Итальянское путешествие Гёте

Введение

Итальянское путешествие – книга Иоганна Вольфганга фон Гёте, описывающая его путешествия по Италии в 1786–1788 годах и опубликованная в 1816 и 1817 годах. Книга основана на дневниках Гёте, отличается более сглаженным стилем, лишена спонтанности, свойственной его дневниковым записям, и дополнена размышлениями и воспоминаниями, возникшими позже. В начале сентября 1786 года, когда Гёте исполнилось 37 лет, он, по его собственным словам, «высвободился» от обязанностей тайного советника в Веймарском герцогстве, от длительного платонического увлечения придворной дамой и от огромной славы, пришедшей к нему как к автору романа «Страдания юного Вертера» и бурной драмы «Гёц фон Берлихинген», и оформил отпуск. Ему удалось убедить своего работодателя, герцога Карла Августа, разрешить ему отпуск с сохранением заработной платы. К маю 1788 года он побывал в Италии, проехав через Инсбрук и перевал Бреннер, и посетил озеро Гарда, Верону, Виченцу, Венецию, Болонью, Рим и Альбанские холмы, Неаполь и Сицилию. Он написал множество писем своим друзьям в Германии, которые впоследствии послужили основой для «Итальянского путешествия».

Содержание

"Мы все – паломники, ищущие Италию", – написал Гете в стихотворении через два года после возвращения в Германию из почти двухлетнего пребывания в стране, о которой он давно мечтал. Для Гете Италия была теплым, страстным югом, в противоположность сырому, осторожному северу; местом, где классическое прошлое все еще живо, хотя и в руинах; чередой пейзажей, цветов, деревьев, нравов, городов, памятников, которые он до сих пор видел лишь в своих сочинениях. Он называл себя "смертельным врагом пустых слов" или, как он также выражался, "бессодержательных имен". Ему нужно было наполнить имена смыслом и, как он довольно странно заметил, "открыть себя в созерцаемых предметах", в буквальном смысле – "узнавать себя через предметы". Он также пишет о своей давней привычке "удерживать внимание на предметах", что приносит пользу в новом месте. Он хотел убедиться, что то, что он считал раем, действительно существует, даже если это не совсем рай, и даже если в конечном итоге он не захочет там оставаться. В Италии Гете стремился стать свидетелем и ощутить атмосферу и среду некогда высокоразвитой и в некоторых отношениях все еще культурной области, богатой значительными произведениями искусства. Помимо стремления изучать природные особенности Средиземноморья, он прежде всего интересовался памятниками классической древности, затем эпохой Возрождения, но гораздо меньше господствовавшим в то время искусством барокко. К средневековому искусству он относился с полным пренебрежением. Во время пребывания в Ассизи он не посетил знаменитые фрески Джотто в базилике Сан-Франческо-д’Ассизи. Многие критики поставили под сомнение этот странный выбор. В Вероне, где он с восторгом отмечает гармонию и прекрасные пропорции городского амфитеатра, он утверждает, что это первое подлинное произведение классического искусства, которое ему довелось увидеть. Венеция также таит сокровища для его художественного образования, и он вскоре увлекается итальянским образом жизни. Он приобретает печатные труды Андреа Палладио и тщательно их изучает. После более длительной остановки в Венеции и непродолжительного пребывания во Флоренции он прибывает в Рим. Здесь он встретил нескольких уважаемых немецких художников и подружился с Иоганном Генрихом Вильгельмом Тишбейном и известной художницей неоклассического направления, Анжеликой Кауфман. Он посетил знаменитые художественные коллекции Рима вместе с ней и ее мужем Антонио Зукки. Среди других художников, с которыми он часто встречался, были живописец Иоганн Фридрих Рейффенштейн и писатель Карл Филипп Мориц. Гете жил с Тишбейном в его квартире на Виа-дель-Корсо, 18, в Риме, ныне Casa di Goethe – музей, посвященный итальянскому путешествию. Он оставался там с октября 1786 года по февраль 1787 года, когда они вместе отправились в Неаполь, а Гете продолжил путь на Сицилию, и снова с июня 1787 года по апрель 1788 года. Тишбейн делил дом с несколькими другими немецкими и швейцарскими художниками. Он написал один из самых известных портретов Гете – "Гете в римской Кампанье". Гете повсюду искал древние произведения искусства, в музеях и частных коллекциях, дважды посетил Королевский дворец в Портичи, где экспонировались находки из Помпей и Геркуланума, несколько раз побывал в греческих храмах в Паэстуме. Пока Тишбейн оставался в Неаполе в поисках заказов, Гете отправился на Сицилию с немецким художником Кристофом Генрихом Книпом. Там он усердно изучал тогда малоизвестные греческие руины в Агридженто. В Палермо Гете искал то, что он назвал "Urpflanze" – растение, которое было бы архетипом всех растений. В своем дневнике Гете проявляет живой интерес к геологии южных регионов Европы. Он демонстрирует глубокие и обширные знания в каждой области. Чаще всего он делает описания образцов минералов и горных пород, которые он собирает в горах, скалах и руслах рек Италии. Он также совершает несколько опасных восхождений на вершину Везувия, где каталогизирует природу и свойства различных лавовых потоков и тефры. Он также умело распознает виды растений и флоры, что стимулирует его мысли и исследования в области ботаники. Хотя его научным исследованиям можно приписать больше достоверности, Гете сохраняет вдумчивый и восхищенный интерес к искусству. Используя Палладио и Иоганна Йоахима Винкельмана в качестве ориентиров для своего художественного развития, Гете расширяет горизонты своего мышления в отношении классических представлений о красоте и характеристик хорошей архитектуры. Действительно, в своих письмах он периодически комментирует рост и благо, которые Рим принес ему. Обилие высококачественных произведений искусства оказалось решающим фактором в его преображении в течение этих двух лет, проведенных вдали от родной Германии.

