Введение
Битва при Оберхоше состоялась 21 октября 1345 года во время Гасконской кампании 1345 года между англо-гасконским войском численностью 1200 человек под командованием Генриха, графа Дерби, и французской армией в 7000 человек под командованием Людовика Пуатье. Битва произошла у деревни Оберхош близ Перигё в северной Аквитании. В то время Гасконь была территорией английской короны, и значительная часть "английской" армии составляли местные гасконцы. Битва завершилась сокрушительным поражением французов, которые понесли огромные потери, а их предводители были убиты или взяты в плен. Битва произошла в начале Столетней войны. Вместе с битвой при Бержераке, произошедшей ранее в том же году, она ознаменовала изменение военного баланса сил в регионе, после чего французские позиции ослабли. Эта победа стала одной из череды, благодаря которым Генрих Ланкастерский был назван современным хронистом "одним из лучших воинов в мире".
The Battle of Auberoche was fought on 21 October 1345 during the Gascon campaign of 1345 between an Anglo Gascon force of 1,200 men under Henry, Earl of Derby, and a French army of 7,000 commanded by Louis of Poitiers. It was fought at the village of Auberoche near Périgueux in northern Aquitaine. At the time, Gascony was a territory of the English Crown and the "English" army included a large proportion of native Gascons. The battle resulted in a heavy defeat for the French, who suffered very high casualties, with their leaders killed or captured. The battle took place during the early stages of the Hundred Years' War. Along with the Battle of Bergerac earlier in the year, it marked a change in the military balance of power in the region as the French position subsequently collapsed. It was one of a series of victories which would lead to Henry of Lancaster being called "one of the best warriors in the world" by a contemporary chronicler.
Предыстория
С момента нормандского завоевания Англии в 1066 году английские монархи владели титулами и землями во Франции, что делало их вассалами французских королей. На протяжении столетий английские владения во Франции менялись в размерах, но к 1337 году остались лишь Гасконь на юго-западе Франции и Понтье на севере. Независимо настроенные гасконцы имели свои обычаи и утверждали, что говорят на отдельном языке. Значительная часть огромного количества производимого ими красного вина экспортировалась в Англию, принося прибыль. Гасконцы предпочитали отношения с отдаленным английским королем, который не вмешивался в их дела, отношениям с французским королем, склонным к вмешательству. До начала войны из Гаскони ежегодно отплывало не менее 1000 кораблей. Среди грузов было более 80 000 тонн вина. Пошлина, взимаемая английской короной с вина из Бордо, столицы Гаскони, превышала все остальные таможенные сборы вместе взятые и являлась крупнейшим источником государственных доходов. Население Бордо превышало 50 000 человек, что было больше, чем в Лондоне, и, возможно, Бордо был богаче. Однако к этому времени английская Гасконь настолько сократилась из-за французских посягательств, что зависела от импорта продовольствия, в основном из Англии. Любые перебои в регулярном судоходстве могли привести к голоду в Гаскони и финансовому краху Англии, что хорошо знали французы. Статус французских феодов английских королей был основным источником конфликта между двумя монархиями на протяжении всего Средневековья. Французские монархи систематически стремились ограничить рост английской власти, отнимая земли при любой возможности. К концу 1336 года, после ряда разногласий между Филиппом VI Французским и Эдуардом III Английским, Филипп решил, что война – единственный способ окончательно изгнать англичан. 24 мая 1337 года Большой совет Филиппа в Париже одобрил возвращение герцогства Аквитания, фактически Гаскони, под власть Филиппа, мотивируя это нарушением Эдуардом своих обязательств как вассала. Это ознаменовало начало Столетней войны, которая продлилась 116 лет. Хотя Гасконь и стала причиной войны, Эдуард смог выделить немного ресурсов на ее защиту, а ранее, когда английская армия действовала на континенте, она оперировала в северной Франции. В большинстве военных кампаний гасконцы должны были полагаться на собственные силы и испытывали давление со стороны французов. В 1339 году французы осадили Бордо, столицу Гаскони, даже ворвались в город с крупным войском, прежде чем были отброшены. Обычно гасконцы могли выставить 3000–6000 человек, преимущественно пехоту, хотя до двух третей из них находились в гарнизонах. Четкой границы между английской и французской территориями не было. Многие землевладельцы владели разрозненными участками земли, возможно, принося вассальную присягу разным сеньорам, или получая некоторые права от французской короны как монарха, а другие – от английской короны как своего сюзерена. Каждое небольшое поместье, вероятно, имело укрепленную башню или донжон, а более крупные поместья – замки. Укрепления также возводились в стратегически важных транспортных пунктах для сбора пошлин и ограничения передвижения войск; вдоль всех мостов и большинства бродов через многочисленные реки в регионе вырастали укрепленные города. Войска могли обеспечивать себя продовольствием, постоянно перемещаясь. Если