Педерастия в Древней Греции: Социальный институт и культурные аспекты

Введение

Социальный институт Древней Греции

Педерастия в Древней Греции представляла собой социально признанные романтические отношения между старшим мужчиной (эрастом) и молодым мужчиной (эроменом), обычно подростком. Это было характерно для архаического и классического периодов. Влияние педерастии на греческую культуру этих периодов было настолько велико, что она была названа «главной культурной моделью свободных отношений между гражданами». Некоторые ученые полагают, что ее истоки лежат в ритуалах посвящения, в особенности в обрядах инициации на Крите, где она была связана с поступлением на военную службу и религией Зевса. Она не имеет формального отражения в гомеровских эпосах и, возможно, развилась в конце VII века до н.э. как аспект греческой гомосоциальной культуры, которая также характеризовалась спортивной и художественной наготой, поздними браками для аристократов, симпосиями и социальной изоляцией женщин. Однако, возможно, этот обычай существовал и раньше. Действительно, отношения между Ахиллом и Патроклом, описанные в «Илиаде», самими классическими греками, особенно в «Пире» Платона, часто интерпретируются как романтические. Более того, однополые отношения между мужчинами, по-видимому, были распространены во всем древнем мире и засвидетельствованы в таких разных культурах, как кельты, римляне, китайцы и японцы, и это лишь некоторые примеры. Кроме того, чрезвычайное разнообразие обычаев, касающихся гомосексуальных отношений среди греков, говорит о том, что эта практика не возникла быстро в VII веке, а скорее органично развивалась в течение длительного периода времени по всему греческому миру. Педерастия подвергалась как идеализации, так и критике в древней литературе и философии. Недавно было высказано предположение, что идеализация была универсальной в архаический период, а критика началась в Афинах как часть общей классической афинской переоценки архаической культуры. Ученые спорят о роли и масштабах педерастии, которые, вероятно, варьировались в зависимости от местных обычаев и индивидуальных склонностей. Английское слово «педерастия» в современном употреблении может подразумевать насилие над несовершеннолетними в некоторых юрисдикциях, но, например, в афинском законодательстве признавались как согласие, так и возраст как факторы, регулирующие сексуальное поведение.

Pederasty in ancient Greece was a socially acknowledged romantic relationship between an older male (the erastes) and a younger male (the eromenos) usually in his teens. It was characteristic of the Archaic and Classical periods. The influence of pederasty on Greek culture of these periods was so prevalent that it has been called "the principal cultural model for free relationships between citizens." Some scholars locate its origin in initiation ritual, particularly rites of passage on Crete, where it was associated with entrance into military life and the religion of Zeus. It has no formal existence in the Homeric epics, and may have developed in the late 7th century BC as an aspect of Greek homosocial culture, which was characterized also by athletic and artistic nudity, delayed marriage for aristocrats, symposia, and the social seclusion of women. However, it is also possible that custom long predates this. Indeed the relationship between Achilles and Patroclus as depicted in the Iliad is famously interpreted as romantic in nature by the classical Greeks themselves most notably in The Symposium of Plato. Furthermore, the presence of same sex relationships between men seems to have been common throughout the ancient world and is attested in cultures as disparate as the Celts, Romans, Chinese and Japanese to name but a few. Moreover, the extremely varied customs pertaining to homosexual relationships among the Greeks suggests that the practice did not rapidly rise in the 7th century but rather developed organically over an extended period of time across the Greek world. Pederasty was both idealized and criticized in ancient literature and philosophy. The argument has recently been made that idealization was universal in the Archaic period; criticism began in Athens as part of the general Classical Athenian reassessment of Archaic culture. Scholars have debated the role or extent of pederasty, which is likely to have varied according to local custom and individual inclination. The English word "pederasty" in present day usage might imply the abuse of minors in certain jurisdictions, but Athenian law, for instance, recognized both consent and age as factors in regulating sexual behavior.

