Введение

Социальная отчужденность – это ощущение человеком оторванности от группы, будь то друзья, семья или более широкое общество, с которым он связан. Такое отчуждение описывается как «состояние в социальных отношениях, отражающее (1) низкую степень интеграции или общности ценностей и (2) высокую степень дистанции или изоляции (3a) между людьми, или (3b) между индивидом и группой людей в сообществе или рабочей среде [добавлено перечисление]». Это социологическая концепция, разработанная рядом классических и современных теоретиков. Данное понятие имеет множество применений в различных дисциплинах и может относиться как к личному психологическому состоянию (субъективно), так и к типу социальных отношений (объективно).

История

Термин "отчуждение" использовался на протяжении веков с различными и порой противоречивыми значениями. В древней истории он мог означать метафизическое ощущение достижения высшего состояния созерцания, экстаза или единения – отчуждение от ограниченного существования в мире, в положительном смысле. Примеры такого употребления прослеживаются у неоплатонических философов, таких как Плотин (в греческом аллоиозе). Также давно существуют религиозные представления об отделении или отрезании от Бога и верующих, об отчуждении в негативном смысле. В Новом Завете упоминается греческий термин apallotrioomai – "быть отчужденным от". Идеи отчуждения от Золотого века, или вследствие грехопадения, или приблизительные эквиваленты в различных культурах и религиях также описывались как концепции отчуждения. Двойственный, положительный и отрицательный смысл отчуждения широко представлен в духовных учениях, известных как гностицизм. Отчуждение также имело специфическое юридико-политическое значение, начиная с Древнего Рима, где отчуждать собственность (alienato) означало передать право собственности другому лицу. Сам термин происходит от латинского alienus, означающего "чужой, принадлежащий другому месту или человеку", которое, в свою очередь, восходит к alius – "другой". В древнегреко-римскую эпоху термин также использовался врачами для обозначения расстроенных, затрудненных или ненормальных состояний ума, обычно приписываемых физиологическому дисбалансу. В латинском языке alienatio mentis (умственное отчуждение) это употребление датируется Асклепиадом. После повторного появления переводов этих работ на Западе в XVII веке врачи вновь стали использовать этот термин, который обычно связывают с именем Феликса Платтера. В Средние века была описана связь между отчуждением и социальным порядком, опосредованная, в частности, мистицизмом и монашеством. Крестовые походы и охота на ведьм описывались как формы массового отчуждения.

17 век

В 17 веке Гюго Гроций выдвинул концепцию, согласно которой каждый обладает "суверенной властью" над собой, но может отчуждать это естественное право во имя общего блага, что является ранней теорией социального договора. В XVIII веке Хатчесон ввел различие между отчуждаемыми и неотчуждаемыми правами в юридическом смысле этого термина. Руссо опубликовал влиятельные работы на ту же тему и считается, что он популяризировал более психологическую социальную концепцию, связанную с отчуждением от естественного состояния из-за расширения гражданского общества или национального государства. В том же веке был принят закон об отчуждении привязанности, позволявший мужчинам требовать компенсацию от других мужчин, обвиняемых в отъеме "их" жены. В истории литературы немецкие романтики представляются первой группой писателей и поэтов, в чьих произведениях концепция отчуждения регулярно встречается. Около начала 19 века Гегель популяризировал христианскую (лютеранскую) и идеалистическую философию отчуждения. Он использовал немецкие термины в несколько различном значении, относя их как к психологическому состоянию, так и к объективному процессу, и в целом утверждал, что "я" является историческим и социальным созданием, которое отчуждается от себя посредством воспринимаемого объективного мира, но может вновь обрести целостность, когда этот мир рассматривается как лишь еще один аспект самосознания, чего можно достичь через самопожертвование ради общего блага. Приблизительно в то же время Пинель популяризировал новое понимание психического отчуждения, особенно в своем "медико-философском трактате". Он утверждал, что люди могут быть расстроены (отчуждены) эмоциональными состояниями и социальными условиями, не обязательно теряя (отчуждаясь от) своего разума, как это обычно предполагалось. Гегель высоко оценил подход Пинеля к "моральному лечению" и разработал связанные с ним теории. Тем не менее, как позже писал Фуко, "в смутном, общем истоке "отчуждение" врачей и "отчуждение" философов начали обретать форму – две конфигурации, в которых человек в любом случае искажает свою истину, но между которыми, после Гегеля, девятнадцатый век перестал замечать какие-либо следы сходства".

