Танки Второй мировой войны: Обзор и эволюция

Введение

Обзор танков во Второй мировой войне

Танки являлись важной системой вооружений во Второй мировой войне. Хотя в межвоенный период танки были объектом интенсивных исследований, их производство было ограничено и осуществлялось лишь в нескольких странах. Однако в ходе Второй мировой войны танки использовались практически во всех армиях, и ежемесячно производились тысячи единиц. Применение, доктрина и производство танков значительно различались у воюющих держав. К концу войны формировалось общее понимание доктрины и конструкции танков.

Предыстория

Танк был изобретен британцами в 1916 году и впервые использован во время Первой мировой войны, почти одновременно с разработкой во Франции. Танки Первой мировой войны отражали новизну идеи и примитивное состояние автомобильной промышленности. Танки Первой мировой войны двигались шагом, они были относительно ненадежными, и лучшие способы их применения определялись уже к концу войны. Прорывом в конструкции танков стала подвеска Кристи, разработанная американским инженером Дж. Уолтером Кристи, которая обеспечивала больший ход подвески, чем обычные листовые рессоры, широко использовавшиеся в то время, и позволяла танкам двигаться быстрее. Доктрина бронетанкового боя радикально изменилась в межвоенный период, поскольку армии искали способы избежать тупиковой ситуации, создаваемой современной огневой мощью, и стремились восстановить наступательный потенциал на поле боя. Первоначально танки использовались для непосредственной поддержки пехоты, но по мере разработки современной механизированной доктрины несколькими армиями танки стали неотъемлемой частью совместного боевого взаимодействия. Помимо поддержки пехоты, танки выполняли традиционные кавалерийские функции, обеспечивали мобильную артиллерийскую поддержку и адаптировались для выполнения инженерных задач. Конструкция танков постепенно совершенствовалась в межвоенный период. Отражая рост автомобильной промышленности, были улучшены танковые двигатели, трансмиссии и гусеничные системы. К началу войны в сентябре 1939 года существовали танки, способные преодолевать сотни миль по гусеницам с ограниченным количеством поломок, что было обусловлено тем, что их боевая доктрина основывалась на более медленном, обдуманном выполнении запланированных маневров, что требовало меньшего количества радиостанций на всех уровнях. Французские танки в кампании 1940 года, как правило, превосходили немецкие по огневой мощи и бронезащите, но их слабая доктрина командования и управления нивелировала эти преимущества. К 1943 году двусторонняя радиосвязь стала почти повсеместной во всех армиях. По мере развития войны отчетливо прослеживалась тенденция к увеличению массы танков. В 1939 году большинство танков имели максимальную броню толщиной 37–47 мм или меньше, а орудия имели калибр не более 37–47 мм. Средние танки 1939 года весили около… К 1945 году типичные средние танки имели максимальную броню толщиной более 60 мм и были вооружены орудиями калибра… Легкие танки, доминировавшие в большинстве армий в начале войны, постепенно исчезли из боевого состава. Башни, которые всегда рассматривались, но ранее не были универсальной особенностью танков, стали признаваться необходимыми. Было признано, что если танковое орудие должно использоваться для поражения как "мягких" (небронированных), так и бронированных целей, то оно должно быть максимально большим и мощным, что делало одно крупнокалиберное орудие с круговым обстрелом жизненно важным. Кроме того, установка орудия в башне обеспечивала возможность ведения огня из-за укрытия, используя рельеф местности. Орудия, установленные в корпусе, требовали, чтобы большая часть машины была открыта для вражеского огня. Многобашенные или многоорудийные конструкции, такие как советский Т-35, американский средний танк M3 (с орудием в корпусе и башне), французский Char B1 (с корпусной гаубицей) или британский крейсерский танк Mk I (с двумя дополнительными пулеметными башнями), постепенно вышли из употребления во время Второй мировой войны. Опыт показал, что командир танка не может эффективно управлять огнем нескольких орудий; кроме того, новые универсальные орудия устранили необходимость в нескольких орудиях. Большинство танков по-прежнему имели пулемет в корпусе и обычно один или несколько пулеметов в башне для защиты от пехоты на коротких дистанциях. Танки адаптировались для выполнения широкого спектра военных задач, включая инженерные. Также использовались специализированные модели, такие как огнеметные танки, бронированные ремонтно-эвакуационные машины для буксировки поврежденных танков с поля боя и командные танки с дополнительными радиостанциями. Некоторые из этих вариантов танков получили дальнейшее развитие в другие классы бронетехники, которые больше не называются "танками". Все основные воюющие державы также разработали истребители танков (самоходные противотанковые орудия для мобильной обороны) и штурмовые орудия, как бронированные машины, несущие крупнокалиберные орудия, но часто без башен. Башенные машины дороже в производстве, чем бебашенные. Одной из тенденций Второй мировой войны было использование старых, легких танковых шасси для установки более мощного оружия в неподвижных брустверах, в качестве самоходных орудий, истребителей танков или штурмовых орудий. Например, советский Т-34 мог нести 85-мм орудие в башне, но то же шасси могло нести гораздо более эффективное 100-мм орудие в неподвижном бруствере, например, в САУ-100, преемнице САУ-85. Аналогично, устаревший немецкий легкий танк Panzer II, слишком уязвимый для прямого огневого столкновения, был модифицирован для установки мощной 75-мм пушки PaK 40 в открытом, неподвижном бруствере, в качестве самоходной артиллерийской установки Marder II. Немецкие истребители танков Panzerjäger ("охотники за танками") в основном создавались путем установки существующего противотанкового орудия на подходящее шасси для обеспечения мобильности, обычно с трехсторонним щитом для защиты экипажа. Например, 202 устаревших легких танка Panzer I были модифицированы путем снятия башни и установки чешской 4,7cm KPÚV vz. 38 (47-мм) противотанковой пушки, создав самоходную противотанковую установку Panzerjäger I. Немецкие истребители танков, созданные на базе Panzer III и более поздних немецких танков, отличались тем, что имели более мощную броню, чем их танковые аналоги. Полностью закрытые брустверы немецких штурмовых орудий Sturmgeschütz, начиная с начала войны, задали образец, который позже был использован в аналогичных полностью закрытых истребителях танков Jagdpanzer, а советские самоходные установки (СУ) использовались для тех же двойных целей. Однако отсутствие вращающейся башни ограничивало угол обстрела орудия несколькими градусами. Это означало, что для наведения орудия на цель обычно приходилось поворачивать весь танк, что было гораздо медленнее, чем просто вращение башни. Если машина выходила из строя из-за поломки двигателя или повреждения гусеницы, она не могла повернуть орудие для отражения огня противника, что делало ее крайне уязвимой для ответного огня. Эта уязвимость была впоследствии использована противостоящими танковыми силами. Даже самые крупные и мощные немецкие истребители танков были найдены брошенными на поле боя после сражения, обездвиженными одним или несколькими попаданиями осколочно-фугасных или бронебойных снарядов в гусеницу или переднее ведущее колесо.

The tank was invented by the British, in 1916, and first used during World War I, with nearly simultaneous development in France. Tanks of the First World War reflected the novelty of the idea and the primitive state of the automotive industry. World War I tanks moved at a walking pace, they were relatively unreliable, and the best usage of them was still developing up to the war's end. A breakthrough in tank design was the Christie suspension, developed by an American engineer, J. Walter Christie, which allowed longer movement of the suspension than conventional leaf spring systems then in common use, and allowed the tanks to move faster. The doctrine of armored warfare changed radically in the inter war years as armies sought ways to avoid the deadlock imposed by modern firepower and looked for the means to restore offensive power on the battlefield. Initially, tanks had been used for close support of infantry, but as modern mechanized doctrine was developed by several armies, tanks became an essential part of the combined arms team. In addition to infantry support, tanks fulfilled traditional cavalry roles, provided mobile artillery support, and were adapted to combat engineering roles. Tank design gradually improved in the inter war period also. Reflecting the growth of the automotive industry, tank engines, transmissions, and track systems were improved. By the beginning of the war in September 1939, tanks were available that could travel hundreds of miles on their tracks with a limited number of breakdowns. essentially because their battle doctrine was based on a more slow paced, deliberate conformance to planned movements. This required fewer radios at all levels. French tanks generally outclassed German tanks in firepower and armor in the 1940 campaign, but their poor command and control doctrine negated these advantages. By 1943, two way radio was nearly universal in all armies. A trend towards heavier tanks was unmistakable as the war proceeded. In 1939, most tanks had maximum armor of or less, with guns with no larger caliber than 37–47 mm. Medium tanks of 1939 weighed around By 1945, typical medium tanks had maximum armor over 60 mm thick, with guns in the range and weights of Light tanks, which dominated most armies early in the war, gradually disappeared from front line service. Turrets, which had always been considered, but were not previously a universal feature on tanks, became recognized as essential. It was appreciated that if the tank's gun was to be used to engage both 'soft' (unarmored) and armored targets, then it needed to be as large and powerful as possible, making one large gun with an all round field of fire vital. Also, mounting the gun in a turret ensured that the tank could fire from hull down cover. Hull mounted guns required that most of the vehicle be exposed to enemy fire. Multiple turreted or multi gun designs such as the Soviet T 35, American Medium Tank M3 (hull mounted and turret gun), French Char B1 (hull mounted howitzer) or British Cruiser Mk I (two ancillary machine gun turrets) slowly became less common during World War II. Experience showed that a tank commander could not effectively direct the fire of several weapons; also, the newer dual purpose guns eliminated the need for multiple weapons. Most tanks still retained a hull machine gun, and usually one or more machine guns in the turret, to protect them from infantry at short range. Tanks were adapted to a wide range of military tasks, including engineering. Specialized models, such as flame thrower tanks, armored recovery vehicles for towing disabled tanks from the battlefield, and command tanks with extra radios were also used. Some of these tank variants live on as other classes of armored fighting vehicle, no longer called "tanks". All major combatant powers also developed tank destroyers (self propelled anti tank guns for mobile defense) and assault guns, as armored vehicles carrying large caliber guns, but often no turrets. Turreted vehicles are expensive to manufacture compared to non turreted vehicles. One trend seen in World War II was the usage of older, lighter tank chassis to mount larger weapons in fixed casemates, as self propelled guns, tank destroyers or assault guns. For example, the Soviet T 34 could mount an 85 mm gun in the turret, but the same chassis could carry the much more effective 100 mm gun in a fixed casemate such as the SU 100, the successor of the SU 85. Likewise, the obsolete German Panzer II light tank, too vulnerable for a direct fire role, was modified to take a powerful 75 mm PaK 40 gun in an open topped, fixed casemate as the Marder II self propelled artillery piece. The German tank destroyers Panzerjäger ("tank hunters") were basically made by taking an existing anti tank gun and mounting it on a convenient chassis to give mobility, usually with just a three sided gun shield for crew protection. For instance, 202 obsolete Panzer I light tanks were modified by removing the turret and emplacing a Czech 4,7cm KPÚV vz. 38 (47 mm) anti tank gun giving the Panzerjäger I self propelled anti tank gun. German tank destroyers based on the Panzer III and later German tanks were unique in that they had more armor than their tank counterparts. Fully enclosed casemates on the Germans' Sturmgeschütz assault guns, from the beginning of the war, set a pattern used later by the similarly fully enclosed Jagdpanzer casemate style tank destroyers, with the Soviets' similar Samokhodnaya ustanovka (SU) assault guns being used for the same dual purpose roles. However, the lack of a rotating turret had limited the gun's traverse to a few degrees. This meant that the entire tank normally had to be turned onto its target by the driver, a much slower process than simply rotating a powered turret. If the vehicle became immobilized due to engine failure or track damage, it could not rotate its gun to counter opposing tanks, making it highly vulnerable to counterfire. This vulnerability was later exploited by opposing tank forces. Even the largest and most powerful of German tank destroyers were found abandoned on the field after a battle, having been immobilized by one or more hits by high explosive (HE) or armor piercing (AP) shells to the track or front drive sprocket.

