Лица, совершившие сексуальные преступления: правовой статус и классификация.

Введение

Лицо, совершившее сексуальное преступление
Уголовный термин

Сексуальный преступник (или сексуальный насильник, сексуальный эксплуататор) – это человек, совершивший сексуальное преступление. Понятие сексуального преступления различается в зависимости от культуры и правовой юрисдикции. Большинство осужденных сексуальных преступников были признаны виновными в совершении преступлений сексуального характера; однако некоторые лица признаны сексуальными преступниками просто за нарушение закона, отнесенного к сексуальным преступлениям. К серьезным преступлениям, которые обычно влекут за собой обязательную классификацию как сексуальный преступник, относятся сексуальное нападение, изнасилование, зоофилия, сексуальное насилие над детьми, инцест и сексуальное принуждение. Законы о регистрации сексуальных преступников в Соединенных Штатах также могут относить к сексуальным преступлениям, требующим регистрации, менее тяжкие правонарушения. В некоторых штатах публичное мочеиспускание, половые акты на пляже или незаконное лишение свободы несовершеннолетнего также считаются сексуальными преступлениями, требующими регистрации.

Обзор

Рассматривая различные виды правонарушений, пример правонарушения в сфере цифровой непристойности – детская порнография. В современном технологическом мире многие юрисдикции реформируют свое законодательство, чтобы предотвратить чрезмерное уголовное преследование лиц, совершивших сексуальные преступления, и сосредоточиться на преступлениях, связанных с наличием жертвы. Термин «сексуальный хищник» часто используется для обозначения лица, совершившего сексуальное преступление, или любой из категорий преступников, но только категория, непосредственно предшествующая категории «сексуально насильственный сексуальный хищник», зарезервирована для лиц, совершивших тяжкие или неоднократные сексуальные преступления: сексуальный хищник. В Соединенных Штатах Закон Адама Уолша (AWA) предусматривал предоставление финансирования каждой юрисдикции, которая согласится включить положения этого закона в свое законодательство. В немногих юрисдикциях, принявших это соглашение, существуют лица, совершившие сексуальные преступления I, II или III уровня. Лица, осужденные за незначительные правонарушения, не подпадающие под действие AWA, по-прежнему обязаны соблюдать предыдущие правила, определяющие их как лиц, совершивших сексуальные преступления (или лиц, систематически совершающих сексуальные преступления, сексуальных хищников, сексуально насильственных сексуальных хищников или правонарушителей, совершивших преступления против детей). В Соединенных Штатах, Соединенном Королевстве и других странах осужденные за сексуальные преступления часто обязаны регистрироваться в реестре сексуальных преступников соответствующей юрисдикции. В США базы данных реестров часто являются общедоступными. Лица, совершившие сексуальные преступления, иногда классифицируются по уровню опасности. Лица, представляющие наибольшую опасность, как правило, должны регистрироваться на протяжении всей своей жизни, в то время как лица, представляющие низкую опасность, могут быть обязаны регистрироваться только в течение определенного периода времени.