Маркс

Маркс изначально принадлежал к лагерю молодых гегельянцев и, как и Фейербах, отверг духовную основу, адаптировав диалектическую модель Гегеля к теории (исторического) материализма. Теория отчуждения Маркса наиболее чётко выражена в «Экономических и философских рукописях» 1844 года и «Немецкой идеологии» (1846). «Молодой» Маркс писал об отчуждении чаще и непосредственно, чем «зрелый» Маркс, что некоторые рассматривают как идеологический разрыв, в то время как другие утверждают, что концепция оставалась центральной. Структуралисты обычно полагают, что произошёл переход от философско-антропологической (марксистский гуманизм) концепции (например, внутреннее отчуждение от себя) к структурно-исторической интерпретации (например, внешнее отчуждение посредством присвоения труда), сопровождаемый изменением терминологии от отчуждения к эксплуатации, товарному фетишизму и реификации. Концепции отчуждения Маркса были классифицированы Костасом Акселосом на четыре типа: экономическое и социальное отчуждение, политическое отчуждение, человеческое отчуждение и идеологическое отчуждение. В наиболее распространённом употреблении эта концепция относится к экономическому и социальному аспекту отчуждения, при котором работники оторваны от того, что они производят, и от причин производства. Маркс считал, что отчуждение – это систематический результат капитализма. По сути, существует «эксплуатация людей людьми», где разделение труда создаёт экономическую иерархию. Его теория отчуждения основана на наблюдении, что в развивающемся промышленном производстве при капитализме работники неизбежно теряют контроль над своей жизнью и над собой, не имея никакого контроля над своим трудом. Работники никогда не становятся автономными, самореализованными личностями в каком-либо значимом смысле, за исключением того, каким буржуазия хочет видеть работника. Его теория опирается на книгу Фейербаха «Сущность христианства» (1841), в которой утверждается, что идея Бога отчудила человеческие характеристики. Штирнер развил этот анализ в «Эго и его собственность» (1844), заявив, что даже «человечество» является отчуждающим идеалом для индивида, на что Маркс и Энгельс ответили в «Немецкой идеологии» (1845). Отчуждение в капиталистических обществах возникает потому, что в труде каждый вносит вклад в общее благосостояние, но они могут выразить этот фундаментально социальный аспект индивидуальности только через систему производства, которая не является общественно-социальной, а частной собственностью, где каждый индивид функционирует как инструмент, а не как социальное существо. Костас Акселос резюмирует, что для Маркса в капитализме «труд делает человека чужим себе и своим собственным продуктам». «Негатив отчуждения от себя означает, что рабочий не утверждает себя, а отрицает себя, не чувствует удовлетворения, а несчастье. Рабочий чувствует себя вне своей работы, а в своей работе – вне себя. Его чуждый характер становится очевидным в том, что, как только отсутствует физическое или иное принуждение, его избегают как чумы». Маркс также писал, в сжатой форме, что капиталистические владельцы также испытывают отчуждение, извлекая выгоду из экономической машины, бесконечно конкурируя, эксплуатируя других и поддерживая массовое отчуждение в обществе. Политическое отчуждение относится конкретно к идее, что «политика – это форма, организующая производительные силы экономики» таким образом, что она отчуждает, поскольку «искажает логику экономического развития». Через человеческое отчуждение люди становятся чуждыми себе в стремлении к выживанию, где «они теряют своё истинное существование в борьбе за существование». Маркс фокусируется на двух аспектах человеческой природы, которые он называет «историческими условиями». Первый аспект относится к необходимости в пище, одежде, жилье и т.д. Во-вторых, Маркс считает, что после удовлетворения этих основных потребностей у людей появляется тенденция к развитию новых «нужд» или желаний, которые они будут стремиться удовлетворить, следовательно, люди оказываются в ловушке круговорота бесконечных желаний, что делает их чужими друг другу. Говоря об идеологическом отчуждении, Акселос предполагает, что Маркс считал, что все религии отвлекают людей от «их истинного счастья» и вместо этого направляют их к «иллюзорному счастью». Существует общепризнанная проблема перевода при осмыслении идей отчуждения, происходящих из немецкоязычной философской литературы: слова «отчуждение» и подобные им, такие как «чуждость», часто используются взаимозаменяемо для перевода двух различных немецких слов – *Entfremdung* и *Entäußerung*. Первое означает конкретно межличностную отчуждённость, в то время как второе может иметь более широкое и активное значение, которое может относиться также к внешней объективации, отказу или продаже (отчуждению) собственности. В целом, и в отличие от своих предшественников, Маркс мог использовать эти термины взаимозаменяемо, хотя он также писал: «*Entfremdung* составляет реальный интерес этой *Entäußerung*».

