Введение

Тип текстиля: ворсовые восточные ковры

Восточный ковер – это тяжелый текстиль, изготовленный для широкого спектра утилитарных и символических целей и производимый в "восточных странах" для домашнего использования, местной продажи и экспорта. Восточные ковры могут быть ворсовыми или плоскими, без ворса, с использованием различных материалов, таких как шелк, шерсть, хлопок, джут и животная шерсть. Примеры варьируются по размеру от подушек до больших ковров, покрывающих всю комнату, и включают сумки-переноски, напольные покрытия, украшения для животных, исламские молитвенные ковры ('Джай'намаз'), еврейские покрывала для ковчега Торы (парохет) и христианские алтарные покрывала. Начиная с Высокого Средневековья, восточные ковры были неотъемлемой частью культур, в которых они возникли, а также европейской и, позднее, североамериканской культуры. Географически восточные ковры производятся в регионе, известном как "Ковровый пояс", который простирается от Марокко через Северную Африку, Ближний Восток и в Центральную Азию и северную Индию. Он включает такие страны, как северный Китай, Тибет, Турция, Иран, Магриб на западе, Кавказ на севере, Индия и Пакистан на юге. Восточные ковры также производились в Южной Африке с начала 1980-х до середины 1990-х годов в деревне Илинге недалеко от Куинстауна. В производстве восточных ковров участвуют люди из разных культур, стран, расовых групп и религиозных конфессий. Поскольку многие из этих стран расположены в регионе, который сегодня называют исламским миром, восточные ковры часто также называют "исламскими коврами", а термин "восточный ковер" используется в основном для удобства. Ковры из Ирана известны как "персидские ковры". В 2010 году "традиционные навыки ковроткачества" в иранской провинции Фарс, иранском городе Кашан, и "традиционное искусство азербайджанского ковроткачества" в Азербайджанской Республике были включены в Список нематериального культурного наследия ЮНЕСКО.

Происхождение узлового ковра

История ковроткачества остаётся неизвестной, так как ковры подвержены износу, разрушению и повреждениям от насекомых и грызунов. Археологических свидетельств, подтверждающих какую-либо теорию о происхождении ковров с ворсом, немного. Самые ранние сохранившиеся фрагменты ковров обнаружены на обширной географической территории и охватывают значительный период времени. Вероятно, тканые ковры развились из более ранних напольных покрытий, изготовленных из войлока, или техники, известной как "наложение дополнительных уточных нитей". Плоские ковры изготавливаются путём плотного переплетения нитей основы и утка, создавая ровную поверхность без ворса. Техника ткачества ковров впоследствии развилась в технику наложения дополнительных уточных нитей, которая используется для изготовления сумака и ковров с петельным ворсом. Петельный ворс создаётся путём натягивания уточных нитей на стержень, формируя петли, обращённые к ткачу. Затем стержень либо удаляют, оставляя петли замкнутыми, либо петли разрезают над защитным стержнем, в результате чего получается ковёр, очень похожий на ковёр с настоящим ворсом. Как правило, ручные ковры с ворсом изготавливаются путём индивидуального завязывания нитей в нити основы, с последующей обрезкой нити после каждого узла. Затем ткань дополнительно стабилизируется вплетением одной или нескольких уточных нитей ("прострелом") и уплотняется с помощью гребня. Вероятно, ковры с ворсом, созданные методом завязывания узлов, изготавливались мастерами, уже знакомыми с техникой наложения дополнительных уточных нитей.

Пазырык: первый сохранившийся ковер

Самым старым из известных сохранившихся почти в полном объеме ковров, который можно всесторонне оценить с технической и дизайнерской точек зрения, является Пазырыкский ковер, датируемый V веком до нашей эры. Он был обнаружен в конце 1940-х годов русским археологом Сергеем Руденко и его командой. Ковер был частью погребального инвентаря, сохранившегося в мерзлоте скифских курганов Пазырыкской долины в Алтайских горах Сибири. Происхождение Пазырыкского ковра остается предметом дискуссий, поскольку многие страны, известные ковроткачеством, претендуют на звание его родины. Для окрашивания ковра использовались растительные и насекомые красители, происходящие из монгольских степей. Независимо от места изготовления, его тонкое плетение симметричными узлами и сложный изобразительный рисунок свидетельствуют о высоком уровне развития искусства ковроткачества в период его создания. Дизайн ковра уже демонстрирует базовую структуру, которая впоследствии стала стандартной для восточных ковров: поле с повторяющимися мотивами, обрамленное основной границей сложного рисунка и несколькими дополнительными границами.

Фрагменты из Туркестана, Сирии, Ирака и Афганистана

Исследователь Марк Аурель Штайн обнаружил плоские тканые килимы, датируемые как минимум IV или V веком нашей эры, в Турпане, Восточном Туркестане, Китай – регионе, который до сих пор производит ковры. Фрагменты ковров также были найдены в районе Лоп-Нур; они сплетены симметричными узлами, с 5-7 переплетенными осно́вными нитями после каждого ряда узлов, с полосатым рисунком и различными цветами. В настоящее время они хранятся в Музее Виктории и Альберта в Лондоне. Фрагменты ковра, датируемые III или IV веком до нашей эры, были раскопаны из курганов в Башадаре, Онгюдайский район, Республика Алтай, Россия, С. Руденко, первооткрывателем Пазырыкского ковра. Они демонстрируют тонкое плетение, примерно 4650 асимметричных узлов на квадратный дециметр.

Другие фрагменты, сплетенные как симметричными, так и асимметричными узлами, были найдены в Дура-Европосе (Сирия) и в пещерах Ат-Тар (Ирак), датируемые первыми веками нашей эры. Эти редкие находки свидетельствуют о том, что все навыки и техники крашения и ковроткачества были известны в Западной Азии еще до I века нашей эры. Фрагменты ворсовых ковров, обнаруженные в северо-восточном Афганистане, предположительно происходящие из провинции Саманган, датированы радиоуглеродным методом периодом от рубежа II века до раннего сасанидского периода. Среди этих фрагментов встречаются изображения животных, таких как различные виды оленей (иногда расположенные в процессии, напоминающей узор Пазырыкского ковра) или крылатое мифическое существо. Для основы, утка и ворса используется шерсть, пряжа грубого прядения, а фрагменты тканы асимметричным узлом, характерным для персидских и дальневосточных ковров. Каждые три-пять рядов в них вплетены куски непряденой шерсти, полоски ткани и кожи. Эти фрагменты сейчас находятся в коллекции Аль-Сабах в Дар аль-Атар аль-Исламия, Кувейт.

