Византийские греки: история и культура средневекового народа.

Введение

Грекоязычные восточные римляне православного христианства – средневековая этническая группа.

Византийские греки были грекоязычными восточными римлянами на протяжении поздней античности и средневековья. Они были основными жителями земель Византийской империи (Восточной Римской империи), Константинополя и Малой Азии (современная Турция), греческих островов, Кипра и частей южных Балкан, и составляли значительные меньшинства или преобладали в прибрежных городах Леванта и северного Египта. На протяжении всей своей истории византийские греки самоидентифицировали себя как римляне, но в современной историографии их называют "византийскими греками". Латиноязычные называли их просто греками или *ромаями*. Социальная структура византийских греков в основном опиралась на сельское, аграрное сословие, состоящее из крестьянства и незначительной доли бедных. Эти крестьяне жили в трех типах поселений: *хорионе* или деревне, *агридионе* или хуторе, и *проастеоне* или имении. Многие гражданские беспорядки, происходившие во времена Византийской империи, были связаны с политическими группировками внутри империи, а не с этой многочисленной народной массой. Воины среди византийских греков изначально набирались из сельских крестьян и проходили ежегодную подготовку. К XI веку в армии все больше служили профессиональные воины или наемники. До XIII века образование среди византийских греков было более развитым, чем на Западе, особенно на начальном уровне, что приводило к сравнительно высокой грамотности. Византийские греческие купцы легко добивались успеха, занимая прочные позиции в международной торговле. Несмотря на конкуренцию со стороны итальянских купцов, они сохраняли свои позиции на протяжении большей части существования Византийской империи. Духовенство также занимало особое положение, обладая большей свободой, чем на Западе, и поддерживая патриарха в Константинополе, который считался равным папе. Эта сила постепенно укреплялась, поскольку в начале Византийской империи, при императоре Константине Великом, лишь около 10% населения были христианами. Греческий язык уже широко использовался в восточных частях Римской империи, когда Константин перенес столицу в Константинополь, хотя латынь оставалась языком имперской администрации. С правления императора Гераклия греческий язык стал преобладающим среди населения и заменил латынь в управлении. Изначально Византийская империя была многонациональной, но после потери не грекоязычных провинций в результате мусульманских завоеваний VII века в ней доминировали византийские греки, населявшие сердцевину позднейшей империи: современный Кипр, Грецию, Турцию и Сицилию, а также части южной Болгарии, Крыма и Албании. Со временем отношения между ними и Западом, особенно с Латинской Европой, ухудшились. Раскол между католическим Западом и православным Востоком еще больше усугубил ситуацию, приведя к тому, что византийских греков стали считать еретиками на Западе. В последние века Византийской империи, особенно после имперской коронации короля франков Карла Великого в Риме в 800 году, византийцы не считались западноевропейцами наследниками Римской империи, а скорее частью восточногреческого царства. По мере упадка Византийской империи римская идентичность сохранялась до ее падения в 1453 году и даже после. Османская империя использовала обозначение "Рум" ("римский") по отношению к османским грекам, а термин "Рум миллет" ("римская нация") – ко всем восточным православным народам. Этот термин использовался как османскими греками, так и их османскими правителями на протяжении всего периода османского владычества, все больше трансформируясь в этническую идентичность, характеризующуюся греческим языком и приверженностью православному христианству – предшественник, сформировавший современную греческую этническую идентичность. Самоидентификация как римляне среди греков начала ослабевать лишь во время Греческой революции, когда ряд факторов привели к возвышению имени "эллин" в качестве замены, учитывая предшествующее возрождение самоидентификации с XIII века никейской элитой и в интеллектуальных кругах Георгием Гемистом Плетоном и Иоанном Аргиропулом, посеявших семена для этого. Сегодня современные греки иногда используют, наряду с терминами "греки" и "эллины", византийский термин "Ромайои" или "Ромиои" ("римляне") для обозначения себя, а также термин "ромаикос" ("римский") для обозначения своего современного греческого языка.