Конец 1800-х - начало 1900-х годов

Многие социологи конца XIX и начала XX века были обеспокоены отчуждающими последствиями модернизации. Немецкие социологи Георг Симмель и Фердинанд Тонни написали критические работы по индивидуализации и урбанизации. В книге Симеля "Философия денег" описывается, как отношения становятся все более и более опосредованными деньгами. Tönnies' Gemeinschaft and Gesellschaft (Сообщество и общество) - это потеря первичных отношений, таких как семейные связи, в пользу целенаправленных, вторичных отношений. Эта идея отчуждения может быть замечена в некоторых других контекстах, хотя этот термин может использоваться не так часто. В контексте отношений индивида в обществе отчуждение может означать неотзывчивость общества в целом к индивидуальности каждого члена общества. Когда принимаются коллективные решения, обычно невозможно учитывать уникальные потребности каждого человека. Американский социолог К. Райт Миллс провел крупное исследование отчуждения в современном обществе с "Белыми воротничками" в 1951 году, описывая, как современный потребительский капитализм сформировал общество, в котором вы должны продавать свою личность в дополнение к своей работе. Мелвин Симан был частью всплеска исследований в области отчуждения в середине 20-го века, когда он опубликовал свою статью "О смысле отчуждения" в 1959 году. Симан использовал идеи Маркса, Эмиля Дюркгейма и других, чтобы построить то, что часто считается моделью для признания пяти выдающихся особенностей отчуждения: бессилие, бессмысленность, без норм, изоляция и самоотчуждение. Позже Симан добавил шестой элемент (культурное отчуждение), хотя этот элемент не играет заметной роли в более поздних обсуждениях его работы. В более широком философском контексте, особенно в экзистенциализме и феноменологии, отчуждение описывает неадекватность человека (или ума) по отношению к миру. Человеческий разум (как субъект, который воспринимает) видит мир как объект восприятия и дистанцируется от мира, а не живет в нем. Эта линия мысли обычно прослеживается в работах Сорен Киркегора в 19 веке, который с христианской точки зрения видел отчуждение как отделение от Бога, а также исследовал эмоции и чувства людей, когда они сталкиваются с жизненным выбором. Многие философы 20-го века (как теисты, так и атеисты) и богословы были под влиянием представлений Кьеркегора об угнетенности, отчаянии и важности личности. Концепции Мартина Хайдеггера об тревоге (страхе) и смертности были основаны на Кьеркегоре; он обязан тому, как Кьеркегор излагает важность нашего субъективного отношения к истине, наше существование перед лицом смерти, временность существования и важность страстного утверждения своего существования в мире. Жан-Поль Сартр описал "вещь сама по себе", которая бесконечна и переполнена, и утверждал, что любая попытка описать или понять вещь сама по себе является "рефлексивным сознанием". Поскольку нет никакого способа для рефлексивного сознания подчинять пре-рефлексивный, Сартр утверждал, что все отражение обречено на форму беспокойства (т.е. человеческое состояние). Кроме того, Сартр утверждал, что когда человек пытается получить знание об "другом" (то есть о существах или объектах, которые не являются собой), его самосознание имеет "мазохистское желание" быть ограниченным. Это метафорически выражается в строчке из пьесы "Нет выхода", "Ад - это другие люди". В теории психоанализа, разработанной в начале 20 века, Зигмунд Фрейд не рассматривал концепцию отчуждения, но впоследствии другие аналитики. Это теория разделения и конфликтов между сознательным и бессознательным умом, между различными частями гипотетического психического аппарата, и между собой и цивилизацией. Он постулирует защитные механизмы, включая расщепление, как в нормальном, так и в нарушенном функционировании. Понятие репрессий было описано как имеющее функционально эквивалентные эффекты, как идея ложного сознания, связанная с марксистской теорией. Форма западного марксизма, развившаяся в течение столетия, включала в себя влиятельный анализ ложного сознания Гёрги Лукача. Критики бюрократии и протестантской этики также опирались на работы Макса Вебера. Фигуры, связанные с критической теорией, в частности, с Франкфуртской школой, такие как Теодор Адорно и Эрих Фромм, также разработали теории отчуждения, опираясь на неомарксистские идеи, а также на другие влияния, включая неофрейдистские и социологические теории. Один из ...

