Эрнст Теодор Амадей Гофман: Жизнь и творчество

Введение

Немецкий писатель-романтик (1776–1822)

Эрнст Теодор Амадей Гофман (при рождении Эрнст Теодор Вильгельм Гофман; 24 января 1776 – 25 июня 1822) – немецкий писатель-романтик, автор произведений в жанрах фантастики и готического ужаса, юрист, композитор, музыкальный критик и художник. Его рассказы послужили основой для оперы Жака Оффенбаха «Сказки Гофмана», в которой Гофман предстает (в сильно художественной обработке) в роли главного героя. Он также является автором повести «Щелкунчик и Мышиный король», на которой основан балет Петра Ильича Чайковского «Щелкунчик». Балет «Коппелия» основан на двух других рассказах Гофмана, а «Крейслериана» Шумана – на персонаже Гофмана Иоганнесе Крейслере. Рассказы Гофмана оказали значительное влияние на литературу XIX века, и он является одним из ключевых авторов эпохи романтизма.

Молодежь

Предки Хоффмана, как по материнской, так и по отцовской линии, были юристами. Его отец, Кристоф Людвиг Хоффман (1736–97), был адвокатом в Кенигсберге, Пруссия (ныне Калининград, Россия), а также поэтом и музыкантом-любителем, игравшим на виоле да гамба. В 1767 году он женился на своей кузине, Ловизе Альбертине Дёрффер (1748–96). Эрнст Теодор Вильгельм, родившийся 24 января 1776 года, был младшим из трёх детей, второй из которых умер в младенчестве. Когда родители разошлись в 1778 году, отец отправился в Инстербург (ныне Черняховск) со своим старшим сыном Иоганном Людвигом Хоффманом (1768–1822), а мать Хоффмана осталась в Кенигсберге со своими родственниками: двумя тётями, Йоханной Софи Доерффер (1745–1803) и Шарлоттой Вильгельминой Доерффер (ок. 1754–79) и их братом, Отто Вильгельмом Доерффером (1741–1811), все они были неженаты. Это трио воспитало мальчика. В доме, где доминировал дядя (которого Эрнст прозвал О Вех — «О, горе!» — играя на его инициалах «O. W.»), царила благочестивая и недружелюбная атмосфера. Хоффман впоследствии сожалел об отчуждении от отца. Тем не менее, он с большой любовью вспоминал своих тёток, особенно младшую, Шарлотту, которую он называл Танте Фюсхен («Тётя Маленькие ножки»). Хотя она умерла, когда ему было всего три года, он бережно хранил её память (один из персонажей в «Lebensansichten des Katers Murr» Хоффмана назван в её честь) и настолько сильно дополнял истории о ней, что более поздние биографы порой предполагали, будто она была вымышленным персонажем, пока после Второй мировой войны не были найдены доказательства её существования. С 1781 по 1792 год он посещал лютеранскую школу, или Бургсхуле, где успешно изучал классические языки. Рисованию его обучал некий Саеманн, а контрапункту — польский органист по имени Подбилески, который стал прототипом Авраама Лискота в «Катере Мурре». Эрнст проявлял большой талант к игре на фортепиано и увлечённо занимался писательством и рисованием. Однако провинциальная обстановка не способствовала техническому прогрессу, и, несмотря на свои разносторонние таланты, он оставался довольно невежественным как в отношении классических форм, так и в отношении новых художественных идей, развивавшихся в Германии. Тем не менее, он читал Шиллера, Гёте, Свифта, Стерна, Руссо и Жана Поля, и написал часть романа под названием «Тайный». Около 1787 года он подружился с Теодором Готлибом фон Гиппелем Младшим (1775–1843), сыном пастора и племянником Теодора Готлиба фон Гиппеля Старшего, известного писателя и друга Иммануила Канта. В 1792 году оба посещали лекции Канта в Кёнигсбергском университете. Их дружба, хотя и часто подвергалась испытанию растущим социальным неравенством, сохранилась на всю жизнь. В 1794 году Хоффман увлёкся Дорой Хатт, замужней женщиной, которой он давал уроки музыки. Она была на десять лет старше и в 1795 году родила шестого ребёнка. В феврале 1796 года её семья возражала против его ухаживаний и, с его нерешительного согласия, попросила другого из его дядей устроить его на службу в Глогау (Глогов), Прусская Силезия.

