Северная Корея: Лагерь политических заключенных Ёдок

Введение

Концентрационный лагерь Йодока (англ. Yodok concentration camp) — политический лагерь в Северной Корее. Официальное название — "Кван ли со" (колония принудительных работ) № 15. Лагерь использовался для изоляции лиц, считавшихся врагами государства, наказания за политические проступки и принудительных трудовых работ. Вход в долину расположен на перевале Чхэбонг с восточной стороны. Ручьи, берущие начало в долинах этих гор, формируют реку Ипсок, которая впадает в реку Йонхун и затем в море вблизи города Вонсан.

Описание

Лагерь Йодока состоял из двух частей: эти заключенные обычно никогда не освобождались (если у них не было родственников в Японии, в этом случае они были освобождены через 10 лет). Революционная зона (Chosŏn'gŭl: 혁명화대상구역), с лагерями перевоспитания Ipsok ri, Kuup ri и Daesuk ri, была предназначена для наказания людей за менее серьезные политические преступления (например, незаконный выезд из страны, прослушивание южнокорейских передач или критику правительственной политики). Эти заключенные в конечном итоге освобождались после отбытия срока. В 1990-х годах в зоне тотального контроля содержалось около 30 000 заключенных, а в меньшей революционной зоне – около 16 500 заключенных; большинство заключенных депортировались в Йодок без суда или после несправедливых судебных процессов на основании признаний, полученных под пытками. Людей часто заключали вместе с членами семьи и близкими родственниками, включая маленьких детей и пожилых людей, по принципу коллективной ответственности (Sippenhaft). Площадь лагеря составляла приблизительно . Он был окружен колючей проволокой высотой в , стенами с электрическим током и сторожевыми вышками, установленными через равные промежутки. Лагерь патрулировало 1000 охранников с автоматическими винтовками и служебными собаками. В помещении площадью около , 30–40 заключенных спали на кровати, сделанной из деревянной доски, покрытой одеялом. Большинство бараков не отапливались, даже зимой, когда температура опускалась ниже . У заключенных в лагере также развивались пневмония, туберкулез, пеллагра и другие заболевания, при отсутствии какой-либо медицинской помощи. Новым заключенным выдавали одежду, которую носили их предшественники до самой смерти. Большая часть одежды была грязной, изношенной и полной дыр. У заключенных не было подходящей обуви, носков или перчаток, и обычно не было запасной одежды. Умерших хоронили обнаженными, так как их вещи забирали другие заключенные. Все заключенные были покрыты толстым слоем грязи из-за изнурительной работы и почти полного отсутствия возможности помыться или постирать одежду. Заключенные стояли в очереди к грязным общественным туалетам, по одному на каждые 200 заключенных, используя сухие листья для гигиены. Охранники лагеря заставляли заключенных доносить друг на друга и назначали конкретных людей бригадирами для контроля над группой. Если один человек работал недостаточно усердно, вся группа подвергалась наказанию. Это порождало вражду между заключенными, разрушало любую солидарность и вынуждало их создавать систему самоконтроля. К трудовым операциям относились гипсовый карьер и золотая шахта, текстильные фабрики, винокурни и мастерская по изготовлению медных изделий.

