Битва при Лауфельде: Война за австрийское наследство, 1747 год

Введение

Битва при Лауффельде, известная также как Лафельд, Лаффельд, Лауфельд, Маастрихт или Валь, произошла 2 июля 1747 года между Тонгереном, расположенным в современной Бельгии, и голландским городом Маастрихт. В ходе войны за австрийское наследство французская армия в 80 000 человек под командованием маршала Сакса разбила прагматическую армию численностью 120 000 человек во главе с герцогом Камберлендским. Сакс, возможно, самый талантливый генерал своего поколения, завоевал значительную часть Австрийских Нидерландов в период с 1744 по 1746 год, хотя и не смог добиться решающей победы. Весной 1747 года Камберленд планировал наступление с целью отвоевания Антверпена, но был вынужден отступить, когда французы угрожали отрезать его от снабжения из Маастрихта. При встрече двух армий в Лауффельде ряд ошибок Камберленда подорвал его позиции, и лишь контратаки союзной кавалерии предотвратили полное поражение. Битва положила конец надеждам союзников вернуть утраченные территории, а Сакс захватил Берген-оп-Зум в сентябре, а затем Маастрихт в мае 1748 года. Однако финансирование войны поставило Францию на грань банкротства, а серьезный дефицит продовольствия, вызванный блокадой Королевского флота, усугубился после поражения у мыса Финистерре в октябре 1747 года, лишив французов возможности защитить своё торговое судоходство. В результате наступившего тупика в октябре 1748 года был заключён Аахенский мирный договор.

Предыстория

Когда в 1740 году началась война за австрийское наследство, Великобритания была сосредоточена на войне 1739–1748 годов за ухо Дженкинса с Испанией, которая велась преимущественно в Карибском бассейне. Британские и голландские войска во Фландрии первоначально действовали в составе армии Ганновера; Франция официально не объявила войну Великобритании до марта 1744 года, а Нидерландская республика оставалась технически нейтральной до 1747 года. Французская победа при Року в октябре 1746 года закрепила контроль Франции над Австрийскими Нидерландами, но не смогла вынудить Великобританию принять мирные условия. Франция вступила в войну, чтобы сдержать расширение британской торговой мощи после 1713 года, которое она считала угрозой европейскому балансу сил, однако к 1747 году британская торговля вновь начала расти, в то время как французская экономика задыхалась под блокадой Королевского флота. К концу 1746 года большинство участников стремились к миру. Мария Терезия упрочила свой трон и больше интересовалась восстановлением армии для возвращения Силезии; Австрия приобрела Австрийские Нидерланды лишь в 1713 году, поскольку ни британцы, ни голландцы не допустили контроля над ними со стороны другой державы, и сохранение этих земель не являлось для Австрии стратегическим приоритетом. Нейтралитет позволил голландцам стать основными перевозчиками французского импорта и экспорта, и потеря этой роли оказала дополнительное давление на обе экономики, при этом голландское правительство подталкивало британцев к заключению мира. Несмотря на то, что британцы также несли значительные долговые обязательства, они были гораздо лучше подготовлены к их финансированию. Чтобы удержать своих союзников в войне, на Гаагской конвенции в январе 1747 года Великобритания согласилась финансировать австрийские и савойские войска в Италии, а также союзную армию численностью 140 000 человек во Фландрии, которая к 1748 году была увеличена до 192 000. Герцог Ньюкасл, курировавший внешнюю политику в качестве государственного секретаря, полагал, что союзники достаточно сильны, чтобы улучшить свои переговорные позиции, вернув Нидерланды, и также предвидел крах Бурбонского альянса после смерти Филиппа V в июле 1746 года. Хотя оба предположения оказались ошибочными, когда в Бреде в августе 1746 года начались франко-британские переговоры, Ньюкасл поручил своему посланнику, лорду Сэндвичу, затянуть их.