же они хотели оставаться на одном месте на длительное время, как это было необходимо для осады замка, то доступ к водным путям был необходим для снабжения продовольствием и фуражом, а также желателен для осадных орудий. Война обычно представляла собой борьбу за владение замками и другими укрепленными пунктами, а также за непостоянную лояльность местной знати; регион находился в состоянии нестабильности на протяжении веков, и многие местные лорды служили тому монарху, которого считали сильнее, независимо от национальной принадлежности. К 1345 году, после восьми лет войны, английские территории в основном состояли из прибрежной полосы от Бордо до Байонны, с изолированными опорными пунктами в глубине страны. Французы имели сильные укрепления по всей бывшей английской Гаскони. Несколько из них непосредственно угрожали Бордо: Либурн, расположенный в 32 км к востоку, позволял французским войскам собираться в одном дне пути от Бордо; сильно укрепленный город Блай находился на северном берегу Жиронды всего в 40 км ниже по течению от Бордо и мог перекрыть его жизненно важные морские коммуникации; крепость Лангон, расположенная в 48 км к югу от Бордо, блокировала сообщение по реке Гаронна вверх по течению и облегчала снабжение любых французских сил, наступающих на Бордо.
Планы
В начале 1345 года Эдуард решил атаковать Францию с трех направлений. Граф Нортгемптон возглавил небольшой отряд в Бретань, немного более крупный отряд под командованием Генриха, графа Дерби, отправился в Гасконь, а основная армия сопровождала Эдуарда в северную Францию или Фландрию. Предыдущий сенешаль Гаскони, Никола де ла Беш, был заменен более опытным Ральфом, графом Стаффордом, который отплыл в Гасконь в феврале с передовым отрядом. 13 марта 1345 года Дерби был назначен королевским лейтенантом в Гаскони и получил контракт на набор 2000 человек в Англии и дополнительных войск непосредственно в Гаскони. Этот подробный контракт имел срок действия шесть месяцев с начала кампании в Гаскони, с возможностью продления Эдуардом III еще на шесть месяцев на тех же условиях. Дерби был наделен значительной автономией; например, его стратегические инструкции звучали так: si guerre soit, et a faire le bien q'il poet ("если будет война, делайте все возможное"). В начале 1345 года французы решили перейти к обороне на юго-западе. Их разведка верно предсказала английские наступления на трех театрах военных действий, но у них не было средств для формирования значительных армий на каждом из них. Они правильно предположили, что англичане сосредоточат основные усилия на северной Франции. Поэтому они направили туда имеющиеся ресурсы, планируя собрать основную армию в Аррасе 22 июля. Юго-западной Франции было рекомендовано полагаться на собственные силы, однако, поскольку перемирие в Малестройте, заключенное в начале 1343 года, все еще действовало, местные феодалы не желали тратить деньги, и практически ничего не было предпринято.
Прелюдия
Силы Дерби высадились в Саутгемптоне в конце мая. Из-за неблагоприятной погоды его флот из 151 судна был вынужден укрыться в Фалмуте на несколько недель во время перехода, и отплыл только 23 июля. Гасконцы, подстрекаемые Стаффордом ожидать прибытия Дерби в конце мая и почувствовав слабость французов, выступили в поход без него. В начале июня гасконцы захватили крупные, слабо охраняемые замки Монтравель и Монбретон на реке Дордонь; оба замка были взяты врасплох, и их захват нарушил хрупкое перемирие в Малестройте. Стаффорд совершил короткий марш на север, чтобы осадить Блей со своим авангардом, состоящим, возможно, из 1000 рыцарей и 3000 пехотинцев гасконских лордов. Установив осаду, он оставил гасконцев продолжать ее и направился в Лангон, к югу от Бордо, где организовал вторую осаду. Англо-гасконские силы у обеих осад могли легко снабжаться по морю. Французы издали срочный призыв к оружию. Тем временем небольшие отряды гасконцев совершали набеги по всему региону. К ним присоединились местные французские группы, и несколько мелких дворян примкнули к англо-гасконцам. Они одержали несколько заметных успехов, но их главным результатом стало сковывание большинства слабых французских гарнизонов в регионе и вынуждение их запрашивать подкрепления. Небольшие мобильные французские войска в регионе сами оказались обездвижены осадами: Кассенёйля в Ажене; Моншампа близ Кондома; и Монкюка, крепкого, но стратегически неважного замка к югу от Бержерака. Обширные территории фактически остались без защиты. Главная армия Эдуарда III отплыла 29 июня. Она стояла на якоре у Слюйса (Sluis) во Фландрии до 22 июля, пока Эдуард занимался дипломатическими делами. Когда они отплыли, вероятно, намереваясь высадиться в Нормандии, их рассеял шторм, и в течение следующей недели они добрались до различных английских портов. После более чем пяти недель, проведенных на борту кораблей, людей и лошадей пришлось высадить. Задержка продолжилась еще на неделю, пока король и его совет обсуждали дальнейшие действия, к тому времени стало ясно, что предпринять какие-либо действия с основной английской армией до наступления зимы невозможно. Узнав об этом, Филипп VI отправил подкрепления в Бретань и Гасконь. 8 августа Петр, герцог Бурбонский, был назначен французским командующим в Гаскони и обосновался в Ажене.
