Маркиз де Каньете: Губернатор Чили и Вице-король Перу

Введение

Гарсия Хуртадо де Мендоса и Манрике, 5-й маркиз де Каньете (21 июля 1535 – 19 мая 1609) — испанский губернатор Чили, а затем вице-король Перу (с 8 января 1590 по 24 июля 1596 года). Его часто называют просто "маркизом де Каньете". Принадлежа к влиятельной семье испанских дворян, Хуртадо де Мендоса успешно воевал в войне с арауканами во время своего пребывания на посту губернатора Чили. Город Мендоса назван в его честь. Впоследствии, будучи вице-королем Перу, он спонсировал транстихоокеанскую экспедицию Альваро де Менданьи в 1595 году, который назвал Маркизские острова в его честь.

Ранние годы

Он был сыном Андреса Хуртадо де Мендосы, 3-го маркиза Каньете, также вице-короля Перу, и Магдалены Манрике, дочери графа Осорно. Оба его родителя происходили из самых влиятельных семей испанской аристократии. В 1552 году Хуртадо де Мендоса сбежал из дома, намереваясь служить своему королю Карлу I (императору Карлу V) в экспедиции, которую тот готови́л против Корсики. Хуртадо де Мендоса проявил большую эффективность в этой кампании, а также в Тоскане, когда это герцогство попыталось свергнуть имперское правление. Он служил в императорской армии в Брюсселе и был с Карлом V во время его поражения в битве при Ренти. Узнав о назначении отца вице-королем Перу, он вернулся в Испанию и попросил отправить его в Америку. Во время плавания он встретил Херонимо де Альдерете, которого король избрал преемником Педро де Вальдивии на должность губернатора Чили. Однако Альдерете заболел и умер в пути. Отец Хуртадо собрал группу чилийских представителей и, воспользовавшись разногласиями относительно того, кто из Франсиско де Агирре или Франсиско де Вильягры более достоин этой должности, предложил кандидатуру своего сына. Он надеялся, что сын привлечет в Чили больше испанцев и, кроме того, сумеет объединить два лагеря в борьбе за пост губернатора Чили. И он надеялся, что тот сможет успешно подавить восстание индейцев. Так Хуртадо отправился в Чили, 21-летним, уже проявившим жестокость. Он был высокомерен, гордился своим происхождением и умом, отличался авторитарностью и вспыльчивостью. Его характер нажил ему врагов, в основном скрытых, даже в ближайшем окружении.

Губернатор Чили

Хуртадо де Мендоса покинул Перу и направился в Чили во главе отряда из 500 испанцев. Часть этого отряда двинулась по суше под командованием Луиса де Толедо и Педро де Кастильо. Эта группа отправилась в январе 1557 года. Другая часть, под командованием нового губернатора, более комфортно плыла по морю, отплыв в феврале того же года. Вице-король устроил пир в честь своего сына, после чего флот покинул порт под звуки военных маршей и пушечный салют. Хуртадо де Мендоса плыл в сопровождении выдающихся людей, среди которых были Алонсо де Эрсилья-и-Суньига, Франсиско де Ираррасаваль-и-Андия, Франсиско Перес де Валенсуэла, фра Гиль Гонсалес де Сан-Николас, францисканец Хуан Гальегос и ученый юрист Эрнандо де Сантильян. Экспедиция остановилась в Арике 5 апреля 1557 года и оставалась там до девятого числа этого месяца. Продолжив путь на юг, они высадились в Ла-Серене 23 апреля 1557 года. Бедные жители Кокимбо были поражены самым большим отрядом солдат – более 500 человек – когда-либо появлявшимся в этих краях, вооруженными аркебузами и пушками, облаченными в доспехи и украшенными плюмажем. Вскоре они получили прозвище "эмплумадос" (пернатые).

