Хормузд Рассам: Ассирийский археолог и дипломат

Введение

Ассирийский археолог (1826–1910)

Хормузд Рассам (هرمز رسام; 1826 – 16 сентября 1910) был ассириологом и автором. Он известен рядом важных археологических открытий, сделанных в период с 1877 по 1882 год, включая глиняные таблички с текстом Эпоса о Гильгамеше – древнейшего известного литературного произведения в мире. Широко считается, что он был первым известным археологом с Ближнего Востока и ассирийским археологом из Османской империи. Он эмигрировал в Соединенное Королевство, где получил британское гражданство и поселился в Брайтоне. Он представлял правительство в качестве дипломата, содействуя освобождению британских дипломатов из плена в Эфиопии.

Ранние годы

Хормузд Рассам был ассирийцем по происхождению, родившимся в Мосуле в Верхней Месопотамии (современный северный Ирак), которая в то время входила в состав Османской империи. Его отец был прихожанином Халдейской католической церкви, где его дед, Антон Рассам из Мосула, служил архидьяконом. Мать Хормузда, Тереза, была дочерью Исаака Халаби из Алеппо, также находившегося тогда в составе Османской империи. Благодаря тому, что брат Хормузда занимал должность британского вице-консула в Мосуле, он и получил возможность начать сотрудничество с Лейардом.

Ранняя археологическая карьера

В возрасте 20 лет, в 1846 году, Рассам был нанят британским археологом Остеном Генри Лейардом в качестве плательщика на раскопках в Нимруде, расположенном неподалеку от древнего ассирийского города. Лейард, находившийся в Мосуле во время своей первой экспедиции (1845–1847), был впечатлен трудолюбием Рассама и взял его под свою опеку; они остались друзьями на всю жизнь. Лейард предоставил Рассаму возможность поехать в Англию и учиться в Колледже Магдалены при Оксфордском университете. Он проучился там 18 месяцев, после чего сопровождал Лейарда во второй экспедиции в Ирак (1849–1851). Лейард оставил археологию, чтобы начать политическую карьеру. Рассам продолжил полевые работы (1852–1854) в Нимруде и Ниневии, где совершил ряд важных и самостоятельных открытий. Среди них – глиняные таблички, которые впоследствии были расшифрованы Джорджем Смитом как «Эпос о Гильгамеше» – древнейшая в мире написанная повествовательная поэма. Описание на табличках мифа о потопе, датируемое временем на 1000 лет более ранним, чем самое раннее упоминание библейской истории о Ное, вызвало в то время оживленные споры относительно библейского изложения древней истории.

