Введение

Английская актриса и театральный менеджер (1848–1935)

Мадж Кендал (урождённая Маргарет Шафто Робертсон; 15 марта 1848 – 14 сентября 1935) была английской актрисой викторианской и эдуардианской эпох, наиболее известной своими ролями в пьесах Шекспира и английских комедиях. Вместе со своим мужем, У. Х. Кендалом (Уильям Хантер Гримстон), она стала важным театральным менеджером. Мадж Кендал происходила из театральной семьи. Она родилась в Гримсби, Линкольншир, где её отец управлял сетью театров. Она начала играть в раннем детстве и дебютировала в Лондоне в возрасте четырех лет. В подростковом возрасте она выступала вместе с Эллен и Кейт Терри в Бате и исполнила роли Офелии и Дездемоны в пьесах Шекспира в Вест-Энде. В 1869 году, в возрасте 21 года, она присоединилась к труппе театра «Хеймаркет» в Лондоне под руководством Дж. Б. Бакстона. Там она познакомилась и вышла замуж за актера У. Х. Кендала. После свадьбы, в августе 1869 года, они договорились выступать только в совместных постановках и стали известны публике как «Кендалы». Они вместе играли в новых пьесах таких драматургов, как У. С. Гилберт и Артур Пинеро, а также время от времени в классических произведениях Шекспира, Шеридана и других авторов. После ряда успешных выступлений в Лондоне и гастролей по Великобритании Кендалы объединились с актером Джоном Хэром для управления театром Святого Джеймса в период с 1879 по 1888 год, кардинально изменив судьбу театра, ранее известного своими финансовыми трудностями. В конце 1880-х и начале 1890-х годов Кендалы провели много времени в США, гастролируя по более чем 40 городам и заработав значительную сумму денег. Вернувшись в Великобританию и проработав на сцене более десяти лет, они ушли на пенсию в 1908 году. Мадж Кендал обычно считалась более талантливой актрисой, чем её муж, и особенно прославилась своими комедийными ролями. Критики по-разному оценивали её драматические работы: одни считали её натуралистическую игру тонкой и проникновенной, другие – холодной и отстранённой. Кендалы были частью движения, направленного на повышение социального престижа британского театра, и Мадж Кендал получила прозвище «мать английского театра». Она активно занималась благотворительностью, но в более позднем возрасте отдалилась от своих четырех выживших детей. Кендал пережила своего мужа и умерла на пенсии в своём доме в Чорливуде, графство Хартфордшир, в возрасте 87 лет.