Современное понимание происхождения ковров из ковровых тканей

Ковры с ворсом, вероятно, изготавливались людьми, уже знакомыми с техниками оберточной основы. Различные типы узлов в коврах из столь отдаленных друг от друга мест, как ковер Пазырык (симметричный), Восточный Туркестан и Лоп-Нур (чередующиеся узлы с одной основой), Ат-Тар (симметричные, асимметричные, петлевидные асимметричные узлы) и фрагменты Фустата (ворс в петлях, одинарные, асимметричные узлы) позволяют предположить, что сама техника могла развиваться в разных местах и в разное время. Также обсуждается, были ли ковры с ворсом изначально созданы кочевниками, стремившимися имитировать шкуры животных для покрытия пола в юртах, или же они являлись продуктом оседлого населения. В захоронениях женщин оседлой общины в юго-западном Туркестане было найдено несколько ножей, удивительно похожих на те, которые туркменские ткачи используют для обрезки ворса ковра. Некоторые древние мотивы на туркменских коврах тесно напоминают орнаменты, встречающиеся на ранней керамике из того же региона. Эти находки позволяют предположить, что Туркестан мог быть одним из первых известных мест производства ковров с ворсом, однако это не означает, что это было единственное место. В свете древних источников и археологических открытий представляется весьма вероятным, что ковер с ворсом развился из одной из техник ткачества с оберточной основой и впервые был создан оседлыми народами. Вероятно, техника развивалась независимо в разных местах и в разное время. В ходе миграций кочевых групп из Центральной Азии эта техника и узоры могли распространиться по территории, которая впоследствии стала известна как «ковровый пояс». С появлением ислама начавшаяся миграция кочевых групп на запад стала менять историю Ближнего Востока. После этого периода ковры с ворсом стали важной формой искусства под влиянием ислама, и там, где распространялись кочевые племена, они стали известны как «восточные» или «исламские» ковры.

Производство

Восточный ковер ткается вручную на ткацком станке, с использованием основы, утка и ворса, изготовленных преимущественно из натуральных волокон, таких как шерсть, хлопок и шелк. В декоративных коврах вплетены металлические нити из золота или серебра. Ворс состоит из пряжи ручного или машинного прядения, узлы которой закрепляются в основе и утке. Обычно нити ворса окрашиваются различными натуральными или синтетическими красителями. После завершения ткачества ковер подвергается дополнительной обработке: закреплению краев, стрижке ворса для получения ровной поверхности и стирке, которая может включать добавление химических растворов для изменения цвета.

Материалы

Материалы, используемые в ковроткачестве, и способы их сочетания различаются в разных регионах ковроделия. В основном используется шерсть овец и коз, иногда также шерсть верблюдов. Шерсть яков и конский волос использовались в коврах Дальнего Востока, но редко – в коврах Ближнего Востока. Хлопок применяется для основы ковра, а также в ворсе. Шёлк, получаемый от шелкопрядов, используется для создания декоративных ковров.

Шерсть

В большинстве восточных ковров ворс изготавливается из овечьей шерсти. Ее характеристики и качество варьируются от региона к региону, в зависимости от породы овец, климатических условий, пастбищ и местных традиций, касающихся времени и способа стрижки и обработки шерсти. На Ближнем Востоке шерсть для ковров получают в основном от овец толстохвостых и толстозадых пород, которые, как следует из названия, отличаются накоплением жира в соответствующих частях тела. Качество шерсти, получаемой из разных участков овечьего руна, зависит от соотношения между более толстым и жестким овчинным волосом и более тонкими волокнами шерсти. Считается, что лучшая шерсть поступает из Курдистана и Тибета, где используют курк – зимнюю шерсть с шеи и подмышек ягнят, и пашмину – шерсть пашминовой козы, соответственно. Обычно овец стригут весной и осенью. Весенняя стрижка дает шерсть более высокого качества. Шерсть самого низкого качества, используемая в ковроткачестве, – это "кожевенная" шерсть, которая химическим путем извлекается из кожи мертвых животных.

Вата

Хлопок составляет основу основы и утка большинства современных ковров. Кочевники, которые не могут позволить себе покупать хлопок на рынке, используют шерсть для основы и утка, которые также традиционно изготавливаются из шерсти в регионах, где хлопок не был местным продуктом. Хлопок можно прясть плотнее, чем шерсть, и он выдерживает большее натяжение, что делает хлопок превосходящим материалом для основы ковра. Особенно большие ковры с большей вероятностью будут лежать ровно на полу, в то время как шерсть имеет тенденцию неравномерно усаживаться, и ковры с шерстяной основой могут коробиться при намокании. Две или более нити могут быть скручены вместе или скручены, чтобы образовать более толстую пряжу. Обычно ручная пряжа из одинарной нити прячется с Z-скруткой, а скручивание выполняется с S-скруткой. За исключением ковров мамлюков, почти все ковры, производимые в странах коврового пояса, используют шерсть с Z-скруткой (против часовой стрелки) и S-скруткой (по часовой стрелке).

Цветение

Процесс окрашивания включает подготовку пряжи для обеспечения ее восприимчивости к соответствующим красителям путем погружения в мордент. Затем в пряжу добавляются красители, и она выдерживается в красящем растворе в течение определенного времени. После окрашивания пряжу оставляют сушиться на воздухе и под воздействием солнечного света. Для некоторых цветов, особенно темно-коричневого, требуются железные морданты, которые могут повредить или обесцветить ткань. Это часто приводит к более быстрому износу ворса в областях, окрашенных в темно-коричневые цвета, и может создавать эффект рельефа на старинных восточных коврах.

Красные насекомые

Красители кармина получают из смолистых выделений чешуек насекомых, таких как кошениль кактусовый (Coccus cacti) и некоторые виды порфирофоры (армянская и польская кошениль). Краситель из кошенили, так называемый "лак", ранее экспортировался из Индии, а затем из Мексики и Канарских островов. Красители, получаемые из насекомых, чаще использовались в регионах, где не выращивали маддер (Rubia tinctorum), например, в западной и северо-западной Персии. Кермес – еще один распространенный красный краситель, получаемый из измельченных высушенных тел самки чешуек насекомого. Многие в странах Ближнего Востока считали этот краситель одним из самых ценных и важных.