The Byzantine Greeks were the Greek speaking Eastern Romans throughout Late Antiquity and the Middle Ages. They were the main inhabitants of the lands of the Byzantine Empire (Eastern Roman Empire), of Constantinople and Asia Minor (modern Turkey), the Greek islands, Cyprus, and portions of the southern Balkans, and formed large minorities, or pluralities, in the coastal urban centres of the Levant and northern Egypt. Throughout their history, the Byzantine Greeks self identified as Romans , but are referred to as "Byzantine Greeks" in modern historiography. Latin speakers identified them simply as Greeks or with the term Romaei. The social structure of the Byzantine Greeks was primarily supported by a rural, agrarian base that consisted of the peasantry, and a small fraction of the poor. These peasants lived within three kinds of settlements: the chorion or village, the agridion or hamlet, and the proasteion or estate. Many civil disturbances that occurred during the time of the Byzantine Empire were attributed to political factions within the Empire rather than to this large popular base. Soldiers among the Byzantine Greeks were at first conscripted amongst the rural peasants and trained on an annual basis. As the Byzantine Empire entered the 11th century, more of the soldiers within the army were either professional men at arms or mercenaries. Until the thirteenth century, education within the Byzantine Greek population was more advanced than in the West, particularly at primary school level, resulting in comparatively high literacy rates. Success came easily to Byzantine Greek merchants, who enjoyed a very strong position in international trade. Despite the challenges posed by rival Italian merchants, they held their own throughout the latter half of the Byzantine Empire's existence. The clergy also held a special place, not only having more freedom than their Western counterparts, but also maintaining a patriarch in Constantinople who was considered the equivalent of the pope. This position of strength had built up over time, for at the beginning of the Byzantine Empire, under Emperor Constantine the Great , only a small part, about 10%, of the population was Christian. Use of the Greek language was already widespread in the eastern parts of the Roman Empire when Constantine moved its capital to Constantinople, although Latin was the language of the imperial administration. From the reign of Emperor Heraclius , Greek was the predominant language amongst the populace and also replaced Latin in administration. At first, the Byzantine Empire had a multi ethnic character, but following the loss of the non Greek speaking provinces with the 7th century Muslim conquests it came to be dominated by the Byzantine Greeks, who inhabited the heartland of the later empire: modern Cyprus, Greece, Turkey, and Sicily, and portions of southern Bulgaria, Crimea, and Albania. Over time, the relationship between them and the West, particularly with Latin Europe, deteriorated. Relations were further damaged by a schism between the Catholic West and Orthodox East that led to the Byzantine Greeks being labeled as heretics in the West. Throughout the later centuries of the Byzantine Empire and particularly following the imperial coronation of the King of the Franks, Charlemagne , in Rome in 800, the Byzantines were not considered by Western Europeans as heirs of the Roman Empire, but rather as part of an Eastern Greek kingdom. As the Byzantine Empire declined, the Roman identity survived until its fall in 1453 and beyond. The Ottomans used the designation "Rûm" ("Roman") distinctly for the Ottoman Greeks and the term "Rum millet" ("Roman nation") for all the Eastern Orthodox populations. It was kept by both Ottoman Greeks and their Ottoman overlords throughout the years of the Ottoman rule, increasingly transforming into an ethnic identity, marked by Greek language and adherence to Orthodox Christianity, a precursor that shaped the modern Greek ethnic identity. The self identity as Roman among the Greeks only began to lose ground by the time of the Greek Revolution, when multiple factors saw the name 'Hellene' rise to replace it, given the prior revival as self identification from the 13th century onward by the Nicaenean elite and in the intellectual circles by Georgios Gemistos Plethon and John Argyropoulos, that sowed the seed for it. Today, the modern Greek people still sometimes use, in addition to the terms "Greeks" and "Hellenes", the Byzantine term "Romaioi," or "Romioi," ("Romans") to refer to themselves, as well as the term "Romaic" ("Roman") to refer to their Modern Greek language.

Терминология

В течение большей части Средневековья византийские греки самоидентифицировались как Rhōmaîoi (Ῥωμαῖοι, "римляне", то есть граждане Римской империи), термин, который в греческом языке стал синонимом христианских греков. Латинизирующий термин Graikoí (Γραικοί, "греки") также использовался, хотя его употребление было менее распространено и отсутствовало в официальной византийской политической переписке до Четвертого крестового похода 1204 года. Хотя этот латинский термин для древних эллинов мог использоваться нейтрально, его использование западными людьми начиная с IX века для оспаривания византийских притязаний на древнеримское наследие сделало его пренебрежительным экзонимом для византийцев, которые редко его употребляли, в основном в контекстах, связанных с Западом, например, в текстах, касающихся Флорентийского собора, чтобы представить западную точку зрения. Древнее название "эллины" было синонимом "язычников" в обиходе, но было возрождено как этноним в средневизантийский период (XI век). В то время как на Западе термин "римский" приобрел новое значение в связи с католической церковью и римским епископом, греческая форма "Romaioi" оставалась прочно связанной с греками Восточной Римской империи. Термин "византийские греки" – это экзоним, введенный более поздними историками, такими как Иероним Вольф; граждане Византии продолжали называть себя Romaioi ("римлянами") на своем языке. Несмотря на изменение терминологии на Западе, восточные соседи Византийской империи, такие как арабы, продолжали называть византийцев "римлянами", например, в 30-й суре Корана (Ар-Рум). Обозначение "римский" (Rum millet, "римская нация") также использовалось более поздними османскими соперниками византийцев, а его турецкий эквивалент Rûm ("римский") до сих пор официально используется правительством Турции для обозначения греческих православных коренных жителей (Румлар) Стамбула, а также Вселенского патриархата Константинополя (Rum Ortodoks Patrikhanesi, "Римский православный патриархат"). Среди славянских народов Юго-Восточной Европы, таких как болгары и сербы, название "Rhomaioi" ("римляне") в их языках чаще всего переводилось как "греки" (Greeks). В некоторых славянских текстах раннего Средневековья также использовались термины Rimljani или Romei. Сохранился, по крайней мере, один болгарский источник XI века, в котором упоминаются "Ellini rimski" ("римские эллины"). В большинстве средневековых болгарских источников византийские императоры именовались "царями греков", а Византийская империя была известна как "Царство греков". Правители Эпирского деспотата и Никейской империи также были "греческими царями, правящими греческим народом". Аналогично, среди скандинавских народов, таких как исландцы, варяги (викинги) и другие скандинавы, "Rhomaioi" назывались "Grikkr" ("греки"). Существуют различные рунические надписи, оставленные в Норвегии, Швеции и даже в Афинах путешественниками и членами варяжской стражи, такие как рунические камни Греции и Пирейский лев, в которых встречаются термины Grikkland ("Греция") и Grikkr, относящиеся к их походам в Византийскую империю и их взаимодействию с византийцами.