Hoffmann's ancestors, both maternal and paternal, were jurists. His father, Christoph Ludwig Hoffmann (1736–97), was a barrister in Königsberg, Prussia (now Kaliningrad, Russia), as well as a poet and amateur musician who played the viola da gamba. In 1767 he married his cousin, Lovisa Albertina Doerffer (1748–96). Ernst Theodor Wilhelm, born on 24 January 1776, was the youngest of three children, of whom the second died in infancy. When his parents separated in 1778, his father went to Insterburg (now Chernyakhovsk) with his elder son, Johann Ludwig Hoffmann (1768–1822), while Hoffmann's mother stayed in Königsberg with her relatives: two aunts, Johanna Sophie Doerffer (1745–1803) and Charlotte Wilhelmine Doerffer (c. 1754–79) and their brother, Otto Wilhelm Doerffer (1741–1811), who were all unmarried. The trio raised the youngster. The household, dominated by the uncle (whom Ernst nicknamed O Weh—"Oh dear! "—in a play on his initials "O. W."), was pietistic and uncongenial. Hoffmann was to regret his estrangement from his father. Nevertheless, he remembered his aunts with great affection, especially the younger, Charlotte, whom he nicknamed Tante Füßchen ("Aunt Littlefeet"). Although she died when he was only three years old, he treasured her memory (a character in Hoffmann's Lebensansichten des Katers Murr is named after her) and embroidered stories about her to such an extent that later biographers sometimes assumed her to be imaginary, until proof of her existence was found after World War II. Between 1781 and 1792 he attended the Lutheran school or Burgschule, where he made good progress in classics. He was taught drawing by one Saemann, and counterpoint by a Polish organist named Podbileski, who was to be the prototype of Abraham Liscot in Kater Murr. Ernst showed great talent for piano playing, and busied himself with writing and drawing. The provincial setting was not, however, conducive to technical progress, and despite his many sided talents he remained rather ignorant of both classical forms and of the new artistic ideas that were developing in Germany. He had, however, read Schiller, Goethe, Swift, Sterne, Rousseau and Jean Paul, and wrote part of a novel titled Der Geheimnisvolle. Around 1787 he became friends with Theodor Gottlieb von Hippel the Younger (1775–1843), the son of a pastor, and nephew of Theodor Gottlieb von Hippel the Elder, the well known writer friend of Immanuel Kant. During the year 1792, both attended some of Kant's lectures at the University of Königsberg. Their friendship, although often tested by an increasing social difference, was to be lifelong. In 1794, Hoffmann became enamored of Dora Hatt, a married woman to whom he had given music lessons. She was ten years older, and gave birth to her sixth child in 1795. In February 1796, her family protested against his attentions and, with his hesitant consent, asked another of his uncles to arrange employment for him in Glogau (Głogów), Prussian Silesia.

