Осада Мелоса во время Пелопоннесской войны

Введение

Осада Мелоса произошла в 416 году до н.э. во время Пелопоннесской войны, войны между Афинами и Спартой. Мелос – остров в Эгейском море, расположенный примерно к востоку от материковой Греции. Несмотря на родственные связи мелианцев со спартанцами, они сохраняли нейтралитет в войне. Летом 416 года до н.э. Афины вторглись на Мелос и потребовали от мелианцев либо сдаться и выплачивать дань Афинам, либо быть уничтоженными. Мелианцы отказались, и афиняне приступили к осаде города. Мелос капитулировал зимой, после чего афиняне казнили всех мужчин Мелоса, а женщин и детей обратили в рабство. Эта осада наиболее известна благодаря «Мелианскому диалогу» – драматическому изображению переговоров между афинянами и мелианцами, предшествовавших осаде, написанному классическим афинским историком Фукидидом. В ходе переговоров афиняне не приводили никаких моральных оправданий для своего вторжения, а прямо заявили мелианцам, что Афинам нужен Мелос для достижения собственных целей, и что единственным, что мелианцы могли получить, подчинившись без сопротивления, было сохранение жизни. Этот эпизод преподается как классический пример политического реализма, иллюстрирующий, что эгоистичные и прагматичные соображения являются основными мотивами государства во время войны.

Предыстория

Пелопоннесская война длилась с 431 по 404 год до н.э. Война велась между Пелопоннесским союзом, союзом греческих городов во главе со Спартой, и Делийским союзом, союзом во главе с Афинами. Афины обладали превосходным флотом и контролировали почти все острова в Эгейском море. Мелос был единственным значительным островом в Эгейском море, который не контролировался Афинами. Жители Мелоса были дорийцами, той же этнической группы, что и спартанцы, но они были независимы от спартанской империи; афиняне были ионийцами. В целом, мелианцы стремились оставаться нейтральными в войне, хотя есть археологические свидетельства того, что где-то между 428 и 425 годами до н.э. мелианцы пожертвовали не менее двадцати мин серебра (около 12½ кг) спартанским военным усилиям. В 426 году до н.э. Афины отправили армию из 2000 человек для набега на сельскую местность Мелоса, но мелианцы не поддались запугиванию. В 425 или 424 году до н.э. Афины потребовали от Мелоса дань в размере пятнадцати талантов серебра (примерно 390 кг). Эта сумма могла бы покрыть зарплату экипажа триеры на 15 месяцев или купить 540 метрических тонн пшеницы, достаточно, чтобы прокормить 2160 человек в течение года. Учитывая относительный размер Мелоса, это говорит о том, что это был процветающий остров. Мелос отказался платить.

Осада

Летом 416 года до н.э., во время перемирия со Спартой, Афины отправили армию, насчитывавшую не менее 3400 человек, для завоевания Мелоса: 1600 гоплитов, 300 лучников и 20 всадников-лучников – все из Афин, а также 1500 гоплитов из других городов Делийского союза. Флот, перевозивший эту армию, состоял из 38 кораблей: 30 афинских, 6 хиосских и 2 лесбосских. Эту экспедицию возглавляли полководцы Клеомед и Тисий. После обустройства лагеря на острове афиняне направили послов для переговоров с правителями Мелоса. Послы потребовали, чтобы Мелос присоединился к Делийскому союзу и выплачивал дань Афинам, в противном случае остров будет разрушен. Мелианцы отвергли ультиматум. Афиняне осадили город и отозвали большую часть своих войск с острова для участия в других сражениях. Мелианцы предприняли несколько вылазок, однажды захватив часть афинских позиций, но не смогли прорвать осаду. В ответ Афины отправили подкрепление под командованием Филократа. Афинянам также помогали предатели внутри Мелоса. Мелос капитулировал зимой.

