Введение

Польский художник

Эугениуш Зак (15 декабря 1884 – 15 января 1926), также известный как Эжен Зак и Юджин Зак, был польским художником.

Жизнь

Евгений Зак родился в еврейской семье в Могильне, Минской губернии (ныне Беларусь). В детстве переехал в Варшаву, где окончил неклассическую гимназию. В 1902 году он уехал в Париж для учебы, сначала в Школу изящных искусств в студию стареющего мастера академизма Жана Леона Жерома, а затем в Академию Коларосси в студию Альберта Беснара. В 1903 году он отправился в Италию и к концу года – в Мюнхен, где поступил в частную школу, руководимую словенцем Антоном Ажбе. В 1904 году он вернулся в Париж. В том же году состоялся его дебют на Осеннем салоне, а два года спустя он был принят в состав жюри в секции рисунка этого учреждения. В 1906–1908 годах совершил поездки в Бретань (в частности, в Пон-л’Аббе). На Сене он был вовлечен в жизнь польской колонии, участвуя в деятельности Общества польских художников в Париже и других организациях. Там он подружился со многими польскими художниками, включая Романа Крамштика, Вацлава Боровского, Леопольда Готтлиба, Ежи Меркеля, Эли Надельмана, Мелу Мутер, Титуса Чижевского и Зигмунта Менкеса. Его репутация быстро росла. Французское правительство приобрело одну из его картин для Музея Люксембурга (1910), он организовал персональную выставку в Галерее Друэ (1911), поддерживал связь с видными деятелями парижской культурной жизни, в том числе с критиками Адольфом Баслером и Андре Сальмоном, и стал экспонентом Société Normande de Peinture Moderne. В 1912 году он стал профессором в Академии Ла-Палетт. В 1913 году он женился на начинающей художнице Ядвиге Кон, которая после его смерти управляла известной Галереей Зака. В 1914–1916 годах он находился на юге Франции (Ницца, Сен-Поль-де-Ванс и Ванс), а также посетил Лозанну в Швейцарии. В 1916 году он вернулся с семьей в Польшу и поселился в Ченстохове, родном городе его жены. Он был близок к представителям направления Формизм. Во время частых поездок в Варшаву он сотрудничал с будущими членами Stowarzyszenie Artystów Polskich „Rytm” (“Ритм”), группу, которую он соосновал в 1921 году. В 1922 году он окончательно покинул Польшу. Сначала он отправился в Германию, где был известен и уважаем еще до Первой мировой войны. Он посетил Берлин, а затем Бонн, где выполнил заказ на роспись интерьера виллы архитектора Фрица Августа Брейхауза. Он сотрудничал с журналом Deutsche Kunst und Dekoration, публикуя статьи о художниках, близких ему по духу. В 1923 году он вновь поселился в Париже, где воссоединился с друзьями Зигмунтом Менкесом и Марком Шагалом. Его растущая художественная слава и финансовые успехи внезапно оборвались, когда он скончался от сердечного приступа в Париже в возрасте 41 года. Он не успел занять предложенную ему должность профессора живописи в Академии изящных искусств в Кёльне (Германия).

