Эрнст Вильгельм Бёле: Руководитель зарубежной организации НСДАП

Введение

Немецкий нацист, руководитель иностранной организации НСДАП. Эрнст Вильгельм Боле (28 июля 1903 года – 9 ноября 1960 года) был гауляйтером (региональным руководителем) иностранной организации Национал-социалистической немецкой рабочей партии (НСДАП или нацистской партии) с 1934 по 1945 год. Боле был единственным подсудимым на дополнительных Нюрнбергских процессах 1946–1949 годов, признавшим свою вину по какому-либо пункту обвинения.

Ранние годы

Боле родился в Брэдфорде, Англия, как сын Германа Боле (1876–1943), преподавателя колледжа и инженера, эмигрировавшего в Англию. В 1906 году Боле переехал в Кейптаун, где его отец получил должность профессора электротехники, и посещал там среднюю школу. Боле изучал политические науки и управление бизнесом в Кёльне и Берлине и окончил Высшую школу коммерции в Берлине (Handelshochschule) в декабре 1923 года со степенью в области управления бизнесом. 14 ноября 1925 года он женился на Гертруде Бахман. С 1924 по 1930 год Боле работал управляющим филиалом и агентом в сфере импорта и экспорта для ряда предприятий в Рейнланде, а с 1930 по июнь 1933 года основал и возглавлял крупную автомобильную компанию в Гамбурге.

Нацистская карьера

Боле вступил в нацистскую партию 1 марта 1932 года (членский номер 999185) и 13 сентября 1936 года вступил в СС (членский номер 276915) в звании бригадефюрера СС. Боле был повышен в звании до группенфюрера СС 20 апреля 1937 года и до обергруппенфюрера СС 21 июня 1943 года. В начале 1932 года он стал адъютантом Ганса Ниланда, руководителя Иностранной организации НСДАП (NSDAP Auslands Organisation; NSDAP/AO), ответственного за Южную и Юго-Западную Африку, а затем за Северную Америку. НСДАП/АО была основана 1 мая 1931 года в Гамбурге, и "рейхсорганизационный лидер" (Reichsorganisationsleiter) Грегор Штрассер назначил Ниланда её руководителем. Ниланд ушёл в отставку 8 мая 1933 года (поскольку он стал главой полиции Гамбурга и впоследствии стал членом правительства земли Гамбург). Боле был назначен руководителем Отдела НСДАП по делам немцев за рубежом (Abteilung für Deutsche im Ausland), который с октября 1933 года отчитывался перед заместителем фюрера Рудольфом Гессом. Однако 17 февраля 1934 года должность была переименована в Auslands Organisation der NSDAP, и Боле был повышен до звания гауляйтера. (Отец Эрнста Боле, Герман Боле, служил в качестве руководителя НСДАП/АО Landesgruppenleiter (лидера земельной группы) в Союзе Южной Африки с 1932 по 1934 год, а в 1938 году стал президентом Берлинского немецко-южноафриканского общества (Deutsch Südafrikanische Gesellschaft).) С 12 ноября 1933 года до конца нацистской Германии в 1945 году Боле был членом Рейхстага от избирательного округа 31 (Вюртемберг), а с декабря 1937 года по май 1945 года – государственным секретарём в рейхсминистерстве иностранных дел. В связи со своим британским происхождением, Боле считался выбором Гитлера на должность будущего гауляйтера Великобритании. Его влияние в Министерстве иностранных дел было сильно преувеличено, настолько, что Боле упоминался в зарубежной прессе как вероятный преемник рейхсминистра Иоахима фон Риббентропа. Он также был доверенным лицом и находился в штабе Рудольфа Гесса, заместителя фюрера, до его неудачной мирной миссии в Великобританию в мае 1941 года.

