Введение
Живопись голландского Золотого века – это живопись эпохи расцвета Нидерландов, период в истории Нидерландов, приблизительно охватывающий 17-й век, во время и после завершающей фазы Восьмидесятилетней войны (1568–1648) за независимость Нидерландов. Новая Нидерландская республика была самой процветающей державой в Европе и лидировала в европейской торговле, науке и искусстве. Северные нидерландские провинции, составившие новое государство, традиционно были менее значимыми художественными центрами, чем города Фландрии на юге. Перевороты и масштабные перемещения населения, вызванные войной, а также резкий разрыв со старыми монархическими и католическими культурными традициями, означали, что голландское искусство должно было практически полностью переосмыслить себя, и в этом оно добилось значительного успеха. Живопись на религиозные темы резко сократилась, но возник большой новый рынок для всевозможных светских сюжетов. Хотя голландская живопись Золотого века входит в общий европейский период живописи барокко и часто демонстрирует многие его характеристики, ей в основном не хватает идеализации и любви к пышности, свойственных многим работам барокко, в том числе и соседней Фландрии. Большая часть работ, включая наиболее известные произведения этого периода, отражает традиции детального реализма, унаследованные от ранней нидерландской живописи. Характерной чертой этого периода является разнообразие жанров живописи, при этом большинство художников создавали основную часть своих работ в рамках одного из них. Полное развитие этой специализации наблюдается с конца 1620-х годов, а период с тех пор до французского вторжения 1672 года является ядром живописи Золотого века. Художники посвящали большую часть своей карьеры написанию исключительно портретов, бытовых сцен, пейзажей, морских пейзажей и кораблей или натюрмортов, и часто – определенного поджанра в этих категориях. Многие из этих типов сюжетов были новыми для западной живописи, и то, как голландцы изображали их в этот период, стало определяющим для их дальнейшего развития.
Dutch Golden Age painting is the painting of the Dutch Golden Age, a period in Dutch history roughly spanning the 17th century, during and after the later part of the Eighty Years' War (1568–1648) for Dutch independence. The new Dutch Republic was the most prosperous nation in Europe and led European trade, science, and art. The northern Netherlandish provinces that made up the new state had traditionally been less important artistic centres than cities in Flanders in the south. The upheavals and large scale transfers of population of the war, and the sharp break with the old monarchist and Catholic cultural traditions, meant that Dutch art had to reinvent itself almost entirely, a task in which it was very largely successful. The painting of religious subjects declined very sharply, but a large new market for all kinds of secular subjects grew up. Although Dutch painting of the Golden Age is included in the general European period of Baroque painting, and often shows many of its characteristics, most lacks the idealization and love of splendour typical of much Baroque work, including that of neighbouring Flanders. Most work, including that for which the period is best known, reflects the traditions of detailed realism inherited from Early Netherlandish painting. A distinctive feature of the period is the proliferation of distinct genres of paintings, with the majority of artists producing the bulk of their work within one of these. The full development of this specialization is seen from the late 1620s, and the period from then until the French invasion of 1672 is the core of Golden Age painting. Artists would spend most of their careers painting only portraits, genre scenes, landscapes, seascapes and ships, or still lifes, and often a particular sub type within these categories. Many of these types of subjects were new in Western painting, and the way the Dutch painted them in this period was decisive for their future development.
Мир искусства
Иностранцы отмечали огромное количество произведений искусства и крупные ярмарки, где продавались многие картины. По приблизительным оценкам, только за 20 лет после 1640 года было написано более 1,3 миллиона голландских картин. Объем производства означал, что цены были довольно низкими, за исключением самых известных художников; как и в большинстве последующих периодов, для более востребованных художников наблюдался резкий градиент цен. Художники, не имевшие прочной репутации при жизни или вышедшие из моды, включая многих, которых сейчас считают величайшими того времени, таких как Вермеер, Франс Халс и Рембрандт в последние годы жизни, испытывали значительные трудности с заработком и умерли в бедности; многие художники совмещали живопись с другой работой или вовсе оставили искусство. В частности, французское вторжение 1672 года (Rampjaar, или «год бедствия») привело к серьезному кризису на художественном рынке, который так и не вернулся к прежнему уровню. Распространение картин было очень широким: «даже кузнецы, сапожники и прочие часто держат ту или иную картину у своей горницы или в мастерской. Таково всеобщее стремление, склонность и удовольствие, которые испытывают жители этой страны к живописи», – сообщал английский путешественник в 1640 году. Впервые появилось множество профессиональных торговцев искусством, среди которых были и известные художники, такие как Вермеер и его отец, Ян ван Гойен и Виллем Кальф. Торговец Рембрандта Хендрик ван Уйленбург и его сын Геррит были одними из самых важных. Пейзажи были самыми простыми произведениями, которые можно было продать без предварительного заказа, а их художники были «простыми солдатами в армии искусства», по словам Самуэля ван Хогстратена. Техническое мастерство голландских художников в целом было высоким, они по-прежнему в основном следовали старой средневековой системе обучения через ученичество у мастера. Как правило, мастерские были меньше, чем во Фландрии или Италии, с одним или двумя учениками, количество которых часто ограничивалось гильдейскими правилами. Нестабильность первых лет Республики, вызванная переездом художников с юга на север и потерей традиционных рынков при дворе и церкви, привела к возрождению гильдий художников, часто называемых Гильдией Святого Луки. Во многих случаях это означало, что художники выходили из средневековых объединений, где они делили гильдию с другими ремеслами, такими как малярное дело. В этот период было основано несколько новых гильдий: в Амстердаме – в 1579 году, в Харлеме – в 1590 году, а также в Гуде, Роттердаме, Утрехте и Делфте – между 1609 и 1611 годами. Власти Лейдена не доверяли гильдиям и не разрешали их до 1648 года. Позднее в этом веке всем стало ясно, что старая система, при которой гильдия контролировала как обучение, так и продажи, больше не работает, и постепенно гильдии были заменены академиями, которые часто занимались только обучением художников. Гаага, с