Битва при Гальмиросе: Каталонская компания в Греции (1311)

Введение

1311 битва на территории современной Греции

Битва при Халмиросе, известная ранним исследователям как битва при Кефисе или битва при Орхомене, произошла 15 марта 1311 года между войсками Франкского герцогства Афин и его вассалами под предводительством Вальтера Бриеннского и наемниками Каталонской компании, завершившись решительной победой наемников. Вступив в конфликт со своими прежними нанимателями, Византийской империей, Каталонская компания пересекла южные Балканы и прибыла в южную Грецию в 1309 году. Новый герцог Афин, Вальтер Бриеннский, нанял их для нападения на греческого правителя соседней Фессалии. Хотя каталонцы завоевали для него значительную часть региона, Вальтер отказался платить им и начал готовиться к насильственному изгнанию из захваченных земель. Две армии сошлись у Халмироса в южной Фессалии (или у Боэтийского Кефиса, близ Орхомена, согласно более ранней версии). Каталонцы значительно уступали противнику численностью и были ослаблены нежеланием их турецких союзников вступать в бой. Компания имела преимущество в выборе места сражения, заняв позицию за болотистой местностью, которую они дополнительно затопили. Со стороны афинян присутствовало множество знатных франкских лордов Греции, и Вальтер, человек гордый и уверенный в силе своей тяжелой кавалерии, приказал начать лобовую атаку на каталонские порядки. Болото затруднило наступление франков, а каталонская пехота выстояла. Турки вновь примкнули к Компании, и франкская армия была разбита; Вальтер и почти все рыцари его герцогства пали на поле боя. В результате битвы каталонцы захватили безвластное Герцогство Афин и правили этой частью Греции до 1380-х годов.

Предыстория

После разграбления Константинополя в 1204 году большая часть Греции оказалась под властью франкских крестоносных княжеств. Наиболее значительными из них были Королевство Фессалоники, Княжество Ахея и Герцогство Афины со столицей в Фивах. Фессалоника просуществовала недолго и пала под натиском восставших греков, но другие франкские княжества устояли и даже процветали на протяжении большей части XIII века. В своей основополагающей работе «История Франкской Греции» (1908 год) медиевист Уильям Миллер пишет о Герцогстве Афины, что «под властью герцогов из дома де ла Рош торговля процветала, мануфактуры развивались, а великолепие тебанского двора впечатляло иностранцев, привыкших к пышности и парадам гораздо более могущественных государств». 5 октября 1308 года последний герцог Афинский из дома де ла Рош, Ги II, умер бездетным. Его престолонаследие было оспорено, но в середине 1309 года Высший суд (феодальный совет) Ахеи избрал его кузена, бургундского дворянина Вальтера де Бриенна, своим преемником. В то время греческий мир был охвачен смутой из-за действий Каталонской роты, группы наемников, ветеранов войны Сицилийской вечерни, первоначально нанятых Византийской империей против турок в Малой Азии. Взаимное подозрение и распри привели к войне с византийцами; изгнанные из своей базы в Галлиполи в 1307 году, каталонцы сражались и грабили, продвигаясь на запад через Фракию и Македонию, пока, под давлением византийских войск под командованием Чандреноса, не вошли в Фессалию в начале 1309 года. Последний вождь роты, Бернат де Рокафорт, мечтал о восстановлении Королевства Фессалоники с собой во главе и даже вел переговоры о брачном союзе с Ги II. Эти переговоры не увенчались успехом, поскольку все более деспотичное правление Рокафорта привело к его свержению. После этого ротой управлял комитет из четырех человек, которому помогал совет из двенадцати членов. Прибытие 8000 человек роты в Фессалию вызвало обеспокоенность у греческого правителя Иоанна II Дуки. Воспользовавшись смертью Ги II, чтобы отказаться от вассальной зависимости от герцогов Афинских, Иоанн обратился за помощью к Византии и другому греческому княжеству, Деспотату Эпира. Разгромленные греками, каталонцы согласились мирно пройти через Фессалию к франкским княжествам южной Греции. Вальтер де Бриенн сражался с каталонцами в Италии во время войны Сицилийской вечерни, говорил на их языке и завоевал их уважение. Используя эту осведомленность, он теперь нанял роту на шесть месяцев против греков по высокой цене: четыре унции золота за каждого тяжеловооруженного кавалериста, две за каждого легкого кавалериста и одну за каждого пехотинца, выплачиваемые ежемесячно с двухмесячной предоплатой. Повернув назад, каталонцы захватили город Домокос и около тридцати других крепостей, разграбили богатую Фессалийскую равнину, вынудив греческие государства пойти на соглашение с Вальтером. Это принесло Вальтеру почести и финансовые вознаграждения от папы Климента V, но герцог отказался выполнить свое соглашение с каталонцами