Бессилие

Отчуждение в смысле отсутствия власти было технически определено Симаном как «ожидание или вероятность, которую индивид имеет, что его собственное поведение не может определить наступление результатов или подкреплений, которые он ищет». Симан утверждает, что это «понятие отчуждения, как оно возникло в марксистском взгляде на положение рабочего в капиталистическом обществе: рабочий отчужден в той мере, в какой привилегии и средства принятия решений присваиваются правящими предпринимателями». Более кратко, Калекин Фишман говорит: «Человек страдает от отчуждения в форме «бессилия», когда он осознает разрыв между тем, что хотел бы сделать, и тем, что чувствует, что способен сделать». Обсуждая бессилие, Симан также включил идеи психолога Джулиана Роттера. Роттер различает внутренний контроль и внешний локус контроля, что означает «различия (между людьми или ситуациями) в степени, в которой успех или неудача объясняются внешними факторами (например, удачей, случайностью или влиятельными другими), в отличие от успеха или неудачи, которые рассматриваются как результат личных навыков или характеристик». Следовательно, бессилие – это ощущение, что у человека нет средств для достижения своих целей. В конечном счете, отходя от марксистской традиции, Гейер отмечает, что «возник новый тип бессилия, где основная проблема больше не в несвободе, а скорее в неспособности выбирать из избытка альтернатив для действий, последствия которых зачастую невозможно даже представить». Гейер адаптирует кибернетику к теории отчуждения и пишет, что бессилие является результатом задержки обратной связи: «Чем сложнее окружающая среда, тем позже человек сталкивается со скрытыми и часто непреднамеренными последствиями своих действий. Следовательно, ввиду этой причинно-следственной связи, скрывающей временной лаг, как «вознаграждения», так и «наказания» за действия человека все чаще воспринимаются как случайные, что часто приводит к апатии и отчуждению».

Бессмысленность

Симан определяет чувство смысла как «ощущение понимания событий, в которых человек вовлечен». Симан пишет, что бессмысленность «характеризуется низким ожиданием возможности делать удовлетворительные прогнозы относительно будущих результатов действий». В то время как бессилие относится к воспринимаемой способности контролировать результаты, бессмысленность относится к воспринимаемой способности предсказывать их. В этом смысле бессмысленность тесно связана с бессилием; Симан утверждает, что «взгляд на мир как на понятное может быть необходимым условием для ожиданий контроля, а непонятность сложных дел, вероятно, способствует формированию высоких ожиданий внешнего контроля (то есть, высокого уровня бессилия)». Гейер полагает, что бессмысленность следует переосмыслить в контексте постмодерна: «С ускорением потока информации бессмысленность заключается уже не в том, способен ли человек придать смысл поступающей информации, а в том, может ли он разработать адекватные новые механизмы сканирования для сбора необходимой информации, а также более эффективные процедуры отбора, чтобы избежать перегрузки информацией, которая не нужна, но регулярно обрушивается на него». Информационная перегрузка, или так называемое «информационное цунами», – хорошо известные информационные проблемы, с которыми сталкивается современный человек, и Гейер утверждает, что само понятие бессмысленности претерпевает инверсию.

