Введение

Югославский поджанр военных фильмов.

[[File:Valter Brani Sarajevo. jpg|thumb|upright|Фильм «Вальтер защищает Сараево» 1972 года, посвященный партизанам, имеет культовый статус в странах бывшей Югославии. По словам хорватского киноведа Иво Шкрабало, партизанское кино – «один из самых аутентичных жанров, возникших в югославском кинематографе».

Определение и сфера применения

Существуют разногласия, даже среди кинокритиков, относительно точного определения жанра. Акцент делается на ключевых, общеизвестных, "учебных" примерах партизанской борьбы, таких как крупные сражения и операции, которым затем придается официально одобренная интерпретация. Отсутствие подлинных, известных лидеров партизанского движения, за исключением Йосипа Броза Тито. По мнению Павичича, это было сделано, чтобы избежать угрозы культу личности Тито. Мозаичная структура, в которой порой участвуют десятки персонажей, и за чьей судьбой наблюдают на протяжении всего фильма. Эти персонажи представляют различные классы или социальные слои (интеллектуалы, крестьяне) или разные этнические группы. Сочетание комического и трагического. Присутствие иностранных (неюгославских) персонажей в роли свидетелей и арбитров. Их задача – наблюдать и подтверждать мученичество и героизм югославских народов, как это показано в партизанских фильмах, посылая символическое сообщение ("Вот, мир признает нас такими, какие мы есть"). Характерное изображение немцев: хотя они представлены как злодеи и демонизируются различными способами, они также показаны превосходящими по силе и дисциплине, как эффективный, изощренный и даже гламурный противник. Концовки с использованием приема deus ex machina, в которых партизаны выбираются из, казалось бы, безвыходных ситуаций. Анализ Павичича подвергся критике за его неполную применимость ко всем партизанским фильмам, и было приведено несколько заметных исключений из этой формулы. К 1980-м годам экономические трудности в стране и изменения в идеологической обстановке, особенно среди молодого югославского поколения, привели к снижению интереса к жанру, а критический и коммерческий провал "Великого транспорта" Булажича (1983) обычно рассматривается как символический конец эпохи партизанского кино.