Ранние годы

Мадж Робертсон, позже Кендал, родилась в Гримсби, Линкольншир. Некоторые ранние биографические справки ошибочно указывают Клитхорпс как место ее рождения; она была младшей из, по разным сведениям, 22 детей Уильяма Шафтоу Робертсона и его жены Маргаретты Элизабетты, урожденной Маринус. Ее отец происходил из театральной семьи. Он выступал в восьми театрах, принадлежавших его семье, в городах Линкольншира и его окрестностях, а затем стал их управляющим. Ее мать была из голландской семьи: ее отец преподавал языки в Лондоне, и она говорила по-английски без какого-либо иностранного акцента. В возрасте 17 лет она присоединилась к труппе Робертсонов, где встретила Уильяма, за которого вышла замуж в 1828 году. Ее старшие сестры Фанни (1830–1903) и Джорджина (1840–1913) стали актрисами. Другой брат, Эдвард Шафто Робертсон (1844–1871), также стал актером. Кендал посещала музыкальную академию и позже записала в своих мемуарах, что отец постоянно обучал ее литературе. Театры в Линкольншире постепенно становились нерентабельными, и Робертсоны переехали в Лондон в начале 1850-х годов, где Уильям стал совладельцем и управляющим театром Мэрилебон. Там, в 1854 году, в возрасте пяти лет, Кендал сыграла роль юной Мари в драме Эдварда Стирлинга «Борьба за золото, или Сирота Замерзшего Моря» под управлением отца. Вскоре последовали другие детские роли: Джинни, слепая девочка, в «Семи бедных путешественниках» (сценическая адаптация рассказа Чарльза Диккенса), а также роли в пантомиме «Тит-Тат-То» и старой мелодраме Августа фон Коцебуэ «Незнакомец». В 1855 году семья переехала в Бристоль, где Кендал сыграла Еву в драматизированной версии «Хижины дяди Тома», исполнив четыре песни. Ее вокальные данные получили высокую оценку, и казалось возможным оперное будущее, но она заболела дифтерией, и ее голос пострадал после удаления миндалин. Тем не менее, в 1863 году в театре Бата она исполнила певческую роль в «Сне в летнюю ночь», где ее сестры Эллен и Кейт Терри сыграли Титанию и Оберона соответственно. Семьдесят лет спустя Кендал вспоминала эту постановку: «Даже сегодня я помню исполнение Эллен Терри в роли Титании как воплощение очарования. В детстве мы называли друг друга «Нелли» и «Мэдж», и такими оставались до ее смерти». На протяжении этого десятилетия Робертсоны регулярно выступали в провинциальных театрах. После Бристоля и Бата в карьере Кендал произошла неудача, когда ее пригласили на главные роли в лондонском Вест-Энде. В июле 1865 года она дебютировала в театре Хеймаркет, сыграв Офелию в «Гамлете» Уолтера Монтгомери. Ее игра получила благоприятные отзывы. Газета «Эра» писала: «Мисс Мэдж Робертсон молода, но хорошо подготовлена в своем искусстве и обладает ярким, умным лицом, способным выражать самые разнообразные эмоции». Сцена безумия в четвертом акте была исполнена с большим вкусом, пафосом и тонкостью, и дебютантка получила значительную долю похвал. В том же сезоне на Хеймаркете она сыграла Бланш в «Короле Джоне» Монтгомери и Дездемону в «Отелло» Айры Олдриджа. Однако, несмотря на хорошие кассовые сборы, Монтгомери не был звездой первой величины, и сезон не стал прорывом в карьере главной героини. Позже в том же году она появилась там в роли Нериссы, с Мэри Фрэнсис Скотт Сиддонс в роли Порции и Монтгомери в роли Шейлока в «Венецианском купце». В следующем году Кендал воссоединилась с матерью в Халле. Там она сыграла леди Макбет напротив Сэмюэля Фелпса, и после женитьбы они почти всегда выступали в одних и тех же постановках. Труппа Хеймаркета распалась в конце 1874 года, и Кендалы организовали свой собственный тур, начавшийся в Бирмингеме в ноябре. В течение шести вечеров подряд они играли «Ромео и Джульетту», «Леди из Лиона», «Горбуна», «Как вам это понравится», «Ист-Линн», «Завещание дяди» и «Сорняки». Кендалы присоединились к актеру Джону Хэйру в Корт-Театре в марте 1875 года, дебютировав в новой комедии «Леди Флора». Хэйр исполнял комическую роль, а Кендалы играли романтических героев, Флору и Гарри Армитажа. Она сыграла миссис Фитцрой в «Чудесе девяти дней» Гамильтона Эйда, а затем леди Хильду в сказочной комедии Гилберта «Разбитые сердца». Она сыграла Сьюзан Хартли (роль, которую она повторила в нескольких последующих возобновлениях) в адаптации Палгрейва Симпсона французской комедии под названием «Кусок бумаги». и это продолжалось на протяжении большей части XIX века: «учреждение, долгое время считавшееся самым неудачным в Лондоне (1859); «это, казалось бы, несчастливое место развлечений» (1875); «неудачное; его вместимость была настолько мала, что [он не приносил дохода] даже при полных залах» (1888); По приглашению лорда Ньюри, владельца земельного участка театра, Кендалы и Джон Хэйр совместно взяли на себя управление театром в 1879 году. Впервые репутация театра была последовательно опровергнута. Новые арендаторы стремились как развлекать, так и улучшать общественный вкус, и, по мнению театрального историка Дж. П. Веринга, они достигли своей цели. Под их руководством в Сент-Джеймсе было поставлено двадцать одну пьесу: семь – новые британские произведения, восемь – адаптации французских пьес, а остальные – возобновления постановок. Розалинда в исполнении Кендал, всегда бывшая одной из ее любимых ролей, снова была высоко оценена. Среди ее коллег-актеров были Джордж Александр, Аллан Эйнсворт, Альберт Шевалие, Генри Кембл, Уильям Террис, Брэндон Томас и Льюис Уоллер. Кендалы налагали строгий моральный кодекс на членов своей труппы как на сцене, так и за кулисами. В том же театре Кендалы также представили «Владельца железоделательного завода», получив сопоставимые популярность и признание критиков. После непродолжительного возвращения в Лондон они отправились во второй, более масштабный тур по Америке с расширенным репертуаром. С октября 1891 года по май 1892 года они совершили то, что назвали своим третьим и последним американским туром, сыграв в общей сложности в тридцати пяти городах. Они вновь появились на лондонской сцене в театре Авеню в январе 1893 года в репертуаре из четырех пьес, а затем отправились в турне по английским провинциям, добавив в свой репертуар «Вторую миссис Танкерэй», которая недавно дебютировала в Лондоне с участием миссис Патрик Кэмпбелл. Критик Уильям Арчер сравнил двух актрис в заглавной роли: «Что касается прочтения роли Паулы миссис Кендал? Это работа опытной комедийной актрисы, которая в совершенстве владеет всеми ресурсами своего искусства. Сравнения неприятны, и я не собираюсь сравнивать миссис Кендал с миссис Патрик Кэмпбелл, кроме одного момента. Она, безусловно, вкладывает больше глубины чувств в более поздние акты, и в целом (я бы сказал) она поступает правильно». Кендалы затем повезли пьесу в США, где самопровозглашенные защитники морали осудили ее, а зрители стекались, чтобы увидеть ее. Шоу судил, что «ее завершенность исполнения, индивидуальность и очарование стиля, аппетитно остроумная концепция ее эффектов, мастерство ее искусства и себя [делают] ее все еще непревзойденной среди английских актрис в высокой комедии». в день, когда Три взял на себя ее роль. У Кендалов было по крайней мере шесть детей. Двое умерли в юном возрасте, и Кендалы отдалились от четырех других. Джон Гилгуд считал, что вина лежит на родителях, и сообщает, что Кендал упрекала себя незадолго до смерти. Кендал была удостоена свободы своего родного города Гримсби в 1932 году, став первой женщиной, получившей эту честь.