Дипломатическая карьера

Рассам вернулся в Англию. С помощью Лейарда он начал новую карьеру на государственной службе, получив назначение в британское консульство в Адене, быстро поднявшись до должности первого политического резидента и способствуя ряду соглашений между британцами и ранее враждебными лидерами местных общин. В 1866 году в Эфиопии возник международный кризис, когда британские миссионеры были взяты в заложники императором Теодросом II. Англия решила отправить Рассама в качестве посла с посланием от королевы Виктории в надежде на мирное разрешение ситуации. После почти годовой задержки в Массаве Рассам наконец получил разрешение от императора войти в его владения. Из-за восстаний в провинции Тигрэй Рассаму пришлось следовать извилистым путем, который привел его в Кассалу, затем в Метемму вдоль западного берега озера Тана, прежде чем он наконец встретился с императором Теодросом в северном Годжаме. Поначалу его усилия казались перспективными, поскольку император поселил его в Корате, деревне на юго-восточном берегу озера Тана, и одаривал многочисленными подарками. Император отправил в свой лагерь британского консула Чарльза Дункана Кэмерона, миссионера Генри Аарона Стерна и других заложников. Однако примерно в это же время в Массаву прибыл Чарльз Тилстон Беке и передал Теодросу письма от семей заложников с просьбой об их освобождении. По крайней мере, действия Беке лишь вызвали подозрения у Теодроса. Рассам, описывая этот инцидент в своих мемуарах, был более прямолинеен: «Я считаю, что изменение в поведении короля по отношению ко мне и несчастья, которые в конечном итоге постигли членов миссии и старых пленников, начались с этого дня». Монарх внезапно передумал и взял Рассама под стражу. Британские заложники содержались в плену два года, пока английские и индийские войска под командованием Роберта Нейпира, 1-го барона Нейпира из Магдалы, в ходе британской экспедиции в Абиссинию 1868 года не разрешили ситуацию, разгромив военачальника и его армию. Репутация Рассама была подорвана в газетных репортажах, поскольку его несправедливо изображали неэффективным в общении с императором. Это отражало викторианские предрассудки того времени по отношению к «восточным народам». Однако у Рассама были сторонники как в прессе, так и, особенно, в правительстве среди министров как либерального, так и консервативного толка. В 1869 году London Quarterly Review положительно отозвался о мемуарах Рассама об абиссинском кризисе, признал его квалификацию для выполнения миссии и защитил его действия в сложных обстоятельствах: «Это развеет любые сомнения относительно происхождения его миссии, мудрости выбора ее руководителя и способа выполнения задачи необычайной сложности, деликатности и опасности. Мистер Рассам показал, что два последовательных правительства должны были выразить полное одобрение его действиям. Лорд Стэнли, будучи человеком, стоящим над партийными интересами, высоко оценил его как государственного служащего, несправедливо подвергшегося нападкам и осуждению; и в письме к мистеру Рассаму, представленном парламенту, он выразил высокое мнение правительства Ее Величества о его поведении в течение трудного и утомительного периода его работы в Министерстве иностранных дел и заявил, что он действовал последовательно наилучшим образом, и что его благоразумие, осмотрительность и умелое управление во многом способствовали сохранению мира». «Это широкое признание его заслуг, исходящее от столь высокого и беспристрастного источника, должно послужить достаточной компенсацией Рассаму за несправедливость и жестокость, мы могли бы даже сказать злонамеренность, нападок на его личный характер и общественную деятельность как в парламенте, так и в прессе, когда он находился в плену и не мог ответить или защитить себя». Королева Виктория вручила ему денежную премию в размере 5000 фунтов стерлингов за услуги, оказанные в качестве ее посланника в кризисный период. Рассам возобновил свою археологическую работу, но в последующие годы выполнял и другие поручения для британского правительства. Во время русско-турецкой войны (1877–78) он был направлен в разведывательную миссию для изучения положения христианских общин, армян и греков, в Анатолии и Армении.

Rassam returned to England. With the help of Layard, he began a new career in government with a posting to the British Consulate in Aden, quickly rising to the post of First Political Resident and facilitating a number of agreements between the British and formerly hostile local community leaders. In 1866, an international crisis arose in Ethiopia when British missionaries were taken hostage by Emperor Tewodros II. England decided to send Rassam as an ambassador with a message from Queen Victoria in the hope of resolving the situation peacefully. After being delayed for about a year in Massawa, Rassam at last received permission from the Emperor to enter his realm. Due to rebellions in Tigray Province, Rassam was forced to follow a circuitous route taking him to Kassala, then to Metemma along the western shore of Lake Tana before finally meeting with Emperor Tewodros in northern Gojjam. At first his effort seemed promising, as the Emperor established him at Qorata, a village on the south eastern shores of Lake Tana, and sent him numerous gifts. The emperor sent the British consul Charles Duncan Cameron, the missionary Henry Aaron Stern, and the other hostages to his encampment. However, about this time Charles Tilstone Beke arrived at Massawa and forwarded letters from the hostages' families to Tewodros asking for their release. At the least Beke's actions only made Tewodros suspicious. Rassam, writing in his memoirs of the incident, is more direct: "I date the change in the King's conduct towards me, and the misfortunes which eventually befell the members of the Mission and the old captives, from this day." The monarch suddenly changed his mind, and made Rassam a prisoner as well. The British hostages were held for two years until English and Indian troops under Robert Napier, 1st Baron Napier of Magdala in the 1868 British Expedition to Abyssinia resolved the standoff by defeating the warlord and his army. Rassam's reputation was damaged in newspaper accounts because he was unfairly portrayed as ineffectual in dealing with the emperor. This reflected Victorian prejudices of the time against "Orientals". However, Rassam did have supporters, both in the press and especially in government amongst both Liberal and Tory ministers. In 1869, the London Quarterly Review received Rassam's memoir of the Abyssinian crisis positively, acknowledged Rassam's qualifications for the mission and defended his actions under difficult circumstances:
[I]t will remove any doubts that may still exist as to the origin of his mission, the wisdom of the selection of its chief, and the manner in which a task of extraordinary difficulty, delicacy, and danger was performed it [is] shown by Mr. Rassam that two successive Governments should have expressed their entire approval of his conduct Lord Stanley has done, that he is above party of a public officer who has been unjustly attacked and condemned; and in a letter to Mr. Rassam, laid before Parliament, he expressed the high sense entertained by Her Majesty's Government of his conduct during the difficult and arduous period of his employment under the Foreign Office, and declared that he had acted throughout for the best, and that his prudence, discretion, and good management seem to have tended greatly to preserve the peace. [and secured] prisoners in the most serious risk This ample recognition of his services, coming from so high and impartial a quarter, ought to afford ample compensation to Ram for the injustice and cruelty we might almost say malignity of the attacks made upon his personal character and his public conduct, both in Parliament and the press, when he was in captivity and unable to reply or to defend himself. Queen Victoria presented him with a purse of £5,000 for services rendered as her envoy in the crisis. Rassam resumed his archaeological work, but did undertake other tasks for the British government in later years. During the Russo Turkish War (1877–78), he undertook a mission of inquiry to report on the condition of the Christians, Armenian and Greek Christian communities of Anatolia and Armenia.