и выплатить оставшуюся зарплату за четыре месяца. Вальтер отобрал из роты 200 лучших всадников и 300 пехотинцев альмогаваров, выплатил им задолженность и предоставил им земли, чтобы они остались на его службе, а остальным приказал сдать свои завоевания и уйти. Каталонцы предложили признать его своим господином, если им будет позволено сохранить часть захваченных земель для основания поселений, но Вальтер отверг их предложение и начал готовиться к их изгнанию силой. Герцог Афинский собрал большую армию, состоящую из его вассалов — среди наиболее выдающихся были Альберт Паллавичини, маркграф Бодоницы, Томас III д’Отременкур, лорд Салоны и маршал Ахеи, а также бароны Эвбеи, Бонифаций Веронский, Георгий I Гизи и Иоанн де Мейзи — а также подкрепления, прибывшие из других франкских греческих княжеств.

Following the Sack of Constantinople in 1204, much of Greece came under the rule of Frankish Crusader principalities. The most notable of them were the Kingdom of Thessalonica, the Principality of Achaea, and the Duchy of Athens, with its capital at Thebes. Thessalonica proved short lived and fell to the resurgent Greeks, but the other Frankish principalities persevered and even prospered for most of the 13th century. In his landmark 1908 history of Frankish Greece, the medievalist William Miller writes of the Duchy of Athens that "under the dominion of the dukes of the house of de la Roche, trade prospered, manufactures flourished, and the splendours of the Theban court impressed foreigners accustomed to the pomps and pageants of much greater states." On 5 October 1308, the last de la Roche Duke of Athens, Guy II, died childless. His succession was disputed, but in mid 1309, the High Court (feudal council) of Achaea chose his cousin, the Burgundian noble Walter of Brienne, as successor. At that time the Greek world was in turmoil owing to the actions of the Catalan Company, a group of mercenaries, veterans of the War of the Sicilian Vespers, originally hired by the Byzantine Empire against the Turks in Asia Minor. Mutual suspicion and quarrels led to war with the Byzantines; evicted from their base in Gallipoli in 1307, the Catalans fought and pillaged their way west through Thrace and Macedonia, until, pressed by Byzantine troops under Chandrenos, they entered Thessaly in early 1309. The last leader of the company, Bernat de Rocafort, had envisaged the restoration of the Kingdom of Thessalonica with himself at its head, and had even entered into negotiations for a marriage alliance with Guy II. Nothing came of these negotiations, as Rocafort's increasingly despotic rule led to his deposition. After that, the company was ruled by a committee of four, assisted by a twelve member council. The arrival of the company's 8,000 men in Thessaly caused concern to its Greek ruler, John II Doukas. Having just exploited the death of Guy II to repudiate the overlordship of the Dukes of Athens, John turned to Byzantium and the other Greek principality, the Despotate of Epirus, for aid. Defeated by the Greeks, the Catalans agreed to pass peacefully through Thessaly towards the Frankish principalities of southern Greece. Walter of Brienne had fought the Catalans in Italy during the War of the Vespers, spoke their language, and had gained their respect. Using this familiarity, he now hired the company for six months against the Greeks, at the high price of four ounces of gold for every heavy cavalryman, two for every light cavalryman, and one for every infantryman, to be paid every month, with two months' payment in advance. Turning back, the Catalans captured the town of Domokos and some thirty other fortresses, and plundered the rich plain of Thessaly, forcing the Greek states to come to terms with Walter. This brought Walter accolades and financial rewards from Pope Clement V, but the Duke now declined to honour his bargain with the Catalans and provide the remaining four months' pay. Walter picked the best 200 horsemen and 300 Almogavar infantry from the company, paid them their arrears and gave them land so they would remain in his service, while ordering the rest to hand over their conquests and depart. The Catalans offered to recognize him as their lord if they were allowed to keep some of the land they had taken to establish themselves but Walter rejected their proposal and prepared to expel them by force. The Duke of Athens assembled a large army, comprising his feudatories—among the most prominent were Albert Pallavicini, Margrave of Bodonitsa, Thomas III d'Autremencourt, Lord of Salona and Marshal of Achaea, and the barons of Euboea, Boniface of Verona, George I Ghisi, and John of Maisy—as well as reinforcements sent from the other principalities of Frankish Greece.