королевским двором, была одним из первых примеров, где художники разделились на две группы в 1656 году с основанием Confrerie Pictura. За исключением портретов, в Голландии было создано гораздо больше картин «на пробу», без конкретного заказа, чем в других странах – один из многих способов, которыми голландский художественный рынок предвосхитил будущее. Существовало множество династий художников, и многие женились на дочерях своих мастеров или других художников. Многие художники происходили из состоятельных семей, которые оплачивали их обучение, и часто женились на людях, владевших недвижимостью. Рембрандт и Ян Стин некоторое время учились в Лейденском университете. Несколько городов имели свои отличительные стили и специализации по жанрам, но Амстердам был крупнейшим художественным центром благодаря своему огромному богатству. Такие города, как Харлем и Утрехт, были более важными в первой половине века, а Лейден и другие города стали развиваться после 1648 года, и прежде всего Амстердам, который все больше привлекал художников из других провинций Нидерландов, а также из Фландрии и Германии. Голландские художники были на удивление менее озабочены художественной теорией, чем художники многих других стран, и менее склонны обсуждать свое искусство; похоже, что интерес к художественной теории в общих интеллектуальных кругах и среди широкой публики был гораздо меньше, чем в Италии. Поскольку почти все заказы и продажи были частными и осуществлялись между представителями буржуазии, записи о которых не сохранились, они также менее хорошо документированы, чем в других местах. Но голландское искусство было предметом национальной гордости, и основные биографы являются важными источниками информации. Это Карел ван Мандер (Het Schilderboeck, 1604), который в основном охватывает предыдущий век, и Арнольд Хоубракен (De groote schouburgh der Nederlantsche konstschilders en schilderessen – «Великий театр голландских живописцев», 1718–21). Оба последовали, и даже превзошли, Вазари, включив огромное количество кратких жизнеописаний художников – более 500 в случае Хоубракена, – и оба считаются в целом точными в отношении фактических данных. Немецкий художник Иоахим фон Зандрат (1606–1688) некоторое время работал в Голландии, и его Deutsche Akademie в том же формате охватывает многих голландских художников, которых он знал. Учителем Хоубракена и учеником Рембрандта был Самуэль ван Хогстратен (1627–1678), чьи Zichtbare wereld и Inleyding tot de Hooge Schoole der Schilderkonst (1678) содержат больше критических, чем биографических сведений и являются одними из важнейших трактатов о живописи того времени. Как и другие голландские работы по теории искусства, они излагают многие общепринятые положения теории Ренессанса и не полностью отражают современное голландское искусство, которое по-прежнему часто сосредоточено на исторической живописи.
Историческая живопись
В эту категорию входили не только картины, изображающие исторические события прошлого, но и полотна с библейскими, мифологическими, литературными и аллегорическими сценами. Недавние исторические события по существу исключались из этой категории и трактовались в реалистической манере, как умелое сочетание портретов с морскими, городскими пейзажами или ландшафтами. Крупные драматические исторические или библейские композиции создавались реже, чем в других странах, поскольку отсутствовал местный рынок для церковного искусства и было мало больших аристократических домов в стиле барокко. Более того, протестантское население крупных городов столкнулось с весьма лицемерным использованием маньеристской аллегории в безуспешной пропаганде Габсбургов во время Нидерландской революции, что вызвало сильную реакцию в пользу реализма и недоверие к помпезной визуальной риторике. Историческая живопись стала «искусством меньшинства», хотя в некоторой степени это компенсировалось довольно живым интересом к печатным репродукциям исторических сюжетов. В большей степени, чем в других жанрах живописи, голландские исторические художники продолжали испытывать влияние итальянского искусства. Распространялись гравюры и копии итальянских шедевров, предлагавшие определенные композиционные схемы. Растущее голландское мастерство в передаче света применялось к стилям, заимствованным из Италии, в особенности к манере Караваджо. Некоторые голландские художники также посещали Италию, хотя это было менее распространено, чем среди их фламандских современников, что видно по составу клуба Bentvueghels в Риме. Многие исторические картины были небольшого размера, и немецкий художник (живший в Риме) Адам Эльсхаймер оказывал такое же влияние, как и Караваджо (оба умерли в 1610 году), на голландских художников, таких как Питер Ластман, учитель Рембрандта, и Ян и Якоб Пинасы. По сравнению с исторической живописью барокко из других стран, они разделяли голландский акцент на реализме и повествовательной ясности и иногда их называют «пред-рембрандтистами», поскольку ранние работы Рембрандта были выполнены в этом стиле. Утрехтский караваджизм описывает группу художников, создававших как исторические картины, так и, как правило, крупные жанровые сцены в итальянском стиле, часто активно используя светотень. Утрехт, до восстания – самый важный город на территории новых Нидерландов, был необычным голландским городом, где в середине века проживало около 40% католиков, и еще больше – среди элитарных групп, включавших множество сельских дворян и помещиков с городскими домами. Ведущими художниками были Хендрик тер Брюгген, Жерар ван Хонторст и Дирк ван Бабурен, и школа была активна около 1630 года, хотя ван Хонторст продолжал работать до 1650-х годов в качестве успешного придворного художника при английском, голландском и датском дворах в более классическом стиле. Рембрандт начал как исторический живописец, прежде чем добиться финансового успеха как портретист, и он никогда не отказывался от своих амбиций в этой области. Значительное количество его офортов изображает повествовательные религиозные сцены, а история его последнего исторического заказа, «Заговор Клавдия Цивилиса» (1661), иллюстрирует как его преданность этому жанру, так и трудности, с которыми он сталкивался при поиске зрителей. Несколько художников, многие из которых были его учениками, с переменным успехом пытались продолжить его очень индивидуальный стиль; Говарт Флинк был наиболее успешным. Жерар де Лайрес (1640–1711) был еще одним из них, прежде чем попасть под сильное влияние французского классицизма и стать его ведущим голландским представителем как художником, так и теоретиком. Обнаженная натура была фактически прерогативой исторического живописца, хотя многие портретисты снабжали свои случайные обнаженные фигуры (почти всегда женские) классическим названием, как это делал Рембрандт. Несмотря на всю свою откровенную чувственность, жанровые художники редко изображали что-либо больше, чем щедрое декольте или обнаженное бедро, обычно при изображении проституток или «итальянских» крестьянок.