Позднее археологическая карьера

В 1877–1882 годах, совершая четыре экспедиции по поручению Британского музея, Рассам сделал ряд важных открытий. Многочисленные значимые находки были доставлены в музей благодаря соглашению, заключенному с османским султаном старым коллегой Рассама Остеном Генри Лейардом, к тому времени послом в Константинополе, которое позволяло Рассаму вернуться и продолжить ранее начатые раскопки, а также "упаковывать и отправлять в Англию любые антиквариаты, которые [он] обнаружит, однако при условии отсутствия дубликатов". Представителю султана было поручено присутствовать на раскопках для осмотра предметов по мере их обнаружения. В Ассирии его главными находками стали храм Ашшурнасирпала II в Нимруде (Калаху), цилиндр Ашшурбанипала в Ниневии и две уникальные и исторически ценные бронзовые полосы с ворот Балава́та. Он соотнес знаменитые висячие сады Вавилона с насыпью, известной как Бабил. Он раскопал дворец Навуходоносора II в Борсиппе. После 1882 года Рассам жил преимущественно в Брайтоне, Англия. Он писал об ассиро-вавилонских исследованиях, древних христианских народах Ближнего Востока и современных религиозных дискуссиях в Англии.

Археологическая репутация

Открытия Рассама привлекли всемирное внимание. Итальянская Королевская академия наук в Турине присудила ему премию Браццы в размере 12 000 франков за четыре года, с 1879 по 1882 год. Он был избран членом Королевского географического общества, Общества библейской археологии и Института Виктории. Сэр Генри Роулинсон, "Отец ассириологии", был лингвистом и ключевой фигурой в расшифровке клинописного письма, а также одним из попечителей Британского музея во время более поздних раскопок Рассама. Он был британским консулом в Багдаде во время первоначальных раскопок Рассама в Ниневии и возглавил британские раскопки в 1853 году. Рассам считал, что заслуги за некоторые из его открытий были приписаны старшими сотрудниками Британского музея. В 1893 году Рассам подал в британский суд на хранителя Британского музея Э. А. Уоллиса Баджа по обвинению в клевете и диффамации. Бадж утверждал, что Рассам использовал "своих родственников" для контрабанды древностей из Ниневии и отправлял в Британский музей лишь "мусор". Пожилой Рассам был глубоко оскорблен этими обвинениями. Когда он оспорил утверждения Баджа в суде, он получил частичные извинения, которые позже суд счел "недостойными". Рассам был полностью поддержан судом. Последующие археологические находки, связанные с артефактами, такими как ворота Балавата в Дур-Шаррукине, подтверждают версию Рассама о произошедшем споре. К концу жизни репутация и достижения Рассама вновь получили большее признание, по крайней мере, среди его профессиональных коллег; в некрологе, посвященном Рассаму, Королевское географическое общество написало: "Смерть господина Хормузда Рассама лишает Королевское географическое общество одного из его старейших и наиболее выдающихся членов". Однако, согласно современному исследованию археологии, решение Лейарда оставить Рассама ответственным за раскопки, когда он ушел в 1851 году, было "возможно, не самым мудрым шагом, поскольку Рассам продолжал, вплоть до 1880-х годов, масштабное и, по сути, не задокументированное одновременное разграбление большого числа объектов не только в Ассирии, но и в Вавилонии, в то время как другие археологи начинали действовать более ответственно". У него также была дочь, Энни Ферида Рассам, родившаяся в 1878 году. Она тайно родила в седьмом месяце беременности, 10 сентября 1914 года, Жанну Фериду Рассам в клинике Версингеторикс, расположенной по адресу 219 rue Vercingétorix в 14-м округе Парижа. Предполагаемым отцом девочки был сэр Джон Арнольд Уоллинджер, представитель секретных служб. Жанна была усыновлена французской парой, месье и мадам Андре Куртиаль. Через несколько месяцев Энни Ферида Рассам вернулась в Брайтон.

