Луба: история и культура народа из Демократической Республики Конго

Введение

Люба или балуба – это банту этноязыковая группа, коренное население южно-центрального региона Демократической Республики Конго. Большинство из них проживает в этой стране, преимущественно в провинциях Катанга, Касаи, Восточный Касаи, Центральный Касаи, Ломами и Маниема. Балуба состоят из множества подгрупп или кланов. Общество и культура балуба начали формироваться примерно в 400 году нашей эры, а позднее они создали хорошо организованное сообщество в депрессии Упенба, известное как конфедерация Балуба в Катанге. В обществе люба жили шахтёры, кузнецы, плотники, гончары, ремесленники и представители различных других профессий. Со временем они добились определённых успехов, но это в конечном итоге привело к их постепенному упадку в результате вторжений, возглавляемых или поддерживаемых португальской и Оманской империями.

История

Археологические данные свидетельствуют о том, что к 5 веку н.э. у балуба существовали поселения вокруг озер и болот депрессии Упемба. Из них обнаружены керамические изделия и утварь периода Кисалиана (8–11 века). Эти изделия вызвали интерес и спрос у отдаленных этнических групп, что создало торговые возможности и привело к появлению торговцев среди народа люба. Эта торговля и вся экономическая деятельность в селениях народа люба регулировалась системой дани, когда часть добычи, рыбы или урожая передавалась главе рода или тем, кто охранял границы. Границы были естественными, например, образованные водами озера Упемба, где для прохода требовались каналы и мосты. Таким образом, перемещение в земли народа люба и из них контролировалось и облагалось налогом. Как утверждает Томас Риф, "[И]нтеграция в передовые рубежи расширяющихся границ международной торговли привела к распаду Империи" одновременно с развитием работорговли и торговли слоновой костью в 19 веке из Бельгии и со стороны арабских вождей суахили, таких как Типпу Тип и Мсири. Характерной социально-политической системой Империи люба было принятие двух уровней власти: балопве (наследственная монархия) и совет знати или старейшин. Они обеспечивали государственную стабильность посредством взаимного сдерживания и баланса, особенно при возникновении споров о престолонаследии в связи со смертью или другими причинами. Эту идею переняли соседние лунда и другие этнические группы. Более поздние письменные источники указывают на то, что народ люба развил сложные литературные традиции, основанные на их представлениях о добре и зле, и интегрировал эти концепции и свои религиозные верования в легенды о морали и властителях. Например, существует легенда о двух царях: красном короле Нконголо Мвамба и черном короле Илунга Мбиди Килуве. Согласно устной истории народа люба, в 16–17 веках народ люба входил в состав крупного государства, которым правил балопве через делегирование полномочий региональным вождям. Империя люба была защищена от португальских и других колониальных интересов Империей лунда, расположенной к юго-востоку от них. Дэвид Ливингстон отметил эту защиту в своих путевых записках, и, вероятно, она препятствовала регулярному контакту ангольских торговцев с народом люба. Около начала 19 века устные предания народа люба и каньок свидетельствуют о крупном конфликте, вызванном взаимными набегами. После смерти Илунги Сунгу к власти пришел Кумвимбе Нгомбе, который повел своих воинов на юго-восток, установив контакты с торговцами из Восточной Африки. После победы, в соответствии с традициями люба, завоеванные вожди и правители должны были жениться на сестрах или дочерях из правящей семьи люба, чтобы укрепить отношения и лояльность к столице Империи люба. К середине 19 века торговля слоновой костью и рабами процветала к востоку от Империи люба; природные запасы слоновой кости истощались, в то время как международный спрос рос. Земли, населенные народом люба, сохранили популяции слонов. Например, в регионе Канембо не было слоновой кости для продажи.