Портреты
Портретная живопись процветала в Нидерландах в XVII веке, поскольку там существовал обширный купеческий класс, который был гораздо более склонен заказывать портреты, чем его аналоги в других странах; обобщение различных оценок общего числа произведенных работ дает от 750 000 до 1 100 000 портретов. Рембрандт достиг пика своего финансового успеха как молодой амстердамский портретист, но, как и другие художники, довольно заскучал от написания заказных портретов бюргерства: "художники идут по этой дороге без радости", по словам ван Мандера. В отличие от голландской портретной живописи, избегающей надменности и излишней риторики аристократического барочного портрета, распространенного в Европе XVII века, сдержанная одежда мужчин и во многих случаях женщин, а также кальвинистское убеждение, что включение реквизита, имущества или видов местности на заднем плане демонстрирует грех гордыни, приводят к заметному сходству многих голландских портретов, несмотря на их высокое техническое качество. Даже стоячая поза обычно избегается, поскольку изображение в полный рост также может свидетельствовать о гордости. Позы сдержанны, особенно для женщин, хотя детям предоставляется больше свободы. Классическим моментом для написания портрета была свадьба, когда новобрачные чаще всего изображались на отдельных картинах в паре. Поздние портреты Рембрандта завораживают силой характеристики, а иногда и повествовательным элементом, но даже его ранние работы могут разочаровать в большом количестве, как, например, комната, заполненная "портретами Рембрандта-новичка", подаренная Метрополитен-музею в Нью-Йорке. Другой великий портретист этого периода – Франс Халс, чья знаменитая живость мазка и умение изображать моделей расслабленными и жизнерадостными добавляют азарта даже самым неприглядным сюжетам. Чрезвычайно "небрежная поза" на его портрете Виллема Хейтхейзена уникальна: "нет другого портрета этого периода, который был бы столь неформальным". Моделью был богатый торговец тканями, который десять лет назад уже заказал Халсу единственный портрет в полный рост. В этой гораздо меньшей работе для личной комнаты он одет в верховую одежду. Ян де Брай поощрял своих моделей позировать в костюмах персонажей из классической истории, но многие его работы посвящены его собственной семье. Томас де Кейзер, Бартоломей ван дер Хельст, Фердинанд Бол и другие, включая многих, упомянутых ниже как исторические или жанровые художники, старались оживить более традиционные работы. Портретное искусство, в меньшей степени подверженное влиянию моды, чем другие виды живописи, оставалось надежным выбором для голландских художников. Судя по тому, что известно о процедурах работы в мастерских художников, похоже, что, как и в других странах Европы, лицо, вероятно, было зарисовано и, возможно, написано на первом или двух сеансах. Типичное количество последующих сеансов неясно – в документах встречаются данные от нуля (для портрета Рембрандта в полный рост) до 50. Одежду оставляли в мастерской, и ее вполне могли написать помощники или приглашенный специалист, хотя, или потому, что она считалась очень важной частью картины. Замужних и незамужних женщин можно отличить по одежде, что подчеркивает малое количество одиноких женщин, изображенных, за исключением семейных групп. Как и в других местах, точность изображенной одежды варьируется. Носили полосатую и узорчатую одежду, но художники редко ее изображают, что вполне понятно, поскольку это требует дополнительных усилий. Кружева и воротники-рюши были неизбежны и представляли собой серьезную проблему для художников, стремящихся к реализму. Рембрандт разработал более эффективный способ изображения узорчатого кружева, нанося широкие белые мазки, а затем слегка прорисовывая черным, чтобы показать узор. Другой способ – наносить белую краску поверх черного слоя и соскабливать белую краску концом кисти, чтобы показать узор. В конце века появилась мода на изображение моделей в полу-фантазийных нарядах, начатая ван Дейком в Англии в 1630-х годах, известная как "живописная" или "римская" одежда. Аристократы и ополченцы позволяли себе больше свободы в яркой одежде и просторных интерьерах, чем бюргеры, и религиозная принадлежность, вероятно, влияла на многие изображения. К концу века аристократические, или французские, ценности распространялись среди бюргерства, и изображениям предоставлялась большая свобода и показность. Особым типом живописи, сочетающим элементы портрета, истории и жанровой живописи, был "тронь". Обычно это был поясной портрет одного персонажа, сосредоточенный на передаче необычного настроения или выражения лица. Личность модели не имела значения, но она могла изображать историческую фигуру в экзотическом или историческом костюме. Ян Ливенс и Рембрандт, многие из автопортретов которых также являются тронями (особенно его гравюры), были среди тех, кто развивал этот жанр. Семейные портреты, как и во Фландрии, обычно создавались на открытом воздухе в садах, но без обширного пейзажа, как это было позже в Англии, и были относительно неформальными по одежде и настроению. Групповые