During most of the Middle Ages, the Byzantine Greeks self identified as Rhōmaîoi (Ῥωμαῖοι, "Romans", meaning citizens of the Roman Empire), a term which in the Greek language had become synonymous with Christian Greeks. The Latinizing term Graikoí (Γραικοί, "Greeks") was also used, though its use was less common, and nonexistent in official Byzantine political correspondence, prior to the Fourth Crusade of 1204. While this Latin term for the ancient Hellenes could be used neutrally, its use by Westerners from the 9th century onwards in order to challenge Byzantine claims to ancient Roman heritage rendered it a derogatory exonym for the Byzantines who barely used it, mostly in contexts relating to the West, such as texts relating to the Council of Florence, to present the Western viewpoint. The ancient name Hellenes was synonymous to "pagan" in popular use, but was revived as an ethnonym in the Middle Byzantine period (11th century). While in the West the term "Roman" acquired a new meaning in connection with the Catholic Church and the Bishop of Rome, the Greek form "Romaioi" remained attached to the Greeks of the Eastern Roman Empire. The term "Byzantine Greeks" is an exonym applied by later historians like Hieronymus Wolf; "Byzantine" citizens continued to call themselves Romaioi (Romans) in their language. Despite the shift in terminology in the West, the Byzantines Empire's eastern neighbors, such as the Arabs, continued to refer to the Byzantines as "Romans", as for instance in the 30th Surah of the Quran (Ar Rum). The signifier "Roman" (Rum millet, "Roman nation") was also used by the Byzantines' later Ottoman rivals, and its Turkish equivalent Rûm, "Roman", continues to be used officially by the government of Turkey to denote the Greek Orthodox natives (Rumlar) of Istanbul, as well as the Ecumenical Patriarchate of Constantinople (Rum Ortodoks Patrikhanesi, "Roman Orthodox Patriarchate"). Among Slavic populations of southeast Europe, such as Bulgarians and Serbs the name "Rhomaioi" (Romans) in their languages was most commonly translated as "Greki" (Greeks). Some Slavonic texts during the early medieval era also used the terms Rimljani or Romei. At least one 11th century Bulgarian source is attested which refers to "Ellini rimski" (Roman Hellenes). In most medieval Bulgarian sources the Byzantine Emperors were the "Tsars of the Greeks" and the Byzantine Empire was known as "Tsardom of the Greeks". Both rulers of the Despotate of Epirus and the Empire of Nicaea were also "Greek tsars ruling over Greek people". Equally, among Nordic people such as Icelanders, Varangians (Vikings) and other Scandinavian people, "Rhomaioi" were called "Grikkr" (Greeks). There are various runic inscriptions left in Norway, Sweden and even in Athens by travellers and members of the Varangian Guard like Greece runestones and the Piraeus Lion which we meet the terms Grikkland (Greece) and Grikkr referring to their ventures in Byzantine Empire and their interaction with the Byzantines.

Общество

В то время как социальная мобильность в Византии не была неизвестна, общественный строй воспринимался как более прочный, и простой человек считал Небесный суд образцом Императорского двора в Константинополе. Это общество включало различные слои населения, которые не были ни закрытыми, ни неизменными. Наиболее характерными были бедные, крестьяне, воины, учителя, предприниматели и духовенство. Византийцы унаследовали греческие представления о благотворительности ради полиса, однако именно христианские концепции, засвидетельствованные в Библии, вдохновляли их на дела милосердия, особенно примеры Василия Великого (греческий аналог Санта-Клауса), Григория Нисского и Иоанна Златоуста. С гомеровских времен существовали различные категории бедности: птохос (πτωχός, "пассивный бедняк") находился ниже пенеса (πένης, "активный бедняк"). Они составляли большинство печально известной константинопольской толпы, чья роль была схожа с ролью толпы в Первом Риме. Однако, хотя случаи бунтов приписывались бедным, большинство гражданских беспорядков были связаны с различными группировками ипподрома, такими как Зелёные и Синие. Бедные составляли значительную часть населения, но они повлияли на христианское общество Византии, побудив его создать широкую сеть больниц (iatreia, ιατρεία) и приютов для бедных, а также религиозную и социальную модель, во многом оправданную существованием бедности и возникшую в результате христианской трансформации классического общества.