Советский Союз

Советский Союз начал и закончил войну с большим количеством танков, чем весь остальной мир вместе взятый (18 000–22 000). В начале Второй мировой войны наиболее распространенным танком на вооружении советских войск был Т-26 (разработан на базе Vickers 6 ton), с легкой броней и 45-мм пушкой, способной пробивать броню большинства немецких танков на нормальных боевых дистанциях. Лишь у немногих танков было радио. Конструкция была механически надежной, но не допускала дальнейшего развития. Танки серии БТ, основанные на системе подвески Christie, обычно были вооружены той же 45-мм пушкой и являлись самыми мобильными танками в мире на тот момент. Существовали также варианты поддержки пехоты обоих танков, вооруженные 76,2-мм гаубицами. Однако БТ находился в конце своего срока службы. Красная Армия также располагала тысячами легких разведывательных танков, таких как амфибии Т-37 и Т-38. Они имели ограниченную боевую ценность, поскольку, несмотря на высокую мобильность, были вооружены только 7,62-мм пулеметами и имели очень тонкую броню. Кроме того, в составе Красной Армии было около 400 средних многобашенных танков Т-28, которые по большинству характеристик не уступали немецким Panzer IV. Однако эта модель устарела еще в 1931 году. К концу 1930-х годов Советский Союз располагал огромным танковым парком, почти полностью состоявшим из машин иностранных конструкций, но к 1941 году разработал ряд наиболее важных и передовых танков войны. Основной проблемой советских танковых войск в 1941 году было не столько техническое качество техники, сколько крайне плохое состояние обслуживания, ужасающая неготовность и плохая организация управления, вызванная репрессиями против офицерского корпуса. К 1940 году Красная Армия приняла передовую боевую доктрину, которую ее командная структура и танковые силы не могли эффективно реализовать. Несколько удачных моделей были запущены в производство в 1940–1941 годах. Непосредственно перед войной Красная Армия приступила к двум взаимосвязанным проектам по реорганизации механизированных войск и перевооружению их современными образцами, учитывающими опыт, полученный в ходе Гражданской войны в Испании, битвы при Халхин-Голе и Зимней войны. Некоторые из этих конструкций были копиями зарубежных разработок. Наиболее значительным был Т-34, первоначально задуманный как преемник серии БТ. Его более мощная броня и 76,2-мм универсальная пушка сделали его одним из лучших средних танков первой половины Второй мировой войны. В конечном итоге Т-34 взял на себя задачи многих других советских танков. Шасси Т-34 позволяло модернизировать его после войны, устанавливая более мощные пушки, новые башни и другие модификации. Другой важной разработкой был танк КВ-1. Он был вооружен той же 76,2-мм пушкой, что и Т-34, и оснащался тем же дизельным двигателем Харьковского завода модель V-2. Танки КВ были оснащены торсионной подвеской и имели значительно более толстую броню, чем Т-34. КВ был медленным, предназначенным для прорыва обороны противника. Версия КВ-2 для поддержки пехоты была вооружена гаубицей. Серия КВ оставалась основным советским тяжелым танком до 1943 года, когда производство было прекращено, а большинство уцелевших машин уничтожено. В начале 1944 года был представлен преемник КВ – ИС-2. Он был вооружен пушкой, имел более толстую броню и лучшую подвижность. В 1941 году был разработан новый танк поддержки пехоты – Т-50. Он должен был заменить Т-26 и был оснащен 45-мм пушкой, торсионной подвеской и более толстой броней, чем у большинства других танков в своем классе. Однако проблемы с производством нового двигателя привели к отмене проекта после выпуска менее 70 единиц. Роль легкого разведывательного танка выполняли амфибии Т-40 и более дешевые, неамфибии Т-60. К началу немецкого вторжения в СССР основную часть советского танкового парка составляли танки серий Т-26 и БТ. Также появилось несколько Т-40, а также около 1363 механически ненадежных ранних моделей Т-34 и 677 танков серии КВ. Большие потери ранних моделей Т-34 были вызваны отсутствием координации, нехваткой снабжения, плохой подготовкой экипажей, механическими неисправностями и общей неготовностью Красной Армии к войне. Еще одной проблемой Т-34 было то, что в нем был экипаж всего из четырех человек, и командир танка вынужден был выполнять обязанности наводчика. Хотя он был освобожден от обязанностей заряжающего, в отличие от командиров французских танков, это все же ограничивало способность командира оценивать ситуацию на поле боя, что давало немецким танкам тактическое преимущество. В 1941 году в больших количествах начали поступать Т-60, которые в 1942 году были усилены аналогичными Т-70. Оба этих легких танка были оснащены торсионной подвеской, легкой броней и небольшими двигателями. Их простота конструкции позволяла поддерживать производство, несмотря на ограниченную боевую эффективность. Т-60 был вооружен 20-мм пушкой, а Т-70 – 45-мм. Кроме того, оба танка имели одноместные башни, что затрудняло их эффективное использование. Т-70 стал основой для последующей самоходной артиллерийской установки СУ-76. К октябрю 1942 года общепринятым мнением было то, что советские танки являются одними из лучших в мире, и журнал Life писал, что «Лучшие танки в мире сегодня, вероятно, русские танки». Т-34 превосходил все немецкие танки, состоявшие на вооружении на момент его появления. В период расцвета производство всех других танков, кроме ИС-2, было остановлено, чтобы направить все имеющиеся ресурсы исключительно на этот танк, благодаря его успеху в различных областях применения. Т-34 заставил немцев принять новые, более тяжелые конструкции, такие как «Пантера» и «Тигр I», что, в свою очередь, вынудило советские, американские и британские танковые войска модернизировать свои танки. Немецкая тенденция разрабатывать совершенно новые танки в конце войны, а не модернизировать существующие модели, снизила доступность танков для немецких танковых соединений и помогла Красной Армии перехватить инициативу на Восточном фронте. Позднее в ходе войны роль легких танков все больше выполнялась за счет поставок по ленд-лизу из США, Великобритании и Канады, включая легкие танки M3 и «Валентайн». Ирония заключалась в том, что скорость Т-34, превосходившая скорость многих легких танков, которые должны были проводить разведку, привела к еще меньшему производству советских легких танков. Для противодействия улучшенным немецким танкам в 1943 году Советы установили на Т-34 более мощную пушку, создав Т-34-85. Эта модель была оснащена гораздо большей башней с пушкой и вместительной башней, способной разместить трех человек, что, наконец, позволило командиру танка полностью сосредоточиться на поддержании тактической осведомленности о ситуации на поле боя. Советы также представили тяжелый танк ИС-2, вооруженный 122-мм пушкой, с более толстой броней, чем у КВ, при сохранении того же веса. Большая часть брони была сосредоточена в передней части танка, где ожидалось большинство попаданий. Вариант ИС-3, выпущенный в середине 1945 года, имел более обтекаемый вид и большую, чашеобразную коническую башню. Примечательно, что ИС-3 имел более толстую броню, но фактически весил немного меньше, чем ИС-2, оставаясь менее 50 тонн (по сравнению с 68 тоннами «Тигра II»). Конструкция брони ИС-3 оказала огромное влияние на послевоенное танкостроение, что прослеживается в советских Т-55 и Т-62, американском M48 «Паттон» и немецком Leopard 1. Советское танковое производство превзошло все остальные страны, за исключением США. Советы достигли этого за счет стандартизации нескольких конструкций, обычно отказываясь от незначительных качественных улучшений и меняя конструкции только тогда, когда модернизация приводила к значительному улучшению. Советские танки имели стабилизаторы башни и пушки, начиная с Т-28Б, который имел примитивную форму еще в 1938 году.