Работа

С самого начала Жак выражал свой художественный темперамент через изысканное применение линии, обращаясь в своих сангвиновых портретах к работам Леонардо, Боттичелли, Хольбейна и Дюрера. На раннем этапе карьеры он сблизился со стилем Наби, используя плоские цветовые пятна, заключенные в четкие контуры и приглушенные, слегка матовые тона. Некоторое время он поддался – как и многие его парижские коллеги – экзотике и фольклорной атмосфере Бретани. Он также заимствовал отдельные мотивы из китайского фарфора и персидских миниатюр. Он писал виды парижских переулков и бульваров на Сене и изредка обращался к сюжетам Нового Завета. Еще до Первой мировой войны некоторые его композиции созвучны идиллической традиции, представленной работами таких художников, как Никола Пуссен, Клод Лоррен (также известный как ле Лоррен), Антуан Ватто и, прежде всего, Пувиса де Шаванна, чьи «Бедные рыбаки» в Лувре вдохновили ряд картин и рисунков Жака. Польский художник начал усиливать стилизацию фигурных силуэтов и лиц. Аркадия Жака, вдохновленная подлинными итальянскими и южнофранцузскими пейзажами, а также произведениями европейских мастеров, была населена людьми с гермафродитической красотой, несомненно связанной с увлечением Жака Ренессансом. Их лица напоминают профили древнегреческого искусства, с прямым от лба носом и четко очерченными глазами, а выражения лиц отличаются томностью и ностальгией. Подобно Модильяни, Жак благодаря изысканному рисунку и поэтическому воображению с романтическим оттенком создал особую «породу людей», встречающуюся лишь в фигурах его картин. Его кубические дома и скальные массивы всегда композиционно выстроены в декоративном ритме. Изысканные сочетания ломаных цветов и сдержанная выразительность отличают эти работы. Они вступают в интересный диалог с достижениями представителей немецкой Новой вещественности и некоторых итальянских художников из группы Valori Plastici, хотя о прямом влиянии говорить нельзя. Около 1917–1920 годов социальных изгоев, ностальгических одиночек, проводящих жизнь в салонах или интерьерах со скудной мебелью, заменили прежних рыбаков и их семьи, моряков и торговцев. Здесь прослеживается явная связь с «мрачным» направлением раннего Пабло Пикассо, например, с его «Сольтимбанки» голубого периода. В то же время эти печальные мотивы уравновешиваются изображениями счастливых семей в различных ситуациях: мать играет с улыбающимся ребенком, семья развлекается с кукольным театром и т.д. Картины последнего периода наполнены светом и жизнью, при этом художник не избегает диссонансов. Контуры растворяются на границах цветовых плоскостей, а точечное освещение смягчает поверхности стилизованных форм. Репертуар форм Жака не отличается богатством, но он достаточно характерен, чтобы его работы были сразу узнаваемы. Его стиль вдохновил многих польских художников, объединившихся вокруг группы «Ритм», которая создала польскую версию ар-деко. Важной особенностью «грамматики форм» Жака было его отношение к человеческому силуэту, который художник наделял удлиненными пропорциями, мало похожими на пропорции реальных моделей, маньеристским акцентом на контраппосте и танцевальными позами, скорее свойственными марионеткам или манекенам, чем живым людям. Его поздние картины, казалось, открывали новую главу в его творчестве: он начал использовать колористические и живописные приемы импрессионистов (прежде всего Ренуара), когда-то им презираемые.

Выставки

За время жизни Зака его персональные выставки были организованы в Париже (1911, 1925) и Варшаве (1917). Помимо Парижских салонов (с 1904 года) и выставки польских художников, проживающих в Париже, организованной в Барселоне (1912), его работы были представлены на знаменитой выставке «Армори Шоу» в Нью-Йорке, Чикаго и Бостоне, где он был единственным поляком наряду с Эли Наделманом (1913), на Венецианской биеннале (1914), а также на парижских выставках Ассоциации «Франция – Польша» в Париже (1924). Кроме того, он участвовал в выставках Общества польских художников «Стука» («Искусство»), начиная с 1908 года, а также в выставках польских экспрессионистов (позже названных формамистами) до образования официальной группы (Краков, 1913 и Закопане, 1916) и после (Краков, 1917 и Львов, 1918). Он выставлялся в Варшаве как член Польского художественного клуба (1917–1919), «Новой группы» (1918) и Ассоциации польских художников «Ритм» в Кракове (1923) и Варшаве (1924). Посмертные выставки художника состоялись в трех Парижских салонах и парижских галереях, а также в Варшаве и Дюссельдорфе (все в 1926 году), Нью-Йорке (1927), Буффало (1928), Лондоне (1929) и неоднократно в Париже, в том числе в галерее Зак (1936, 1938). Последняя, руководимая вдовой художника, пользовалась репутацией одной из самых интересных галерей на левом берегу Сены: она поддерживала, в частности, первую выставку членов Парижского комитета, известных как Каписты, ряд персональных выставок польских и еврейских художников, работавших во Франции, и первую парижскую персональную выставку Василия Кандинского.