Разрушение и завоевание Британии: Проповедь Гильды VI века

Введение

Проповедь Гильдаса VI века «De Excidio et Conquestu Britanniae» (О разрушении и завоевании Британии, иногда просто «О разрушении Британии») – это произведение, написанное на латыни, предположительно британским клириком VI века н.э. Это проповедь в трех частях, осуждающая поступки современников Гильдаса, как светских, так и духовных лиц, которых он обвиняет в плачевном состоянии дел в постройманом британском обществе. Она является одним из важнейших источников по истории Британии V и VI веков, поскольку это единственный значимый источник за этот период, написанный современником описываемых людей и событий. Часть I содержит изложение британской истории от римского завоевания до времени Гильдаса, включая упоминания об Амброзии Аврелиане и победе бриттов над саксами в битве при горе Бадоник. Часть II представляет собой осуждение пяти королей за их различные грехи, включая как малоизвестные фигуры, так и относительно хорошо задокументированных, таких как Маелгвен Гвинедд. В части III содержится аналогичная критика британского духовенства того времени.

Дата

Работа Гилдаса имеет большое значение для историков, поскольку, хотя она и не является прежде всего историческим трудом, это практически единственный сохранившийся источник, написанный современником британских событий V и VI веков. Общепринятой датировкой создания произведения являются 540-е годы, однако в настоящее время всё чаще предполагается, что оно было написано значительно раньше – в первой четверти VI века или даже ранее. Кембриджский историк Карен Джордж, в своем исчерпывающем исследовании текста Гилдаса, предлагает временной диапазон около 510–530 гг. н.э. По мнению историка Гая Халсалла:
Существуют некоторые свидетельства в пользу существования «раннего Гилдаса», писавшего в конце V века. К ним относятся риторическое образование Гилдаса, его латинский стиль, его богословские интересы, а также переосмысление его исторической части и места в ней. Я склоняюсь к этой интерпретации, хотя доказать её невозможно. Маловероятно, что Гилдас писал до 480/490 гг. или значительно позже 550 г.; дальше мы не можем продвинуться. Эндрю Бриз утверждает, что Гилдас писал «De Excidio» в 536 году, в разгар экстремальных погодных явлений 535–536 годов, поскольку он упоминает о «густом тумане и черной ночи», которые «покрыли весь остров» Британии; однако он не зафиксировал последовавший за этим голод в 537 году, хотя эта теория оспаривается. Намерением Гилдаса при написании было проповедовать своим современникам в манере пророка Ветхого Завета, а не создавать летопись для потомков. Поэтому он приводит исторические детали лишь тогда, когда это служит его цели; например, он предлагает одно из первых описаний Вала Адриана и, возможно, Вала Антонина, хотя его рассказ об их истории весьма неточен. Однако он опускает детали, которые не способствуют его замыслу; он последовательно уклончив, мало упоминает имен и не указывает точных дат. Тем не менее, «De Excidio» остается важным трудом не только для средневековой истории, но и для британской истории в целом, поскольку это одно из немногих произведений, написанных в Британии, сохранившихся с VI века. В «De Excidio et Conquestu Britanniae» Гилдас упоминает, что год его рождения совпал с годом битвы при Монсе Бадонике, которая предположительно произошла в 482 г. н.э. Риторический стиль письма Гилдаса указывает на классическое латинское образование, которое вряд ли было доступно британцам после V века. «Анналы Камбрийские» указывают 570 год как год его смерти; однако «Анналы Тигернаха» датируют его смерть 569 годом.