Крестьянство

Византийское государство и общество опирались на эллинистическую систему солидарной ответственности за налоги благодаря простоте учета, быстрому и легкому поступлению доходов в казну из различных городов и деревень – хорио, комаи, состоявших преимущественно из крестьян, которые являлись основным источником дохода. Точных данных о численности крестьянства нет, однако общепринято считать, что подавляющее большинство византийских греков проживало в сельской местности и занималось земледелием. В «Тактике» императора Льва VI Мудрого (годы правления 886–912) двумя профессиями, определяющими основу государства, названы крестьянство (geōrgikē, γεωργική, «фермеры») и воины (stratiōtikē, στρατιωτική). Хотя земледелие и скотоводство были основными занятиями сельских жителей, они не были единственными. Налоги, взимаемые с сельского населения, включали капникон (греч. καπνικόν) или налог на домашний очаг, синон (греч. συνονή) или денежный платеж, часто связанный с капниконом, енномион (греч. εννόμιον) или налог на выпас скота, а также аэрикон (греч. αέρικον, означающее «воздушный»), размер которого зависел от численности населения деревни и колебался от 4 до 20 золотых монет в год. Их рацион состоял в основном из зерновых и бобовых, а в прибрежных общинах рыба часто заменяла мясо. Хлеб, вино и оливки были важными продуктами питания византийцев, а солдаты в походах ели дважды выпеченный и высушенный хлеб, называемый паксимадион (греч. παξιμάδιον). Как и в античности и в наше время, наиболее распространенными культурами в хорафиях (греч. χωράφια) были оливковые рощи и виноградники. Лиутпранд Кремонский, путешественник из Италии, находил греческое вино неприятным из-за частого добавления в него смолы (рецины), однако большинство других западных людей восхищались греческими винами, особенно славились критские. Охота и рыбалка были распространены, но крестьяне охотились в основном для защиты своих стад и урожая. Пчеловодство, разведение пчел, было столь же развито в Византии, как и в Древней Греции. Помимо земледелия, крестьяне занимались ремеслами, в фискальных инвентарях упоминаются кузнецы (греч. χαλκεύς, chalkeus), портные (греч. ράπτης, rhaptes) и сапожники (греч. τζαγγάριος, tzangarios). Хотя провести различие между римскими и византийскими солдатами с организационной точки зрения сложно, сделать это легче с точки зрения их социального статуса. Как и крестьяне, многие солдаты выполняли вспомогательные функции, например, медиков и техников. Отбор на военную службу был ежегодным, с ежегодными призывами, и большое внимание уделялось военным учениям, проводимым в зимние месяцы, которые составляли значительную часть жизни воина. До XI века большинство призывников были выходцами из сельской местности, в то время как вопрос о призыве ремесленников и торговцев остается открытым. Затем профессиональная вербовка заменила призыв, а растущее использование наемников в армии было губительно для казны. Однако с XII века государство выделяло солдатам налоговые поступления с некоторых поместий, называемых проноиями (πρόνοιαι). Как и в античности, основной пищей солдата оставался сухарь, хотя его название изменилось с boukelaton (βουκελάτον) на paximadion.

Byzantine state and society relied on the Hellenistic system of joint tax liability due to the easy handling, fast and simple revenue for the state from the different towns and villages chorio, komai mostly made up of peasants, who were the main income. There are no reliable figures as to the numbers of the peasantry, yet it is widely assumed that the vast majority of Byzantine Greeks lived in rural and agrarian areas. In the Taktika of Emperor Leo VI the Wise (r. 886–912), the two professions defined as the backbone of the state are the peasantry (geōrgikē, γεωργική, "farmers") and the soldiers (stratiōtikē, στρατιωτική). While agriculture and herding were the dominant occupations of villagers they were not the only ones. Taxes placed on rural populations included the kapnikon (Greek: καπνικόν) or hearth tax, the synone (Greek: συνονή) or cash payment frequently affiliated with the kapnikon, the ennomion (Greek: εννόμιον) or pasture tax, and the aerikon (Greek: αέρικον, meaning "of the air") which depended on the village's population and ranged between 4 and 20 gold coins annually. Their diet consisted of mainly grains and beans and in fishing communities fish was usually substituted for meat. Bread, wine, and olives were important staples of Byzantine diet with soldiers on campaign eating double baked and dried bread called paximadion (Greek: παξιμάδιον). As in antiquity and modern times, the most common cultivations in the choraphia (Greek: χωράφια) were olive groves and vineyards. While Liutprand of Cremona, a visitor from Italy, found Greek wine irritating as it was often flavoured with resin (retsina) most other Westerners admired Greek wines, Cretan in particular being famous. While both hunting and fishing were common, the peasants mostly hunted to protect their herds and crops. Apiculture, the keeping of bees, was as highly developed in Byzantium as it had been in Ancient Greece. Aside from agriculture, the peasants also laboured in the crafts, fiscal inventories mentioning smiths (Greek: χαλκεύς, chalkeus), tailors (Greek: ράπτης, rhaptes), and cobblers (Greek: τζαγγάριος, tzangarios). While it is difficult to draw a distinction between Roman and Byzantine soldiers from an organizational aspect, it is easier to do so in terms of their social profile. As with the peasantry, many soldiers performed ancillary activities, like medics and technicians. Selection for military duty was annual with yearly call ups and great stock was placed on military exercises, during the winter months, which formed a large part of a soldier's life. Until the 11th century, the majority of the conscripts were from rural areas, while the conscription of craftsmen and merchants is still an open question. From then on, professional recruiting replaced conscription, and the increasing use of mercenaries in the army was ruinous for the treasury. What the state did allocate to soldiers, however, from the 12th century onwards, were the tax revenues from some estates called pronoiai (πρόνοιαι). As in antiquity, the basic food of the soldier remained the dried biscuit bread, though its name had changed from boukelaton (βουκελάτον) to paximadion.

Учителя

Византийское образование было продуктом древнегреческой образовательной традиции, уходящей корнями в V век до н.э. Оно представляло собой трехступенчатую систему образования, сформировавшуюся в эллинистическую эпоху и сохранявшуюся, с неизбежными изменениями, вплоть до падения Константинополя. Начальное образование было широко доступно на протяжении большей части существования Византийской империи, в городах и изредка в сельской местности. Среднее образование ограничивалось крупными городами, а высшее – исключительно Константинополем. Основываясь на информации из обширного спектра византийских документов различных периодов (например, проповедей, «Эклоги» и т.д.), Роберт Браунинг заключил, что, хотя книги были предметом роскоши, а элементарная грамотность (чтение и письмо) была распространена, но в основном ограничивалась городами и монастырями, доступ к начальному образованию предоставлялся в большинстве городов на протяжении большей части времени и иногда в деревнях. Николаос Оикономидис, сосредоточившись на византийской грамотности в Западной Малой Азии в XIII веке, утверждает, что византийское общество имело «полностью грамотное духовенство, почти полностью грамотную аристократию, немного грамотных всадников, редких грамотных крестьян и почти полностью неграмотных женщин». Иоаннис Стоураитис оценивает, что процент населения империи, обладающего хотя бы элементарной грамотностью, составлял не более 15–20%, основываясь главным образом на упоминании неграмотных византийских турмархов в «Тактике» императора Льва VI Мудрого (годы правления 886–912). В Византии учитель начальной школы занимал низкое положение в обществе и преподавал в основном по простым книгам со сказками (часто использовались басни Эзопа). Однако грамматик и ритор, преподаватели, ответственные за следующие два этапа образования, пользовались большим уважением.

