Введение
Методы, используемые историками
Исторический метод – это совокупность техник и руководящих принципов, которые историки применяют для исследования и написания истории прошлого. В качестве источников могут использоваться вторичные и первичные источники, а также материальные свидетельства, такие как археологические находки. Умение историка заключается в выявлении этих источников, оценке их относительной достоверности и сопоставлении их показаний для создания точной и надежной картины прошлых событий и условий. В философии истории вопрос о природе и возможности обоснованного исторического метода рассматривается в рамках эпистемологии. Изучение исторического метода и различных подходов к написанию истории называется историографией. Хотя историки в целом согласны с основными принципами, на практике «конкретные каноны исторического доказательства не соблюдаются широко и не являются предметом всеобщего согласия» среди профессиональных историков. Некоторые исследователи истории отмечают, что для таких областей, как религия, искусство, наука, демократия и социальная справедливость, не существует единых стандартов, поскольку они по своей природе являются «по существу спорными» и требуют применения специфических инструментов, характерных для каждой области, для интерпретации соответствующих тем.
Критерии подлинности
Иногда историкам приходится решать, что в источнике является подлинным, а что нет. Для таких случаев существуют внешние и внутренние "критерии подлинности", которые представляют собой технические инструменты для оценки источников и отделения подлинных источников или контента от подделок или манипуляций. Внешние критерии касаются вопросов установления авторства источника или группы источников, таких как самостоятельное написание текста автором, приписывание авторства источника другими источниками, а также совпадение содержания в независимых рукописных копиях. Внутренние критерии включают формальности, стиль и язык автора, соответствие источника среде его создания, хронологические или временные несоответствия, историю текстовой передачи источника, наличие интерполяций, вставок или удалений в тексте источника.
Косвенные свидетели
Гарраган (1946) утверждает, что большая часть информации поступает от «косвенных свидетелей» – людей, которые не присутствовали на месте событий, но узнали о них от других. Готтшалк отмечает, что историк иногда может использовать сведения, полученные из вторых рук, когда первичные источники недоступны. Он пишет: «В случаях, когда историк опирается на показания вторичных свидетелей, он задает следующие вопросы: (1) На чьих первичных показаниях основываются заявления вторичного свидетеля? (2) Точно ли вторичный свидетель передал содержание первичных показаний в целом? (3) Если нет, то в каких деталях он передал первичные показания верно? Удовлетворительные ответы на второй и третий вопросы могут предоставить историку полное или основное содержание первичных показаний, которые вторичный свидетель может быть единственным источником его знания. В таких случаях вторичный источник становится для историка «исходным» источником в том смысле, что он является «источником» его знаний. В той мере, в какой этот «исходный» источник является точным изложением первичных показаний, историк оценивает его достоверность так же, как оценивал бы достоверность самих первичных показаний». Готтшалк добавляет: «Таким образом, историк не будет отбрасывать сведения, полученные из вторых рук, только потому, что это слухи, в отличие от суда».
Анонимные источники
Историки допускают использование анонимных текстов для установления исторических фактов.
Синтез: исторические рассуждения
После того, как отдельные фрагменты информации были оценены в контексте, на основе исторического анализа могут быть сформулированы и обоснованы гипотезы.
Аргумент о лучшем объяснении
C. Behan McCullagh (1984) формулирует семь условий для успешного аргумента в пользу наилучшего объяснения:
Утверждение, вместе с другими утверждениями, уже признанными истинными, должно влечь за собой другие утверждения, описывающие существующие, наблюдаемые данные. (В дальнейшем мы будем называть первое утверждение «гипотезой», а утверждения, описывающие наблюдаемые данные, – «наблюдениями»). Гипотеза должна обладать большей объяснительной широтой, чем любая другая несовместимая гипотеза относительно того же предмета; то есть она должна влечь за собой большее разнообразие наблюдений. Гипотеза должна обладать большей объяснительной силой, чем любая другая несовместимая гипотеза относительно того же предмета; то есть она должна делать наблюдения, которые она влечет за собой, более вероятными, чем любые другие. Гипотеза должна быть более правдоподобной, чем любая другая несовместимая гипотеза относительно того же предмета; то есть она должна быть в некоторой степени выведена из большего числа общепринятых истин, чем любая другая, и выводиться более убедительно, чем любая другая; при этом ее вероятное отрицание должно вытекать из меньшего числа убеждений и вытекать менее убедительно, чем любое другое. Гипотеза должна быть менее специальной (ad hoc), чем любая другая несовместимая гипотеза относительно того же предмета; то есть она должна содержать меньше новых предположений о прошлом, которые не вытекают в какой-то степени из существующих убеждений. Она должна противоречить меньшему числу общепринятых убеждений, чем любая другая несовместимая гипотеза относительно того же предмета; то есть, в сочетании с общепринятыми истинами, она должна влечь за собой меньше наблюдений и других утверждений, которые считаются ложными. Она должна значительно превосходить другие несовместимые гипотезы относительно того же предмета по характеристикам 2–6, так что после дальнейшего исследования маловероятно, что несовместимая гипотеза скоро превзойдет ее в этих аспектах. McCullagh заключает: «Если широта и сила объяснения очень велики, так что оно объясняет большое количество и разнообразие фактов, намного больше, чем любое конкурирующее объяснение, то оно, вероятно, истинно».