Повторное преступление

Уровень рецидива у лиц, совершивших сексуальные преступления, варьируется в зависимости от проводимых опросов и видов этих преступлений. Некоторые исследования показали, что он ниже, чем обычно принято считать. Однако, согласно Управлению программ правосудия (OJP) Министерства юстиции США, наблюдаемые показатели рецидива у лиц, совершивших сексуальные преступления, занижают реальный уровень повторных правонарушений. Исследование OJP, проведенное в 2002 году среди 9691 мужчины, совершившего сексуальные преступления и освобожденных из тюрем в 15 штатах США в 1994 году, показало, что в течение первых 3 лет после освобождения показатели повторного ареста и повторного осуждения за новые сексуальные преступления составили 5,3 и 3,5 процента соответственно, то есть примерно каждый 19-й освобожденный сексуальный преступник был арестован в течение трех лет за другое сексуальное преступление. В том же исследовании было установлено, что в течение тех же 3 лет после освобождения 68 процентов освобожденных, совершивших несексуальные преступления, были повторно арестованы за любое преступление (и 47,8 процента повторно осуждены), в то время как 43 процента освобожденных сексуальных преступников были повторно арестованы за любое преступление (и 24 процента повторно осуждены). По данным OJP, уровень рецидива у лиц, совершивших сексуальные преступления, оказался ниже, чем для любого другого преступления, кроме убийства, в штате Нью-Йорк. Другой отчет OJP, изучавший рецидивизм заключенных, освобожденных в 1994 году в 15 штатах (на которые приходилось две трети всех освобожденных заключенных в США в том году), пришел к тому же выводу. Из числа освобожденных лиц, совершивших сексуальные преступления и предположительно совершивших новое сексуальное преступление, 40 процентов совершили его в течение года или меньше после освобождения из тюрьмы. В течение трех лет после освобождения 2,5 процента освобожденных изнасилователей были повторно арестованы за изнасилование, а 1,2 процента тех, кто отбывал срок за убийство, были арестованы за новое убийство. Лица, совершившие сексуальные преступления, были примерно в четыре раза чаще, чем лица, совершившие несексуальные преступления, арестованы за новое сексуальное преступление после освобождения из тюрьмы (5,3 процента лиц, совершивших сексуальные преступления, против 1,3 процента лиц, совершивших несексуальные преступления). В 1991 году, по оценкам, 24 процента лиц, отбывавших наказание за изнасилование, и 19 процентов лиц, отбывавших наказание за сексуальное посягательство, находились на испытательном сроке (или условно-досрочном освобождении) на момент совершения преступления, за которое они были заключены в тюрьму. В опросе сообщалось, что 85,0% насильников и 64,9% эксгибиционистов имели предыдущую судимость за сексуальное преступление.

The level of recidivism in sexual offenders varies by surveys and by the types of sex offense. Some surveys reported it is lower than is commonly believed. However, according to the Office of Justice Programs (OJP) of the United States Department of Justice, observed recidivism rates of sex offenders are underestimated of actual reoffending. A 2002 study by the OJP following 9,691 male sex offenders released from prisons in 15 US states in 1994 indicated that within the first 3 years following their release, rearrest and reconviction rates for new sex offenses were 5.3 and 3.5 percent, respectively; that is, about 1 in 19 of released sex offenders were arrested within three years for another sex crime. The same study found that during the same 3 years from release, 68 percent of released non sex offenders were re arrested for any crime (and 47.8 percent reconvicted), while 43 percent of the released sex offenders were rearrested for any crime (and 24 percent reconvicted). According to the OJP, the recidivism rate for sex offenders has been shown to be lower than any other crime except murder in New York State. Another report from the OJP which studied the recidivism of prisoners released in 1994 in 15 states (accounting for two thirds of all prisoners released in the United States that year) reached the same conclusion. Of released sex offenders who allegedly committed another sex crime, 40 percent perpetrated the new offense within a year or less from their prison discharge. Within three years of release, 2.5 percent of released rapists were rearrested for another rape, and 1.2 percent of those who had served time for homicide were arrested for a new homicide. Sex offenders were about four times more likely than non sex offenders to be arrested for another sex crime after their discharge from prison (5.3 percent of sex offenders, versus 1.3 percent of non sex offenders). In 1991, an estimated 24 percent of those serving time for rape and 19 percent of those serving time for sexual assault had been on probation (or parole) at the time of the offense for which they were in state prison. The survey reported 85.0% of the molesters and 64.9% of the voyeurs had a prior conviction for a sex offense.