Женщины

Женщины часто оставались в тени византийских исследований, поскольку византийское общество оставило немного свидетельств об их жизни. Женщины были в невыгодном положении в некоторых аспектах их правового статуса и имели ограниченный доступ к образованию, а также были ограничены в свободе передвижения. Жизнь византийской гречанки можно разделить на три этапа: девичество, материнство и вдовство. Детство было коротким и полным опасностей, особенно для девочек. Образование, за редкими исключениями, ограничивалось грамотностью и изучением Библии; ярким исключением является принцесса Анна Комнина (1083–1153), чья «Алексиада» демонстрирует глубокую эрудицию, а также известная византийская поэтесса и композитор IX века Кассиани. Большая часть повседневной жизни юной девушки проходила в домашних и сельскохозяйственных хлопотах, готовя её к замужеству. Хотя брак, организованный семьёй, был нормой, романтическая любовь тоже встречалась. Основным средством контроля над рождаемостью было воздержание, и хотя существуют свидетельства использования контрацепции, похоже, что ею в основном пользовались проститутки. В силу преобладающих норм скромности женщины носили одежду, закрывающую всё тело, кроме рук. В то время как бедные женщины иногда носили туники без рукавов, большинство были обязаны покрывать даже волосы длинной мафорией (μαφόριον). Однако состоятельные женщины не скупились на украшение своей одежды изысканными драгоценностями и тончайшими шёлковыми тканями. Мужья нередко избивали своих жён, хотя и обратное тоже случалось, как, например, в описании Теодором Продромом избитого мужа в стихотворениях «Птохопродромос».

Предприниматели

Традиционный образ византийских греческих купцов как непредприимчивых получателей государственной поддержки начинает меняться, уступая место образу мобильных и активных агентов. Торговый класс, особенно в Константинополе, превратился в самостоятельную силу, которая временами могла даже угрожать императору, как это происходило в одиннадцатом и двенадцатом веках. Это было достигнуто благодаря эффективному использованию кредита и других финансовых новшеств. Купцы инвестировали избыточные средства в финансовые инструменты, называемые chreokoinonia (χρεοκοινωνία) – эквивалент и, возможно, предшественник более поздней итальянской commenda. В конечном итоге покупательная способность византийских купцов стала настолько велика, что позволяла им влиять на цены на рынках, расположенных в таких отдаленных городах, как Каир и Александрия. Это закончилось к концу одиннадцатого века, когда политические интриги позволили землевладельческой аристократии укрепиться на троне более чем на столетие. Однако после этого периода предприимчивые купцы восстановили свое влияние и играли значительную роль во время Третьего крестового похода. Причина, по которой византийские греческие купцы часто оставались в тени в историографии, заключается не в том, что они были менее способными, чем их античные или современные греческие коллеги в сфере торговли. Скорее, это связано со способом написания истории в Византии, которая часто находилась под покровительством их конкурентов – двора и земельной аристократии. Читатели и субдиаконы набирались из числа мирян и должны были быть не моложе двадцати лет, в то время как священники и епископы – не моложе тридцати. Вопрос о цезаропапизме, хотя обычно ассоциируется с Византийской империей, теперь рассматривается как чрезмерное упрощение реальной ситуации в империи. К V веку Константинопольский патриарх был признан первым среди равных четырех восточных патриархов и равным по статусу Папе Римскому.

Язык

Восточная Римская империя по языку и культуре представляла собой греческое общество. С лингвистической точки зрения, византийский или средневековый греческий язык занимает промежуточное положение между эллинистическим (койне) и современным этапами развития языка. Уже в эллинистическую эпоху греческий язык был лингва франка образованных элит Восточного Средиземноморья, на котором говорили как на родном в южных Балканах, на греческих островах, в Малой Азии, а также в древних и эллинистических греческих колониях Южной Италии, Причерноморья, Западной Азии и Северной Африки. В начале византийского тысячелетия койне (греч. κοινή) оставалась основой для разговорного греческого языка и христианских текстов, в то время как аттический греческий был языком философов и ораторов. С распространением христианства аттический язык стал использоваться в христианской литературе наряду с койне, часто перемежаясь с ним. Эти влияния, а также приток населения арабского, кельтского, германского, тюркского и славянского происхождения обогатили средневековый греческий язык многочисленными заимствованиями, сохранившимися в современном греческом языке.

