Бернат Беттельгейм: Первый протестантский миссионер на Окинаве.

Введение

Бернат Беттельхейм или Бернард Жан Беттельхейм; 1811, Пожонь, Венгрия – 9 февраля 1870, Брукфилд, Миссури, США) – венгерский христианский миссионер, первый протестантский миссионер, работавший на Окинаве.

Биография

Беттельгейм родился в известной венгерской еврейской семье в Пресбурге (Позоны), Королевстве Венгрия, (ныне Братислава, Словакия), в 1811 году. С самого раннего возраста он готовился к тому, чтобы стать раввином. Он считал себя венгром. Говорят, что к десяти годам он владел французским, немецким и ивритом, помимо венгерского, хотя, судя по его биографиям, он покинул дом в 12 лет, чтобы стать учителем, и продолжил обучение в пяти различных школах. В 1836 году Беттельгейм получил медицинскую степень в Падуанской школе (Италия), и, как утверждается, в последующие три года он опубликовал не менее 47 "научных диссертаций". В эти годы он много путешествовал, практикуя медицину в ряде итальянских городов, на борту египетского военного корабля и в турецком городе Магнезия, где в 1840 году он начал изучать христианство. Он принял христианство и вскоре после этого был крещен в Смирне. Во время пребывания в Османской империи он участвовал в теологических дебатах с местными раввинами и опубликовал по этому вопросу брошюры на французском языке; после разногласий по поводу заработной платы в Константинополе и отставки с должности Беттельгейм отправился в Лондон, где надеялся получить разрешение от Англиканской церкви на проповедь еврейским общинам Средиземноморья. В это время он сблизился с рядом других известных миссионеров, работавших на Дальнем Востоке, включая доктора Питера Паркера, Карла Гюцлаффа и миссионера в Африке Дэвида Ливингстона. После нескольких месяцев споров с Англиканской церковью, которая отказалась признавать его европейские дипломы, настаивала на обучении в Оксфорде или Кембридже и с подозрением относилась к человеку, недавно обратившемуся из иудаизма, Беттельгейм отказался от этой затеи, хотя и остался в Лондоне. Позже он стал натурализованным британским подданным, женился на дочери известного производителя пряжи, и в 1844 году у него родился первый ребенок, девочка по имени Виктория Роуз. После дальнейших разногласий с различными христианскими организациями, включая Лондонское общество по продвижению христианства среди евреев (еврейско-христианское миссионерское общество, ныне известное как Церковное служение среди еврейского народа или CMJ), он принял предложение занять должность медицинского миссионера в Наха при военно-морской миссии Лучу. Отплыв из Портсмута 9 сентября 1845 года, Беттельгеймы прибыли в Гонконг в январе следующего года; их второй ребенок, Бернард Джеймс Гюцлафф Беттельгейм, родился в пути, на море. После нескольких месяцев, проведенных в Гонконге, изучения китайского языка и общения с британским миссионерским обществом, Беттельгейм вместе с семьей отправился на Окинаву в апреле 1846 года.

Bettelheim was born into a noted Hungarian Jewish family in Pressburg (Pozsony), Kingdom of Hungary, (today Bratislava, Slovakia), in 1811. He studied, from a very early age, towards the goal of becoming a rabbi. He considered himself Hungarian. It is said that by the age of ten beside Hungarian he could read and write in French, German, and Hebrew, though if his biographies are to be believed, he left home at 12 to become a teacher and continued his studies at five different schools. Bettelheim earned a degree in medicine from a school in Padua, Italy in 1836, and is said to have gone on to file no fewer than 47 "scientific dissertations" within the following three years. He traveled much in these years, practicing medicine in a number of Italian cities, aboard an Egyptian naval vessel, and in a Turkish town called Magnesia, where, in 1840, he began studying Christianity. He converted to Christianity, and was baptized a short time later, in Smyrna. During his time in the Ottoman Empire, he held theological debates with local rabbis and published pamphlets on the matter in French; after facing salary disputes in Constantinople and resigning his post, Bettelheim made his way to London, where he hoped to gain authorization from the Church of England to preach to the Jewish communities of the Mediterranean. During this time, he became associated with a number of other prominent missionaries to the Far East, including Dr. Peter Parker, Karl Gützlaff, and missionary to Africa David Livingstone. Following several months of disputes with the Church of England, who refused to recognize his European degrees, insisted he study at Oxford or Cambridge, and were suspicious of someone who had so recently converted from Judaism, Bettelheim abandoned that particular quest, though he remained in London. Bettelheim became a naturalized British subject sometime later, married the daughter of a prominent thread producer, and, in 1844, his first child was born; she was named Victoria Rose. Following further disputes with various Christian organizations, including the London Society for Promoting Christianity Among the Jews (a Jewish Christian missionary society now known as the Church's Ministry Among Jewish People or CMJ), he accepted an appointment as medical missionary to Naha with the Loochoo Naval Mission. Leaving from Portsmouth on 9 September 1845, the Bettelheims arrived in Hong Kong in January the following year; their second child, Bernard James Gutzlaff Bettelheim, was born en route, at sea. After several months in Hong Kong, studying Chinese and mingling with British missionary society there, Bettelheim departed for Okinawa with his family in April 1846.

