Роберт Янг: Теоретик постколониализма и критик западной мысли.

Введение

Английский ученый Роберт Дж. К. Йонг, член Британской академии (род. 1950) — британский постколониальный теоретик, культурный критик и историк.

Жизнь

Янг получил образование в школе Рептон и Эксетер-колледже Оксфордского университета, где получил степени бакалавра и доктора философии. Он преподавал в Университете Саутгемптона, а затем вернулся в Оксфордский университет, где занимал должность профессора английского языка и критической теории и был членом колледжа Уадхэм. В 2005 году он перешел в Нью-Йоркский университет, где является профессором английской и сравнительной литературы имени Джулиуса Сильвера. С 2015 по 2018 год он был деканом факультета искусств и гуманитарных наук в филиале Нью-Йоркского университета в Абу-Даби. Во время обучения в аспирантуре в Оксфорде он был одним из основателей редакции «Оксфордского литературного обзора» – первого британского журнала, посвященного литературной и философской теории. Янг является редактором журнала «Interventions: International Journal of Postcolonial Studies», который выходит восемь раз в год. Его работы переведены более чем на двадцать языков. В 2013 году он был избран членом-корреспондентом Британской академии, а в 2017 году – пожизненным членом колледжа Уадхэм в Оксфорде. В настоящее время Янг является президентом исследовательского комитета по литературной теории AILC/ICLA.