Последствия

Афиняне казнили взрослых мужчин, а женщин и детей продали в рабство. Затем они поселили на острове 500 своих колонистов. В 405 году до н.э., когда Афины начали проигрывать войну, спартанский полководец Лисандр изгнал афинских колонистов из Мелоса и вернул выживших после осады на остров. Независимый некогда Мелос стал спартанской территорией, что подразумевало наличие спартанского гарнизона и военного наместника (гармоста). Мелианцы утверждают, что они нейтральный город и не враг, поэтому Афинам незачем их покорять. Афиняне отвечают, что признание нейтралитета и независимости Мелоса ослабит их авторитет: их подданные решат, что они оставили Мелос в покое, потому что были недостаточно сильны, чтобы его завоевать. Мелианцы возражают, что вторжение встревожит другие нейтральные греческие государства, которые ополчатся против Афин из страха перед вторжением. Афиняне отвечают, что другие греческие государства на материке вряд ли поступят так, поскольку они свободны и независимы и не стремятся поднимать оружие против Афин. Афины опасаются возможных восстаний в своей империи со стороны покоренных народов, включая острова, которые могут угрожать их господству на море. Завоевание Мелоса продемонстрирует силу Афин и предотвратит восстания. Мелианцы утверждают, что для них было бы позорно и трусливо сдаться без боя. Афиняне советуют мелианцам подавить свою гордость, поскольку им предстоит неравный бой, а поражение означает полное уничтожение. Мелианцы возражают, что даже если афиняне намного сильнее, у них все еще есть шанс на победу, и афиняне об этом пожалеют. Афиняне отвечают, что мелианцам не следует питать надежды, когда их шансы на победу столь ничтожны, а последствия поражения столь ужасны. Если мелианцы будут сопротивляться, они, скорее всего, проиграют и горько пожалеют о своей нерациональной надежде. Мелианцы утверждают, что боги помогут им, потому что их позиция морально справедлива. Афиняне отвечают, что боги не вмешиваются, поскольку в природе вещей сильные доминируют над слабыми. Мелианцы утверждают, что их спартанские сородичи придут им на помощь. Афиняне отвечают, что у спартанцев нет достаточных оснований для вмешательства, отмечая, что у Афин более сильный флот. Афиняне выражают удивление отсутствием реализма у мелианцев. Они повторяют, что нет ничего постыдного в подчинении превосходящему по силе врагу, особенно если он предлагает разумные условия. Мелианцы не меняют своего решения и вежливо отпускают послов.

The Athenians executed the adult men and sold the women and children into slavery. They then settled 500 of their own colonists on the island. In 405 BC, by which time Athens was losing the war, the Spartan general Lysander expelled the Athenian colonists from Melos and restored the survivors of the siege to the island. The once independent Melos became a Spartan territory, which would mean that it had a Spartan garrison and a military governor (a harmost). The Melians argue that they are a neutral city and not an enemy, so Athens has no need to conquer them. The Athenians counter that if they accept Melos' neutrality and independence, they would look weak: Their subjects would think that they left Melos alone because they were not strong enough to conquer it. The Melians argue that an invasion will alarm the other neutral Greek states, who will become hostile to Athens for fear of being invaded themselves. The Athenians counter that the other Greek states on the mainland are unlikely to act this way, because they are free and independent and thus loath to take up arms against Athens. What worries Athens is potential rebellions in its empire from disgruntled peoples they have already conquered, including islands that would threaten its dominance of the seas. Conquering Melos will demonstrate Athens' strength and discourage rebellions. The Melians argue that it would be shameful and cowardly of them to submit without a fight. The Athenians advise the Melians to swallow their pride because they are not facing a fair fight and defeat will mean annihilation. The Melians argue that though the Athenians are far stronger, there is still a chance that the Melians could win, and they will regret not trying their luck. The Athenians counter that the Melians should not indulge in hope when their odds of winning are so evidently faint, and the consequences of defeat so terrible. If the Melians resist, they will likely lose and come to bitterly regret their irrational optimism. The Melians argue that they will have the assistance of the gods because their position is morally just. The Athenians counter that the gods will not intervene because it is the natural order of things for the strong to dominate the weak. The Melians argue that their Spartan kin will come to their defense. The Athenians counter that the Spartans don't have enough at stake in Melos to risk an intervention, noting that Athens has the stronger navy. The Athenians express their shock at the Melians' lack of realism. They reiterate that there is no shame in submitting to an overwhelmingly stronger enemy, especially one who is offering reasonable terms. The Melians do not change their minds and politely dismiss the envoys.

