expediency. This transition has blurred the division of labor within the breadwinner homemaker model, such that maintenance of the household and childcare, called the "second shift", are now topics for debate between marital partners. Sociologist Arlie Russell Hochschild argues in The Second Shift that despite changes in perceptions of the purpose of marriage and the economic foundations for marriage, women continue to do the bulk of care work to the detriment of the American family. Hochschild illustrates the ways in which an unequal division of the second shift undermines family welfare by reducing marital equality and spousal satisfaction. Today we see a modified version of a homemaker and breadwinner marriage where the woman adopts a breadwinner role but is still expected to take care of the home. This is considered to be a neo traditionalist, where one believes that a woman is expected to work if she desires but only if it does not interfere with her real domestic job at home. Consequently, this forces women into disadvantaged career opportunities that are structured around the primary obligation to be a homemaker and reasserts the gender labor market inequality. Families and marriage have increasingly become areas where gender matters. However, it is important to note that gender differences in marriage have too often been perceived as merely an "individual struggle and depoliticized by reducing social inequalities to differences". "In a 2018 article published in Shinchō45, Sugita claimed that tax money should not be spent on LGBT rights initiatives because same sex couples do not reproduce and have 'no productivity.'" In a journal written by Kumiko Saito, they talk about how those of the same gender who want to get married and start a family of their own will prevent world reproduction because same sex couples could not reproduce. This perspective seems unjustified because there are still people who want to marry the opposite sex and have children genetically of their own. Because same sex couples cannot genetically reproduce, they are still human beings and have the same rights as everyone else, and deserves the same support as those who are married to the opposite sex with families of their own.<Tryder></Amanda>

Рынок брака: кто кого женится

Существует множество теоретических моделей, описывающих, как люди выбирают себе супруга. Важным гендерным подходом является пересекающийся подход, сочетающий уровень образования и гендерную принадлежность. Мужчины и женщины действуют на "брачном рынке", на который влияет множество конкурирующих факторов. Одним из наиболее определяющих факторов является уровень образования. Исследования показали, что мужчины и женщины, как правило, вступают в брак с партнерами, имеющими сопоставимый уровень образования. В исследовании Брюзе, Сварера и Вайса (2015) низкий уровень образования определяется как среднее образование или ниже, средний – как профессиональное образование, а высокий – как высшее образование. Брак зависит от ожиданий обоих партнеров и "формируется и распадается" на основе этих ожиданий. Следовательно, люди "отбираются на брачный рынок и исключаются из него в зависимости от их уровня образования". Брачный рынок отражает влияние экономики на выбор супруга, прочность брачных союзов и последствия этого для будущих поколений работников и родителей. Анализ брачных рынков в контексте брака имеет ряд преимуществ. Во-первых, условия брачного рынка – это внешние силы, влияющие на брак, воздействующие на субъектов и, следовательно, определяющие общие тенденции в принятии решений о браке. Иными словами, индивидуальные обстоятельства могут приводить к решениям о браке, специфичным для конкретной ситуации, в то время как брачные рынки оказывают влияние на решения всех людей о браке на макроуровне, что означает, что стабильный доход и работа способствуют прочному браку. Кроме того, стабильность занятости приносит пользу как работодателям за счет повышения производительности, так и семьям за счет большей сплоченности. Во-вторых, условия на брачном рынке могут отражать множество экономических факторов.

Пересечение класса и пола

Социальный класс взаимодействует с гендером, влияя на динамику отношений между мужчиной и женщиной в браке, особенно в отношении "временной гибкости на работе и дома". Исследования показывают, что мужчины и женщины, имеющие классовые привилегии, используют свои преимущества и гибкость, которую они обеспечивают, для поддержания традиционных гендерных ролей. Напротив, мужчины и женщины, лишенные такой гибкости и контроля над своим временем, испытывают давление с целью ослабления традиционных гендерных ожиданий в отношении брака, семьи и работы. Герцель и Клоусон провели исследование, в ходе которого собрали данные от четырех групп работников, оказывающих услуги по уходу, разделенных по классу и полу (2014). Мужчины рабочего класса, как правило, акцентируют внимание на роли кормильца, в то время как мужчины среднего класса сосредотачиваются на традиционном гендерном разделении труда. В среднем отцы тратят около сорока трех часов в неделю на оплачиваемую работу и восемнадцать часов в неделю на домашние дела и детей. В итоге получается, что отцы выполняют примерно две трети оплачиваемой работы и одну треть неоплачиваемой. Характеристики работы определяют степень свободы работников в балансировании различных требований и обязанностей в браке. Как продемонстрировали Герцель и Клоусон, должности более высокого уровня, как правило, лучше приспособлены к семейной жизни, чем должности более низкого уровня (2014). Многие женщины либо принижают, либо полностью отказываются от своих первоначальных карьерных или образовательных амбиций, предвидя рождение ребенка. В результате это толкает женщин на менее выгодные карьерные возможности и усиливает гендерное неравенство на рынке труда.