Работы

Работы Янга были описаны как «по крайней мере частично сыгравшие важную роль в радикализации постколониализма». Он утверждает, что марксистские философии истории претендовали на то, чтобы быть всемирной историей, но на деле представляли собой лишь историю Запада, рассматриваемую с европоцентрической – хотя и антикапиталистической – перспективы. Предлагая детальную критику различных версий европейского марксистского историцизма, от Лукача до Джеймсона, Янг предполагает, что ключевым вкладом постколониальной теории стало создание возможности для различных форм истории и историзации, функционирующих вне парадигмы западной универсальной истории. В то время как постколониальная теория использует определенные концепции постструктурализма для достижения этой цели, Янг утверждает, что сам постструктурализм содержал антиколониальную критику западной философии, указывая на роль, которую сыграл опыт Алжирской войны за независимость в жизни многих французских философов того поколения, включая Деррида, Сиксу, Лиотара, Альтюссера и Бурдье. «Белые мифологии» стала первой книгой, которая охарактеризовала постколониальную теорию как самостоятельную область и определила работы Эдварда В. Саида, Гаятри Чакраворти Спивак, Хоми К. Бхабхи и историков школы «Субальтерные исследования» как ее интеллектуальный центр. В книге «Колониальное желание» (1995) Янг исследовал историю концепции «гибридности», проследив ее генеалогию через расовые теории XIX века и лингвистику XX века, до ее переосмысления и трансформации в инновационную культурно-политическую концепцию постколониальными теоретиками в 1990-х годах. Янг демонстрирует, в какой степени расовая теория всегда разрабатывалась в историческом, научном и культурном контексте, и утверждает, что это сложное образование объясняет способность расистского мышления сохраняться в современную эпоху, несмотря на все попытки, предпринятые после 1945 года, опровергнуть его. По его мнению, наиболее серьезная ошибка заключалась в предположении, что раса была разработана в XIX веке исключительно как «наука», которую можно оспорить на чисто научных основаниях. Деконструировав «белый марксизм» через призму постколониальной теории в «Белых мифологиях», в книге «Постколониализм: историческое введение» (2001) Янг проследил генеалогию постколониальной теории по иному пути марксизма, как основного идеологического компонента антиколониальной борьбы XX века. В книге представлена первая генеалогия антиколониальной мысли и практики, составляющих корни постколониализма, прослеживающая связь истории национально-освободительных движений с развитием постколониальной теории. Подчеркивая значение работы Третьего Интернационала, а также переориентацию Мао Цзэдуна на безземельного крестьянина как на революционный субъект, Янг указывает на важность Гаванской триконтинентальной конференции 1966 года как первого независимого объединения трех континентов Юга – Африки, Азии и Латинской Америки – в политической солидарности и утверждает, что именно тогда то, что сейчас называется «постколониальной теорией», впервые было формально оформлено как специфическая база знаний о не западных политических и культурных практиках. В книге «Постколониализм: очень краткое введение» (2003) Янг связывает эту генеалогию постколониализма с современным активизмом новых социальных движений в незападных странах. Предназначенная для широкого круга читателей, книга написана доступным языком и в нетрадиционном формате, сочетая историю с художественной литературой, культурный анализ с моментами поэтической напряженности, которые воссоздают и вызывают постколониальный опыт, а не просто описывают его. Вместо того чтобы подходить к постколониализму через его часто абстрактные и эзотерические теории, книга полностью основывается на конкретных примерах. Эти примеры подчеркивают вопросы миграции, гендера, языка, прав коренных народов, «развития» и экологии, а также рассматривают более привычные постколониальные идеи амбивалентности, гибридности, ориентализма и субальтерности. В книге «Идея английской этничности» (2008) Янг вернулся к вопросу о расе, чтобы рассмотреть кажущееся противоречие – идею английской этничности. Почему этническая принадлежность, кажется, не является категорией, применимой к англичанам? Чтобы ответить на этот вопрос, Янг пересматривает то, как английская идентичность классифицировалась в исторических и расовых терминах в XIX веке. Он утверждает, что наибольшее влияние на это оказали отношения Англии с Ирландией после Акта об унии 1800–1801 годов. Первоначальные попытки исключить ирландцев были заменены более инклюзивной идеей английскости, которая устранила специфику расы и даже места. Английскость, по мнению Янга, никогда не была связана с Англией, а разрабатывалась как более широкая идентичность, предназначенная для включения не только ирландцев (и тем самым сдерживания ирландского национализма), но и английской диаспоры по всему миру – североамериканцев, южноафриканцев, австралийцев и новозеландцев и даже, по мнению некоторых писателей, индийцев и выходцев с Карибских островов. К концу XIX века это было присвоено как идеология империи. Делокализация страны Англии от представлений об английскости (слова Киплинга: «Что знают об Англии те, кто знает только Англию?») может объяснить, почему современные комментаторы считают английскость трудноопределимой, – и в то же время дает объяснение тому, почему некоторые из самых английских англичан – американцы. С другой стороны, Янг утверждает, что этот широкий принцип инклюзивности также помогает объяснить, почему Великобритания смогла трансформироваться в одну из наиболее интегрированных, или гибридизированных, современных многоэтнических наций. В 2015 году, совместно с Жаном Хальфа, Янг опубликовал 680-страничный сборник работ Франца Фанона, первое новое произведение Фанона, опубликованное более чем за 50 лет, «Écrits sur l’aliénation et la liberté», которое включает две ранее неопубликованные пьесы, а также психиатрические и политические эссе, письма, редакционные статьи из еженедельных журналов больниц Сен-Альбан («Trait d'union») и Блида («Notre Journal»), а также полный список библиотеки Фанона и его аннотации к книгам.