Bohle joined the Nazi Party on 1 March 1932 (membership number 999,185) and on 13 September 1936 he joined the SS (membership number 276,915) at the rank of SS Brigadeführer. Bohle was promoted SS Gruppenführer on 20 April 1937 and SS Obergruppenführer on 21 June 1943. In early 1932 he became adjutant to Hans Nieland, the leader of the Foreign Organisation of the NSDAP (NSDAP Auslands Organisation; NSDAP/AO), responsible for South and South West Africa and later for North America. The NSDAP/AO was founded on 1 May 1931 in Hamburg, and "Reich Organisation Leader" ( Reichsorganisationsleiter) Gregor Strasser appointed Nieland as its chief. Nieland resigned from office on 8 May 1933 (because he had become head of the Hamburg police and would later become a member of the Hamburg State government). Bohle was charged with the leadership of the NSDAP Department for Germans Abroad (Abteilung für Deutsche im Ausland) which from October 1933 reported to Deputy Führer Rudolf Hess. However, on 17 February 1934 the office was redesignated Auslands Organisation der NSDAP and Bohle was raised to the rank of Gauleiter. (Ernst Bohle's father Hermann Bohle served as NSDAP/AO Landesgruppenleiter (Leader of the National Committee) in the Union of South Africa from 1932 until 1934, and he became president of the Berlin based German South African Society ( Deutsch Südafrikanische Gesellschaft) in 1938.) From 12 November 1933 till the end of Nazi Germany in 1945, Bohle was a member of the Reichstag for electoral constituency 31 (Württemberg) and from December 1937 to May 1945 he was a State Secretary in the Reichsministry of Foreign Affairs. Because of his British heritage, Bohle was reported to be Hitler's choice to become the future Gauleiter of Britain. His influence at the Foreign Office was greatly exaggerated, to the extent that Bohle was mentioned in the foreign press as a likely successor to Reichsminister Joachim von Ribbentrop. He was also a confidant and on the staff of Rudolf Hess, the Deputy Führer until Hess' failed peace mission to Great Britain in May 1941.

Судебный процесс и приговор

Боле сдался американским войскам 23 мая 1945 года в Фалькенау и был интернирован в лагере Ашкан вместе с другими высокопоставленными нацистскими чиновниками. 25 марта 1946 года Боле выступил в качестве свидетеля защиты на Международном военном трибунале в Нюрнберге. Впоследствии Боле был привлечен к суду в качестве обвиняемого в "Процессе министерств" ("Wilhelmstraßen Prozeß"), одном из Нюрнбергских процессов. Хотя он был оправдан по обвинениям в военных преступлениях и преступлениях против человечности, трибунал установил, что Боле и его ведомство действительно убедили немецкие компании уволить еврейских сотрудников, работавших за рубежом. "Действия Боле и его ведомства по убеждению немецких компаний уволить еврейских сотрудников, работавших за рубежом, хотя и заслуживают морального осуждения, не подпадают ни под пятый пункт обвинительного заключения, ни под преступления, определенные Лондонским уставом и Законом Контрольного совета № 10." Боле, в необычном шаге, стал единственным обвиняемым в Последующих Нюрнбергских процессах, признавшим свою вину по какому-либо обвинению. Боле признал себя виновным в членстве в СС и оказал содействие обвинению в деле против других подсудимых. Перед признанием вины Боле зачитал официальное заявление: "Я считаю, что каждый немец, занимавший руководящую должность во время национал-социалистического режима, должен взять на себя торжественное обязательство и прежде всего сделать все возможное, чтобы смыть с имени Германии пятно, нанесенное деяниями преступных умов. Мы знаем, что пренебрежительное отношение к человеческой жизни и безразличие к человеческим страданиям не являются и никогда не были чертой немецкого характера, и именно поэтому я думаю, что мы должны открыто признать зверства, которые были совершены и которые опозорили имя Германии в мире. Я не думаю, что мы должны пытаться оправдать свою национальную честь, ссылаясь лишь на преступления и проступки, совершенные другими, некоторые из которых, несомненно, сопоставимы с тем, в чем обвиняют национал-социализм. Думаю, мы должны быть слишком горды для этого. И я убежден, что мир вновь обретет веру в нашу национальную честность только в том случае, если мы сами будем честны и прямолинейны в своих признаниях, а затем и в своем стремлении загладить вину. Я думаю, что мы, руководители, несем эту ответственность не только перед жертвами этих преступлений, но и перед немецким народом, который, с нашим участием или без него, был введен в заблуждение и сегодня, без какой-либо вины, объявлен изгоем в мире. Таково мое понимание ответственности, выходящей за рамки моей собственной деятельности." Боле был приговорен к пяти годам тюремного заключения 11 апреля 1949 года. Благодаря его сотрудничеству и признанию вины, Боле был крайне непопулярным заключенным в тюрьме Ландсберг, которую американские военные использовали для содержания нацистских военных преступников. Подвергаясь постоянным угрозам со стороны других членов СС, Боле был помещен в одиночную камеру. Впоследствии ему было предоставлено немного больше свободы, но он был приговорен к тяжелым физическим работам. Боле был освобожден из тюрьмы 21 декабря 1949 года, за несколько месяцев до истечения срока его заключения. После освобождения он работал торговцем в Гамбурге. Сразу после освобождения Боле отметил, что многие молодые люди в Западной Германии все еще верят в нацизм и отказываются верить тому, что говорят официальные лица Западной Германии и союзники. Однако, благодаря его тесным связям с Гитлером, Боле сказал, что эти молодые люди готовы поверить в то, что он скажет. Боле заявил, что Гитлер сошел с ума в последние месяцы войны и, возможно, потерял рассудок еще в 1943 году. Он также сказал, что в каком-то смысле Гитлер был безумен еще до войны. Боле также выступал за реформирование организации для развития немецко-южноафриканской межгосударственной торговли. Он умер в Дюссельдорфе. Роберт Кемпнер посвятил короткий некролог Боле, с которым он встретился во время посещения тюрьмы Ландсберг. Он отметил, что из сотен заключенных там Боле был одним из немногих, кто, казалось, искренне сожалел и просил прощения за свое соучастие в нацистском режиме.