Gildas's work is of great importance to historians, because, although it is not intended primarily as history, it is almost the only surviving source written by a near contemporary of British events in the fifth and sixth centuries. The usual date that has been given for the composition of the work is some time in the 540s, but it is now regarded as quite possibly earlier, in the first quarter of the sixth century, or even before that. Cambridge historian Karen George, in her exhaustive study of Gildas' text, offers a date range of c. 510–530 AD. In the view of the historian Guy Halsall:
There is some evidence for an 'early Gildas', writing in the late fifth century. This includes Gildas' rhetorical education, his Latin style, his theological concerns, and a rereading of his historical section and his place within it. I tend towards this interpretation, although it cannot be proven. It is unlikely that Gildas wrote before 480/490 or much after about 550; beyond that we cannot go. Andrew Breeze argues that Gildas was writing De Excidio in 536, in the middle of the extreme weather events of 535–536, because he cited a ‘certain thick mist and black night’ which ‘sits upon the whole island’ of Britain; but failed to record the subsequent famine in the year 537, but this theory is disputed. Gildas' intent in his writing was to preach to his contemporaries in the manner of an old testament prophet, not to write an account for posterity. Thus, he gives historical details where it serves his purpose; for instance he offers one of the first descriptions of Hadrian's Wall and perhaps the Antonine Wall, though his account of their history is highly inaccurate. However, he omits details where they do not contribute to his message; he is consistently vague, giving few names and no firm dates. Nonetheless, De Excidio remains an important work not only for medieval history but also for British history in general, as it is one of the few works written in Britain to survive from the 6th century. In De Excidio et Conquestu Britanniae, Gildas mentions that the year of his birth was the same year as the Battle of Mons Badonicus, which might have taken place in 482 AD. Gildas' rhetorical writing style indicates a classical Latin education that could hardly have been available to any Britons after the 5th century. The Annales Cambriæ gives the year of his death as 570; however the Annals of Tigernach dates his death to 569.

Рукописи и издания

Самая старая рукопись «De Excidio» – это Коттонианская рукопись Вителлиус A. VI, XI века, поврежденная пожаром в 1731 году, но тем не менее использованная Теодором Моммзеном в его издании. Другие рукописи включают рукопись публичной библиотеки Авранша под № 162 XII века, рукопись Библиотеки Кембриджского университета Ff. I. 27 XIII века и рукопись Библиотеки Кембриджского университета Dd. I. 17, датируемую приблизительно 1400 годом. Кембриджская Ff. I. 27 является редакция некоего Кормака и резко отличается от других рукописей тем, что содержит сокращенную форму различных частей и имеет множество текстовых вариантов, свойственных только ей. Фактически, самое древнее свидетельство о Гильдасе содержится в обширных цитатах и перефразировках «De Excidio», сделанных Бедой в его «Церковной истории народа английского», самые ранние рукописи которой датируются VIII веком. Трактат Гильдаса был впервые опубликован в 1525 году Полидором Вергилием, но с множеством признанных изменений и опущений. В 1568 году Джон Джосселин, секретарь архиепископа Паркера, издал новое издание, более соответствующее рукописным источникам, а в 1691 году в Оксфорде появилось еще более тщательно пересмотренное издание Томаса Гейла. В XVI веке он часто переиздавался на континенте, и еще один или два раза впоследствии. Следующее английское издание, описанное Августом Потхастом как *editio pessima*, было опубликовано Английским историческим обществом в 1838 году под редакцией преподобного Дж. Стивенсона. Текст Гильдаса, основанный на издании Гейла, сопоставленном с двумя другими рукописями и снабженном подробным введением, включен в Monumenta Historica Britannica. Другое издание представлено в работе Артура Уэста Хаддана и Уильяма Стуббса «Соборы и церковные документы, касающиеся Великобритании и Ирландии» (Оксфорд, 1869); последнее издание принадлежит Моммзену в Monumenta Germaniae Historica auct. antiq. XIII (Chronica min. iii), 1898. Таким образом, текст, используемый сегодня, является научной реконструкцией; основной источник и, возможно, вся рукописная традиция могут не сохранять оригинальный порядок страниц автографа.

The oldest manuscript of the De Excidio is Cottonian MS. Vitellius A. VI, of the eleventh century, damaged by fire in 1731, but used by Theodor Mommsen in his edition nevertheless. Other manuscripts include the Avranches public library MS. No. 162 of the twelfth century, the Cambridge University Library MS. Ff. I. 27 of the thirteenth century, and the Cambridge University Library MS. Dd. I. 17 of ca. 1400. Cambridge Ff. I. 27 is the recension of a certain Cormac, and differs sharply from the other manuscripts in that it contains a shortened form of various parts and has many textual readings peculiar to itself. The oldest attestation of Gildas is actually found in the extensive quotations and paraphrases of the De Excidio made by Bede in his Ecclesiastical History of the English People, the earliest manuscripts of which date to the eighth century. Gildas's treatise was first published in 1525 by Polydore Vergil, but with many avowed alterations and omissions. In 1568 John Joscelyn, secretary to Archbishop Parker, issued a new edition of it more in conformity with manuscript authority; and in 1691 a still more carefully revised edition by Thomas Gale appeared at Oxford. It was frequently reprinted on the Continent during the 16th century, and once or twice since. The next English edition, described by August Potthast as editio pessima, was published by the English Historical Society in 1838, and edited by the Rev. J. Stevenson. The text of Gildas founded on Gale's edition collated with two other manuscripts, with elaborate introductions, is included in the Monumenta Historica Britannica. Another edition is in Arthur West Haddan and William Stubbs, Councils and ecclesiastical documents relating to Great Britain and Ireland (Oxford, 1869); the latest edition is that by Mommsen in Monumenta Germaniae Historica auct. antiq. xiii. (Chronica min. iii. ), 1898. The text as it is used today is thus a scholarly reconstruction; the prime witness and possibly the entire manuscript stemma may not actually preserve the original page order of the autograph.