The Soviet Union started and ended the war with more tanks than the rest of the world combined (18,000–22,000). At the start of World War II the most common tank in Soviet service was the T 26 (derived from the Vickers 6 ton), lightly armoured and armed with a 45 mm gun capable of penetrating most German tanks at normal combat ranges. Few had radios. The design was mechanically sound although incapable of further development. The BT tank series, based on the Christie suspension system, were usually armed with the same 45 mm gun and were the most mobile tanks in the world at the time. Close support versions of both tanks existed, armed with 76.2 mm howitzers. However, the BT was at the end of its design life. The Red Army also fielded thousands of light reconnaissance tanks such as the amphibious T 37 and T 38 tanks. These had limited combat value; although highly mobile, they were armed only with 7.62 mm machine guns and had very thin armour. The Red Army also had about 400 T 28 medium, multi turreted tanks, which were in most respects equal to the German Panzer IV. Again, though, this design dated from 1931 and was obsolete. The Soviet Union ended the 1930s with a huge fleet of tanks almost completely derived from foreign designs, but before 1941 developed some of the most important trend setting tanks of the war. The problem the Soviet tank force faced in 1941 was not primarily the technical quality of its vehicles, but the very poor state of maintenance, the appalling lack of readiness, and the poor command situation brought on by the purges of the officer class. By 1940, the Red Army had adopted an advanced combat doctrine that its command structure and tank force simply could not execute. Several excellent designs began production in 1940–1941. Just prior to the war, the Red Army embarked on two closely related projects to reorganize its mechanized forces and re equip them with modern designs that took lessons learned from the Spanish Civil War, the Battle of Khalkhin Gol and the Winter War into account. Some of these designs were copies of other countries' designs. The most significant was the T 34, which was originally designed as the successor to the BT series. Its heavier armour and 76.2 mm dual purpose gun, made it one of the best medium tanks of the first half of World War II. The T 34 eventually took on the roles of many other Soviet tanks. The T 34's chassis made it usable after the war, as it could be continuously upgraded with heavier guns, new turrets and other modifications. The other significant design was the KV 1 tank. These were armed with the same 76.2 mm gun as the T 34, and had the same Kharkiv model V 2 diesel engine. The KV tanks were equipped with a torsion bar suspension and much heavier armour than the T 34. The KV was slow, intended as a breakthrough tank. The KV 2 close support version was armed with a howitzer. The KV series was the main Soviet heavy tank until 1943, with the end of production and the destruction of most surviving vehicles. Early in 1944, the KV's successor, the IS 2 was introduced. It was armed with a gun, with thicker armour and better mobility. A new infantry support tank was introduced in 1941: the T 50. It was intended to be the replacement for the T 26, and was equipped with a 45 mm gun, torsion bar suspension and thicker armor than most other tanks in its class. However, production problems with its new engine led to the tank being cancelled after fewer than 70 had been made. The light reconnaissance role was filled by the amphibious T 40 and the cheaper, non amphibious T 60. At the beginning of German invasion of the USSR, most of the Soviet Union's tank force was composed of the T 26 and BT tanks series. A few T 40s had also appeared, along with about 1,363 mechanically unreliable early model T 34 tanks and 677 KV series tanks. The early model T 34s' heavy losses were caused by lack of coordination, lack of supplies, bad training, mechanical issues and the Red Army's general lack of preparation for war. Another difficulty for the T 34 was that it had only a four man crew, with the tank commander forced to double as the gunner. Although he was spared from loading duties, unlike commanders in French tanks, it still crippled the tank commander's ability to maintain awareness of the battlefield, which gave German armour a tactical advantage. In 1941, large numbers of T 60s began to appear, reinforced in 1942 with the similar T 70. Both of these light tanks had torsion bar suspension, light armour, and small engines. Their simple construction kept them in production even though their combat value was limited. The T 60 had only a 20 mm gun while the T 70 had a 45 mm. In addition, both had one man turrets, making them difficult to crew effectively. The T 70 formed the basis for the later SU 76 self propelled gun. By October 1942, the general opinion was that Soviet tanks were among the best in the world, with Life magazine writing that "The best tanks in the world today are probably the Russian tanks ". The T 34 outclassed every German tank in service at the time of its introduction. At its height, production of all other tanks except the IS 2 was stopped to allow all available resources to be used exclusively for this tank, due to its widespread success in a variety of roles. The T 34 forced the Germans to adopt new, heavier designs such as the Panther and Tiger I, which in turn forced Soviet, American and British tank forces to upgrade their tanks further. German tendency to develop entirely new tanks toward the end of the war, rather than upgrading existing models, reduced the availability of tanks to German tank formations and helped the Red Army gain the initiative on the Eastern Front. Later in the war, the light tank role was increasingly filled by Lend Lease supplies from the United States, the United Kingdom and Canada, including the M3 light tanks and Valentine tank. Ironically, the T 34's speed, which exceeded that of many of the light tanks that were supposed to scout for it, led to even less Soviet light tank production. In order to deal with improved German tanks, the Soviets upgunned the T 34 in 1943, creating the T 34 85. This model had a much larger turret mounting an gun and a larger turret capable of holding 3 men, which finally allowed the tank commander to concentrate fully on maintaining tactical awareness of the battlefield. The Soviets also introduced the 122 mm armed IS 2 heavy tank, which had heavier armor than the KV while maintaining the same weight. Most of its armor was concentrated in the front of the tank, where it was expected to take most of its hits. The IS 3 variant, produced in mid 1945, had a much more streamlined look and a larger, bowl shaped tapered turret. Remarkably, the IS 3 had thicker armor but actually weighed slightly less than the IS 2, remaining under 50 tons (as compared to the Tiger II's 68). The armor design of the IS 3 was an enormous influence on postwar tank design, as seen in the Soviet T 55 and T 62 series, the United States M48 Patton and the West German Leopard 1. Soviet tank production outstripped all other nations with the exception of the United States. The Soviets accomplished this through standardization on a few designs, generally forgoing minor qualitative improvements and changing designs only when upgrades would result in a major improvement. Soviet tanks had turret and gun stabilization, starting with the T 28B, which had a rudimentary form as early as 1938.

Доктрина

Великобритания была мировым лидером в разработке танков с 1915 года, но утратила это лидерство к началу Второй мировой войны. Ограниченное финансирование армии в пользу Королевского флота и масштабное расширение Королевских ВВС в предвоенные годы, а также сохраняющаяся организация армии для операций имперской обороны в качестве экспедиционного корпуса, привели к тому, что британская армия вступила в войну неподготовленной к тому типу боевых действий, который пропагандировали её влиятельные теоретики, такие как Дж. Ф. К. Фуллер и Б. Г. Лиддел Гарт. Британская армия разработала два типа танков – "пехотные танки", обладавшие мощной броней и хорошей проходимостью, но медлительные. Эта недостаточная скорость не считалась недостатком, поскольку они предназначались для поддержки пехотных атак на укрепленные позиции противника или для боев в городских условиях, где способность опережать пехоту не требовалась. Другим типом были "крейсерские танки", предназначенные для самостоятельных маневров, быстрых прорывов и фланговых атак. Ранние крейсерские танки достигали высоких характеристик за счет снижения бронезащиты. Надежность была серьезной проблемой, особенно в суровых условиях Северной Африки и гористой местности Южной Европы, где танки A10 и A13 особенно часто выходили из строя из-за обрыва гусениц и перегрева двигателей. Британские танковые экипажи обучались ведению огня в движении, а вооружение монтировалось для оптимального баланса, позволяя наводчику целиться, используя вес своего тела, а не механизм вертикальной наводки. Это уменьшало внутреннее пространство в башне. Как ранние крейсерские, так и пехотные танки были вооружены 40-мм противотанковой пушкой Ordnance QF 2 pounder, которая была сопоставима с немецкой 3,7 см KwK 36 и эффективна против танков того времени, но постепенно уступала им по своим характеристикам. Производственные задержки, вызванные потерями во Франции и Битвой за Атлантику, вынудили британцев отложить широкое внедрение 57-мм противотанковой пушки Ordnance QF 6 pounder до 1942 года. Отсутствие эффективного кумулятивного снаряда для 2-фунтовой пушки и увеличение количества 5-см противотанковых пушек KwK 38 в Африканском корпусе дали немецкой армии в Ливии значительное преимущество в конце 1941 и начале 1942 года. Эта ситуация начала меняться к концу 1942 года, но Вермахт продолжал сохранять 12–18-месячное превосходство в разработке и производстве танков и противотанковых орудий до конца 1944 года. В 1944 году Великобритания произвела 5000 танков.

Britain had been the worldwide trend setter in tank development from 1915, but had lost its leadership position as the Second World War approached. Hampered by restricted expenditure on the army in favour of the Royal Navy and the massive expansion of the Royal Air Force in the years leading up to the war and still organised for operations in Imperial defence as an expeditionary force, the British Army entered the war unprepared for the very sort of combat its influential theorists such as J. F. C. Fuller and B. H. Liddell Hart had advocated. The British Army had developed two types of tanks – "Infantry Tanks" which were heavily armoured with good all terrain performance but were slow. This lack of speed was not considered a flaw as they were designed to support infantry assaults on enemy strong points or urban warfare where the ability to outpace a man on foot was deemed unnecessary. The other type were "Cruiser Tanks" which were intended for independent maneuvering, rapid breakouts and flanking attacks. Early Cruiser tanks gained performance at a cost in the armour they could carry. Reliability was an important issue especially in the harsh conditions of North Africa and the mountainous terrain of Southern Europe, where the A10 and A13 in particular were plagued by broken tracks and overheating engines. British tank crews were trained to fire on the move and the armament was mounted for optimum balance such that the gunner could aim with his body rather than use geared elevation. This reduced available space inside the turret. Both early Cruiser and Infantry tanks carried the Ordnance QF 2 pounder, a 40 mm anti tank gun, a good match for the contemporary German 3.7 cm KwK 36, and effective against tanks of the time but increasingly outclassed as the war progressed. Production shortages caused by losses in France and the Battle of the Atlantic forced the British to delay widespread introduction of the Ordnance QF 6 pounder (57 mm) anti tank gun until 1942. The lack of an adequate high explosive shell for the 2 pounder and the growing number of 5 cm KwK 38 anti tank guns in the Afrika Korps gave the German army in Libya a huge advantage for much of late 1941 and early 1942. This began to be offset by late 1942 but the Wehrmacht continued to enjoy a 12–18 month lead in tank and anti tank gun development and production until the end of 1944. Britain produced 5000 tanks in the year of 1944.

