Введение

Канадский политик (1886-1963) Джон Осборн Уильямс (28 марта 1886 - 6 июля 1963) был владельцем лесозаготовительного и пит-прицепа экспортирующего бизнеса, известного как The Labrador Development Company limited, базирующаяся в Порт-Хоуп-Симпсон, Ньюфаундленд и Лабрадор с 1934 по 1948 год.

Ранние годы

Уильямс родился на 46 Джордж-стрит, Кардифф, Уэльс, в доме своих родителей, и был младшим сыном Силаса и Мэри Уильямс. Он был одним из восьми детей и известен как "Джек" в семье. В 1900 году он бросил школу в возрасте 14 лет и начал заниматься экспортом древесины. "Джайо", как его обычно называли, как и двух его братьев Хирама и Артура, стал коммерческим клерком в пятнадцать лет. Опыт тяжелой промышленной и канцелярской работы семьи был основой для по крайней мере двух других компаний по вырубке леса, торговле и судоходству, которые он должен был создать. В 1908 году, в возрасте 22 лет, он переехал работать в компанию Эванс и Рид, экспортёров угля из Кардиффа и импортеров реквизитов для ям. В 1914 году во время Первой мировой войны он работал в Балтийском регионе, а в августе того же года он отправился в Монреаль, проведя с сентября по декабрь 1914 года в Доминионе Ньюфаундленд. С конца войны он стремился развивать свои деловые интересы на острове. В 1921 году он получил поддержку в размере 10 000 фунтов стерлингов от Франклин Томас и Компания, импортера угля из Кардиффа, чтобы помочь ему создать компанию J. O. Williams в 1925 году. Однако ликвидация Британской и Североамериканской торговой компании, в которой Уильямс имел акции, обанкротила его.

Развитие района Лабрадор

До того, как компания прибыла в современный порт Хоуп-Симпсон, произошли некоторые события. На борту корабля S. S. Sylvia, направлявшегося в Сент-Джонс, Ньюфаундленд из города Галифакс, Новая Шотландия, Уильямс впервые обсудил свои амбиции в отношении лабрадора с сэром Джоном Хоуп Симпсоном, комиссаром по природным ресурсам и исполняющим обязанности комиссара юстиции в 1934-1936 годах, и Томасом Лоджем, комиссаром по коммунальным услугам с 1934 по 1937 год. Он завоевал их своим энтузиазмом, оптимизмом и опытом и убедил их, что он именно тот тип предпринимателя, которого они искали. Они, со своей стороны, не могли поверить в то, что им повезло встретить его. Они рассматривали Уильямса как человека, который мог бы помочь им в их новых должностях. Лодж описал Уильямса в офисе Доминиона в Лондоне как 1/3 провидца, 1/3 спекулянта и 1/3 бизнесмена. Однако со временем выяснилось, что Симпсон и Лодж совершили серьезную ошибку в своих суждениях, вступив в деловые отношения с Уильямсом. В июне 1934 года первая партия управленческого и административного персонала приземлилась на месте на реке Алексис. Уильямс нанял 520 человек; южных инуитов из близлежащих общин и безработных мужчин с острова Ньюфаундленд, которые пришли на работу по правительственным пропускам. Он показал, что в этом районе, помимо промысла трески, возможна постоянная занятость, и хотя он объединил южнолабрадорских инуитов и новофаундландцев, большинство новофаундландцев не оставались в регионе более двух-трех лет. Однако из-за переезда южных семей инуитов в этот район для участия в новых экономических проектах сообщалось, что в 1934 году в Порт-Хоуп-Симпсон было почти 70 семей. Однако в течение одного месяца, к 26 июля 1934 года, 225 лесорубов из Лабрадорской компании по разработке леса вернулись в Сент-Джонс, потому что они были недовольны своими условиями труда. Хотя мужчины были готовы работать, они находили плохое жилье и мало еды. Компания контролировала всех через очень строгого менеджера и потому, что Уильямс запретил любую покупку и продажу за пределами своего магазина. (Хотя один предприимчивый местный житель привез лодку с грузом вверх по реке в Порт-Хоуп Симпсон, Ньюфаундленд и Лабрадор, пришвартовался на берегу и продолжил быструю торговлю, прежде чем его остановили.) Рабочим платили от 1,75 до 2 долларов за шнур (48 до 55 центов за кубический метр) подставки, используя пилу в течение 12 часов в день. Им давали рацион, в основном из бобов и каши, и покупали порчущую еду в магазине компании. Мужчины должны были охотиться, чтобы получить достаточно пищи для себя и своих семей. Многие не инуиты, не привыкшие к такому образу жизни, пришли с мечтами о процветании, но вскоре поняли, что условия были такими же, как и в рыболовстве. Они всегда были в долгах! Когда вышел отчет главного судьи Данфилда о публичном расследовании, это означало, что план Управления Доминионов дискредитировать персонажа Уильямса серьезно провалился. Правительство хотело, чтобы отчет был похоронен после публикации. "В целом, я полагаю, что Комиссия будет довольна тем, что основные части обоих докладов будут похоронены настолько глубоко, насколько позволяет их публикация на местном уровне. " Чадвик Дж. С., Доминионс Офис, Лондон 29 июня 1945 Судья Данфилд обнаружил, что у Уильямса закончились наличные резервы, которые были необходимы для расширения операций. Он считал, что правительство также несет ответственность за компанию и заставило Уильямса вырубать больше древесины, чтобы обеспечить больше работы для людей. Данфилд знал, что 19 400 долларов в год капитала должны были быть возвращены правительству (1 доллар за шнур (28 центов за м3) при ограниченном производстве) плюс высокие проценты по государственному кредиту и что изначально планировалось вырубать 50000 шнуров (180000 м3) древесины в год. Данфилд пришел к выводу, что ни Уильямс, ни правительство не в полной мере оценили, сколько будет стоить проект Порт-Хоуп-Симпсон, и поэтому компания была недофинансирована с самого начала. Она оказалась в порочном круге, где у нее не было достаточных средств для расширения, и без расширения ее накладные расходы не могли быть оплачены. Данфилд ясно дал понять, что он не был уверен в финансовом состоянии компании с самого начала. Его суждение было, что правительство перешло от поддерживающего партнера к строгому кредитору. Затем началась Вторая мировая война, и свободный экспорт пит-прицепов прекратился. Люди с 1934 по 1939 год ...