Оценка риска

Для оценки риска рецидива отдельных лиц, совершивших сексуальные преступления, могут использоваться различные методы. Некоторые инструменты оценки риска учитывают факторы, которые исследования эмпирически связали с риском сексуального рецидива. Эти факторы включают биологические и демографические показатели, криминогенные корреляты, поведенческие и факторы развития, а также клинические маркеры, которые, как было показано, связаны с повторным совершением преступлений. Однако качество исследований, связывающих различные факторы с риском сексуального рецидива, значительно различается с точки зрения методологической строгости. Например, некоторые исследования связывают определенные факторы с риском сексуального рецидива на основе клинических анекдотических данных, которые иногда критикуются как менее методологически обоснованные, чем исследования, использующие эмпирические подходы, включая экспериментальные методы. Среди этих классификаций, эмпирические актуарные инструменты являются наиболее методологически строгими, поскольку они содержат четко определенные эмпирические факторы риска, которые заранее определены, механически объединяются с использованием четких руководящих принципов в оценку или категорию риска, а затем связываются с оценкой вероятности рецидива. Инструменты структурированного профессионального суждения (SPJ) относятся к числу наименее методологически строгих инструментов оценки риска, поскольку они определяют пункты, которые необходимо учитывать, и в конечном итоге клиницист субъективно интегрирует факторы для получения оценочных заключений, таких как "низкий", "умеренный" или "высокий" риск. Изучение обоих типов факторов позволяет получить более полную картину риска правонарушителя, чем при использовании только статических или динамических факторов. Не существует единого инструмента оценки, который врачи обязаны использовать для оценки риска сексуального рецидива, но есть широко используемые инструменты, такие как Static 99R. Static 99R является наиболее популярной актуарной шкалой в Соединенных Штатах. К ним относятся ограничения на нахождение в присутствии несовершеннолетних, проживание вблизи школы или детского сада, владение игрушками (или другими предметами, представляющими интерес для несовершеннолетних) или внесение отметки в паспорт, информирующей власти о странах назначения при международных поездках. В Израиле реестр сексуальных преступников доступен только сотрудникам служб безопасности, а не широкой общественности. Закон Меган в США направлен на наказание сексуальных преступников и снижение их уровня рецидива. Закон принимается и применяется на уровне штатов. Большинство штатов также ограничивают место жительства осужденных сексуальных преступников после освобождения, запрещая проживание в пределах определенного расстояния от школ и детских садов (обычно). Руководствуясь Законом об охране и безопасности детей Адама Уолша 2007 года, сексуальные преступники должны избегать таких мест, как школы, автобусные остановки, спортзалы, развлекательные центры, игровые площадки, парки, бассейны, библиотеки, дома престарелых и места отправления культа. Однако условия проживания варьируются от штата к штату. Некоторые штаты (например, Арканзас, Иллинойс, Вашингтон и Айдахо) не требуют от сексуальных преступников переезжать, если запрещенное учреждение построено или закон принят после того, как правонарушитель занял место жительства. Многие аспекты этих законов подвергаются критике со стороны реформаторов и групп по защите гражданских прав, таких как National RSOL и Human Rights Watch, а также специалистов по лечению, таких как Atsa. При согласовании места жительства осужденный сексуальный преступник должен быть уведомлен о правилах регистрации местными правоохранительными органами, если он был осужден после 1 января 2005 года. Правонарушитель должен выполнить уведомление в течение пяти рабочих дней с момента его получения. Если и когда правонарушитель освобождается из мест лишения свободы, он должен подтвердить свой статус регистрации в течение пяти рабочих дней. Данные регистрации включают пол, рост, вес, дату рождения, идентификационные признаки (если таковые имеются), нарушенные законы, отпечатки пальцев и текущую фотографию правонарушителя. Адреса электронной почты, идентификаторы чатов и псевдонимы для обмена мгновенными сообщениями должны быть переданы властям. В Колорадо правонарушитель должен повторно зарегистрироваться при переезде на новый адрес, изменении юридического имени, трудоустройстве, волонтерской деятельности, идентификационной информации, используемой в Интернете, или статусе обучения в высшем учебном заведении. Список зарегистрированных лиц, доступный в Интернете, можно найти на веб-сайтах округов, который идентифицирует взрослых осужденных сексуальных преступников, являющихся сексуальными насильниками, совершившими тяжкие сексуальные преступления, насильственные преступления или не выполнивших требования к регистрации. Юридически "любой человек, являющийся сексуальным насильником, и любой человек, осужденный как взрослый, обязан регистрироваться на протяжении всей своей жизни". Исключениями являются условное осуждение за данное правонарушение или ходатайство в суд о прекращении регистрации. Некоторые сексуальные преступники считаются слишком опасными для общества, чтобы быть выпущенными, и подлежат гражданскому заключению — неопределенному продолжительному заключению, которое, как предполагается, но не всегда, обеспечивает правонарушителю значимое лечение.