Тенденции

В западных странах количество разводов в целом увеличивалось с течением времени. Однако за последние двадцать лет уровень разводов начал снижаться. В США коэффициент разводов изменился с 1,2 на 1000 браков в 1860 году до 3,0, 4,0 и 7,7 в 1890, 1900 и 1920 годах, а затем до 5,3, 4,7, 4,1 и 3,7 на 1000 браков в 1979, 1990, 2000 и 2004 годах соответственно. Люди стали меньше склонны оставаться в несчастливых отношениях ради сохранения семьи и стабильности в жизни детей, как это делали предыдущие поколения. Уровень разводов в Канаде и Соединенных Штатах колебался по схожей траектории, хотя в Соединенных Штатах по-прежнему наблюдается самый высокий уровень разводов в мире (на 50% выше, чем в Канаде). Ниже приведены некоторые возможные причины увеличения числа разводов:

Индивидуализм: В современном обществе семьи проводят больше времени порознь, чем вместе. Некоторые члены семьи больше сосредоточены на личном счастье и заработке для обеспечения семьи, чем на времени, проводимом с семьей. Взаимность чувств угасает: многие люди расторгают брак, потому что больше не удовлетворены в сексуальном плане или просто потеряли чувства друг к другу. Часто это происходит, когда один из партнеров находит более привлекательные отношения и решает развивать их. В некоторых случаях партнер может даже изменить, что также может привести к разводу, если об этом станет известно. Женщины стали более независимыми: теперь, когда женщины обладают равными правами и доказали свою способность к самообеспечению, им стало легче уйти из несчастливых браков. Они также больше ориентированы на карьеру, что оставляет им меньше времени на поддержание отношений. Стресс: Стресс является значительным фактором в браке. Работа по обеспечению семьи и попытки стабилизировать финансовое положение создают сильное напряжение. Кроме того, когда оба партнера работают (в большинстве случаев), остается меньше времени для семьи, что затрудняет воспитание детей. Это часто происходит в период, когда у пары растут маленькие дети. Социальная приемлемость: В современном обществе развод стал более социально приемлемым. Сейчас, вместо того чтобы препятствовать разводу в неудовлетворительных отношениях, его чаще принимают и даже поощряют. Более того, согласно Закону о разводе 1968 года, сейчас получить развод юридически стало проще, чем в предыдущие годы.

Родители: Разочарование

Многие ученые пытались объяснить, почему люди вступают в отношения, остаются в них и прекращают их. Теория развода Левингера (1965, 1976) основана на теоретической традиции, состоящей из трех основных компонентов: привлекательности, барьеров и альтернатив. Привлекательность в этой теории пропорциональна вознаграждениям, получаемым в отношениях, за вычетом их стоимости. Все, что можно рассматривать как выгоды от отношений, такие как любовь, секс, общение, эмоциональная поддержка и повседневная помощь, являются вознаграждениями. Стоимость включает в себя негативные аспекты отношений, такие как домашнее насилие, неверность, ссоры и ограничения личной свободы. Как правило, люди стремятся оставаться в отношениях с высоким уровнем вознаграждений и низкой стоимостью. Однако обратная ситуация, то есть дорогостоящий брак с небольшими выгодами, не обязательно приводит к разводу. Супруги должны преодолеть барьеры, такие как религиозные убеждения, социальное осуждение, финансовая зависимость или юридические ограничения, прежде чем успешно расторгнуть брак. Другая теория, объясняющая причины прекращения отношений, – это "теория отторжения партнера", предложенная Брайаном Бутвеллом, Дж. К. Барнсом и К. М. Бивером. Теория отторжения партнера рассматривает распад брака с эволюционной точки зрения, исходя из того, что все виды стремятся к успешному размножению. Согласно этой теории, в процессе отторжения существуют гендерные различия. Например, женщина сильнее расстроится, если ее муж будет изменять ей эмоционально, а мужчина – если его жена изменит ему физически. Это связано с эволюционными корнями: эмоциональная измена мужа равнозначна потере или сокращению ресурсов для жены, необходимых для воспитания детей, в то время как физическая измена жены угрожает шансу мужа передать свои гены следующему поколению посредством размножения. В обоих этих случаях требуется отторжение партнера. "Условия, существовавшие у предков и способствовавшие распаду партнерских отношений, представляли собой повторяющуюся адаптивную проблему на протяжении эволюционной истории человечества и, таким образом, оказывали отборное давление для эволюции стратегических решений". Иными словами, способность освобождаться от определенных отношений могла давать преимущество в выживании предкам человека.

