Герцогство Вюртемберг: История и География (1495–1806)

Введение

Бывшее немецкое государство (1495–1806)

Герцогство Вюртембергское (Herzogtum Württemberg) — герцогство, расположенное в юго-западной части Священной Римской империи. Оно являлось государством Священной Римской империи с 1495 по 1806 год. Долгое существование герцогства, длившееся более трех столетий, было обусловлено главным образом его размерами, поскольку оно было больше, чем его ближайшие соседи. Во время протестантской Реформации Вюртемберг подвергался сильному давлению со стороны католических императоров с целью сохранения верности. Вюртемберг успешно противостоял неоднократным французским вторжениям в XVII и XVIII веках, герцогство находилось непосредственно на пути французских и австрийских армий, участвовавших в длительном соперничестве между домами Бурбонов и Габсбургов. В 1803 году Наполеон возвысил герцогство до статуса курфюршества Вюртембергского. 1 января 1806 года последний курфюрст принял титул короля Вюртемберга. Позднее в том же году, 6 августа 1806 года, последний император Франц II упразднил (де-факто) Священную Римскую империю.

География

Большая часть территории герцогства Вюртембергского лежит в долине реки Неккар, от Тюбингена до Гейльброна, со столицей и крупнейшим городом, Штутгартом, в центре. Северная часть Вюртемберга широкая и открытая, с большими реками, обеспечивающими неплохие пахотные земли. Южная часть Вюртемберга горная и лесистая, с Шварцвальдом на западе и Швабской Альбой на востоке. Крайне юго-восточная часть герцогства, за Швабской Альбой, представляет собой бассейн реки Дунай. Герцогство Вюртемберг изобиловало пастбищами, лесами и реками. Политически оно представляло собой мозаику из 350 небольших территорий, управляемых множеством различных светских и церковных землевладельцев. Уже в XIV веке оно распалось на множество округов (называемых Ämter или Vogteien на немецком языке), которые изначально именовались "Steuergemeinde" – «малая община, облагаемая налогом». К 1520 году число этих округов возросло до 45 с 38 в 1442 году, а к концу XVI века их стало 58. Они значительно различались по размеру: Урах включал 76 отдаленных деревень, в то время как Эбинген состоял лишь из своего одноименного города. Вюртемберг также был одним из самых густонаселенных регионов Священной Римской империи, поддерживая 300 000 – 400 000 жителей (и прирост населения в 6–7% ежегодно) в XVI веке, 70% из которых проживали в сельской местности. Крупнейшим городом герцогства был Штутгарт (9000 жителей), за ним следовали Тюбинген, Шорндорф и Кирхгейм-Тек (2000–5000 жителей), а также более 670 деревень, в которых проживало остальное население.

Основание

Герцогство Вюртемберг было образовано 21 июля 1495 года на рейхстаге в Вормсе, когда Максимилиан I, король римлян и император Священной Римской империи, возвел графа Вюртемберга (Графа фон Вюртемберга), Эберхарда V "Бородатого", в ранг герцога Вюртемберга (Герцога фон Вюртемберга). Это стало последним возвышением до герцогского достоинства в эпоху Средневековья. Дом Вюртембергов правил на этой территории с XI века, а сам Эберхард I взошел на престол в 1450 году в возрасте 14 лет, над землей, разделенной на два государства: Вюртемберг, управляемый Штутгартской линией Вюртембергов, и Вюртемберг Урахской линии Вюртембергов. В 1482 году он объединил обе части будущего герцогства, объединив управление обоими графствами в основу центрального правительства герцогства. После смерти Эберхарда в 1496 году его преемником стал его двоюродный брат Эберхард II, который внес незначительные изменения в структуру управления. Несмотря на то, что ранее, с 1480 по 1482 год, он был графом, он проявил себя как административно некомпетентный правитель, а его попытка начать войну против Баварии побудила сословия обратиться к Максимилиану I с просьбой созвать рейхстаг в марте 1498 года для отстранения Эберхарда II. Император принял беспрецедентное решение поддержать сословия и тем самым лишил герцога Эберхарда II его княжества в мае 1498 года. Советники герцога были арестованы или бежали, а сам Эберхард II был сослан в замок Линденфельс, где ему была назначена ежегодная пенсия в размере 6000 флоринов до его смерти в 1504 году. Единственным достижением правления Эберхарда II стало создание Хофкапеллы для исполнения духовной музыки, и система музыкального покровительства оставалась непрерывной до Тридцатилетней войны.

Первое правление герцога Ульриха

Ульрих из урахской линии дома Вюртемберг сменил Эберхарда II в 1498 году, будучи несовершеннолетним. Его регентством управляли четыре дворянина: графы Вольфганг фон Фюрстенберг и Андреас фон Вальдбург, Ганс фон Райшах (старший фогт Мёмпельгарда) и Дипольт Шпэт (старший фогт Тюбингена). Два других человека, аббаты Цвифальтена и Бебенхаузена, также занимали консультативные должности при регентстве. Хотя регентство выслушивало пожелания народа через сословия, оно стало противостоять воле местных бюргерoв во время крайне непопулярной Швабской войны, на которую сословия выделили больше солдат и денег. Максимилиан I объявил Ульриха I совершеннолетним в 16 лет, нарушив тем самым Эслингенский договор 1492 года, который предусматривал, что он сможет вступить в полную силу только в 20 лет. Так начался один из самых продолжительных и бурных периодов в истории региона. Молодой герцог поначалу мало менял в управлении, позволяя своим советникам определять политику, в то время как сам он оставил свой след в герцогстве, главным образом, расширяя свои владения, обычно посредством войны. С помощью герцога Альбрехта IV Баварского и Максимилиана I Ульрих вторгся в Курпфальц с армией в 20 000 солдат, получив от курпфальцского курфюрста аббатство Маулбронн, графство Лёвенштейн-Вертхайм, а также округа Вайнсберг, Нойенштадт-ам-Кохер и Мёкмюль, а также Хайденхайм-ан-дер-Бренц и аббатства Кёнигсбронн, Анхаузен и Гербрехтинген. Способность Ульриха к правлению, однако, была менее надежной. Первый кризис, с которым он столкнулся, был финансовым: с начала своего правления до 1514 года он накопил долг более 600 000 флоринов, к которому добавились унаследованные 300 000 флоринов, что составило почти миллион флоринов. Ульрих попытался смягчить ситуацию, введя 6-процентный налог на богатство (1 пфенниг с 1 гульдена), что вызвало яростное сопротивление его подданных, особенно Ehrbarkeit, которые имели больше всего, что можно было потерять. Ульрих отказался созвать сейм для обсуждения этого налога, но не стал настаивать на нем и отменил его. После этого провала Ульрих попытался ввести косвенный налог (3 шиллинга геллера за центнер) на предметы потребления, такие как мясо, вино и зерно. Снова Ульрих отказался созвать сейм для обсуждения налога, но успешно взимал его через местных и окружных чиновников. Этот налог был крайне непопулярен, даже больше, чем первый, поскольку его взимали чиновники, уклонявшиеся от первого налога, что привело к росту цен на продукты питания и, к огорчению низших слоев населения, Ульрих и его правительство стремились к официальному принятию римского права в правовую систему Вюртемберга. Налог, в сочетании с законом, принятым сословиями в 1514 году, запрещавшим использование весов и мер, еще больше навредил купцам и фермерам, отсутствие у простого народа голоса в своем правительстве и ограничение использования лесов, рек и лугов вокруг них вызвали большое беспокойство. Чтобы усугубить ситуацию, простолюдины стали бояться роста числа юристов и чиновников, которые привнесли новые юридические методы. Список жалоб крестьянства ясно показывает их недовольство, и конечным результатом этого недовольства и налогообложения стало восстание Бедного Конрада, которое началось в Кернен-им-Ремстале в округе Шорндорф, недалеко от Штутгарта, винодельческого региона, особенно пострадавшего от экономического спада, вызванного неурожаями в последние годы и высокими налогами. Несмотря на отмену Ульрихом акциза на мясо, недовольство продолжало расти, вынудив Ульриха наконец созвать сейм. Он созвал его в Тюбингене 26 июня 1514 года, что продемонстрировало его паранойю по поводу общественного мнения о нем в столице, и это был первый из трех сеймов во время правления Ульриха, хотя представители из 14 городов герцогства ранее встречались в Марбахе-на-Неккаре, чтобы эффективно умиротворить присутствующих простолюдинов. Результатом этой предварительной встречи стал список из 41 статьи, который стал Тюбингенским договором, самым значительным законодательным актом правления Ульриха, на сессии сейма 8 июля 1514 года. Сословия согласились выплатить Ульриху 920 000 флоринов в течение следующего десятилетия для погашения его долгов в обмен на требование согласия сословий перед любым объявлением войны, возбуждение уголовных дел только при соблюдении установленной правовой процедуры и право всех граждан герцогства на свободное поселение (Freisitz) при соблюдении определенных критериев. Хотя отношения между герцогом и сословиями, казалось, укрепились, герцоги не всегда соблюдали договор, а рыцари и прелаты, которые участвовали в создании договора либо вообще не участвовали, либо участвовали лишь частично. Иронично, но договор, который не был полностью реализован до конца XVI века, по-видимому, был большей победой для герцога Ульриха, поскольку он стремился лишь умиротворить сословия и получить средства, необходимые для продолжения своего правления, чего он и добился, что позволило ему игнорировать договор. Три события стали причиной падения первого правления герцога Ульриха. Первым из них было убийство его конюшенного, Ганса фон Хуттена, в лесах Бёблингена в мае 1515 года. Ульрих проявил романтический интерес к жене фон Хуттена и, согласно более позднему заявлению Имперской диеты в Аугсбурге 19 августа 1518 года, стал враждебно настроен к нему после женитьбы Ганса на Урсуле фон Хуттен. Урсула была дочерью Тумба фон Нойбурга, маршала и одного из самых влиятельных людей при герцофском дворе, а Ганс фон Хуттен был двоюродным братом Ульриха фон Хуттена, известного гуманиста и рыцаря, который также был ярым публицистом, и сыном Людвига фон Хуттена, франконского рыцаря, который также служил при герцофском дворе и принадлежал к фон Хуттенам, одной из самых могущественных семей низших дворян во всем герцогстве. Политические последствия этого убийства привели к немедленной отставке 18 дворян из двора Ульриха, требованиям фон Хуттенов о финансовой компенсации и яростным, опубликованным нападкам Ульриха фон Хуттена. Второе событие - бегство жены Ульриха, Сабины Баварской, обратно к своей семье в ноябре 1515 года вместе с Дитрихом Шпэтом, одним из советников Ульриха. В одночасье она разорвала союз, который император Максимилиан I организовал с ее отцом, герцогом Альбрехтом. Она горько жаловалась на жестокое обращение, которому подвергалась со стороны Ульриха, на убийство фон Хуттена и на отказ Ульриха выплатить ее долги. Ее немедленная семья потребовала немедленной компенсации и изгнания Ульриха и обратилась к сословиям, но была отклонена, несмотря на растущую непопулярность Ульриха, из-за верности ему и отсутствия влияния в Вюртемберге со стороны Сабины. Баварцы прибегли к нападению на герцогство, что вынудило Максимилиана I вмешаться и созвать сейм в Штутгарте 18 сентября 1515 года, чтобы ограничить власть Ульриха и создать сбалансированную систему управления. Это привело к Блаубойренскому договору, который предписывал, что регентство из семи человек будет править герцогством в течение шести лет, состоящее из ландхофмейстера, канцлера, прелата, двух дворян и двух бюргерoв, а восьмого регента должен был назначить император. Сам Ульрих должен был советоваться с этим регентством и больше не контролировал герцогство, с чем он не был согласен. Ульрих обвинил многих ведущих членов Ehrbarkeit, и среди них убил братьев Конрада и Себастьяна Бройнинг, Конрада Ваута, фогта Канштатта, и Ганса Штикеля, бургомистра Штутгарта. После казни братьев Бройнинг Максимилиан попытался созвать еще один сейм для обеспечения соблюдения Блаубойренского договора, но именно здесь он осознал фатальный недостаток договора: он не вовлекал сословия и, отчасти из-за преклонного возраста Максимилиана, у них не было ни воли, ни сил противостоять Ульриху. Последнее событие, которое решило судьбу первого правления Ульриха в герцогстве, произошло через восемь дней после смерти Максимилиана I…