портреты, во многом голландское изобретение, были популярны среди многочисленных общественных организаций, которые были заметной частью голландской жизни, таких как офицеры городской шхуттерии или ополчения, советы доверенных лиц и регенты гильдий и благотворительных фондов и т. д. Особенно в первой половине века групповые портреты были очень формальными и статичными по композиции. Группы часто сидели за столом, каждый человек смотрел на зрителя. Большое внимание уделялось деталям одежды, а также, где это применимо, мебели и другим признакам положения человека в обществе. Позднее в веке группы стали более оживленными, а цвета – ярче. "Синдики гильдии ткачей" Рембрандта – тонкое изображение группы за столом. Ученые часто позировали с инструментами и предметами своих исследований вокруг них. Врачи иногда позировали вместе вокруг трупа, так называемый "анатомический урок", самым известным из которых является "Анатомический урок доктора Николаса Тулпа" Рембрандта (1632, Мауритсхёйс, Гаага). Советы доверенных лиц на своих портретах регентов предпочитали образ строгости и смирения, позируя в темной одежде (которая своим изысканностью свидетельствовала об их высоком положении в обществе), часто сидя за столом с серьезным выражением лица. Большинство групповых портретов ополчения были заказаны в Харлеме и Амстердаме и были гораздо более яркими и расслабленными или даже шумными, чем другие типы портретов, а также гораздо больше по размеру. Ранние примеры изображали их за обедом, но более поздние группы изображали большинство фигур стоящими для более динамичной композиции. Знаменитая "Рота капитана Франса Баннинга Кока" Рембрандта, более известная как "Ночной дозор" (1642), была амбициозной и не совсем удачной попыткой показать группу в действии, отправляющуюся на патруль или парад, а также инновационной в отказе от типичного очень широкого формата таких работ. Стоимость групповых портретов обычно делили между собой изображенные, часто неравномерно. Сумма, которую платили, могла определять место каждого человека на картине, будь то в полный рост в парадной одежде на переднем плане или только лицо на заднем плане. Иногда все члены группы платили одинаковую сумму, что, вероятно, приводило к спорам, когда некоторые члены занимали более видное место на картине, чем другие. В Амстердаме большинство этих картин в конечном итоге оказывались во владении городского совета, и многие из них сейчас выставлены в Амстердамском историческом музее; за пределами Нидерландов нет значительных примеров.
Сцены повседневной жизни
Сцены повседневной жизни, ныне называемые жанровыми картинами, заметно выделяются фигурами, к которым нельзя приписать конкретную идентичность – это не портреты и не изображения исторических личностей, а скорее зарисовки из обычной жизни. Наряду с пейзажной живописью, развитие и огромная популярность жанровой живописи является наиболее характерной чертой голландской живописи этого периода, хотя в этом случае она также была весьма популярна и во фламандской живописи. Многие из них изображают одиночные фигуры, такие как «Молочница» Вермеера, другие – большие группы людей на каких-либо общественных мероприятиях или толпы. «В XVII веке Голландия произвела больше и лучших художников, посвятивших себя жанровой живописи с подтекстом или без него, чем любая другая страна». В этом жанре существовало множество подтипов: одиночные фигуры, крестьянские семьи, сцены в тавернах, «веселые компании», женщины, занятые домашними делами, сцены деревенских или городских празднеств (хотя они были более распространены во фламандской живописи), рыночные сцены, сцены в казармах, сцены с лошадьми или домашними животными, в снегу, при лунном свете и многие другие. Фактически, для большинства из них существовали специальные термины на голландском языке, но общего голландского термина, эквивалентного «жанровой живописи», не было – до конца XVIII века англичане часто называли их «drolleries». Некоторые художники работали преимущественно в рамках одного из этих подтипов, особенно после 1625 года. В течение столетия жанровые картины, как правило, уменьшались в размерах. Хотя жанровые картины дают много информации о повседневной жизни жителей XVII века всех сословий, их достоверность не всегда можно принимать за чистую монету. Обычно они демонстрируют то, что искусствоведы называют «эффектом реальности», а не фактическое реалистичное изображение; степень этого эффекта варьируется от художника к художнику. Многие картины, кажущиеся просто изображением повседневных сцен, на самом деле иллюстрировали голландские пословицы и поговорки или передавали моральный посыл, значение которого теперь может потребоваться расшифровать искусствоведам, хотя некоторые из них достаточно ясны. Многие художники, и, несомненно, покупатели, стремились к обоюдному – наслаждаясь изображением беспорядка в домах или сценами из борделей, одновременно предоставляя моральную интерпретацию – работы Яна Стена, чья другая профессия была трактирщиком, являются примером. Баланс между этими элементами до сих пор обсуждается