Yodok camp had two parts: These prisoners were usually never released (unless they had relatives in Japan, in which case they were released after 10 years). The revolutionary zone (Chosŏn'gŭl: 혁명화대상구역), with reeducation camps Ipsok ri, Kuup ri and Daesuk ri, was to punish people for less serious political crimes (e. g. illegally leaving the country, listening to South Korean broadcasts, or criticising government policy). These prisoners were eventually released after serving their sentences. In the 1990s, the total control zone had an estimated 30,000 prisoners while the smaller revolutionary zone had about 16,500 prisoners; Most prisoners were deported to Yodok without trial, or following unfair trials, on the basis of confessions obtained through torture. People were often imprisoned together with family members and close relatives, including small children and the elderly, based on guilt by association (Sippenhaft). The camp was around in area. It was surrounded by a barbed wire fence tall and walls with electric wire and watchtowers at regular intervals. The camp was patrolled by 1,000 guards with automatic rifles and guard dogs. In a room of around , 30–40 prisoners slept on a bed made of a wooden board covered with a blanket. Most huts were not heated, even in winter, where temperatures are below , Camp inmates also suffered from pneumonia, tuberculosis, pellagra, and other diseases, with no available medical treatment. New prisoners received clothes that predecessors had worn until their deaths. Most clothes were dirty, worn out, and full of holes. Prisoners had no proper shoes, socks, or gloves, and usually no spare clothes. The dead were buried naked because their possessions were taken by other prisoners. All prisoners were covered with a thick layer of dirt, as they were overworked and had almost no opportunity to wash themselves or their clothes. Prisoners had to queue in front of dirty community toilets, one for every 200 prisoners, using dry leaves for cleaning. The camp guards made prisoners report on each other and designate specific ones as foremen to control a group. If one person did not work hard enough, the whole group was punished. This created animosity among the detainees, destroyed any solidarity, and forced them to create a system of self surveillance. Labour operations included a gypsum quarry and a gold mine, textile plants, distilleries, a coppersmith workshop,

Летние рабочие смены начинались в 4 утра и заканчивались в 8 вечера. После ужина заключенные должны были посещать идеологические перевоспитательные сессии и сессии борьбы с 9 до 11 вечера, где заключенных, не выполнявших план, подвергали жесткой критике и избиениям. Днем они выполняли тяжелую работу с очень высокими нормами выработки как по объему, так и по интенсивности. Детей били палкой за невыполнение дневной нормы или заставляли выносить 30 ведер экскрементов в день. Другая работа для детей включала сбор растений в горах или возделывание полей. Иногда дети погибали в результате несчастных случаев на работе. Старшие дети работали весь день, а с 16 лет им устанавливались те же нормы выработки, что и взрослым. Ежедневный паек для заключенных составлял от кукурузы, сваренной в кашу, которую подавали три раза в день. В зависимости от урожая сельскохозяйственной продукции в год, паек мог быть меньше, независимо от того, больны они, инвалиды или нет. Заключенные убивали и ели любых диких животных, которых могли поймать, включая крыс, змей, лягушек, саламандр, червей и насекомых, хотя охранники сурово наказывали за это. Чтобы избежать обнаружения, они в основном ели мясо сырым, часто не снимая шкуру, или выковыривали непереваренные зерна кукурузы из фекалий животных, чтобы выжить. Ли Ёнг Кук оценивает, что в конце 1990-х годов около 20% заключенных в Daesuk ri умирали от недоедания каждый год, и каждый месяц прибывали новые заключенные. Руки заключенного связывали за спиной, ноги – вместе, и подвешивали к потолку на несколько дней. Принудительное введение воды: заключенного привязывали к столу и заставляли выпить большое количество воды. Затем охранники прыгали на доску, положенную на вздутый живот, чтобы вытолкнуть воду. Также их наказывали, если они не опускались на колени достаточно быстро перед охранниками или просто ради унижения. Заключенные часто становились инвалидами или умирали от побоев и пыток. Охранники полностью распоряжались судьбой заключенных и могли злоупотреблять своей властью без ограничений. Бывшие заключенные стали свидетелями того, как человека привязали шеей к транспортному средству и тащили на большое расстояние. В обоих случаях заключенные вскоре после этого умерли.

Work shifts in summer started at 4 a. m. and ended at 8 p. m. After dinner, prisoners were required to attend ideological re education and struggle sessions from 9 to 11 p. m., where inmates who did not meet the targets were severely criticized and beaten. In the afternoon they carried out hard labour with very high work quotas in terms of amount and intensity. Children were beaten with a stick for failure to meet the day's quota. or dung buckets of 30 times a day. Other children's work involved collecting of plants in the mountains or cultivating of field. Sometimes children died in work accidents. Older children had to work all day and from age of 16, were assigned the same work quotas as adults. The daily rations for prisoners were between of corn boiled into gruel, served three times a day. Depending on the agricultural produce of the year, rations could be less. no matter if they were sick, crippled, or disabled. Prisoners killed and ate whatever wild animals they could catch, including rats, snakes, frogs, salamanders, worms, and insects, though they were severely punished if seen doing so by the guards. To avoid being detected, they mostly ate the meat raw, often without removing the skin. or picked undigested corn kernels out of animal feces in order to survive. Lee Young kuk estimates that at the end of the 1990s, around 20% of prisoners in Daesuk ri died from malnutrition each year, with new prisoners arriving each month. The prisoner's arms were tied behind their back, their legs tied together, and they were hung from the ceiling for several days. Forced water ingestion: The prisoner was strapped to a table and forced to drink large amounts of water. Guards then jumped on a board laid on the swollen stomach to force the water out. if they did not kneel down quickly enough before the guards, or just for the sake of humiliation. Prisoners often became disabled or died from the beatings. and tormented. Prisoners were completely at the guards’ mercy; guards could abuse them without restraint. Former prisoners witnessed a man being tied by the neck to a vehicle and dragged for long distances In both cases, the prisoners died soon after.