Синтетические красители

Современные синтетические красители позволяют получить почти любой цвет и оттенок, поэтому в готовом ковре практически невозможно определить, использовались ли натуральные или искусственные красители. Современные ковры могут быть изготовлены с использованием тщательно подобранных синтетических цветов и сочетают в себе художественную ценность и практичность.

Отрубка

Появление небольших отклонений в пределах одного цвета называется абрашем (от турецкого abraş, буквально, «пестрый, пятнистый»). Абраш встречается в традиционно окрашенных восточных коврах. Его появление указывает на то, что ковер, скорее всего, ткал один мастер, у которого не было достаточно времени или ресурсов, чтобы подготовить достаточное количество окрашенной пряжи для завершения ковра. Окрашивались лишь небольшие партии шерсти время от времени. Когда одна партия шерсти заканчивалась, ткач продолжал работу с новой окрашенной партией. Поскольку точный оттенок цвета редко удается повторить при окрашивании новой партии, цвет ворса меняется при вплетении нового ряда узлов. Таким образом, вариация цвета свидетельствует о ковре, сотканном в деревне или племени, и ценится как признак качества и подлинности. Абраш также может быть намеренно введен в заранее спланированный дизайн ковра.

Инструменты

Для изготовления ковра ручной работы требуется разнообразный набор инструментов. Нужен ткацкий станок – горизонтальная или вертикальная конструкция – для натяжения вертикальных нитей основы, в которые завязываются узлы ворса. После каждого ряда узлов вплетают один или несколько проходов горизонтальной утки, чтобы дополнительно закрепить полотно.

Вертикальные ткацкие станки

Технически более совершенные стационарные вертикальные ткацкие станки используются в деревнях и городских мануфактурах. Более совершенные типы вертикальных станков удобнее, так как позволяют ткачам оставаться в одном положении на протяжении всего процесса ткачества. По сути, ширина ковра ограничена длиной основы станка. В то время как габариты горизонтального ткацкого станка определяют максимальный размер ковра, который на нем можно соткать, на вертикальном станке можно ткать более длинные ковры, поскольку готовые участки ковра можно перемещать к задней части станка или наматывать на вал по мере продолжения работы.

Узлы

Обычно узлы ворса завязываются вручную. Большинство ковров из Анатолии используют симметричный турецкий двойной узел. При этом способе завязывания каждый конец нити обматывается вокруг двух нитей основы через равные промежутки, так что оба конца узла поднимаются между двумя нитями основы с одной стороны ковра, напротив узла. Затем нить натягивается вниз и обрезается ножом. Большинство ковров из других регионов используют асимметричный, или персидский, узел. Этот узел завязывается путем обмотки нити вокруг одной нити основы и наполовину вокруг следующей, так что оба конца нити поднимаются с одной стороны двух соседних нитей основы с одной стороны ковра, напротив узла. Ворс, то есть свободный конец нити, может располагаться слева или справа от нитей основы, определяя термины «открыт влево» или «открыт вправо». Вариации в типе узлов имеют значение, поскольку тип узла, используемый в ковре, может меняться в зависимости от региона или племенной принадлежности. Направление открытия узлов – влево или вправо – можно определить, проведя рукой по ворсу. Вариантом узла является так называемый узел джуфти, который заплетается вокруг четырех нитей основы, причем каждая петля одного узла обвязана вокруг двух нитей. Узел джуфти может быть завязан симметрично или асимметрично, открыт влево или вправо. Другой вариант узла известен по ранним испанским коврам. Испанский узел, или узел с одной нитью основы, завязывается вокруг одной нити основы. Некоторые фрагменты ковров, раскопанные А. Штейном в Турфане, по-видимому, были сплетены одним узлом. Ткани с одинарными узлами также известны по египетским коптским коврам. Иногда встречаются нерегулярные узлы, включающие пропущенные нити основы, узлы, охватывающие три или четыре нити основы, одинарные узлы или узлы, использующие одну общую нить основы, как симметричные, так и асимметричные. Они часто встречаются в туркменских коврах и способствуют их плотной и регулярной структуре. Диагональное, или со сдвигом, плетение характеризуется тем, что узлы в последовательных рядах занимают поочередные пары нитей основы. Эта особенность позволяет переходить от одного полуузла к другому и создает диагональные линии узора под разными углами. Иногда встречается в курдских или туркменских коврах, особенно в коврах йомуд. Обычно он завязывается симметрично. В некоторых коврах достигается эффект рельефа путем неравномерной стрижки ворса по контуру рисунка. Эта особенность часто встречается в китайских и тибетских коврах.

Мытье

Большинство ковров промывают перед использованием или отправкой на рынок. Промывка может производиться только водой и мылом, но чаще всего добавляются химические вещества для изменения цвета. Различные химические способы промывки были изобретены в Нью-Йорке, Лондоне и других европейских центрах. В процессе промывки часто использовался хлорный отбеливатель или гидросульфит натрия. Химическая промывка не только повреждает волокна шерсти, но и настолько изменяет цвета, что некоторые ковры после промывки приходилось перекрашивать в другие цвета, как это демонстрирует так называемый "американский сарук".