Бержерак
9 августа 1345 года Дерби прибыл в Бордо с 500 вооруженных людей, 500 конных лучников и 1000 английских и валлийских пеших лучников. После двух недель набора и организации Дерби двинулся к Лангону, соединился со Стаффордом и принял командование объединенными силами. До этого момента Стаффорд придерживался осторожной стратегии мелких осад. Намерения Дерби были иными; вместо продолжения осторожной войны осад он решил нанести прямой удар по основным французским силам до их полной концентрации. Узнав о прибытии Дерби, французы сосредоточили свои войска в стратегически важном городе Бержерак, где находился важный мост через реку Дордонь. После военного совета Дерби решил атаковать французов там. Захват города, имевшего хорошие речные пути сообщения с Бордо, предоставил бы англо-гасконской армии базу для ведения войны на французской территории. Это также вынудило бы снять осаду близлежащего союзного замка Монкюк и перерезать коммуникации между французскими войсками к северу и югу от Дордони. Англичане полагали, что если полевую армию французов удастся разбить или отвлечь, город можно будет легко взять. Дерби быстро двинулся и застал французскую армию врасплох, разгромив её в стремительном сражении. Потери французов были значительными: многие были убиты, а большое число попало в плен, включая их командира. Уцелевшие французы из полевой армии объединились вокруг Жана, графа д’Арманьяк, и отступили на север в Перигё. В течение нескольких дней после битвы Бержерак пал под натиском англо-гасконского штурма и был разграблен. После двух недель консолидации и реорганизации Дерби оставил в городе крупный гарнизон и двинулся на север к англо-гасконской крепости Муссидан в долине Изль с 6000–8000 человек. Затем он направился на запад к Перигё, столице провинции, захватывая по пути несколько укрепленных пунктов. Оборона города была устаревшей и заброшенной, но численность французского гарнизона не позволяла предпринять штурм. Дерби блокировал Перигё и захватил крепости, перекрывающие основные дороги в город. Жан, герцог Нормандии, сын и наследник Филиппа VI, собрал армию, численность которой, по сообщениям, превышала 20 000 человек, и начал маневрировать в этом районе. В начале октября крупный отряд снял осаду с города и отбросил войска Дерби, которые отступили в сторону Бордо. Укрепившись, французы начали осаду английских укреплений.
Осада
Основная французская армия в 7000 человек под командованием Людовика Пуатье осадила замок Оберóш к востоку от Перигё. Оберóш возвышается на скалистом мысу, полностью господствующем над рекой Аувезер и дорогой в долине в месте, где долина почти сужается до ущелья. Небольшим англо-гасконским гарнизоном командовал Фрэнк ван Халлен. Французский лагерь был разделён на две части: основная часть солдат расположилась близ реки между замком и деревней, а меньший отряд – для предотвращения попыток прорыва помощи с севера. Хроникер Фруассар рассказывает историю, скорее всего апокрифическую, о том, что солдата, пытавшегося добраться до английских позиций с письмом с просьбой о помощи, захватили и вернули в замок при помощи требушета. Один гонец всё же прорвался через французские линии и достиг Дерби, который уже возвращался в этот район с небольшим отрядом в 1200 английских и гасконских солдат: 400 воинов в доспехах и 800 конных лучников.
