Введение

В марте 1990 года алжирское правительство штурмом взяло дом и арестовало находившихся там членов FIS. Харкат отсутствовал, и его дядя предупредил его о том, что силы безопасности его разыскивают.

Уезжаю из Алжира

Харкат отправился в Саудовскую Аравию в апреле 1990 года, используя паспорт для совершения хаджа. Следующие четыре года Харкат работал и жил на складе Бабби. Он забирал поставки продовольствия и гуманитарной помощи для лагерей беженцев в городе из аэропорта и железнодорожной станции Пешавара, зарабатывая от 300 до 500 долларов в месяц. CSIS утверждает, что в этот период он также работал в организации Human Concern International. Они предполагают, что это означало, что он был коллегой Ахмеда Кадра, и что он, возможно, руководил гостевым домом для иностранных моджахедов, направлявшихся для участия в гражданской войне в Афганистане. В июне 1994 года Харкат потерял работу и в течение следующего года жил на свои сбережения в размере 18 000 долларов. CSIS утверждает, что Пача Вазир, о котором, по их мнению, упоминает Харкат, является гражданином ОАЭ, известным своими связями с «Аль-Каидой». Канадская служба безопасности (CSIS) утверждает, что Харкат и «Мохаммад Аднани» – это один и тот же человек, и что в этот период он присоединился к более радикальному крылу FIS – Groupe Islamique Armé. Они утверждают, что впоследствии он примкнул к Gama`at Islamiyya. CSIS отказывается предоставить источник этой информации, заявляя, что она получена из «открытых источников». В Куала-Лумпуре он приобрел поддельный саудовский паспорт на имя Мохаммеда М. Мохаммеда С. Аль Кахтани за 1200 долларов у незнакомца по имени Абу Абдалла Пакистанец, чтобы иметь его в дополнение к своему алжирскому паспорту. Для посещения Канады саудовским паспортам не требовалась въездная виза.

В Канаде

6 октября 1995 года Харкат вылетел из Малайзии в Торонто через Соединенное Королевство, имея при себе около 1000 долларов. Харкат заявил, что в случае возвращения ему грозит преследование со стороны алжирского правительства из-за его прежнего членства в FIS. Его заявление было удовлетворено 24 февраля 1997 года. После пятичасовой поездки они больше не встречались. Харкат также поддерживал связь с Фахадом аль-Шехри, который впоследствии был депортирован из страны. В 2004 году он отказался от своих прежних отрицаний и признался, что использовал это имя в Пакистане. Он пристрастился к азартным играм и проиграл несколько тысяч долларов, что побудило власти выяснить, откуда у него взялись деньги. Он сообщил, что некий Ваэль, общий друг его близкого друга Абдель Мохтара, прибыл в Канаду с 60 000 долларов для открытия бизнеса. Ваэлю понравился Харкат, и он предложил ему заем в 10 000 долларов, а затем еще 8 000 долларов для открытия антикварного магазина и автозаправочной станции. Харкат также утверждал, что деньги поступили от Мохтара, а не от Ваэля. Позже выяснилось, что одним из агентов CSIS, ответственных за сбор информации о Харкате, была Тереза Салливан, уволенная в 2002 году после того, как она вступила в интимную связь с одним из своих информаторов. Учитывая это, Харкат в суде задался вопросом, насколько достоверна информация, которую она предоставила CSIS о нем. Согласно публичным заявлениям, Абу Зубайда, подвергшийся пыткам методами имитации утопления во время допросов американскими властями, описал человека, "похожего" на Харката, который руководил гостевым домом в Пакистане, использовавшимся для переброски моджахедов в Чечню, хотя он не называл имени Харката. 22 марта 2005 года судья Федерального суда Элеонора Доусон признала сертификат безопасности, связывающий Харката, обоснованным. В апреле 2006 года он был переведен вместе с четырьмя другими задержанными в отделение в исправительном учреждении Миллхейвен, специально построенное для лиц, содержащихся под охраной на основании сертификатов безопасности.