Происхождение

Греческая практика педерастии внезапно приобрела известность в конце архаического периода греческой истории. Существует бронзовая табличка с Крита, датируемая примерно 650–625 гг. до н.э., которая является самым древним сохранившимся изображением педерастического обычая. Подобные изображения появляются по всей Греции в течение следующего столетия; литературные источники свидетельствуют о том, что к V веку до н.э. это стало устоявшимся обычаем во многих городах. Критская педерастия как социальный институт, по-видимому, основывалась на инициации, включавшей похищение. Мужчина (φιλήτωρ – philetor, "возлюбленный") выбирал юношу, привлекал к помощи друзей избранника и уводил объект своей привязанности в свой андрейон – своего рода мужской клуб или зал для собраний. Юноша получал подарки, а возлюбленный вместе с друзьями уезжал с ним на два месяца в сельскую местность, где они охотились и пировали. По истечении этого срока возлюбленный дарил юноше три подарка, предусмотренных соглашением: воинское облачение, быка и чашу для питья. За этим следовали другие дорогостоящие дары. По возвращении в город юноша приносил быка в жертву Зевсу, а его друзья присоединялись к нему на пиру. Он получал особую одежду, которая в зрелом возрасте отмечала его как клейноса, "знаменитого, прославленного". Посвященного называли парастатесом, "стоящий рядом", возможно, потому что, подобно Ганимеду, виночерпию Зевса, он стоял у возлюбленного во время трапез в андрейоне и подавал ему чашу, которая была торжественно вручена. В этой интерпретации формальный обычай отражает миф и ритуал.

Социальные аспекты

Отношения erastês erômenos играли роль в классической греческой социальной и образовательной системе, имели свой собственный сложный социальный сексуальный этикет и были важным социальным институтом среди высших классов. Педерастию понимали как воспитательную, и греческие авторы от Аристофана до Пиндара чувствовали, что она естественно присутствует в контексте аристократического образования (paideia). В целом, педерастия, как описано в греческих литературных источниках, является институтом, зарезервированным для свободных граждан, возможно, рассматривается как диадическое наставничество. По словам историка Сары Айлс Джонстон, "в Греции педерастика была широко принята как часть взрослого развития мужчины, хотя ее назначение до сих пор широко обсуждается". Сцена из Симпозиума Ксенофона, а также из Платона Протагора, разворачивается в доме Каллиаса III во время банкета, организованного им для его любимого Автолика в честь победы, одержанной красивым молодым человеком в пятиборье на Панафенейских играх. На Крите, чтобы ухажер мог совершить ритуальный похищение, отец должен был одобрить его как достойного чести. Среди афинян, как утверждает Сократ в "Симпозиуме" Ксенофона, "ничто [в том, что касается мальчика] не скрывается от отца, идеальным любовником". Чтобы защитить своих сыновей от неуместных попыток соблазнить их, отцы назначали рабов, называемых педагогами, чтобы они наблюдали за их сыновьями. Однако, как писал Эсхин, афинянские отцы молились, чтобы их сыновья были красивыми и привлекательными, зная, что впоследствии они привлекут внимание мужчин и "будут предметом ссор из-за эротических страстей". Возраст мальчиков, вступивших в такие отношения, был совпадающим с возрастом греческих девушек, выдаваемых замуж, часто за взрослых мужей, которые были старше их на много лет. Однако мальчиков обычно приходилось ухаживать и они могли свободно выбирать себе жену, в то время как браки для девочек устраивались по желанию отца и жениха в целях экономических и политических выгод. Обычно, после того как сексуальные отношения закончились, и молодой человек женился, старший мужчина и его протеже оставались в близких отношениях на протяжении всей жизни. В некоторых частях Греции педерастия была приемлемой формой гомоэротизма, которая имела другие, менее социально приемлемые проявления, такие как сексуальное использование рабов или быть порносом (проституткой) или хетайросом (мужским эквивалентом хетайры). Проституция мужчин считалась совершенно обычным делом, и посещение проституток любого пола считалось совершенно приемлемым для мужчин. Однако подростков-граждан свободного статуса, которые занимались проституцией, иногда высмеивали, и по закону Аттика им постоянно запрещалось выполнять около семи официальных функций, потому что считалось, что, поскольку они продали свое собственное тело "для удовольствия других" (ἐφ' βρει, eph' hybrei), они не колебались бы продавать интересы сообщества в целом.