искусствоведами. Названия, данные картинам позднее, часто различают «таверны» или «гостиницы» и «бордели», но на практике это часто были одни и те же заведения, поскольку во многих тавернах были комнаты наверху или сзади, предназначенные для интимных встреч: «Гостиница спереди, бордель сзади» – голландская пословица. Работа Стена, приведенная выше, является ярким примером, и хотя каждый из ее отдельных элементов изображен реалистично, общая сцена не является правдоподобным изображением реального момента; как правило, в жанровой живописи изображается и сатиризируется ситуация. Традиция реконструирования скрытых эмблем, распространенная в эпоху Возрождения, в руках голландцев XVII века – почти повсеместно грамотных на родном языке, но в основном не получивших классического образования – превратилась в популярные и морализаторские произведения Якоба Катса, Ромера Висшера и других, часто основанные на популярных пословицах. Иллюстрации к этим произведениям часто цитируются непосредственно в картинах, и с начала XX века искусствоведы связывают пословицы, поговорки и девизы с большим количеством жанровых работ. Другим популярным источником смысла являются визуальные каламбуры, использующие множество голландских сленговых терминов в сексуальной сфере: влагалище могло быть представлено лютней (luit) или чулком (kous), а половой акт – птицей (vogelen), среди множества других вариантов, а также чисто визуальные символы, такие как обувь, носики, кувшины и флаконы, поставленные на бок. Те же художники часто писали работы в совершенно другом духе, изображая домохозяек или других женщин, отдыхающих дома или занятых работой – их число значительно превышает аналогичные изображения мужчин. Фактически, мужчины рабочего класса, занимающиеся своим делом, заметно отсутствуют в искусстве Золотого века Голландии, в пейзажах изображены путешественники и бездельники, но редко земледельцы. Несмотря на то, что Голландская республика была самой важной нацией в международной торговле в Европе и обилие морских пейзажей, сцены с докерами и другой коммерческой деятельностью встречаются очень редко. Эта группа сюжетов была голландским изобретением, отражающим культурные заботы эпохи, и была воспринята художниками из других стран, особенно Франции, в течение двух последующих столетий. Эта традиция развилась из реализма и детализированного фона ранненидерландской живописи, в которой Иероним Босх и Питер Брейгель Старший были одними из первых, кто превратил их в свои основные темы, также используя пословицы. Важными художниками раннего периода были Виллем Питерсзон Буйтевех, Франс Халс и Эсаяс ван де Вельде. Буйтевех писал «веселые компании» изысканно одетых молодых людей, с моральным смыслом, скрытым в деталях. Ван де Вельде также был важен как пейзажист, чьи сцены включали непритязательных персонажей, сильно отличающихся от тех, что изображены в его жанровых картинах, которые обычно происходили на садовых вечеринках в загородных домах. Халс был в основном портретистом, но также писал жанровые фигуры портретного размера в начале своей карьеры. Пребывание во Харлеме фламандского мастера крестьянских таверн Адриана Броувера, начиная с 1625 или 1626 года, дало Адриану ван Остаде его тему на всю жизнь, хотя он часто подходил к ней более сентиментально. До Броувера крестьян обычно изображали на открытом воздухе; он обычно показывает их в простой и тусклой обстановке, хотя иногда ван Остаде изображает их в нарочито обветшалых фермерских домах огромных размеров. Ван Остаде с такой же вероятностью писал одиночную фигуру, как и группу, как и утрехтские караваджисты в своих жанровых работах, и одиночная фигура или небольшие группы из двух-трех человек становились все более распространенными, особенно с изображением женщин и детей. Самой известной художницей этого периода была Юдит Лейстер (1609–1660), которая специализировалась на них, пока ее муж Ян Миенсе Моленаер не убедил ее отказаться от живописи. Харлемская школа фийнсхилдеров («тонких живописцев») была известна своими небольшими и тщательно проработанными картинами, многие из которых были такого типа. Ведущими художниками были Герард Ду, Габриэль Метсю, Франс ван Мирис Старший, а позже его сын Виллем ван Мирис, Годфрид Шалкен и Адриан ван дер Верф. Это более позднее поколение, чьи работы теперь кажутся чрезмерно изысканными по сравнению с их предшественниками, также писало портреты и исторические картины и было наиболее уважаемыми и вознагражденными голландскими художниками к концу периода, чьи работы пользовались спросом по всей Европе. Жанровые картины отражали растущее благосостояние голландского общества, и обстановка становилась все более комфортной, роскошной и тщательно прорисованной по мере развития столетия. Художники, не входившие в харлемскую группу, чьи общие темы также были более интимными жанровыми группами, включали Николаса Маса, Герарда тер Борха и Питера де Хооха, чья заинтересованность в свете во внутренних сценах была разделена Яном Вермеером, долгое время остававшимся малоизвестной фигурой, но теперь считающимся самым уважаемым жанровым живописцем.