В художественной литературе

Кендал – один из персонажей пьесы 1979 года «Человек-слон» и одноименного фильма 1980 года, оба основаны на жизни Джозефа Меррика. В фильме её сыграла Энн Бэнкрофт, которую Джилгуд считал красивой, но совершенно неподходящей для этой роли: «Миссис Кендал бы перевернулась в гробу».

Репутация

Джилгуд писал, что многие люди, в том числе Джеймс Агет, ведущий критик того времени, "считали Мэдж Кендал лучшей актрисой в Англии, мастерицей комедии и бытовой драмы, даже превосходящей Эллен Терри". (Джилгуд, родившийся в 1904 году, был менее уверен в ее выдающихся качествах как шекспировской актрисы.) Агата оценивал ее выше Эдит Эванс и Мари Темпест и ставил в один ряд с Эллен Терри, миссис Патрик Кэмпбелл и Сибил Торндайк. Некролог в "Manchester Guardian" был озаглавлен "Дэйм Мэдж Кендал: самая талантливая актриса своего поколения", но неодобрительное упоминание в некрологе "The Times" вызвало протесты. Анонимный автор заметил:
"Чрезвычайная нехарактерная холодность темперамента и поверхностность мышления были преградами между ее игрой и любым проявлением величия; и ее редкие попытки в более сложных пьесах современной драмы (одной из них была "Вторая миссис Танкерей") оставляли публику равнодушной". Это вызвало немедленную реакцию; коллега Ф. Форбс Робертсон написал:
"Мэдж Кендал, несомненно, была нашим величайшим комиком; она первой начала интерпретировать свое искусство в современном ключе – первой стала нетеатральной, несентиментальной – качества, которые ваш критик назвал "холодностью темперамента и поверхностностью мышления". Безусловно, вопиюще необъективная оценка тонкой, чуткой игры этого великого комика. То, что она не преуспела во второсортной невротической драме "Вторая миссис Танкерей", было связано с ее непригодностью для нарочитой экзальтации". Сент-Джон Эрвин писал: "Мэдж Кендал была талантливой, но не великой актрисой", а "великой комедианткой". Он хвалил ее "необыкновенный задор, живость и веселье". Эрвин полагал, что стремление мужа к респектабельности препятствовало ее художественному развитию. Эрвин писал, что У. Х. Кендал не дотягивал до уровня своей жены как актер: "он был скучным и помпезным, как на сцене, так и в личной жизни, торжественным, назидательным человеком, чьи тяжеловесные высказывания жена воспринимала как самые остроумные шутки; и он культивировал респектабельность, которая, хотя и принесла ему и его гораздо более талантливой жене признание, сделала их обоих нелюбимыми в определенных кругах".