Many scholars have attempted to explain why humans enter relationships, stay in relationships and end relationships. Levinger's (1965, 1976) theory on divorce is based on a theoretical tradition consisting of three basic components: attractions, barriers and alternatives. Attraction in this theory is proportional to the rewards one gets from the relationship minus the cost of the relationship. All the things that can be seen as gains from the relationship such as love, sex, companionship, emotional support and daily assistance are the rewards of the relationship. The costs would the negative aspects of the relationship such as domestic violence, infidelity, quarrels and limitations on personal freedom. Generally people tend to stay in high rewards and low cost relationships. However, the reverse situation, that is, a costly marriage with few benefits does not automatically lead to divorce. Couples must overcome barriers such as religious beliefs, social stigma, and financial dependence or law restrictions before they successfully dissolve their marriage. Another theory to explain why relationships end is the "Mate ejection theory", by Brian Boutwell, J. C. Barnes and K. M Beaver. The mate ejection theory looks at the dissolution of marriage from an evolutionary point of view, where all species seek to successfully reproduce. According to this theory there are gender differences in the process of ejection. For example, a woman will be more upset when her husband emotionally cheats on her and a man will be more upset when his wife physically cheats on him. The reason for this stems from evolutionary roots, a man emotionally cheating on his wife equates to a loss or reduction in resources for the wife to raise the children whereas an act of physical infidelity by the wife threatens the husband's chance to pass on his genes to the next generation via reproduction. Both these circumstances call for mate ejection. "Ancestral conditions that favored the dissolution of a mateship constituted a recurrent adaptive problem over human evolutionary history and thus imposed selection pressures for the evolution of strategic solutions." Put differently, the capability of emancipating themselves from certain relationships could have conferred a fitness benefit for ancestral humans.

Влияние развода на детей

Три лонгитюдных исследования разводов: Проект округа Марин (клиническое исследование 60 семей, начавшееся в 1971 году), Исследование округа Вирджиния (серия лонгитюдных исследований брака, развода и повторного брака) и Исследования бинуклеарных семей, охватывающие 98 семей, способствовали расширению литературы о разводе. Исследование бинуклеарных семей было основано на результатах Проекта округа Марин и Исследования округа Вирджиния. Эти исследования использовались для понимания последствий развода для детей в дальнейшей жизни. Исследование Джудит Уоллерштейн о влиянии развода на детей (основанное на Проекте округа Марин) показывает, что "дети разведенных родителей часто достигают взрослого возраста, будучи психологически неустойчивыми личностями, которым трудно строить удовлетворительные отношения с другими". Количественные исследования, проведенные другими учеными, подтверждают вывод Уоллерштейн. Было показано, что у детей разведенных родителей повышен риск: испытывать психологические проблемы, иметь проблемные браки, разводиться и иметь напряженные отношения с родителями, особенно с отцом. Однако Уоллерштейн оспаривает "крайнюю версию" своей теории, согласно которой разница между детьми разведенных и состоящих в браке родителей является существенной и всеобъемлющей. Одним из оппонентов выводов Уоллерштейн является Мэвис Хеттерингтон, которая утверждает, что негативные последствия развода для детей преувеличены и что большинство детей вырастают без долгосрочного вреда. Данные Хеттерингтон показали, что 25% детей разведенных родителей достигают взрослого возраста с серьезными социальными, эмоциональными или психологическими проблемами, по сравнению с 10% детей, чьи родители состоят в браке. 75% детей вырастают и становятся благополучными взрослыми. Через 20 лет после опроса 98 семей в рамках исследования бинуклеарных семей, было опрошено 85% их потомков. Из них 23% получили образование в аспирантуре, 33% – в колледже, 31% – послесреднее профессиональное образование, 10% – закончили среднюю школу, а большинство (85%) опрошенных детей были трудоустроены.