Пейзажи и городские пейзажи
Пейзажная живопись была важным жанром в 17 веке. Фламандские пейзажи (особенно из Антверпена) XVI века послужили первым примером. Они не отличались особой реалистичностью, поскольку создавались преимущественно в мастерской, отчасти по воображению и часто все еще использовали возвышенный перспективный вид, типичный для ранней нидерландской пейзажной живописи в традиции "мирового пейзажа" Йоахима Патинира, Херри мет де Блеса и раннего Питера Брейгеля Старшего. Позднее развился более реалистичный голландский стиль, изображающий пейзаж с уровня земли, часто основанный на зарисовках, сделанных на пленэре, с пониженным горизонтом, что позволяло подчеркнуть впечатляющие облачные образования, столь характерные для климата региона, и создавало особый световой эффект. Любимыми сюжетами были дюны вдоль западного побережья, реки с широкими прилегающими лугами, где паслись стада, часто с силуэтом города на горизонте. Также были распространены зимние пейзажи с замерзшими каналами и ручьями. Море было излюбленной темой, поскольку Нидерланды зависели от него в торговле, боролись за новые земли и вели морские сражения с другими державами. Важными представителями раннего этапа развития реализма были Эсайас ван де Вельде (1587–1630) и Хендрик Аверкамп (1585–1634), оба также упоминались выше как жанровые живописцы – в случае Аверкампа одни и те же картины заслуживают упоминания в обеих категориях. С конца 1620-х годов началась "тональная фаза" в пейзажной живописи, когда художники смягчали или размывали контуры и сосредотачивались на создании атмосферного эффекта, уделяя особое внимание небу, а человеческие фигуры обычно отсутствовали или были небольшими и удаленными. Получили популярность композиции, основанные на диагонали, пересекающей пространство картины, и часто изображалась вода. Ведущими художниками были Ян ван Гойен (1596–1656), Соломон ван Руйсдаль (1602–1670), Питер де Молин (1595–1661), а в морской живописи – Симон де Влигер (1601–1653), а также множество менее известных художников – недавнее исследование насчитывает более 75 художников, работавших в манере ван Гойена хотя бы в течение определенного периода, включая Куйпа. С 1650-х годов началась "классическая фаза", сохранявшая атмосферное качество, но с более выразительными композициями и более сильными контрастами света и цвета. Композиции часто строились вокруг одинокого "героического дерева", ветряной мельницы или башни, или корабля в морских пейзажах. Ведущим художником был Якоб ван Руйсдаль (1628–1682), создавший большое количество разнообразных работ, используя все типичные голландские сюжеты, за исключением итальянского пейзажа (ниже); вместо этого он писал "нордические" пейзажи с темными и драматичными горными сосновыми лесами, бурными потоками и водопадами. Его учеником был Майндерт Хоббема (1638–1709), наиболее известный своей необычной "Аллеей в Миддельхарнисе" (1689, Лондон), отходящей от его обычных сцен с водяными мельницами и дорогами в лесу. Двумя другими художниками с более индивидуальным стилем, чьи лучшие работы отличались большим размером (до метра и более в ширину), были Эльберт Куйп (1620–1691) и Филипс Конинк (1619–1688). Куйп использовал золотой итальянский свет в вечерних сценах с группой фигур на переднем плане, а за ними – река и широкий пейзаж. Лучшие работы Конинка – это панорамные виды, как с холма, на обширные равнинные сельскохозяйственные угодья с огромным небом. Другой тип пейзажа, создававшийся на протяжении тональной и классической фаз, – романтический итальянский пейзаж, обычно в более гористой местности, чем в Нидерландах, с золотым светом и иногда с живописными средиземноморскими руинами и архитектурными деталями. Не все художники, специализировавшиеся на этом жанре, посещали Италию. Ян Бот (ум. 1652), побывавший в Риме и работавший с Клодом Лорреном, был ведущим разработчиком этого поджанра, который повлиял на работы многих живописцев пейзажей с голландскими мотивами, таких как Эльберт Куйп. Другими художниками, последовательно работавшими в этом стиле, были Николас Берхем (1620–1683) и Адам Пийнакер. Итальянские пейзажи были популярны в виде гравюр, и больше картин Берхема было воспроизведено в гравюрах в течение этого периода, чем работ любого другого художника. Ряд других художников не вписываются ни в одну из этих групп, прежде всего Рембрандт, чьи относительно немногочисленные пейзажи демонстрируют различные влияния, в том числе некоторые от Геркулеса Сегерса (ок. 1589–ок. 1638); его очень редкие пейзажи больших горных долин были очень личным развитием стилей XVI века. Аерт ван дер Неер (ум. 1677) писал очень маленькие сцены рек ночью или под льдом и снегом. Пейзажи с животными на переднем плане были отдельным подтипом и создавались Куйпом, Паулюсом Поттером (1625–1654), Альбертом Янсом Кломпом (1625–1688), Адрианом ван де Вельде (1636–1672) и Карелем Дюжарденом (1626–1678, домашние животные), а также Филипом Воуверманом, изображавшим лошадей и всадников в различных обстановках. Корова была символом процветания для голландцев, ранее игнорировавшимся в искусстве, и, помимо лошади, была самым часто изображаемым животным; козы использовались для обозначения Италии. "Молодой бык" Поттера – огромный и знаменитый портрет, который Наполеон увез в Париж (позже он был возвращен), хотя аналитики скота отметили, что изображение различных частей анатомии указывает на то, что это композиция из исследований шести разных животных разного возраста. Архитектура также увлекала голландцев, особенно церкви. В начале периода основной традицией были фантастические дворцы и виды городов с вымышленной архитектурой в стиле маньеризма, которые фламандская живопись продолжала развивать, а в Голландии были представлены Дирком ван Деленом. Появился больший реализм, и стали воспроизводиться экстерьеры и интерьеры реальных зданий, хотя и не всегда точно. В течение века возрос уровень понимания правильной передачи перспективы, и она была с энтузиазмом применена. Несколько художников специализировались на интерьерах церквей. Питер Янс Саенредам, чей отец Ян Саенредам гравировал чувственные обнаженные богинь в стиле маньеризма, писал безлюдные виды оштукатуренных готических городских церквей. Его акцент на ровном свете и геометрии, с небольшим изображением текстур поверхности, проявляется при сравнении его работ с работами Эмануэля де Витте, который оставлял людей, неровные полы, контрасты света и остатки церковной утвари, которые обычно игнорировал Саенредам. Герард Хоукгест, за которым последовали ван Витте и Хендрик ван Влиет, дополнили традиционный вид вдоль главной оси церкви диагональными видами, которые добавляли драматизма и интереса. Геррит Беркхейде специализировался на малонаселенных видах главных городских улиц, площадей и крупных общественных зданий; Ян ван дер Хейден предпочитал более интимные сцены тихих амстердамских улиц, часто с деревьями и каналами. Это были реальные виды, но он не стеснялся корректировать их для достижения композиционного эффекта.
