Введение
R v Hydro Québec, [1997] 3 S. C. R. 213 является знаковым конституционным решением Верховного суда Канады. Суд постановил, что Закон Канады об охране окружающей среды, закон, направленный на защиту окружающей среды, относится к уголовному праву и был признан действительным федеральным законом.
Предыстория
Hydro Québec предположительно сливала полихлорированные бифенилы (ПХБ) в реку Сент-Морис в провинции Квебек в начале 1990-х годов.
Мотивы суда
Основные доводы были изложены судьей Ла Форестом, к которым присоединились судьи Л’Хёро-Дюбе, Гонтье, Кори и Маклачлин. Ла Форест начал с рассмотрения того, какая компетенция относится к регулированию "окружающей среды". Он пришел к выводу, что "окружающая среда" не является самостоятельной областью, которую можно отнести либо к провинциальной, либо к федеральной юрисдикции, а представляет собой диффузную область, которая может быть разделена между двумя уровнями власти. Ла Форест проанализировал суть и предмет закона. Он установил, что доминирующей чертой закона является "[защита] окружающей среды, жизни и здоровья человека от любых вредных веществ посредством регулирования этих веществ". Затем Ла Форест рассмотрел вопрос о том, является ли закон "уголовным правом", которое относится к федеральной компетенции в соответствии с пунктом 91(27) Конституционного акта 1867 года. Он отметил, что для признания деяния настоящим преступлением уголовное право должно содержать высокий уровень *mens rea*. Законы могут маскироваться (известные как "законы, прикрывающиеся уголовным преследованием") под уголовные, чтобы посягнуть на провинциальную юрисдикцию. Ла Форест заявил, что критерий для определения "прикрытия" заключается в том, имеет ли закон "обоснованную общественную цель", лежащую в основе запрета. Он пришел к выводу, что защита окружающей среды представляет собой такую обоснованную цель. Это вопрос, имеющий международные последствия, но это не препятствует провинциям регулировать его совместно с федеральным правительством. Ла Форест отклонил аргумент Hydro Québec о том, что закон является лишь регуляторной схемой и не представляет собой уголовное право. Он отметил, что закон "является эффективным средством избежать излишне широких запретов и точно нацеливаться на конкретные токсичные вещества". Положения закона направлены не на общую защиту окружающей среды, а на контроль опасных и токсичных веществ. Регулирование необходимо в силу сложности вопроса и не указывает на простую регуляторную схему.
Не согласен
Разногласное мнение было написано главным судьей Лэмером, к которому присоединились судьи Сопинка, Якобуччи и Майор. Лэмер рассмотрел выводы Ла Форе. Он согласился с тем, что защита окружающей среды, представленная как защита здоровья, является допустимой целью уголовного права, однако не согласился с тем, что закон был направлен на защиту окружающей среды. Лэмер заявил, что целью закона является регулирование загрязнения окружающей среды. Он ссылается на несколько положений, указывающих на регуляторный характер закона. В частности, он отмечает, что статьи 34 и 35 стремятся регулировать состояние окружающей среды и не устанавливают никаких запретов, свойственных уголовному праву. Закон предоставляет министру окружающей среды право по своему усмотрению время от времени запрещать определенные вещества, что Лэмер считает весьма необычным способом принятия уголовного закона. Кроме того, провинции могут быть освобождены от действия закона, если они уже регулируют аналогичные вопросы на своей территории, несмотря на то, что провинции не имеют полномочий принимать уголовные законы. Затем Лэмер рассмотрел, подпадает ли закон под "национальный аспект" федерального полномочия по поддержанию мира, порядка и надлежащего управления. Чтобы закон мог быть применен, он должен касаться "нового" предмета, "должен обладать единством, отличительностью и неделимостью, которые четко отличают его от вопросов, находящихся в ведении провинций, и масштабом воздействия на провинциальную юрисдикцию, который согласуется с фундаментальным распределением законодательной власти, установленным Конституцией". Лэмер пришел к выводу, что определение "токсичных веществ" было слишком широким, чтобы соответствовать этому критерию, поскольку оно включало не только вещества, пересекающие границы, но и те, которые этого не делают. Следовательно, этот вопрос мог регулироваться провинцией и не прошел бы "тест на провинциальную неспособность", установленный в деле R. v. Crown Zellerbach.