Дизайн поля, медальоны и границы

Дизайн ковра также может быть описан тем, как устроена и организована его поверхность. Один базовый узор может покрывать всё поле ковра («всеповторяющийся узор»). Когда достигается край поля, узоры могут быть намеренно прерваны, создавая впечатление, что они продолжаются за пределами ковра. Эта особенность характерна для исламского дизайна: в исламской традиции изображение животных или людей не приветствуется. С момента канонизации Корана Усманом ибн Аффаном в 651 году н.э. и реформ Умейядов Абд аль-Малика ибн Марвана исламское искусство сосредоточилось на каллиграфии и орнаменте. Основные поля исламских ковров часто заполнены обильными, переплетающимися орнаментами, выполненными в технике «бесконечного повтора». Элементы дизайна также могут быть расположены более сложно. Типичным восточным узором является медальон – симметричный рисунок, занимающий центр поля. Части медальона или аналогичные узоры повторяются в четырех углах поля. Распространенный узор «Lechek Torūnj» (медальон и углы) был разработан в Персии для оформления книжных обложек и орнаментальных иллюстраций в XV веке. В XVI веке он был интегрирован в дизайн ковров. Может использоваться несколько медальонов, расположенных на поле в разных размерах и формах на определенном расстоянии друг от друга. Поле ковра также может быть разделено на различные прямоугольные, квадратные, ромбовидные или в форме ромба секции, которые, в свою очередь, могут быть расположены в ряды или по диагонали. В большинстве восточных ковров поле окружено полосами, или бордюрами. Их может быть от одного до более чем десяти, но обычно присутствует один широкий основной бордюр, окруженный узкими, или охранными бордюрами. Основной бордюр часто заполнен сложными и изысканными прямолинейными или криволинейными узорами. Узкие бордюры демонстрируют более простые узоры, такие как извилистые лозы или взаимные тройники. Последние часто встречаются в кавказских и некоторых турецких коврах и связаны с китайским мотивом «облачный воротник» (yun chien). Традиционная структура бордюра сохранялась на протяжении веков, но также может быть изменена таким образом, что поле частично накладывается на основной бордюр. Эта особенность, наблюдаемая в коврах Кермана и турецких коврах конца XVIII века периода «меджиди», вероятно, была заимствована из французских техник ткачества Обуссон или Савоннери. Дополнительные концевые бордюры, называемые элем, или бахрома, встречаются в туркменских и некоторых турецких коврах. Их узор часто отличается от остальных бордюров. Элемы используются для защиты нижних бордюров ковров для дверных проемов («энси»). Китайские и тибетские ковры иногда не имеют бордюров. Оформление бордюров ковра становится особенно сложной задачей при оформлении углов. Орнаменты должны быть выполнены таким образом, чтобы узор продолжался без перерыва по углам между горизонтальными и вертикальными бордюрами. Это требует предварительного планирования опытным ткачом, способным спланировать дизайн с самого начала, или дизайнером, который создает эскиз перед началом ткачества. Если орнаменты правильно соединены в углах, углы считаются «разрешенными». В деревенских или кочевых коврах, которые обычно ткутся без детального предварительного плана, углы бордюров часто остаются «неразрешенными». Ткач прерывает узор на определенном этапе, например, когда закончен нижний горизонтальный бордюр, и начинает заново с вертикальными бордюрами. Анализ разрешения углов помогает отличить ковры из сельской местности или кочевые ковры от ковров, изготовленных в мастерских.

Специальные конструкции

В молитвенных коврах используется иной тип оформления поля, характерный для определенной традиции исламского дизайна. Молитвенный ковер отличается нишей на одном конце, символизирующей михраб – архитектурный элемент мечетей, предназначенный для указания направления к кибле. На молитвенных коврах также встречаются высокосимволичные элементы дизайна, такие как одна или несколько ламп мечети, отсылающие к Аяту Света в Коране, или кувшины с водой, возможно, как напоминание о ритуальной чистоте. Иногда в поле изображаются стилизованные руки или ноги, указывающие место для стояния молящегося, или символизирующие земной поклон. К другим особым видам относятся ковры с изображением сада, разделенные на секции, с вазами, животными или сюжетными композициями.

"Революция дизайна" 15-го века

В XV веке в дизайне ковров произошли фундаментальные изменения. Поскольку ковры того периода не сохранились, исследования сосредоточены на книжных иллюстрациях и миниатюрных картинах эпохи Тимуридов. Ранние тимуридские изображения демонстрируют красочные ковры с повторяющимися геометрическими узорами одинакового масштаба, расположенными в шахматном порядке, с пограничными орнаментами в стиле “куфи”, заимствованными из исламской каллиграфии. Эти узоры настолько схожи с анатолийскими коврами того времени, особенно с коврами “Хольбайн”, что нельзя исключать общий источник дизайна: тимуридские мотивы могли сохраниться как в персидских, так и в анатолийских коврах ранних периодов Сафавидов и Османской империи. К концу XV века дизайн ковров, изображенных в миниатюрах, значительно изменился. Появились крупные медальоны, орнаменты стали более сложными и криволинейными. Крупные спирали и завитки, цветочные орнаменты, изображения цветов и животных часто зеркально повторялись вдоль длинной или короткой оси ковра для достижения гармонии и ритма. Прежний пограничный орнамент в стиле “куфи” был заменен завитушками и арабесками. Это изменение в дизайне ковров Курт Эрдманн назвал “революцией в ковровом дизайне”.

Внутрикультурные и межкультурные контексты

Можно выделить четыре "социальных слоя" производства ковров: ковры ткались одновременно кочевниками, для кочевников, сельскими поселениями, городами и королевским двором. Дизайн ковров сельских поселений и кочевников представляет собой самостоятельные художественные традиции. Стремление (западного) рынка к "подлинности" в восточных коврах привело к возрождению старинных традиций в последние годы.

Доисторическая символика

В 1967 году британский археолог Джеймс Мелларт заявил, что обнаружил самые древние изображения плоских тканых килимов на настенных росписях, найденных им при раскопках Чатал-Хююка, датируемых приблизительно 7000 годом до нашей эры. Рисунки, которые, по словам Мелларта, были сделаны до того, как росписи исчезли после их обнаружения, демонстрировали явное сходство с узорами турецких плоских ковров XIX века. Он интерпретировал эти формы, напоминающие женскую фигуру, как свидетельство культа Богини-Матери в Чатал-Хююке. Широко известный узор в анатолийских килимах, иногда называемый Элибелинде (букв. «руки на бедрах»), таким образом, был определен как изображение самой Богини-Матери. Эта теория была отвергнута после того, как заявления Мелларта были разоблачены как фальсификация, а его утверждения опровергнуты другими археологами. Мотив «элибелинде» утратил свое сакральное значение и доисторическое происхождение. Сегодня он рассматривается как изображение стилизованных цветков гвоздики, и его развитие можно проследить в детальной и непрерывной последовательности до османских придворных ковров XVI века. Дж. Томпсон: Эссе о «Централизованных узорах». У. Денни: «Как читать исламские ковры», в «Персии с 1908 по 1924 год», и автор одного из классических учебников о персидском ковре. В конце XIX века изобретение синтетических красителей в западных странах оказало разрушительное воздействие на традиционное производство ковров. В начале XX века ковры ткались в городах Сарук и Арак (Иран) и окрестных деревнях, преимущественно на экспорт в США. Прочная структура ворса привлекала американских покупателей, однако их дизайн и цветовая гамма не соответствовали требованиям рынка. Традиционный узор ковров Сарук был изменен ткачами в сторону сплошного рисунка из отдельных цветочных мотивов, после чего ковры химически обрабатывались для удаления нежелательных цветов, а ворс перекрашивался в более востребованные оттенки. В странах своего происхождения древнее искусство и ремесло ковроткачества переживают возрождение. С начала 1980-х годов реализуются различные инициативы, такие как проект DOBAG в Турции, и в Иране. С отменой эмбарго США на иранские товары персидские ковры (включая антикварные ковры, продаваемые на аукционах) могут вновь стать более доступными для американских покупателей.

