Якоб Хёрд Смит: Генерал и спорные приказы на Филиппинах

Введение

Генерал армии США (1840–1918)

Генерал Джейкоб Хёрд Смит (29 января 1840 – 1 марта 1918) был офицером армии США, печально известный тем, что отдал приказ о неограниченном возмездии на острове Самар в ответ на так называемую резню в Балангиге во время Филиппинско-американской войны. Подвергся военному трибуналу за проведение операций на Самаре. По большинству оценок, американские солдаты убили от 2000 до 2500 мирных жителей. Некоторые филиппинские историки называют цифру до 5000 гражданских лиц. В некоторых источниках указывается число погибших в 50 000 человек, однако сейчас считается, что это результат опечаток и неверного прочтения документов. Во время резни американские солдаты убивали мужчин призывного возраста, но в основном игнорировали женщин и детей. В некоторых случаях они открыто игнорировали приказы Смита и брали в плен мужчин. Это произошло из-за того, что подчиненный Смита, Литтлтон Уоллер, частично отменил приказ и приказал войскам проявлять сдержанность.

Гражданская война и послевоенные годы

Смит поступил на службу в армию Союза в начале Гражданской войны, но был ранен в битве при Шило в 1862 году; позднее, в 1867 году, он получил внеочередное звание майора за проявленную храбрость. Он попытался вернуться к строевой службе тем летом, но рана заживала плохо, поэтому он поступил в корпус инвалидов и прослужил оставшееся время Гражданской войны в качестве офицера по комплектованию и наборщик в Луисвилле в течение трех лет. В его послужном списке указано, что он проявил себя в наборе добровольцев для войск цветнокожих Соединенных Штатов. Работая в Луисвилле, он познакомился и впоследствии женился на своей первой жене, Эмме Л. Хаверти, 10 ноября 1864 года; они развелись без общественного внимания 1 октября 1880 года. После войны он стал ветераном-компаньоном Военного ордена Верного легиона Соединенных Штатов.

Неправомерное поведение во время войны

В 1869 году свекор Смита, Дэниел Хаверти, был предметом судебного иска о мошенничестве в связи с банкротством. Кредиторы изучали активы семьи Хаверти, полагая, что он скрыл большую часть своего состояния, передав его другим лицам. Это расследование выявило значительное увеличение активов Джейкоба Смита во время войны – с 4000 долларов в 1862 году до 40 000 долларов в 1865 году. Смита вызвали в суд в качестве свидетеля, чтобы объяснить его внезапное богатство. Смит заявил, что не знал о мошенничестве со стороны своего свекра, и объяснил, что деньги были получены в результате схемы посредничества при наборе добровольцев за вознаграждение. Во время войны штаты восточного побережья предлагали новобранцам премии за поступление на службу (тогда называемые "вознаграждениями") в размере до 700 долларов. Смит вместе с группой восточных вербовщиков планировал выполнить квоты по набору войск на Востоке, используя мужчин со Среднего Запада, выплачивая новобранцам региональное вознаграждение в размере 300 долларов и оставляя разницу себе. Смит утверждал, что поначалу считал этот план законным. Но прежде чем он был реализован, Смит взял 92 000 долларов, внесенные восточными вербовщиками в качестве вознаграждений, и использовал их для спекулятивных инвестиций в побочные предприятия, связанные с виски, золотом и бриллиантами. Когда восточные вербовщики потребовали возврата денег, которые Смит не мог предоставить, он заметил, что они отказываются обращаться в суд. Из этого он заключил, что заговор, должно быть, был незаконным. В конечном итоге инвестиции Смита принесли большую прибыль, и Смит утверждал, что полностью выплатил всех своих кредиторов, за исключением нескольких, которые умерли или покинули город. К моменту банкротства Хаверти Смиту было поручено временное исполнение обязанностей военного юриста, которое он пытался превратить в постоянную должность. Одна из сторон в деле о банкротстве сообщила главному военному юристу армии Соединенных Штатов, Джозефу Холту, о схеме Смита по посредничеству при наборе добровольцев за вознаграждение. Смит написал Холту ответное письмо. В письме Смит попытался представить схему в благоприятном свете. Он подчеркнул свою патриотичность и заявил, что участвовал в семи сражениях и был ранен в битве при Шило. Он изобразил себя как "человека, который принял на себя всю ненависть, которую повстанцы и консерваторы Луисвилля, штат Кентукки, обрушили на него, будучи, насколько мне известно, первым офицером, начавшим призыв цветнокожих в Кентукки в 1863 году". Смит утверждал, что обыскал тюрьмы, арестные камеры и исправительные учреждения Кентукки, чтобы найти этих людей, и что его единственной целью было должным образом служить Богу и своей стране. Смит признал, что занимался спекуляциями, но оправдывал это тем, что другие заработали в три раза больше денег, чем он, в Луисвилле во время войны, и он никого не обманул. Холт не принял оправдания Смита и передал материалы военному секретарю с рекомендацией передать дело Комитету Сената Соединенных Штатов по военным делам, который имел право утвердить Смита на постоянную должность, которую он искал. Смит написал секретарю более извиняющее объяснение, представив себя наивным обманщиком. Он подробно описал схему и утверждал, что его единственным проступком было использование чужих денег в своих интересах. Он заявил, что все его кредиторы были выплачены, и ни один новобранец не был обманут в отношении своего вознаграждения. Однако, к слову, Смит утверждал, что все остальные свидетели его истории либо умерли, либо покинули страну, и что он уничтожил или потерял все записи о своих банковских счетах за этот период. Секретарь посчитал объяснение Смита неубедительным. Временное назначение Смита военным юристом было отменено президентом. В заключении главный военный юрист Холт подверг критике Смита за то, что его собственные показания, по-видимому, указывают на то, что он считал допустимым вводить в заблуждение и обманывать военных аудиторов. Холт заключил: "[с]воими противоречивыми заявлениями и неудачным объяснением он оказался в затруднительном положении, полном неловкости".