Three longitudinal studies on divorce: The Marin County Project (the clinical study of 60 families that began in 1971), The Virginia County Study (a series of longitudinal studies on marriage, divorce and remarriage) and The Binuclear Family Studies of 98 families have helped expand the literature on divorce. The Binuclear study was based on the findings from the Marin County Project and Virginia County Study. This research has been used to understand the implications of divorce on children later on in life. Judith Wallerstein's research on the effect of divorce on children (based on the Marin County Project) suggests that, "children with divorced parents often reach adulthood as psychologically troubled individuals who find it difficult to maintain satisfying relationships with others". Quantitative research done by other scholars supports Wallerstein's conclusion. It has been shown that children with divorced parents have an increased risk of: experiencing psychological problems, having troubled marriages, divorcing and having poor relationships with parents especially the father. Wallerstein, however, has a disputed an "extreme version" of her theory where she claims that the difference between the children with divorced and continuously married parents is dramatic and pervasive. One opponent of Wallerstein's conclusions is Mavis Hetherington, who argues that the negative effects of divorce on children have been exaggerated and that most children grow up without long term harm. Hetherington's data showed that 25% of children with divorced parents reach adulthood with a serious social, emotional or psychological problem, compared to 10% of children with continuously married parents. 75% of the children grow up to be well functioning adults. Twenty years after the 98 families from the binuclear study were interviewed, 85% of the offspring from these families were interviewed. Of those, 23% had completed postgraduate training, 33% had completed college, 31% had completed post secondary training, 10% had received their high school diplomas and the majority (85%) of the interviewed children were employed.

Влияние технологий

За последние несколько десятилетий технологии значительно продвинулись вперед, и вместе с ними возросло их влияние на общество. Доктор Шопп Салливан изучала влияние технологий, в особенности социальных сетей, на родителей и их методы воспитания детей. Она исследовала примерно 200 семей с двойным доходом, у которых первый ребенок родился в период с 2008 по 2009 год, наблюдая за тем, как социальные сети оказывают на них давление в родительской роли. Она обнаружила, что у отцов повысился уровень уверенности, а у матерей – наблюдался противоположный эффект: отцы чувствовали себя более уверенно, просматривая страницы других родителей в социальных сетях, в то время как матери испытывали тревогу, увидев посты с идеальными или безупречными семейными фотографиями, или беспокоились о критических комментариях под своими публикациями. Это привело к увеличению уровня стресса и снижению самооценки, что повлияло на реакцию детей на родителей и изменило их поведение.

Современные теории материнства

Материнство – это социальная практика заботы и воспитания зависимых детей. Это динамичный процесс социальных взаимодействий и отношений. Материнство обычно ассоциируется с женщинами, поскольку, как правило, именно женщины воспитывают своих детей. Однако, «не все женщины становятся матерями, и забота и воспитание детей не являются исключительно женской прерогативой». Некоторые утверждают, что материнство как женская роль – это социальный конструкт, на который сильно влияют гендерные убеждения. Роли, связанные с материнством, варьируются во времени и в разных культурах. Более того, стратегии и смыслы, которые развивает мать, формируются под влиянием различных социальных условий, таких как пересечение региональной и местной политической экономики с классом, этнической принадлежностью, культурой и сексуальными предпочтениями. Некоторые социологи называют это «буржуазной семьей», которая возникла в типичных европейских домохозяйствах XVI и XVII веков и часто рассматривается как «традиционная западная» структура. В этой семейной модели отец выступает в роли экономического обеспечения и иногда дисциплинирующего члена семьи, в то время как мать или другая родственница-женщина берет на себя основную часть заботы о детях. В традиционных семьях Восточной Азии и Запада отцы были главами семейств, что подразумевало их обязанность обеспечивать финансовую поддержку и принимать важные решения, некоторые из которых должны были выполняться остальными членами семьи безоговорочно. «Некоторых американцев азиатского происхождения воспитывают в строгом соответствии с гендерными ролями, с акцентом на групповую гармонию и сыновнюю почтительность, сохранение фамилии и соответствие ожиданиям родителей». Роль матери в семье отмечается в День матери. Анна Ривз Джарвис была женщиной, которая изначально организовала День материнского труда, протестуя против отсутствия чистоты и санитарии на рабочих местах. Джарвис умерла в 1905 году, и её дочь учредила Национальный День матери в память о своей матери.

