Введение

Квир-теория — это область постструктуралистской критической теории, возникшая в начале 1990-х годов из квир-исследований (ранее часто называвшихся исследованиями геев и лесбиянок) и женских исследований. Термин «квир-теория» широко связан с изучением и теоретизированием гендерных и сексуальных практик, существующих за пределами гетеросексуальности, и с оспариванием представления о гетеросексуальности как о норме. Вслед за развитием социального конструктивизма в социологии, квир-теоретики часто критикуют то, что они считают эссенциалистскими взглядами на сексуальность и гендер. Вместо этого они изучают эти понятия как социальные и культурные феномены, часто посредством анализа категорий, бинарных оппозиций и языка, посредством которых они, как считается, репрезентируются.

История

Неформальное использование термина «квир-теория» началось с Глории Анзальдуа и других ученых в 1990-х годах, находившихся под влиянием работ французского постструктуралистского философа Мишеля Фуко. Тереза де Лауретис организовала первую конференцию по квир-теории в 1990 году. Дэвид Халперин, один из первых теоретиков квир-теории, пишет в своей статье «Нормализация квир-теории», что использование этого термина де Лауретис поначалу было несколько спорным, поскольку она объединила слово «квир», которое только начинало употребляться активистами, уличными подростками и представителями мира искусства в утвердительном, позитивном ключе, и слово «теория», которое воспринималось как обладающее значительным академическим весом. В начале 1990-х годов термин начал обретать легитимность в академической среде. Хотя квир-теория является академической дисциплиной, получившей распространение в научном сообществе, ее корни также можно проследить к активизму, к возвращению уничижительного термина «квир» в 1980-х годах в качестве зонтичного понятия для тех, кто не отождествляет себя с гетеронормативностью. В влиятельном эссе Майкл Уорнер утверждал, что квирность определяется тем, что он назвал «гетеронормативностью» – совокупностью идей, нарративов и дискурсов, предполагающих, что гетеросексуальность является естественной, предпочтительной или нормальной формой сексуальной ориентации. Уорнер отметил, что хотя многие мыслители на протяжении столетия размышляли о сексуальности с негетеросексуальной точки зрения, квирность представляет собой особый вклад в социальную теорию именно по этой причине. Лорен Берлант и Уорнер развили эти идеи в своем основополагающем эссе «Секс на публике». Критики, такие как Эдвард Карпентер, Гай Хоккенгем и Джеффри Уикс, подчеркивали то, что они назвали «необходимостью рассматривать сексуальность как поле власти, как исторический способ формирования личности и как арену часто критической утопической цели». В то время как термины «гомосексуал», «гей» или «лесбиянка», которые они использовали, обозначали конкретные идентичности со стабильными референтами (то есть определенную культурную форму, исторический контекст или политическую программу, значения которых можно анализировать социологически), слово «квир» определяется в связи с целым рядом практик, моделей поведения и проблем, которые приобретают смысл только в их общем противопоставлении категориям, которые якобы являются «нормальными». Такой подход подчеркивает задолженность квир-теории концепции нормализации, обнаруженной в социологии девиантности, особенно в работах Мишеля Фуко, который исследовал нормализацию гетеросексуальности в своей книге «История сексуальности». В «Истории сексуальности» Фуко утверждает, что репрессивные структуры в обществе контролируют дискурс о сексе и сексуальности, тем самым вытесняя его в частную сферу. Поскольку это определение квирности не имеет фиксированной точки отсчета, Джудит Батлер описала предмет квир-теории как арену «коллективного оспаривания». Она предполагает, что термин «квир» никогда не должен быть «полностью присвоен», но всегда и только переосмыслен, искажен, «квирирован» от предыдущего использования и направлен на решение насущных и расширяющихся политических задач. В то время как сторонники утверждают, что эта гибкость позволяет постоянно адаптировать квир-теорию к опыту людей, сталкивающихся с маргинализацией и дискриминацией из-за своей сексуальности и гендера, критики утверждают, что такая «критика без субъекта», как ее часто называют, рискует оторвать культурные формы от их социальной структуры, политической организации и исторического контекста, сводя социальную теорию к простому «текстуальному идеализму».