На Окинаве

Беттельхейм прибыл в Окинаву из Гонконга 30 апреля 1846 года в сопровождении своей жены Элизабет М. Беттельхейм, их младенческой дочери Виктории Роуз (родилась в 1844 году), их младенческого сына Бернарда Джеймса (родился в ноябре 1845 года), "мисс Джейн", гувернантки и учительницы, и Лю Юй Кана, кантонского переводчика, на борту британского корабля Starling. Корабль был встречен в Нахе местным портовым мастером, который возражал против высадки миссионера; капитан Starling не стал ему препятствовать и намеревался оставить Беттельхеймов на борту. Однако у доктора Беттельгейма были другие планы. Он подкупил нескольких членов экипажа, чтобы те помогли ему перенести его вещи на окинавские суда, в то время как доктор пригласил нескольких окинавских докеров ниже палубы и угостил их выпивкой. Опьяненные окинавцы были убеждены перевезти Беттельхеймов и их имущество на берег; когда они прибыли, уже стемнело и возвращаться было слишком поздно. Местные чиновники предложили семье ночлег в храме Гококу-дзи, а священники, там проживавшие, ушли из уважения к частной жизни женщин. На следующее утро Беттельхеймы отказались уходить. Они оставались в Гококу-дзи семь лет. Беттельхейм удерживал законных обитателей храма и прихожан, частично обвиняя их в том, что они пытаются украдкой взглянуть на его жену. Он выбросил ряд предметов, которые считал "языческой утварью идолопоклонства", и рассматривал свою оккупацию храма, вопреки воле местных властей, как небольшую победу христианства над этой языческой страной. На Окинаве 8 декабря 1848 года у Беттельхеймов родилась вторая дочь. Ее назвали Люси Фанни Лучу, и она стала первой европейкой, родившейся на Окинаве. Лю Юй Кан, переводчик Беттельгейма, покинул Окинаву в марте 1849 года после конфликта с семьей и начал работать с властями Окинавы против интересов Беттельгейма. Беттельхейм пытался расположить к себе местных чиновников, предлагая преподавать различные предметы, включая английский язык, географию и астрономию, а также оказывать медицинскую помощь местным жителям, но получил отказ; однако ему предоставили репетитора для изучения китайского языка. Его отношение и действия по отношению к окинавским властям были описаны как грубые и расточительные, и один иностранный посетитель острова отметил, что Беттельхейм и власти "жили в состоянии открытой враждебности". Местным жителям было запрещено продавать товары иностранцам, и торговцы часто бросали свои прилавки, когда к ним приближались Беттельхеймы, опасаясь обвинений в торговле с иностранцами; Беттельхеймы просто брали все, что им было нужно, и оставляли столько монет, сколько считали нужным. Доктор также пристрастился к вторжению в частные дома, где он пытался проповедовать. Он нарушал общественные собрания, распространял листовки, которые конфисковывали мэцукэ (магистраты), и громко проповедовал у ворот замка Сюри. Однажды, после того как его выгнали из частного дома, его избили и закидали камнями несколько охранников. Вскоре недалеко от Гококу-дзи был создан пост охраны, и стражники были назначены для сопровождения доктора Беттельгейма во время его поездок по Нахе, Сюри и окрестностям. Вскоре он привлек внимание даймё домена Сацума в Японии, которому королевство Рюкю было вассалом, а также китайских властей в Фуцзяни, которые обратились с этим вопросом к британским чиновникам в Кантоне и Гонконге; смущающая деятельность доктора некоторое время скрывалась от его спонсоров и связанных организаций в Лондоне. На протяжении всего пребывания на Окинаве Беттельхейм усердно вел дневники и поддерживал связь со своими британскими спонсорами, отправляя многочисленные письма. Он утверждал, что овладел окинавским языком, что написал перевод Священного Писания на окинавский язык (на кана), и что вовлекал простых окинавцев в интенсивные теологические дебаты, хотя историк Джордж Керр выразил сомнения; эти утверждения, скорее всего, были грубыми преувеличениями, заблуждениями Беттельгейма или чистой выдумкой. Он столкнулся с множеством препятствий на Окинаве и возлагал вину за большинство этих трудностей на правительство Рюкю, обвиняя его в заговоре против него, или рассматривал их как испытание Богом или козни Дьявола. Он считал себя переводчиком для любого прибывшего европейца, бросаясь к берегу при виде корабля. Ему также часто приходилось переводить петиции от правительства Рюкю, в которых просили вновь прибывших иностранцев забрать с собой доктора Беттельгейма; говорят, что он честно и без стеснения переводил и передавал эти петиции. К 1849 году деятельность Беттельгейма привлекла внимание высших кабинетов в Лондоне. Несмотря на сильную личную неприязнь к Беттельгейму со стороны нескольких высокопоставленных чиновников, была замечена возможность как-то использовать ситуацию для продвижения использования Нахи в качестве нейтральной торговой площадки и в качестве плацдарма или базы для оказания давления на Японию. Были предприняты усилия по использованию Беттельгейма в качестве посредника для этих целей, но правительство Рюкю отказалось торговать, ссылаясь на свои законы, запрещающие это (наложенные на них как часть политики закрытия Японии кайкин), и на отсутствие избыточных товаров для торговли; кроме того, британские власти вскоре поняли, что Беттельхейм совершенно бесполезен, не имея истинного понимания функционирования королевства или его торговой политики, и не добившись значительных успехов в качестве миссионера. Было решено, что единственные опасности для Беттельгейма исходят от него самого, но в конечном итоге правительство королевы Виктории решило время от времени отправлять корабли, чтобы присматривать за ним. В ответ на эти визиты и другие факторы контроль Рюкю над Беттельхеймом и Гококу-дзи был усилен, а его взаимодействие с правительством Рюкю или простыми людьми резко сокращено. Когда коммодор Мэтью Перри прибыл в Японию в 1854 году, Беттельхейм поднялся на его корабль, чтобы встретиться с ним. Как и прежде, благодаря своему знанию языка и культуры, Беттельхейм представил себя как уникально квалифицированного для представления позиции Рюкю по различным вопросам американцам. Беттельхейм столкнулся с различными членами миссии Перри, особенно с переводчиком китайского языка С. Уэллсом Уильямсом, и с правительством Рюкю в своих усилиях помочь американцам; однажды он помог нескольким американцам проникнуть в школу в Томари с намерением превратить ее в жилье для американцев; в конечном итоге им было отказано и их выгнали из школы местными властями. Однако он был весьма почтителен к Перри и стремился помочь ему, чем мог. Несмотря на неблагосклонность местного правительства, Перри был полон решимости использовать Беттельгейма для служения интересам Соединенных Штатов Америки. Беттельхейм был полезен Перри в качестве советника, представителя и коммерческого агента.