Ulrich, of the Urach line of the House of Württemberg, succeeded Eberhard II in 1498, in his minority. His regency was controlled by four nobles: Counts Wolfgang von Fürstenberg and Andreas von Waldburg, Hans von Reischach (the senior bailiff of Mömpelgard), and Diepolt Spät (the senior bailiff of Tübingen). Two other men, the abbots of Zwiefalten and Bebenhausen, also held advisory positions in the regency. While the regency would hear the wishes of the people through the Estates, they became opposed to the wishes of the local burghers during the very unpopular Swabian War, for which the Estates voted more soldiers and money. Maximilian I declared Ulrich I of age at 16, in the process violating the 1492 Esslinger Vertrag that stipulated that he could only fully succeed at 20. Thus began one of the longest and most tumultuous periods in the history of the region. The young duke at first made little change to the government, allowing his councilors to decide on policy while he made his greatest marks in the duchy through the expansion of the realm, usually through war. With the aid of Duke Albert IV of Bavaria and Maximilian I, Ulrich invaded the Electoral Palatinate with an army of 20,000 soldiers, obtaining Maulbronn Abbey, the County of Löwenstein Wertheim and the districts of Weinsberg, Neuenstadt am Kocher, and Möckmühl from the Palatinate as well as Heidenheim an der Brenz and the abbeys of Königsbronn, Anhausen, and Herbrechtingen. Ulrich's ability to rule, on the other hand, was less reliable. The first crisis he faced was financial: since the beginning of his reign to 1514, he had racked up a debt of more than 600,000 florins in addition to the debt of 300,000 florins he inherited, amounting to almost one million florins. Ulrich attempted to assuage this with a 6% wealth tax (1 pfennig on 1 gulden), which was met with fierce resistance by his subjects, particularly the Ehrbarkeit, who had the most to lose. Ulrich refused to call a diet to discuss this tax, but he did not press it and repealed it. Following this failure, Ulrich next tried an indirect tax (3 schilling heller on the Centner) on consumables such as meats, wine and grain. Again Ulrich refused to call a diet to discuss the tax, but successfully levied it through local and district officials. This particular tax was intensely unpopular, even more so than the first, as it was implemented by the officials who had dodged the first tax, drove the prices of their food up and, to the chagrin of the lower classes, Ulrich and his government sought to have Roman law officially accepted into Württemberg's legal system. The tax, combined with the statute passed by the Estates in 1514 that denied scales and weights, further hurting merchants and farmers, the lack of say commoners had in their own government, and the restriction of the use of the forests, rivers and meadows around them caused much unrest. To pour salt into the wound, the commoners came to dread the increase in lawyers and officials, who brought new legal methods. A list of grievances from the peasantry makes clear their dissatisfaction, and the final result of this dissatisfaction and taxation was the Poor Conrad revolt, which began in Kernen im Remstal in the Schorndorf district, from Stuttgart, a wine growing region particularly affected by economic downturn caused by poor harvests in recent years and high taxation. Despite Ulrich's repealing of the excise on meat, discontent continued to grow, forcing Ulrich to finally call a diet. He held it in Tübingen on 26 June 1514 in a move that showed his paranoia of public opinion of him in the capital, and would be the first of three diets in Ulrich's reign, though representatives from 14 towns in the duchy had met previously in Marbach am Neckar in order to effectively pacify the attending commoners. The result of that pre meeting was the list of 41 articles that became the Treaty of Tübingen, the most significant piece of legislation of Ulrich's reign, at the Diet on 8 July 1514. The Estates agreed to pay Ulrich 920,000 florins over the next decade to annul his debts in exchange for requiring the consent of the Estates prior to any declaration of war, the prosecution of criminals to be instigated only with a regular legal procedure, and the right all citizens of the duchy at will, called the Freisitz, provided they met certain criteria. While the relationship between the Duke and the Estates seemed to be cemented, the dukes did not always abide by the Treaty, and the knights and prelates, who appeared at no point or at one point in the creation of the treaty respectively, had little no involvement in it. Ironically, the treaty, which would not be fully implemented for the rest of the 16th century, appeared to be more of a victory for Duke Ulrich, as he sought just to appease the Estates and to obtain the funds required to continue his rule, both of which he had accomplished, allowing him to ignore the treaty. Three events would come to be responsible for the demise of Duke Ulrich's first rule. The first of these would be the murder of his equerry, Hans Ritter von Hutten, in the forests of Böblingen in May 1515. Ulrich had taken a romantic interest in von Hutten's wife and, according to a later declaration the Imperial Diet of Augsburg on 19 August 1518, had become hostile towards him after Hans' marriage to Ursula von Hutten. Ursula was the daughter of Thumb von Neuburg, the marshal and one of the most influential men in the ducal court, and Hans von Hutten was the cousin of Ulrich von Hutten, a famous humanist and knight who was also a firebrand publicist, and son of Ludwig von Hutten, a Franconian knight who had also served in the ducal court and was of the von Huttens, one of the most powerful lower noble families in the entire duchy. The political fallout of this murder resulted in the immediate resignation of 18 noblemen from Ulrich's court, demands from the von Huttens for financial compensation, and fiery, printed attacks by Ulrich von Hutten. The second event was the flight of Ulrich's wife, Sabina of Bavaria, back to her family in November 1515 along with Dietrich Spät, one of Ulrich's advisers. Overnight she had unmade a match Emperor Maximilian I had arranged with her father, Duke Alphrecht. She had complained bitterly about the mistreatment she had experienced by Ulrich, of von Hutten's murder, and of Ulrich's refusal to pay off her debts. Her immediate family demanded immediate compensation and for Ulrich to be expelled, and to this end appealed to the Estates but were rebuked, despite Ulrich's now widespread unpopularity out of loyalty to him and a lack of influence in Württemberg on Sabina's part. The Bavarians resorted to attacking the duchy, causing Maximilian I to intervene and call a diet in Stuttgart on 18 September 1515 to limit Ulrich's power and to create a balanced system of government. This resulted in the Treaty of Blaubeuren, which mandated that a seven member regency would rule the duchy for a period of six years consisting of the Landhofmeister, the Chancellor, a prelate, two nobles, and two burghers, with an eighth regent to be named by the emperor. Ulrich himself was to be dependent on this regency for counsel, and he no longer had control of the duchy, a proposition he was not in agreement with. Ulrich charged many leading members of the Ehrbarkeit, and of them killed brothers Conrad and Sebastion Breuning, Conrad Vaut, the bailiff of Cannstatt, and Hans Stickel, the Burgomaster of Stuttgart. After the executions of the Breuning brothers, Maximilian attempted to call another diet to enforce the Treaty of Blaubeuren, but it was here that he realized the fatal flaw of the treaty: it did not involve the Estates and, thanks in part to Maximilian's advanced age, they had neither the will nor the power to act against Ulrich. The final event that sealed the fate of Ulrich's first reign of the duchy came eight days after Maximilian I's death on 12 January 1519, when Duke Ulrich stormed the Imperial City of Reutlingen on the pretense of avenging the recent murder of the commander of the town's fort and his wife. He made it a possession of Württemberg, with its allegiance owed to Ulrich rather than the Emperor. This entire event, the metaphorical last straw of Ulrich's reign, was in complete violation of the Treaty of Tübingen. It angered the other Free Cities, most of whom were in the Swabian League, from which Württemberg had been expelled in February 1512 against the wishes of Maximilian I. They prepared for war while Ulrich coerced 80,000 florins from the Estates and received 10,000 crowns from Francis I of France in February 1519 to fund his war and repay a past debt. The leader of the Swabian League army was the capable William IV, Duke of Bavaria, and his campaign lasted little over two weeks. It opened with Duke William attacking Hellenstein Castle on 28 March 1519, followed then by attacks on Esslingen, Uhlbach, Obertürkheim, Hedelfingen, the nunnery of Weiler Filstand, Hunddskehle Castle, Teck Castle, and finally stormed Stuttgart in April and forced Ulrich to flee. His first reign had ended, and he would not return for 15 years.