Источники и место битвы

Ряд источников сообщает в различной степени детально о событиях, предшествовавших и произошедших во время битвы: глава 240 хроники Рамона Мунтанера; различные версии Хроники Мореи (разделы 540 и 548 французской версии, стихи 7263–7300 и 8010 греческой версии, и разделы 546–555 арагонской версии), книга VII, раздел 7 истории византийского писателя Никифора Грегораса, и краткие сведения в книге VIII Nuova Cronica флорентийского банкира и дипломата Джованни Виллани, в Istoria di Romania венецианского государственного деятеля Марино Санудо и в письме последнего, которое оставалось неопубликованным до 1940 года. С другой стороны, в версиях Хроники Мореи сражение помещается в "Халмирос", предположительно, город с таким же названием в южной Фессалии, где находился и другой город, известный как Фивы. Ранее данная локализация долгое время преобладала в научных кругах; в своей стандартной истории Франкской Греции Уильям Миллер отверг версию о Халмиросе, основываясь на топографии, описанной Мунтанером, точка зрения, которая продолжает повторяться в более поздних работах. Существует несколько предложений современных ученых относительно точного места битвы в долине Кефисса, от окрестностей Орхомена и Копаиса до мест, расположенных севернее, вблизи деревень Хаеронея и Давлея, или даже Амфиклеи и Лилеи. Критический анализ первичных источников более поздними исследователями изменил ситуацию. Сам Мунтанер был членом отряда до 1307 года, но в момент битвы был назначен губернатором Джербы и составил свою хронику лишь в 1325–1328 годах, что привело к некоторым серьезным ошибкам в его описании. Грегорас, хотя и был современником битвы, написал свою историю еще позже, в 1349–1351 годах, опираясь преимущественно на вторичные источники; его понимание деятельности отряда в годы, предшествовавшие битве, смутно и неточно, а его описание самой битвы очень близко к описанию Мунтанера, что, возможно, указывает на то, что Грегорас использовал западный источник. С другой стороны, оригинальная французская версия Хроники Мореи, на основе которой созданы все остальные версии, была написана между 1292 и 1320 годами, а сокращенная французская версия, сохранившаяся до наших дней, была составлена вскоре после этого хорошо осведомленным автором в Морее. Греческие и арагонские версии, составленные позднее в этом столетии, содержат по существу ту же информацию, что и французская версия. Важным доказательством стало обнаружение и публикация в 1940 году письма 1327 года Марино Санудо, который был капитаном галеры, действовавшей в Северном Эвбейском заливе в день битвы. Санудо четко указывает, что битва произошла в Халмиросе ("fuit bellum ducis Athenarum et comitis Brennensis cum compangna predicta ad Almiro"), и его показания обычно считаются достоверными. Каталонская кавалерия состояла в основном из выходцев из Турции (Санудо сообщает, что их было 1800), как туркополи и конные лучники; находясь под руководством своих вождей, турки были разделены на два отряда: один из анатолийских турок под командованием Халила, который присоединился к отряду в 1305 году, и другой под командованием Малика, который вскоре после битвы при Апросе перешел на сторону отряда из византийской службы. Члены последнего отряда были крещены как христиане. В источниках значительно различаются данные о численности армии Вальтера: Грегорас сообщает о 6400 кавалеристов и 8000 пехотинцев, Хроника Мореи указывает на "более" 2000 кавалеристов и 4000 пехотинцев, а Мунтанер утверждает, что в ее состав входило 700 рыцарей и 24000 пехотинцев, в основном греков. Современные ученые считают эти цифры преувеличенными, но они позволяют предположить, что афинская армия превосходила каталонцев по численности. Столкнувшись с численно превосходящим, но менее опытным противником, отряд занял оборонительную позицию, тщательно выбирая поле боя, которое было бы для них выгодным. Каталонцы выбрали естественно укрепленную позицию, защищенную болотом, которое, по словам Грегораса, они усилили, вырывая траншеи и затопляя их водой, отводимой из близлежащей реки. Каталонцы заняли позиции на сухой земле за болотом, выстроившись в плотную линию, но источники не содержат дальнейших подробностей об их расположении. Афинская армия собралась в Зетуни (современная Ламия). 