In 1869, Smith's father in law Daniel Haverty was being sued for fraud in connection with a bankruptcy. The creditors looked into the assets of Haverty's family, believing Haverty had hidden most of his wealth by transferring it to others. These investigations revealed a tremendous enlargement of Jacob Smith's assets during the war, from $4,000 in 1862 to $40,000 in 1865. Smith was called as a witness in the suit to explain his sudden fortune. Smith claimed ignorance of any fraud on behalf of his father in law, and explained that the money was the result of a bounty brokerage scheme. During the war, eastern seaboard states were offering recruits enlistment bonuses (then called "bounties") of up to $700. Smith, along with a group of eastern recruiters, planned to fill eastern troop quotas using men from the Midwest, paying those recruits the regional bounty of $300 and pocketing the difference. Smith claimed he believed the plan was legal, at first. But before it could get off the ground, Smith took $92,000 the eastern recruiters had deposited for the bounties and used it to make speculative investments in side businesses involving whiskey, gold and diamonds. When the eastern recruiters demanded repayment which Smith could not provide, Smith noticed the recruiters refused to engage the law. From that, he concluded the plot must have been illegal. Eventually Smith's investments produced large profits, and Smith claimed he repaid all of his creditors in full, except for a few who had died or left town. At the time of the Haverty bankruptcy, Smith had been given a temporary judge advocate assignment with the army that he was attempting to convert into a permanent position. One of the parties in the bankruptcy case informed the Judge Advocate General of the United States Army, Joseph Holt, about Smith's bounty brokerage scheme. Smith wrote a letter to Holt in response. Smith's letter attempted to cast the scheme in a sympathetic light. He wrapped himself in the flag and argued that he had been in seven engagements and had been wounded in the Battle of Shiloh. He portrayed himself as "one who took upon himself all the odium that the rebels and conservatives of Louisville, Kentucky, heaped upon him, by being the first officer, to my knowledge, who commenced mustering into service the colored man in Kentucky during the year 1863." Smith said that he had scoured Kentucky's prison pens, jails, and workhouses to find these men and that his only aim was to serve his God and his country properly. Smith admitted to speculating, but justified it by saying that others had made three times as much money as he had in Louisville during the war, and he had not defrauded anyone. Holt did not accept Smith's excuse, and submitted the papers to the Secretary of War with the recommendation that the matter be given to the United States Senate Committee on Military Affairs, who had the authority to confirm Smith for the permanent position he sought. Smith wrote a more apologetic explanation to the Secretary, painting himself as a gullible dupe. He explained the plot in detail, and argued that his only offense was using other people's money for his own profit. He claimed that all his creditors had been repaid, and no recruits had been defrauded out of their bounty. But conveniently, Smith claimed that all other witnesses to his story had either died or left the country, and that he had destroyed or lost all of his own bank account records for that period. The Secretary found Smith's explanation to be unavailing. Smith's temporary appointment as judge advocate was revoked by the President. In the Judge Advocate General's summation of the events, Holt excoriated Smith for how his own testimony appeared to suggest he believed it was alright to mislead and deceive military auditors. Holt concluded, "[b]y his conflicting statements and his unfortunate explanation, he is placed in a dilemma full of embarrassment."