Archaeological evidence suggests that the Baluba had settlements around the lakes and marshes of the Upemba Depression by the 5th century CE. Of these, the Kisalian period (8th to 11th century) pottery and utensils found. These products attracted interest and demand from far off ethnic groups, creating trade opportunities and traders amongst the Luba people. This trade and all economic activity in the villages of Luba people had a tribute system, where a portion of the hunt, fish or produce was given to the lineage head or the people guarding the borders. These were natural borders, such as that created by waters of Lake Upemba, where passage across required channels and bridges. The movement into and out of the Luba people lands was thus controlled and taxed. " [I]ntegration into the forward edges of the expanding frontiers of international trade tore the Empire apart" in tandem with the advances of the 19th century slave and ivory trade from Belgium and the Arab Swahili chiefs such as Tippu Tip and Msiri, states Thomas Reefe. A prominent sociopolitical system of the Luba Empire was the adoption of two layers of power, one of Balopwe (hereditary kingship) and another a council of royals or elders. These provided governmental stability through mutual balancing, when there were disputes of succession from death or other causes. This idea was adopted by the neighboring Lunda people and other ethnic groups. The later written texts suggest that the Luba people had developed sophisticated literary traditions around their concepts of good and evil, and integrated these concepts and their religious ideas into their legends about morality and people with power. For example, one legend relates to two kings, one called the red king Nkongolo Mwamba and other called the black king Ilunga Mbidi Kiluwe. According to the Luba people's oral history,

The Luba people were a part of a large state in the 16th and 17th centuries, ruled by a Balopwe through delegation to regional chiefs. The Luba Empire was shielded from Portuguese and other colonial interests by the Lunda Empire, which lay to their southeast. This shielding was noted by David Livingstone in his travel memoirs, and likely blocked the Angolan traders from regular contact with the Luba people. Around the start of the 19th century, the oral traditions of both the Luba and Kanyok people suggest a major conflict, led by mutual raids. After the death of Ilunga Sungu, Kumwimbe Ngombe came to power leading his warriors to expand southeast with contacts with traders from East Africa. After his victory, in accordance with Luba traditions, the conquered chiefs and rulers had to marry sisters or daughters from the Luba ruling family in order to tie them into a relationship and loyalty with the Luba Empire capital. The ivory and slave trade had grown to the east of the Luba Empire by the mid 19th century; the natural supplies of ivory were exhausted whilst the international demand was increasing. The region under the Luba people had preserved herds of elephants. For example, the Kanyembo region had no ivory to sell.

Оружие, торговля и колониальная эпоха

Успех и богатство народа люба росли в относительной изоляции, поскольку они находились далеко от восточного и западного побережья Африки, проживая в сравнительно труднодоступной местности. Леса и горы служили естественной границей; кроме того, их соседи препятствовали прямому и регулярному контакту с дальними международными торговцами, чтобы монополизировать прибыль. К 1850-м годам работорговцы начали проникать на земли народа люба. Несмотря на запрет на работорговлю в западном мире, восточная и северная части Африки, возглавляемые арабскими торговцами рабами и слоновой костью, вторглись в восточные и северо-восточные регионы империи люба. Эти захватчики пришли с оружием, опытом организации караванов и другими военными средствами. Хотя оружие народа люба нельзя было назвать примитивным (в их арсенале были клинки и луки), у противника было более современное вооружение. Дэвид Ливингстон в своих мемуарах писал о том, как удивлялись люди люба оружию, принимая его за курительные трубки; огнестрельное оружие стало основным инструментом, использовавшимся против больших слоев населения люба. Торговец рабами и слоновой костью Мсири, танзанийский предприниматель, поставлявший слоновую кость и рабов султану Занзибара, совершал набеги и захватывал юго-восточный регион Шаба, населенный народом люба. К 1874 году другой арабский торговец суахили, Джума бин Салум вад Ракад, друг Типпу Типа, заключил соглашение с одним из сыновей Илунга Кабале и основал базу для охоты на слонов и торговли слоновой костью в самом сердце земель народа люба. Набеги арабов-суахили, такие как набеги Типпу Типа, на земли народа люба организовывались с участием подчиненных из народа ньямвези и рабских армий. Эти набеги и нападения чужаков также занесли оспу в популяцию люба. Во время бельгийского правления люди люба были вынуждены работать на медных и драгоценных рудниках провинции Катанга, что привело к многочисленным смертям, связанным с добычей полезных ископаемых. Они восстали в 1895 году, а затем снова с 1905 по 1917 год, и эти восстания были подавлены военным вмешательством. Народ люба разделился: одна фракция под руководством Ндае Эммануэля поддерживала отделение, а другая под руководством Кисулы Нгое – центральное правительство. Миротворцы ООН в Конго, входящие в состав сил ОНУК, столкнулись с конфликтом с народом люба. 8 ноября 1960 года ирландский армейский патруль попал в засаду недалеко от Ньембы. В бою ирландские солдаты убили 25 представителей народа балуба из огнестрельного оружия, а 9 из 11 ирландцев погибли. После падения сепаратистского режима Тсомбе в 1965 году Кисула Нгое стал связующим звеном между народом люба и центральным правительством. Религия люба признает возможность общения между живыми и мертвыми. Позже католики из народа люба создали знаменитую Missa Luba – форму латинской мессы, адаптированную к искусству и выразительности люба. Это заложило основу для Заирского обряда, полного обряда мессы, основанного на (и используемого преимущественно в) Конго.