Без норм

Безнормность (или аномия, как ее называл Дюркгейм) "обозначает ситуацию, в которой социальные нормы, регулирующие поведение индивида, разрушены или перестали быть эффективными в качестве правил поведения". Этот аспект связан с неспособностью идентифицировать себя с преобладающими ценностями общества или, точнее, с ценностями, которые воспринимаются как преобладающие. Симан добавляет, что этот аспект может проявляться особенно негативно: "Аномическая ситуация может быть определена как ситуация, в которой существует высокая вероятность того, что для достижения определенных целей потребуется социально неодобряемое поведение". Нил и Коллас отмечают, что "безнормность возникает частично из-за условий сложности и конфликта, в которых у индивидов возникает неопределенность относительно содержания и соблюдения социальных норм. В жизненных условиях происходят внезапные и резкие изменения, и обычно действующие нормы могут перестать казаться адекватными ориентирами для поведения". Это особенно актуально в контексте распада Советского Союза, массовой миграции из развивающихся стран в развитые и общего чувства разочарования, характерного для 1990-х годов.

Отношения

Одним из понятий, используемых по отношению к определенным взаимоотношениям, является родительское отчуждение, когда ребенок после разделения родителей выражает общую неприязнь к одному из них (которые могли развестись или разойтись). Этот термин не применяется в случаях жестокого обращения с ребенком. Родительское отчуждение может быть вызвано конкретным влиянием со стороны одного из родителей или может быть результатом социальной динамики всей семьи. Его также можно понимать с точки зрения привязанности – социального и эмоционального процесса формирования связи между ребенком и опекуном. Усыновленные дети могут испытывать отчуждение как от приемных, так и от биологических родителей. Семейное отчуждение между родителями и взрослыми детьми "связывают с рядом биологических, психологических, социальных и структурных факторов, влияющих на семью, включая расстройства привязанности, несовместимые ценности и убеждения, неоправданные ожидания, критические жизненные события и перемены, родительское отчуждение и неэффективные модели коммуникации". Степень отчуждения положительно коррелирует со снижением эмоционального функционирования у родителя, который испытывает потерю идентичности и стигматизацию. В отношениях привязанности у взрослых также могут возникать чувства отчуждения. Действительно, эмоциональное отчуждение считается распространенным явлением для многих, независимо от того, переживается ли оно как подавляющее, игнорируется ли в условиях социально-экономической конкуренции или способствует, казалось бы, не связанным проблемам.

Социальная изоляция

Социальная изоляция – это "ощущение отделенности от своего сообщества". Нил и Коллас подчеркивают центральную роль социальной изоляции в современном мире: "Хотя социальная изоляция обычно переживается как форма личного стресса, ее причины глубоко укоренены в социальной организации современного мира. С ростом изоляции и атомизации, значительная часть нашего повседневного общения происходит с незнакомыми людьми, с которыми у нас нет устойчивых социальных связей". После распада Советского Союза и окончания холодной войны мигранты из Восточной Европы и развивающихся стран хлынули в развитые страны в поисках более высокого уровня жизни. Это привело к тому, что целые общины оказались выкорчеваны: они больше не являются полноценной частью своей родины, но и не интегрировались в принимающие сообщества. Литература диаспоры изображает тяготы этих мигрантов, как, например, у Хафида Буазза в "Paravion".

Политическое отчуждение

Одним из проявлений вышеуказанных измерений отчуждения может быть чувство оторванности от политической системы и недостаточная вовлеченность в нее. Такое политическое отчуждение может возникать из-за отсутствия отождествления с какой-либо конкретной политической партией или идеологией и может приводить к революции, протестному поведению или уклонению от участия в политическом процессе, возможно, из-за апатии избирателей. Схожим понятием является отчуждение от политики в сфере труда, когда работники испытывают состояние психологического дистанцирования от внедряемой политики.