Казни

Заключенных, освобожденных из Йодока, заставляли подписывать письменную клятву с оттиском руки. В клятве говорилось: "Я буду казнен, если раскрою секреты Йодока". Распространенным методом убийства отдельных заключенных было назначение непосильного труда. Если работа не выполнялась, заключенному уменьшали продовольственный паек в качестве наказания. В конечном итоге, сочетание тяжелой работы и недостатка пищи приводило к смерти от голода. Заключенных, нарушавших правила лагеря (например, кравших еду или пытавшихся бежать), обычно казнили публично (за исключением тех, кто был расстрелян ранее). Казни проводились перед собравшимися заключенными несколько раз в год, и каждый бывший заключенный подтверждает, что был их свидетелем. Перед казнью заключенных подвергали пыткам и лишали пищи. Те, кто был вынужден наблюдать за казнью, часто не могли вынести зрелище и выражали протест, за что также были убиты. Женщины иногда умирали после изнасилования.

Требование закрытия

Amnesty International подвела итоги ситуации с правами человека в лагере Йодок: "Мужчины, женщины и дети в лагере подвергаются принудительному тяжелому труду, недостаточному питанию, избиениям, совершенно неадекватному медицинскому обслуживанию и антисанитарным условиям жизни. Многие заболевают, находясь в заключении, и большое количество людей умирает под стражей или вскоре после освобождения". Организация требует немедленного закрытия лагеря Йодок и всех остальных политических лагерей в Северной Корее. По состоянию на 2014 год лагерь был расформирован и реконструирован. В 2018 году North Korean Economy Watch, организация, связанная с 38 North, предположила, что заключенные были переведены на шахту Ковон, расположенную южнее.

Заключенные (свидетели)

Кан Чол Хван (в Йодоке 1977–1987) был заключен в тюрьму в 9-летнем возрасте, потому что его семья вернулась из Японии и была признана политически неблагонадежной. Позже он был заключен в тюрьму по обвинению в шпионаже после 18 месяцев нелегального пребывания в Китае и обращения в христианство. Поскольку правила лагеря запрещали собрания не менее чем трех человек, Ким утверждал, что его пытали после попытки организовать встречу с другими религиозными заключенными. Ли Ён Кук (в Йодоке 1995–1999), бывший телохранитель Ким Чен Ира, был похищен из Китая и заключен в тюрьму за нелегальный выезд из Северной Кореи и критику страны. Ким Ын Чхоль (в Йодоке 2000–2003) был заключен в тюрьму в возрасте 19 лет за нелегальный выезд из Северной Кореи. Южнокорейские граждане Син Сук Джа и ее дочери О Хэ Вон и О Кю Вон (в Йодоке с 1987 года, когда дочерям было 9 и 11 лет) были заключены в тюрьму из-за того, что ее муж О Кил Нам не вернулся из заграничной поездки. Семья была заманена из Германии двумя годами ранее под ложными обещаниями северокорейских агентов. Кан Чол Хван и Ан Хёк свидетельствовали, что встречались с Син Сук Джа во время своего заключения. Южнокорейский гражданин Чон Сан Ун (в Йодоке с 2010 года) – нерепатриированный военнопленный Корейской войны и был заключен в тюрьму в возрасте 84 лет за нелегальный выезд из Северной Кореи. Ким Ён Сун (в Йодоке 1970–1979) родилась в 1937 году в Шэньяне, Маньчжурия (Китай). Она была ученицей знаменитой корейской танцовщицы Чхве Сын Хи и некоторое время входила в элиту Пхеньяна. После того как Чхве и ее муж были подвергнуты чисткам в 1967 году, Ким продолжала танцевать, но в 1970 году была заключена в Йодоке без объяснения причин. Она была освобождена в 1979 году и узнала о причине своего заключения лишь спустя долгое время после освобождения. Она когда-то была лучшей подругой Сон Хье Рим, одной из любовниц Ким Чен Ира, и, вероятно, знание об этих отношениях послужило причиной ее заключения. Сын Ким Чен Ира и Сон Хье Рим, Ким Чен Нам, был позже убит северокорейскими наемниками в 2017 году. Мать и отец Ким Ён Сун умерли от голода, находясь с ней в заключении в лагере. Пережив множество ужасных событий в лагере, включая смерть родителей, она была освобождена и следующие 19 лет жила на обочине общества. Она бежала из Северной Кореи в Китай в 2001 году и прибыла в Южную Корею в 2003 году. Один из ее сыновей умер в Йодоке в молодом возрасте; другой был застрелен при попытке бегства в Китай в 1989 году, а один был несколько раз схвачен, прежде чем ему наконец удалось сбежать.