The erastês erômenos relationship played a role in the Classical Greek social and educational system, had its own complex social sexual etiquette and was an important social institution among the upper classes. Pederasty has been understood as educative, and Greek authors from Aristophanes to Pindar felt it naturally present in the context of aristocratic education (paideia). In general, pederasty as described in Greek literary sources is an institution reserved for free citizens, perhaps to be regarded as a dyadic mentorship. According to historian Sarah Iles Johnston, "pederasty was widely accepted in Greece as part of a male's coming of age, even if its function is still widely debated". The scene of Xenophon's Symposium, and also that of Plato's Protagoras, is set at Callias III's house during a banquet hosted by him for his beloved Autolykos in honour of a victory gained by the handsome young man in the pentathlon at the Panathenaic Games. In Crete, in order for the suitor to carry out the ritual abduction, the father had to approve him as worthy of the honor. Among the Athenians, as Socrates claims in Xenophon's Symposium, "Nothing [of what concerns the boy] is kept hidden from the father, by an ideal lover". To protect their sons from inappropriate attempts at seduction, fathers appointed slaves called pedagogues to watch over their sons. However, according to Aeschines, Athenian fathers would pray that their sons would be handsome and attractive, with the full knowledge that they would then attract the attention of men and "be the objects of fights because of erotic passions". The age range when boys entered into such relationships was consonant with that of Greek girls given in marriage, often to adult husbands many years their senior. Boys, however, usually had to be courted and were free to choose their mate, while marriages for girls were arranged for economic and political advantage at the discretion of father and suitor. Typically, after their sexual relationship had ended and the young man had married, the older man and his protégé would remain on close terms throughout their life. In parts of Greece, pederasty was an acceptable form of homoeroticism that had other, less socially accepted manifestations, such as the sexual use of slaves or being a pornos (prostitute) or hetairos (the male equivalent of a hetaira). Male prostitution was treated as a perfectly routine matter and visiting prostitutes of either sex was considered completely acceptable for a male citizen. However, adolescent citizens of free status who prostituted themselves were sometimes ridiculed, and were permanently prohibited by Attic law from performing some seven official functions because it was believed that since they had sold their own body "for the pleasure of others" (ἐφ' ὕβρει, eph' hybrei), they would not hesitate to sell the interests of the community as a whole.

Политическое выражение

Нарушения обычаев, касающихся надлежащего проявления гомосексуальности в рамках педерастии, могли быть использованы для подрыва репутации публичного деятеля. В своей речи «Против Тимарха» 346 г. до н.э. афинский политик Эсхин возражает против дальнейшего предоставления Тимарху, опытному политику среднего возраста, определенных политических прав, поскольку аттический закон запрещал осуществление этих прав любому, кто занимался проституцией, а Тимарх был известен тем, что провел юность в качестве сексуального партнера ряда состоятельных мужчин ради получения денег. Такой закон существовал, поскольку считалось, что тот, кто продал свое тело, не побоится продать и интересы государства. Афиней сообщает, что «Иероним, ученик Аристотеля, говорит, что любовь к юношам была в моде, поскольку несколько тираний были свергнуты молодыми людьми в самом расцвете сил, объединенными товариществом и взаимной симпатией». В качестве примеров таких педерастических пар он приводит афинян Гармодия и Аристогетона, которым приписывали (возможно, символически) свержение тирана Гиппия и установление демократии, а также Харитона и Меланиппа. Другие, например Аристотель, утверждали, что критские законодатели поощряли педерастию как средство контроля над численностью населения, направляя любовь и сексуальное влечение в бесплодные русла: и законодатель разработал множество мудрых мер для обеспечения умеренности в еде и раздельного проживания женщин, чтобы они не рожали много детей, для чего он и учредил общение с мужчинами.