Оккупация Габсбургами

Первым делом для оккупационной администрации Швабской лиги стало наведение порядка в правительстве Вюртемберга. Одним из важнейших шагов для достижения этой цели стало урегулирование огромного долга герцогства в 1,1 миллиона гульденов, и лишь немногие желали участвовать в его финансировании. Рыцари, располагавшие в то время наибольшими возможностями для оказания помощи, не хотели этого делать, поскольку не считали себя сословием герцогства и, следовательно, не чувствовали перед ним обязательств. Поскольку рыцари отказались платить, а представители Эрбаркейт и простолюдины не имели достаточных средств, Лига продала герцогство новому императору Священной Римской империи Карлу V 6 февраля 1520 года за 220 000 флоринов, получив одобрение сословий. Условием продажи было то, что Лига погасит долги, накопленные при Ульрихе, и защитит герцогство от возможных будущих нападений с его стороны. Карл V, возможно, руководствовался в приобретении герцогства планами Максимилиана I 1518 года по "австрийской централизации" в Швабии с созданием "единой судебной системы". Однако Карл V лично никогда не правил герцогством, а вместо этого 15 октября 1520 года провозгласил "свободу сословий Вюртемберга" и установил, что Вюртемберг будет выплачивать ему ежегодную дань в размере 22 000 флоринов, тем самым определив характер 14-летнего правления Габсбургов, в течение которого планировалось усилить позиции дворянства. Правительство в отсутствие Карла V возглавляли новая должность – штатгальтер, дворянин, представлявший императора во всех делах, и канцлер. Этим человеком был Грегор Лампартер (один из представителей Эрбаркейт), который ранее занимал должность канцлера и был арестован Ульрихом, но избежал смерти. 31 марта 1522 года Карл V передал герцогство эрцгерцогу Фердинанду I. Фердинанд созвал сейм, чтобы публично выразить свою поддержку Тюбингенскому договору, затем назначил нового штатгальтера – Максимилиана ван Зевенбергена из Нидерландов, и нового канцлера – Генриха Винкельхофера. Штатгальтеру в издании указов помогали регенты и другие комиссары. Для восстановления порядка должностным лицам казначейства был предоставлен значительно больший контроль над финансами, чем при Ульрихе, а сословия помогли организовать казначейство по образцу австрийского, которое было отделено от канцелярии и называлось Каммер (Kammer), а управлялось тремя казначеями. Этот контроль над казначейством и государственными расходами стал важнейшей реформой, проведенной во время Габсбургской оккупации.

The first order of business for the Swabian League occupation was to set Württemberg's government in order. One of the most crucial steps to achieve this was to settle the Duchy's enormous 1.1 million gulden debt, and few wanted to help finance this. The knights, who were at this time most able to assist, did not want to as they felt that they did not constitute an estate of the duchy and were thus without obligation to it. Since the knights refused to pay and the Ehrbarkeit and lay citizenry had not the funds to pay, the League sold the duchy to the new Holy Roman Emperor, Charles V, on 6 February 1520, for 220,000 florins, with the blessing of the Estates. The sale was on the conditions that League pay the debts incurred under Ulrich and defend the duchy from any future attacks made by Ulrich. Charles V may have had some motives in the purchasing of the duchy based on plans of Maximilian I's in 1518 of "Austrian centralization" in Swabia with "an integrated judicial system." Charles V did not, however, ever rule the duchy himself, electing instead to proclaim the "freedom of the Estates of Württemberg" on 15 October 1520 and that Württemberg would pay him an annual levy of 22,000 florins, setting the tone of the Habsburgs' 14 year rule, during which the nobility were to be empowered. This government in Charles V's absence was headed by a new position, the Statthalter, a nobleman who represented the Emperor in all matters, and by the Chancellor. This was Gregor Lamparter (one of the Ehrbarkeit), who had been Chancellor and was arrested by Ulrich but escaped death. Charles V turned the duchy over to Archduke Ferdinand I on 31 March 1522. Ferdinand first called a diet to state publicly his support of the Treaty of Tübingen, then appointed a new Statthalter, Maximilian van Zevenbergen from the Netherlands, and new Chancellor, Heinrich Winckelhofer. They were aided in issuing the Statthalters orders by the regents and other commissioners. Treasury officials were given much more control over the treasury than in Ulrich's reign so as to reestablish order, and the Estates helped organize it like its counterpart in Austria, which was separate from the Chancery and was called the Kammer and was operated by three treasurers. This control over the treasury and state expenditure would be the most important reform of the Habsburg occupation.

Правительство

Правительство герцогства Вюртемберг насчитывало несколько сотен человек. Одна из групп, известная как "видные граждане" или Ehrbarkeit, состоявшая из влиятельных местных семей, являлась доминирующей силой в местном управлении герцогства. Центральное правительство состояло преимущественно из бюрократии, набранной из числа этих Ehrbarkeit из региональных городов, которые приезжали работать и жить в Штутгарт. Как правило, эти чиновники начинали службу в местном или окружном управлении, а затем выходили на пенсию в свои родные города в преклонном возрасте или когда двор не заседал, что определяло "городско-окружную" специфику политики Вюртемберга. Особенностью герцогства, отличавшей его от других немецких государств, было то, что бюргеры занимали должности в центральном правительстве герцогства наряду с дворянством, большинство из них имели обширное университетское образование и их число постоянно росло в связи с растущими административными потребностями герцогства. Несмотря на более низкую оплату и престиж по сравнению с дворянством, бюргеры сохраняли свою обособленность как класс. Однако лучшим примером власти, которой обладали бюргеры в правительстве герцогства, служили сословные собрания (Landstände), которые стремились неукоснительно придерживаться условий Тюбингенского договора – законодательного акта, определявшего права бюргерства и обязанности герцога перед ним. Основы правительства Вюртембергского герцогства были заложены еще до возвышения графства Вюртемберг в 1495 году. Дом Вюртембергов управлял этой территорией на протяжении веков, но в 1442 году, согласно Нюртингенскому договору, он разделился на две ветви. Когда граф Эберхард V Бородатый объединил две половины герцогства в 1482 году, он объединил их правительства, заложив основу для центрального управления. Важным подразделением этого правительства была канцелярия (Kanzlei), существовавшая в Вюртемберге с 1482 года и располагавшаяся в столице, Штутгарте. Контроль над доходами графского двора, зерном и вином стал непосильным для хофмейстера и виночерпия XV века, что привело к созданию кассового отдела (Zentralkasse), укомплектованного территориальным секретарем (Landschreiber) и герцогским казначеем (Kammermeister). Дополнением к этому стала центральная финансовая служба (Landschreiberei), по сути, государственная казна, получавшая налоги, собранные по всему герцогству.