Young's work has been described as being 'at least partially instrumental in the radicalisation of postcolonialism'. argues that Marxist philosophies of history had claimed to be world histories but had really only ever been histories of the West, seen from a Eurocentric—even if anti capitalist—perspective. Offering a detailed critique of different versions of European Marxist historicism from Lukács to Jameson, Young suggests that a major intervention of postcolonial theory has been to enable different forms of history and historicisation that operate outside the paradigm of Western universal history. While postcolonial theory uses certain concepts from post structuralism to achieve this, Young argues that post structuralism itself involved an anti colonial critique of Western philosophy, pointing to the role played by the experience of the Algerian War of Independence in the lives of many French philosophers of that generation, including Derrida, Cixous, Lyotard, Althusser, and Bourdieu. White Mythologies was the first book to characterise postcolonial theory as a field in itself, and to identify the work of Edward W. Said, Gayatri Chakravorty Spivak, Homi K. Bhabha and the Subaltern Studies historians as its intellectual core. In Colonial Desire (1995) Young examined the history of the concept of 'hybridity', showing its genealogy through nineteenth century racial theory and twentieth century linguistics, prior to its counter appropriation and transformation into an innovative cultural political concept by postcolonial theorists in the 1990s. Young demonstrates the extent to which racial theory was always developed in historical, scientific and cultural terms, and argues that this complex formation accounts for the ability of racialised thinking to survive into the modern era despite all the attempts made since 1945 to refute it. The most significant mistake that has been made, he suggests, involves the assumption that race was developed in the nineteenth century purely as a 'science' which can be challenged on purely scientific grounds. Having deconstructed 'white Marxism' through the lens of postcolonial theory in White Mythologies, in Postcolonialism: An Historical Introduction (2001), Young charted the genealogy of postcolonial theory in the very different trajectory of Marxism as the major ideological component of twentieth century anti colonial struggles. The book provides the first genealogy of the anticolonial thought and practice which form the roots of postcolonialism, tracing the relation of the history of the national liberation movements to the development of postcolonial theory. Stressing the significance of the work of the Third International, as well as Mao Zedong's reorientation of the landless peasant as the revolutionary subject, Young points to the importance of the Havana Tricontinental of 1966 as the first independent coming together of the three continents of the South—Africa, Asia and Latin America—in political solidarity, and argues that this was the moment in which what is now called 'postcolonial theory' was first formally constituted as a specific knowledge base of non Western political and cultural production. In Postcolonialism: A Very Short Introduction (2003) Young links this genealogy of postcolonialism to the contemporary activism of the New Social Movements in non Western countries. Intended as an introduction to postcolonialism for the general reader, the book is written in a highly accessible style and unorthodox format, mixing history with fiction, cultural analysis with moments of poetic intensity that stage and evoke postcolonial experience rather than merely describe it. Instead of approaching postcolonialism through its often abstract and esoteric theories, the book works entirely out of particular examples. These examples emphasise issues of migration, gender, language, indigenous rights, 'development' and ecology as well as addressing the more usual postcolonial ideas of ambivalence, hybridity, orientalism and subalternity. In The Idea of English Ethnicity (2008) Young returned to the question of race to address an apparent contradiction—the idea of an English ethnicity. Why does ethnicity not seem to be a category applicable to English people? To answer this question, Young reconsiders the way that English identity was classified in historical and racial terms in the nineteenth century. He argues that what most affected this was the relation of England to Ireland after the Act of Union of 1800–1. Initial attempts at excluding the Irish were followed by a more inclusive idea of Englishness which removed the specificities of race and even place. Englishness, Young suggests, was never really about England at all, but was developed as a broader identity, intended to include not only the Irish (and thus deter Irish nationalism) but also the English diaspora around the world—North Americans, South Africans, Australians and New Zealanders, and even, for some writers, Indians and those from the Caribbean. By the end of the nineteenth century, this had become appropriated as an ideology of empire. The delocalisation of the country England from ideas of Englishness (Kipling's "What do they know of England who only England know?") could account for why recent commentators have found Englishness so hard to define—while at the same time providing an explanation of why some of the most English of Englishmen have been Americans. On the other hand, Young argues, its broad principle of inclusiveness also helps to explain why Britain has been able to transform itself into one of the more integrated, or hybridized, of modern multiethnic nations. In 2015, together with Jean Khalfa, Young published a 680 page collection of writings by Frantz Fanon, the first new work by Fanon to be published in over 50 years, Écrits sur l’aliénation et la liberté which includes two previously unpublished plays, together with psychiatric and political essays, letters, editorials from the weekly journals at the hospitals at Saint Alban (Trait d'union) and Blida (Notre Journal), as well as a complete list of Fanon's library and his annotations to his books.