Религия

Во времена Константина Великого (правил в 306–337 гг.) христиане составляли едва ли 10% населения Римской империи, и большинство из них проживало в городах, преимущественно в восточной части империи. Большинство людей по-прежнему чтили старых богов в традиционном римском религиозном порядке (religio). Однако это изменилось, когда христианство превратилось в целостную философскую систему, теория и апологетика которой во многом опирались на классическую мысль. Кроме того, Константин, как Pontifex Maximus, нес ответственность за правильное отправление культа или почитания божества в соответствии с прежней римской практикой. Переход от старой религии к новой включал в себя как элементы преемственности, так и разрыв с прошлым, хотя художественное наследие язычества было буквально уничтожено христианским рвением. Христианство способствовало развитию ряда явлений, характерных для Византии, в частности, тесной связи между Церковью и государством, унаследованной от римского культа. С упадком Рима и внутренними распрями в других восточных патриархатах, Константинопольская церковь в период с VI по XI век стала самым богатым и влиятельным центром христианства. Даже когда Византийская империя превратилась лишь в тень своего былого величия, Церковь, как институт, оказывала влияние как внутри, так и за пределами имперских границ, как никогда прежде. Как отмечал Георгий Острогорский:

"Константинопольский патриархат оставался центром православного мира, с подчиненными митрополиями и архиепископствами на территории Малой Азии и Балкан, ныне утраченных Византией, а также на Кавказе, в России и Литве. Церковь оставалась самым стабильным элементом Византийской империи." В религиозном отношении византийская греческая Македония также важна как родина святых Кирилла и Мефодия, двух греческих братьев из Салоник, которые были отправлены с государственной поддержкой в миссии для обращения в христианство славян Балкан и восточно-центральной Европы. Для этого Кириллу и Мефодию пришлось перевести христианскую Библию на славянский язык, для чего они создали алфавит, известный как старославянский. Таким образом, греческие братья закрепили за собой статус пионеров славянской литературы и тех, кто впервые познакомил неграмотных и языческих славян с византийской цивилизацией и православным христианством.

Самооценка

В современной византийской науке в настоящее время существуют три основные школы мысли о средневековой восточноримской идентичности. Во-первых, школа, развившаяся в значительной степени под влиянием современного греческого национализма, рассматривает римскую идентичность как средневековую форму извечной греческой национальной идентичности. Согласно этой точке зрения, византийцы, будучи наследниками древних греков и римского государства, считали себя Rhomaioi, то есть римлянами, хотя и осознавали свою этническую греческую принадлежность. Во-вторых, направление, которое можно считать преобладающим в данной области, рассматривает "романство" как способ самоидентификации подданных многоэтнической империи, по крайней мере, до XII века, когда рядовой подданный идентифицировал себя как римлянин. В-третьих, существует точка зрения, утверждающая, что восточноримская идентичность представляла собой отдельную, досовременную национальную идентичность. Устоявшийся консенсус в византиноведении не подвергает сомнению самоидентификацию "византийцев" как римлян. Определяющими признаками принадлежности к Rhomaioi были исповедание восточного православия и, что более важно, владение греческим языком – характеристики, которые необходимо было приобрести с рождения, чтобы не считаться аллогеном или даже варваром. Термин, чаще всего используемый для обозначения иностранца по отношению к византийцам и их государству, – ethnikós (греч. ἐθνικός), изначально обозначавший неевреев или нехристиан, но утративший свое религиозное значение. В духе классицизма, обычно применяемом к другим народам, византийские авторы регулярно называли свой народ "авзонами" – древним названием коренных жителей Италии. Большинство историков сходятся во мнении, что определяющими чертами их цивилизации были: 1) греческий язык, культура, литература и наука, 2) римское право и традиции, 3) христианская вера. Византийские греки были и осознавали себя наследниками культуры Древней Греции, политическими наследниками имперского Рима и последователями апостолов. Таким образом, их понимание "романства" отличалось от понимания его современниками на Западе. "Ромаик" (Romaic) – это название разговорного греческого языка, в отличие от "эллинического" (Hellenic), который представлял собой его литературную или доктринальную форму. Быть римлянином было прежде всего вопросом культуры и религии, а не владения греческим языком или проживания на византийской территории, и не имело отношения к расе. Особое внимание уделялось языческому греческому и христианскому римскому прошлому, особенно в период политического упадка Византии. Византийская элита и простой народ лелеяли высокую самооценку, основанную на их воспринимаемом культурном превосходстве над иностранцами, к которым они относились с презрением, несмотря на частые комплименты отдельным иностранцам, например, как к andreîos Rhōmaióphrōn (ἀνδρεῖος Ῥωμαιόφρων, приблизительно "достойному, римским духом наделенному человеку").

In modern Byzantine scholarship, there are currently three main schools of thought on medieval eastern Roman identity. First, a school of thought that developed largely under the influence of modern Greek nationalism, treats Roman identity as the medieval form of a perennial Greek national identity. In this view, as heirs to the ancient Greeks and of the Roman state, the Byzantines thought of themselves as Rhomaioi, or Romans, though they knew that they were ethnically Greeks. Second, which could be regarded as preponderant in the field considers "Romanity" the mode of self identification of the subjects of a multi ethnic empire at least up to the 12th century, where the average subject identified as Roman. Third, a line of thought argues that the eastern Roman identity was a separate pre modern national identity. The established consensus in the field of Byzantine studies does not call into question the self identification of the "Byzantines" as Romans. The defining traits of being considered one of the Rhomaioi were being an Eastern Orthodox Christian and more importantly speaking Greek, characteristics which had to be acquired by birth if one was not to be considered an allogenes or even a barbarian. The term mostly used to describe someone who was a foreigner to both the Byzantines and their state was ethnikós (Greek: ἐθνικός), a term which originally described non Jews or non Christians, but had lost its religious meaning. In a classicizing vein usually applied to other peoples, Byzantine authors regularly referred to their people as "Ausones", an ancient name for the original inhabitants of Italy. Most historians agree that the defining features of their civilization were: 1) Greek language, culture, literature, and science, 2) Roman law and tradition, 3) Christian faith. The Byzantine Greeks were, and perceived themselves as, heirs to the culture of ancient Greece, the political heirs of imperial Rome, and followers of the Apostles. Thus, their sense of "Romanity" was different from that of their contemporaries in the West. "Romaic" was the name of the vulgar Greek language, as opposed to "Hellenic" which was its literary or doctrinal form. Being a Roman was mostly a matter of culture and religion rather than speaking Greek or living within Byzantine territory, and had nothing to do with race. put emphasized pagan Greek and Christian Roman past, mostly during a time of Byzantine political decline. Byzantine elites and common people nurtured a high self esteem based on their perceived cultural superiority towards foreigners, whom they viewed with contempt, despite the frequent occurrence of compliments to an individual foreigner as an andreîos Rhōmaióphrōn (ἀνδρεῖος Ῥωμαιόφρων, roughly "a brave Roman minded fellow").