Расследование РКМП о событиях 3 февраля 1940 года

На следующей основе Королевская канадская конная полиция, базирующаяся в Сент-Джонсе, Ньюфаундленд, решила в августе 2002 года начать собственное расследование того, что действительно произошло в ранние часы 3 февраля 1940 года в Порт-Хоуп-Симпсон: Никакой соответствующий ежемесячный отчет рейнджеров Ньюфаундленда о условиях жизни в районе Порт-Хоуп-Симпсон за февраль 1940 года не был найден, написанный рейнджером Кларенсом Дуайером или любым другим рейнджером из отряда Порт-Хоуп-Симпсон. Никакого медицинского заключения от доктора, который, по-видимому, лечил Ольгу на месте двух смертей, не было найдено. На протяжении многих лет сэр Джон Хоуп Симпсон прилагал последовательные усилия, чтобы держать Ньюфаундлендские рейнджеры под юрисдикцией Департамента природных ресурсов, а не под Министерством юстиции. Эпитафия на могиле была изменена, и в ее содержании есть очевидные расхождения. Недостаточные, неоплачиваемые зарплаты и серьезный недостаток жилья для лесорубов и их семей существовали для первых поселенцев и способствовали подозрительным, ожесточенным обстоятельствам, окружающим две смерти. В 1969-1970 годах местные жители не знали, что происходило в первые годы работы пионерского лесозаготовительного лагеря. В то время, когда произошли эти убийства, в совете директоров компании в Сент-Джонсе не было ни одного государственного директора. Правительство назначило Клода Фрейзера и Томаса Лоджа в совет директоров компании, чтобы "сдержать молчание". Семейная традиция тайны, окружающая эти две смерти, также убедительно говорит о том, что это не случайность, что прикрытие продолжает скрывать правду о том, что действительно произошло в ранние часы 3 февраля 1940 года.