Визуальные искусства

Греческая вазовая живопись является основным источником для исследователей, стремящихся понять взгляды и практики, связанные с педерастией. На аттических вазах с чёрными фигурами изображены сотни педерастических сцен. В начале XX века Джон Бизли классифицировал педерастические вазы на три типа: эрастес и эроменос стоят лицом друг к другу; эрастес, сгибая колени, одной рукой тянется к подбородку возлюбленного, а другой – к его гениталиям. Эрастес дарит эромену небольшой подарок, иногда животное. Влюблённые занимаются сексом в положении "между ног". Определённые подарки, традиционно даримые эроменосу, стали символами, способствовавшими интерпретации сцены как педерастической. Подарки в виде животных – чаще всего зайцев и петухов, но также оленей и кошек – указывают на охоту как на аристократическое развлечение и как на метафору сексуального влечения. Эти подарки обычно дарили мальчикам, в то время как женщинам часто давали деньги за сексуальные услуги. Эта разница в подарках укрепляла близость педерастических отношений. Женщины получали деньги как результат сексуального обмена, а мальчикам дарили культурно значимые подарки. Изображения подарков мальчикам часто встречаются в древнегреческом искусстве, в то время как изображения денег, даваемых женщинам за секс, – нет. Откровенный характер некоторых изображений привёл, в частности, к дискуссиям о том, получал ли эроменос активное удовольствие от полового акта. Юного возлюбленного никогда не изображают с эрекцией; его пенис "остаётся вялым даже в тех обстоятельствах, в которых можно было бы ожидать реакции пениса любого здорового подростка". Прикосновения к гениталиям юноши были одним из самых распространённых образов педерастического ухаживания на вазах, этот жест упоминается также в комедии Аристофана «Птицы» (строка 142). Некоторые вазы изображают младшего партнёра сексуально отзывчивым, что заставило одного учёного задаться вопросом: «Какова могла быть цель этого акта, если влюблённые не получали никакого удовольствия от ощущения и наблюдения за тем, как развивающийся орган мальчика пробуждается и реагирует на их ручную стимуляцию?» Хронологическое изучение вазовых росписей показывает изменение эстетики в изображении эроменоса. В VI веке до н.э. он изображается как молодой, небритый мужчина с длинными волосами, взрослого роста и телосложения, обычно обнажённый. С началом V века он становится меньше и слабее, "едва пубертатным", и часто одет как девушка. Никакие выводы о социальных обычаях не следует делать, основываясь только на этом элементе сцены ухаживания.

Greek vase painting is a major source for scholars seeking to understand attitudes and practices associated with paiderastia. Hundreds of pederastic scenes are depicted on Attic black figure vases. In the early 20th century, John Beazley classified pederastic vases into three types:
The erastês and erômenos stand facing each other; the erastês, knees bent, reaches with one hand for the beloved's chin and with the other for his genitals. The erastês presents the erômenos with a small gift, sometimes an animal. The standing lovers engage in intercrural sex. Certain gifts traditionally given by the erômenos became symbols that contributed to interpreting a given scene as pederastic. Animal gifts—most commonly hares and roosters, but also deer and felines—point toward hunting as an aristocratic pastime and as a metaphor for sexual pursuit. These animal gifts were commonly given to boys, whereas women often received money as a gift for sex. This difference in gifts furthered the closeness of pederastic relations. Women received money as a product of the sexual exchange and boys were given culturally significant gifts. Gifts given to boys are commonly depicted in ancient Greek art, but money given to women for sex is not. The explicit nature of some images has led in particular to discussions of whether the erômenos took active pleasure in the sex act. The youthful beloved is never pictured with an erection; his penis "remains flaccid even in circumstances to which one would expect the penis of any healthy adolescent to respond willy nilly". Fondling the youth's genitals was one of the most common images of pederastic courtship on vases, a gesture indicated also in Aristophanes' comedy Birds (line 142). Some vases do show the younger partner as sexually responsive, prompting one scholar to wonder, "What can the point of this act have been unless lovers in fact derived some pleasure from feeling and watching the boy's developing organ wake up and respond to their manual stimulation?" Chronological study of the vase paintings reveals a changing aesthetic in the depiction of the erômenos. In the 6th century BC, he is a young beardless man with long hair, of adult height and physique, usually nude. As the 5th century begins, he has become smaller and slighter, "barely pubescent", and often draped as a girl would be. No inferences about social customs should be based on this element of the courtship scene alone.