DOBAG

В 1981 году немецкий ученый основал DOBAG (Национальный проект исследований и разработок красителей) в Западной Анатолии, Турция. Целью проекта было возрождение традиционного ремесла ручного ткачества ковров с использованием натуральных красителей, а также расширение прав и возможностей женщин и обеспечение их экономической независимости. В рамках этого проекта делался акцент на «традиционных» и «аутентичных» коврах, однако этот интерес был обусловлен не потребностями турецких женщин, занимавшихся ткачеством, а скорее немецким ученым и его представлением о турецкой культуре. Позднее исследователи отметили, что некоторые местные женщины рассматривали ковроткачество как возможность для инноваций, но были ограничены западным стремлением к созданию «подлинных» турецких ковров. Проект DOBAG был тесно связан с глобализацией во многих аспектах. Во-первых, проект был задуман как ответ на глобализацию, поскольку многие женщины, привлеченные к участию в программе, потеряли прежнюю работу по ткачеству ковров из-за внедрения новых методов производства и глобализации. Однако само решение также отражало глобализированный мир, поскольку ковры реализовывались западным туристам. Ковры должны были выглядеть «аутентичными» с точки зрения западного потребителя, но при этом создавались без эмоциональной или традиционной связи, что ставит под вопрос саму природу подлинности.

Подделка

Восточные ковры всегда привлекали внимание коллекционеров и продавались за большие деньги. Это также служило стимулом для мошенничества. Румынский мастер Теодор Тудук прославился своими поддельными восточными коврами и выдуманными историями, которые он рассказывал, чтобы убедить покупателей. Качество его подделок было настолько высоким, что некоторые из них попали в музейные собрания, а "ковры Тудука" сами стали предметом коллекционирования.

Ковры по регионам

Восточные ковры можно классифицировать по региону их происхождения, каждый из которых отражает различные традиции: персидские ковры, пакистанские ковры, арабские ковры, анатолийские ковры, курдские ковры, кавказские ковры, среднеазиатские ковры, туркестанские (туркменские, туркоманские) ковры, китайские ковры, тибетские ковры и индийские ковры.

Персидские (иранские) ковры

Персидский ковер – важная и выдающаяся часть персидской культуры и искусства, уходящая корнями в древнюю Персию. Персидские ковры классифицируются по социальной среде, в которой они были изготовлены (кочевники, деревни, городские и придворные мануфактуры), по этническим группам (например, курды, кочевые племена, такие как кашкайцы или бахтиары; афшары, азербайджанцы, туркмены) и другим признакам, либо по городу или провинции, где их ткут, таким как Хериз, Хамадан, Сенне, Биджар, Арак (Султанабад), Мешхед, Исфахан, Кашан, Кум, Наин и другие. Техническая классификация персидских ковров основывается на материале, используемом для основы, утка и ворса, способе прядения и скручивания пряжи, окрашивании, технике ткачества, а также на аспектах отделки, включая способы укрепления краев (сельведжей) и концов от износа.

Анатолийские (турецкие) ковры

Турецкие ковры производятся преимущественно в Анатолии, включая прилегающие регионы. Ткачество ковров – это традиционное искусство Анатолии, уходящее корнями в доисламскую эпоху, объединяющее различные культурные традиции и отражающее историю тюркских народов. Турецкие ковры являются важной частью турецкой культуры. Среди восточных ковров турецкий ковер выделяется особыми характеристиками в отношении красителей и цветов, узоров, текстуры и техник. Обычно изготавливаемые из шерсти и хлопка, турецкие ковры завязываются турецким, или симметричным, узлом. Самые ранние известные образцы турецких ковров датируются XIII веком. С тех пор различные типы ковров ткались в мастерских, в провинциальных ткацких предприятиях, а также в деревнях, племенных поселениях и кочевниками. Ковры производились одновременно для разных слоев общества, с использованием различных материалов, таких как овечья шерсть, хлопок и шелк. Ковры с ворсом, а также ковры плоского ткачества (Килим, Сумак, Чичим, Зили) привлекают внимание коллекционеров и ученых. После упадка, начавшегося во второй половине XIX века, инициативы, такие как инициатива DOBAG по возрождению ковроткачества в 1982 году и Турецкий культурный фонд в 2000 году, начали возрождать традиционное искусство турецкого ковроткачества, используя пряжу ручного прядения, натурально окрашенную шерсть и традиционные узоры. Турецкий ковер отличается от ковров других производителей более выраженным использованием основных цветов. Западноанатолийские ковры предпочитают красный и синий цвета, в то время как центральноанатолийские ковры используют больше красного и желтого, с резкими контрастами на белом фоне. За исключением образцов придворного и городского производства, турецкие ковры более заметно используют смелые геометрические и сильно стилизованные цветочные мотивы, как правило, в прямолинейном дизайне.