The government of the Duchy of Württemberg was one composed of several hundred people. One group, called the "Notables," or Ehrbarkeit, made up of powerful local families, was the dominant force in the local administration of the duchy. The central government consisted primarily of a bureaucracy of these Ehrbarkeit from the regional towns that came to work and live in Stuttgart. Typically, these officials began in local or district government, and then retired to their home towns in their later years or when court was not in session, creating the "town and district" character of Württemberg's politics. An oddity of the duchy in comparison to other German states was that burghers held positions in the duchy's central government alongside nobility, most of them holding an extensive university education, and were employed in an ever growing number for the administrative needs of the duchy. Despite the lower pay and prestige they enjoyed by comparison to nobility, burghers would remain their own distinct class. The best example of the power wielded by the burghers in the duchy's government, however, was to be found in the Estates, who sought always to hold the duke to the terms of the Treaty of Tübingen, a piece of legislation that outlined the rights of the burghers and the duke's duties to them. The foundations of the government of the Duchy of Württemberg were laid even before the elevation of the County of Württemberg in 1495. The House of Württemberg had governed the territory for centuries, but had split in half along the two branches of the family in 1442 by the Treaty of Nürtingen. When Count Eberhard V the Bearded united the two halves of the duchy in 1482, he merged the governments of the two into the basis of the central government. An important department of this government was the chancery (Kanzlei), which had existed in Württemberg since 1482 and found its headquarters in the capital, Stuttgart. The supervision of the count's court income and grain and wine had become too great for the 15th century Hofmeister and cellarer, prompting the creation of the receipt department (Zentralkasse), staffed by the territorial clerk (Landschreiber) and ducal treasurer (Kammermeister). To complement this was the central financial office (Landschreiberei), in essence the government treasury that received the taxes collected across the duchy.

Районное правительство

Эрбаркейт занимал различные должности в местном самоуправлении, а также в окружном правительстве, которое опиралось на сеть рыночных городов герцогства, устанавливая связь между городом и сельской местностью. Самым влиятельным должностным лицом в округе был фогт (Vogt), который управлял и контролировал функции городского управления от имени герцога из районного центра (Амтштадт). Эта должность впервые появилась около 1425 года, но потребовалось около семидесяти лет, чтобы функции фогта были полностью сформированы. К концу XV века эта должность разделилась на старшего фогта (Obervogt), обычно дворянина, и младшего фогта (Untervogt), который исполнял обязанности в отсутствие старшего фогта и, как правило, сам был горожанином. Старший фогт, обладавший большей свободой, чем его коллега, не ограничивался службой в пределах своего округа и иногда давал советы другим правителям и даже герцогу. Старший фогт также отвечал за оборону своего округа и поэтому обычно проживал в замке в округе или рядом с ним. Старые дворянские семьи традиционно служили в своих округах, приобретая опыт, который некоторые использовали для получения должностей в центральном правительстве герцогства. К концу XVII века титул старшего фогта стал почти полностью почетным, и герцогство нанимало лишь около 25 человек на эту должность. Младший фогт был гораздо более исполнительным должностным лицом, отвечавшим за закон и порядок через районные суды, а также за контроль над финансами округа и сбор новых налогов. Если он не мог урегулировать ситуацию, он передавал её в канцелярию в Штутгарте, где канцлер (Kanzler) принимал решение. Эта должность, связывавшая местное, районное и центральное правительство, была весьма распространена среди чиновников, впоследствии переходивших на службу в центральное правительство. Еще два должностных лица дополняли окружное управление: кельнер (Keller или Pfleger) и лесничий (Forstmeister или Waldvogt), число которых никогда не превышало 12. Кельнер осуществлял контроль за сбором и хранением зерна и вина округа, обязанностью, которой ранее занимался фогт до создания должности кельнера (эту функцию иногда выполнял другой главный административный чиновник, называемый Шультейс). Лесничий, должность которого была учреждена около 1410 года, отвечал за леса в своем округе, обеспечивая соблюдение законов, регулирующих лесное хозяйство, включая вырубку леса и охоту. Часто он вступал в конфликт с местными жителями, возмущенными растущими налогами и ограничениями на использование леса.

The Ehrbarkeit held a variety of positions in local government as well as district government, which relied on a network of the duchy's market towns, establishing a link between the town and the countryside. The most powerful official in a district was the bailiff (Vogt), who governed and supervised the functions of urban government in the name of the duke from the district seat (Amtstadt). This position first appeared around 1425, but it took around seventy years for the functions of the bailiff to be fully established. By the end of the 15th century, this office had split into senior bailiff (Obervogt), typically a nobleman, and junior bailiff (Untervogt), who would preside in the absence of the senior bailiff and was usually himself a burgher. The senior bailiff, more free than his counterpart, was not restricted to serving within his own district and would sometimes advise other rulers and even the duke. The senior bailiff was also charged with the defense of his district and so usually would reside in a castle in or near the district seat. Old noble families traditionally served in their districts, giving them experience that some would use to secure positions in the central government of the duchy. By the end of the 17th century, the title of senior bailiff had become almost entirely honorary and only about 25 were employed by the duchy. The junior bailiff was a much more executive officer, being charged with law and order through the district courts, and he also supervised the district's finances and the levying of new taxes. If he was unable to rectify any given situation, he would refer it to the chancery in Stuttgart, and the Chancellor (Kanzler) would decide the matter. This position, the link between local, district, and central government, was very common among officials who would later join the central government. Two more offices completed district government: the Cellarer (Keller or Pfleger) and the Forester (Forstmeister or Waldvogt), of whom there were never more than 12. The cellarer oversaw the collection and stockpiling of the district's grain and wine, a job previously managed by the bailiff until the creation of the cellarer (this duty would sometime be performed by another chief administrative officer called the Schultheiss). The forester, a position created around 1410, was in charge of the forests in his district, enforcing the laws governing the forest that covered such things as logging and hunting. Often, he came into conflict with the citizenry, who resented the increasing taxes and restrictions placed on the forest's use.

Местное самоуправление

Основными органами власти в местном самоуправлении были городской совет и суд (Rat und Gericht). Совет занимался повседневными делами города, в то время как суд осуществлял гражданскую юрисдикцию в городе и юрисдикцию по не-капитальным уголовным делам для всего округа. Хотя в XV веке судебным приставом (bailiff) первоначально наделялись полномочия назначать членов обеих организаций, к концу XVI века состав совета и суда полностью состоял из представителей городской элиты – богатых ремесленников, купцов и членов местных гильдий. Одним из ведущих должностных лиц местного управления был своего рода городской староста, называемый Шультайсом (Schultheiss). Истоки этой должности восходят к XIII веку, первые зафиксированные случаи относятся к 1222 году в Ротвейле и к 1247 году в Тюбингене. В то время городской лорд (Stadtherr) выбирал Шультайса из числа 30–50 кандидатов, и тот управлял городом в соответствии с интересами лорда. Когда интересы Шультайса стали совпадать с интересами городской элиты, а не лорда, он учредил должность судебного пристава, чтобы защитить свои интересы в общине. Эти два должностных лица некоторое время работали совместно, но в течение XV века авторитет Шультайса ослаб. Тем не менее, он по-прежнему мог председательствовать в окружном суде в отсутствие судебного пристава. Подчиненным Шультайсу был городской бургомистр (Burgermeister), единственный чиновник, избираемый горожанами, и еще одна должность, возникшая в XIII веке (первое документальное упоминание – 1283 год в Ротвейле). Однако всенародные выборы оставались редкостью, и обычно бургомистра назначал городской совет, как правило, из числа представителей городской элиты. Бургомистр часто конфликтовал с Шультайсом, поскольку первый отстаивал интересы городского совета, а второй – интересы лорда. Его основными обязанностями были учет налогов, штрафов и других городских доходов, а также представление ежегодного отчета (Gemeinderechnung) младшему судебному приставу, которому он помогал в повседневном местном управлении. Количество бургомистров по всему герцогству сильно варьировалось, поскольку конституция каждого города определяла, сколько бургомистров может быть в городе и каков срок их полномочий (большинство сроков составляли от одного года до десяти лет). В некоторых городах бургомистров не было вовсе, и там служил только Шультайс. Последней должностью в местном самоуправлении был городской секретарь (Stadtschreiber), который составлял важные документы для совета и иногда осуществлял контроль за налогообложением населения. Городской секретарь являлся связующим звеном между местным и центральным правительством, поскольку он, например, составлял все прошения, которые горожане должны были направлять герцогу (эти прошения также должны были быть одобрены младшим судебным приставом), что делало его одним из самых важных людей в местном управлении. Также от него ожидалось наличие специальных знаний о территории герцогства и действующих в нем законах, которые проверялись канцелярией в Штутгарте при каждом посещении секретарем столицы.