Поэзия

В произведениях мегарского поэта Теогниса, адресованных Кирнусу (др.-греч. Κύρνος), содержится множество упоминаний о педерастии. Некоторые части теогнидовского корпуса, вероятно, не принадлежат автору из Мегары, а скорее представляют собой "несколько поколений мудрой поэзии". Эти стихи – "социальные, политические или этические наставления, переданные Кирну в процессе его взросления и формирования как мегарского аристократа по образу и подобию Теогниса". Отношения между Теогнисом и Кирном не поддаются однозначной классификации. Хотя в античности предполагалось, что Кирн был эроменом поэта, наиболее откровенно эротические стихи не адресованы ему. Поэзия о "радостях и горестях" педерастии представляется более уместной для обмена с другим эрастом, возможно, в обстановке симпосия – "в любом случае, связь остается неясной". В целом, Теогнис (и традиция, сложившаяся под его именем) рассматривает педерастические отношения как имеющие выраженный педагогический характер. В поэтических традициях Ионии и Эолиды были такие поэты, как Анакреон, Мимнерм и Алкей, которые сочинили множество симпосийских сколиев, впоследствии вошедших в состав материкового поэтического наследия. Ибик происходил из Регия на западе Греции и развлекал двор Поликрата на Самосе педерастическими стихами. В отличие от Теогниса, эти поэты изображают педерастию как лишенную педагогического аспекта, сосредоточенную исключительно на любви и соблазнении. Феокрит, эллинистический поэт, описывает состязание поцелуев юношей, проходившее у гробницы некоего Диокла из Мегары, воина, прославившегося своей любовью к юношам; он отмечает, что в данном случае уместно было воззвать к Ганимеду.

Сексуальные практики

Рисунки на вазах и упоминания о бедрах эроменоса в поэзии указывают на то, что при сексуальных актах между педерастической парой предпочтительной формой было межъяждренное положение. Чтобы сохранить достоинство и честь, эроменос ограничивает мужчину, испытывающего к нему желание, проникновением между сомкнутыми бедрами. Нет известных изображений анального секса между педерастическими парами. На некоторых вазовых росписях, которые историк Уильям Перси считает четвертым типом педерастической сцены, помимо трех, выделенных Бизли, изображен эрастес, сидящий с эрекцией, а эроменос либо приближается к нему, либо забирается к нему на колени. Композиция этих сцен аналогична изображениям женщин, восседающих на сидящих и возбужденных мужчинах для полового акта. Как культурная норма, не зависящая от личных предпочтений, анальное проникновение чаще всего считалось бесчестным для того, кто подвергается ему, или постыдным из-за "потенциального сходства с женщиной" и опасения, что это может отвлечь эроменоса от активной, проникающей роли в будущем. В басне, приписываемой Эзопу, рассказывается, как Эсхина (Стыд) согласилась войти в тело человека сзади, только если Эрос не последует тем же путем, и немедленно улетит, если он это сделает. Мужчина, принимающий анальный секс, мог подвергнуться оскорблению "кинаид", означающему "женоподобный". Никакого стыда не вызывало межъяждренное проникновение или любые другие действия, не связанные с анальным проникновением. Эта интерпретация во многом основана на тезисе, представленном Кеннетом Довером в 1979 году. Оральный секс также не изображается и не подразумевается напрямую; анальное и оральное проникновение, по-видимому, были зарезервированы для проституток или рабов. Довер утверждал, что эроменос в идеале не должен испытывать "немужественное" желание к эрасту. В "Федре" Платона говорится, что со временем у эроменоса развивается "страстное томление" по эрасту и "взаимная любовь" (антерос) к нему, являющаяся отражением любви эраста. Также говорится, что эроменос испытывает желание "подобное желанию эраста, хотя и более слабое, - видеть его, касаться его, целовать его и лежать с ним".

Vase paintings and references to the erômenos's thighs in poetry indicate that when the pederastic couple engaged in sex acts, the preferred form was intercrural. To preserve his dignity and honor, the erômenos limits the man who desires him to penetration between closed thighs. There are no known visual depictions of anal sex between pederastic couples. Some vase paintings, which historian William Percy considers a fourth type of pederastic scene in addition to Beazley's three, show the erastês seated with an erection and the erômenos either approaching or climbing into his lap. The composition of these scenes is the same as that for depictions of women mounting men who are seated and aroused for intercourse. As a cultural norm considered apart from personal preference, anal penetration was most often seen as dishonorable to the one penetrated, or shameful, because of "its potential appearance of being turned into a woman" and because it was feared that it may distract the erômenos from playing the active, penetrative role later in life. A fable attributed to Aesop tells how Aeschyne (Shame) consented to enter the human body from behind only as long as Eros did not follow the same path, and would fly away at once if he did. A man who acted as the receiver during anal intercourse may have been the recipient of the insult "kinaidos", meaning effeminate. No shame was associated with intercrural penetration or any other act that did not involve anal penetration. This interpretation is largely based on the thesis presented by Kenneth Dover in 1979. Oral sex is likewise not depicted, or directly suggested; anal and oral penetration seem to have been reserved for prostitutes or slaves. Dover maintained that the erômenos was ideally not supposed to feel "unmanly" desire for the erastês. In Plato's Phaedrus, it is related that, with time, the erômenos develops a "passionate longing" for his erastês and a "reciprocal love" (anteros) for him that is a replica of the erastês’ love. The erômenos is also said to have a desire "similar to the erastes', albeit weaker, to see, to touch, to kiss and to lie with him".