Выступление

Крейсерский танк A9 Mk I был эффективным в ходе Французской, Греческой и ранних Североафриканских кампаний. 2-фунтовая пушка превосходила сопоставимые 37-мм орудия Германии и США, и была смертельно опасна против танков, с которыми встречались в Северной Африке. Однако, минимальная броня делала A9 уязвимым для большинства современных противотанковых средств, и конструкция была быстро заменена крейсерским танком A10, Mark II. Некоторые A10 входили в состав Британского экспедиционного корпуса (BEF), отправленного во Францию на начальном этапе Второй мировой войны. Проходимость A10 оценивалась как плохая из-за узких, легко сбрасываемых траков, но материальные потери, понесенные после операции «Динамо» (эвакуация BEF из Дюнкерка в конце мая 1940 года), не позволили быстро вывести их из боевого состава, поэтому они участвовали в небольших сражениях в Северной Африке, где отмечались надежность и ходовой части в пустынных условиях. Шестьдесят изношенных машин были также отправлены в Грецию 3-м Королевским танковым полком, и хотя они успешно действовали против немецких танков, более 90% были потеряны из-за механических поломок, а не от огня противника (в основном из-за поврежденных траков). С началом войны британцы запустили в производство A13, новый, более быстрый крейсерский танк, использующий концепции подвески и ходовой части американского конструктора Дж. Уолтера Кристи. Эта новая подвеска обеспечивала высокую маневренность и стала основой для быстрой эволюции крейсерских танков, таких как Mk IV (A13 Mk II), британский крейсерский танк, разработанный на базе оригинального A13. Серия легких танков M2 была самым важным довоенным американским танком. Эти легкие танки были очень надежны в механическом плане и обладали хорошей подвижностью. Однако, они имели высокий силуэт из-за использования радиального двигателя с воздушным охлаждением и слабую броню. Лишь немногие участвовали в боях на Гуадалканале. Их важность заключается в том, что они стали основой для гораздо более успешной серии легких танков M3 (также известного как «Стюарт» на британской службе), начиная с 1941 года. Легкий танк M3 был улучшением легкого танка M2, с усиленной броней и 37-мм пушкой. В версии M3A1 эта пушка была гиростабилизирована. Новым средним танком, поступившим в производство в 1940 году, была серия M2 Medium Tank. Это была неудачная конструкция с тонкой броней, высоким силуэтом, 37-мм пушкой и семью пулеметами. С 1940 года разрабатывались новые конструкции танков. Битва за Францию показала важность средних танков. Британская армия стремилась к тому, чтобы США производили британские конструкции, но США отказались, предложив вместо этого разделить объемы производства американских заводов, выпускающих американские танки. Армия США нуждалась в среднем танке с 75-мм пушкой и разработала M3 Medium Tank в качестве временного решения. Средний танк M3 предназначался для быстрого ввода в строй 75-мм пушки, в ожидании разработки танка с 75-мм пушкой во вращающейся башне. Британцы отклонили проект, приняв его только после того, как США заявили, что это все, что они могут предложить. Британцы использовали M3 Medium Tank для собственных нужд под названием «Ли», а некоторые с модификациями, соответствующими их требованиям, под названием «Грант» (например, они добавили выступ в задней части башни для установки радиостанции и т.д.). К февралю 1942 года американские гражданские автомобильные заводы производили только оружие и военную технику. Автомобильные производители, такие как General Motors и Chrysler, использовали свой опыт массового производства для быстрого выпуска танков. В первой половине 1942 года в стране было произведено столько же танков, сколько и за весь 1941 год, а только в мае 1942 года их было выпущено 1500. Американское производство не только оснащало собственные войска, но и по программе ленд-лиза обеспечивало все потребности в танках свободной Франции (после 1942 года) и Китая. К 1944 году большинство британских подразделений также были оснащены танками американского производства. Наконец, США поставили СССР более 8000 танков, половина из которых – M4 Sherman. Подобно Советскому Союзу, Соединенные Штаты выбрали несколько удачных базовых конструкций и стандартизировали эти модели. Учитывая отсутствие опыта в проектировании и производстве танков, примечательно, что американские конструкции были такими же хорошими. Первыми американскими танками, вступившими в бой, были легкие танки M3. Они имели множество недостатков, но легкий танк M3 («Стюарт») и средний танк M3 («Ли» или «Грант») были лучшими танками, доступными западным союзникам, и превосходили многие их немецкие аналоги по бронезащите и огневой мощи. Легкий танк M3 был вооружен примерно так же, как британские крейсерские танки с 2-фунтовыми (40-мм) пушками в пустыне, но был гораздо более надежным в механическом плане. Его 37-мм пушка была мощнее, чем пушки, установленные на немецких разведывательных танках. Британское название легкого танка M3 – «Стюарт»; использовалось прозвище «Хани». M3 и его улучшенная версия, серия легких танков M5, оставались на вооружении на протяжении всей войны. К 1943 году его 37-мм пушка устарела, но не было доступной лучшей замены. В 1943 году был предложен проект легкого танка T7 в качестве преемника, вооруженного 57-мм пушкой и с усиленной броней, однако проект не был стандартизирован для производства. Появление среднего танка M3 «Ли» летом 1942 года наконец дало британцам большее количество средних танков, чем они могли надеяться получить. Несмотря на плохую конструкцию и высокий силуэт, он производился в больших количествах и был эффективен при поражении целей, отличных от вражеских танков, таких как пехота и артиллерийские позиции. M3 Medium имел существенный недостаток: его 75-мм пушка была смещена в корпусе, что не позволяло использовать ее в укрытии и одновременно вести огонь. Он также имел полностью вращающуюся башню с 37-мм пушкой, но башня в сочетании с корпусной пушкой придавала ему очень высокий силуэт. 1-я бронетанковая дивизия США также использовала M3 Medium в Африке. Это было временное решение, не предназначенное для того, чтобы стать важной конструкцией. В американской и британской службе M3 Medium был выведен из эксплуатации в конце Североафриканской кампании. Он еще некоторое время служил в Красной Армии, а также участвовал в одной кампании на Тихом океане. Экипажи Красной Армии прозвали его «могилой для семи братьев», имея в виду семичленный экипаж. Самой важной американской конструкцией войны был средний танк M4, или «Шерман» на британской службе. M4 Medium стал вторым по количеству произведенных танков во Второй мировой войне и был единственным танком, который использовался практически всеми силами союзников (благодаря американской программе ленд-лиза); за время войны было произведено около 40 000 M4 Medium. M4 составляли основу танковых подразделений американской, британской, канадской, французской, польской и китайской армий. M4 был сопоставим с немецкими средними танками Panzer III и Panzer IV на момент его первого использования в 1942 году. Красная Армия получила около 4000 M4. M4, хотя и был надежным и простым в обслуживании, уже уступал по огневой мощи и бронезащите немецким средним танкам с усиленным вооружением и броней, появившимся в Италии и Северной Европе (Panzer IV и различным немецким самоходным установкам), а к концу 1943 года появление немецких Panther и Tiger I представляло еще большую угрозу из-за дальности, точности и бронепробиваемости их пушек. Распространено мнение, что «Шерман» имел тенденцию к катастрофическому взрыву из-за использования бензинового топлива, но это неверно (почти все танки во Второй мировой войне использовали бензин, за исключением советских танков). «Шерман» страдал от плохой системы хранения боеприпасов. Для решения этой проблемы приваривались дополнительные листы брони и устанавливались водяные рубашки. Исследование армии США в 1945 году показало, что 60–80 процентов старых танков с сухим размещением боеприпасов и 10–15 процентов танков с мокрым размещением боеприпасов сгорали при пробитии. Немцы дали «Шерману» мрачные прозвища, такие как «Томмикукер», называя британских солдат «Томми». Технически, конструкция M4 была способна выдерживать пушки большего калибра, чем 75-мм и 76-мм, с которыми…