Часть II

Вторая часть состоит из осуждения пяти британских королей, и поскольку это единственная современная информация о них, она представляет особый интерес для исследователей британской истории. Гилдас облекает эти осуждения в аллегорические образы зверей из Книги Даниила и Книги Откровения, уподобляя королей зверям, описанным там: льву, леопарду, медведю и дракону. Короли, подвергшиеся резкой критике со стороны Гилдаса, это:

"Константин, тиранический щенок нечистой львицы Дамнонии", "ты, львиный щенок Аврелий Конан", "Вортипор, подобный пятнистому леопарду, тиран деметианцев", "Кунегласс, ты – медведь", "дракон острова Маглокуне". Причина неприязни Гилдаса к этим личностям неизвестна. Он был избирателен в своем выборе королей, поскольку не оставил комментариев относительно правителей других британских королевств, процветавших в то время, таких как Регед, Гододин, Гливисинг, Брайхениог, Кередигион, Повис, Элмет или королевства южной Англии. Константин – фигура неясная. Его Дамнония обычно отождествляется с королевством Думнония в современной юго-западной Англии. В ряде более поздних преданий упоминается король с таким именем в этом регионе. Некоторые ученые допускают возможность того, что Гилдас имел в виду территорию Дамноний в западной Шотландии, хотя Томас Д. О’Салливан считает это маловероятным. Аврелий Конан, также известный как Канинус, не может быть привязан к какому-либо конкретному региону Британии. Джон Эдвард Ллойд предполагает связь между этим королем и потомками великого героя Амброзия Аврелиана, ранее упомянутого Гилдасом; если это так, его королевство могло располагаться на территории, впоследствии захваченной англосаксами. Если форму Caninus следует сопоставлять с Cuna(g)nus, встречающейся в письменных источниках VI века, то в более поздних королевских генеалогиях результатом будет Cynan – распространенное имя. Если человек, упомянутый в обеих надписях, был тем же, что и Вортипорий Гилдаса, то следует ожидать, что латинская и ирландская формы будут написаны как *Vorteporigis и *Vortecorigas соответственно; различие в написании заставило некоторых предположить, что это не один и тот же человек, хотя возможно, что они были родственниками. Кунегласс – это Цинглас (современный валлийский: Cynlas) из королевских родословных, сын Оуайна Ддантгвина и внук Эниона, сына Кунедды. Он связан с южным Гвинедом, регионом Пенлин, и был предком более позднего короля Гвинеда, Карадога ап Меириона. Одним из его братьев был святой Сейриол. Маелгвен (Маглокуне), король Гвинеда, получает наиболее резкое осуждение и описывается почти как верховный король над другими королями (дракон Апокалипсиса, дарующий власть). Остров Англси был базой власти королей Гвинеда, поэтому описание Маелгвена как "дракона острова" вполне уместно. Его первенство над другими королями косвенно подтверждается в других источниках. Например, Маелгвен щедро поддерживал дело христианства по всему Уэльсу, что подразумевает ответственность, выходящую за пределы его собственного королевства. Он делал пожертвования в поддержку святого Брайнаха в Дифеде, святого Кадока в Гвинллуге, святого Киби в Англси, святого Падарна в Кередигионе и святого Тидехо в Поуисе. Он также связан с основанием Бангора.