10 марта 1311 года Вальтер Бриеннский составил там завещание и повел свою армию вперед. Присутствие франкской армии в Зетуни в это время является еще одним свидетельством в пользу локализации битвы в Халмиросе, поскольку Зетуни находится к северу от Кефисса, но к юго-западу от Халмироса. Чтобы описания Мунтанера и Грегораса были верными, каталонцы должны были находиться позади армии герцога; Грегорас также пишет, что каталонцы прошли через Фермопилы, чтобы прибыть в Беотию, что маловероятно, учитывая наличие сильных франкских гарнизонов в Зетуни и Бодонице. Накануне битвы 500 каталонцев, находившихся на службе у герцога, терзаемые совестью, пришли к нему и попросили разрешения вернуться к своим старым товарищам по оружию, заявив, что предпочтут умереть, чем сражаться против них. Вальтер, по сообщениям, дал им разрешение уйти, ответив, что они могут умереть вместе с другими. Турецкие вспомогательные войска заняли отдельную позицию поблизости, полагая, что ссора – это предлог, устроенный отрядом и герцогом Афин, чтобы уничтожить их. Вальтер был известен своей храбростью, граничащей с безрассудством, и был уверен в успехе, что подтверждается его надменным ответом 500 наемникам. Гордость и высокомерие Вальтера, в сочетании с его численным превосходством и непоколебимой верой в превосходство тяжелой дворянской кавалерии над пехотой, привели его к фатальной недооценке каталонцев и приказу о наступлении, несмотря на неблагоприятную для кавалерии местность. Нетерпеливый к действиям, по словам Мунтанера, Вальтер выстроил кавалерийский строй из 200 франкских рыцарей "с золотыми шпорами", за которым следовала пехота, и поместил себя со своим знаменем в авангарде. Французская атака провалилась, но причина неясна; описание Мунтанера краткое и не содержит подробностей, в то время как у Грегораса тяжелая французская кавалерия застряла в грязи, а альмогавары, легко вооруженные мечами и дротиками, уничтожили рыцарей, скованных тяжелыми доспехами. Это общепринятая версия среди ученых. Хроника Мореи предполагает, что битва была ожесточенной – что, как отмечает военный историк Келли ДеВрис, кажется противоречащим Грегорасу – и что болото, возможно, лишь уменьшило силу удара, а не полностью его остановило. Очевидно, что каталонцы отразили атаку и что герцог и большинство его людей погибли. Когда два строя столкнулись, турецкие вспомогательные войска поняли, что предательства нет, и спустились со своего лагеря на афинскую армию, повергая ее в панику и обращая в бегство. Грегорас сообщает, что в битве погибло 6400 кавалеристов и 8000 пехотинцев, то же число, что и в армии Вальтера. По словам Мунтанера, было убито 20000 пехотинцев, и лишь двое из семисот рыцарей выжили в битве: Роже Деслаур и Бонифаций из Вероны. Как и число войск, участвовавших в битве, эти потери невозможно проверить и, вероятно, преувеличены, но они указывают на масштаб поражения афинян. И Дэвид Джакоби, и Кеннет Сеттон отметили сходство между описанием битвы в Мунтанере и Грегорасе и описанием более ранней битвы при Золотых шпорах в 1302 году, где фламандская пехота разбила французских рыцарей, вплоть до числа 700 убитых рыцарей "все со золотыми шпорами", как утверждал Мунтанер. Джакоби, в частности, считает создание искусственного болота для остановки кавалерийской атаки, возможно, вымышленным элементом в обоих случаях, с целью объяснить неожиданное поражение французских рыцарей с помощью "коварной" ловушки. Известно, что некоторые высокопоставленные члены франкской знати выжили: Никола Санудо, ла...