The A9 Cruiser Mk I was an effective tank in the French, Greek and early North African campaigns. The 2 pounder gun was better than comparable 37 mm weapons of Germany and the US, and lethal against tanks encountered during the North African campaign. However the minimal armor made the A9 vulnerable to most contemporary anti tank weapons and the design was quickly superseded by the A10 Cruiser, Mark II. A number of A10s were part of the British Expeditionary Force (BEF) sent to France in the early stages of World War II. The A10's cross country performance was recorded as poor, due to narrow, easily thrown tracks, but material losses incurred in the aftermath of Operation Dynamo (the evacuation of the BEF from Dunkirk in late May 1940) meant they could not be withdrawn from front line service quickly and so saw combat in small numbers in North Africa, where reliability and suspension performance in the desert conditions was praised. Sixty worn out examples were also taken to Greece by the 3rd Royal Tank Regiment and although they performed well against the German tanks, over 90% were lost due to mechanical breakdowns as opposed to enemy action (mainly through broken tracks). As war broke out, the British had placed into production the A13, a new faster Cruiser tank utilizing the suspension and running gear concepts of the American designer J. Walter Christie. This new suspension provided a fast, highly maneuverable design that became the basis for the rapid evolution of the Cruiser tank such as the Mk IV (A13 Mk II) a British cruiser tank derived from the original A13. The Light Tank M2 series was the most important pre war US tank. These light tanks were mechanically very reliable, with good mobility. However, they had a high silhouette — from the use of an air cooled radial engine for power — and poor armor. Only a few saw combat, on Guadalcanal. Their importance lies in the fact that they formed the basis for the much more successful Light Tank M3 (a. k. a. 'Stuart' in British service) series beginning in 1941. The M3 Light Tank was an improvement of the M2 Light Tank, with heavier armor and a 37 mm gun. From the M3A1 version, this gun was gyrostabilized. The new medium tank just entering production in 1940 was the M2 Medium Tank series. This was a poor design with thin armor, a high silhouette, a 37 mm main gun, and seven machine guns. From 1940, new tank designs were prepared. The Battle of France had shown the importance of medium tanks. The British Army sought to have the US manufacture British designs, but the US refused, offering instead to share the output of US factories building US designs. The United States Army had a requirement for a medium tank with a 75 mm gun, and developed the M3 Medium Tank as an interim design. The medium M3 tank was intended to quickly get a 75 mm gun into the field, pending the design of a tank with a 75 mm gun in a fully rotating turret. The British rejected the design, only accepting after the US told them it was all they had to offer. The British then used the M3 Medium Tank for their own use as the 'Lee', and some with modifications to their requirements as the 'Grant' (I. e: they added a bulge in the back of the turret to fit a radio, among other things.). By February 1942, American civilian automobile factories only made weapons and military vehicles. Automobile manufacturers such as General Motors and Chrysler used their experience with mass production to quickly build tanks. The country manufactured as many tanks in the first half of 1942 as in all of 1941, with 1,500 in May 1942 alone. American production not only equipped its forces, but through Lend Lease also supplied all the tank needs of the free French (after 1942) and Chinese. By 1944 most British units were also equipped with US built tanks. Finally, the US supplied over 8,000 tanks to the USSR, half of them the M4 Sherman. Similar to the Soviet Union, the United States selected a few good basic designs and standardized those models. Given the lack of tank design and production experience, it is remarkable that the United States' designs were as good as they were. The first tanks of the United States to see combat were the Light Tank M3. They were deeply flawed in many ways, yet the M3 Light ("Stuart") and M3 Medium ("Lee" or "Grant") were the best tanks available to the Western Allies and were superior to many of their German counterparts in armor protection and firepower. The Light Tank M3 was about as well armed as the British cruiser tanks with 2 pounder (40 mm) guns in the desert, yet was much more reliable mechanically. Its 37 mm main gun was more powerful than the main guns carried by German reconnaissance tanks. The name given by the British to the Light Tank M3 was 'Stuart'; a nickname used was 'Honey'. The M3 and its improved derivative, the Light Tank M5 series, remained in service throughout the war. By 1943, its 37 mm gun was obsolete, but no better replacement was available. The Light Tank T7 design was proposed as a successor in 1943, armed with a 57 mm gun and with better armor; however, the design was never standardized for production. The appearance of the M3 "Lee" medium tank in the summer of 1942 finally gave the British a larger supply of medium tanks than they could otherwise have hoped for. Although poorly designed, with a very high profile, it was produced in great numbers and was very effective when engaging targets other than enemy tanks, such as infantry and gun positions. The M3 Medium had the significant disadvantage of its 75 mm main armament being mounted offset in the hull meaning that it could not take hull down cover and use its main gun at the same time. It had a fully traversable turret with a 37 mm cannon as well, but the turret combined with a hull gun gave it a very tall profile. The United States 1st Armored Division also employed the M3 Medium in Africa. It was a stopgap solution, never intended to be a design of major importance. In American and British service the M3 Medium was phased out at the end of the North African campaign. It continued to serve in the Red Army for some time, and in a single campaign in the Pacific. Red Army crews nicknamed it "grave for seven brothers" referring to the seven man crew. The most important American design of the war was the M4 Medium Tank, or "Sherman" in British service. The M4 Medium became the second most produced tank of World War II, and was the only tank to be used by virtually all Allied forces (thanks to the American lend lease program); approximately 40,000 M4 Mediums were produced during the war. M4s formed the main tank of American, British, Canadian, French, Polish, and Chinese units. The M4 was the equal of the German medium tanks, the Panzer III and Panzer IV, at the time it first saw service in 1942. The Red Army was supplied with about 4,000 M4s. The M4, although reliable and easy to maintain, was already outgunned by the time the US encountered the up gunned and up armored German medium tanks in Italy and Northern Europe (the Panzer IV and various German self propelled guns) and by late 1943 the arrival of German Panther and Tiger I were even graver threats due to the range, accuracy and penetrating power of their main guns. While it is commonly believed that the Sherman had a tendency to explode catastrophically due to their use of petrol fuel, this is incorrect (almost all tanks used petrol in WWII, excepting Soviet tanks). The Sherman suffered from poor ammunition storage. Welded on appliqué armor and water jackets were added to combat the problem. A U. S. Army study in 1945 concluded that 60–80 percent of the older dry stowage and 10–15 percent of wet stowage Shermans burned when penetrated. The Sherman gained grim nicknames such as "Tommycooker" from the Germans, who called British soldiers "Tommies". Technically, the M4's design was capable of handling larger guns than the 75 mm and 76 mm guns with which they left the factory. The British fitted Shermans with the more powerful Ordnance Quick Firing 17 pounder (76.2 mm) gun, a variant known informally as the Firefly. By the time of the Normandy campaign, the M4 had become the workhorse tank of the Allied forces. Some M4 Mediums were equipped with the Duplex Drive system (Sherman DD), which allowed them to swim using a collapsible screen and inflated rubber tubes. Along with this were the M4 Dozer (an M4 with a bulldozer blade), the T34 Calliope (mounting a multiple rocket launcher above the turret), the M4A3R3 Flame thrower (flame tank), and the Sherman Crab Mark I (an M4 Medium with a mine flail), as well as many other variants. The United States eventually deployed the Light Tank M24, an improvement over the M3 Light Tank. The M24 had torsion bar suspension, high mobility, and a compact 75 mm gun. Ergonomically the tank was quite good also. However, the M24 did not appear in combat until December 1944 and equipped only a few units by the end of the war. Near the end of the war, the M26 Pershing tank was deployed as the first operational heavy tank of the US Army. It was designated a heavy tank when it was designed in WWII due to its 90 mm gun, which was at the time the largest caliber gun found on a US tank. The Pershing was a very modern design with torsion bar suspension, heavy armor, and an excellent 90 mm gun. However, it was somewhat underpowered, having the same Ford GAA engine as the M4A3. Intended as an improvement of the M4 Sherman, the prolonged time of development meant that only a small number saw combat in the European theater, most notably in the 9th Armored Division's dramatic dash to take the Bridge at Remagen. In combat, it was, unlike the M4 Sherman, fairly equal in firepower and protection to both the Tiger I and Panther tanks. The M26 basic design was good enough to form the basis for all postwar American tanks through the end of the M60 series.

Франция

В начале войны Франция располагала одной из крупнейших танковых группировок в мире, наряду с советской, британской и немецкой армиями. Как и британцы и советские войска, французы использовали два класса танков: кавалерийские и пехотные. Французы планировали ведение оборонительной войны и строили танки, исходя из этого. Их пехотные танки были сильно бронированы. Однако, в целом, они были относительно неповоротливы, и в оперативном плане, с точки зрения управления своими силами, французы оказались в невыгодном положении и были переиграны немецкими войсками. Когда французам удавалось организовать атаку, их танки могли быть весьма эффективны. 16 мая, во время битвы за Францию, один тяжелый танк Char B1, "Эвр", атаковал и уничтожил тринадцать немецких танков, замаскированных в засаде в Стонне – все Panzer III и Panzer IV – в течение нескольких минут. Танк благополучно вернулся, несмотря на 140 попаданий (это событие не подтверждено немецкими документами и основано на показаниях экипажа). В своей книге "Танковый лидер" (Panzerführer) Хайнц Гудериан писал о танковом сражении к югу от Юнивиля: "Пока шло танковое сражение, я безуспешно пытался уничтожить Char B захваченным противотанковым орудием; все выпущенные мною снаряды просто безвредно отскакивали от его толстой брони. Наши 37-мм и 20-мм орудия были столь же неэффективны против этого противника. В результате мы понесли неизбежно и очень большие потери". Общая численность танкового парка во Франции и ее колониях, возможно, составляла менее 5800 единиц во время немецкого наступления. После перемирия в свободной зоне Франции, не находящейся под оккупацией, тайно было переоборудовано 225 грузовиков GMC в бронеавтомобили. Когда вся Франция была оккупирована в 1942 году, секретные места их укрытия были выданы немцам.