Анализ

Фукидид объяснил, что целью завоевания Мелоса было продемонстрировать силу и строгость Афин, чтобы удержать их островные территории от восстания. Эффективно ли это было для предотвращения восстаний, остаётся неясным. Всего через несколько лет после завоевания Мелоса Афины потерпели сокрушительное поражение в военной экспедиции на Сицилию, после чего восстания вспыхнули по всей империи. Любая выгода, полученная от завоевания Мелоса, была нивелирована катастрофой в Сицилии. Вопрос о том, был ли Мелос действительно нейтральным, до сих пор обсуждается среди ученых. Фукидид писал, что после набега Никиаса в 426 году до н.э. мелианцы заняли «положение открытой враждебности», однако ни Фукидид, ни какой-либо другой автор того времени не упоминает о каких-либо конкретных проступках Мелоса против Афин. Существуют археологические свидетельства того, что Мелос когда-то пожертвовал деньги Спарте (не менее 12½ кг серебра), но неясно, произошло ли это пожертвование до или после набега Никиаса. Острова Эгейского моря обеспечивали Афинам ценные налоговые поступления, но, вероятно, более важным было контролировать их порты. Военные корабли той эпохи (триремы) не могли перевозить много припасов и не имели места для сна экипажа, поэтому им необходимо было ежедневно останавливаться в порту для закупки продовольствия, приготовления пищи и ночлега. Триремы также не отличались особой мореходностью и нуждались в гаванях для укрытия от непогоды. Трирема обычно могла пройти за день около, в то время как путешествие из Афин в Малую Азию занимало примерно. Таким образом, для контроля над Эгейским морем Афинам необходимо было контролировать порты островов для своего флота. Если Мелос оставался нейтральным, вражеские корабли могли там пополнять запасы, поэтому захват острова лишил врагов Афин этой возможности. Афиняне проявляли милосердие к своим побежденным врагам в первые годы Пелопоннесской войны и в предшествующие ей периоды. Например, после подавления мятежного города Потидея в 429 году до н.э. афиняне пощадили выживших потидейцев и разрешили им покинуть город. По мере затягивания войны афиняне стали считать, что снисходительность делает их слабыми и поощряет восстания. Растущая жестокость афинян была также ответом на спартанскую жестокость, которая была крайней с самого начала. В частности, после резни, устроенной спартанцами в Платее в 429 году до н.э., афиняне стали регулярно казнировать своих пленных. Тем не менее, резня мелианцев потрясла весь греческий мир, даже в Афинах. Афинский ритор Исократ в своей апологии за завоевания Афин упомянул резню в Мелосе как основной пункт критики в адрес Афин, но утверждал, что она была необходимой и что другие воюющие государства были столь же жестоки. Афинский историк Ксенофонт писал, что в 405 году до н.э., когда спартанская армия приближалась к Афинам, граждане Афин опасались, что спартанцы будут обращаться с ними с той же жестокостью, которую афинская армия проявила к мелианцам. Существуют косвенные доказательства, указывающие на то, что мелианцы сдались только после пережитого крайнего голода: выражение «мелианский голод» вошло в греческий язык как метафора для крайнего голода. Первое известное упоминание этой фразы встречается в пьесе Аристофана «Птицы» (414 г. до н.э.), и её использование, по-видимому, продолжалось в византийскую эпоху, поскольку она упоминается в «Суде», византийской энциклопедии X века. В марте 415 года до н.э. афинский драматург Еврипид представил пьесу «Троянки», в которой исследуются страдания жителей завоеванного города. Хотя Мелос не упоминается прямо (действие происходит во время Троянской войны), многие ученые считают её комментарием к резне в Мелосе, но это маловероятно. Еврипид, вероятно, разрабатывал свою пьесу еще до начала осады Мелоса, и у него было всего месяц или два после падения острова, чтобы внести правки. Также маловероятно, что Еврипид осмелился бы оскорбить свою афинскую аудиторию, учитывая высокую стоимость постановки. Неизвестно, было ли решение о судьбе Мелоса принято правительством Афин или афинскими генералами на острове. В исторической речи, ложно приписываемой афинскому оратору Андокиду, утверждается, что государственный деятель Алкивиад выступал перед правительством Афин за порабощение выживших мелианцев. В этом отчете не указана дата издания указа, поэтому он мог быть издан для оправдания зверств, совершенных после событий. Фукидид не упоминает о каком-либо подобном указе в своем повествовании. Отношение к мелианцам иногда рассматривается как пример геноцида в древнем мире.