Самоотчуждение

Самоотчуждение – неуловимая концепция в социологии, как отмечал Симан, хотя он включил её в качестве аспекта в свою модель отчуждения. Некоторые, вслед за Марксом, считают самоотчуждение результатом и, следовательно, сутью социальной отчужденности. Самоотчуждение можно определить как «психологическое состояние отрицания собственных интересов – стремление к деятельности, приносящей удовлетворение извне, а не изнутри». Это можно охарактеризовать как ощущение того, что человек стал чужим самому себе, или своим частям, либо как проблему самопознания или аутентичности. Симан признавал трудности, связанные с определением «Я», в то время как постмодернизм, в особенности, подверг сомнению саму возможность точного определения того, что составляет «Я». Более того, если «Я» формируется в отношениях, имеет ли смысл говорить о «самоотчуждении», а не о «социальной изоляции»? Костас и Флеминг полагают, что, хотя концепция самоотчуждения «не выдержала постмодернистской критики эссенциализма и экономического детерминизма», она сохраняет ценность при лакановской интерпретации «Я». Это можно рассматривать как часть более широкой дискуссии о концепции «Я» между гуманизмом и антигуманизмом, структурализмом и постструктурализмом, или природой и воспитанием.

Психические расстройства

До начала XX века психологические проблемы в психиатрии именовались состояниями умственной отчужденности, подразумевающими, что человек оторван от себя, своего разума или мира. Начиная с 1960-х годов отчуждение вновь стало рассматриваться в связи с клиническими состояниями расстройства, как правило, с использованием широкого понятия «шизоидного» («расщепляющего») процесса, заимствованного из психоаналитической теории. Считалось, что расщепление происходит в процессе нормального развития ребенка и в повседневной жизни, а также в более выраженной или дисфункциональной форме при таких состояниях, как шизоидная личность и шизофрения. Различные концепции отчуждения и самоотчуждения использовались для установления связи между внутренними шизоидными состояниями, наблюдаемыми симптомами и внешними социально-экономическими различиями, не обязательно объясняя или доказывая лежащую в основе причинность. Р. Д. Лэйн оказал особенно большое влияние, утверждая, что дисфункциональные семьи и социально-экономическое угнетение вызывают состояния отчуждения и онтологической незащищенности у людей, которые можно рассматривать как адаптации, но которые основная психиатрия и общество диагностируют как расстройства. Конкретные теории, связанные с Лэйнгом и другими в то время, не получили широкого признания, однако работы с других теоретических позиций иногда затрагивают ту же тему. В связи с этим, для Иана Паркера психология нормализует условия социального отчуждения. Хотя она может помочь группам людей освободиться, она выполняет роль воспроизводства существующих условий. Этот взгляд можно рассматривать как часть более широкой традиции, иногда называемой критической психологией или психологией освобождения, которая подчеркивает, что индивид включен в социально-политический контекст, а следовательно, и психологические проблемы. Аналогично, некоторые психоаналитики утверждают, что, хотя психоанализ подчеркивает причины и реакции окружающей среды, он также приписывает проблемы индивидуумов внутренним конфликтам, возникающим в результате раннего психосоциального развития, фактически отрывая их от более широкого текущего контекста. Славой Жижек (опираясь на психоанализ Герберта Маркузе, Мишеля Фуко и Жака Лакана) утверждает, что в современном капиталистическом обществе индивид отчужден от себя посредством репрессивного предписания «наслаждайся!». Такое предписание не оставляет места для признания отчуждения и, более того, само может рассматриваться как выражение отчуждения. Однако, с более правых политических позиций психотерапия и связанные с ней представления давно считаются либо неэффективными из-за их внутренней предвзятости по отношению к реальности врожденных, таких как групповые (генетические) особенности, либо активно деструктивными, а не эмансипирующими. С другой стороны, они не одиноки в этом мнении, поскольку Маркузе, среди прочих, говорит о репрессивной десублимации.