The success and wealth of Luba people grew in relative isolation because they were far from the eastern and western coasts of Africa, living in comparatively inaccessible terrain. The forests and mountains provided a natural border; additionally, their neighbors blocked direct and regular contact with distant international traders in order to monopolize the profits. By the 1850s, slavers began intruding into the Luba people lands. Despite a ban on slave trading in the Western world, the eastern and northern parts of Africa, led by Arab Swahili slave and ivory traders entered into the eastern and northeastern regions of the Luba Empire. These intruders came with guns, experience of running caravans, and other tools of war. Although the weapons of the Luba people were not primitive (with implements such as blades and bows), the opposing forces had more advanced weapons. David Livingstone, in his memoir, wrote how amazed the Luba people were with the guns, as they thought they were tobacco pipes; the firearm was the primary tool used against large populations of the Luba. Slave and ivory trader,

Msiri, a Tanzanian operator supplying ivory and slaves to the Sultan of Zanzibar, raided and took over the southeastern Shaba region of Luba people. By 1874, another Arab Swahili trader Juma bin Salum wad Rakad, and a friend of Tippu Tip, had entered into an agreement with one of the Ilunga Kabale's son and established the base of his elephant hunting and ivory trade operations in the heart of the Luba people's lands. The Arab Swahili raids, such as those by Tippu Tip, into Luba people's lands were organized with Nyamwezi subordinates and slave armies. These raids and attacks by the outsiders also introduced smallpox into the Luba population. The Luba people were forced to work in the copper and gemstone mines of the Katanga province during the Belgian rule, causing numerous mining related deaths. They rebelled in 1895, then again from 1905 to 1917, and these insurrections were subdued through military intervention. The Luba were divided, with one faction under Ndaye Emanuel supporting the secession, and another under Kisula Ngoye supporting the central government. United Nations peacekeepers in Congo, as part of the ONUC force came into conflict with the Luba. On 8 November 1960, an Irish Army patrol was ambushed outside Niemba. In the fighting, the Irish soldiers killed 25 Baluba with their firearms, and 9 of the 11 Irish were killed. When Tshombe's breakaway regime collapsed in 1965, Kisula Ngoye became the liaison between the Luba people and the central government. The Luba religions accepts the possibility of communion between the living and the dead. Luba Catholics would later produce the famed Missa Luba, a form of the Latin Mass inculturated in the Luba arts and expression. This would lay the groundwork for the Zaire Use, a full on rite of the Mass based on (and used primarily in) the Congo.

Исламский

Согласно источнику 2011 года, по оценкам, около 12% народа луба исповедуют ислам. Ислам распространился среди луба в XIX и XX веках в результате усиления контактов с суахили.

Культура

Люба обычно селились в деревнях, состоящих из одной улицы, с домами с прямоугольными соломенными крышами по обеим сторонам, где родословные обычно связаны между собой. По мнению ученых, таких как Даниэль Кабози, некоторые из изысканных произведений искусства народа луба служили мнемоническими устройствами – формой символического кодированного письма, предназначенной для сохранения информации и воспроизведения истории и знаний луба. По словам Мэри Робертс, народ луба разработал "одну из самых сложных и блестящих систем запоминания в Африке для фиксации королевской истории, списков королей, миграций, тайн посвящения и семейных генеалогий", например, доску памяти лукаса. Эти произведения искусства сейчас можно увидеть во многих музеях мира.