Отношения с коренными народами

Он прибыл через восемь дней в залив Консепсьон в разгар опасного сезона. Во время сильного ливня войска высадились на острове Ла-Кирикина и возвели временный лагерь. Обосновавшись в Консепсьоне, Хуртадо попытался проводить политику доброй воли по отношению к индейцам, которые признали власть губернатора, но не были готовы смириться с оккупацией своих земель новоприбывшими испанцами. Линкоян и другие вожди коренного населения узнали, что кавалерия приближается из Сантьяго по суше, и разработали план атаковать её у Андаликана, недалеко от Консепсьона. Хуртадо узнал о замысле индейцев и получил сведения о том, что мапуче воспринимают его поведение как проявление слабости и страха; поэтому он решил резко изменить свою тактику. Он приказал немедленно построить форт Сан-Луис-де-Толедо в Араукане, чтобы сорвать инициативу коренных жителей, но вскоре форт подвергся нападению мапуче. Они были разгромлены, и губернатор контратаковал, используя пушки и аркебузы. В октябре 1557 года он отдал приказ о начале новой кампании с крупным войском в 500 солдат и тысячами индейских вспомогательных отрядов. Битва при Лагунильясе произошла во время этой кампании 7 ноября. В этой битве испанцы выстояли во многом благодаря храбрости, проявленной Родриго де Кирогой и другими капитанами. Мапуче продемонстрировали неорганизованность в атаке, что привело к неэффективной тактике и помешало им одержать победу. По словам Алонсо де Эрцильи, прибывшего в Чили вместе с губернатором, испанцы взяли в плен вождя мапуче Гальварино и отрубили ему левую руку. Он потерял руку, не выдав ни единой гримасы боли, а затем протянул другую, которую испанцы также отрубили. Он попросил о смерти, но конкистадоры отпустили его. Он ушёл со своими людьми, планируя месть. Гальварино приказал 30 ноября предпринять новую атаку на захватчиков. Это была битва при Милларапу, в одноимённой долине. В этой битве совпало множество случайных обстоятельств, которые облегчили внезапное нападение. Тем не менее, мапуче были вновь разбиты, и в качестве наказания 30 из них были повешены испанцами, включая Гальварино, который всегда находился в первых рядах. Тяготы войны начали утомлять соратников Хуртадо, надеявшихся получить богатство за свои услуги. Чтобы перераспределить земли между своими последователями, губернатор объявил энкомьенды Консепсьона вакантными. По этой причине город был основан заново в третий раз. Вскоре после этого был основан город Каньете-де-ла-Фронтера, который также был разделён между войсками, возвращавшимися из битвы. Вождь мапуче Кауполикан, подстрекаемый индейцем Андресильо, решил напасть на форт Тукапель. Однако Андресильо был предателем, который передал испанцам детали нападения, в результате чего нападавшие сами стали жертвами атаки. Это привело к бегству коренных жителей, оставивших после себя множество убитых и раненых, и к серьёзному ослаблению их сил. Мораль испанцев поднялась. В ходе внезапного нападения на лагерь Кауполикана им удалось захватить его. Его доставили в форт Тукапель. Некоторые историки утверждают, что он пытался договориться с испанцами, обещая принять христианство, но Алонсо де Рейньозо, командующий фортом, приговорил его к смерти через распятие на кольях. В другой битве коренные жители построили форт в Кьяпо, между Канете и Арауко, но они снова потерпели поражение в битве при Кьяпо. Город Консепсьон и форт Арауко были восстановлены в 1559 году. Были основаны и другие форты, такие как Сан-Андрес-де-Анголь, или Лос-Инфантес, и форт Талкамавида в 1560 году, а на другой стороне Анд – город Мендоса в 1561 году.