"We are all pilgrims who seek Italy," Goethe wrote in a poem two years after his return to Germany from his almost two year spell in the land he had long dreamed of. For Goethe, Italy was the warm passionate south as opposed to the dank cautious north; the place where the classical past was still alive, although in ruins; a sequence of landscapes, colours, trees, manners, cities, monuments he had so far seen only in his writing. He described himself as "the mortal enemy of mere words" or what he also called "empty names." He needed to fill the names with meaning and, as he rather strangely put it, "to discover myself in the objects I see," literally "to learn to know myself by or through the objects." He also writes of his old habit of "clinging to the objects," which pays off in the new location. He wanted to know that what he thought might be paradise actually existed, even if it wasn't entirely paradise, and even if he didn't in the end want to stay there. While in Italy, Goethe aspired to witness and to breathe the conditions and milieu of a once highly – and in certain respects still – cultured area endowed with many significant works of art. Apart from the impetus to study the Mediterranean's natural qualities, he was first and foremost interested in the remains of classical antiquity, furthermore in Renaissance, but much less in the then predominant Baroque art. Medieval art he treated with complete contempt. During his stay in Assisi, he did not visit the famous Giotto frescoes in the Basilica of San Francesco d'Assisi. Many critics have questioned this strange choice. In Verona, where he enthusiastically commends the harmony and fine proportions of the city amphitheater, he asserts this is the first true piece of Classical art he has witnessed. Venice, too, holds treasures for his artistic education, and he soon becomes fascinated by the Italian style of living. He acquires Andrea Palladio's printed works and studies them intensively. After a longer stop in Venice and a very short stop in Florence, he arrives in Rome. It was here that he met several respected German artists, and made friends with Johann Heinrich Wilhelm Tischbein and notable Neoclassical painter, Angelica Kauffman. He visited the famous art collections of Rome with her and her husband Antonio Zucchi. Other artists he frequently met were the painter Johann Friedrich Reiffenstein and the writer Karl Philipp Moritz. Goethe lived with Tischbein in his flat in Via del Corso 18, Rome, today Casa di Goethe, a museum on the Italian Journey. He stayed there from October 1786 until February 1787 when they travelled together to Naples and Goethe went on to Sicily, and again from June 1787 until April 1788. Tischbein shared the house with a number of other German and Swiss painters. He painted one of the most famous portraits of Goethe, Goethe in the Roman Campagna. Goethe looked everywhere for ancient works of art, in museums and private collections, travelled twice to the Royal Palace of Portici where the excavations from Pompeii and Herculaneum were exhibited, he visited the Greek temples in Paestum several times. While Tischbein stayed in Naples looking for commissions, Goethe went on to Sicily with the German painter Christoph Heinrich Kniep. There he devoted himself intensively to the then largely unknown Greek ruins in Agrigento. In Palermo, Goethe searched for what he called "Urpflanze," a plant that would be the archetype of all plants. In his journal, Goethe shows a marked interest in the geology of Europe's southern regions. He demonstrates a depth and breadth of knowledge in each subject. Most frequently, he pens descriptions of mineral and rock samples that he retrieves from the mountains, crags, and riverbeds of Italy. He also undertakes several dangerous hikes to the summit of Mount Vesuvius, where he catalogues the nature and qualities of various lava flows and tephra. He is similarly adept at recognizing species of plant and flora, which stimulate thought and research into his botanical theories. While more credibility can be attributed to his scientific investigations, Goethe maintains a thoughtful and admiring interest in art. Using Palladio and Johann Joachim Winkelmann as touchstones for his artistic growth, Goethe expands his scope of thought in regards to Classical concepts of beauty and the characteristics of good architecture. Indeed, in his letters he periodically comments on the growth and good that Rome has caused in him. The profusion of high quality objects of art proves critical in his transformation during these two years away from his hometown in Germany.