Филиппинская-американская война

Смит был отправлен на Филиппины во время Филиппинско-американской войны.

Смит описывает свою тактику СМИ

В декабре 1899 года Джейкоб Смит (к тому времени полковник) с хвастовством сообщил журналистам на Филиппинах, что, поскольку местные жители были "хуже, чем воюющие индейцы", он уже применил соответствующие тактики, усвоенные им в ходе боевых действий на американской границе против коренных американцев, которых Смит называл "дикими", и сделал это без ожидания приказов от генерала Элвелла С. Отиса. Это интервью вызвало появление заголовка, объявлявшего, что "Полковник Смит из 12-го полка приказал расстреливать всех повстанцев, оказавшихся поблизости", а газета New York Times поддержала тактику Смита, назвав её "давно пора принятой".

Повышение до бригадного генерала

Начиная с конца 1880-х годов, армия США перешла к системе назначения на должности бригадных генералов не по квалификации, а исключительно по выслуге лет. Эта система, как правило, давала пожилым полковникам еще несколько месяцев, недель или дней активной службы с новым званием, после чего следовала почти немедленная отставка с повышенным жалованием. Джейкоб Смит был немного моложе, и его повышение в звании генерала произошло раньше обычного; до наступления обязательного пенсионного возраста по закону ему оставалось три года. Уильям Говард Тафт, занимавший пост гражданского губернатора Филиппин, решил произвести Смита в бригадные генералы 1 июня 1900 года, ссылаясь на его службу во время испано-американской войны и рассчитывая, что после повышения он выйдет в отставку. Смита повысили в звании, но он решил не уходить в отставку.

Смит вызывает волнение на Лузоне

Недовольство испанскими доминиканскими монахами католической церкви считалось главной причиной филиппинской революции против Испании, и многие монахи были убиты филиппинским населением. Американская внешняя политика придерживалась строгой нейтральности в религиозных вопросах. В сентябре 1900 года, когда Смит был военным губернатором провинций Пангасинан, Тарлак и Замбалес на Лусоне, он вмешался в религиозный спор в поселке Дагупан. Смит поддержал священника, симпатизировавшего монахам. Это вызвало гневные протесты среди гражданского населения в центральном Лусоне.

Кампания в Самар

28 сентября 1901 года пятьдесят один американский солдат роты C 9-го пехотного полка США, дислоцированных в городе Балангига, третьем по величине городе на южном побережье острова Самар, были убиты в результате внезапной партизанской атаки. Они были направлены в Балангигу для закрытия порта и предотвращения поставок филиппинским войскам, находившимся в то время под командованием генерала Висенте Лукбана. Лукбан был отправлен туда в декабре 1898 года для управления островом от имени Первой Филиппинской Республики под руководством Эмилио Агиinaldo. Атака вызвала шок в американской общественности, и газеты приравняли то, что они назвали «резней», к последнему бою Джорджа Армстронга Кастера в битве при Литтл-Бигхорне в 1876 году. Генерал-майор Адна Р. Чаффи, военный губернатор Филиппин, получил приказ от президента Теодора Рузвельта усмирить Самар. С этой целью Чаффи назначил Смита на Самар для выполнения этой задачи. [[Файл:Редакционный мультфильм о мести Джейкоба Смита за Балангигу. Приказ Смита "Убить всех старше десяти" стал подписью в карикатуре New York Journal от 5 мая 1902 года. На "Олд Глори" был американский щит, на котором грифон заменил лысого орла. Подпись внизу гласила: "Преступники, потому что они родились за десять лет до того, как мы захватили Филиппины". В результате этого Смит был привлечен к военному трибуналу. Затем последовал марш по острову. Поставки продовольствия и торговля с Самаром были прерваны, чтобы добиться подчинения революционеров посредством голода. Стратегия Смита на Самаре заключалась в широкомасштабных разрушениях, чтобы заставить жителей прекратить поддержку партизан и обратиться к американцам из страха и голода. Он использовал свои войска для прочесывания внутренних районов в поисках партизанских отрядов и для попыток захвата филиппинского генерала Висенте Лукбана, но не предпринимал никаких мер для предотвращения контактов между партизанами и местными жителями. Американские колонны пересекали остров, разрушая дома и расстреливая людей и тягловых животных. Литтлтон Уоллер в своем докладе заявил, что за одиннадцать дней его люди сожгли 255 домов, расстреляли 13 карабао и убили 39 человек. Точное число филиппинских гражданских лиц, убитых американскими войсками, никогда не будет известно, но в энциклопедической книге о потерях в войне эта цифра оценивается в 2000 человек; исчерпывающее исследование, проведенное британским писателем в 1990-х годах, оценивает ее примерно в 2500 человек. Дэвид Фриц использовал методы анализа возрастной структуры населения и предположил, что потери среди мужчин призывного возраста составили чуть более 2000 человек, но не нашел подтверждений массовым убийствам женщин и детей. Темпы роста населения Самара замедлились, поскольку беженцы бежали из Самара в Лейте, однако население Самара все же увеличилось на 21 456 человек во время войны. Значительные потери жизни не подтверждаются. Эти злоупотребления вызвали возмущение антиимпериалистических групп в Соединенных Штатах, когда они стали известны в марте 1902 года. Главный военный юрист армии отметил, что только здравый смысл и сдержанность большинства подчиненных Смита предотвратили установление полного режима террора на Самаре. В результате своего приказа на Самаре Смит стал известен как «Воющий дикарь Смит». Смит получил еще одно прозвище, «Адский ревун Джейк», не из-за его жестокости на войне, а из-за его склонности к возмутительным клятвам и экстравагантности его речи. Перед началом марша Уоллер отозвал капитана морской пехоты Дэвида Диксона Портера, одного из офицеров, в основном ответственных за его проведение. Уоллер частично отменил приказ Смита и сказал Портеру проявить сдержанность: «Портер, мне было приказано убить всех старше десяти лет. Но мы ведем войну не с женщинами и детьми, а только с мужчинами, способными носить оружие. Помни об этом, какие бы другие приказы ты ни получал».