Bohle surrendered to US forces on 23 May 1945 at Falkenau and was interned in Camp Ashcan with other high ranking Nazi officials. Bohle appeared on 25 March 1946 as a defense witness at the International Military Tribunal in Nuremberg. Subsequently, Bohle was tried as a defendant in the "Ministries Trial" ("Wilhelmstraßen Prozeß"), one of the Nuremberg follow up trials. Although he was acquitted of war crimes and crimes against humanity, the tribunal ruled that Bohle and his department did persuade German business firms to fire Jewish employees working for them abroad. "Bohle's acts and those of his department in persuading German business firms to discharge Jewish employees working for them abroad, while reprehensible from a moral standpoint, do not come within the scope of either count five of the indictment or of the crimes defined by the London Charter and Control Council Law No. 10. "Bohle, in an unusual move, became the only defendant in the Subsequent Nuremberg trials to plead guilty to any charge. Bohle pleaded guilty to having been a member of the SS and assisted the prosecution in their case against the other defendants. Before entering his guilty plea, Bohle read a formal statement:

"I think it should be the solemn pledge and foremost duty of every German who held a leading position during the National Socialist regime, to do all in his power to remove from the name of Germany the blot which the deeds of criminal brains have cast upon it. We know that a low estimate of human life and carelessness to human misery is not and never has been a trait of the German character, and for that very reason I think that we should frankly admit the atrocities that have been committed and that have defiled the German name in the world. I do not think that we should attempt to vindicate our own national honor solely by referring to crimes and misdeeds committed by others, some of which are undoubtedly on a par with what national socialism is accused of. I think we should be too proud for that. And I think – it is my firm conviction that the world will regain its belief in our national honesty only if we ourselves are honest and straightforward in our confessions and thereafter also in our will to make amends. I think we leading men have this responsibility, not only to the victims of these crimes but just as much to the German people, as such, who, with or without our participation, were misled and misguided and are today, without any fault of their own, outlawed in the world. That is what I understand by responsibility beyond that of my own work." Bohle was sentenced to five years in prison on 11 April 1949. Due to his cooperation and guilty plea, Bohle was an extremely unpopular inmate at Landsberg Prison, which the U. S. military was using to house Nazi war criminals. Facing constant threats from other members of the SS, Bohle had to be placed in solitary confinement. He was eventually given slightly more freedom, but received hard labour tasks. Bohle was released from prison on 21 December 1949, several months before his full sentence expired. After his release, he worked as a merchant in Hamburg. In the immediate aftermath of his release, Bohle remarked that many West German youths still believed in Nazism and were refusing to believe what West German and Allied officials said. However, due to his close ties to Hitler, Bohle said these youths were willing to believe what he said. Bohle said Hitler had become insane in the final few months before the war ended, and possibly went mad as early as 1943. He also said that in a way, Hitler was insane before the war. Bohle also advocated for the reformation of an organization for the development of German South African interstate commerce. He died in Düsseldorf. Robert Kempner dedicated a short obituary to Bohle, whom he'd met while visiting Landsberg Prison. He remarked that out of hundreds of inmates there, Bohle was one of the few who seemed genuinely remorseful and had asked for forgiveness for his complicity in the Nazi regime.