Rassam's discoveries attracted worldwide attention. The Italian Royal Academy of Sciences at Turin awarded him the Brazza prize of 12,000 francs for the four years from 1879 to 1882. He was elected as a fellow of the Royal Geographical Society, the Society of Biblical Archaeology, and the Victoria Institute. Sir Henry Rawlinson, the "Father of Assyriology", was a linguist who was a key figure in the deciphering of cuneiform, also one of the trustees of the British Museum at the time of Rassam's later excavations. He had been British Consul in Baghdad at the time of Rassam's original excavations at Nineveh, and had been placed in charge of the British excavations in 1853. Rassam believed that the credit for some of his other discoveries had been taken by senior British Museum staff. In 1893 Rassam had sued the British Museum keeper E. A. Wallis Budge in the British courts for both slander and libel. Budge had written that Rassam had used "his relatives" to smuggle antiquities out of Nineveh and had only sent "rubbish" to the British Museum. The elderly Rassam was upset by these accusations. When he challenged Budge in court, he received a partial apology that a later court considered "ungentlemanly". Rassam was fully supported by the courts. Later archaeological evidence found in relation to artefacts such as the Balawat Gates at Dur Sharrukin support Rassam's account of the dispute. By the end of his life, Rassam's reputation and achievements were once again receiving greater recognition, at least amidst his professional colleagues; in their obituary for Rassam, the Royal Geographical Society wrote: "The death of Mr Hormuzd Rassam deprives the Royal Geographical Society of one of its older and more distinguished Fellows "

However, a modern account of the archaeology says that Layard leaving Rassam in charge of his excavations when he left in 1851 was "not perhaps the wisest choice, since Rassam continued, even into the 1880s, an extensive and essentially unrecorded simultaneous looting of a large number of sites not only in Assyria but in Babylonia, at a times when other excavators were beginning to act more responsibly. He also had a daughter, Annie Ferida Rassam, born in 1878. She gave birth secretly at seven months of pregnancy, on September 10, 1914, to Jeanne Ferida Rassam at the Vercingétorix clinic, 219 rue Vercingétorix, in the 14th arrondissement at Paris. The baby girl's alleged father was Sir John Arnold Wallinger, delegate of the secret services. Jeanne was adopted by a French couple, Monsieur and Madame André Courthial. Annie Ferida Rassam returned to Brighton a few months later.

Смерть

Рассам умер 8 сентября 1910 года и был похоронен на кладбище Хоув. Несколько личных вещей, связанных с его карьерой, в том числе цепи, которые он носил во время плена в Эфиопии, были переданы в музей Хоува и экспонировались там до 1950-х годов, как вспоминал его правнук Корнелиус Кавендиш. В то же время другие предметы, относящиеся к Рассаму и находившиеся в коллекции музея, были запрошены для пополнения собрания Британского музея.