Энтони Парнес: «Зверь» с Уолл-стрит и афера с акциями Guinness

Введение

Энтони Кит Парнс (родился в 1945 году) — английский бывший биржевой брокер, который был осужден и заключен в тюрьму вместе с Эрнестом Сондерсом, Джеральдом Ронсоном и Джеком Лайонсом в 1980-х годах за мошенничество с акциями компании Guinness; они коллективно стали известны как "Четверка Guinness". Парнс был приговорен к двум с половиной годам тюремного заключения по обвинениям в фальсификации бухгалтерской отчетности и краже.

Сын лондонского производителя одежды, Парнс начал свою трудовую деятельность в качестве офисного служащего у биржевого брокера. Работая на фондовой бирже в качестве "голубой кнопки" в A. J. Bekhore, он зарекомендовал себя как специалист по работе с крупными игроками в сфере теневого банковского бизнеса. Его коллеги прозвали его "Животным". Парнс сформировал стратегический пакет акций Debenhams для Ронсона и сэра Филиппа Харриса во время ожесточенной борьбы за поглощение группы универмагов компанией Burton. Эта доля помогла выиграть тендер для сэра Ральфа Халперна, председателя Burton, в напряженной концовке. Голосование состоялось в пользу Burton после того, как срок подачи предложения был продлен с 15:00 в пятницу до следующего воскресенья по специальному разрешению Панели по поглощениям. После работы в биржевых брокерах A. J. Bekhor, Rowe Rudd и McNally, он стал брокером, работающим за половину комиссии (то есть, вводящим брокером) в Alexander Laing and Cruickshank. Помимо работы с различными клиентами, в круг знакомых Парнса входят бывший генеральный директор крупной британской ювелирной компании Ratners Group Джеральд Ратнер и ресторатор и владелец клубов Ричард Кэринг.

Дело Гиннесса

Парнс и другие манипулировали ценой акций Guinness, чтобы обеспечить выгодное слияние с Distillers. Газета The Scotsman охарактеризовала его как "эксцентричного", и он был приговорен к двум с половиной годам тюремного заключения по обвинениям в фальсификации бухгалтерской отчетности и краже, но по апелляции срок был сокращен до 21 месяца. Парнс утверждал, что разумный человек с опытом работы в Сити не посчитал бы его действия нечестными. Акции Guinness не достигли цены, которую он считал оправданной. Он не признавал своей ответственности за раскрытие информации фондовой бирже. Он заявлял, что полученные им выплаты были за законные и ценные услуги. Он также утверждал, что ему не сообщили о том, что договоренности, заключенные им от имени Guinness plc, не были одобрены советом директоров компании. Апелляции "четверки Guinness" в 1991 и 1995 годах привели к смягчению их приговоров. В 1995 году Майкл Хеселтин, тогдашний президент Совета торговли, снял правительственный "запрет на разглашение", препятствовавший раскрытию доказательств в апелляциях подсудимых по делу Guinness. Хотя эта процедура была несправедливой, суд счел, что она не перевешивает доводы обвинения. Покойный Патрик Спенс, 3-й барон Спенс, подсудимый во втором судебном процессе по делу Guinness II, который добивался компенсации после снятия с него обвинений, сказал: "Мы годами пытались добиться отмены этого запрета". Он заявил, что апелляция по делу Guinness заставит дело "Matrix Churchill" выглядеть дилетантским. В деле "Matrix Churchill" трое мужчин не были заключены в тюрьму, а в деле "Guinness I" – были. Он настаивал на том, что в сделке с Guinness не было ничего предосудительного, и утверждал, что инспекторы DTI не понимали правил "игры" в сфере поглощений. Лорд Спенс сказал, что разница между победой и поражением в сделке по поглощению может зависеть от работы одного руководителя, и добавил: "Поглощения – это не джентльменское занятие, как хотели бы представить инспекторы. Это очень серьезный бизнес, вопрос жизни и смерти. За последние 10 лет мало что изменилось. Просто практики получили другие названия, как это было в 1980-х годах".

Parnes and others had manipulated the Guinness share price to enable it to merge favourably with Distillers. Described as "flamboyant" by The Scotsman, he was sentenced to two and a half years on charges of false accounting and theft, but had his sentence reduced to 21 months on appeal. Parnes' case was that a reasonable man with experience in the City would not at the time have regarded what he did as dishonest. Guinness shares did not reach a price higher than he thought was justified. He did not accept he had any responsibility to make disclosure to the Stock Exchange. He claimed the payments he received were for lawful and valuable services. He also claimed he was not told that the arrangements he made for Guinness plc had not been sanctioned by its board of directors. Appeals by the Guinness four in 1991 and 1995 resulted in their sentences being reduced. In 1995 Michael Heseltine, the then President of the Board of Trade, lifted a government "gagging order" preventing disclosure of evidence in the appeals of defendants in the Guinness case. While this procedure was unjust, the court felt that it did not outweigh the prosecution's arguments. The now deceased Patrick Spens, 3rd Baron Spens, a defendant in the second, Guinness II, trial, who campaigned for compensation after the charges against him were dropped, said: "We have tried for years to get the certificate lifted." He said that the Guinness appeal would make "Matrix Churchill look amateurish. In Matrix Churchill three men did not go to prison; in Guinness I, they did." He insisted that there was nothing wrong with the Guinness deal and says the DTI inspectors did not understand the rules of the takeover "game". Lord Spens said that the difference between winning and losing a takeover bid could easily be an executive's job and he said: "Takeovers are not genteel affairs, as the inspectors would have it. They are very, very serious, life and death businesses. Little has changed in the last 10 years. They are just called different names, the practices that went on in the 1980s."

Личная жизнь

Парнс был женат на Дениз Ратнер, сестре ювелирного бизнесмена Джеральда Ратнера. В результате дела о Guinness и 17 месяцев, проведенных в тюрьме, его брак распался, он был исключен из Лондонской фондовой биржи и покинул большой дом в Хэмпстеде, переехав в небольшую квартиру в центре Лондона.