"Constantine the tyrannical whelp of the unclean lioness of Damnonia". "thou lion's whelp Aurelius Conanus". "Vortipore who like to the spotted leopard tyrant of the Demetians". "Cuneglasse thou bear". "dragon of the island Maglocune". The reason for Gildas's disaffection for these individuals is unknown. He was selective in his choice of kings, as he had no comments concerning the kings of the other British kingdoms that were thriving at the time, such as Rheged, Gododdin, Glywysing, Brycheiniog, Ceredigion, Powys, Elmet, or the kingdoms of southern England. Constantine is obscure. His Damnonia is generally identified with the kingdom of Dumnonia in present day South West England. A number of later traditions refer to a king of this name in the area. Some scholars note the possibility that Gildas instead intended the area of the Damnonii in western Scotland, though Thomas D. O'Sullivan considers this unlikely. Aurelius Conanus, also called Caninus, cannot be connected to any particular region of Britain. John Edward Lloyd suggests a connection between this king and the descendants of the great hero Ambrosius Aurelianus mentioned previously by Gildas; if this is true his kingdom may have been located somewhere in territory subsequently taken by the Anglo Saxons. If the form Caninus should be connected with the Cuna(g)nus found in 6th century writings, the result in the later royal genealogies would be Cynan, a commonly occurring name. If the man mentioned in both inscriptions was the same as Gildas' Vortiporius, we would expect the Latin and Irish forms to have been spelled *Vorteporigis and *Vortecorigas, respectively; the difference in spelling has led some to suggest that they are not the same person, though it is possible that they were related. Cuneglasse is the Cynglas (modern Welsh: Cynlas) of the royal genealogies, the son of Owain Ddantgwyn and grandson of Einion, son of Cunedda. He is associated with the southern Gwynedd region of Penllyn, and he was the ancestor of a later King of Gwynedd, Caradog ap Meirion. One of his brothers was Saint Seiriol. Maelgwn (Maglocune), King of Gwynedd, receives the most sweeping condemnation and is described almost as a high king over the other kings (the power giving dragon of the Apocalypse). The Isle of Anglesey was the base of power of the kings of Gwynedd, so describing Maelgwn as the 'dragon of the island' is appropriate. His pre eminence over other kings is confirmed indirectly in other sources. For example, Maelgwn was a generous contributor to the cause of Christianity throughout Wales, implying a responsibility beyond the boundaries of his own kingdom. He made donations to support Saint Brynach in Dyfed, Saint Cadoc in Gwynllwg, Saint Cybi in Anglesey, Saint Padarn in Ceredigion, and Saint Tydecho in Powys. He is also associated with the foundation of Bangor.

Часть III

Третья часть начинается словами: "В Британии есть священники, но они глупцы; множество служителей, но они бесстыдны; клирики, но они коварные разбойники". Гильдас продолжает свою плач против духовенства своего времени, но в этом разделе не называет никого по имени и, следовательно, не проливает света на историю Церкви в этот период.

Наследие в англосаксонский период

После завоевания Британии, описанного в «De excidio», Гилдас оставался важным образцом для англосаксонских авторов, писавших как на латыни, так и на древнеанглийском языке. «Historia ecclesiastica gentis Anglorum» Беды сильно опирается на Гилдаса в изложении истории англосаксонских вторжений и развивает последствия тезиса Гилдаса о потере британцами божественной благодати, чтобы показать, что эта благодать перешла к англосаксам, принявшим христианство. В более поздний период древнеанглийской литературы, произведения Гилдаса послужили важным образцом для подхода Алкуина к описанию вторжений викингов, особенно в его письмах, касающихся разграбления Линдисфарна в 793 году. Обращение к Гилдасу как к историческому примеру призвано подчеркнуть идею морального и религиозного обновления как средства противодействия вторжениям. Аналогичным образом, Вульфстан Йоркский использует Гилдаса для выражения схожей мысли в своих проповедях, в частности в «Sermo Lupi ad Anglos».

Другие исторические последствия

Работа Гилдаса важна не только из-за исторической информации, которую он предоставляет. Ко времени написания трудов Гилдаса Британия была христианской. Гилдас использует латынь, чтобы обратиться к правителям, которых он резко критикует, и считает бриттов, по крайней мере в некоторой степени, римскими гражданами, несмотря на распад центральной имперской власти. К 597 году, когда святой Августин прибыл в Кент, Англия, или по крайней мере большая её часть, была населена последователями англосаксонского язычества, и новые правители не считали себя римлянами. Более точная датировка слов Гилдаса, следовательно, позволила бы с большей уверенностью определить хронологию перехода от пост-римской Британии к англосаксонской Англии – уверенность, которая была бы особенно ценной, учитывая крайнюю скудость точных дат и достоверных фактов за этот период.