Провинции

С 1796 года Гофманн поступил на службу к своему дяде Иоганну Людвигу Дёрфферу, который жил в Глогау со своей дочерью Минной. После сдачи дополнительных экзаменов он посетил Дрезден, где был поражён картинами в галерее, особенно работами Корреджо и Рафаэля. Летом 1798 года его дядю повысили и назначили при дворе в Берлине, и в августе они переехали туда — это была первая резиденция Гофманна в большом городе. Там Гофманн впервые попытался заявить о себе как о композиторе, написав оперетту «Маска» и отправив копию королеве Луизе Прусской. В официальном ответе ему посоветовали обратиться к директору Королевского театра, господину Иффланду. К тому времени, когда Иффланд ответил, Гофманн сдал третий этап экзаменов и уже отправился в Позен (Познань) в Южной Пруссии в компании своего старого друга Хиппеля, с короткой остановкой в Дрездене, чтобы показать ему галерею. С июня 1800 года по 1803 год он работал в прусских провинциях в районе Великой Польши и Мазовии. Впервые он жил без надзора со стороны членов семьи и начал становиться тем, кого директора школ, священники, дяди и тёти называют распутным. Его первая работа в Позене оказалась под угрозой после карнавала во вторник перед Пепельной средой 1802 года, когда на балу были распространены карикатуры на военных офицеров. Сразу стало ясно, кто их нарисовал, и были поданы жалобы властям в Берлине, которые не желали наказывать перспективного молодого чиновника. Проблема была решена путём «перевода» Гофманна в Плоцк в Новой Восточной Пруссии, бывшую столицу Польши (1079–1138), куда были переведены административные учреждения из Торна (Торунь). Он посетил это место, чтобы найти жильё, прежде чем вернуться в Позен, где женился на Мише (Марии или Марианне Текле Михалине Рёрер, польская фамилия которой была Тржиньская). В августе 1802 года они переехали в Плоцк. Гофманн отчаялся из-за ссылки и рисовал карикатуры, изображающие его тонущим в грязи вместе с оборванными крестьянами. Однако он использовал свою изоляцию для писательства и сочинения музыки. 1 октября 1803 года он начал вести дневник. Эссе о театре было опубликовано в журнале Коцебуэ «Die Freimüthige», и он принял участие в конкурсе на написание пьесы в том же журнале. Пьеса Гофманна называлась «Der Preis» («Премия») и сама была о конкурсе на написание пьесы. Было представлено четырнадцать работ, но ни одна не была признана достойной награды в 100 золотых дукатов. Тем не менее, его работа была особо отмечена. Это был один из немногих светлых моментов в печальном периоде его жизни, отмеченном смертью его дяди И. Л. Гофманна в Берлине, тёти Софи и Доры Хатт в Кёнигсберге. В начале 1804 года он получил должность в Варшаве. По пути туда он проезжал через свой родной город и встретил одну из дочерей Доры Хатт. Он больше никогда не вернулся в Кёнигсберг.

From 1796, Hoffmann obtained employment as a clerk for his uncle, Johann Ludwig Doerffer, who lived in Glogau with his daughter Minna. After passing further examinations he visited Dresden, where he was amazed by the paintings in the gallery, particularly those of Correggio and Raphael. During the summer of 1798, his uncle was promoted to a court in Berlin, and the three of them moved there in August—Hoffmann's first residence in a large city. It was there that Hoffmann first attempted to promote himself as a composer, writing an operetta called Die Maske and sending a copy to Queen Luise of Prussia. The official reply advised to him to write to the director of the Royal Theatre, a man named Iffland. By the time the latter responded, Hoffmann had passed his third round of examinations and had already left for Posen (Poznań) in South Prussia in the company of his old friend Hippel, with a brief stop in Dresden to show him the gallery. From June 1800 to 1803, he worked in Prussian provinces in the area of Greater Poland and Masovia. This was the first time he had lived without supervision by members of his family, and he started to become "what school principals, parsons, uncles, and aunts call dissolute." His first job, at Posen, was endangered after Carnival on Shrove Tuesday 1802, when caricatures of military officers were distributed at a ball. It was immediately deduced who had drawn them, and complaints were made to authorities in Berlin, who were reluctant to punish the promising young official. The problem was solved by "promoting" Hoffmann to Płock in New East Prussia, the former capital of Poland (1079–1138), where administrative offices were relocated from Thorn (Toruń). He visited the place to arrange lodging, before returning to Posen where he married Mischa (Maria or Marianna Thekla Michalina Rorer, whose Polish surname was Trzcińska). They moved to Płock in August 1802. Hoffmann despaired because of his exile, and drew caricatures of himself drowning in mud alongside ragged villagers. He did make use, however, of his isolation, by writing and composing. He started a diary on 1 October 1803. An essay on the theatre was published in Kotzebue's periodical, Die Freimüthige, and he entered a competition in the same magazine to write a play. Hoffmann's was called Der Preis ("The Prize"), and was itself about a competition to write a play. There were fourteen entries, but none was judged worthy of the award: 100 Friedrichs d'or. Nevertheless, his entry was singled out for praise. This was one of the few good times of a sad period of his life, which saw the deaths of his uncle J. L. Hoffmann in Berlin, his Aunt Sophie, and Dora Hatt in Königsberg. At the beginning of 1804, he obtained a post at Warsaw. On his way there, he passed through his hometown and met one of Dora Hatt's daughters. He was never to return to Königsberg.