Bettelheim arrived in Okinawa from Hong Kong on April 30, 1846, accompanied by his wife, Elizabeth M. Bettelheim, their infant daughter, Victoria Rose (born 1844), their infant son, Bernard James (born November 1845), "Miss Jane", a tutor and schoolmistress, and Liu Yu Kan, a Cantonese translator, on board the British ship Starling. The ship was welcomed at Naha by the local port master, who objected to the missionary's disembarking; the Starling's captain did not challenge him, and aimed to keep the Bettelheims on board. However, Dr. Bettelheim had other ideas. He bribed several members of the crew to help him in transporting his possessions into the Okinawan ships, while the doctor invited a number of Okinawan dockhands below decks, and entertained them with drink. Intoxicated, the Okinawans were persuaded to take the Bettelheims, and their possessions ashore; when they arrived it had already grown dark and was too late to turn back. The local officials offered the family shelter in the Gokoku ji temple for the night, and the priests in residence there left, out of respect for the women's privacy. The following morning, the Bettelheims refused to leave. They would remain in the Gokoku ji for seven years. Bettelheim kept the rightful residents of the temple, and lay worshipers, away in part by accusing them of seeking importune glimpses of his wife. He threw out a number of objects he deemed to be "the heathen furniture of idolatry", and considered his occupation of the temple, against the wishes of the local officials, a small victory for Christianity, over this heathen nation. While on Okinawa, a second daughter was born to the Bettelheims on December 8, 1848. She was named Lucy Fanny Loochoo and carries the distinction of being the first European to be born on Okinawa. Liu Yu Kan, Bettelheim's interpreter, left Okinawa in March 1849 after conflict developed between him and the family and began working with Okinawa authorities against Bettelheim's interests. Bettelheim sought to ingratiate himself to the local officials by offering to teach a variety of subjects, including English, geography, and astronomy, and to offer medical services for the locals, but was refused; he was, however, provided a tutor for the study of Chinese. His attitude and actions towards the Okinawan authorities has been described as rude and extravagant, and one foreign visitor to the island noted that Bettelheim and the authorities were "living in a state of undisguised hostility". Locals were forbidden from selling to foreigners, and merchants often abandoned their stands when the Bettelheims approached, for fear of being accused of dealing with the foreigners; the Bettelheims simply took whatever they desired, and left as much coin as they deemed fit. The doctor also developed a habit of invading private homes where he sought to preach. He disturbed public meetings, distributed pamphlets which were confiscated by the metsuke (magistrates) and preached loudly outside the gates to Shuri Castle. On one occasion, after being thrown out of a private home, he was beaten and stoned by a number of guards. Soon, a guardpost was established just outside the Gokoku ji, and guards were assigned to accompany Dr. Bettelheim as he journeyed around Naha, Shuri, and the surrounding countryside. Before long, he attracted the attention of the lords of Satsuma Domain in Japan, to which the Ryūkyū Kingdom was a vassal, as well as the Chinese authorities in Fukien, who took up the matter with British officials in Canton and Hong Kong; the doctor's embarrassing activities were obscured from his sponsors and related organizations in London, for a time. Throughout his time on Okinawa, Bettelheim kept diaries zealously, and remained in contact with his British sponsors, writing numerous letters. He claimed to have mastered the Okinawan language, to have written a translation of the Scriptures into Okinawan (in kana script), and to have engaged common Okinawan people