Kang Chol hwan (in Yodok 1977–1987) was imprisoned as a 9 year old child because his family returned from Japan and was considered politically unreliable. was imprisoned for alleged espionage after he spent 18 months in China illegally and converted to Christianity. Since camp rules prohibited gatherings of at least three people, Kim said he was tortured after he attempted to hold a meeting with other religious prisoners. Lee Young kuk (in Yodok 1995–1999), former bodyguard of Kim Jong il, was kidnapped from China and imprisoned because he illegally left North Korea and criticized the country. Kim Eun cheol (in Yodok 2000–2003) was imprisoned at the age of 19 because he illegally left North Korea. South Korean citizens Shin Suk ja and her daughters Oh Hae won and Oh Kyu won (in Yodok since 1987, when the daughters were ages 9 and 11) were imprisoned because her husband Oh Kil nam did not return from a stay abroad. The family had been lured from Germany on North Korean agents’ false promises two years prior. Kang Chol hwan and An Hyuk testified to meeting Shin Suk ja during their imprisonments. South Korean citizen Jeong Sang un (in Yodok since 2010) is an unrepatriated Korean War prisoner and was imprisoned at age 84 for illegally leaving North Korea. Kim Young soon (in Yodok 1970–1979) was born in 1937 in Shenyang, Manchuria (China). She was a student of famed Korean dancer Choi Seung hee, and was for a time a member of Pyongyang's elite. After Choi and her husband were purged in 1967, Kim continued to dance, but in 1970 she was imprisoned in Yodok without being informed as to why. She was released in 1979, and only long after being released learned why she had been imprisoned in the first place. She had once been best friends with Song Hye rim, one of Kim Jong il's lovers, and knowing about the relationship was presumably the reason for her internment. Kim Jong il and Song Hye rim's son, Kim Jong nam, was later assassinated by North Korean hitmen in 2017. Kim Young soon's mother and father both died of starvation while imprisoned in the camp with her. After enduring many horrifying incidents within the camp, including the deaths of her parents, she was released and spent the next 19 years living on the fringes of society. She escaped from North Korea to China in 2001 and arrived in South Korea in 2003. One of her sons died in Yodok while young; another was shot trying to escape to China in 1989, and one was recaptured several times before finally succeeding.

В популярной культуре

В 2001 году Кан Чол Хван написал документальную книгу "Аквариумы Пхеньяна", описывающую его детство в лагере Йодок. В 2006 году Чон Сун Сан, перебежчик из Северной Кореи, поставил мюзикл "История Йодука" о лагере Йодок. В 2008 году Анджей Фидик снял фильм "Истории Йодука" о жизни в лагере Йодок, основанный на мюзикле и свидетельствах очевидцев. В фильме снимаются северокорейские беженцы. В 2014 году Дэвид Балдаччи написал книгу "Цель" о северокорейском наемном убийце из лагеря Йодок.