Thucydides explained that the purpose of conquering Melos was to demonstrate the strength and sternness of Athens so as to discourage its island territories from rebelling. Whether it was effective at discouraging rebellion is uncertain. Just a few years after the conquest of Melos, Athens suffered a devastating defeat in a military expedition to Sicily, after which rebellions happened throughout the empire. Whatever benefit the conquest of Melos produced was wiped away by the disaster that happened in Sicily. Whether Melos was truly neutral is sometimes debated by scholars. Thucydides wrote that after the raid by Nicias in 426 BC, the Melians assumed "an attitude of open hostility", but neither Thucydides nor any other writer of the era mentioned any specific offence that Melos committed against Athens. There is archaeological evidence that Melos once donated some money to Sparta (at least 12½ kg silver), but it's uncertain whether this donation happened before or after the raid by Nicias. The islands of the Aegean Sea provided valuable tax revenue for Athens, but what was probably more vital was control of their ports. Warships of the era (triremes) could carry little in the way of supplies and had no sleeping space for the crew, and thus needed to stop in port on a daily basis to buy supplies, cook meals, and camp for the night. Triremes were also not particularly seaworthy and thus needed harbors to shelter from rough weather. A trireme could normally travel around in a day whereas a trip from Athens to Asia Minor is roughly Thus, in order to control the Aegean, Athens needed to control the islands' ports for its navy. If Melos was neutral, enemy ships could resupply there, so capturing it denied that to Athens' enemies. The Athenians had shown mercy to their defeated enemies in the earlier years of the Peloponnesian War, and in preceding wars. For instance, after putting down the rebellious city of Potidaea in 429 BC, the Athenians spared the surviving Potidaeans and allowed them to leave the city. As the war dragged on, the Athenians came to feel that leniency made them look weak and encouraged revolts. The rising brutality of the Athenians was also a response to Spartan brutality, which had been extreme from the beginning. In particular, it was after the massacre committed by the Spartans at Plataea in 429 BC that the Athenians habitually massacred their own prisoners. Even so, the massacre of the Melians shocked the Greek world, even in Athens. The Athenian rhetorician Isocrates, in his apologia for Athens' conquests, mentioned the massacre at Melos as a major point of criticism against Athens, but he argued that it was necessary and that the other warring states were just as brutal. The Athenian historian Xenophon wrote that in 405 BC, with the Spartan army closing in on Athens, the citizens of Athens worried that the Spartans would treat them with the same cruelty that the Athenian army had shown the Melians. There is circumstantial evidence that suggests that the Melians surrendered only after enduring extreme starvation: the expression "Melian famine" entered the Greek language as a metaphor for extreme starvation. The first known appearance of this phrase is in Aristophanes' play The Birds (414 BC), and its usage seems to have lasted well into the Byzantine era as it is mentioned in the Suda, a 10th century Byzantine encyclopedia. In March 415 BC, the Athenian playwright Euripides premiered a play called The Trojan Women, which explores the suffering of the inhabitants of a conquered city. Although Melos isn't explicitly mentioned (the setting is the Trojan War), many scholars regard it as a commentary on the massacre at Melos, but this is unlikely. Euripides was probably developing his play before the siege of Melos even began, and he had only a month or two after its fall to make revisions. It's also unlikely that Euripides would have dared to offend his Athenian audiences given how expensive the production was. It is uncertain whether the fate of Melos was decided by the government of Athens or the Athenian generals on Melos. A historical speech falsely attributed to the Athenian orator Andocides claims that the statesman Alcibiades advocated the enslavement of the Melian survivors before the government of Athens. This account gives no date for the decree, so it could have been passed to justify the atrocities after the fact. Thucydides made no mention of any such decree in his own account. The treatment of the Melians is sometimes considered an example of genocide in the ancient world.