Введение
Лидер Объединенных ирландцев Томас Пэлизер Рассел (21 ноября 1767 - 21 октября 1803) был одним из основателей и ведущим организатором Объединенных ирландцев, отмеченных его радикальными демократическими и миллениарскими убеждениями. Член северного исполнительного органа движения в Белфасте и ключевая фигура в продвижении республиканского альянса с аграрными католическими защитниками, он был арестован перед восстаниями 1798 года и удерживался до 1802 года. Он был казнен в 1803 году после неудавшегося восстания Роберта Эммета в Дублине, которое он пытался, но не смог, поднять поддержку среди ветеранов Объединенной и Защитников на севере.
Thomas Paliser Russell (21 November 1767 – 21 October 1803) was a founding member, and leading organiser, of the United Irishmen marked by his radical democratic and millenarian convictions. A member of the movement's northern executive in Belfast, and a key figure in promoting a republican alliance with the agrarian Catholic Defenders, he was arrested in advance of the risings of 1798 and held until 1802. He was executed in 1803, following Robert Emmet's aborted rising in Dublin for which he had tried, but failed, to raise support among United and Defender veterans in the north.
Предыстория
Рассел родился в Дромахене, графство Корк, в семье, которая в начале 1770-х годов переехала в Дублин, когда его отец, ветеран американской войны, был назначен капитаном инвалидов в Королевской больнице в Килменхеме. В пятнадцать лет он отплыл с полком своего брата в Индию. В июле 1783 года он был назначен прапорщиком в пехотный полк и участвовал во Второй англо-майсурской войне. В Каннаноре он отличился тем, что вынес своего раненого командира с поля боя. Его заслуги сделали его "благоприятно известным" сэру Джону Бургойну и лорду Корнуоллису. Однако он был возмущен тем, что он считал "несправедливым и хищным поведением, преследуемым властями в случае двух местных женщин", и в 1786 году вернулся в Ирландию. После краткого обучения для церковного служения, он провел следующие четыре года в качестве полуоплачиваемого офицера в Дублине, изучая науку, философию и политику. В июле 1790 года в галерее посетителей в Ирландской палате общин он встретил Теобальда Вулфа Тона. Он также критиковал действия в нижней палате, где патриотский лидер Генри Граттан не смог воспользоваться своим триумфом в обеспечении законодательной независимости Ирландии от Англии ("Революция 1782 года") для осуществления значимых реформ. Написав свою автобиографию шесть лет спустя в Париже, Тоун описывал встречу с Расселом как "одно из самых счастливых событий в моей жизни".
Рассел в Белфасте
В конце августа 1790 года Расселл был назначен офицером 64-го пехотного полка, базировавшегося в Белфасте. Как офицер гарнизона, Расселл был принят в общество вновь возникшего профессионального и делового класса города. В основном пресвитерианцы, они были возмущены привилегиями и монополиями англиканского возвышения и сочувствовали тому, что они воспринимали как демократические идеалы американской, а теперь и французской революций. Благодаря своему остроумному уму и своей собственной радикальной наклонности Рассел стал доверенным лицом Уильяма Дреннана, Сэмюэля МакТайера, Сэмюэля Нилсона, а позже Генри Джоя МакКраккена, Джеймса Хоупа и других, которые должны были сыграть выдающуюся роль в движении Объединенной Ирландии. Говорят, что Рассел восхищался и уважал как мужчин, так и женщин. Сестра Дреннана Марта МакТир и сестра МакКраккена Мэри Энн МакКраккен доверили ему свою жизнь. Мэри Энн, которая считала Рассела "образцом мужской красоты" с изяществом, "которое может дать только превосходство интеллекта", МакТир попросила Рассела выступить на собраниях других радикально мыслящих женщин и заявила: "Я очень восхищаюсь этим человеком, и если бы у меня была власть, я верю, что он был бы первым человеком, которому я бы служила". Однако