Анализ однополых партнерств

Квир-теория рассматривает микроуровень – идентичность отдельного человека, мезоуровень – индивида в его ближайшем окружении, таком как семья, друзья и работа, и макроуровень – более широкий контекст общества, культуры, политики, государственной политики и права. Соответственно, квир-теория изучает не только сообщества, окружающие людей, идентифицирующих себя как квир, но и сообщества, которые они сами создают. Сообщества, основанные на однополых отношениях, имеют важное значение для формирования квир-теории. Знаковая работа Андреаса Франка «Преданные чувства» всесторонне освещает жизненные обстоятельства каминг-аута, гомосексуальность и однополые сообщества в начале нового тысячелетия.

Квир-теория и коммуникационные исследования

Как междисциплинарная концепция, квир-теория применяется в различных областях, включая коммуникативные исследования. Она вошла в сферу коммуникации благодаря книге Джеффри Рингера «Квирные слова, квирные образы: коммуникация и конструирование гомосексуальности», опубликованной в 1994 году, которая предложила квир-перспективу для анализа результатов коммуникативных исследований. Квир-теория также внесла вклад в коммуникативные исследования, ставя под сомнение представления гетеронормативного общества о том, что считается отклоняющимся и табуированным, а что – нормативным и ненормативным.

Очень странная семейная обстановка .

Междисциплинарность квир-теории очевидна в ее применении к изучению и критике коммуникации в семье. Одной из критических замечаний в отношении изучения коммуникации в семье является ее сосредоточенность на «традиционных» семьях, часто с акцентом на гетеросексуальных родителях и детях. Хотя в последнее время все больше исследований коммуникации в семье стали включать нетрадиционные семьи, критический риторический ученый Роберта Шеврет утверждает, что исследователи продолжают рассматривать нетрадиционные семьи, включая семьи с открыто заявляющими о своей квирности членами, через призму гетеронормативности. Теория критической инвалидности – это всеобъемлющий термин, используемый для наблюдения, обсуждения и оспаривания того, как люди, подвергающиеся маргинализации из-за отличий в социальном контексте (таких как физические или ментальные особенности, а также любые другие различия, приводящие к их исключению из общества), относятся к ним в обществе. Из-за споров вокруг определения понятия «квир», включая вопрос о том, следует ли вообще давать ему определение или оставлять его намеренно открытым, в квир-теории существует множество разногласий и противоречий. Батлер и другие предупредили, что определение или концептуализация квир-теории как академической дисциплины может привести к ее неизбежному искажению или уничтожению, поскольку ее основная цель – критика академической среды, а не превращение в формальную область научных исследований. В своей основе квир-теория не конструирует и не защищает какую-либо конкретную идентичность, а, опираясь на постструктурализм и деконструкцию, активно критикует гетеронормативность, разоблачая и разрушая традиционные предположения о том, что сексуальные и гендерные идентичности по умолчанию являются гетеросексуальными или цисгендерными. Воображение – важнейший аспект квир-теории. Это инструмент для создания новых миров, которые в настоящее время недоступны для недостаточно представленных или угнетенных сообществ, стимулируя трансформационный подход к существующим нормам. Интерсекциональный подход децентрализует квир-теорию и, таким образом, перераспределяет власть в пользу более радикальных нарративов, что соответствует определению самой квирности: бросая вызов доминирующим, белым и гетеросексуальным дискурсам. По мнению критического теоретика Даниэля Джил Де Ламадрида, интерсекциональность может быть использована для изучения того, как квир-идентичность расово конструируется как нормативно белая, а также для анализа межсекционной стигмы и сопротивления, возникающих в результате такой расовой конструкции. Интерсекциональность признает, что сложные идентичности и социальные категории формируются в результате «структурированного множественного угнетения». Следовательно, личная идентичность интерсекциональных людей по своей сути является политической. Такие организации, как Кампания по правам человека, ранее использовали это понимание в своей деятельности по официальной защите прав квир-людей. Однако квир-теоретики и активисты, такие как Лиза Дагган, отмечают, что такие организации отдают приоритет голосам одних групп над другими, сосредотачиваясь на конкретных идентичностях, таких как «гей-мужчины среднего класса», а не на сложных и интерсекциональных. Они подчеркивают важность интерсекциональности в квирском дискурсе и активизме. Новые направления в квирской интерсекциональности включают исследования «эйфории» Джонса, демонстрирующие интерсекциональные различия в опыте счастья у различных представителей ЛГБТИК+. В частности, Джонс обнаружила, что счастье часто используется в качестве награды за соответствие интерсекциональным нормам; лесбиянки, одновременно являющиеся цисгендерными женщинами и матерями, с большей вероятностью испытывали моменты эйфории даже в условиях дискриминации. Однако представители ЛГБТИК+, обладающие «другими» идентичностями, такими как инвалидность, реже сообщали об ощущении эйфории. Джонс утверждает, что эйфорическая квирность не должна предполагать типичные нарративы о счастье и должна оставлять место для негативных переживаний; квирным людям с разнообразным опытом необходимо критиковать общество и критику критики общества, но при этом они могут испытывать эйфорию от своей квирности и интерсекциональности.