Германия

В начале войны бронетанковые силы Германии не были особенно впечатляющими с технической точки зрения. Как отмечалось выше, именно их передовая доктрина комбинированного оружия и непревзойденная способность командования и управления давали немецким механизированным силам преимущество на поле боя. Предвоенные планы предусматривали два основных танка: основным танком должен был быть средний танк Panzer III, поддерживаемый меньшим количеством гаубиц Panzer IV. Однако к началу вторжения в Польшу было доступно лишь несколько сотен таких машин. В результате вторжения в Польшу и Францию проводились в основном с использованием менее способных легких танков Panzer I и Panzer II (вооруженных пулеметами и 20-мм автопушкой соответственно), с некоторыми легкими танками чехословацкого производства, оснащенными орудиями (Panzer 35(t) и Panzer 38(t), оба вооруженные 37-мм пушкой). Даже в 1941 году производство Panzer III составило всего около тысячи танков, что вынудило немцев использовать чешские танки в качестве замены Panzer III. По мере продолжения войны производство более тяжелых танков увеличивалось. Panzer III предназначался для борьбы с другими танками; на начальном этапе проектирования была предусмотрена 50-мм пушка. Однако пехота в то время была оснащена 37-мм противотанковой пушкой PaK 36, и считалось, что в интересах стандартизации танки должны иметь такое же вооружение. В качестве компромисса поворотное кольцо башни было сделано достаточно большим, чтобы в будущем можно было установить 50-мм пушку при модернизации. Это единственное решение впоследствии обеспечило Panzer III длительный срок службы в немецкой армии. Panzer IV предназначался для установки пушки, которая могла использоваться для поддержки пехоты или других танков, и первоначально был вооружен короткоствольной 75-мм гаубицей для стрельбы осколочно-фугасными снарядами. В 1941 году в среднем производилось 39 танков Panzer IV в месяц, что увеличилось до 83 в 1942 году, 252 в 1943 году и 300 в 1944 году. Во время операции «Барбаросса» было установлено, что советский танк Т-34 превосходит Panzer III и IV. Его хорошо наклоненная броня могла выдерживать большинство немецких орудий, а его 76,2-мм пушка и бронебойные снаряды могли пробивать броню всех немецких танков. Это вынудило немцев улучшить существующие модели. Panzer III, который должен был стать основным средним танком, был модернизирован до более длинной и скорострельной 50-мм пушки. Таким образом, Panzer IV, первоначально предназначенный для поддержки, стал де-факто основным средним танком, получив длинноствольную высокоскоростную 75-мм пушку для борьбы с Т-34; Panzer III, с его меньшим поворотным кольцом башни, не мог установить пушку большего калибра, чем 50 мм, которая стала недостаточной против танков союзников. Немцы начали разрабатывать новые, более тяжелые танки. Среди них был Panzer V Panther, который должен был стать новым основным немецким средним танком с сопоставимой наклонной броней, как у Т-34. Танк «Пантера» был компромиссом между различными требованиями. Хотя он использовал практически тот же двигатель, что и танк Tiger I, он имел лучшую лобовую броню, лучшую пробиваемость пушки, был легче и, следовательно, быстрее, и лучше проходил по пересеченной местности, чем Tiger. Взамен он имел значительно более слабую бортовую броню; «Пантера» оказалась смертоносной на открытой местности и при стрельбе с больших дистанций, но уязвимой в ближнем бою или при обстреле с флангов. Немцы также начали разрабатывать новую серию тяжелых танков. Первым был Tiger, который превосходил всех своих противников по огневой мощи и бронезащите при первом использовании. Компании Henschel и Porsche представили проекты Tiger, и был выбран проект Henschel. Еще более тяжелый Tiger II (называемый союзниками «Королевским тигром») дополнил Tiger I в конце войны. Его мощная пушка – и, в отличие от Tiger I, его очень тяжелая наклонная броня – делали его превосходящим почти любой советский или союзнический танк в лобовом столкновении, но плохая подвижность, скорость и надежность ограничивали его применение. Были разработаны планы по созданию сверхтяжелого танка Panzer VII Löwe, который был отменен на этапе проектирования в пользу еще более тяжелого Panzer VIII Maus, из которого было построено только два незавершенных прототипа. Panzer IX и Panzer X были лишь чертежами, использовавшимися в пропагандистских целях.

Germany's armored force was not especially impressive from a technical standpoint at the start of the war. As noted above, it was their advanced combined arms doctrine and unrivaled command and control capability that gave German mechanized forces their advantage on the battlefield. Pre war plans called for two main tanks: the main tank was to be the Panzer III medium tank, supported by smaller numbers of the howitzer armed Panzer IV. However, by the beginning of the invasion of Poland, only a few hundred of these vehicles were available. As a result, the invasions of Poland and France were carried out primarily with the less capable Panzer I and Panzer II light tanks (armed with machine guns and a 20 mm autocannon respectively), with some gun armed light tanks of Czechoslovak design (Panzer 35(t) and Panzer 38(t), both armed with a 37 mm gun). Even in 1941, Panzer III production amounted only to about a thousand tanks, forcing the Germans to use Czech tanks as substitutes for the Panzer III. As the war proceeded, the production of heavier tanks increased. The Panzer III was intended to fight other tanks; in the initial design stage, a 50 mm (2 inch) gun was specified. However, the infantry at the time was being equipped with the 37 mm (1.46 inch) PaK 36, and it was thought that in the interest of standardization the tanks should carry the same armament. As a compromise, the turret ring was made large enough to accommodate a 50 mm (2 inch) gun should a future upgrade be required. This single decision later assured the Panzer III a prolonged life in the German Army. The Panzer IV was intended to carry a gun that could be used in support of infantry or other tanks, and was initially armed with a short barreled 75 mm howitzer to fire high explosive (HE) fragmentation shells. In 1941 an average of 39 Panzer IV model tanks per month were built, and this rose to 83 in 1942, 252 in 1943, and 300 in 1944. During Operation Barbarossa, it was discovered that the Soviet T 34 tank outclassed the Panzer III and IV. Its well sloped armor could withstand most German weapons, and its 76.2 mm gun and AP rounds could penetrate the armor of all German tanks. This forced the Germans to improve their existing models. The Panzer III, which was intended to be the main medium tank, was upgraded to a longer, higher velocity 50 mm gun. Thus the Panzer IV, originally intended to be a support tank, became the de facto main medium tank re armed with a long barreled, high velocity 75 mm gun to counter the T 34; the Panzer III, with its smaller turret ring, could not mount a gun larger than 50 mm, which had become inadequate against Allied tanks. The Germans started to develop newer, heavier tanks. This included the Panzer V Panther, which was intended to be the new main German medium tank, with comparably sloped armor to that of the T 34. The Panther tank was a compromise of various requirements. While sharing essentially the same engine as the Tiger I tank, it had better frontal armor, better gun penetration, was lighter overall and thus faster, and could handle rough terrain better than the Tigers. The trade off was much weaker side armor; the Panther proved to be deadly in open country and shooting from long range, but was vulnerable in close quarters combat or to flank shots. The Germans also started to develop a new series of heavy tanks. The first was the Tiger, which outclassed all its opponents in terms of firepower and armor when it was first put into operational use. The companies Henschel and Porsche both submitted designs for the Tiger, and the Henschel design was chosen. The even heavier Tiger II (deemed "King Tiger" by Allied troops) supplemented the Tiger I late in the war. Its powerful gun – and unlike the Tiger I, its very heavy sloped armor – made it superior to nearly every Allied or Soviet tank in a one on one confrontation, but poor mobility, speed, and reliability limited its use. Plans were made for a super heavy tank, the Panzer VII Löwe, which was canceled during the design stage in favor of the yet heavier Panzer VIII Maus of which only two incomplete prototypes were made. Panzer IX and Panzer X were drawings only used for propaganda purposes.

Италия

В 1930-х годах итальянская армия была в основном оснащена танкетами серии L3, и они, вооруженные пулеметами, составляли основную бронетанковую силу Италии вплоть до 1940 года. Италия начала использовать более тяжелые танки, начиная с Fiat M11/39 с 37-мм пушкой в 1940 году. Этот танк и его модификации, M13/40, M14/41 и M15/42 (все с 47-мм пушками), по боевой мощи были сопоставимы с легкими танками, такими как советский Т-26. Более тяжелая модель, P40 с 75-мм пушкой, была разработана, но не поступила на вооружение итальянских войск, поскольку была готова к моменту перемирия в Кассибиле с союзниками, после чего немцы взяли на себя производство и использовали около ста единиц. Другой танковый проект, Fiat M16/43, разрабатывался для соответствия британским крейсерским танкам, но работы над ним были остановлены, когда войска Оси были вытеснены из Северной Африки в мае 1943 года. Средний танк Fiat Ansaldo M11/39 использовался с 1940 года до начала Второй мировой войны. M11/39 был разработан как "прорывной танк" (Carro di Rottura). Он был заменен средним танком Fiat Ansaldo M13/40, который использовался в греческой и Североафриканской кампаниях. M13/40 не использовался на Восточном фронте; итальянские войска там были оснащены только Fiat L6/40 и самоходными установками Semovente 47/32. Вооружения было достаточно для 1940–41 годов, но не соответствовало возросшей бронезащите и огневой мощи танков и противотанковых орудий союзников и Германии; его двигатель был недостаточно мощным и ненадежным, что усугублялось суровым пустынным климатом и недостаточной подготовкой экипажей. Начиная с 1942 года, итальянская армия признала слабость огневой мощи серии M13/40 и стала использовать самоходную пушку Semovente 75/18 вместе с танками в бронетанковых подразделениях, которая оказалась способной уничтожать вражеские средние танки. Следующим танком серии был Fiat M14/41 – незначительно улучшенная версия M13/40 с более мощным дизельным двигателем. Танк также использовался в Североафриканской кампании. После вывода итальянских войск из Северной Африки M14/41 встречался редко. Несколько захваченных M11, M13 и M14 были поставлены на вооружение британских и австралийских войск для восполнения острого дефицита союзных танков в 1941 году. Следующим в серии был M15/42, 15-тонный танк, впервые построенный в январе 1943 года. До итальянского перемирия в сентябре 1943 года было построено около 90 машин, которые использовались в битве против немцев 132-й бронетанковой дивизией Ariete в Риме. После этого они были конфискованы и использованы немцами, которые также построили еще 28 танков M15/42. Он имел более мощный двигатель и воздушные фильтры для работы в суровых условиях пустыни, а также улучшенную версию 47-мм пушки; однако к моменту начала производства он уже устарел.