Варшава

Хоффманн хорошо ассимилировался в польском обществе; годы, проведенные в Прусской Польше, он считал самыми счастливыми в своей жизни. В Варшаве он ощутил ту же атмосферу, что и в Берлине, возобновил дружбу с Захарием Вернером и познакомился со своим будущим биографом, соседом и коллегой-юристом по имени Юлиус Эдуард Ициг (который после крещения сменил имя на Хитциг). Ициг состоял в берлинской литературной группе «Nordstern», или «Северная звезда», и познакомил Хоффмана с произведениями Новалиса, Людвига Тика, Ахима фон Арнима, Клеменса Брентано, Готтфрида Генриха фон Шуберта, Карло Гоцци и Кальдерона. Эти относительно поздние знакомства оказали глубокое влияние на его творчество. Он вращался в кругах Августа Вильгельма Шлегеля, Адельберта фон Шамиссо, Фридриха де ла Мотте Фуке, Рахели Левин и Давида Фердинанда Кореффа. Однако удачное положение Хоффмана не могло длиться долго: 28 ноября 1806 года, во время войны Четвертой коалиции, войска Наполеона Бонапарта захватили Варшаву, и прусские чиновники лишились работы. Они разделили содержимое казны между собой и бежали. В январе 1807 года жена Хоффмана и двухлетняя дочь Цецилия вернулись в Позен, а он размышлял о том, переехать ли в Вену или вернуться в Берлин. Шестимесячная задержка была вызвана тяжелой болезнью. В конечном итоге французские власти потребовали от всех бывших чиновников принести присягу верности или покинуть страну. Поскольку ему отказали в выдаче паспорта в Вену, Хоффман был вынужден вернуться в Берлин. Он навестил свою семью в Позне, прежде чем прибыть в Берлин 18 июня 1807 года, надеясь продолжить карьеру художника и писателя.

Берлин и Бамберг

Следующие пятнадцать месяцев были одними из самых тяжелых в жизни Хоффмана. Город Берлин также находился под оккупацией войск Наполеона. Получая лишь скудное жалованье, он часто обращался за помощью к друзьям, постоянно занимал деньги и всё равно голодал по несколько дней; он узнал о смерти своей дочери. Тем не менее, ему удалось сочинить свои "Шесть песнопений" для хора a cappella – одно из его лучших произведений, которое он позже приписал Крайслеру в "Lebensansichten des Katers Murr". 1 сентября 1808 года он прибыл с женой в Бамберг, где начал работать управляющим театром. Директор, граф Соден, почти сразу же уехал в Вюрцбург, оставив во главе Генриха Куно. Хоффману не удалось улучшить качество постановок, и его усилия вызвали интриги против него, в результате чего он потерял работу, уступив её Куно. Он начал работать музыкальным критиком в газете "Allgemeine musikalische Zeitung" в Лейпциге, и его статьи о Бетховене были особенно хорошо приняты и высоко оценены самим композитором. Именно на её страницах впервые появился персонаж "Капельмейстера Иоганнеса Крайслера". Прорыв Хоффмана произошел в 1809 году с публикацией "Рыцарь Глюк" – рассказа о человеке, который встречает или считает, что встретил композитора Кристофа Виллибальда Глюка (1714–87) более чем через двадцать лет после его смерти. Эта тема отсылает к творчеству Жана Поля, который за предыдущее десятилетие ввёл термин "двойник" и продолжал оказывать сильное влияние на Хоффмана, став одним из его первых поклонников. С этой публикацией Хоффман начал использовать псевдоним Э. Т. А. Хоффман, утверждая, что "А" означает Амадеус, в честь композитора Вольфганга Амадея Моцарта (1756–91). Однако он продолжал использовать имя Вильгельм в официальных документах на протяжении всей жизни, а инициалы E. T. W. также встречаются на его надгробном камне. В следующем году он был принят на работу в Бамбергский театр в качестве работника сцены, декоратора и драматурга, а также давал частные уроки музыки. Он настолько увлекся юной ученицей по пению, Джулией Марк, что его чувства были очевидны всякий раз, когда они оказывались вместе, и мать Джулии быстро нашла ей более подходящую партию. Когда Иосиф Секонда предложил Хоффману должность музыкального руководителя своей оперной труппы (тогда гастролировавшей в Дрездене), он согласился и отбыл 21 апреля 1813 года.