Битва
Зная, что его силы уступают противнику, Дерби несколько дней ждал у Перигё прибытия подкрепления под командованием графа Пемброка. Дерби не знал, что другая французская армия, насчитывающая от 9000 до 10 000 человек и возглавляемая герцогом Нормандским, находилась всего в 40 километрах от него. Вечером 20 октября Дерби решил, что дальнейшее ожидание спровоцирует атаку превосходящей французской армии, и приказал начать ночной марш. Армия дважды перешла мелкую реку, и к утру заняла позицию на невысоком лесном холме, примерно в 1,6 километра от основного французского лагеря, расположенного в долине реки. Дерби лично провел разведку французских позиций. Все еще надеясь на прибытие Пемброка в самый последний момент, Дерби созвал военный совет. Было решено, что вместо ожидания и возможной потери преимущества внезапности, армия немедленно атакует и попытается захватить французский лагерь до того, как будет организована эффективная оборона. Дерби разработал план трехстороннего наступления. Атака началась во время вечерней трапезы французов, что обеспечило полный эффект неожиданности. Его лучники вели огонь с лесной опушки на западе по французским позициям. Французы, тесно сбившиеся на узкой луговине, не ожидавшие нападения и не облаченные в доспехи, понесли, по сообщениям, значительные потери. Адам Муримут, современный хронист, оценивает потери французов на этом этапе примерно в 1000 человек. Пока французы были смущены и отвлечены атакой с запада, Дерби совершил кавалерийскую атаку со своими 400 рыцарями с юга. Им пришлось преодолеть открытую местность, чтобы достичь французов. Французские солдаты спешно надевали доспехи, а их командиры пытались сплотить все еще превосходящие силы. Небольшой отряд англо-гасконской пехоты пробрался через лес и вышел во французский тыл, атакуя с северо-запада. Бои в районе лагеря продолжались некоторое время. Холлен понял, что французские войска, охранявшие его выход из замка, либо отвлечены, либо переброшены на помощь сражающимся; он вывел всех доступных всадников и атаковал французов с тыла. Эта внезапная атака окончательно сломила французскую оборону, и они обратились в бегство, преследуемые английской кавалерией. Французы, удерживавшие позиции в небольшом лагере на севере, бежали без боя. Французские потери остаются неизвестными, но были значительными. Муримут утверждает, что только лучники убили 700 рыцарей и более 1000 пехотинцев. Современные историки описывают общие потери как "ужасающие", "чрезвычайно высокие", "поразительные" и "тяжелые". Многие французские дворяне были взяты в плен, а низшие чины, как было принято, были убиты. Французский командующий, Людовик де Пуатье, скончался от ран. Среди выживших пленных были второй по званию Бертран де Л’Иль-Журден, два графа, семь виконтов, три барона, сенашалы Клермона и Тулузы, племянник Папы Римского и так много рыцарей, что их не сосчитали.
Последствия
Французы оставили после себя большое количество добычи и припасов. Это было в дополнение к выкупам, полученным за французских пленных, которые должны были быть выплачены захватившим их воинам и разделены с их сеньорами. Одних лишь выкупов хватило, чтобы многие солдаты в армии Дерби, а также сам Дерби, сколотили состояние. По слухам, он заработал не менее 50 000 фунтов стерлингов (£ на дату) только за пленных, взятых в тот день, что приблизительно соответствовало годовому доходу Эдуарда III. В течение следующего года Филипп VI выплатил значительные суммы из королевской казны в качестве взносов в выкуп пленных. Узнав о поражении, герцог Нормандии пал духом. Несмотря на восьмикратное численное превосходство над англо-гасконскими войсками, он отступил в Ангулем и распустил свою армию. Французы также сняли осаду с других англо-гасконских гарнизонов. Дерби остался практически без сопротивления на шесть месяцев, в течение которых он захватил ряд городов, включая Монтсегюр, Ла-Реоль и Эгийон, значительно расширив английские территории и влияние на юго-западе Франции. После этого конфликта местный моральный дух и, что более важно, престиж в приграничном регионе явно склонились в пользу Англии, обеспечив приток налогов и новобранцев в английские армии. Местные знатные лорды перешли на сторону англичан, приведя с собой значительные отряды. Четырехмесячная кампания была названа «первой успешной сухопутной кампанией Столетней войны», которая началась более восьми лет назад. Благодаря этой победе англичане установили региональное господство, которое продлилось более тридцати лет. Современные историки высоко оценивают полководческий талант Дерби в этой кампании, называя его «блестящим и новаторским тактиком», отмечая, что он «достиг уровня гения», был «великолепен», «поразителен» и «блестящ». Хроникер, писавший через пятьдесят лет после этих событий, описал его в «Хрониках четырех первых Валуа» как «одного из лучших воинов в мире». В 1346 году Дерби возглавил еще одну успешную кампанию.