The primary power in local government were the town council and court (Rat und Gericht). The council handled the town's daily affairs while the court exercised civil jurisdiction in the town and jurisdiction of non capital criminal affairs for the entire district. Though the bailiff was originally charged with appointing members of either organization in the 15th century, the membership of the council and court were, by the end of the 16th century, made up completely by the town's notables, people like rich artisans, merchants, and local guild members. One of the leading officials in the local government was a kind of village mayor called the Schultheiss. The origins of this position date back to the 13th century, the first recorded instances being in Rottweil in 1222 and in Tübingen in 1247. In that time, the town's lord (Stadtherr) chose the Schultheiss from a pool of 30 to 50 men and he governed the town according to the lord's interests. When the interests of the Scultheiss came to share those of the town's elite rather than the lord's, he created the position of bailiff in order to maintain his interests in the community. These two officials would work together for a time, but during the 15th century, the authority of the Schultheiss eroded. Despite this, he could still preside over the district court in the absence of the bailiff. Subordinate to the Schultheiss was the town's Burgomaster (Burgermeister), the only official to be elected by the citizenry and another office with its origins in the 13th century (the first documented one in Rottweil in 1283). However, popular election was still a rarity and he was typically appointed by the town council and normally from the town's notables. The Burgomaster often came into conflict with the Schultheiss as the former upheld the interests of the town council and the latter of the lord. His chief duties were the accounting of taxes, fines and other town incomes and to present an annual accounting (Gemeinderechnung) before the junior bailiff, whom he assisted in daily local administration. The number of Burgomasters throughout the duchy was wildly inconsistent, as each town's constitution mandated how many Burgomasters the town could have and how long they served (most terms ranged from one year to a decade). In some instances, no Burgomasters were present in town and thus they only had a Schultheiss. The final office in local government was the town clerk (Stadtschreiber), who wrote up important documents for the council and would sometimes supervise the taxation of the populace. The town clerk was the link between the local and central governments, as he had to, for example, write all requests to be sent to the Duke by the citizenry (these would also have to be approved by the junior bailiff), making him one of the most important people in local government. He would also be expected to have a specific knowledge of the territory of the duchy and the laws that governed it, and this would be tested by the chancery in Stuttgart whenever the clerk visited the capital.

Центральное правительство

Как и прежде, представители знати герцогства сохраняли значительное влияние в центральном правительстве, однако многие важные должности стали занимать бюргеры, благодаря университетскому образованию, опыту работы в канцелярии или административному опыту на районном и местном уровнях. Независимо от происхождения – бюргер или дворянин – многочисленные советники в центральном правительстве обладали огромным влиянием, хотя это влияние, а следовательно и баланс сил в администрации герцогства, зависело от воли правящего герцога. Тем не менее, они не были полностью зависимы от герцога, поскольку значительная часть фактического управления была вне его компетенции, а географическое положение и политическая нестабильность герцогства в значительной степени способствовали его уникальному политическому развитию. Одним из ведущих бюргерских советников в центральном правительстве был канцлер (Kanzler), должность, восходящая к XIII веку, когда монахи работали над документами для двора. Первым канцлером герцогства был прелат, назначенный графом Эберхардом V в 1481 году. Однако после возвышения графства до статуса герцогства, эту должность занимали исключительно бюргеры, как и большинство должностей в канцелярии, ввиду требуемых юридических знаний. Растущее влияние канцелярии означало растущее влияние канцлера, как правило, наиболее образованного из советников герцога, обычно имевшего докторскую степень в каноническом и гражданском праве, а также обширными административными полномочиями. Будучи одним из представителей бюргерской элиты, он служил связующим звеном между центральным правительством и местными общинами для разрешения споров. Если вопрос не мог быть решен городским советом, он передавался канцлеру судебным приставом для принятия решения. Канцлер также представлял герцога в дипломатических миссиях и иногда на территориальных сеймах сословий. К середине XVI века консультативный орган герцога, Оберрат, учредил должность вице-канцлера (Vizekanzler) в 1556 году, чтобы помочь канцлеру, испытывавшему перегрузку работой, заменять его в отсутствие и выполнять функции секретаря на заседаниях Тайного совета (Geheimer Rat). Больше, чем любой другой чиновник центрального правительства, камер-секретарь (Kammersekretär), отвечавший за организацию графика герцога, ведение герцогской переписки и обработку документов, находился в исключительном подчинении герцога. Эту должность также всегда занимал бюргер, поскольку требовался канцелярский опыт, но университетское образование было редкостью. Первоначально вице-канцлер не обладал политической властью, но затем герцог Кристоф расширил полномочия камер-секретаря, разрешив ему консультировать по вопросам политики, касающимся канцелярии, церковного совета и даже контролировать казначейство, правом, которым обладал только камермейстер. Во время правления герцога Людвига он стал одним из самых влиятельных чиновников в центральном правительстве, став личным советником и близким другом герцога, соперничая в влиянии на политику лишь с территориальным губернатором, ландхофмейстером. После Реформации были созданы новые должности, работавшие во время визитаций. С помощью герцогского двора и реформаторов Иоганна Бренца, Амброзия Бларера и Эрхарда Шнепфа был сформирован мощный новый централизованный церковный кабинет, призванный обеспечить исполнение воли герцога в религиозных вопросах посредством строгой системы визитаций по всем округам герцогства. Создание церковного совета (Kirchenrat) в 1553 году привело к появлению должности, занимаемой исключительно бюргерскими чиновниками: директора церковного совета (Kirchenratdirektor), который работал с церковным советом по герцогской политике в религиозных вопросах, помогал в назначении местных проповедников, управлении церковными землями и надзоре за монастырями. Надзор за монастырями и женскими монастырями был важен для герцогства, поскольку Реформация сделала их расточительные расходы неприемлемыми, хотя им все еще разрешалось существовать в лютеранском Вюртемберге. Правительство взимало налоги с "четырнадцати крупных монастырских трастов", и герцог или сословия могли использовать эти средства на оборону герцогства или другие проекты. Пока он контролировал эти доходы, его клерки записывали их в бухгалтерские книги, называемые Kirchenkastenrechungen. Из должностей, занимаемых исключительно дворянами, большинство было создано в XV веке и требовало небольшого или отсутствующего образования, оплачивалось значительно больше, чем бюргерские должности, и часто предполагало постоянный контакт с герцогом или другими дворянами. Изначально при Вюртембергском дворе был хофмейстер (Hofmeister), но эта должность была разделена на должности территориального губернатора (Landhofmeister) и управляющего двором (Haushofmeister). Самым влиятельным из дворян при дворе традиционно был территориальный губернатор (Landhofmeister), который служил главным советником герцога и контролировал канцелярию. С созданием канцелярии в 1482 году, в тот же год, что и воссоединение герцогства (тогда графства) и учреждение Штутгарта в качестве столицы, ландхофмейстер и канцлер тесно сотрудничали, и этот союз оставался важным до тех пор, пока камер-секретарь не превзошел канцлера по значимости. Haushofmeister, который когда-то сопровождал герцога на охоте и управлял доходами и слугами двора, стал скорее почетной должностью, и вскоре он был отстранен от воспитания детей дворян и закупки продуктов питания для двора. Эта должность была уникальной тем, что муж и жена могли одновременно занимать должности Haushofmeister и Haushofmeisterin, которая помогала мужу и обучала дочерей дворян. Ведущей дворянской фигурой при дворе был маршал, который отвечал за его оборону, а также за надзор за слугами двора (Hofgesinde). Хотя военный опыт больше не считался обязательным к правлению герцога Людвига, он оставался важной консультативной должностью. Камермейстер (Kammermeister) руководил герцогской казначейством и тем самым отличался от ландшрейбера (Landschreiber), который руководил общей казначейством. Камермейстер уже был близким советником герцога, но стал еще более могущественным во время оккупации герцогства Габсбургами, поскольку трое были назначены для упорядочения финансов герцогства. Однако этот титул также становился все более почетным; к 1570-м годам наступали длительные периоды, когда камермейстера не было, поскольку камер-секретарь в значительной степени взял на себя его обязанности. Последняя дворянская должность в центральном правительстве была Statthalter, своего рода временный заместитель губернатора. Statthalter обычно назначался только во время регентства или отсутствия правителя герцогства и стал особенно важным в период 1520–1534 годов, когда оккупировавшие герцогство Габсбурги пытались править герцогством в отсутствие императоров Карла V и Фердинанда. Он поддерживал тесные связи с Австрией, часто созывая сословия для согласия на новые налоги и для сбора войск для Австрии во время войны с турками. К сожалению для Габсбургов, срок полномочий Statthalter, как правило, был коротким. Несмотря на это, их должность сохранилась во время второго правления герцога Ульриха и стала особенно важной во время регентства герцога Людвига. Под советниками находились секретари, клерки и бухгалтеры, которые руководили бюрократией герцогства и придерживались строгой дисциплины и работали долгие часы. Эти люди не обладали собственной политической властью, но часто это было отправной точкой для бюргерских чиновников, стремящихся к продвижению по службе. Секретари и клерки (Schreiber) копировали и архивировали важные документы для различных ведомств правительства. Рост бюрократии центрального правительства также означал увеличение числа клерков с 25 в 1520 году до более чем 80 к концу века. Количество бухгалтеров также росло, поскольку число бухгалтеров (Buchhalter), отвечавших за ведение главной книги для регистрации и составления сводок результатов голосования на заседаниях Тайного совета, значительно увеличилось для удовлетворения потребностей правительства. Другие низшие…