The next fifteen months were some of the worst in Hoffmann's life. The city of Berlin was also occupied by Napoleon's troops. Obtaining only meagre allowances, he had frequent recourse to his friends, constantly borrowing money and still going hungry for days at a time; he learned that his daughter had died. Nevertheless, he managed to compose his Six Canticles for a cappella choir: one of his best compositions, which he would later attribute to Kreisler in Lebensansichten des Katers Murr. On 1 September 1808 he arrived with his wife in Bamberg, where he began a job as theatre manager. The director, Count Soden, left almost immediately for Würzburg, leaving a man named Heinrich Cuno in charge. Hoffmann was unable to improve standards of performance, and his efforts caused intrigues against him which resulted in him losing his job to Cuno. He began work as music critic for the Allgemeine musikalische Zeitung, a newspaper in Leipzig, and his articles on Beethoven were especially well received, and highly regarded by the composer himself. It was in its pages that the "Kapellmeister Johannes Kreisler" character made his first appearance. Hoffmann's breakthrough came in 1809, with the publication of Ritter Gluck, a story about a man who meets, or believes he has met, the composer Christoph Willibald Gluck (1714–87) more than twenty years after the latter's death. The theme alludes to the work of Jean Paul, who invented the term Doppelgänger the previous decade, and continued to exact a powerful influence over Hoffmann, becoming one of his earliest admirers. With this publication, Hoffmann began to use the pseudonym E. T. A. Hoffmann, telling people that the "A" stood for Amadeus, in homage to the composer Wolfgang Amadeus Mozart (1756–91). However, he continued to use Wilhelm in official documents throughout his life, and the initials E. T. W. also appear on his gravestone. The next year, he was employed at the Bamberg Theatre as stagehand, decorator, and playwright, while also giving private music lessons. He became so enamored of a young singing student, Julia Marc, that his feelings were obvious whenever they were together, and Julia's mother quickly found her a more suitable match. When Joseph Seconda offered Hoffmann a position as musical director for his opera company (then performing in Dresden), he accepted, leaving on 21 April 1813.

Дрезден и Лейпциг

Пруссия объявила войну Франции 16 марта во время войны шестой коалиции, и их путешествие было сопряжено с трудностями. Они прибыли 25-го числа, чтобы узнать, что Секонда находится в Лейпциге; 26-го они отправили письмо с просьбой о временном финансировании. В тот же день Хоффманн был удивлен встречей с Хиппелем, которого не видел девять лет. Ситуация ухудшалась, и в начале мая Хоффманн безуспешно пытался найти транспорт до Лейпцига. 8 мая мосты были разрушены, и его семья оказалась отрезанной от внешнего мира в городе. В течение дня Хоффманн бродил, с любопытством наблюдая за сражениями. Наконец, 20 мая они отправились в Лейпциг, но попали в аварию, в которой погиб один из пассажиров их дилижанса, а его жена была ранена. Они прибыли 23 мая, и Хоффманн начал работать с оркестром Секонды, который он считал одним из лучших. 4 июня началось перемирие, позволившее труппе вернуться в Дрезден. Но 22 августа, после окончания перемирия, семья была вынуждена переехать из своего уютного дома в пригороде в город, и в последующие дни разразилась Дрезденская битва. Город подвергся бомбардировке; многие люди погибали от бомб прямо на его глазах. После окончания основных боев он посетил окровавленное поле битвы. Его описание можно найти в «Vision auf dem Schlachtfeld bei Dresden». После длительного периода смуты город капитулировал 11 ноября, а 9 декабря труппа отправилась в Лейпциг. 25 февраля Хоффманн поссорился с Секондой, и на следующий день получил уведомление о двенадцати неделях. Когда в апреле его попросили сопровождать их в Дрезден, он отказался, и они уехали без него. Но в июле его посетил друг, Хиппель, и вскоре он вновь вернулся к своей прежней карьере юриста.