He arrived eight days later in the bay of Concepción in the middle of a dangerous season. During a torrential rainstorm the troops disembarked on the island of La Quiriquina and erected a provisional encampment. Once settled in Concepción, Hurtado attempted a policy of good will towards the Indians, who had accepted the rule of the governor but were not ready to accept the occupation of their territories by the newly arrived Spaniards. Lincoyan and other Indigenous leaders knew that the cavalry was coming by land from Santiago and conceived a plan to attack them at Andalicán, near Concepción. Hurtado learned of the Indigenous plan and was informed that the Mapuches interpreted his attitude as a sign of weakness and fear; he decided therefore to radically change his attitude toward them. He ordered that the fort of San Luis de Toledo be built immediately in Araucana to frustrate the Indigenous initiative, but the fort was soon attacked by the Mapuches. They were defeated, and the governor counterattacked with his cannons and harquebuses. He ordered a new campaign in October 1557, with a strong force of 500 soldiers and thousands of Indian auxiliaries. The Battle of Lagunillas occurred during this campaign, on November 7. In this battle the Spanish survived largely because of the valor demonstrated by Rodrigo de Quiroga and the other captains. The Mapuches showed themselves disorganized in the attack, and this disorder produced bad tactics that prevented a victory. According to Alonso de Ercilla, who had arrived in Chile with the governor, the Spanish took prisoner the Indigenous leader Galvarino and cut off his left hand. He lost the hand without a grimace of pain and then extended the other, which the Spanish also cut off. He asked for death, but the conquistadors let him go. He left with his men, planning his revenge. Galvarino ordered a new attack on the invaders on November 30. This was the Battle of Millarapue, in the valley of the same name. There were many fortuitous events in this battle that facilitated the surprise attack. Nevertheless, the Mapuches were defeated again, and as punishment 30 of them were hanged by the Spanish, including Galvarino, who had fought always in the first line. The hardships of the struggle began to bother the companions of Hurtado, who had hoped to gain riches for their services. In order to redistribute them to his followers, the governor declared the encomiendas of Concepción vacant. For this reason, the city was refounded for a third time. A short time later, the city of Cañete de la Frontera was also founded, and was also divided among the troops returning from the battle. The Mapuche leader Caupolicán, instigated by the Indian Andresillo, decided to attack Fort Tucapel. However, Andresillo was a traitor who communicated the details of the attack to the Spanish, so that the attackers were transformed into the attacked. The result was a flight by the Indigenous, who left behind many dead and wounded, and a serious weakening of the Indigenous forces. The morale of the Spanish rose. In a surprise assault on the encampment of Caupolicán, they were able to capture him. He was conducted to Fort Tucapel. Some historians claim that he tried to deal with the Spanish, promising to convert to Christianity, but Alonso de Reinoso, the commander of the fort, condemned him to death by impalement. In another battle, the Indigenous built a fort at Quiapo, between Cañete and Arauco, but they were again defeated in the Battle of Quiapo. The city of Concepción and fort Arauco were rebuilt in 1559. Other forts were founded, with the name of San Andrés de Angol, or Los Infantes and fort Talcamávida in 1560 and on the other side of the Andes the city of Mendoza in 1561.

Последствия войны

В это время Хуртадо де Мендоса был презираем теми, кого он ограбил. Его вспыльчивый характер и гордость принесли ему много врагов, в том числе Эрнандо де Сантильяна. Сантильян установил Таса де Сантильян, которая регулировала труд индейцев, позволяя многим испанцам злоупотреблять коренным населением. Это посеяло семена будущих восстаний, в частности, восстания хуильичей. Вскоре губернатору стало известно, что его отец, вице-король, был заменен королем, и Франсиско де Виллагра был назначен губернатором Чили. Хуртадо ожидал, что Виллагра поступит с ним так же, как он поступал с другими, и по этой причине решил быстро покинуть Чили. Сначала он отправился в Сантьяго, который не посещал во время своего правления. В Сантьяго ему сообщили о смерти преемника его отца. Это означало, что его отец продолжит оставаться вице-королем, по крайней мере временно, и по этой причине Хуртадо решил остаться на посту губернатора. Он остался в столице и воспользовался возможностью провести учтивый разговор с Виллагрой о положении в колонии. Виллагра не унизил его, как он ожидал, приняв его холодно, но вежливо. Во время его пребывания в Сантьяго была опубликована Таса де Сантильян. Она установила систему миты (принудительного труда коренного населения). Вместо того чтобы привлекать к труду всех индейцев в деревне, эта система ввела ротацию трудовой повинности, обязывая вождя каждого племени отправлять одного человека из шести на работу в шахты и одного из пяти – в поля. Эти работники, которым до этого не платили, должны были получать шестую часть произведенного ими продукта, и эта зарплата должна была выплачиваться регулярно, в конце каждого месяца. Женщины и мужчины младше 18 лет или старше 50 лет были освобождены от миты, и было предписано, чтобы энкомендерос (испанские владельцы энкомьенд) обеспечивали индейцев питанием, заботились об их здоровье и обращали их в христианство. Хуртадо де Мендоса получил известие о скорой смерти своего отца. Он решил немедленно отправиться в Перу, назначив Родриго де Кирогу исполняющим обязанности губернатора (вместо Виллагры).