Официальный дискурс

В официальном дискурсе утверждалось, что "все жители империи были подданными императора и, следовательно, римлянами". Таким образом, изначальное определение "ромайоса" было "политическим или государственным". Чтобы в полной мере и бесспорно считаться "римлянином", желательно было быть греческим православным христианином и греком, по крайней мере, в публичном облике.

Возрождение эллинизма

С эволюционной точки зрения, Византия была многонациональным римским государством, завоевавшим греческий Восток, превратившимся в христианскую империю и прекратившим существование в 1453 году как греческое православное государство; оно стало нацией, почти в современном значении этого слова. Наличие самобытной и исторически богатой литературной культуры также было очень важно в разделении между "греческим" Востоком и "латинским" Западом, и, следовательно, в формировании обоих. Это была многонациональная империя, где преобладал эллинский элемент, особенно в более поздний период. После потери империей не грекоязычных территорий в VII и VIII веках, "греческий" (Ἕλλην), когда не использовался для обозначения "язычников", стал синонимом "римский" (Ῥωμαῖος) и "христианский" (Χριστιανός), обозначая христианского греческого гражданина Восточной Римской империи. Начиная с XII века, византийские римские писатели стали дистанцироваться от доконстантиновского латинского прошлого империи, считая перенос римской столицы в Константинополь Константином своим основополагающим моментом и переосмысливая нормативную ценность эллинских язычников, хотя последние все еще рассматривались как группа, отличная от византийцев. Впервые термин "эллин" в значении "византиец" был использован в официальной переписке в письме императору Мануилу I Комнену (1118–1180). Начиная с XII века и особенно после 1204 года, некоторые византийские греческие интеллектуалы стали использовать древнегреческий этноним Ἕλλην для описания византийской цивилизации. После падения Константинополя под натиском крестоносцев в 1204 году небольшой круг элиты Никейской империи использовал термин "эллин" в качестве самоидентификации. Например, в письме папе Григорию IX никейский император Иоанн III Дука Ватац (1221–1254) утверждал, что получил дар царства от Константина Великого, и подчеркивал свое "эллинское" происхождение, возвеличивая мудрость греческого народа. Он представлял эллинскую культуру как неотъемлемую часть византийской государственности в противовес латинским притязаниям. Император Феодор II Ласкарис (1254–1258), единственный в этот период, систематически использовавший термин "эллин" для самоидентификации, пытался возродить эллинскую традицию, поощряя изучение философии, поскольку, по его мнению, существовала опасность, что философия "может покинуть греков и найти убежище у латинов". Однако для историков двора Никеи, таких как Георгий Акрополит и Георгий Пахимер, Ῥωμαῖος оставался единственным значимым термином самоидентификации, несмотря на следы влияния политики никейских императоров в их трудах. Во время династии Палеологов, после возвращения византийцами Константинополя, Ῥωμαῖος вновь стал доминирующим термином для самоописания, и следы использования "эллина" встречаются редко, например, в трудах Георгия Гемиста Плетона; эти в основном риторические проявления эллинской идентичности были ограничены узким кругом и не оказали влияния на народ. Однако их продолжили византийские интеллектуалы, участвовавшие в итальянском Ренессансе. Распространенное в Западной Европе мнение отражено в *Translatio militiae*, где анонимный латинский автор утверждает, что греки утратили свою храбрость и образованность и поэтому не присоединились к войне против неверных. В другом отрывке древние греки хвалятся за их военное мастерство и образованность, что позволяет автору провести контраст с современными византийскими греками, которых обычно считали не воинственным и раскольническим народом. "С тех пор, как наши суровые предки-крестоносцы впервые увидели Константинополь и встретили, к своему презрительному отвращению, общество, где каждый читал и писал, ел пищей вилками и предпочитал дипломатию войне, стало модным пренебрежительно относиться к византийцам и использовать их имя как синоним упадка". Поворотным моментом в том, как обе стороны смотрели друг на друга, вероятно, стала резня латинян в Константинополе в 1182 году. Резня последовала за свержением Марии Антиохийской, норманнской франкской (следовательно, "латинской") принцессы, которая правила как регент при своем несовершеннолетнем сыне, императоре Алексее II Комнене. Мария была глубоко непопулярна из-за чрезмерного фаворитизма, оказанного итальянским купцам во время регентства, и народные празднования ее свержения жителями Константинополя быстро переросли в беспорядки и резню. Событие и ужасающие сообщения выживших обострили религиозную напряженность на Западе, что привело к ответному разграблению Фессалоник, второго по величине города империи, Вильгельмом II Сицилийским. Примером западного мнения того времени являются труды Вильгельма Тирского, который описал "греческую нацию" как "выводок гадюк, подобно змее в груди или мыши в шкафу, злобно отплачивающих своим гостям".