When the War of the Austrian Succession began in 1740, Britain was focused on the 1739–1748 War of Jenkins' Ear with Spain, fought mostly in the Caribbean. British and Dutch troops in Flanders initially did so as part of the army of Hanover; France did not formally declare war on Britain until March 1744, while the Dutch Republic was technically neutral until 1747. French victory at Rocoux in October 1746 confirmed their control of the Austrian Netherlands, but failed to force Britain to agree peace terms. France entered the war to reduce the post 1713 expansion in British commercial strength which they viewed as a threat to the European balance of power, but by 1747 British trade was expanding once again while the French economy was being strangled by the Royal Navy blockade. By the end of 1746, most of the participants sought peace. Maria Theresa had secured her throne and was more interested in rebuilding her army in order to retake Silesia; Austria had only acquired the Austrian Netherlands in 1713 because neither the British or Dutch would allow the other to control it and retaining it was not a strategic priority. Neutrality had allowed the Dutch to become the main carriers of French imports and exports and its loss put further strain on both economies, with the Dutch government putting pressure on the British to make peace. Although the British were also incurring high levels of debt, they were far better equipped to finance it. To keep their Allies fighting, in the January 1747 Hague Convention Britain agreed to fund Austrian and Savoyard forces in Italy, along with an Allied army of 140,000 in Flanders, increasing to 192,000 in 1748. The Duke of Newcastle, who as Secretary of State oversaw foreign policy felt the Allies were strong enough to improve their bargaining position by recovering the Netherlands, while he also anticipated the collapse of the Bourbon alliance following the death of Philip V in July 1746. Although both assumptions proved incorrect, when Franco British negotiations began at Breda in August 1746, Newcastle instructed his envoy, Lord Sandwich, to delay.

Битва

Принимая войска из других областей, Саксонский смог собрать полевую армию в 120 000 человек для кампании 1747 года. Поражение якобитского восстания позволило Камберленду перебросить войска обратно во Фландрию и подготовить наступление. Он надеялся захватить Антверпен в феврале, но плохая погода, недостаток транспорта и боевая усталость означали, что союзники не были готовы к началу боевых действий до начала мая. Во время этой задержки Контадес захватил форт Лифкенхок, сделав Антверпен слишком сильно укрепленным для атаки. Одновременно Лёвендаль захватил Сас-ван-Гент, Ийзенике и Экельс, угрожая линиям снабжения Камберленда к Маастрихту. Это послужило толчком к оранжистскому перевороту в Зеландии, который в конечном итоге привел к назначению Вильгельма IV первым наследственным штатгальтером всех семи голландских провинций. Для защиты Маастрихта Камберленд отправил фон Дауна для укрепления Тонгерена, который тогда удерживался Клермоном-Тоннером. Союзной кавалерии под командованием Лигоньера было приказано занять дорогу Тонгерен – Маастрихт, проходившую вдоль хребта, параллельного реке Маас. Обнаружив, что французы уже заняли позиции, они остановились на ночлег, разместив пехоту в деревнях Влиттинген и Лауффельд. Как и при Року, австрийцы заняли правый фланг, удерживая деревни Гроте и Кляйн-Спувен, которые сейчас являются частью бельгийского города Бильзен. Крутой овраг непосредственно перед ними защищал их от прямой атаки. Центр удерживала голландская армия под командованием принца Вальдека, а левый фланг, расположенный вокруг деревни Лауффельд, состоял из британских, ганноверских и гессенских войск. Большинство источников указывают на то, что против немного меньшей союзной армии выступило около 82 000 французских солдат, хотя оценки разнятся. На следующий день небо было пасмурным, а сильный дождь затруднял передвижение, поэтому сражение началось с артиллерийской дуэли в 6:00 утра, которая продолжалась до 8:30. Камберленд допустил серьезную ошибку в суждении и вывел свою пехоту из деревень, где они провели ночь, предварительно поджег их. В 1745 году при Фонтену Саксонский использовал аналогичные позиции, чтобы нанести союзникам большие потери, и Лигоньер настоятельно рекомендовал повторно занять деревни. После некоторого колебания Камберленд согласился, но изменение приказа вызвало путаницу среди его подчиненных. Саксонский предположил, что отказ от деревень означает отступление Камберленда за Маас, и около 10:30 отправил свою пехоту вперед для занятия позиций. Хотя Влиттинген был пуст, Лауффельд был повторно занят войсками под командованием Фридриха Гессен-Кассельского. В течение следующих нескольких часов деревня несколько раз переходила из рук в руки, прежде чем французы окончательно захватили ее около 12:30 дня. Камберленд приказал контратаку, но когда пехота начала разворачиваться, голландская кавалерийская часть, находившаяся перед ними, была разбита французами и обратилась в бегство, повергая в беспорядок тех, кто находился позади, и обнажив центр союзников. Его удерживали голландцы, которые предприняли две безуспешные атаки, обе отбиты французской артиллерией, стоившие им 537 человек. Когда левый фланг союзников дрогнул, за ним последовали центр и правый фланг. Тем временем 150 эскадронов французской кавалерии собрались у Вилре, готовясь атаковать фланг Камберленда; не подозревая об отступлении союзников к Маастрихту, Лигоньер и 60 эскадронов атаковали, застав их врасплох. Эта кавалерийская атака, одна из самых известных в британской военной истории, по словам Саксонского, едва не привела к полному уничтожению союзной армии. Французская ирландская бригада потеряла более 1400 человек; в один момент близорукий Камберленд принял красномундирных ирландцев за своих солдат и едва избежал плена. Чтобы прикрыть отступающую пехоту, Лигоньер получил разрешение на еще одну атаку, на этот раз с участием всего трех полков. Он был взят в плен, а шотландские серые кирасиры, один из участвовавших в атаке полков, потеряли почти 40% своего состава. Это дало время Карлу Йозефу Баттьяни и его австрийцам прикрыть отступление союзников.