Египетские ковры мамлюков

В период султаната мамлюков в Египте производился особый ковер. В прошлом этот ковер называли «дамасским», но теперь нет сомнений в том, что его производственный центр находился в Каире. В отличие от почти всех других восточных ковров, мамлюкские ковры использовали пряжу S (по часовой стрелке) и Z (против часовой стрелки) из скрученной шерсти. Их палитра цветов и оттенков ограничена ярко-красным, бледно-голубым и светло-зеленым, синий и желтый встречаются редко. Дизайн поля характеризуется многоугольными медальонами и звездами, а также стилизованными цветочными узорами, расположенными линейно вдоль центральной оси или централизованно. На бордюрах встречаются розетки, часто чередующиеся с картушами. Как отметил Эдмунд де Унгер, дизайн схож с другими изделиями мамлюкского производства, такими как резьба по дереву и металлу, книжные переплеты, иллюминированные книги и мозаичные полы. Мамлюкские ковры изготавливались для двора и на экспорт, при этом Венеция была самым важным рынком для мамлюкских ковров в Европе. Производство этих ковров продолжалось в Египте и, вероятно, в Анатолии, до начала XVII века. Российские переписи населения 1886 и 1897 годов показали, что этническое распределение населения на южном Кавказе чрезвычайно сложно. Что касается антикварных ковров, то личность ткачей или их этническая принадлежность остается неизвестной. Eiland & Eiland утверждали в 1998 году, что «не следует считать само собой разумеющимся, что основное население в определенной области также отвечало за ткачество». Таким образом, было выдвинуто множество теорий об этническом происхождении узоров ковров и различных классификаций, иногда приписывающих один и тот же ковер разным этническим группам. Дискуссия продолжается и остается нерешенной. В 1728 году польский иезуит Таддеуш Крусинский писал, что в начале XVII века шах Аббас I из Персии основал ковровые мануфактуры в Ширване и Карабахе. Кавказские ковроткачи переняли сафавидское деление поля и цветочные мотивы, но изменили свой стиль в соответствии со своими древними традициями. Характерные мотивы включают стилизованных китайских драконов в так называемых «драконьих коврах», сцены борьбы тигров и оленей или цветочные мотивы. Стиль настолько абстрактен, что формы животных становятся неузнаваемыми, если не сравнивать их с более ранними сафавидскими животными и коврами «вазового стиля» XVI века, изображающими те же мотивы. Среди наиболее популярных групп кавказских ковров — ковры «Звездный Казак» и «Щитовой Казак». Точная классификация кавказских ковров особенно сложна, даже по сравнению с другими типами восточных ковров. Практически нет информации о периоде до конца XIX века, когда кавказские ковры стали экспортироваться в больших количествах. В советской социалистической экономике производство ковров было организовано на промышленных линиях в Армении, Азербайджане, Дагестане и Грузии, где использовались стандартизированные дизайны на основе традиционных мотивов, предоставленных на миллиметровой бумаге специализированными художниками. Азербайджанский ученый Латиф Каримов писал)… Однако в течение длительного периода промышленного производства связь между конкретными дизайнами и их этническим и географическим происхождением могла быть утрачена. Исследования публиковались в основном на русском языке и до сих пор не полностью доступны для не говорящих по-русски ученых. В последнее время были включены архивные исследования из более ранних российских и советских источников, и было начато сотрудничество между западными и азербайджанскими экспертами. Первоначально туркмены были древней ираноязычной этнической группой в западных степях и оазисах Центральной Азии. Их военная административная организация в племенах прослеживается к влиянию гуннов. (цитируется в) Турецкое влияние пришло с Империей Гефталитов в VI веке нашей эры и, в большей степени, с иммиграцией огузских тюрков в IX и X веках нашей эры. Огузы ассимилировали местное население, которое приняло ислам. Для кочевого ткачества характерна шерсть туркменских ковров высокого качества и довольно длинный ворс. Для основы используются овечья шерсть, козий волос и хлопок. Ворс изготавливается из шерсти и часто содержит шелк. Преобладающим цветом почти во всех туркменских коврах является марена красная, которую получали на месте и позволяла окрашивать в различные оттенки. Разные племена использовали разные оттенки красного. Преобладание красного цвета в туркменских коврах создает монотонное впечатление при первом взгляде, но мелкие орнаменты вытканы в самых разных цветах. Самым заметным орнаментом в туркменских коврах является гюль – многоугольный медальон, расположенный рядами по всему полю. Конкретные гюли использовались в качестве племенных эмблем в геральдической манере. Обычно выделяют основные (называемые «гёль»):
Гюлли или гушли гёль: Лопастной гёль, включающий квадратный орнамент, из которого выступают трехлопастные орнаменты на стебле. Используется теке, салор и эрсари, а также некоторыми ткачихами сарыка. «Гюлли» означает «цветок» на туркменском языке, «гушли» (от «куш» или «гюш») означает «птица».
Таук Нуска гёль: Разделен на четыре четверти в диагонально противоположных цветах, каждый четверть показывает двух стилизованных животных. Распространен во многих племенах, в основном используется арабачи, чодор, некоторые группы йомуд и эрсари, включая кизил-аяк.
Текке гёль: Вариация дизайна гюлли гёль. Круглая форма, расположенная на координатах темно-синей решетки, которая делит каждый гюль на четыре секции в диагонально противоположных цветах.
Сарык гёль: Похож на Текке гёль, но не расположен на решетчатой основе. Часто встречается на основных коврах сарыка, также называемых чувал гёль из-за его использования на больших сумках (чувал).
Дырнак гёль – буквально: «Гребень гёль». Ромбовидный гёль, украшенный рядами крючков, напоминающих гребни, противоположные ряды крючков одного цвета. Используется племенем йомуд.
Кепсе гёль: Используется в основном племенем йомуд, ромбовидный гёль, окруженный двумя цветными зубцами.
Орлан гёль: По крайней мере, две, если не три группы ковров отличаются этой особенностью дизайна, которая еще не была приписана какому-либо конкретному племени.
«C» гёли: Восьмиугольник внутри восьмиугольника, заполненный узорами, напоминающими букву «C». Туркменские ковры могут быть вытканы как симметричными, так и асимметричными узлами, открытыми влево и вправо. Часто встречаются неправильные узлы, включая пропущенные основы, узлы на три или четыре основы, одиночные узлы основы или узлы, разделяющие одну основу, как симметричные, так и асимметричные. Часто основы сильно углублены. Пряжа ворса, основы и утка отлично сбалансирована. Соотношение между горизонтальными и вертикальными узлами часто близко к 1:1. Ковры, сотканные таким образом, очень плотные и долговечные. Ковры йомуд имеют аналогичную структуру, с менее углубленными основами. Красный цвет поля ковров йомуд более приглушенный, с коричневым оттенком. Узлы асимметричные, открытые влево. Типичные гёли — дырнак и кепсе гёль. Другие племена, занимающиеся ковроткачеством, включают арабачи, эрсари и бешири.

