Введение

Нега Мезелика (амх. ነጋ መዝለቂያ; род. 1958) — эфиопский писатель, пишущий на английском языке. Его родной язык — амхарский, но с 1980-х годов он живёт в Канаде и говорит и пишет на английском языке. Нега родился в Джиджиге, он был старшим сыном Мезлекии, чиновника в имперском правительстве. Первоначально поддерживая революцию, свергшую императора Хайле Селассие, он вскоре стал резко критиковать режим Менгисту Хайле Мариам. В конце подросткового возраста он оставил мать и братьев с сёстрами и вместе с лучшим другом отправился присоединиться к одной из вооружённых повстанческих группировок. В 1983 году он покинул должность в Университете Харамайя, чтобы получить стипендию для изучения инженерии в Университете Вагенингена. После двух лет в Нидерландах он всё ещё не смог вернуться домой и переехал в Канаду. Он до сих пор не возвращался в Эфиопию. Он изложил историю своей жизни в своей первой книге «Записки из брюха гиены». Опубликованная в 2000 году, книга получила премию генерал-губернатора Канады за англоязычную нон-фикшн литературу в том же году. За ней последовал роман «Бог, породивший шакала», основанный на древнем эфиопском мифе. В 2006 году вышла его третья книга «Несчастливый брак Азеба Итадес». Действие романа разворачивается в период с 1960 по 1990 год и рассказывает о небольшой деревне на востоке Эфиопии, борющейся за сохранение своей идентичности и наследия перед лицом надвигающегося современного мира. Книга вошла в короткий список премии Commonwealth Writers’ Prize в 2007 году.

Противоречия

Вскоре после того, как Мезлекия получил награду за "Записки из брюха гиены", поэтесса и редактор Энн Стоун заявила, что она написала все, кроме последних 20 страниц книги. Хотя Мезлекия признал, что как человек, для которого английский не является родным языком, ему требовалась помощь в том, чтобы его мысли были изложены на правильном английском, он ответил, что книга по сути является его собственной, а роль Стоун в публикации ограничивалась функцией корректора, и подал на Стоун в суд за клевету. Возникшая полемика вызвала широкую дискуссию в канадской прессе, при этом большинство критиков признавали, что крайне сложно однозначно определить, в какой степени редактор может влиять на текст, прежде чем он должен быть справедливо признан соавтором. Несколько научных работ, посвященных природе и границам отношений между автором и редактором, ссылаются на дело Мезлекии.