Морская живопись
Голландская Республика зависела от морской торговли для своего исключительного богатства, вела морские войны с Великобританией и другими странами в этот период и была изрезана реками и каналами. Поэтому неудивительно, что жанр морской живописи был чрезвычайно популярен и достиг новых высот благодаря голландским художникам; как и в случае с пейзажами, отказ от искусственного возвышенного взгляда, характерного для ранней морской живописи, стал решающим шагом. Изображения морских сражений рассказывали истории о голландском флоте в зените его славы, хотя сегодня более высокую оценку обычно получают более спокойные сцены. Корабли обычно изображаются в море, а сцены в доках встречаются удивительно редко. Зачастую даже небольшие суда несут голландский триколор, и многие корабли можно идентифицировать как военные или принадлежащие к одному из многочисленных государственных судов. Многие картины включали в себя элементы суши – вид на пляж или гавань, или перспективу через устье реки. Другие художники специализировались на речных сценах, от небольших картин Соломона ван Рюйсдаля с маленькими лодками и зарослями тростника до масштабных итальянских пейзажей Эльберта Куйпа, где солнце обычно садится над широкой рекой. Этот жанр, естественно, имеет много общего с пейзажной живописью, и в развитии изображения неба они шли рука об руку; многие пейзажисты также писали пляжные и речные сцены. Среди художников были Ян Порцеллис, Саймон де Флайер, Ян ван де Каппель, Хендрик Дуббельс и Абрахам Сторк. Виллем ван де Велде Старший и его сын – ведущие мастера последних десятилетий, которые, как и в начале века, стремились сделать корабль главным объектом изображения, в то время как в тональных работах предыдущих десятилетий акцент делался на море и погоде. В 1672 году они переехали в Лондон, оставив главным художником мастера изображения бурного моря, немца по происхождению Людольфа Бахуйзена.
Натюрморт
Натюрморт был прекрасной возможностью продемонстрировать мастерство в изображении текстур и поверхностей с большой детализацией и реалистичными световыми эффектами. Разнообразные продукты, разложенные на столе, серебряные столовые приборы, сложные узоры и деликатные складки на скатертях и цветах – все это представляло вызов для художников. Голландские живописцы создавали большое количество натюрмортов, отражая голландскую «любовь к домашней культуре». Английский термин происходит от голландского слова *stilleven*, которое вошло в употребление около 1650 года. Выделялись несколько типов композиций: *banketje* – «банкетные натюрморты», *ontbijtjes* – более простые «завтраки». Практически все натюрморты несли морализаторский посыл, обычно касающийся быстротечности жизни – эта тема известна как *vanitas* – подразумеваемая даже при отсутствии очевидного символа, такого как череп, или менее явного, например, наполовину очищенного лимона (как жизнь, кажущаяся сладкой, но на вкус горькой). Цветы увядают, пища портится, а серебро бесполезно для души. Тем не менее, сила этого послания кажется менее ощутимой в более сложных произведениях второй половины века. Изначально изображаемые предметы почти всегда были обыденными. Однако с середины века все большую популярность приобрели *pronkstillevens* («парадные натюрморты»), изображавшие дорогие и экзотические предметы, которые развились как поджанр в 1640-х годах в Антверпене благодаря фламандским художникам, таким как Франс Снейдерс и Адриан ван Утрехт. Ранние реалистические, тональные и классические этапы пейзажной живописи нашли отражение и в натюрмортной живописи. Виллем Класзон Хеда (1595–ок. 1680) и Виллем Кальф (1619–1693) возглавили переход к *pronkstilleven*, в то время как Питер Клас (ум. 1660) предпочитал писать простые *ontbijt* («завтраки») или откровенные *vanitas*. У всех этих художников цвета часто приглушены, с преобладанием коричневых оттенков, особенно в середине века. Это менее характерно для работ Яна Давидса де Хема (1606–1684), важной фигуры, большую часть карьеры проведшей в Антверпене. Там его композиции начали расширяться в стороны, образуя широкие продолговатые картины, что было необычно для севера, хотя Хеда иногда писал более высокие вертикальные композиции. Художники, писавшие натюрморты, часто создавали династии; похоже, было много де Хемов и Босхартов, сын Хеды продолжил стиль своего отца, а Клас был отцом Николаса Берхема. Живопись цветов сформировала подгруппу со своими специалистами и иногда была прерогативой немногих женщин-художниц, таких как Мария ван Остервейк и Рахель Рёйс. Голландцы также лидировали в мире в ботанических и других научных рисунках, гравюрах и книжных иллюстрациях. Несмотря на интенсивный реализм отдельных цветов, картины создавались на основе отдельных этюдов или даже книжных иллюстраций, и цветы из разных сезонов часто включались в одну и ту же композицию, а одни и те же цветы появлялись в разных работах, как и предметы посуды. Существовала также определенная нереальность, поскольку букеты цветов в вазах на самом деле не были распространены в домах того времени – даже очень богатые люди выставляли цветы по одному в дельфтских тюльпанодержателях. Голландская традиция была заложена Амброзием Босхартом (1573–1621), фламандским художником, писавшим цветы, который к началу периода поселился на севере и основал династию. Его зять Балтазар ван дер Аст (ум. 1657) стал пионером в натюрмортах с ракушками, а также в живописи цветов. Эти ранние работы были относительно ярко освещены, а букеты цветов расположены довольно просто. С середины века стали популярнее композиции, которые можно справедливо назвать барочными, обычно на темном фоне, как, например, работы Виллема ван Элста (1627–1683). Художники из Лейдена, Гааги и Амстердама особенно преуспели в этом жанре. Мертвая дичь и птицы, написанные с натуры, но изученные после смерти, были еще одним поджанром, как и мертвая рыба, основной продукт голландской кухни – Абрахам ван Бейерен написал много таких работ. Голландцы были менее склонны к фламандскому стилю, сочетающему крупные элементы натюрморта с другими видами живописи – это считалось бы гордыней в портретах, – и к фламандской практике, когда художники-специалисты сотрудничали при создании различных элементов в одном произведении. Но это иногда случалось: Филипп Вуверман иногда привлекался для добавления людей и лошадей, чтобы превратить пейзаж в сцену охоты или стычки, Берхем или Адриан ван де Вельде – для добавления людей или домашних животных.