Коммерциализация и возрождение

С началом коммерциализации в девятнадцатом веке ковры производились на экспорт в Россию и Афганистан. Известные под торговым названием «Бохарские ковры», они демонстрируют дизайн, вдохновленный туркменскими коврами, однако цвета и качество исполнения не соответствовали оригиналам. С распадом Советского Союза в регионе были образованы национальные государства. В рамках общих усилий по возрождению древних традиций ручного прядения, натурального крашения и ручного ткачества, проекты по поддержке афганских беженцев приняли участие в «ковровом ренессансе». С арабским вторжением в Синд в 712 году Индия вступила в контакт с исламом. Афганские Газневиды и их преемники, Гауриды, способствовали распространению ислама в Индии. Арабский географ Аль-Мукаддаси упоминает ковры из Синда в 985 году нашей эры, и значительное количество индийских ковров сохранилось в европейских коллекциях. В большинстве ковров периода правления Великих Моголов представлены цветочные мотивы, крупные узоры из листьев и цветов на красном фоне. В зависимости от сходства с, например, персидскими ковровыми дизайнами, в литературе их иногда называют «индо-персидскими» или «индо-исфаханскими». Обширная коллекция индийских ковров находилась в Джайпуре, где ее изучал Т. Х. Хендли. Некоторые из этих ковров были снабжены этикетками с указанием даты приобретения, размера и стоимости. Большинство ковров из Джайпура имели хлопковую основу, для утка иногда использовался шелк. Белый хлопок применялся для акцентов в ворсе. Лучшие ковры часто идентифицируются как персидские, но существуют также ковры с изображением животных, которые классифицируются как индийские. Для окрашивания поля часто использовался лак – краска животного происхождения, напоминающая кошениль. Вдоль центральной вертикальной оси часто встречается ряд пальмет. На больших коврах они обрамлены горизонтальными пальметами, чередующимися в направлении к центральной оси и к внешним краям. Второстепенные фигуры располагаются вдоль тонких извилистых линий растительного орнамента, обычно украшенных ланцетными листьями. Часто можно увидеть несколько оттенков синего, зеленого, желтого и два различных оттенка красного. Два оттенка одного и того же цвета часто располагаются близко друг к другу без обводки между ними. Эта особенность считается характерной для индийских ковров эпохи Великих Моголов. С конца девятнадцатого века в области истории искусства и науки пробудился интерес к восточным коврам, и их стали рассматривать как подлинные произведения искусства. Ковры собирались в музеях и частными коллекционерами, предоставляя материал для научных исследований. Практически каждый аспект изготовления, дизайна, цветовой гаммы и культурного значения был и продолжает анализироваться и оцениваться.

Роскошные товары: от позднего средневековья до эпохи Возрождения

В начале четырнадцатого века Марко Поло в своем описании путешествий упомянул анатолийские ковры. Другими европейскими путешественниками XIII века, посетившими двор Монгольской империи, были Андре де Лонжюмо, Вильгельм Рубрук и Джованни да Пьян дель Карпине с Бенедиктом Полаком. Никто из них, за исключением Марко Поло, не посещал Китай. Марокканский купец Ибн Баттута путешествовал с Золотой Ордой и через Китай в начале и середине XIV века. Английский автор XIV века Джон де Мандевилль описал свои путешествия на Восток. Путешественники изредка упоминают ковры, но наибольший интерес, по-видимому, вызывали роскошные ковры, которые они видели при королевских дворах. К концу XII века Венецианская республика, стратегически расположенная у входа в Адриатическое море, стала процветающим торговым центром. В 1204 году дож Венеции Энрико Дандоло возглавил венецианский отряд в Четвертом крестовом походе, завершившемся разграблением Константинополя, и установил венецианское господство в торговле между Западной Европой и исламским миром. Периодически появляются сведения о покупке ковров и ковровых изделий в Венеции. В серии писем из Венеции, датированных 18 августа – 13 октября 1506 года, художник эпохи Возрождения Альбрехт Дюрер упоминает «два красивых и больших» ковра, которые он купил для друга наряду с другими предметами роскоши. Изначально являвшиеся предметами придворного представительства и престижа, восточные ковры стали доступны более широким слоям европейского общества с ростом богатства и влияния торговых семей и частных лиц. Инвентаризационные описи и завещания венецианских граждан, найденные в архивах, свидетельствуют о значительных коллекциях ковров. Восточные ковры изображены на большом количестве картин эпохи Возрождения. Однако ученые, разработавшие этот метод, вскоре осознали, что их подход был предвзятым, поскольку он фокусировался на представительных коврах. Только они считались достойными воспроизведения художниками. Коллекционирование восточных ковров как вида искусства началось в 1880-х годах. Это было подтверждено двумя новаторскими выставками. Первая состоялась в Вене в 1891 году и была посвящена коврам императорской коллекции дома Габсбургов, но также включала образцы из частных коллекций. Вторая прошла в Лондоне в 1892 году. Впервые Ардабильский ковер был представлен публике. В 1893 году Южно-Кенсингтонский музей (ныне Музей Виктории и Альберта), по совету Уильяма Морриса, приобрел Ардабильский ковер, который сегодня признан одним из лучших в мире. Высокая цена, которую пришлось заплатить за Ардабильский ковер, потребовала общественной кампании по сбору средств, и восточные ковры стали восприниматься как предметы большой ценности более широкой аудиторией. В 1882 году Робинсон опубликовал книгу о восточных коврах, в которой использовал аналитические термины, развивавшиеся в исследованиях декоративного искусства, для описания элементов дизайна ковров, выделяя медальоны, цветочные орнаменты, облачные полосы или «так называемый облачный узор» и бордюрную орнаментику. В 1891 году Алоис Ригль опубликовал свою книгу о «Древних восточных коврах». Впервые восточные ковры были проанализированы в их географическом, культурном и социологическом контексте, что ознаменовало признание восточных ковров как самостоятельного вида искусства. После первой статьи в 1892 году историк искусства Вильгельм фон Боде опубликовал свою книгу, которая до сих пор считается стандартным учебником. Пожертвование Вильгельмом фон Боде своей коллекции ковров Берлинскому музею в 1904–1905 годах стало основой для Исламского музея в Берлине, ныне Музея исламского искусства. С Вильгельмом фон Боде в качестве первого директора его преемники Фридрих Сарре, Эрнст Кюнель и Курт Эрдман создали и утвердили «Берлинскую школу» истории исламского искусства. Они разработали метод «ante quem» для датировки, основанный на картинах эпохи Возрождения, выделили «четыре социальных слоя» производства ковров (кочевой, деревенский, городской и придворный) с их различными подходами к дизайну и стилизации, и разработали метод структурного анализа для определения исторической структуры традиций ткачества ковров в исламском мире с западной точки зрения. Лондонская выставка 1892 года, особенно экспозиция Ардабильского ковра, привела к росту интереса к коллекционированию восточных ковров среди частных коллекционеров, которые, главным образом в Соединенных Штатах, также начали публично демонстрировать свои коллекции. Позже частные коллекционеры передавали свои коллекции музеям. Американские коллекционеры и меценаты (Чарльз Т. Йеркс, Дж. П. Морган, Джозеф Л. Уильямс, Джеймс Ф. Баллард, Бенджамин Альтман, Джон Д. Рокфеллер-младший, Джордж Х. Майерс и Джозеф В. МакМуллан) жертвовали или завещали свои коллекции Метрополитен-музею в Нью-Йорке. Джеймс Ф. Баллард жертвовал как Метрополитен-музею, так и Художественному музею Сент-Луиса. Джордж Хьюитт Майерс пожертвовал свою частную коллекцию для основания Музея текстиля в Вашингтоне. Первая крупная выставка восточных ковров в Соединенных Штатах состоялась в Чикаго в 1893 году. Другие выставки включали выставку в Детройтском институте искусств в 1922 году, выставку Балларда в Художественном клубе Чикаго в 1922 году и выставку Художественного клуба Чикаго в 1926 году, кульминацией которой стала Всемирная выставка 1939 года в Нью-Йорке, в Флашинге. Многие дилеры, которые организовали стенды на этих выставках, затем открыли галереи в крупных городах Америки. В Нью-Йорке большинство этих магазинов принадлежали армянским иммигрантам и были сосредоточены в Нижнем и Среднем Манхэттене. На рубеже веков наиболее известными магазинами владели Дикран Келекиан, Акоп Кеворкян, С. Кент Костикян и Х. Михаэлян. В 1932 году группа коллекционеров и энтузиастов ковров, в том числе Артур Диллей, Джозеф МакМуллан и Морис Диманд, куратор Метрополитен-музея, основала клуб «Хаджи Баба». Своими выставками и публикациями они с тех пор вносят вклад в знания и понимание восточных ковров.