A number of sources report in various degree of detail on the events before and during the battle: chapter 240 of the chronicle of Ramon Muntaner; the various versions of the Chronicle of the Morea (sections 540 and 548 of the French version, verses 7263–7300 and 8010 of the Greek version, and sections 546–555 of the Aragonese version), Book VII section 7 of the history of the Byzantine writer Nikephoros Gregoras, and brief accounts in Book VIII of the Nuova Cronica of the Florentine banker and diplomat Giovanni Villani, in the Istoria di Romania of the Venetian statesman Marino Sanudo and in letter of the latter that remained unpublished until 1940. On the other hand, the versions of the Chronicle of the Morea place the battle at "Halmyros", apparently the town of the same name in southern Thessaly, where there was another city known as Thebes. The former localization had been long favoured in scholarship; in his standard history of Frankish Greece, William Miller rejected Halmyros on the basis of the topography described by Muntaner, a view that continues to be repeated in more recent works. Several proposals by modern scholars for the exact site of the battle in the Cephissus valley exist, ranging from the vicinity of Orchomenos and the vicinity of Copais to locations further north, around the villages of Chaeronea and Davleia, or even Amfikleia and Lilaia. The critical examination of the primary sources by more recent scholars has reversed the situation. Muntaner was himself a member of the company until 1307, but was posted as governor of Djerba when the battle occurred and only compiled his chronicle in 1325–1328, leading to some serious errors in his account. Gregoras, although a contemporary of the battle, wrote his history even later, in 1349–1351, relying mostly on second hand sources; his understanding of the company's activities during the years before the battle is sketchy and inaccurate, and his account of the battle itself is very close to that of Muntaner, indicating perhaps that Gregoras drew on a Western source. On the other hand, the original French version of the Chronicle of the Morea, on which all other versions draw, was written between 1292 and 1320, and the abridged French version surviving today was compiled shortly after by a well informed author in the Morea. The Greek and Aragonese versions, compiled later in the century, contain essentially the same information as the French version. A critical piece of evidence was the discovery and publication in 1940 of a 1327 letter by Marino Sanudo, who was a galley captain operating in the North Euboean Gulf on the day of the battle. Sanudo clearly states that the battle took place at Halmyros (" fuit bellum ducis Athenarum et comitis Brennensis cum compangna predicta ad Almiro"), and his testimony is generally considered reliable. The Catalan cavalry were mostly of Turkish origin (Sanudo reports that they numbered 1,800), both as Turcopoles and horse archers; serving under their own leaders, the Turks were divided into two contingents, one of Anatolian Turks under Halil, which had joined the Company in 1305, and another under Malik, who had defected from Byzantine service shortly after the Battle of Apros. The members of the latter had been baptized as Christians. The sources differ considerably on the size of Walter's army: Gregoras reports 6,400 cavalry and 8,000 infantry, and the Chronicle of the Morea puts it at "more than" 2,000 cavalry and 4,000 infantry, while Muntaner asserts that it comprised 700 knights and 24,000 infantry, the latter mostly Greek. Modern scholars consider these numbers to be exaggerated, but they do suggest that the Athenian army had numerical superiority over the Catalans. Faced with a numerically superior but less experienced enemy, the Company assumed a defensive position, taking care to select a battleground that favoured them. The Catalans chose a naturally strong position, protected by a swamp which, according to Gregoras, they enhanced by digging trenches and inundating them with water diverted from the nearby river. The Catalans took up positions on dry ground behind the swamp, arranging themselves in a solid line but the sources give no further details as to their dispositions. The Athenian army assembled at Zetouni (modern Lamia). On 10 March 1311, Walter of Brienne composed his testament there and led his army forth. The presence of the Frankish army at Zetouni at this time is a further testimony in favour of locating the battle at Halmyros, as Zetouni lies north of the Cephissus but southwest of Halmyros. For Muntaner's and Gregoras' accounts to be correct, the Catalans would have to be behind the Duke's army; Gregoras furthermore writes that the Catalans passed through the Thermopylae to arrive in Boeotia, which is extremely unlikely given the presence of strong Frankish garrisons at Zetouni and