его передовые мысли о их правах не исключали конфликтных отношений с женщинами. Его дневник также должен был записать мучения как любви к идеализированной и неприступной Элизе Годдард (дочь близкого друга МакТайера), так и вины, посещаемой проститутками Белфаста. В октябре 1791 года, в присутствии Тона, приглашенного в Белфаст в качестве сторонника политического союза с лишенными гражданских прав католиками, Расселл посетил первое собрание Общества Объединенных ирландцев. В то время как Тоун вновь обобщил свои аргументы от имени католиков Ирландии, Рассел рассказал об истории Католического комитета в Дублине и о своих переговорах с ведущими католиками. Резолюции, которые Тоун попросил Расселла написать, призывали к устранению всех оставшихся таинственных испытаний и к "равному представительству всех людей" в Дублинском парламенте. Через несколько месяцев, чтобы избежать долгов, Расселл принял предложение виконта Нортленда из Тайрона, отца старого друга из армии, стать сенешалом (своего рода стипендиатом) в дворе усадьбы Нортлендов в Дунганноне. Но Рассел был потрясен антикатолической позицией своих коллег-магистров и, возможно, также семьи Нортленд, и в октябре 1792 года он подал в отставку. Его опыт в Дунганноне в значительной степени способствовал развитию его радикализма, и он больше никогда не занимал официальных должностей или не искал покровительства своих аристократических друзей. С помощью Дреннана в 1793 году Расселл занял должность, более подходящую для его друзей: библиотекарь в Белфастском обществе по распространению знаний (позднее библиотека Лайнен-Холл). Годом ранее, под активным покровительством доктора Джеймса МакДоннелла, Общество организовало Ассамблею Харперов в Белфасте. Как секретарь, Рассел позаботился о том, чтобы были опубликованы записи мелодий, написанные его другом Эдвардом Бантингом. В 1794 году Расселл посещал занятия по ирландскому языку, проводимые Пэдригом О'Лоингсихом (Патриком Линчем) в Белфастской академии.
Объединенные ирландские революционеры
Вступление Великобритании в войну против революционной Франции в начале 1793 года и последующие усиления внутренних репрессий вызвали у Объединенных ирландцев все большее отчаяние в реформе. В то же время, возможность французского вмешательства и помощи поощряла мысль о восстании. К середине 1793 года Расселл потерял свои симпатии к парламентским патриотам или ирландским вигам. В письме в бельфастскую газету Northern Star он осудил парламентскую оппозицию Генри Граттана как "незначительную" и обвинил его в "провозглашении, улыбке и болтовне о злоупотреблениях этого министерства, которое, если бы не он, не существовало бы сейчас". Рассел и его друг Уильям Сэмпсон (младший адвокат Джона Филпота Куррана) предположили, что в Ирландии английские уставы, которые Граттан отмечал в своем строгом конституционализме - Магна-Карта, Билль о правах и Habeas Corpus - не делали больше, чем "развлекать массы". В июне 1795 года, будучи членом все более заговорщического Северного исполнительного комитета Общества, Расселл встретился с Маккраккеном. Нилсон, Роберт Симмс и, на пути в изгнание в Соединенные Штаты, с Тоном. В крепости МакАрта на вершине холма Пещеры, с видом на Белфаст, они поклялись в знаменитой клятве "никогда не прекращать наших усилий, пока мы не подвергнем власть Англии над нашей страной и не утвердим нашу независимость". Рассел много путешествовал по Ольстере, вербуя и организуя членов Объединенных ирландцев. В сентябре 1795 года информатор сообщил, что "кап. Рассел из Белфаста назначен командующим всеми обществами в провинции Ольстер"; в то время как через некоторое время один из самых надежных агентов правительства сообщил Касл, что Объединенные ирландцы готовы подняться и что "Рассел теперь проводит все их планы". Его роль в качестве рекрутера Объединенных Ирландцев была отмечена в известной балладе "Человек из Бог знает где".