Выпуск и последующие испытания

23 мая 2006 года Харкат был освобожден под залог в 100 000 долларов США судьей Доусоном. Ему также было предписано носить электронный браслет и воздержаться от использования средств электронной связи. Любые выезды из дома должны были быть одобрены Агентством пограничных служб Канады (CBSA) не менее чем за 48 часов. CBSA также имела право на постоянный доступ в его дом, утверждать всех посетителей и сопровождать его двумя агентами во время любых выездов. 13–14 июня 2006 года Верховный суд Канады рассматривал дело Harkat v. Canada, касающееся конституционности свидетельств о безопасности. 22 декабря адвокат Харката, Пол Коупленд, объявил, что главный судья Федерального суда Аллан Лутфи санкционирует судебный пересмотр первоначального ордера на депортацию в Федеральном суде. Агентство пограничных служб Канады (CBSA) увеличило штат агентов наблюдения на шесть человек для круглосуточного наблюдения за Харкатом, что обошлось в 868 700 долларов в год, приобрело новый автомобиль стоимостью 31 000 долларов для слежки и тратило 5000 долларов в месяц на мониторинг электронного браслета Харката. 29 января 2008 года агенты CBSA вошли в дом Харката, когда он принимал душ, и произвели его арест, ссылаясь на нарушение условий залога, поскольку его свекровь не проживала в доме несколько дней после ссоры с мужем. Он был освобожден после допроса. 24 сентября 2008 года судья Саймон Ноэль постановил, что CSIS должна раскрыть свои "секретные" доказательства против Харката, предоставив ему и его адвокатам доступ к материалам. CSIS заявила, что это может занять до шести месяцев. В мае 2009 года судья Ноэль выразил обеспокоенность нежеланием CSIS делиться информацией о надежности информатора, давшего показания против Харката, и приказал передать конфиденциальные файлы адвокатам защиты Харката, имеющим соответствующий допуск. CSIS заявила, что уничтожила все оригиналы доказательств и предоставила суду и адвокатам защиты копии. Хотя это теоретически открыло путь к его депортации в Алжир, риск пыток в случае возвращения требует от Агентства пограничных служб Канады взвесить эти риски перед его выдворением из Канады. В марте 2016 года кинорежиссер Александр Трюдо, младший брат премьер-министра Джастина Трюдо, написал письмо министру общественной безопасности Ральфу Гудэйлу с просьбой разрешить Харкату остаться, что побудило Эрина О’Тула, консервативного критика в области общественной безопасности, и организацию Democracy Watch потребовать от премьер-министра самоустраниться от принятия любых решений относительно Харката.

Процесс оценки опасности

Решение о правомерности сертификата безопасности Харката стало окончательным, когда оно было подтверждено Верховным судом Канады в 2014 году. Однако процесс его выдворения остается незавершенным. Следующим этапом процесса является так называемая стадия оценки угрозы. CBSA запросила заключение министра общественной безопасности и готовности к чрезвычайным ситуациям о том, представляет ли г-н Харкат угрозу национальной безопасности, достигает ли характер и тяжесть совершенных им действий серьезного уровня, и, если да, то перевешивает ли риск, которому подвергнется г-н Харкат в случае депортации, угрозу национальной безопасности. Пакет материалов для оценки угрозы с представлениями г-на Харката был передан в Иммиграционное, беженское и гражданское управление Канады для принятия решения 8 марта 2017 года, а старшему сотруднику было поручено рассмотреть дело 31 марта 2017 года. Решение по его делу было принято 2 октября 2018 года, в котором делегат министра постановил, что г-ну Харкату не следует разрешать оставаться в Канаде, учитывая характер и тяжесть совершенных им действий. Адвокат Харката, Барбара Джекман, сообщила Al Jazeera, что в ноябре 2018 года она подала запрос на судебный пересмотр приказа о депортации. Она заявила, что по состоянию на декабрь 2019 года Федеральный суд не получил всей информации, на основании которой правительство приняло решение о выдворении, и без полного пакета документов неясно, когда дело будет рассматриваться. Джекман обратилась в суд с просьбой о повышении почасовой ставки и оплате услуг экспертов, в чем ей было отказано в июне 2020 года на основании того, что г-н Харкат не обжаловал отказ в предоставлении юридической помощи и предоставил суду недостаточно информации о своем финансовом положении. По состоянию на 2023 год Харкат продолжал оспаривать условия своего освобождения и меры контроля. Федеральный суд продолжал требовать от Bell Mobility предоставлять CBSA записи телефонных звонков и SMS-сообщений г-на Харката. Также продолжался судебный пересмотр его приказа о депортации, и специальный адвокат г-на Харката, имеющий право ознакомиться с конфиденциальной информацией, подал письменные аргументы в суд 9 марта 2023 года.