The Italian army was mainly equipped with tankettes of the L3 series in the 1930s, and these, armed with machine guns, formed the main armor strength of Italy as late as 1940. Italy began fielding heavier tanks beginning with the Fiat M11/39 with a 37 mm the main gun in 1940. This tank and its derivatives, the M13/40, M14/41 and the M15/42 (all with 47 mm main guns) were closely comparable in combat power to light tanks such as the Soviet T 26. A heavier design, the P40 with a 75 mm main gun, was designed but saw no service with Italian forces as it became ready at the time of the Armistice of Cassibile with the Allies, after which the Germans took over production, and used roughly one hundred of them. Another tank design, the Fiat M16/43, was developed to match the British cruiser tanks but work on it was stopped when the Axis was pushed out of North Africa in May 1943. The Fiat Ansaldo M11/39 medium tank was used from 1940 through the early period of World War II. The M11/39 was developed as a "breakthrough tank" (Carro di Rottura). It was replaced by the Fiat Ansaldo M13/40 medium tank which was used in the Greek campaign and in the North African Campaign. The M13/40 was not used on the Eastern Front; Italian forces there were equipped only with Fiat L6/40s and Semovente 47/32 tank destroyers. Armament was sufficient for 1940–41, but did not keep up with the increased armor and firepower on Allied or German tanks and anti tank guns; its engine was underpowered and unreliable, a condition worsened by the harsh desert climate and the initial lack of training of their crews. Beginning in 1942, the Italian Army recognized the firepower weakness of the M13/40 series and employed the Semovente 75/18 self propelled gun alongside the tanks in their armored units, which proved capable of destroying the enemy medium tanks. The next tank in the series was the Fiat M14/41, a slightly improved version of the M13/40 with a more powerful diesel engine. The tank was also employed in the North African Campaign. Following the withdrawal of Italian forces from North Africa the M14/41 was rarely encountered. A few captured M11, M13, and M14s were pressed into service by British and Australian forces to fill the serious shortage of allied tanks in 1941. The next in the series was the M15/42, a 15 tonne tank first built in January 1943. Some 90 vehicles were built before the Italian armistice in September 1943 and in connection to that event they were used in the battle against the Germans by the 132nd Armoured Division Ariete in Rome. After that point, they were confiscated and used by the Germans who also built another 28 M15/42 tanks. It had a more powerful engine and air filters to cope with the harsh conditions of the desert, and an improved version of the 47 mm gun; however, by the time it entered production it was already obsolete.

Итальянская классификация танков

В 1938 году в Италии была введена новая система классификации танков. Обозначение танков начиналось с буквы (L, M или P, обозначающих соответственно легкий, средний или тяжелый), за которой следовал вес в тоннах, разделенный косой чертой и год принятия танка на вооружение. Классификация легких, средних и тяжелых танков несколько отличалась от принятой в других странах. Так, P26/40, классифицированный итальянцами как "тяжелый" танк весом 26 тонн, по весу был ближе к среднему танку M4 Sherman (30 тонн). Итальянцы также именовали пулеметный L3/35 "легким танком", хотя чаще его называют танкеткой.

Япония

Как и армия США (которая использовала французские и британские танки в Первой мировой войне), Императорская японская армия (IJA) не имела собственных танков в Первой мировой войне, поэтому начала с закупки иностранных танков для оценки во время и сразу после окончания Первой мировой войны. Подобно многим другим странам, японцы поначалу не приняли танк, поскольку не имели традиции кавалерии. Кавалерия использовалась для разведки в гористой местности, и первоначально, как и в большинстве других армий, первые конструкции были ограничены ролью поддержки пехоты. Создание собственных танков столкнулось с рядом проблем, поскольку приоритетом Японии, как правило, были морские закупки, поэтому производство танковой стали было на более низком уровне. Однако к середине 1920-х годов они наконец приступили к проектированию танков. Вдохновлённая европейскими конструкциями, японская танковая программа разработала танки, которые способствовали их кампаниям в Китае и советско-японским пограничным конфликтам до Второй мировой войны. Они внедрили множество инноваций при создании своих машин, включая подвески с кривошипно-шатунным механизмом, став пионерами в создании десантных танков, а также использование дизельных двигателей, которые реже воспламенялись по сравнению с бензиновыми двигателями, использовавшимися в то время. Японские генералы допустили ошибку в оценке танков, использовавшихся против Китая, армия которого располагала всего тремя танковыми батальонами и небольшим количеством противотанкового оружия. К 1937 году Япония выставила 1060 танков в 8 полках, большинство из которых предназначались и использовались для поддержки пехоты. Однако эта направленность лишила IJA танка, способного противостоять другим танкам, что ярко проявилось во время битвы при Халхин-Голе, решительного поражения, нанесённого Советским Союзом на монгольской границе в 1939 году. Это оказалось роковым, когда они столкнулись с новым поколением танков союзников, поскольку подавляющее большинство японских моделей были слабо бронированы и имели недостаточно мощное вооружение. Как и в 1920-х годах, с приоритетом стали для военно-морского флота и ВВС, японская армия выделяла оставшийся материал для своих танков. Таким образом, машины, разработанные в 1930-х годах, продолжали массово производиться, а предупреждение, полученное в Халхин-Голе, было учтено слишком медленно. К 1940 году Япония располагала пятой по величине танковой армией в мире после Советского Союза, Франции, Великобритании и Германии, но отставала в производстве средних и тяжёлых танков. Однако после декабря 1941 года, с вступлением Соединённых Штатов в войну, приоритет по-прежнему отдавался военным кораблям и самолётам – оружию, более подходящему для морской войны, атак через Тихий океан и защиты Империи от наступления американцев. Хотя японская армия широко использовала танки на тихоокеанском театре военных действий, танки, с которыми столкнулись войска союзников, в основном представляли собой более старые модели, такие как лёгкий танк Тип 95 Ha Go и средний танк Тип 97 Chi Ha. По мере развития войны японцы строили танки и самоходные артиллерийские установки, чтобы противостоять танкам союзников. К ним относятся истребитель танков Тип 1 Ho Ni I с 75-мм пушкой, предназначенный как самоходная артиллерийская установка, и танк поддержки пехоты Тип 2 Ho I для непосредственной огневой поддержки, обеспечивающий танковые полки Тип 97 дополнительной огневой мощью против бронетехники противника. Однако они производились в ограниченном количестве. Самые современные японские танки, такие как средний танк Тип 3 Чи Ну, задерживались из-за нехватки материалов и производственных мощностей. Даже после того, как они начали поступать с заводов, доктрина предписывала их хранение для обороны материка от вторжения. В период с 1931 по 1945 год Япония произвела 6450 танков. Половина из них (3300) была произведена компанией Mitsubishi. Общее количество танков, произведённых в период с 1940 по 1945 год, составляет 4424, то есть среднегодовое значение, сопоставимое с Италией. Для такой большой и промышленно развитой страны, как Япония, это немного. Однако до 1944/45 годов военно-морской флот и ВВС имели приоритет в выделении и строительстве стали. Это изменилось, когда родина оказалась под прямой угрозой, но было уже слишком поздно. Как и во многих инновационных проектах вооружений в последние годы Второй мировой войны, производство не могло выйти за рамки небольших серий или прототипов из-за нехватки материалов и потери промышленной инфраструктуры Японии в результате бомбардировок союзниками.

Like the US Army (which utilized French and British tanks in World War I), the Imperial Japanese Army (IJA) did not have tanks of its own in World War I, so it started out by purchasing foreign tanks for evaluation during World War I and right after the war ended. Like many other nations, the Japanese initially didn't embrace the tank, as it didn't have the cavalry tradition. Cavalry was used for reconnaissance in the mountainous countryside, and initially, as with most other armies, the first designs were constrained by the tank's infantry support role. Building tanks of their own met several problems, as Japan's priority tended to be with naval procurements so production for tank steel was on a lower level. However, they finally began designing tanks by the mid 1920s. Inspired by European designs, the Japanese tank program designed and developed the tanks which facilitated their campaigns in China and the Soviet–Japanese border conflicts, prior to World War II. They introduced many innovations as they built their designs, including bell crank suspensions, as pioneers in amphibious tanks, and the use of diesel engines that were less likely to catch fire compared with gasoline tank engines that were being used at the time. The Japanese generals had made a mistake in their assessment of the tanks used against China, a country whose army had only three tank battalions, and few anti tank weapons. By 1937, Japan fielded 1,060 tanks in 8 regiments, most designed for and used in the infantry support role. But this focus left the IJA without a tank capable of taking on other tanks, a deficiency that was brought home hard during the Battle of Khalkin Gol, a decisive defeat inflicted by the Soviet Union on the Mongolian border in 1939. This proved fatal later when they faced the new generation of Allied tanks, as the great majority of the Japanese models were lightly armored, and not heavily gunned. As in the 1920s, with the priority of steel going to the navy and air force, the Japanese Army has relegated the remaining material for its tanks. Thus the 1930s designed vehicles went on being mass produced, and the warning of Khalkin Gol was too slowly recognized. By 1940 they had the fifth largest tank force in the world behind the Soviet Union, France, Britain, and Germany, but were behind in medium and heavy tanks. However, after December 1941, with the entry of the United States into the conflict, priority continued to be given to warships and aircraft, weapons that were more conducive to naval warfare; attacking across the Pacific, and defending the Empire from the advancing Americans. Although the Japanese Army widely employed tanks within the Pacific theater of war, the tanks that Allied forces faced there were mostly older designs, such as the Type 95 Ha Go light tank and Type 97 Chi Ha medium tank. As the war progressed the Japanese built tanks and self propelled guns to match up against the Allied tanks. These included the Type 1 Ho Ni I tank destroyer with a 75 mm gun designed as self propelled artillery and the Type 2 Ho I infantry support tank, for the close fire support role; providing Type 97 equipped tank regiments with additional firepower against the enemy armored fighting vehicles. However, they were only produced in limited numbers. The most modern Japanese tanks, such as the Type 3 Chi Nu medium tank were delayed by material and production shortages. Even after they started to come out of the factories, a doctrine called for them to be held for the defense of the mainland against invasion. Between 1931 and 1945, Japan produced 6450 tanks. Half of them (3300) were made by the Mitsubishi Company. The sub total of tanks produced between 1940 and 1945 is 4424, i. e. a yearly average comparable to Italy. For a country as large and as industrialized as Japan, that is modest. However, before 1944/45, the naval fleet and the air force had priority of steel allocation and construction. It changed when the homeland became increasingly under direct threat, but it was too late. As with many innovative weapons projects during the final years of World War II, production could not advance beyond either small numbers or the prototype stage due to material shortages, and the loss of Japan's industrial infrastructure to the Allied bombing of Japan.