By taking troops from other areas, Saxe was able to assemble a field army of 120,000 men for the 1747 campaign. The defeat of the Jacobite Rising allowed Cumberland to transfer troops back to Flanders, and prepare an offensive. He hoped to capture Antwerp in February, but bad weather, lack of transport, and war weariness meant the Allies were not ready to take the field until early May. During this delay, Contades captured Fort Liefkenhock, making Antwerp too strong to attack. Simultaneously, Löwendahl seized Sas van Gent, IJzenijke and Eekels, threatening Cumberland's supply lines with Maastricht. The latter inspired an Orangist Coup in Zeeland, which eventually led to William IV being appointed first hereditary Stadtholder of all seven Dutch provinces. To protect Maastricht, Cumberland sent von Daun to secure Tongeren, then held by Clermont Tonnerre. The Allied cavalry under Ligonier were ordered to occupy the Tongeren Maastricht road, which ran along a ridge parallel to the river Meuse. Finding the French already in possession, they halted for the night, with the infantry billeted in the villages of Vlytingen and Lauffeld. As at Rocoux, the Austrians were on the right, holding the villages of Grote and Kleine Spouwen, which are now part of the Belgian town of Bilzen. A steep ravine immediately in front protected them from a direct assault. The centre was held by the Dutch States Army under the Prince Waldeck, while the left wing, placed around the village of Lauffeld, consisted of British, Hanoverian, and Hessian troops. Most sources suggest around 82,000 French troops faced a slightly smaller Allied army, although estimates vary. The next day was overcast, and heavy rain made movement slow and difficult, so the battle began with an exchange of artillery fire at 6:00 am, which continued until 8:30. Cumberland now made a serious error of judgement, and moved his infantry out of the villages where they had spent the night, having first set them on fire. At Fontenoy in 1745, Saxe used similar positions to inflict heavy casualties on the Allied troops, and Ligonier urged that they be re occupied. After some hesitation, Cumberland agreed, but the change in orders caused confusion among his subordinates. Saxe assumed abandoning the villages meant Cumberland was retreating across the Meuse, and around 10:30 sent his infantry forward to take possession. Although Vlytingen was empty, Lauffeld had been re occupied by troops under Frederick of Hesse Kassel. Over the next few hours, the village changed hands four or five times, before the French finally captured it around 12:30 pm. Cumberland ordered a counter attack but as the infantry formed up, a Dutch cavalry unit to their front was routed by the French and fled, throwing those behind them into disorder and exposing the Allied centre. This was held by the Dutch, who had been limited to two fruitless attacks, both repulsed by French artillery, costing them 537 men. When the Allied left gave way, the centre and right followed. Meanwhile, 150 squadrons of French cavalry had assembled around Wilre, preparing to attack Cumberland's flank; unaware the Allies were falling back on Maastricht, Ligonier and 60 squadrons charged, taking them by surprise. One of the best known cavalry charges in British military history, Saxe later claimed only this prevented him destroying the Allied army. The French Irish Brigade suffered more than 1,400 casualties; at one point, the short sighted Cumberland mistook the red coated Irish for his own troops, and barely escaped being taken prisoner. To cover the retreating infantry, Ligonier obtained permission for another charge, this time with only three regiments. He was taken prisoner, while the Scots Greys, one of the units involved, lost nearly 40% of their strength. This action allowed time for Karl Josef Batthyány and his Austrians to cover the Allied withdrawal.

