Введение

Специфическое понимание взаимосвязи человеческого и божественного в личности Иисуса, папы.

Эвтихианство, также известное как Реальный Монофизизм, относится к комплексу христианских богословских доктрин, основанных на идеях Евтихия Константинопольского (ок. 380 – ок. 456). Эвтихианство представляет собой монофизитское понимание взаимосвязи человеческого и божественного в личности Иисуса Христа, при котором Христос обладает единой природой, сочетающей в себе две, и человеческая природа Христа поглощается божественной. Противники эвтихианцев часто называли их Фантазиастами, обвиняя их христологию в сведении воплощения Иисуса к иллюзии.

Обзор

В разное время Евтих учил, что человеческая природа Христа была поглощена божественной, или что Христос имел человеческую природу, но она не была подобна человеческой природе других людей. Одна из формулировок гласит, что эвтихианство подчеркивало единство природы Христа настолько, что божественность Христа поглотила его человечность, подобно тому, как океан поглощает каплю уксуса. Евтих утверждал, что Христос был двух природ, но не в двух природах: отдельные божественная и человеческая природы соединились и смешались таким образом, что, хотя Иисус был единосущен Отцу, он не был единосущен с человеком. Эвтихианство было отвергнуто на Четвертом Вселенском Соборе в Халкидоне в 451 году, и в выражении веры, известном как Халкидонский Символ веры. Реакция на эвтихианство также привела к расколу с Ориентальной Православной Церковью.

Исторический фон

По мере роста и развития христианской церкви росла и развивалась сложность ее понимания Троичного Бога и личности Христа. Важно понимать споры в христологии в связи с их параллелью с организацией церкви, поскольку они идеально объединены в одно целое, причем последняя рассматривается как Тело Христово. Вопрос о том, как согласовать утверждения монотеизма с утверждением о божественности Иисуса из Назарета, был в значительной степени решен на Первом Вселенском соборе, состоявшемся в Никее (325 г.). Особенно среди грекоязычных христиан внимание сосредоточилось на том, как понять, как вторая Личность Троицы воплотилась в Иисусе Христе. В Никейском Символе веры говорится об Иисусе, что Он "единосущен Отцу (Богу)" и что Он "воплотился от Святого Духа и Девы Марии и стал истинным человеком". Однако ни Никейский Символ веры, ни каноны Собора не дали подробного объяснения того, как Бог стал человеком в лице Иисуса, оставив пространство для спекуляций. Одну из таких теорий о том, как взаимодействуют человеческое и божественное в личности Иисуса, выдвинул Константинопольский патриарх Несторий (ок. 386–451). Несторий, ученик Антиохийской богословской школы, учил, что в воплощении две различные ипостаси ("сущности" или, как использовали этот термин критики Нестория, такие как Иоанн Кассиан и Кирилл Александрийский, "личности") соединены в Иисусе Христе: одна человеческая (человек) и одна божественная (Слово). Таким образом, Марию не следует считать Богородицей (Theotokos), поскольку она лишь способствовала и родила человеческую природу Христа, делая ее Христородицей. Несторий и его учения были осуждены Третьим Вселенским собором, состоявшимся в Эфесе в 431 году, который определил Церковь Востока. Эфесский собор не ответил на вопрос о том, как человеческое и божественное взаимосвязаны в личности Христа; он, по-видимому, отверг любые попытки ответа, которые подчеркивали двойственность природы Христа в ущерб Его единству как единой ипостаси (понимаемой как "личность").

Евтих и Халкидон

В ответ на эвтихианство собор принял диофизизм, который чётко разграничивал личность и природу, утверждая, что Христос есть одно лицо в двух природах, но подчёркивая, что эти природы существуют "без смешения, без изменения, без разделения, без разлучения". Миафизиты отвергли это определение, посчитав его близким к несторианству, и вместо этого придерживались формулировки Кирилла Александрийского, главного противника несторианства, который говорил об "единой (mia) природе воплощённого Слова Божия" (μία φύσις τοῦ θεοῦ λόγου σεσαρκωμένη mia physis tou theou logou sesarkōmenē). Суть их позиции заключалась в том, что воплощённый Христос имеет одну природу, но она сохраняет как божественный, так и человеческий характер, и включает в себя все свойства обеих природ без смешения, путаницы или изменения какой-либо из них. Миафизиты осуждали эвтихианство.