Берлин

В конце сентября 1814 года, после поражения Наполеона, Хоффманн вернулся в Берлин и вновь получил должность в Камергерхите, палатном суде. Его опера «Ундина» была поставлена в Берлинском театре. Успешный ход спектаклей прервался лишь после пожара в ночь 25-го представления. Журналы стремились заполучить его публикации, и со временем его стандарты начали падать. Тем не менее, многие шедевры были созданы именно в этот период. Начиная с 1819 года, Хоффманн был вовлечен в судебные разбирательства, одновременно борясь с недугом. Злоупотребление алкоголем и сифилис в конечном итоге привели к ослаблению конечностей в 1821 году и к параличу с начала 1822 года. Его последние работы он диктовал жене или секретарю. Антилиберальная политика принца Меттерниха ставила Хоффманна в ситуации, испытывающие его совесть. Тысячи людей были обвинены в государственной измене за свои политические взгляды, а за лекциями университетских профессоров велось наблюдение. Король Фридрих Вильгельм III Прусский учредил Непосредственную комиссию для расследования политической оппозиции; когда он посчитал соблюдение законности слишком затруднительным, он создал Министерскую комиссию для вмешательства в ее работу. Последняя находилась под сильным влиянием комиссара Кампца. Во время суда над «Турнватером» Яном, основателем движения гимнастических союзов, Хоффманн вызвал раздражение Кампца и стал политической целью. Когда Хоффманн высмеял Кампца в рассказе «Майстер Фло», Кампц возбудил судебное дело. Оно было прекращено лишь после того, как болезнь Хоффманна была признана угрожающей жизни. Король потребовал лишь выговора, но никаких мер предпринято не было. В конечном итоге «Майстер Фло» был опубликован с изъятием оскорбительных фрагментов. Хоффманн умер от сифилиса в Берлине 25 июня 1822 года в возрасте 46 лет. Его могила сохранилась на протестантском кладбище Friedhof III der Jerusalems und Neuen Kirchengemeinde (Кладбище № III общин Иерусалимской и Новой церквей) в берлинском районе Кройцберг, к югу от Халлешских ворот, рядом со станцией метро Мерингдамм.

At the end of September 1814, in the wake of Napoleon's defeat, Hoffmann returned to Berlin and succeeded in regaining a job at the Kammergericht, the chamber court. His opera Undine was performed by the Berlin Theatre. Its successful run came to an end only after a fire on the night of the 25th performance. Magazines clamoured for his contributions, and after a while his standards started to decline. Nevertheless, many masterpieces date from this time. During the period from 1819, Hoffmann was involved with legal disputes, while fighting ill health. Alcohol abuse and syphilis eventually caused weakening of his limbs during 1821, and paralysis from the beginning of 1822. His last works were dictated to his wife or to a secretary. Prince Metternich's anti liberal programs began to put Hoffmann in situations that tested his conscience. Thousands of people were accused of treason for having certain political opinions,
and university professors were monitored during their lectures. King Frederick William III of Prussia appointed an Immediate Commission for the investigation of political dissidence; when he found its observance of the rule of law too frustrating, he established a Ministerial Commission to interfere with its processes. The latter was greatly influenced by Commissioner Kamptz. During the trial of "Turnvater" Jahn, the founder of the gymnastics association movement, Hoffmann found himself annoying Kamptz, and became a political target. When Hoffmann caricatured Kamptz in a story (Meister Floh), Kamptz began legal proceedings. These ended when Hoffmann's illness was found to be life threatening. The King asked for a reprimand only, but no action was ever taken. Eventually Meister Floh was published with the offending passages removed. Hoffmann died of syphilis in Berlin on 25 June 1822 at the age of 46. His grave is preserved in the Protestant Friedhof III der Jerusalems und Neuen Kirchengemeinde (Cemetery No. III of the congregations of Jerusalem Church and New Church) in Berlin Kreuzberg, south of Hallesches Tor at the underground station Mehringdamm.