Various methods can be used to assess individual sex offenders' recidivism risk. Some risk assessment tools consider factors that have been empirically linked by research to sexual recidivism risk. These factors include biological and demographic markers, criminogenic correlates, behavioral and developmental indicators, and clinical markers that have been shown to be associated with reoffending. However, the quality of the studies that link various factors to sexual recidivism risk vary widely in terms of methodological rigor. For example, some studies link certain factors to sexual recidivism risk through clinical anecdotal evidence, which are sometimes criticized as less methodologically rigorous than other studies have used empirical approaches, including experimental methods. Of these classifications, empirical actuarial tools are the most methodologically rigorous because they contain explicit empirical risk factors, defined in advance, that are combined mechanically using explicitly defined guidelines into a score or risk category, and then linked to a recidivism probability estimate. Structured professional judgement (SPJ) tools are among the least methodologically rigorous risk assessment tools, because these tools specify items to be considered, and ultimately the clinician subjectively integrates the factors to reach assessment conclusions like "low," "moderate," or "high" risk. By examining both types of factors, a more complete picture of the offender's risk can emerge, compared with static or dynamic factors used alone. There is no single assessment tool that clinicians must use for assessing sexual recidivism risk, but there are tools that are widely used, such as the Static 99R. The Static 99R is the most popular actuarial scale in the United States. These include restrictions on being in the presence of minors, living in proximity to a school or daycare center, owning toys (or other items of interest to minors), or receiving a mark on their passport that informs authorities of destination countries for international travel. Israel's sex offender registry is accessible only to security officials, rather than to the general public. Megan's Law, in the U. S., is designed to sanction sex offenders and reduce their recidivism rate. The law is enacted and enforced on a state by state basis. Most states also restrict where convicted sex offenders can live after their release, prohibiting residency within a designated distance of schools and daycare centers (usually ). Guided by the 2007 Adam Walsh Child Protection and Safety Act, sex offenders must avoid such areas as schools, bus stops, gyms, recreation centers, playgrounds, parks, swimming pools, libraries, nursing homes, and places of worship by However, residence stipulations vary from state to state. Some states (such as Arkansas, Illinois, Washington and Idaho) do not require sex offenders to move from their residences if a forbidden facility is built or a law is enacted after the offender takes up residency. Many aspects of the laws are criticised by reformists and civil right groups like National RSOL and Human Rights Watch, and treatment professionals as Atsa. Committing to a residence requires a convicted sex offender to be notified of registration regulations by local law enforcement if convicted after January 1, 2005. The offender must act upon the notification within five business days of receipt. If and when an offender is released from incarceration, they must confirm their registration status within five business days. Registration data includes the offender's sex, height, weight, date of birth, identifying characteristics (if any), statutes violated, fingerprints and a current photograph. An offender's email addresses, chat room IDs and instant messaging aliases must be surrendered to authorities. In Colorado, an offender must re register when moving to a new address, changing their legal name, employment, volunteer activity, identifying information used online or enrollment status at a post secondary educational institution. A web based registration list may be found on county websites, which identifies adult convicted sex offenders who are sexually violent predators convicted of felony sexual acts, crimes of violence or failure to register as required. Legally, "any person who is a sexually violent predator and any person who is convicted as an adult has a duty to register for the remainder of his or her natural life". Exceptions to this include deferred sentencing for the offense or petition of the court for termination of registration. Some sex offenders are deemed too dangerous to society to be released, and are subjected to civil confinement — indefinite continuing incarceration, which is supposed to, but does not always, provide meaningful treatment to the offender.