Иностранные земли
Для голландских художников "Шилдербоэк" Кареля ван Мандера предназначался не только как сборник биографий, но и как источник советов для молодых мастеров. Вскоре он стал классическим эталонным трудом для поколений молодых голландских и фламандских художников в XVII веке. В книге художникам рекомендовалось путешествовать и знакомиться с достопримечательностями Флоренции и Рима, и после 1604 года многие последовали этому совету. Однако примечательно, что самые выдающиеся голландские художники во всех областях, такие как Рембрандт, Вермеер, Халс, Стин, Якоб ван Рейсдал и другие, не совершили этого путешествия. Двумя наиболее известными из них были Франс Пост, пейзажист, и художник по натюрмортам Альберт Экхаут, создававший этнографические картины населения Бразилии. Первоначально они были выставлены в Большом зале дворца Врийбург в Ресифи. В Амстердаме был спрос на подобные картины, и Пост продолжал создавать бразильские пейзажи в течение многих лет после возвращения в Нидерланды. Голландская Ост-Индия была представлена в искусстве гораздо менее широко.
Последующая репутация
Огромный успех голландской живописи XVII века затмил творчество последующих поколений, и ни один голландский художник XVIII века — или, возможно, художник XIX века до Ван Гога — не получил широкой известности за пределами Нидерландов. Уже к концу этого периода художники жаловались, что покупатели проявляют больший интерес к художникам, ушедшим из жизни, чем к современным мастерам. Если только из-за огромного количества созданных произведений, голландская живопись Золотого века всегда составляла значительную часть коллекций старых мастеров, причем сам термин был изобретен в XVIII веке для обозначения художников Голландского Золотого века. Если рассматривать только картины Вувермана в старых королевских коллекциях, то в Дрездене их насчитывается более 60, а в Эрмитаже — более 50. Однако репутация этого периода претерпела множество изменений и сдвигов в акцентах. Почти неизменным фактором оставалось восхищение Рембрандтом, особенно со времен романтизма. Судьба других художников резко менялась в критическом плане и на рынке: в конце периода некоторые из активных лейденских фийншильдеров пользовались огромной славой, но с середины XIX века реалистические работы в различных жанрах стали цениться гораздо выше. Вермеер был спасен от почти полного забвения в XIX веке, к тому времени несколько его работ были ошибочно приписаны другим авторам. Однако тот факт, что многие его произведения уже находились в крупных коллекциях, часто под именами других художников, свидетельствует о том, что качество отдельных картин признавалось, даже если его творческое наследие в целом оставалось неизвестным. Другие художники также были возвращены из массы малоизвестных мастеров: поздние и очень простые натюрморты Адриаена Курте в 1950-х годах, а также пейзажисты Якобус Манкаден и Франс Пост в начале века. Жанровые картины долгое время были популярны, но не пользовались особым уважением. В 1780 году Гораций Уолпол осуждал их за то, что они "приглашают смех забавляться самой непристойной грубостью". Сэр Джошуа Рейнольдс, ведущий английский художник академического направления XVIII века, сделал несколько интересных замечаний о голландском искусстве. Он был впечатлен качеством "Молочницы" Вермеера (проиллюстрированной в начале этой статьи) и живостью портретов Халса, сожалея о том, что ему не хватило "терпения" для их надлежащего завершения, и выражал сожаление, что Стин не родился в Италии и не был сформирован эпохой Высокого Возрождения, чтобы его талант мог быть использован более эффективно. К времени Рейнольдса моральный аспект жанровой живописи уже не понимался даже в Нидерландах; ярким примером является так называемое "Отцовское наставление" Герарда тер Борха. Гёте и другие высоко оценили эту картину за тонкость изображения отца, делающего замечание дочери. На самом деле, по мнению большинства (но не всех) современных исследователей, это сцена предложения в борделе. Существуют две версии (Берлин и Амстердам), и неясно, была ли убрана или закрашена "показательная монета" в руке мужчины. Во второй половине XVIII века приземленный реализм голландской живописи был "вкусом вигов" в Англии, а во Франции ассоциировался с рационализмом эпохи Просвещения и стремлением к политическим реформам. В XIX веке, с почти всеобщим уважением к реализму и окончательным упадком иерархии жанров, современные художники стали заимствовать у жанровых живописцев как их реализм, так и использование предметов для повествовательных целей, и сами стали писать подобные сюжеты, причем все жанры, которые были разработаны голландцами, появлялись на гораздо больших холстах (за исключением натюрмортов). В пейзажной живописи итальянские художники были наиболее влиятельными и уважаемыми в XVIII веке, но Джон Констебл был одним из романтиков, которые осуждали их за искусственность, предпочитая тональных и классических художников. Фактически, обе эти группы оставались влиятельными и популярными в XIX веке.