On September 28, 1901, fifty one American soldiers of Company C of the 9th U. S. Infantry Regiment who had been stationed in the town of Balangiga, the third largest town on the southern coast of Samar Island, were killed in a surprise guerrilla attack. They had been deployed to Balangiga to close its port and prevent supplies reaching Filipino forces in the interior, which at that time were under the command of General Vicente Lukbán. Lukbán had been sent there in December 1898 to govern the island on behalf of the First Philippine Republic under Emilio Aguinaldo. The attack provoked shock in the U. S. public, with newspapers equating what they called a "massacre" to George Armstrong Custer's last stand at the Battle of the Little Bighorn in 1876. Major General Adna R. Chaffee, military governor of the Philippines, received orders from President Theodore Roosevelt to pacify Samar. To this end, Chaffee appointed Smith to Samar to accomplish the task. [[File:Editorial cartoon about Jacob Smith's retaliation for Balangiga. PNG|right|thumb|250px|Smith's order "Kill Everyone Over Ten" became a caption in the New York Journal cartoon on May 5, 1902. The Old Glory draped an American shield on which a vulture replaced the bald eagle. The caption at the bottom proclaimed, "Criminals Because They Were Born Ten Years Before We Took the Philippines." Smith's conduct of this campaign eventually resulted in his court martial. A march through the island followed. Food and trade to Samar were cut off, intended to starve the revolutionaries into submission. Smith's strategy on Samar involved widespread destruction to force the inhabitants to stop supporting the guerrillas and turn to the Americans from fear and starvation. He used his troops in sweeps of the interior in search for guerrilla bands and in attempts to capture Philippine General Vicente Lukbán, but he did nothing to prevent contact between the guerrillas and the townspeople. American columns marched across the island, destroying homes and shooting people and draft animals. Littleton Waller, in a report, stated that over an eleven day period his men burned 255 dwellings, shot 13 carabaos and killed 39 people. The exact number of Filipino civilians killed by US troops will never be known, but an encyclopedic book on casualties in warfare puts the figure at 2,000; an exhaustive research made by a British writer in the 1990s put the figure at about 2,500. David Fritz used population ageing techniques and suggested a figure of a little more than 2,000 losses in males of combat age but nothing to support widespread killing of women and children. The rate of Samar's population growth slowed as refugees fled from Samar to Leyte, yet still the population of Samar increased by 21,456 during the war. A great loss of life is not supported. The abuses outraged anti Imperialist groups in the United States when these became known in March 1902. The Judge Advocate General of the Army observed that only the good sense and restraint of the majority of Smith's subordinates prevented a complete reign of terror in Samar. As a consequence of his order in Samar, Smith became known as "Howling Wilderness Smith." Smith earned another sobriquet, "Hell Roaring Jake" not due to his violence in war, but because of his penchant for making outrageous oaths and the extravagance of his language. Prior to the ensuing march, Waller had pulled aside Marine Captain David Dixon Porter, one of the officers chiefly responsible for carrying it out. Waller partly revoked Smith's order and told Porter to show restraint. "Porter, I've had instructions to kill everyone over ten years old. But we are not making war on women and children, only on men capable of bearing arms. Keep that in mind no matter what other orders you receive."