Статистика материнства

В Соединенных Штатах 82,5 миллиона женщин всех возрастов являются матерями, в то время как средний возраст рождения первого ребенка в стране составляет 25,1 года. В 2008 году 10% родов пришлось на девочек-подростков, а 14% – на женщин в возрасте 35 лет и старше. В США, согласно исследованию, в среднем женщина тратит 5 лет на работу и построение карьеры, прежде чем завести детей. Матери, занятые на работах без заработной платы, начинают рожать в 27 лет, по сравнению с матерями, работающими на оплачиваемых должностях, которые беременеют в 31 год. Исследование показывает, что разница в возрасте рождения детей связана с уровнем образования: чем дольше женщина учится, тем старше она будет, когда выйдет на рынок труда. Во многих культурах, особенно в традиционных западных, отцом обычно является муж в брачном союзе. Отцы часто играют очень важную роль в воспитании детей, и это звание может быть присвоено небиологическому отцу, выполняющему эту роль. Это часто встречается у отчимов (мужчин, женатых на биологических матерях). В традиционных восточноазиатских и западных семьях отцы являются главами семейств, что означает, что их обязанности включают финансовое обеспечение и принятие важных решений, некоторые из которых должны выполняться остальными членами семьи без вопросов. Как и в случае с культурными представлениями о семье, конкретные аспекты роли отца варьируются в зависимости от культурных обычаев. В так называемой социологами "буржуазной семье", возникшей в типичных европейских домохозяйствах XVI и XVII веков, роль отца была несколько ограничена. В этой модели семьи отец выступает в качестве экономического кормильца и иногда дисциплинирующего члена семьи, в то время как мать или другая родственница-женщина осуществляет большую часть заботы о ребенке. Эта структура закреплена, например, в обществах, которые законодательно устанавливают "декретный отпуск по беременности и родам", но не имеют соответствующего "отпуска по уходу за ребенком". Однако эта ограниченная роль все чаще подвергается критике. С 1950-х годов ученые-социологи и феминистки все чаще критикуют гендерное разделение труда и заботы, а также роль мужчины-кормильца, и политика все чаще ориентирована на мужчин как на отцов, в качестве инструмента изменения гендерных отношений.

In the United States, 82.5 million women are mothers of all ages, while the national average age of first child births is 25.1 years. In 2008, 10% of births were to teenage girls, and 14% were to women ages 35 and older. In the United States, a study found that the average woman spends 5 years working and building a career before having children, and mothers working non salary jobs began having children at age 27, compared to mothers with salary positions, who became pregnant at age 31. The study shows that the difference in age of child birth is related to education, since the longer a woman has been in school, the older she will be when she enters the workforce. In many cultures, especially traditional western, a father is usually the husband in a married couple. Many times fathers have a very important role in raising offspring and the title can be given to a non biological father that fills this role. This is common in stepfathers (males married to biological mothers). In East Asian and Western traditional families, fathers are the heads of the families, which means that their duties include providing financial support and making critical decisions, some of which must be obeyed without question by the rest of the family members. As with cultural concepts of family, the specifics of a father's role vary according to cultural folkways. In what some sociologists term the "bourgeois family", which arose out of typical 16th and 17th century European households, the father's role has been somewhat limited. In this family model the father acts as the economic support and sometimes disciplinarian of the family, while the mother or other female relative oversees most of the child rearing. This structure is enforced, for example, in societies which legislate "maternity leave" but do not have a corresponding "paternity leave". However, this limited role has increasingly been called into question. Since the 1950s, social scientists as well as feminists have increasingly criticized gendered arrangements of work and care, and the male breadwinner role, and policies are increasingly targeting men as fathers, as a tool of changing gender relations.

Наука о воспитании детей

Описанная как «наука об отцовстве», область изучения «отцовского дела» возникла преимущественно в Великобритании и Соединенных Штатах (а также по всей Европе) в 1920-х годах. «Мужчины, работавшие в центрах материнства и охраны здоровья младенцев, – в ответ на доминирование матери в вопросах ухода за детьми и воспитания в межвоенной Британии – утверждали, что отцы должны играть ключевую роль в воспитании детей». Если бы подобное исследование проводилось в области изучения материнства, оно было бы названо «материнским делом». Слова «мама» и «мамочка», обычно воспринимаемые как ласковые обращения к матери, как правило, одни из первых слов, которые произносит ребенок. Хотя «папа» или «папочка» часто произносятся раньше, это не свидетельствует о более сильной связи между отцом и ребенком, чем между матерью и ребенком, а лишь потому, что их проще произносить, чем «мама» или «мамочка», которые требуют большего контроля над мышцами рта. Дети чаще вспоминают «папу», поскольку, согласно исследованиям, он для них более интересен.