Критика

Согласно Адаму Исаии Грин, профессору Университета Торонто, квир-теория отрицает "социальную значимость" в определенных случаях (позиции гомосексуальных субъектов), присваивая эту "социальную значимость" в других (позиции радикальных оппонентов). По словам Джошуа Гэмсона, из-за вовлеченности в социальную деконструкцию, квир-теории почти невозможно говорить о "лесбиянке" или "гее", поскольку все социальные категории денатурализуются и сводятся к дискурсу. Таким образом, согласно Адаму И. Грин, квир-теория может исследовать лишь дискурсы, но не субъективности. Для некоторых феминисток квир-теория подрывает феминизм, размывая границы между гендерными социальными группами, которые она объясняет как личный выбор, а не как следствие социальных структур. Бруно Перро, профессор французских исследований имени Синтии Л. Рид из Массачусетского технологического института, рассматривает различные аспекты французской реакции на квир-теорию – от мобилизации активистов и семинаров ученых до появления квир-медиа и переводов. Перро проливает новый свет на события вокруг однополых браков во Франции, где противники закона 2013 года рассматривали квир-теорию как угрозу французской семье. Перро ставит под вопрос возвращение французской теории во Францию с точки зрения квир-теории, тем самым исследуя то, как Франция концептуализирует Америку. Изучая взаимное влияние по обе стороны Атлантики, он стремится поразмышлять об изменениях в представлении о национальной идентичности во Франции и Соединенных Штатах, предлагая понимание недавних попыток теоретизировать понятие "сообщества" в контексте работ Мориса Бланшо. В своей книге Перро предлагает теорию политики меньшинств, которая рассматривает непрерывную критику норм как основу гражданства, в котором чувство принадлежности возникает в результате регулярного переосмысления этого понятия.

Квир-теория в онлайн-дискурсе

Один из способов проникновения квир-теории в онлайн-дискурс – популярность эссе Адриенн Рич 1980 года «Принудительная гетеросексуальность и лесбийское существование». Теория Рич о принудительной гетеросексуальности (или comp het) – социокультурное ожидание, что женщины должны испытывать влечение к мужчинам и стремиться к романтическим гетеросексуальным отношениям – послужила вдохновением для создания «Лесбиянского мастердокумента», 30-страничного документа Google, первоначально написанного в 2018 году Анжели Луз, пользовательницей Tumblr, которая в подростковом возрасте сомневалась в своей сексуальной ориентации. Исследования Кателин МакКенна и Джона Барга онлайн-групп, состоящих из представителей маргинализированных групп, выявили интересное явление, называемое «демаргинализацией идентичности» – то, как участие в группе людей с общей маргинализированной идентичностью может привести к повышению уровня самопринятия, что, в свою очередь, может подтолкнуть к каминг-ауту перед друзьями и семьей. Онлайн-группы и взаимодействие также способствуют нормализации квирности и оспариванию гетеронормативности, функционируя как сетевая контрпублика. Анализ дискурса хэштега #GirlsLikeUs, проведенный Сарой Джексон, Моей Бейли и Брук Фуко Уэллс, показал, как транс-женщины использовали этот хэштег для создания сообщества, чтобы нормализовать трансгендерность и предложить альтернативные нарративы часто стереотипному и карикатурному изображению жизни транс-людей в популярных основных СМИ.