Введение

Книга Мартина Амиса "Стрела времени, или Природа преступления" (1991) – роман Мартина Амиса. В 1991 году он вошел в шорт-лист Букеровской премии. Роман примечателен тем, что события в нем развиваются в обратном хронологическом порядке: время течет вспять, а главный герой с течением повествования становится все моложе.

Краткое содержание сюжета

Роман рассказывает о жизни немецкого врача, участвовавшего в Холокосте, в обратной хронологии. Рассказчик вместе с читателем переживает течение времени вспять. Рассказчик – не столько главный герой, сколько вторичное сознание, по-видимому, обитающее в нем, разделяющее его чувства, но лишенное доступа к его мыслям и контроля над происходящим. Некоторые фрагменты можно интерпретировать как намек на то, что этот рассказчик может быть своего рода совестью, однако это неясно. Рассказчика можно рассматривать и как необходимое устройство для повествования в обратной хронологии. Амис использует различные формы обратного дискурса, включая обратный диалог, обративный нарратив и обратное объяснение. Применение этих приемов направлено на создание у читателя ощущения тревоги и иррациональности; действительно, одной из сквозных тем романа является постоянная ошибочная интерпретация событий рассказчиком. Например, он просто принимает тот факт, что люди ждут час в приемной врача после осмотра, хотя порой сомневается в целесообразности этой традиции. Отношения изображаются как начинающиеся бурно, а затем постепенно перерастающие в тихие романы. Хотя рассказчик и принимает все это, он озадачен и чувствует, что мир лишен всякой логики. Обратный рассказ начинается в Америке, где врач сначала живет на пенсии, а затем вновь практикует медицину. Он постоянно чего-то опасается и старается не привлекать к себе внимания. Позже он меняет личность и переезжает в Нью-Йорк. (Если рассматривать историю в прямом порядке, он бежал из Европы после войны и сумел обосноваться в Америке при помощи преподобного Николаса Кредитора, который, по всей видимости, помогает военным преступникам скрываться.) В 1948 году он отправляется (в обратном направлении) в Португалию, а оттуда – в Освенцим. Врач, Одило Унвердорбен, помогает "дяде Пепи" (прототипом которого является Йозеф Менгеле) в пытках и убийствах евреев. Находясь в Освенциме, обратная хронология означает, что он создает жизнь и исцеляет больных, а не наоборот. Что подсказывает мне, что это правильно? Что говорит мне, что все остальное было ложью? Разумеется, не мое эстетическое чувство. Я бы никогда не сказал, что Аушвиц-Биркенау-Моновиц красив. Ни на вид, ни на слух, ни по запаху, ни на вкус, ни на ощупь. Среди моих коллег там царило общее, хотя и вялое, стремление к большей элегантности. Я понимаю это слово и всю его тоску: элегантность. Не ради элегантности я полюбил вечернее небо над Вислой, багровое от собирающихся душ. Создавать легко. И уродливо. Здесь нет "почему". Здесь нет "когда", нет "как", нет "где". Наша сверхъестественная цель? Мечтать о расе. Создавать народ из стихии. Из грома и молний. С помощью газа, электричества, грязи, огня. (стр. 119–120, Vintage edition, 1992)

В перевернутой версии реальности обратной становится не только простая хронология (люди молодеют, превращаются в детей, затем в младенцев и, наконец, возвращаются в утробы матерей, где перестают существовать), но и мораль. Удары лечат раны, врачи – наносят их. Кража превращается в пожертвование, и наоборот. В одном эпизоде о проститутках врачи причиняют им вред, а сутенеры дают им деньги и исцеляют. Однако, когда главный герой достигает Освенцима, мир начинает обретать смысл. Создается совершенно новая раса.

Предыстория

Эмис впервые задумал идею рассказать жизнь человека в обратном порядке за два года до публикации романа. Благодатную почву для этой структуры он обнаружил, когда его друг Роберт Джей Лифтон подарил ему свою книгу «Нацистские врачи» об участии немецких врачей во Второй мировой войне, от «Акции Т4» до лагерей смерти. Альтернативное название романа взято из «Перемирия» Примо Леви:

«Для нас даже час свободы прозвучал глухо и торжественно, наполняя наши души радостью, но вместе с тем болезненным чувством стыда, так что нам хотелось бы очистить свою совесть и память от скверны, осевшей на них; и вместе с тем – с тревогой, потому что мы чувствовали, что этого никогда не должно было случиться, что теперь уже ничего не может быть достаточно хорошего и чистого, чтобы стереть наше прошлое, и что шрамы от этого насилия останутся с нами навсегда. Потому что, и это страшная привилегия нашего поколения и моего народа, никто лучше нас не смог постичь неизлечимый характер этой обиды, которая распространяется как зараза. Наивно полагать, что человеческое правосудие способно её искоренить». Амис также упоминал о важном влиянии книг «Если это человек», «Утопленные и спасённые» и «Мгновения передышки». В послесловии к роману Эмис признаёт свою благодарность за знаменитый отрывок из «Бойни номер пять» Курта Воннегута: сцену Дрезденской бомбардировки, где Билли Пилигрим наблюдает в обратном порядке за ночным кинохроникой, показывающей, как американские бомбардировщики поднимают свои бомбы из пылающего немецкого города.

Обратная хронология

Согласно автобиографии Амиса, повествование ведется от лица души Одило.