At this time, Hurtado de Mendoza was despised by those he had robbed. His wrathful character and his pride gained him many enemies, including Hernando de Santillán. Santillán had established the Tasa de Santillán, which regulated Indian servitude, permitting many Spaniards to abuse the Indigenous. It planted the seeds of future rebellions, in particular that of the Huilliches. Sometime later, the governor was informed that his father the viceroy had been replaced by the king and that Francisco de Villagra had been designated governor of Chile. Hurtado expected to receive the same humiliations from Villagra that he had inflicted upon him, and for this reason he decided to leave Chile quickly. He first went to Santiago, a place he had not visited during his government. In Santiago he was informed of the death of the successor of his father. This meant that his father would continue as viceroy, at least temporarily, and for that reason Hurtado decided to stay on as governor. He remained in the capital and took the opportunity to have a gentlemanly interview with Villagra about the state of the colony. Villagra did not humiliate him as he expected, receiving him with a cold but polite demeanor. During his stay in Santiago the Tasa de Santillán was published. It established the system of mita (forced Indigenous labor). Instead of requiring labor from all the Indians in a village, this system established a rotation of servitude, obligating the chief of each tribe to send one man of each six to work in the mines, and one of each five to work in the fields. These workers, who up to now had been unpaid, were to be remunerated with a sixth part of the product of their labor, and this salary was required to be paid regularly, at the end of each month. Females and males under 18 years of age or over 50 were exempt from the mita, and it was ordered that the Indigenous be fed, maintained in health, and evangelized by the encomenderos (Spanish holders of the encomiendas). Hurtado de Mendoza received news of the impending death of his father. He decided to leave immediately for Peru, designating Rodrigo de Quiroga interim governor (rather than Villagra).

Juicio de residencia (соль резиденции)

В Перу он подвергся juicio de residencia за произвольные действия своего правительства в Чили (конфискация энкоменд, жестокое обращение с солдатами и т. д.). Он был первым губернатором Чили, деятельность которого была рассмотрена в соответствии с законами Испании. Трибунал признал его виновным по 196 пунктам обвинения, но передал вынесение окончательного приговора Королевской Аудиенции Лимы. Приговор заключался в его заключении в городе Лима до тех пор, пока он не будет оправдан по всем обвинениям или не уплатит назначенные штрафы.

Возвращение в Испанию

Однако Хуртадо де Мендоса уже покинул Перу и отплыл в Испанию, чтобы доложить королю Филиппу II и Совету Индий о своих кампаниях и управлении. Престиж его семьи, сведения о его заслугах, предоставленные Аудиенцией Лимы, и рекомендации верных капитанов, начавших прибывать из Чили, быстро заставили забыть обвинения его недоброжелателей. К тому же, его признали победителем в войне Арауко. Это принижало роль старых конкистадоров, распространяя ложное мнение о том, что они недостаточно сделали для подавления индейских восстаний и усмирения Араукании. В Мадриде он поступил на службу в Королевскую гвардию и стал представителем короля в Милане.

Вице-король Перу

В 1590 году Хуртадо вернулся в Америку, на этот раз в качестве вице-короля Перу, должность, которую он занимал до середины следующего десятилетия. Испанцам в Чили было большой помощью иметь на посту вице-короля человека, обладающего непосредственными знаниями об этом регионе. Хуртадо часто вступал в разногласия с Турибиусом де Монгровехо, архиепископом Лимы, всякий раз, когда сталкивались гражданская и церковная юрисдикции. Семинария, основанная Монгровехо, была учреждена не без борьбы из-за вопроса о том, чей герб разместить над входом – епископский или королевский, а также во время отлучения от церкви Хуана Ортиса де Зарате, мэра Лимы, из-за насильственного ареста преступника, нашедшего убежище в церкви. По окончании срока пребывания в должности Хуртадо покинул Лиму и вернулся в Испанию, где скончался в 1609 году.

Наследие

В наследие Хуртадо входит его попытка пресечь угнетение коренного населения со стороны испанских колонизаторов. Через пять лет после его смерти, в 1614 году, его "Постановления, изданные маркизом Каньете, вице-королем Королевства Перу, в качестве средства от злоупотреблений, допускаемых судьями в отношении коренного населения при сделках и торговле с индейцами, а также для устранения ущерба и обид, которые наносят индейцам" были опубликованы посмертно в Лиме, Перу.