Лечение и терапия

Было показано, что программы модификации поведения снижают рецидивизм у лиц, совершивших сексуальные преступления. Часто в таких программах используются принципы прикладного анализа поведения. Два подхода из этой области исследований представляются перспективными. Первый использует методы оперантного обусловливания (которые применяют поощрение и наказание для формирования нового поведения, например, навыков решения проблем), а второй – процедуры респондентного обусловливания, такие как аверсивная терапия. Многие программы, основанные на бихевиоризме, применяют скрытую сенсибилизацию и/или отвращение к запахам: обе эти методики являются формами аверсивной терапии, вызывающими этические вопросы. Такие программы эффективно снижают рецидивизм на 15–18 процентов. Применение аверсивной терапии остаётся предметом споров и представляет собой этическую проблему, связанную с профессиональной практикой анализа поведения. В 2007 году государственный аудитор штата Техас опубликовал отчёт, согласно которому лица, совершившие сексуальные преступления и прошедшие Техасскую программу лечения сексуальных преступников (SOTP), на 61% реже совершали новые преступления. Химическая кастрация используется в некоторых странах и штатах США для лечения мужчин, совершивших сексуальные преступления. В отличие от физической кастрации, она обратима при прекращении приёма лекарственных препаратов. У мужчин, совершивших сексуальные преступления с тяжёлыми или крайними парафилиями, физическая кастрация представляется эффективной. Согласно крупному исследованию 1963 года, проведённому немецким исследователем А. Лангелюддеке с участием 1036 лиц, совершивших сексуальные преступления, 20-летний уровень повторных преступлений составляет менее 2,3% (против 80% в контрольной группе, не проходившей лечение). Это значительно ниже ожидаемого уровня рецидивизма среди лиц, совершивших сексуальные преступления в целом. Несмотря на то, что многие считают физическую кастрацию жестоким и необычным наказанием, она не влияет на продолжительность жизни мужчин (по сравнению с некастрированными мужчинами).

Противоречия

Утверждается, что в США сексуальные преступники стали новой формой проявления моральной паники, связанной с сексуальностью, опасностью со стороны незнакомцев и национальной паранойей – новыми «народными дьяволами» или «букаями». Люди, осужденные за любое сексуальное преступление, «превращаются в концепцию зла, которая затем воплощается в образе группы безликих, ужасающих и хищных существ», которых, вопреки научным данным, воспринимают как постоянную угрозу, постоянно выжидающих возможности напасть. В результате, в Хэллоуин средства массовой информации поднимают тему сексуальных преступников, несмотря на то, что ни разу не было зафиксировано случая похищения или насилия, совершенного зарегистрированным сексуальным преступником в этот праздник. Правозащитные группы, такие как Национальная ассоциация за рациональные законы о сексуальных преступлениях и Женщины против регистрации, отмечают, что это может подталкивать законодателей к принятию поспешных законов в ответ на общественную истерию, отражая подход «популистской карательности». Многие законодатели полагают, что смогут привлечь голоса, демонстрируя жесткую позицию в отношении сексуальных преступников. Критики указывают на одно противоречие: Джон Уолш, отец Адама Уолша и сторонник закона Адама Уолша, признался в отношениях с 16-летней девушкой, когда ему было чуть больше 20 лет, и знал, что в Нью-Йорке возраст согласия составляет 17 лет. Это означает, что в случае осуждения, сам Джон Уолш мог быть обязан зарегистрироваться как сексуальный преступник. После принятия закона Адама Уолша, сам Уолш критиковал его, заявив: «Нельзя всех сексуальных преступников под одну гребенку». Критики отмечают, что, вопреки тому, как это изображается в СМИ, похищения, совершаемые хищниками, крайне редки. По данным Министерства юстиции США, уровень рецидивизма среди сексуальных преступников составляет 5,3%, что является самым низким показателем среди всех видов преступлений, за исключением убийств. Критики утверждают, что, хотя изначально законы были направлены на наиболее опасных преступников, в результате моральной паники они претерпели ряд поправок, многие из которых названы в честь жертв широко освещавшихся хищнических преступлений, что расширило сферу действия законов на преступников низкого уровня и привело к тому, что их стали рассматривать так же, как и хищников, что повлекло за собой непропорциональное наказание в виде включения в общедоступный реестр сексуальных преступников, с последующими ограничениями на передвижение, трудоустройство и жилье. В результате постоянного освещения темы сексуальных преступников в СМИ, эта паника сохраняется, что заставляет законодателей сделать регистрацию обязательной для всех сексуальных преступлений, лишая суды возможности проявлять снисхождение в отношении менее опасных правонарушителей.