Социальное радикальное
В 1796 году Расселл опубликовал "Письмо народу Ирландии о современном состоянии страны" - наиболее полное изложение его демократических и все более миллениалистических взглядов. Он упрекнул аристократию за задержку прогресса в направлении реформ в 1780-х годах, их моральную коррупцию, их недостоинство править и их бесполезное, паразитическое существование и настаивал на том, что все люди имеют не только право, но и обязанность, заниматься правительством и политикой. Только если законодательство стремится служить "всему человеческому роду", а не только эгоистичным меньшинствам, может быть надежда, что оно отразит естественную справедливость, установленную Богом. Он осуждал жестокость мельничной работы и нищету, вызванную вымогательством и безразличием аристократии и правительства. Он рекомендовал объединение "профсоюзов" не только для ремесленников, но и для рабочих и котировщиков. В июле 1793 года он утверждал: "Насколько я могу видеть, люди, владеющие землей или коммерческой собственностью, решительно против борьбы, которая может рисковать и ничего не сделать. Люди начинают это понимать, и когда они почувствуют свою силу и силу, они сами это сделают и прощаются с собственностью! Рассел, возможно, был ближе к Марте МакТир в его оценке. В 1795 году она написала письмо своему брату из плебейского клуба якобинцев в Белфасте (среди них были и ирландцы-однородцы), в котором с одобрением описала его как состоящего из "лиц и чинов, которые долгое время были унижены, но теперь выступают с информацией, которая может опозорить их лучших". В Белфасте Расселл менее спорно высказывал свое непреклонное несогласие с рабством. Ветеран кампании против рабства, сестра Генри Джой МакКракена Мэри Энн, вспоминала, что, будучи молодым офицером в Белфасте, Рассел "воздерживался от использования продуктов рабского труда, пока рабство в Вест-Индии не было отменено, и на обедах, на которые его так часто приглашали, и когда кондитерские изделия так часто использовались, он не принимал ничего со сахаром". Но Расселл, имея опыт в Индии, имел более широкую критику несправедливости колониальной торговли, в которой был вовлечен Белфаст. Он предостерегал: <blockquote>Если англичане или любой другой народ считают, что золото является достаточным поводом для пролития крови, если они удовлетворены тем, что наполняют мир кровавой бойней и нищетой, чтобы они могли приобрести гвоздики, мускатный орех, контракты и рабов, пусть это не будет так с нами. С его близким другом Генри Джой Маккракен, Рассел был ключевой фигурой в формировании альянса между северными Объединенными ирландцами и величайшим существующим телом "людей без собственности", Защитников. Ответ на нападения Пип О'Дей на католические дома в середине 1780-х годов, к началу 1790-х годов Защитники (рисуя, как и Объединенные ирландцы, на ложную структуру масонства) были тайным клятвой братства, охватывающего Ульстер и Ирландские Средние земли. Такие действия все больше тревожили власти, и 16 сентября 1796 года они, наконец, ударили. Большое военное подразделение пришло в Белфаст, оцеплило город и арестовало нескольких ведущих членов Соединенных Штатов, включая Расселла. Обвиненный в государственной измене, Рассел был заключен в тюрьму Ньюгейт, где весной и летом 1798 года он был вынужден сидеть в течение неудачного восстания. Он был значительно более неохотно, чем большинство его коллег, чтобы прийти к соглашению с правительством, пытаясь из тюрьмы подстрекать дальнейшее вооруженное сопротивление. В марте 1799 года он был задержан еще на три года вместе с другими государственными заключенными в Форт-Джордж в Шотландии. Из его писем видно, что, размышляя о состоянии мира, он все больше и больше находил смысло и утешение в библейских пророчествах. Совокупный эффект продолжения войны в Европе, ее распространения на Ближний Восток и кровавого лета 1798 года в Ирландии, похоже, только усилил его убеждение, что мир тогда был занят временем бедствий, которые, как предсказал святой Иоанн, предшествуют приходу царства Христа. Его обязанностью было подготовить путь, подняв руку против британской монархии, разжигающей войну. В конце июня 1802 года, когда война с Францией на короткое время прекратилась, Расселл был освобожден при условии, что он будет сослан в Гамбург.