Афины

Многие из описанных выше практик связаны с Афинами, а аттическая керамика – важнейший источник для современных исследователей, стремящихся понять институт педерастии. В Афинах, как и в других местах, педерастия, по всей видимости, была свойственна аристократии. Возраст юношей, изображенных на ней, оценивается в пределах от 12 до 18 лет. Ряд афинских законов регулировал педерастические отношения.

Греческий Восток

В отличие от дорийцев, где у взрослого мужчины обычно был только один эромен (юноша), на востоке мужчина мог иметь несколько эроменосов на протяжении жизни. Поэмы Алкея свидетельствуют о том, что взрослый мужчина обычно приглашал своего эроменоса разделить с ним трапезу.

Крит

Греческая педерастия, по-видимому, уже была институционализирована на Крите во времена Талета, включая "Танец обнаженных юношей". Предполагается, что Крит и Спарта оказали влияние на афинскую педерастию. Согласно Ксенофону, отношения ("союз") между мужчиной и юношей могли быть допустимы, но лишь при условии, что они основывались на дружбе и любви, а не исключительно на физическом, сексуальном влечении, которое считалось "гнушением", приравниваемым к кровосмешению. Напротив, Плутарх утверждает, что когда спартанские юноши достигали половой зрелости, они становились доступными для сексуальных отношений со старшими мужчинами. Элиан говорит об обязанностях старшего спартанского гражданина по отношению к более молодым и менее опытным в сексуальном плане юношам. Историк Томас Ф. Сканлон утверждает, что Спарта в период своего дорийского полиса была первым городом, практиковавшим спортивную наготу, и одним из первых, кто формализовал педерастию. Спарта также импортировала песни Талета с Крита. Исследователи спартанской цивилизации, такие как Пол Картледж, остаются в неведении относительно сексуальной составляющей этого института. Картледж подчеркивает, что термины "εισπνήλας" ("eispnílas") и "αΐτας" ("aḯtas") несут морализаторский и педагогический смысл, указывающий на отношения с отцовским характером, но утверждает, что сексуальные отношения были возможны в некоторых или большинстве случаев. Однако характер этих возможных сексуальных отношений остается предметом споров и утрачен для истории.

Мегара

Мегара поддерживала хорошие отношения со Спартой и, возможно, испытывала культурное влечение к подражанию спартанским обычаям в VII веке, когда предполагается, что педерастия впервые была формализована в дорийских городах. Мегара была одним из первых городов после Спарты, где практиковалась спортивная нагота, и родиной бегуна Орсиппа, прославившегося тем, что первым пробежал голым на Олимпийских играх и стал "первым из всех греков, удостоенным венца победителя обнажённым". В одном из своих стихотворений мегарский поэт Феогнид рассматривал спортивную наготу как прелюдию к педерастии, написав: "Счастлив тот любовник, что тренируется обнажённым / И затем возвращается домой, чтобы весь день спать с красивым юношей".

Беотия

Законодатель Филолай Коринфский, возлюбленный победителя стадиона Диокла Коринфского на древних Олимпийских играх 728 года до н.э., разработал законы для тебанцев в VIII веке до н.э., которые оказывали особую поддержку мужским союзам, способствуя развитию тебанской педерастии. В отличие от других мест в Древней Греции, тебанская педерастия поощряла сохранение союза между мужчинами даже после достижения младшим совершеннолетия, как это было в случае с ним и Диоклом, которые прожили вместе в Фивах до конца жизни. По словам Плутарха, тебанская педерастия была учреждена как средство воспитания юношей, чтобы "смягчить их природную жестокость, пока они молоды" и "умеренствовать нравы и характеры молодежи". Согласно преданию, Священный отряд Фив состоял из пар, связанных педерастическими отношениями. Боэотская керамика, в отличие от афинской, не демонстрирует три типа педерастических сцен, выделенных Бизли. Недостаточное количество сохранившихся и каталогизированных образцов керамики, изготовленной в Беотии, снижает значимость этих данных для выявления специфической местной традиции педерастии.