Подробная библиография

М. Э. Энай и С. Азади: "Einhundert Jahre Orientteppich Literatur", 1877–1977. Ганновер, 1977.
Г. О'Бэннон: Восточные ковры: библиография. Метучен, Нью-Джерси и Лондон, 1994.

Учебники общего назначения

J. Lessing: Древние восточные ковровые узоры по рисункам и оригиналам XV и XVI веков, 1877
W. von Bode: Античные ковры с Ближнего Востока, 1-е изд. 1902 5-е изд. 1985
F. R. Martin: История восточных ковров до 1800 года (Вена, 1906–1908)
F. Sarre: Altorientalische Teppiche/Ancient oriental carpets, Лейпциг 1908
F. Sarre и H. Trenkwald: Altorientalische Teppiche/Ancient oriental carpets, Вена 1926
R. Neugebauer и J. Orendi: Handbuch der Orientalischen Teppichkunde/Handbook of Oriental Carpets
G. Lewis: Практическое руководство по восточным коврам, Лондон 1911
W. A. Hawley: Восточные ковры, античные и современные. Нью-Йорк 1913
W. Grothe Hasenbalg: Der Orientteppich, seine Geschichte und seine Kultur/Восточный ковер: его история и культура. Берлин, 1922
A. Kendrick и C. Tattersall: Рукодельные ковры, восточные и европейские, Лондон 1922
K. Erdmann: Семьсот лет восточного ковроткачества, 1970

Первые ковры и фрагменты

Ф. Шпулер: Доисламские ковры и текстиль из восточных земель, Фарнборо, 2013
Р. Пфистер и Л. Беллингер: Раскопки в Дура-Европосе; IV том, 2. Текстиль
А. К. Эдвардс: Персидский ковер. Лондон, 1953
Э. Ганс Руэдин: Великолепие персидского ковра. Фрибург – Париж, 1978 – вероятно, последний учебник по персидским коврам, изданный до иранской революции, при поддержке последней королевы Персии.
Л. Дадгар (ред.): Исконная элегантность персидского ковра, Тегеран, 2001 – историческая работа о трансильванских коврах.
К. Эрдманн: История ранних турецких ковров. Лондон, 1977
С. Еткин: Исторические турецкие ковры. Стамбул, 1981
В. Брюггеманн и Х. Бёмер: Ковры крестьян и кочевников Анатолии. Мюнхен, 1982
С. Ионеску: Старинные турецкие ковры в Трансильвании. Рим, 2005

Ковры мамлюков

К. Эрдманн: Каирские ковры. Часть I. Европейские и исламские источники XV–XVIII веков. Энн-Арбор, 1938.
Э. де Унгер: Происхождение дизайна мамлюкских ковров. Лондон, 1980.

Кавказские ковры

С. У. Азади, Л. Каримов, В. Цоллингер: Азербайджанские ковры Кавказа, Швейцария 2001
Р. Чебулл: Казаки; Ковры Кавказа. Нью-Йорк, 1971
И. Бенетт: Восточные ковры. Том 1: Кавказские.

Туркменские ковры

Е. Царева: Туркменские ковры. Штутгарт, 2011.
Е. Мошкова: Ковры народов Центральной Азии конца XIX и XX веков. Тусон, 1996. Русское издание, 1970.
Р. Пиннер и М. Эйланд-младший: Между Черной пустыней и Красной: туркменские ковры из коллекции Видерсперга. Сан-Франциско, 1999.

Племенные ковры

Дж. Хаусего: Племенные ковры. Нью-Йорк, 1978 г.
Д. Блэк и К. Лавлесс: Тканые сады: кочевые и деревенские ковры провинции Фарс Южной Персии. Лондон, 1979 г.
Л. Макки и Дж. Томпсон: Туркмены: племенные ковры и традиции. Вашингтон, округ Колумбия, 1980 г.
Дж. Опи: Племенные ковры Южной Персии. Портленд, Орегон, 1981 г.
Дж. Опи: Племенные ковры, 1992 г.