Современные теории

Американской общественности было представлено несколько исследований, чтобы выяснить, как мужчины воспринимают и определяют отцовство. В частности, исследования были сосредоточены на причинах, по которым мужчины решают стать отцами, и на связи между отцовством и современной мужественностью. Неудивительно, что современные исследования отцовства опираются на теорию идентичности и фокусируются на значимости, центральности и важности отцовской идентичности в жизни мужчин, особенно в связи с их вовлеченностью в воспитание детей. Согласно теории идентичности, чем более выражена и центральна идентичность, тем выше вероятность того, что люди будут действовать в соответствии с ней. Выраженность идентичности относится к готовности проявлять ее в конкретной ситуации. Центральность – это важность идентичности по отношению к другим аспектам личности. Центральность отцовской идентичности обычно оценивается выше (по сравнению с идентичностями брата, мужа и т.д.) из-за гендерных ожиданий, согласно которым мужчины должны быть "хорошими" отцами. Мужчины, для которых роль отца является центральной и ключевой частью их личности, с большей вероятностью будут активно участвовать в жизни своих детей и стремиться к ответственному отцовству. Мужчины, которые не смогли стать отцами или не имеют возможности иметь детей, воспринимают отсутствие отцовства как угрозу своей мужественности. В результате, эта угроза мужественности может служить стимулом для мужчин, чтобы стать отцами, поскольку они не хотят, чтобы их считали бесплодными или лишенными мужественности.

Мужчины, которые не выбирают отцовство

Исследования мужчин, которые сознательно отказываются от отцовства, часто фокусируются на том, насколько важна роль отца для мужественности и центральной идентичности мужчины. Многие мужчины указывают на экономические трудности, культурные различия и жизненные обстоятельства как на потенциальные факторы, сдерживающие их от отцовства. В конечном счете, некоторые мужчины считают жизненные обстоятельства основной причиной своего решения не становиться отцами. Под жизненными обстоятельствами понимается семейное положение (одиночество или брак) и возраст. Исследования показали, что мужчины старшего возраста и состоящие в браке с большей вероятностью стремятся к отцовству. Предполагается, что мужчины по-прежнему рассматривают брак, работу и отцовство как неразрывный комплекс, то есть отсутствие одного из этих элементов, например, работы или брака, может привести к решению не заводить детей. Также высказывается мнение, что женатые мужчины чувствуют давление общества и ожидания отцовства как части брака, даже если лично не хотят иметь детей. С другой стороны, одинокие и молодые мужчины не испытывают такого же стремления, поскольку не чувствуют себя "готовыми" к эмоциональной и финансовой ответственности за ребенка.

Альтернативные формы семьи

За последние годы число состоящих в браке пар, воспитывающих детей, уменьшилось. В 2001 году в Канаде 44% всех семей, состоящих в браке или в гражданском браке, имели детей в возрасте до 25 лет.

Геи и лесбиянки

Гей и лесбийские пары относятся к однополым отношениям. В 1989 году Дания стала первой страной, разрешившей однополым парам вступать в брак и предоставившей равные права всем гражданам. Например, близкий друг семьи, которого вы могли бы называть тётей или дядей, но который не состоит с вами в кровном родстве или брачных отношениях.

Социология детства

Ценности, усвоенные в детстве, важны для развития и социализации детей. Семья рассматривается как основной институт первичной социализации и первый агент социализации.

История

С 2000-х годов новая область социологии – социология детства – стала привлекать все больше внимания и вызвала множество эмпирических исследований, а также острые теоретические дискуссии, первоначально в Скандинавии и англоязычных странах. В Европе и Соединенных Штатах был предпринят иной подход, при котором европейские социологи проявляли больший интерес к активному продвижению прав детей. До этого времени социология рассматривала детей и детство преимущественно с точки зрения социализации, а формирование новой социологической парадигмы детства происходило параллельно с феминистской критикой социологических традиций. Социологи, занимающиеся изучением детства, критиковали «взрослоцентрированный» подход и «отделяющую позицию» социологии по отношению к детям. Неудивительно, что ключевые работы в области социологии детства носят ярко выраженный междисциплинарный характер, объединяя историю, культурологию, этнометодологию и педагогику. К числу ключевых работ относятся «Конструирование и переосмысление детства» Джеймса и Прута (1990/1997), «Теоретические подходы к изучению детства» Джеймса, Дженкса и Прута (1998) и «Будущее детства» Прута (2005). По вопросам методологии исследований с детьми см. сборник «Исследования с детьми» под редакцией Кристенсена и Джеймса (2008).