Военный суд Уоллера

Приказ Смита не был обнаружен ни начальством, ни прессой в момент его отдания. Он был раскрыт лишь в ходе военного трибунала над майором Литтлтоном Уоллером, одним из подчиненных Смита, начавшегося 17 марта 1902 года. Майор Уоллер предстал перед судом за приказ о казни одиннадцати филиппинских носильщиков, поднявших мятеж. В своей защите Уоллер не упомянул приказ Смита, а вместо этого сослался на положения Генерального приказа № 100 армии США, также известного как Кодекс Либера, который определял правила поведения американских солдат во время войны. Этот кодекс считается предшественником Женевских конвенций, но, в отличие от более поздних соглашений о правилах ведения войны, он допускал убийство военнопленных в качестве возмездия за нарушения правил войны противником и предписывал немедленную казнь шпионов, диверсантов и партизан. Адвокат Уоллера завершил представление защиты. Прокуратура решила вызвать Смита в качестве свидетеля для допроса. Смит не стал бы колебаться, чтобы предать Уоллера ради спасения своей карьеры. 7 апреля 1902 года Смит снова солгал под присягой, отрицая, что отдавал Уоллеру какие-либо специальные устные приказы. В ответ Уоллер представил приказ Смита и показания трех офицеров, подтвердивших версию Уоллера о разговоре между Смитом и Уоллером, а также копии всех письменных приказов, полученных им от Смита. Уоллер сообщил суду, что ему было приказано не брать пленных и убивать всех филиппинцев-мужчин старше десяти лет. Генерал Адна Чаффи, военный губернатор Филиппин, направил телеграмму в военное ведомство с просьбой разрешить оставить Смита на островах на некоторое время, опасаясь, что если Смиту будет предоставлена возможность поговорить с журналистами, он может говорить "крайне неразумно" и заявить что-то, противоречащее установленным фактам, "или вести себя как ненормальный". Чтобы смягчить последующую общественную реакцию в Америке, военный министр Элиху Рут рекомендовал отправить Смита в отставку. Президент Рузвельт принял это предложение и приказал Смиту уйти в отставку из армии без дополнительных наказаний. Генерал Дж. Франклин Белл никогда не подвергался расследованию.

Smith's order was not discovered by superiors or the media at the time it was given. It was only revealed in the course of the court martial of Major Littleton Waller, one of Smith's subordinates, which began on March 17, 1902. Major Waller was being tried for ordering the execution of eleven mutinous Filipino porters. Waller did not mention Smith's order in his defense, instead relying on provisions of U. S. Armies General Order Number 100, also known as the Lieber Code, dictating how U. S. soldiers were expected to conduct themselves during wartime. That code is considered a precursor to the Geneva Conventions but, in contrast to later agreements regarding rules of war, it permitted the killing of prisoners of war in reprisal for violations of the rules of war by the enemy, and called for the summary execution of spies, saboteurs and guerrilla fighters. Waller's counsel had rested his defense. The prosecution decided to call Smith as a rebuttal witness. Smith was not above selling out Waller to save his career. On April 7, 1902, Smith perjured himself again by denying that he had given any special verbal orders to Waller. In response, Waller revealed Smith's order to him and produced three officers who corroborated Waller's version of the Smith–Waller conversation, and copies of every written order he had received from Smith. Waller informed the court he had been directed to take no prisoners and to kill every male Filipino over 10. General Adna Chaffee, military governor of the Philippines, cabled the War Department requesting permission to keep Smith in the islands for a short time, since he feared that Smith, if given the opportunity to talk to reporters, could speak "absurdly unwise" and might say things contrary to the facts established in the case, "or act like an unbalanced lunatic." To ease the subsequent public outcry in America, Secretary of War Elihu Root recommended that Smith be retired. President Roosevelt accepted this recommendation, and ordered Smith's retirement from the Army, with no additional punishment. General J. Franklin Bell was never investigated.

Поздние годы

Смит вышел в отставку и поселился в Портсмуте, штат Огайо, совершая путешествия по миру. 5 апреля 1917 года он предложил свои военные услуги в письме в Адъютантское управление, чтобы участвовать в Первой мировой войне, но получил отказ из-за пожилого возраста и того, что его злодеяния на Филиппинах серьезно подорвали имидж и репутацию американской армии. Смит умер в Сан-Диего 1 марта 1918 года и был похоронен на Арлингтонском национальном кладбище в Вашингтоне, округ Колумбия.