Современная наука

Этические взгляды, которые были у древних обществ, таких как Афины, Фивы, Крит, Спарта, Элис и другие, на практику педерастии, исследовались учеными только с конца XIX века. Одним из первых, кто это сделал, был Джон Аддингтон Саймондс, написавший свою основополагающую работу «Проблема греческой этики» в 1873 году, но после частного издания в 10 экземплярах (1883), работа была опубликована в пересмотренной форме только в 1901 году. Эдвард Карпентер расширил масштаб исследования своей работой 1914 года «Промежуточные типы среди примитивных народов». В тексте рассматриваются гомоэротические практики всех типов, а не только педерастические, и охватывают культуры по всему миру. В Германии исследование продолжил классик Пол Брандт, писавший под псевдонимом Ханс Лихт, опубликовавший «Сексуальную жизнь в Древней Греции» в 1932 году. Книга Кеннета Довера «Греческая гомосексуальность» (1978) вызвала ряд дебатов, которые продолжаются до сих пор. Социолог XX века Мишель Фуко заявил, что педерастия была «проблематизирована» в греческой культуре, что она была «объектом особой и особенно интенсивной моральной озабоченности», которая была «подвержена сложнейшему взаимодействию позитивных и негативных факторов, затрудняющему понимание этики, которой она руководствовалась». Современная линия мысли, идущая от Довера к Фуко и Дэвиду М. Халперину, утверждает, что эромен не отвечал на любовь и желание эрастеса, и что отношения строились на сексуальном доминировании старшего над младшим, на политике проникновения, которая считалась характерной для отношений всех взрослых афинян с теми, кто был ниже их по социальному статусу – мальчиками, женщинами и рабами. Эту теорию также выдвинула Ева Кёльс. Аналогично, Энид Блох утверждает, что многие греческие мальчики в этих отношениях могли быть травмированы, осознавая, что они нарушают социальные нормы, поскольку «самым постыдным, что могло случиться с любым греческим мужчиной, было проникновение другим мужчиной». Она далее утверждает, что вазы, изображающие «мальчика, стоящего совершенно неподвижно, когда мужчина тянется к его гениталиям», указывают на то, что мальчик, возможно, был «психологически обездвижен, не в состоянии двигаться или убежать». С этих и предыдущих точек зрения, отношения характеризуются разницей в силе между участниками и по существу асимметричны. Другие ученые указывают на большее количество произведений искусства на вазах, в поэзии и философских трудах, таких как платоническое обсуждение антероса, «возвращенной любви», все из которых демонстрируют нежность, желание и любовь со стороны эромена, отвечающие на чувства эрастеса. Критики позиции, защищаемой Довером, Блохом и их последователями, также указывают на то, что они игнорируют все материалы, которые опровергали их «чрезмерно теоретическую» интерпретацию человеческих и эмоциональных отношений, и утверждают, что «очевидно, формировалась взаимная, добровольная связь», и что «это современная сказка о том, что юный эромен никогда не испытывал возбуждения». Позиция Халперина подверглась критике Томаса К. Хаббарда как «постоянно негативная и осуждающая риторика, подразумевающая эксплуатацию и доминирование как фундаментальные характеристики досовременных сексуальных моделей», оспаривая ее как полемику «основных ассимиляционистских апологетов геев» и попытку «демонизировать и очистить движение» от всех неортодоксальных мужских сексуальностей, особенно тех, которые связаны со взрослыми и подростками. Как отметил классический историк Робин Осборн, историческое обсуждение педерастии осложняется моральными стандартами XXI века: задача историка – обратить внимание на личные, социальные, политические и, безусловно, моральные проблемы, лежащие в основе литературных и художественных представлений греческого мира. Задача историка – представить педерастию и все остальное, чтобы мы столкнулись лицом к лицу с тем, как слава Греции была частью мира, в котором многие из наших основных ценностей оказываются под вопросом, а не укрепляются.