Инвалидность

Различия между людьми с инвалидностью и людьми с относительными или воспринимаемыми возможностями могут приводить к отчуждению. Одно исследование, озаглавленное «Социальное отчуждение и идентификация со сверстниками: исследование социального конструирования глухоты», выявило, что среди взрослых глухих людей последовательно проявлялась одна тема во всех категориях жизненного опыта: социальное отвержение и отчуждение от более широкого слышащего сообщества. Только при описании взаимодействия с глухими людьми тема изоляции сменялась комментариями об участии и значимом взаимодействии. Это, по-видимому, было связано с конкретными потребностями, такими как потребность в реальном общении, информации, возможности заводить близкие дружеские отношения и ощущать себя частью семьи. Предполагается, что социальное значение глухоты формируется во взаимодействии между глухими и слышащими людьми, что иногда приводит к маргинализации глухих, с чем иногда ведется борьба. Это также привело к созданию альтернатив, и сообщество глухих описывается как одна из таких альтернатив. Врачи и медсестры часто сталкиваются с людьми, временно или постоянно отчужденными от общества, что может быть как следствием, так и причиной заболеваний и страданий. В связи с этим было предложено уделять внимание изучению опыта особой боли, которую может причинить отчуждение.

Критика

Эрик Вогелин, с которым также связана фраза "имманентизировать эсхатон", может быть воспринят как скорее согласный с отчуждением: человеческое существование имеет радикальные пределы, и люди не чувствуют себя полностью комфортно (мягко говоря). Однако чувствовать неудовлетворенность или стремиться к чему-то более совершенному, чем то, что есть, не является "идеологическим". Напротив, такие чувства, как беспокойство, тревога, разочарование и даже отчуждение, по мнению Вогелина, нормальны. "Человек пребывает в смертельной тоске", – пишет Вогелин, – "потому что он серьезно относится к жизни и не может выносить существование без смысла". Для того чтобы размышления о пределах человеческого существования привели к идеологии, необходимо определенное "настроение". Что это за настроение? Это не только чувство отчуждения, но и бунта. Идеология подразумевает активное восстание против экзистенциальной истины и попытку построить иной мир. Вогелин определяет это настроение как "пневмопатологическое", термин, заимствованный им у Шеллинга. Это чувство "отчуждения от духа" настолько сильно, что влечет за собой сознательное закрытие души от трансцендентного. Философы Хайдеггер, Петер Слоттердейк и, более недавно, Александр Грау утверждают о схожем феномене отчуждения.

В искусстве и популярной культуре

В литературе отчуждение чаще всего представляется как психологическая изоляция личности от общества или общности. В сборнике "Литературные темы" Блума "Гамлет" Шекспира описывается как "величайший литературный портрет" отчуждения, при этом отмечается, что некоторые могут рассматривать Ахилла в "Илиаде" как альтернативный пример. Кроме того, Бартлби, переписчик, представляется идеальным примером, поскольку в нем присутствует множество проявлений отчуждения. К другим литературным произведениям, затрагивающим тему отчуждения, относятся: "Колокол под стеклом", "Черный юноша", "О дивный новый мир", "Ловец во ржи", "Избранный", "Дублинцы", "Отелло", "451 градус по Фаренгейту", "Невидимый человек", "Миссис Дэллоуэй", "Записки из подполья", "Пролетая над гнездом кукушки", "Странная история доктора Джекилла и мистера Хайда", "Посторонний и миф о Сизифе", "Процесс", "Замок", "В ожидании Годо", "Пустошь" и "Молодой Гудман Браун". Современные британские произведения, известные своим взглядом на отчуждение, включают "Ребенок во времени", "Лондонские поля", "На игле" и "Регенерация". Социолог Гарри Дамс проанализировал трилогию фильмов "Матрица" в контексте теорий отчуждения в современном обществе. Он утверждает, что центральной темой "Матрицы" является "всепроникающее, но все более невидимое распространение отчуждения в современном мире и трудности, сопутствующие попыткам его преодолеть". Концептуальный альбом британской прогрессив-рок группы Pink Floyd "Стена" (1979) и альбом британской альтернативной рок-группы Radiohead "OK Computer" (1997) также затрагивают тему отчуждения в своих текстах.