Румыния

В межвоенный период Румыния оснащала свою армию танками, полученными от своих чехословацких и французских союзников. Однако приобретенные Румынией машины во многих аспектах отличались от оригинальных чехословацких и французских образцов. Например, R 1, который также производился в Румынии по лицензии, имел другой двигатель и толщину брони, чем другие модификации AH IV. R 2 (румынское обозначение LT vz. 35) имел модифицированную версию, R 2c, с цементированной броней и измененной конструкцией задней части башни и корпуса. Также были приобретены французские Renault R35 – их подвеска была значительно модифицирована, что увеличило прочность колес в десять раз. Румыния присоединилась к странам Оси в 1941 году, и её техника воевала против советской армии на Восточном фронте, в частности, под Одессой и Сталинградом. Румынские танковые силы, сформированные в межвоенный период, оказались малоэффективными против советских Т-34 и КВ-1; в ходе испытаний выяснилось, что Т-34 был неуязвим для 37-мм пушки R 2. Тем не менее, Румыния модернизировала свой танковый парк немецкими машинами, такими как Panzer III, Panzer IV и StuG III, которые в румынской армии обозначались как T 3, T 4 и TA соответственно. Для усиления противотанковой обороны Румыния в конце 1942 года начала собственное производство истребителей танков, включая Mareșal, TACAM T 60, TACAM R 2 и VDC R35, первый из которых был разработан по инициативе представителей Вермахта и послужил источником вдохновения для немецкого Hetzer. Также предпринимались попытки создания средних танков, таких как R 3 и более поздний проект, сопоставимый по характеристикам с Т-34, однако ни один из них не вышел за рамки стадии разработки. Рассматривались и серьезные модификации захваченных Т-34 (см. здесь).

Чехословакия

К моменту Судетского кризиса чехословацкая армия располагала парком легких танков, включавшим 298 LT vz. 35, разработанных компанией Škoda, а также 50 LT vz. 34, построенных ČKD; было заказано 150 LT vz. 38, но ни один не был поставлен до немецкой оккупации. Модели LT 35 и LT 38 превосходили по своим характеристикам легкие танки Panzer I и Panzer II, состоявшие на вооружении Вермахта, поэтому немцы отдали приказ о возобновлении их производства. До прекращения производства в 1942 году на заводе Škoda Works было изготовлено еще 136 LT 35 и в общей сложности 1414 LT 38 для Вермахта; эти танки принимали участие в Польской кампании, Битве за Францию и на советско-германском фронте. К 1942 году чехословацкие танки стали все более уязвимы для советских средних танков Т-34 и новых противотанковых орудий, а LT 35 и LT 38 оказались не пригодными для эксплуатации в суровых зимних условиях России, поэтому в 1942 году они были отозваны с передовой; оставшиеся подразделения были либо переформированы в разведывательные, либо переоборудованы в истребители танков и артиллерийские тягачи.

Польша

Польша первой пострадала от немецкого блицкрига, но в её бронетанковых войсках было много хороших танков. Наиболее важным был легкий танк 7TP (siedmiotonowy Polski – "7-тонный польский"), который был лучше вооружен, чем его наиболее распространенные противники, немецкие Panzer I и Panzer II. Как и аналогичный советский Т-26, 7TP был разработан на основе британского 6-тонного Vickers (Mk. E), который поляки приобрели и лицензировали для местного производства. Основными новыми особенностями 7TP были: более надежный и мощный дизельный двигатель (что сделало 7TP первым в мире дизельным танком), 37-мм противотанковая пушка и немного более толстая броня (17 мм спереди вместо 13 мм). Всего между 1935 и началом войны было произведено около 132 танков. Вес увеличился после создания первоначального 7-тонного прототипа, и фактический вес серийных танков составил 9,9 тонны. Как и его британский предшественник, 7TP изначально производился в двух вариантах: с двумя башнями, вооруженными двумя пулеметами Ckm wz.30, и с одной башней, вооруженной пушкой Bofors wz.37. После первоначальных испытаний стало ясно, что вариант с двумя башнями устарел и обладал недостаточной огневой мощью, поэтому от него отказались в пользу более современной конструкции с одной башней. Польша также имела танкетку TK (также известную как TK 3), которая была основана на улучшенном шасси британской танкетки Carden Loyd. 575 танкет TK/TKS составляли основную часть польских бронетанковых сил, но из-за ограниченности вооружения пулеметами их боевая ценность была невелика. Они понесли большие потери во время вторжения в Польшу. Лишь небольшое количество танкет, вооруженных 20-мм пушками, имели шанс в бою с вражескими танками; 18 сентября 1939 года танкетка TKS с 20-мм пушкой уничтожила три немецких танка Panzerkampfwagen 35(t). Все танки 7TP участвовали в боях Польской оборонительной войны 1939 года. Большинство из них были прикреплены к двум легким танковым батальонам (1-му и 2-му). Парадоксально, но польское моторизованное подразделение, проявившее себя лучше всего, имело всего 16 старых танков Vickers E 6 тонн и 4 танкетки с 20-мм автоматической пушкой – 10-я мотокавалерийская бригада (Польша). Польша также приобрела и использовала в сентябре 1939 года 50 (по некоторым данным, 49) танков Renault R35, но из-за крайне пересеченной местности и плохой проходимости танка многие были уничтожены экипажами. 34 танка перешли в Румынию после прикрытия польского отступления после советского вторжения в Польшу 17 сентября 1939 года, а 2 танка – в Венгрию. В реальных боях участвовала лишь половина танков Renault. Польские вооруженные силы в изгнании после падения Польши были переоснащены союзниками. Польские войска ЛВП, сражавшиеся на стороне Красной Армии, были оснащены танками Т-34, Т-70 и ИС-2, а также самоходными установками ISU-122 и СУ-76. Польские войска на западе были оснащены из британских запасов, включая M3 и M5 Стюарт, M4 Шерман и небольшое количество Cromwell. Польские бронетанковые подразделения участвовали в битве за Берлин и сыграли важную роль в кампании в Нормандии.

Poland was the first to suffer the German Blitzkrieg, but it had some very good tanks in its armored forces. The most important was the 7TP (siedmiotonowy Polski – "7 tonne Polish") light tank, which was better armed than its most common opponents, the German Panzer I and Panzer II. Like the similar Soviet T 26, the 7TP was a development of the British Vickers 6 ton (Mk. E) which the Poles purchased and licensed for local production. The main new features of 7TP were: a better, more reliable and powerful diesel engine (which made the 7TP world's first diesel tank), 37 mm anti tank gun, and slightly thicker armor (17 mm in front instead of 13 mm). Only about 132 tanks were produced between 1935 and the outbreak of the war. The weight increased after the initial 7 tonne prototype was made and the actual serial tanks weighed 9.9 tonnes. Like its British predecessor, the 7TP was initially produced in two variants: the twin turret version armed with 2 Ckm wz.30 machine guns, and a single turret version, armed with a Bofors wz. 37 gun. After initial tests, it became clear that the twin turret variant was obsolete and lacked firepower, so it was abandoned in favor of the more modern, single turret design. Poland also had the TK tankette (also known as the TK 3) which was based upon an improved chassis of the British Carden Loyd tankette. The 575 TK/TKS tankettes formed the bulk of the Polish armored forces but as their armament was limited to machine guns, their combat value was limited. They suffered heavy losses during the Invasion of Poland. Only the handful of tankettes armed with 20 mm guns had a fighting chance against the enemy tanks; in one instance on 18 September 1939 a 20 mm gunned TKS destroyed three German Panzerkampfwagen 35(t) tanks. All of the 7TP tanks took part in combat in the Polish Defensive War of 1939. Most of them were attached to two light tank battalions (the 1st and the 2nd). It is a paradox that the Polish motorized unit that performed the best had only 16 old Vickers E 6 ton tanks and 4 tankettes with 20 mm autocannon, 10th Motorized Cavalry Brigade (Poland). Poland also purchased and used, in September 1939, 50 (some sources claim 49) Renault R35 tanks but due to extremely rugged terrain and the tank's poor cross country performance, many ended up destroyed by the crews. 34 tanks crossed into Romania after covering the Polish retreat after the Soviet Invasion of Poland on 17SEP39 and 2 crossed into Hungary. Only about half of the Renault tanks participated in the actual fighting. Polish forces in exile after the fall of Poland were reequipped by their allies. Polish LWP forces fighting alongside the Red Army were equipped with T 34, T 70, and IS 2 tanks, along with ISU 122 and SU 76 self propelled guns. Polish forces in the west were equipped out of British stocks including M3 and M5 Stuarts, M4 Shermans, and a small number of Cromwells. Polish armor units were participants in the Battle of Berlin and played an important role in the campaign in Normandy.