The ethical views held in ancient societies, such as Athens, Thebes, Crete, Sparta, Elis and others, on the practice of pederasty have been explored by scholars only since the end of the 19th century. One of the first to do so was John Addington Symonds, who wrote his seminal work A Problem in Greek Ethics in 1873, but after a private edition of 10 copies (1883), only in 1901 was the work published in revised form. Edward Carpenter expanded the scope of the study, with his 1914 work, Intermediate Types among Primitive Folk. The text examines homoerotic practices of all types, not only pederastic ones, and ranges over cultures spanning the globe. In Germany the study was continued by classicist Paul Brandt writing under the pseudonym Hans Licht, who published Sexual Life in Ancient Greece in 1932. Kenneth J. Dover's seminal Greek Homosexuality (1978) triggered a number of debates which still continue. 20th century sociologist Michel Foucault declared that pederasty was "problematized" in Greek culture, that it was "the object of a special—and especially intense—moral preoccupation", which was "subjected to an interplay of positive and negative interplays so complex as to make the ethics that governed it difficult to decipher". A modern line of thought leading from Dover to Foucault to David M. Halperin holds that the erômenos did not reciprocate the love and desire of the erastês, and that the relationship was factored on a sexual domination of the younger by the older, a politics of penetration held to be true of all adult male Athenians' relations with their social inferiors—boys, women and slaves. This theory was also propounded by Eva Keuls. Similarly, Enid Bloch argues that many Greek boys in these relationships may have been traumatized by knowing that they were violating social customs, since the "most shameful thing that could happen to any Greek male was penetration by another male". She further argues that vases showing "a boy standing perfectly still as a man reaches out for his genitals" indicate the boy may have been "psychologically immobilized, unable to move or run away". From this and the previous perspectives, the relationships are characterized and factored on a power differential between the participants, and as essentially asymmetrical. Other scholars point to more artwork on vases, poetry and philosophical works such as the Platonic discussion of anteros, "love returned", all of which show tenderness and desire and love on the part of the erômenos matching and responding to that of the erastês. Critics of the posture defended by Dover, Bloch and their followers also point out that they ignore all material which argued against their "overly theoretical" interpretation of a human and emotional relationship and counter that "clearly, a mutual, consensual bond was formed", and that it is "a modern fairy tale that the younger erômenos was never aroused". Halperin's position has been criticized by Thomas K. Hubbard as a "persistently negative and judgmental rhetoric implying exploitation and domination as the fundamental characteristics of pre modern sexual models", challenging it as a polemic of "mainstream assimilationist gay apologists" and an attempt to "demonize and purge from the movement" all non orthodox male sexualities, especially those involving adults and adolescents. As classical historian Robin Osborne has pointed out, historical discussion of paiderastia is complicated by 21st century moral standards:It is the historian's job to draw attention to the personal, social, political and indeed moral issues behind the literary and artistic representations of the Greek world. The historian's job is to present pederasty and all, to make sure that we come face to face with the way the glory that was Greece was part of a world in which many of our own core values find themselves challenged rather than reinforced.

Избранная библиография

Довер, Кеннет Дж. Греческая гомосексуальность. Duckworth, 1978. Довер, Кеннет Дж. "Греческая гомосексуальность и посвящение", Que(e)rying Religion: критическая антология. Continuum, 1997, с. 19–38. Эллис, Хавлок. Исследования в психологии секса, том 2: Сексуальная инверсия. Текст проекта «Гутенберг». Феррари, Глория. Фигуры речи: мужчины и юноши в Древней Греции. Издательство Чикагского университета, 2002. Хаббард, Томас К. Гомосексуальность в Греции и Риме. Издательство Калифорнийского университета, 2003. Гомосексуальность в Греции и Риме: сборник основных документов в переводе. Джонсон, Маргарита и Райан, Терри. Сексуальность в греческом и римском обществе и литературе: справочник. Routledge, 2005. Лир, Эндрю и Кантарелла, Ева. Изображения древнегреческой педерастии: мальчики были их богами. Routledge, 2008. Лир, Эндрю. «Древняя педерастия: введение» в Спутнике по греческой и римской сексуальности под редакцией Томаса К. Хаббарда (Blackwell, 2014), с. 102–27. Нуссбаум, Марта. Секс и социальная справедливость. Издательство Оксфордского университета, 1999. Перси, Уильям А. Педерастия и педагогика в архаической Греции. Издательство Университета Иллинойса, 1996. Однополые желания и любовь в греко-римской древности и в классической традиции Запада. Бингхэмтон: Haworth, 2005. Сержант, Бернард. Гомосексуальность в греческой мифологии. Beacon Press, 1986.