Оценка

Хоффманн – один из наиболее известных представителей немецкого романтизма и пионер жанра фантастики, с тягой к мрачному, сочетаемому с реализмом, что оказало влияние на таких авторов, как Эдгар Аллан По (1809–1849), Николай Гоголь (1809–1852), Чарльз Диккенс (1812–1870), Шарль Бодлер (1821–1867), Джордж Макдональд (1824–1905), Фёдор Достоевский (1821–1881), Вернон Ли (1856–1935), Франц Кафка (1883–1924) и Альфред Хичкок (1899–1980). Повесть Хоффмана «Девушка фон Скудери» иногда называют первым детективным рассказом и прямым влиянием на «Убийства на улице Морг» По; персонажи из неё также появляются в опере «Кардиллак» Пола Хиндемита. Русский литературный теоретик XX века Михаил Бахтин охарактеризовал произведения Хоффмана как «меньппеи», по сути сатирические и самопародийные по форме, тем самым включив его в традицию, в которую входят Сервантес, Дидро и Вольтер. Пианистская сюита Роберта Шумана «Крайслериана» (1838) берёт своё название из одной из книг Хоффмана (и, согласно «Романтическому поколению» Чарльза Розена, возможно, также вдохновлена «Жизнью и мнениями кота Мурра», в которой появляется Крайслер). Первые сборники рецензий Хоффмана для современных читателей были составлены Фридрихом Шнаппом в издании E. T. A. Hoffmann: Schriften zur Musik; Nachlese (1963) и стали доступны в английском переводе в сборнике E. T. A. Hoffmann's Writings on Music, Collected in a Single Volume (2004). Хоффманн стремился к всестороннему художественному образованию. Он создал в своих произведениях гораздо больше, чем просто политический комментарий, достигнутый посредством сатиры. Его шедевральный роман «Lebensansichten des Katers Murr» («Жизнь и мнения кота Мурра», 1819–1821) затрагивает такие вопросы, как эстетический статус истинного искусства и способы самопреодоления, сопутствующие любому подлинному стремлению к творчеству. Изображение Хоффманом персонажа Крайслера (гениального музыканта) остроумно противопоставлено персонажу кота Мурра – виртуозной иллюстрации художественной претенциозности, которую многие современники Хоффмана считали оскорбительной и подрывающей романтические идеалы. Литература Хоффмана указывает на неспособность многих так называемых художников различать поверхностные и подлинные аспекты этих романтических идеалов. Самосознательное стремление произвести впечатление, по мнению Хоффмана, должно быть отделено от самосознательного стремления к созиданию. Эта существенная двойственность в «Кете Мурр» передаётся структурно посредством дискурсивного «сплетения» двух биографических повествований.