Bodonitsa. On the eve of battle, the 500 Catalans in the Duke's service, stricken by conscience, went to him and asked for leave to rejoin their old comrades in arms, saying they would rather die than fight against them. Walter reportedly gave them permission to leave, replying that they were welcome to die with the others. The Turkish auxiliaries took up a separate position nearby, thinking the quarrel was a pretext arranged by the Company and the Duke of Athens to exterminate them. Walter was reputed for his bravery, bordering on recklessness, and was confident of success, as evidenced by his haughty reply to the 500 mercenaries. Walter's pride and arrogance, combined with his numerical advantage and his innate belief in the superiority of heavy noble cavalry over infantry, led him to fatally underestimate the Catalans and order a charge, even though the terrain was adverse to cavalry. Impatient for action, according to Muntaner, Walter formed a cavalry line of 200 Frankish knights "with golden spurs", followed by the infantry, and placed himself with his banner in the vanguard. The Frankish attack failed but the reason is unclear; Muntaner's description is short and provides no details, while in Gregoras, the heavy Frankish cavalry got stuck in the mud, with the Almogavars, lightly armed with swords and darts, dispatching the knights encumbered in their heavy armour. This is the commonly accepted version among scholars as well. The Chronicle of the Morea implies that the battle was hard fought—which, as military historian Kelly DeVries notes, seems to contradict Gregoras—and that the marsh possibly merely reduced the impact of the charge, instead of bogging it down entirely. It is clear that the Catalans defeated the charge and that the Duke and most of his men fell. As the two lines clashed, the Turkish auxiliaries realised there was no treachery and descended from their camp upon the Athenian army, panicking and routing its remnants. Gregoras reports that 6,400 cavalry and 8,000 infantry fell in the battle, the same number he gives for Walter's forces. According to Muntaner, 20,000 infantry were killed and only two of the seven hundred knights survived the battle, Roger Deslaur and Boniface of Verona. Like the number of troops involved in the battle, these losses are unverifiable and probably exaggerated, but they indicate the scale of the Athenian defeat. Both David Jacoby and Kenneth Setton have noted that the similarities between account of the battle in Muntaner and Gregoras and the descriptions of the earlier Battle of the Golden Spurs in 1302, where the Flemish infantry defeated the French knights, down to the number of 700 knights slain "all with spurs of gold", as claimed by Muntaner. Jacoby in particular considers the creation of an artificial marsh to halt the cavalry charge as a possibly invented element in both cases, for the purpose of explaining the surprising defeat of French knights through the use of a "treacherous" trap. Some senior members of the Frankish nobility are known to have survived: Nicholas Sanudo, later Duke of the Archipelago, managed to escape, and a few others such as Antoine le Flamenc, who is known to have participated in and survived the battle, were probably captured and later ransomed. Walter's head was severed by the Catalans and many years later was taken to Lecce, in Italy, where his son Walter VI buried him in the Church of Santa Croce.

Последствия

Битва стала решающим событием в истории Франкской Греции; почти вся франкская элита Афин и их вассальных государств погибла на поле боя или попала в плен, и когда каталонцы вторглись на земли герцогства, сопротивление было незначительным. Греческие жители Ливадеи немедленно сдали свой сильно укрепленный город, за что получили права франкских граждан. Тебы, столица герцогства, покинули многие жители, бежавшие в венецианскую крепость Негропонте, и город был разграблен каталонскими войсками. Наконец, вдова Вальтера, Иоанна Шатильонская, сдала Афины победителям. Вся Аттика и Беотия мирно перешли в руки каталонцев, и лишь владения Аргоса и Науплии на Пелопоннесе остались за сторонниками Бриенна. Каталонцы разделили территорию герцогства между собой. Уничтожение прежней феодальной аристократии позволило каталонцам относительно легко захватить власть, во многих случаях женившись на вдовах и матерях тех, кого они убили при Галмиросе. Однако турецкие союзники каталонцев отказались от предложения поселиться в герцогстве. Турки Халиля забрали свою долю добычи и направились в Малую Азию, где вскоре были атакованы и почти уничтожены объединенными византийскими и генуэзскими силами при попытке пересечь Дарданеллы спустя несколько месяцев. Турки Малика поступили на службу к сербскому королю Стефану Милутину, но были перебиты после восстания против него. Не имея выдающегося вождя, Каталонская компания обратилась к двум своим известным