Последствия

Оценки общих потерь варьируются от 5000 до 11000 убитых и раненых с обеих сторон. Как и прежде, Саксу не удалось развить свой успех, что вызвало обвинения со стороны критиков в преднамеренном стремлении продлить войну для укрепления собственного престижа. Таким образом, Лауффельд стал еще одной французской победой, не приведшей к решающему результату, хотя она и позволила захватить Берген-оп-Зом в сентябре и Маастрихт в мае 1748 года. Это послужило очередным доказательством слабостей Камберленда как генерала, которые уже проявились при его поражении при Фонтенуа в 1745 году. Среди них – недостаточная разведка, отсутствие стратегического понимания и плохая координация со старшими командирами, что проявилось в его неспособности проинформировать Лигоньера о выводе пехоты. Несмотря на успех во Фландрии, британская морская блокада привела к обвалу французских таможенных сборов и лишила их доступа к тресковому промыслу в Ньюфаундленде – ключевому источнику продовольствия для бедных. Министр финансов Машо неоднократно предупреждал Людовика XV о надвигающемся крахе финансовой системы. Их положение еще более ухудшилось в октябре 1747 года, когда Королевский флот атаковал большой конвой, направлявшийся в Вест-Индию, у мыса Финистерре. Несмотря на потерю сопровождения, большинство торговых судов избежали захвата, но предупредили о приближении британской эскадры подветренных островов под командованием коммодора Джорджа Покока, которая перехватила многие из них в конце 1747 и начале 1748 года. В результате этого поражения французский флот больше не мог защищать свои колонии и торговые пути. В ноябре Великобритания и Россия подписали конвенцию о поставке дополнительных войск, а в феврале 1748 года в Рейнскую область прибыл русский корпус численностью 37 000 человек. Однако к этому времени Ньюкасл также был готов пойти на соглашение, хотя некоторые утверждают, что он не оценил влияния морской блокады на французскую экономику. Условия Айхенского мирного договора были сначала согласованы Великобританией и Францией в Бреде, а затем представлены их союзникам. Они подтвердили прусское владение Силезией и незначительные территориальные корректировки в Италии, но по сути вернули ситуацию к 1740 году, с выходом Франции из Нидерландов. Возвращение территориальных приобретений, завоеванных такой ценой, в обмен на столь малое, породило выражение "мир столь же глуп, как и сам". Война подтвердила упадок Голландской республики как великой державы, и Ньюкасл упрекал себя за "невежество, упрямство и доверчивость", полагая иное. Поиск континентального союзника на замену голландцам побудил британцев принять прусское завоевание Силезии, что, в свою очередь, привело к распаду англо-австрийского альянса и к перегруппировке, известной как Дипломатическая революция.

Estimates of total casualties vary, ranging from between 5,000 and 11,000 killed or wounded on either side. As on previous occasions, Saxe was unable to follow up his success, leading to accusations from his critics that he was deliberately seeking to prolong the war in order to strengthen his own prestige. Lauffeld was thus another French victory that failed to achieve a decisive result, although it led to the capture of Bergen op Zoom in September and Maastricht in May 1748. It provided further proof of Cumberland's weaknesses as a general, all of which had been factors in his earlier defeat at Fontenoy in 1745. These included inadequate reconnaissance, lack of strategic awareness, and poor co ordination with his senior commanders, as shown by his failure to inform Ligonier he had withdrawn the infantry. Despite their success in Flanders, the British naval blockade caused a collapse in French customs receipts, and cut them off from the Newfoundland cod fisheries, a key food supply for the poor. Finance Minister Machault repeatedly warned Louis XV of the impending collapse of their financial system. Their position deteriorated further in October 1747 when the Royal Navy attacked a large convoy on its way to the West Indies at Cape Finisterre in October 1747. Despite the loss of their naval escort, most of the merchantmen escaped but warned of their approach, the British Leeward Islands Squadron under Commodore George Pocock was able to intercept many of them in late 1747 and early 1748. As a result of this defeat, the French navy could no longer protect their colonies or trade routes. In November, Britain and Russia signed a convention for the supply of additional troops and in February 1748, a Russian corps of 37,000 arrived in the Rhineland. However, by now Newcastle was also ready to agree terms, although it has been argued he failed to appreciate the impact of the naval blockade on the French economy. The terms of the Treaty of Aix la Chapelle were first agreed by Britain and France at Breda, then presented to their allies. These confirmed Prussian possession of Silesia and minor territorial adjustments in Italy, but essentially returned the situation to 1740, with France withdrawing from the Low Countries. Returning the territorial gains which had cost so much, in exchange for so little, led to the phrase "as stupid as the Peace". The war confirmed the decline of the Dutch Republic as a major power and Newcastle berated himself for his "ignorance, obstinacy, and credulity", in believing otherwise. The search for a Continental ally to replace the Dutch drove British acceptance of the Prussian conquest of Silesia; this in turn caused the breakdown of the Anglo Austrian Alliance, and led to the re alignment known as the Diplomatic Revolution.