in intense theological debate, though historian George H. Kerr expressed doubts; these claims were more likely gross exaggerations, misconceptions on Bettelheim's part, or pure fictions. He faced a great many obstacles in Okinawa, and blamed most of these difficulties on the Ryukyuan government, accusing them of conspiring against him, or chose to view them as his being tested by God or foiled by the Devil. He deemed himself interpreter for any Westerners who should arrive, rushing down to the beach upon seeing such a ship. He was also often made to translate petitions from the Ryukyuan government asking the newly arrived foreigners to take Dr. Bettelheim with them; he is said to have translated and delivered these petitions faithfully and unashamedly. By 1849, Bettelheim's activities came to the attention of the highest Cabinet levels in London. Despite a great personal distaste for Bettelheim on the part of several high officials, an opportunity was seen to somehow take advantage of the situation to press for use of Naha as a neutral trading ground, and as a stepping stone or base of operations from which to apply pressure to Japan. Efforts were made to use Bettelheim as an intermediary to these ends, but the Ryukyuan government refused to trade, citing their laws against it (imposed upon them as part of Japan's kaikin policy) and their lack of surplus goods to trade; in addition, British authorities soon came to realize that Bettelheim was essentially useless, having no true knowledge of the workings of the kingdom or its trade policies, and no significant successes as a missionary. It was decided that the only dangers to Bettelheim were those he brought upon himself, but in the end Queen Victoria's government decided to send ships now and then to look after him. In response to these visits, and other factors, Ryukyuan controls over Bettelheim and the Gokoku ji were tightened, and his interactions with the Ryukyuan government or common people severely reduced. When Commodore Matthew Perry came to Japan in 1854, Bettelheim went aboard his ship to meet him. As before, through his understanding of the language and culture, Bettelheim presented himself as uniquely qualified to present the Ryukyuan position on various matters to the Americans. Bettelheim clashed with various members of Perry's mission, particularly the Chinese language translator S. Wells Williams, and with the Ryukyuan government in his efforts to aid the Americans; at one point he helped a number of Americans break into a schoolhouse in Tomari with the intention of making it into lodgings for the Americans; they were ultimately refused and expelled from the schoolhouse by local officials. He was, however, quite deferential to Perry and aimed to aid him however possible. Despite being disfavored by the local government, Perry was determined to use Bettelheim to serve the interests of the United States of America. Bettelheim was helpful to Perry as an advisor, representative and commercial agent.

После Японии

К большому облегчению правительства Окинавы, миссис Беттельхейм и дети покинули остров в феврале 1854 года на борту корабля USS Supply, направлявшегося в Шанхай; Бернард последовал за ними в июле 1854 года, после того как коммодор Перри наконец уступил просьбе Рюкю о вывозе доктора Беттельхейма. Беттельхейм намеревался вернуться в Англию, но в конечном итоге оказался в Нью-Йорке. Спустя несколько лет он перевёз свою семью на ферму в Иллинойс. С августа по декабрь 1863 года он служил хирургом в 106-м полку пехоты добровольцев штата Иллинойс. После окончания Гражданской войны в США он переехал в Оделл, штат Иллинойс, и открыл аптеку, время от времени читая лекции об Окинаве и Японии. Позже Беттельхаймы переехали в Брукфилд, штат Миссури. Беттельхейм умер 9 февраля 1870 года в возрасте 59 лет и похоронен вместе с женой в Брукфилде. В мае 1926 года на территории его бывшей резиденции на Окинаве, в храме Гококу-дзи, был открыт мемориал в его честь.