пленникам; они попросили Бонифация Веронского, которого знали и уважали, возглавить их, но после его отказа выбрали Рожера Деслора. Деслор оказался неудачным выбором, а враждебность Венеции и других франкских государств вынудила каталонцев искать могущественного покровителя. Они обратились к арагонскому королю Сицилии Фридриху II, который назначил своего сына Манфреда герцогом Афинским. Фактически, герцогством управляла последовательность генерал-викариев, назначаемых Арагонской короной, часто младших членов Арагонской королевской семьи. Самый успешный генерал-викарий, Альфонсо Фадрике, расширил герцогство до Фессалии, основав в 1319 году герцогство Неопатрас. Каталонцы укрепили свою власть и пережили попытку Бриеннов вернуть герцогство в 1331–1332 годах. В 1360-х годах двойное герцогство было охвачено внутренними распрями, находилось в состоянии квази-войны с Венецией и все больше ощущало угрозу со стороны османских турок, но другая попытка Бриеннов начать кампанию против них в 1370–1371 годах не принесла результатов. Лишь в 1379–1380 годах каталонское правление столкнулось с первой серьезной неудачей, когда Наваррская компания захватила Фивы и большую часть Беотии. В 1386–1388 годах амбициозный коринфский сеньор Нерио I Аккайоли захватил Афины и потребовал герцогство от Арагонской короны. С захватом Неопатраса в 1390 году эпоха каталонского правления в Греции подошла к концу. В военной истории битва стала частью крупного сдвига в европейской войне, начавшегося с битвы при Золотых шпорах в 1302 году: она ознаменовала эпоху, когда пехота успешно бросила вызов традиционному превосходству рыцарской тяжелой кавалерии.

The battle was a decisive event in the history of Frankish Greece; almost the entire Frankish elite of Athens and its vassal states lay dead on the field or in captivity, and when the Catalans moved onto the lands of the Duchy, there was scant resistance. The Greek inhabitants of Livadeia immediately surrendered their strongly fortified town, for which they were rewarded with the rights of Frankish citizens. Thebes, the capital of the Duchy, was abandoned by many of its inhabitants, who fled to the Venetian stronghold of Negroponte, and was plundered by the Catalan troops. Finally, Athens was surrendered to the victors by Walter's widow, Joanna of Châtillon. All of Attica and Boeotia passed peacefully into the hands of the Catalans, and only the lordship of Argos and Nauplia in the Peloponnese remained in the hands of Brienne loyalists. The Catalans divided the territory of the Duchy among themselves. The decimation of the previous feudal aristocracy allowed the Catalans to take possession relatively easily, in many cases marrying the widows and mothers of the very men they had slain in Halmyros. The Catalans' Turkish allies, however, refused the offer to settle in the Duchy. The Turks of Halil took their share of the booty and headed for Asia Minor, only to be attacked and almost annihilated by a joint Byzantine and Genoese force as they tried to cross the Dardanelles a few months later. The Turks of Malik entered the service of the Serbian king Stefan Milutin, but were massacred after rebelling against him. Lacking a leader of stature, the Catalan Company turned to their two distinguished captives; they asked Boniface of Verona, whom they knew and respected, to lead them, but after he declined, chose Roger Deslaur instead. Deslaur proved a disappointment, and the hostility of Venice and the other Frankish states compelled the Catalans to seek a powerful protector. They turned to the Aragonese King of Sicily, Frederick II, who appointed his son Manfred as Duke of Athens. In practice, the Duchy was governed by a succession of vicars general appointed by the Aragonese Crown, often cadet members of the Aragonese royal family. The most successful vicar general, Alfonso Fadrique, expanded the Duchy into Thessaly, establishing the Duchy of Neopatras in 1319. The Catalans consolidated their rule and survived a Briennist attempt to recover the Duchy in 1331–1332. In the 1360s, the twin duchies were plagued by internal strife, were locked in a quasi war with Venice, and increasingly felt the threat of the Ottoman Turks, but another Briennist attempt to launch a campaign against them in 1370–1371 came to naught. It was not until 1379–1380 that Catalan rule faced its first serious setback, when the Navarrese Company conquered Thebes and much of Boeotia. In 1386–1388, the ambitious lord of Corinth, Nerio I Acciaioli, captured Athens and claimed the Duchy from the Crown of Aragon. With his capture of Neopatras in 1390, the era of Catalan rule in Greece came to an end. In military history, the battle was part of a major shift in European warfare, which began with the Battle of the Golden Spurs in 1302: it signalled an era where infantry successfully challenged the traditional predominance of knightly heavy cavalry.