As before, the duchy's notables had a powerful presence in the central government but burghers, in particular, came to fill many important offices by either university education, clerical expertise, or administrative experience in district and local government. Burgher or noble, the many councilors in the central government had tremendous influence, even if that influence and thus the balance of power in the duchy's administration, was subject to the whim of the ruling duke. However, they were not entirely dependent on the duke, as much of the actual governing was out of his hands, and the geographical location and political instability of the duchy contributed greatly to its unique political development. One of the leading burgher councilors in the central government was the Chancellor (Kanzler), a position again traceable to the 13th century, when monks worked on documents for the court. The duchy's first Chancellor was a prelate who was given the position by Count Eberhard V in 1481. However, after the County's elevation to a duchy, this position would only be held by burghers, like most of the jobs in the chancery, because of the legal knowledge required. The growing influence of the chancery meant the growing influence of the Chancellor, normally the best educated of the Duke's councilors, typically holding a doctorate in canon and civil law as well as extensive administrative power. As one of the burgher elite, he was the link between the central government and local communities for settling disputes. If a matter could not be solved by the town council, it would be referred to the Chancellor by the bailiff, and he would decide the matter. The Chancellor also represented the Duke for diplomatic missions and occasionally at territorial diets of the Estates. By the mid 16th century, the advisory body to the Duke, the Oberrat, created the position of Vice Chancellor (Vizekanzler) in 1556 to aid the Chancellor, by now struggling with his workload, and to substitute for the Chancellor in his absence, and to serve as the secretary for sessions of the privy council (Geheimer Rat). More than any other official in the central government, the chamber secretary, Kammersekretär, charged with the organizing the Duke's schedule, writing Ducal correspondence, and processing documents, worked solely for the Duke. This job was also always held by a burgher, as he had to have clerical expertise, but almost never had a university education. At first, the Vice Chancellor held no political power, but then Duke Christoph enlarged the role of the Kammersekretär by allowing him to advise on policies concerning the chancery, church council, and even to oversee the treasury, a right no other official but the chamber master (Kammermeister) possessed. In the reign of Duke Ludwig, he would become one of the most influential officers in the central government, assuming the role of personal adviser and close friend to the Duke, rivaling only the territorial governor, Landhofmeister in influence on policy. Following the Reformation, new positions that worked during the Visitation were created. With the help of the Ducal court and reformers Johannes Brenz, Ambrosius Blarer, and Erhard Schnepf, a powerful new, centralized ecclesiastical cabinet formed to assure the Duke's will in religious matters were felt throughout the duchy via a strict system of visitation to all of the duchy's districts. The creation of the church council, Kirchenrat, in 1553 resulted in a position only held by burghers: the church council director, or Kirchenratdirektor, who worked with the church council on Ducal policy in religious matters, helped with the appointing of local preachers and administrating of church lands, and supervised the monasteries. Supervision of the monasteries and nunneries was important to the duchy, as the Reformation made their exorbitant spending no longer acceptable, though they were still allowed to exist in Lutheran Württemberg. The government placed levies on the "fourteen great monastic trusts," and the Duke or the Estates could spend this money on the duchy's defense or on other projects. While he supervised this revenue, his clerks recorded it account books called Kirchenkastenrechungen. Of the positions only held by nobility, most were created in the 15th century and required little or no education, paid much more than burgher, and often involved constant contact to the Duke or other nobles. Originally, the Württemberg court had a Hofmeister, but this office was broken into the offices of territorial governor, Landhofmeister, and the court steward, Haushofmeister. The most powerful of the nobles in court traditionally was the territorial governor, Landhofmeister, who served as the Duke's foremost adviser and controlled the chancery. With the creation of the chancery in 1482, the same year as the reunification of the duchy (then county) and establishment of Stuttgart as capital, the Landhofmeister and the Chancellor worked closely together, and this association remained important until the Kammersekretär supplanted the chancellor in importance. The Haushofmeister, who once accompanied the Duke on hunting trips and managed the court income and servants, was a position that would become merely honorary, and he would soon find himself relegated to tutoring of noble children and sourcing the food consumed by the court. This position was unique in that husband and wife could both serve as Haushofmeister and Haushofmesiterin, who would assist her husband and taught the female children of the nobility. A leading noble figure at the court was the Marshal, who was tasked with its defense as well as supervising the court servants (Hofgesinde). Although military experience was no longer considered a prerequisite by the reign of Duke Ludwig, it remained an important advisory position. The Kammermeister oversaw the Ducal treasury and was in this way distinct from the Landschreiber, who oversaw the general treasury. The Kammermeister was already a close adviser to the Duke, but he became even more powerful during the Habsburg occupation of the duchy, as three were appointed to set the duchy's finances in order. However, this title too became increasingly honorary; by the 1570s, there were long periods wherein there were no Kammermeister as the Kammersekretär had largely taken over his responsibilities. The final noble held office in the central government was that of the Statthalter, a kind of ad hoc substitute governor. There was typically a Statthalter only in times of regency or absence of the duchy's ruler, and he became particularly important during the period 1520–1534, when the occupying Habsburgs attempted to rule the Duchy in the absence of Emperors Charles V and Ferdinand. He maintained close ties with Austria, summoning the Estates often to consent to new taxation and to raise troops for Austria during the War with the Turks. Unfortunately for the Habsburgs, the tenures of the Statthalter tended to be short. Despite this, their office would continue into the second reign of Duke Ulrich and would become especially important in the regency of Duke Ludwig. Beneath the councilors were the secretaries, clerks, and accountants who ran the bureaucracy of the duchy and adhered to a strict discipline and worked long hours. These men held no political power of their own, but often, this was the starting place for burghers looking to climb the ladder. Secretaries and clerks (Schreiber) copied and filed important documents for the various branches of the government. The growth of the central government's bureaucracy also meant the number of clerks growing from 25 in 1520 to over 80 by the end of the century. Accountants too grew in number, as the number of bookkeepers (Buchhalter), charged with maintaining a general ledger to recording and writing summaries of votes cast in privy council meetings, would be expanded greatly to fill the needs of the government. Other low level positions included the keeper of the treasury (Gewöhlbeverwater), who curated the goods of the treasury vault such as government archives, and the message supervisor (Botenmeister), who managed the couriers of the duchy.

Сословия

Сословия (Landschaft), крупнейший политический орган в герцогстве, представляли собой структуру, существовавшую еще до основания самого герцогства (первое собрание сословий, называемое Landtag, состоялось в Леонберге в 1457 году, когда граф Ульрих V созвал представителей городов, чтобы уравновесить влияние присутствующих рыцарей (Ritterschaft)). Сословия состояли из представителей различных сословий (Stände): прелатов, дворян и бюргерских чиновников. Прелатами были аббаты четырнадцати монастырей герцогства, которые, как правило, присутствовали на диетах в качестве назначенных герцогом после Реформации. Около 30 дворян, обычно герцогские советники или другие высокопоставленные чиновники, также регулярно посещали заседания. Поскольку сословия должны были представлять интересы жителей герцогства, около 75% участников диеты составляли горожане, хотя крестьянство практически не имело влияния. Сословия не имели средств для навязывания своей воли и в определенной степени зависели от герцога для достижения эффективности. Иногда им удавалось убедить герцога в необходимости реформ, как, например, в случае с Тюбингенским договором 1514 года. В периоды малолетства или отсутствия герцога сословия обладали значительным контролем над политикой и управлением, который они теряли с достижением герцогом совершеннолетия. Герцог Ульрих, например, редко созывал диеты. Из бюргерских представителей, присутствовавших на Landtag в 1520 году, все принадлежали к суду и совету 44 городов и являлись представителями уважаемых семейств (Ehrbarkeit). Отсутствие сопротивления со стороны этих представителей сильной власти Ульриха свидетельствует о том, что сословия не имели ни сильного лидера, ни народной поддержки, ни закрепленного положения в конституции герцогства и могли быть легко принуждены к определенным действиям. Сословия стали полезны герцогу для выплаты долгов и объявления войны, предоставляя при этом ведущим жителям герцогства политическую власть и площадку для дебатов. Эслингенский договор 1492 года, предусматривавший, что 12 членов сословий могут взять на себя управление в случае недееспособности герцога, лег в основу последующих компромиссов между герцогом и сословиями на протяжении XVI века. Регентство герцога Ульриха стало переходным периодом для сословий, поскольку они разработали систему управления, основанную на коллегиальном принципе, с четырьмя дворянами в качестве регентов и двумя прелатами в качестве советников. Сословия выражали интересы городов регентству, но во время Швабской войны это регентство стало противоречить желаниям местных бюргерских слоев, среди которых война была крайне непопулярна. Сословия продолжали голосовать за увеличение числа солдат и выделение средств на войну, которая завершилась поражением Швабской лиги. Сословия продолжали осуществлять свое право утверждать налоги для финансирования частых войн герцогства, право, которое было подвергнуто серьезному испытанию во время правления Ульриха.