It is argued that in the U. S., sex offenders have been selected as the new realization of moral panics about sex, stranger danger, and national paranoia, the new folk devils or boogeymen. People convicted of any sex crime are "transformed into a concept of evil, which is then personified as a group of faceless, terrifying, and predatory devils", who are, contrary to scientific evidence, perceived as a constant threat, habitually waiting for an opportunity to attack. Consequently, sex offenders are brought up by media on Halloween, despite the fact that there has never been a recorded case of abduction or abuse by a registered sex offender on Halloween. and law reform groups such as National Association for Rational Sexual Offense Laws and Women Against Registry This can motivate legislators to pass knee jerk laws to address public hysteria, echoing a "populist punitiveness" perspective. Many lawmakers feel that they will attract votes by appearing to be "tough on sex offenders". One discrepancy pointed out by critics is that John Walsh, father of Adam Walsh and supporter of the Adam Walsh Act, has admitted having a relationship with a 16 year old girl while being in his early 20s and aware of age of consent being 17 in New York, meaning that, had he been convicted, John Walsh himself could be required to register as a sex offender. Since passage of the Adam Walsh Act, Walsh himself has criticized the law, stating "You can't paint sex offenders with a broad brush." Critics point out that contrary to media depictions, abductions by predatory offenders are very rare According to the U. S. Department of Justice, sex offender recidivism is 5.3%, the lowest for any type of crime except homicide. Critics say that, while originally aimed at the worst offenders, as a result of moral panic the laws have gone through series of amendments, many named after the victim of a highly publicized predatory offense, expanding the scope of the laws to low level offenders, and treating them the same as predatory offenders, leading to the disproportionate punishment of being placed on a public sex offender registry, with the consequent restrictions on movement, employment, and housing. As a result of this persistent media narrative of sex offenders, this panic is being preserved, leading legislators to make registration mandatory for all sex offences, without the possibility of judicial discretion for less dangerous offenders.

Жертвы

Меган Канка: изнасилована и убита своим соседом, Джесси Тимендеквасом, в Нью-Джерси в 1994 году. Это убийство привлекло всеобщее внимание и впоследствии привело к принятию "закона Меган", обязывающего правоохранительные органы собирать и предоставлять общественности информацию об осужденных за сексуальные преступления. Полли Клаас: похищена в возрасте 12 лет из своего дома в Калифорнии в 1993 году. Ричард Аллен Дэвис, имевший судимости с конца 1960-х годов, в том числе за сексуальные преступления, был признан виновным в ее убийстве. Джессика Лансфорд: похищена в возрасте 9 лет из своего дома во Флориде в 2005 году и убита Джоном Куи, ранее судимым за сексуальные преступления. Законы Джессики, принятые во многих штатах США, были вдохновлены ее делом. Дру Сьодин: студентка университета Северной Дакоты, похищенная в 2003 году и обнаруженная мертвой пять месяцев спустя. За ее убийство был осужден зарегистрированный сексуальный преступник. Адам Уолш: шестилетний мальчик, похищенный и убитый в 1981 году. Джейкоб Веттерлинг: похищен в возрасте 11 лет из своего родного города в Миннесоте в 1989 году. Его тело было обнаружено в 2016 году после того, как подозреваемый Дэнни Генрих привел полицию к месту захоронения. Джейси Ли Дугард: похищенная и удерживаемая в плену в течение 18 лет. Вирджиния Джуффри: жертва сети сексуальной эксплуатации, организованной Джеффри Эпштейном и Гислейн Максвелл. Активистка против сексуальной эксплуатации.

Активисты

Джон Уолш: отец Адама Уолша и ведущий программы «Самые разыскиваемые в Америке». Пэтти Уеттерлинг: мать Джейкоба Уеттерлинга. Известна своей критикой очень широких законов о регистрации, приравнивающих лиц, совершивших незначительные правонарушения, к опасным преступникам.