From an evolutionary standpoint, Byzantium was the multi ethnic Roman state that conquered the Greek East, turned into a Christian empire, and ended in 1453, as a Greek Orthodox state; it had become a nation, almost by the modern meaning of the word. The presence of a distinctive and historically rich literary culture was also very important in the division between "Greek" East and "Latin" West, and thus the formation of both. It was a multi ethnic empire where the Hellenic element was predominant, especially in the later period. After the Empire lost non Greek speaking territories in the 7th and 8th centuries, "Greek" (Ἕλλην), when not used to signify "pagan", became synonymous with "Roman" (Ῥωμαῖος) and "Christian" (Χριστιανός) to mean a Christian Greek citizen of the Eastern Roman Empire. From the 12th century onwards, Byzantine Roman writers started to disassociate themselves from the Empire's pre Constantinian Latin past, regarding henceforth the transfer of the Roman capital to Constantinople by Constantine as their founding moment and reappraised the normative value of the pagan Hellenes, even though the latter were still viewed as a group distinct from the Byzantines. The first time the term "Hellene" was used to mean "Byzantine" in official correspondence was in a letter to Emperor Manuel I Komnenus (1118–1180). Beginning in the twelfth century and especially after 1204, certain Byzantine Greek intellectuals began to use the ancient Greek ethnonym Héllēn (Greek: Ἕλλην) in order to describe Byzantine civilisation. After the fall of Constantinople to the Crusaders in 1204, a small circle of the elite of the Empire of Nicaea used the term Hellene as a term of self identification. For example, in a letter to Pope Gregory IX, the Nicaean emperor John III Doukas Vatatzes (r. 1221–1254) claimed to have received the gift of royalty from Constantine the Great, and put emphasis on his "Hellenic" descent, exalting the wisdom of the Greek people. He was presenting Hellenic culture as an integral part of the Byzantine polity in defiance of Latin claims. Emperor Theodore II Laskaris (r. 1254–1258), the only one during this period to systematically employ the term Hellene as a term of self identification, tried to revive Hellenic tradition by fostering the study of philosophy, for in his opinion there was a danger that philosophy "might abandon the Greeks and seek refuge among the Latins". For historians of the court of Nikaia, however, such as George Akropolites and George Pachymeres, Rhomaios remained the only significant term of self identification, despite traces of influence of the policy of the Emperors of Nikaia in their writings. During the Palaiologan dynasty, after the Byzantines recaptured Constantinople, Rhomaioi became again dominant as a term for self description and there are few traces of Hellene, such as in the writings of George Gemistos Plethon; These largely rhetorical expressions of Hellenic identity were confined in a very small circle and had no impact on the people. They were however continued by Byzantine intellectuals who participated in the Italian Renaissance. Popular Western opinion is reflected in the Translatio militiae, whose anonymous Latin author states that the Greeks had lost their courage and their learning, and therefore did not join in the war against the infidels. In another passage, the ancient Greeks are praised for their military skill and their learning, by which means the author draws a contrast with contemporary Byzantine Greeks, who were generally viewed as a non warlike and schismatic people. "Ever since our rough crusading forefathers first saw Constantinople and met, to their contemptuous disgust, a society where everyone read and wrote, ate food with forks and preferred diplomacy to war, it has been fashionable to pass the Byzantines by with scorn and to use their name as synonymous with decadence". A turning point in how both sides viewed each other is probably the massacre of Latins in Constantinople in 1182. The massacre followed the deposition of Maria of Antioch, a Norman Frankish (therefore "Latin") princess who was ruling as regent to her infant son Emperor Alexios II Komnenos. Maria was deeply unpopular due to the heavy handed favoritism that had been shown the Italian merchants during the regency and popular celebrations of her downfall by the citizenry of Constantinople quickly turned to rioting and massacre. The event and the horrific reports of survivors inflamed religious tensions in the West, leading to the retaliatory sacking of Thessalonica, the empire's second largest city, by William II of Sicily. An example of Western opinion at the time is the writings of William of Tyre, who described the "Greek nation" as "a brood of vipers, like a serpent in the bosom or a mouse in the wardrobe evilly requite their guests".

Восточное восприятие

На Востоке персы и арабы продолжали считать восточноримских (византийских) греков "римлянами" (араб. ar Rūm) после падения Западной Римской империи. Например, 30-я сура Корана (Ар-Рум) относится к поражению византийцев ("Рум" или "римлян") под предводительством Гераклия от персов в битве при Антиохии (613 год) и предсказывает будущую византийскую ("римскую") победу. Это традиционное обозначение византийцев как [восточных] римлян в мусульманском мире сохранялось на протяжении Средневековья, что привело к таким названиям, как Султанат Рума ("Султанат над римлянами") в завоеванной Анатолии, и именам, например, Руми – мистическому персидскому поэту, жившего в бывшей византийской Конье в XIII веке. Поздние средневековые арабские географы по-прежнему считали византийцев румами, а не греками; например, Ибн Баттута видел, что румы, находившиеся в состоянии упадка, являлись "бледными продолжателями и наследниками древних греков (Юнани) в области культуры". Мусульманские османы также называли своих византийских греческих соперников румом, "римлянами", и этот термин до сих пор используется в Турции для обозначения грекоязычного населения (Румлар) Стамбула, как, например, в названии Константинопольского Вселенского Патриархата (Rum Ortodoks Patrikhanesi, "Римский Православный Патриархат").