The Estates (Landschaft), the largest political body in the duchy, were an entity that had existed even before the founding of the duchy (The first assembly of the Estates, called a Landtag, occurred in Leonberg in 1457 when Count Ulrich V summoned the notables of the towns to counterbalance the attending knights (Ritterschaft)), and it consisted of representatives from several different estates (Stände): the prelates, nobles, and burgher officials. The prelates were the abbots of the fourteen monasteries of the duchy, who were generally present at the diets as Ducal appointees after the Reformation. Roughly 30 noblemen, usually ducal councilors or some other senior official, also regularly attended. Since the Estates were intended to be the representatives of the duchy's inhabitants, about 75% of the participants of a Diet were townsfolk, though the peasantry had almost no input. The Estates had no means of imposing their will, and were to a certain extent dependent on the Duke to be effective. At times they were able to convince the Duke into reform, such as with the Treaty of Tübingen in 1514. During times of minority or absence of the Duke, the Estates had a large decree of control over policy and government, which they effectively lost in times of majority. Duke Ulrich, for example, rarely called Diets. Of the burghers that attended the Landtag of 1520, all of them belonged to the court and council of 44 towns, all of them Ehrbarkeit. The lack of resistance on their part to Ulrich's strong government shows that the Estates had neither a strong leader and popular support nor a permanent position in the duchy's constitution and could be easily coerced. The Estates became useful to the Duke for the payment of his debts and for the declaration of the war, and they provided the duchy's leading inhabitants political power and a forum to debate in. The Treaty of Esslingen in 1492, which stated that 12 members of the Estates could assume rule in times of incompetence, became the basis for following compromises between the Duke and the Estates throughout the 16th centuries. The regency of Duke Ulrich was a time of transition for the Estates, as they authored a government based on collegiate principle, with four nobles acting as regents and two prelates as advisers. The Estates voiced the interests of the towns to the regency, but during the Swabian War this regency became opposed to the wishes of the local burghers, among whom the war was very unpopular. The Estates would continue to vote more men and money to the war, which would end in defeat for the Swabian League. The Estates would continue to exercise their right to approve taxation to the duchy's frequent wars, a right that would be extremely tested during Ulrich's reign.

Экономика

Несмотря на урбанизацию, экономика герцогства оставалась преимущественно сельскохозяйственной, а вино являлось его важнейшим продуктом. Крестьяне выращивали такие зерновые культуры, как рожь, ячмень, сено и овёс. Далее по значимости следовали шерсть, древесина, ткани, лён, стекло и металлоизделия. Основными торговыми партнёрами были соседи герцогства, в частности юго-западные имперские города, такие как Эсслинген-ам-Неккар и Реутлинген, а также Швейцарская Конфедерация. Города Базель и Золотурн также регулярно выдавали займы герцогам Вюртембергским. Хотя герцогство не имело крупного торгового центра, подобного Ульму или Страсбургу, оно обеспечивало зерном свои соседние земли.

Музыка

Вюртембергская Hofkapelle, термин, описывающий как придворную капеллу, так и ансамбль, исполнявший в ней, была основана герцогом Эберхардом II во время его недолгого правления герцогством Вюртемберг. Правление барочных герцогов Эберхарда Людовика, Карла Александра и Карла Евгения было периодом нестабильности в музыкальной жизни герцогства, сосредоточенной во дворцах Людвигсбурга и Штутгарта (подобно герцогам, покровительствовавшим искусствам), что проливает свет на три ключевые темы в истории западной музыки: формирование оркестра, важность камерной музыки и растущее число итальянских композиторов и музыкантов, служивших при дворах немецких князей в XVIII веке. Хотя герцогство было признано Питером Х. Вильсоном как "одна из слабейших средних территорий в составе Империи", герцоги приложили значительные и дорогостоящие усилия, чтобы быть в авангарде культурных тенденций. В результате, в последние годы XVII века возросло осознание и затем стремление к французскому стилю и моде, что привело к найму французских музыкантов, принятию новых барочных деревянных духовых инструментов, постановке масштабных балетов в французском стиле, называемых Singballete, и созданию струнного ансамбля в стиле Люлли, который подготовил почву для появления оркестра при дворе. Даже перед лицом периодической французской агрессии в XVIII веке герцог Эберхард Людовик, воспитанный в французском стиле и манерах, стремился сделать свой двор убежищем для французской культуры. На рубеже XVIII века музыкальные интересы Вюртемберга, как и многих других европейских государств, обратились к Италии, что отразилось в произведениях Иоганна Зигмунда Куссера, созданных в период с 1698 по 1702 год. Музыкальное финансирование внезапно прекратилось с началом войны за испанское наследство, что оказало неизгладимое влияние на музыку при дворе в последующие годы. Хотя документальных свидетельств о музыкальной деятельности первого десятилетия XVIII века сохранилось немного, известно, что к 1715 году штат Hofkapelle включал трех концертмейстеров (Kapellmeister), 22 инструменталиста, 11 вокалистов и двух хористов (Kapellknaben), а также дополнительно семь трубачей и одного литаврист. Два из этих Kapellmeister, Теодор Шварцкопф и Иоганн Георг Кристиан Шторль, были бывшим учеником Шварцкопфа. Между этими двумя возник конфликт, и Шторль попытался выселить Шварцкопфа и его семью из Капельхауса, утверждая, что их жилье не подходит для оперной практики. На самом деле, небольшой Старый замок уже был тесен для музыкальной свиты герцога, как отмечали оба Kapellmeister. Зимой 1705–1706 годов, находясь в Мюнхене после поражения курфюрста Максимилиана II Эммануила и его брата, Иосифа Клеменса, курфюрста-архиепископа Кельнского, в битве при Бленхейме в 1704 году и последовавшем изгнании во Францию в 1706 году, он узнал о католическом музыканте и композиторе Иоганне Кристофе Пеце, который теперь отвечал за обучение детей Виттельсбахов музыке. Император Карл VI декретом в мае 1706 года освободил весь музыкальный ансамбль имперских беглецов, и Эберхард Людовик нанял Пеца в качестве старшего концертмейстера (Oberkapellmeister) Вюртембергской Hofkapelle, выше как Шторля, так и Шварцкопфа. Пец расширил штат Hofkapelle, особенно количество инструментов, используемых при дворе, и число придворных музыкантов, владевших несколькими инструментами, но также значительно сократил роль Kapellknaben, оставив лишь двух хористов. Этот рост произошел, несмотря на продолжающуюся войну за испанское наследство и даже вторжение Виллара в герцогство в 1707 году (которое вынудило герцогскую семью временно бежать в Швейцарию), и окончательно завершился в 1709 году, когда герцог, испытывавший все большую нехватку средств из-за войны и строительства Людвигсбургского дворца, инициировал масштабное сокращение штата Hofkapelle. Это напряжение ощущалось еще в 1714 году, и Пец заметил: Несмотря на небольшой размер и финансовые трудности, Пец все еще очень гордился качеством своих инструменталистов, однако его беспокоили вокалисты, которых было немного и среди которых было много католиков, которые не всегда присутствовали, усугубляя проблему. Вюртемберг, в отличие от других лютеранских немецких дворов, нашел частичное решение проблемы нехватки дискантов в найме молодых незамужних певиц, называемых Legr Discantistinnen или Kapelleknaben (несмотря на мужской род термина), которым предоставлялось музыкальное образование с ожиданием, что они станут постоянными членами вюртембергского учреждения с зарплатой, равной зарплате хористов. Вероятно, женские голоса также входили в состав французской театральной труппы (comödianten) с 1713 по 1716 год, в дань масштабным театральным представлениям раннего периода, которые герцог отменил и к которым больше не возвращался из-за огромных убытков, понесенных во время пребывания Иоганна Зигмунда Куссера в Штутгарте, и Пец (по его собственным словам) должен был много часов репетировать и писать музыку для этой труппы. Эта труппа выступала на празднествах в честь охотничьего ордена герцога, основанного в 1702 году и названного в честь святого Губерта, который стал одним из важнейших событий при дворе по мере продвижения XVIII века, и Пец и различные компоненты участвующей Hofkapelle размещались в Людвигсбургском дворце и его окрестностях. Ко второй декаде XVIII века Singballete и оперы, использовавшиеся для празднования предыдущих дней рождения герцога, были заменены более скромными представлениями. Это совпало со сменой взглядов при дворе на то, в какой степени камерная музыка (Cammer Musique) способна продемонстрировать богатство и изысканность правителя, а также с заметным увеличением инструментальной специализации в Hofkapelle (явление, также присутствовавшее при более крупных немецких дворах), которое могло быть вызвано наймом иностранных музыкантов. Этот процесс был вызван формализацией службы в загородных поместьях герцогской семьи. К 1715 году это начало приводить к финансовым трудностям в Штутгарте, поскольку церковные органы, финансировавшие зарплаты Hofkapelle, выразили свое недовольство оплатой явно светского аспекта двора. Чтобы уменьшить эту нагрузку, была введена ротационная система, в которой копиист и клавишник находились в постоянной готовности, а три группы, состоящие из скрипача, гобоиста и контрабасиста, сменялись каждые четыре недели. Эти музыканты просто назывались "придворными и камерными музыкантами", не получали более высокого ранга и получали другую оплату. Камерная музыка начала рассматриваться как важная часть музыкального учреждения двора, наравне с церковной и застольной музыкой, что подтверждается различными документами, последовавшими за смертью Пеца (25 сентября 1716 года) в мае 1717 года, от Шварцкопфа и Шторля, которые подтвердили взгляд Пеца на Hofkapelle как на резервуар многоталантливых музыкантов, способных играть на широком спектре инструментов, и наймом скрипача и виртуоза Джузеппе Антонио Брешанелло в качестве "директора камерной музыки" примерно через месяц после смерти Пеца. К концу 1717 года концепция оркестра как института начала укрепляться при дворе.