Hoffmann is one of the best known representatives of German Romanticism, and a pioneer of the fantasy genre, with a taste for the macabre combined with realism that influenced such authors as Edgar Allan Poe (1809–1849), Nikolai Gogol (1809–1852), Charles Dickens (1812–1870), Charles Baudelaire (1821–1867), George MacDonald (1824–1905), Fyodor Dostoevsky (1821–1881), Vernon Lee (1856–1935), Franz Kafka (1883–1924) and Alfred Hitchcock (1899–1980). Hoffmann's story Das Fräulein von Scuderi is sometimes cited as the first detective story and a direct influence on Poe's "The Murders in the Rue Morgue"; Characters from it also appear in the opera Cardillac by Paul Hindemith. The twentieth century Russian literary theorist Mikhail Bakhtin characterised Hoffmann's works as Menippea, essentially satirical and self parodying in form, thus including him in a tradition that includes Cervantes, Diderot and Voltaire. Robert Schumann's piano suite Kreisleriana (1838) takes its title from one of Hoffmann's books (and according to Charles Rosen's The Romantic Generation, is possibly also inspired by "The Life and Opinions of Tomcat Murr", in which Kreisler appears). Hoffmann's reviews were first collected for modern readers by Friedrich Schnapp, ed., in E. T. A. Hoffmann: Schriften zur Musik; Nachlese (1963) and have been made available in an English translation in E. T. A. Hoffmann's Writings on Music, Collected in a Single Volume (2004). Hoffmann strove for artistic polymathy. He created far more in his works than mere political commentary achieved through satire. His masterpiece novel Lebensansichten des Katers Murr (The Life and Opinions of Tomcat Murr, 1819–1821) deals with such issues as the aesthetic status of true artistry and the modes of self transcendence that accompany any genuine endeavour to create. Hoffmann's portrayal of the character Kreisler (a genius musician) is wittily counterpointed with the character of the tomcat Murr – a virtuoso illustration of artistic pretentiousness that many of Hoffmann's contemporaries found offensive and subversive of Romantic ideals. Hoffmann's literature indicates the failings of many so called artists to differentiate between the superficial and the authentic aspects of such Romantic ideals. The self conscious effort to impress must, according to Hoffmann, be divorced from the self aware effort to create. This essential duality in Kater Murr is conveyed structurally through a discursive 'splicing together' of two biographical narratives.

Научная фантастика

Хотя он не согласен с утверждением Э. Ф. Блайлера о том, что Гофман был "одним из двух или трех величайших писателей-фантастов", Альгис Будрис из журнала Galaxy Science Fiction отметил, что он "заложил основу для некоторых из наших самых устойчивых тем". Историк Мартин Уиллис утверждает, что влияние Гофмана на научную фантастику было недооценено, говоря, что "его творчество демонстрирует писателя, активно участвовавшего в важных научных дискуссиях конца XVIII и начала XIX веков". Уиллис указывает, что работы Гофмана были современны "Франкенштейну" (1818) и "ожесточенным спорам, а также взаимосвязи между новой эмпирической наукой и более старыми формами естественной философии, доминировавшими в XVIII веке". Его "интерес к машинной культуре своего времени ярко отражен в его рассказах, лучшими примерами которых являются получившие признание критиков "Песочный человек" (1816) и "Автомат" (1814). Творчество Гофмана вносит значительный вклад в наше понимание формирования научного знания в первые годы XIX века и конфликта между наукой и магией, сосредоточенного главным образом на "истинах", доступных сторонникам той или иной практики. Умение Гофмана сочетать мессимеризм, механику и магию отражает сложность классификации научного знания в начале XIX века".

В популярной культуре

Робертсон Дэвис в своем романе "Лира Орфея" (1988) упоминает Хоффмана как персонажа (под прозвищем "ETAH"), застрявшего в Лимбе. Александр Дюма-отец перевел "Щелкунчик" на французский язык, что способствовало его популярности и широкому распространению. Экзотические и сверхъестественные элементы сюжета фильма Ингмара Бергмана "Фанни и Александр" (1982) во многом вдохновлены рассказами Хоффмана. Фрейд дает развернутый психоаналитический анализ рассказа Хоффмана "Песочный человек" в своем эссе 1919 года "Das Unheimliche". Coppelius – немецкая классическая метал-группа, названная в честь персонажа из рассказа Хоффмана "Песочный человек". Альбом группы 2010 года "Zinnober" включает трек под названием "Klein Zaches". Российское шоу "Куклы" было закрыто представителями власти после эпизода, в котором Владимир Путин был изображен в образе Кляйна Захеса из произведений Хоффмана.