Прием

Прием итальянского путешествия Гёте начался не с гораздо более поздней публикации его путевых дневников 1813–1817 годов. Он начинается с самого путешествия, особенно поскольку Гёте стремился делиться своими впечатлениями с друзьями в Веймаре посредством многочисленных писем, в том числе с герцогом Карлом Августом, который продолжал выплачивать ему жалование в качестве тайного советника и тем самым сделал путешествие экономически возможным. Гёте неоднократно подчеркивал в письмах, насколько сильно художественные впечатления Италии вдохновляли его собственное творчество, часто говорил о «возрождении», «новой юности» и пытался оправдать растущую продолжительность своего отсутствия. Он регулярно отправлял домой свеженаписанные рукописи, чтобы продемонстрировать свою непрерывную работу. Итальянское путешествие также было предметом переписки с друзьями в Италии после возвращения Гёте в Веймар (опубликовано в 1890 году Отто Харнаком). Поездка герцогини Анны Амалии в Италию в 1788–1790 годах также была вдохновлена письмами Гёте. Одним из результатов его поездки стало то, что по возвращении в Веймар он отделил свою поэтическую деятельность от политической, попросив герцога освободить его от многих прежних обязанностей, чтобы он мог заниматься «тем, что под силу только мне, а все остальное поручить другим». Поэт всю жизнь оставался вдохновленным впечатлениями от путешествия. Дом Гёте в Веймаре полон антикварных произведений искусства и картин, напоминающих об Италии, как и дом его родителей во Франкфурте, поскольку его отец, Иоганн Каспар Гёте, привез из поездки в Италию между 1740 и 1741 годами множество медных гравюр; отец также написал путевые заметки (на итальянском языке). Веймарская лестница построена по образцу итальянских палаццо с античными гипсовыми отливками и рельефами, а также с угольными рисунками мраморов Элгина. Парк Ан дер Ильм украшен декоративными постройками, основанными на римской загородной вилле, изображенной Гёте, помпейской скамьей или отливкой жертвенного алтаря из Геркуланума. В книге не упоминаются многочисленные эротические переживания, которые Гёте испытал в Италии, например, с его римской возлюбленной Фаустиной. Однако спустя несколько недель после возвращения, 12 июля 1788 года в Веймаре, Гёте познакомился с 23-летней модисткой Кристианой Вульпиус, которую он сделал своей любовницей, а вскоре и спутницей жизни (и в конечном итоге женой). Однако именно в то время были написаны его «Римские элегии» с многочисленными эротическими намеками.

The reception of Goethe's Italian journey did not begin with the much later publication of his travel diaries from 1813 to 1817. It begins on the journey itself, especially since Goethe tried to let his friends in Weimar share his experiences by means of numerous letters, not least Duke Carl August, who ultimately continued to pay him his salary as a privy councilor and thus made the journey economically possible in the first place. Goethe repeatedly emphasized in his letters how much the artistic impressions of Italy inspired his own artistic work, repeatedly spoke of a "rebirth", a "new youth" and tried to justify the increasing length of his absence. He regularly sends home newly made manuscripts to demonstrate his continued production. The Italian journey was also the subject of correspondence with friends in Italy after Goethe's return to Weimar (published in 1890 by Otto Harnack). The journey to Italy by Duchess Anna Amalia from 1788 to 1790 was also inspired by Goethe's letters. One result of his trip was that after his return to Weimar he separated his poetic from his political existence by asking the duke to release him from many of his previous duties so that he could do “what no one but I can do, and let other people do the rest". The poet himself remained inspired by his travel impressions throughout his life. Goethe's house in Weimar is filled with antique works of art and pictures that allude to Italy, as was his parents' house in Frankfurt, since his father Johann Caspar Goethe had brought numerous copper engravings back from a trip to Italy between 1740 and 1741; the father had also written a travel book (in Italian). The Weimar staircase is modeled on Italian palazzi with antique plaster casts and reliefs, as well as charcoal drawings of the Elgin Marbles. The Park an der Ilm is filled with a staffage building based on a Roman country house drawn by Goethe, a pompeian bench or the cast of a sacrificial altar from Herculaneum. What does not appear in the book are the numerous erotic experiences that Goethe was able to have in Italy, for example with his Roman lover Faustina. However, a few weeks after his return, on July 12, 1788, in Weimar, Goethe made the acquaintance of the 23 year old milliner Christiane Vulpius, whom he made his lover, and soon afterwards his partner (and eventually his wife). However, his Roman Elegies with numerous erotic allusions were written at that time.