The Württemberg Hofkapelle, a term both describing the court chapel as well as the group that played within it, was founded by Duke Eberhard II during his short reign of the Duchy of Württemberg. The rules of the Baroque dukes, Eberhard Louis, Charles Alexander, and Charles Eugene, were an unstable period in the musical scene in the duchy based at the palaces of Ludwigsburg and Stuttgart (much like the Dukes that patronized those arts) that illuminates three central themes in the history of music in the West: the emergence of the orchestra, importance of chamber music and the growing number of Italian composers and musicians employed at the courts of German princes in the 18th century. Although the duchy was recognized by Peter H. Wilson as "one of the weaker middle ranking territories within the Empire," the Dukes went to great and expensive lengths by the ducal court to be ahead of the cultural curve. The result, in the final years of the 17th century, was an increasing awareness and then desire for French style and fashion, resulting in the employment of French musicians, adoption of new Baroque woodwinds, putting on of large scale French style ballets de cour called Singballete and the institution of a Lullian string band that paved the way for appearance of the orchestra at court. Even in the face of periodic French aggression in the 18th century, Duke Eberhard Louis, educated with French style and mannerisms, strove to make his court a haven for French culture. At the turn of the 18th century, Württemberg's musical interests, like many other European states, began turning to Italy, which can be seen in the productions of Johann Sigismund Kusser from 1698 to 1702. Musical funding would come to a sudden end with the War of Spanish Succession and it would have an indelible impact on music at the court in later years. While very little documentation of the musical activity of the first decade of the 18th century, we know that by 1715, the membership of the duchy's Hofkapelle was three concertmasters (Kapellmeister), 22 instrumentalists, 11 vocalists, and two choirboys (Kapellknaben) as well as an additional complement of seven trumpeters and a single kettledrummer. Two of those Kapellmeisters, Theodor Schwartzkopf and Johann Georg Christian Störl, Schwartzkopf's former pupil. These two men had a falling out and Störl attempted to have Schwartzkopf and his family ejected from the Kapellhaus, claiming that his residence was unsuitable for the practice of opera. In truth, the small Old Castle was already too small for the Duke's musical retinue, as was noted by the two Kapellmeister. While in Munich during the winter of 1705–06 following the defeat of Elector Maximilian II Emanuel and his brother, Joseph Clemens, Elector archbishop of Cologne, after their defeat at defeat at Blenheim in 1704 and subsequent exile to France in 1706, he learned of the Catholic musician and composer Johann Christoph Pez, a Catholic, who now was in charge of instructing the Wittelsbach children in music. Emperor Charles VI released the entire musical ensemble of the Imperial fugitives by decree in May 1706, and Eberhard Louis hired Pez as Senior concert master (Oberkapellmeister) of the Württemberg Hofkapelle, above both Störl and Schwartzkopf. Pez expanded the size of the Hofkapelle, particularly the number of instruments used by the court and the number of court musicians who could pay more than one instrument, but also dramatically shrank the importance of the Kapellknaben to the point where only two were employed by the court. This growth happened in spite of the ongoing War of the Spanish Succession and even Villars's invasion of the duchy in 1707 (which caused the ducal family to temporarily flee to Switzerland) finally ended in 1709 when the Duke, increasingly short on cash because of the war and the construction of Ludwigsburg Palace, issued a massive retrenchment that dramatically shrank the Hofkapelle. This strain would still be felt in 1714, and Pez commented:

Despite its small size and financial strain, Pez was still very proud of the quality of his instrumentalists, however he worried about his vocalists, who were not numerous and contained many Catholic members who would at times not be present, exacerbating the problem. Württemberg, unlike other Lutheran German courts, found a semi solution to a shortage of treble voices in the hiring of a succession of young, unmarried called Legr Discantistinnen or Kapelleknaben (despite the masculinity of the term) who would receive music training with the expectation that they would become permanent members of the Württemberg establishment with an equal salary to the choirboys. It is also likely that female vocalists formed part of a French comödianten from 1713 to 1716 in a nod to the large scale theatrical performances of the early days that the Duke called off and never returned to because of the vast amounts of money lost in the stay of Johann Sigismund Kusser in Stuttgart, and Pez (according to his own word) was required to practice with and compose for this group for many hours. This group would perform in the celebrations of the Duke's hunting order, founded in 1702 and named after St. Hubert, that became one of the most important events in court life as the 18th century moved ahead, with Pez and the various components of the participating Hofkapelle lodged in and around Ludwigsburg Palace. By the second decade of the 18th century, the Singballete and operas used to celebrate previous ducal birthdays had been replaced with smaller presentations. This coincided with the shift of opinion in the court as to what extent chamber music (Cammer Musique) was able to portray a ruler's wealth and sophistication and the perceptible increase in instrumental specialization in the Hofkapelle (a phenomenon also present at larger German courts), which may have been effected by the employment of foreign musicians. This process was brought about by the formalization of service at the Ducal family's country estates. By 1715, this began to cause financial hardship in Stuttgart, as the ecclesiastical bodies whom fronted the salaries of the Hofkapelle made known their disdain for paying a clearly secular facet of the court. To reduce this strain, a rotational system wherein a copyist and pianist were on call at all times with three groups consisting of a violinist, an oboist, and a string bass player alternating every four weeks. These musicians were simply referred to as "court and chamber musicians," weren't appointed at a higher rank, and they were paid differently. Chamber music began to be considered a major part of the court's musical establishment, on par even with church and table music, as evidenced by various documents following Pez's death (25 September 1716) in May 1717 from Schwartzkopf and Störl that confirmed Pez's view of the Hofkapelle as a pool of multi talented musicians who could play a wide range of instruments, and the hiring of violinist and virtuoso Giuseppe Antonio Brescianello as "director of chamber music" about a month after Pez's death. By the end of 1717, the concept of an orchestra as an institution began to solidify at the court.

Университет

Университет Тюбингена был основан правящей династией в 1477 году.

Религия

В XVI веке Вюртемберг стал одним из трех конкурирующих юго-западных имперских государств, боровшихся за более высокий статус в регионе и во всей Империи. Сам будучи лютеранским, Вюртемберг соперничал с римско-католическим герцогством Лотарингия и кальвинистским Курфюршеством Пфальцским. Благодаря своей лютеранской вере Вюртемберг находил союзников на севере и востоке Германии. В конце XVII и начале XVIII веков пиетизм получил широкое распространение по всему герцогству как реакция на кажущийся гедонизм барочного общества и стремление к созданию французской абсолютистской монархии. Пиетисты интерпретировали социальные и природные бедствия, постигшие Вюртемберг, как божественное наказание за аморальность герцофского двора и общества, и стремились поддерживать сословные структуры Вюртемберга и сотрудничество между ними и герцогом. После Утрехтского мирного договора 1713 года, завершившего войну за испанское наследство, герцогство переживало период мира и растущего благосостояния, и характер вюртембергского пиетизма сместился от моральной и философской критики общества к тихому богословскому созерцанию.