Введение

Британский дирижер и виолончелист (1899–1970)

Сэр Джон Барбиролли (Giovanni Battista Barbirolli; 2 декабря 1899 – 29 июля 1970) был британским дирижером и виолончелистом. Он наиболее известен как дирижер оркестра Hallé в Манчестере, который он спас от роспуска в 1943 году и которым руководил до конца своей жизни. Ранее в своей карьере он сменил Артуро Тосканини на посту музыкального директора Нью-Йоркского филармонического оркестра, занимая эту должность с 1936 по 1943 год. Он также был главным дирижером Хьюстонского симфонического оркестра с 1961 по 1967 год и выступал с гастролями с многими другими оркестрами, включая Симфонический оркестр BBC, Лондонский симфонический оркестр, Филармонический оркестр, Берлинский филармонический оркестр и Венский филармонический оркестр, со всеми из которых он делал записи. Родился в Лондоне в семье итальянских и французских предков, Барбиролли вырос в семье профессиональных музыкантов. Начав карьеру как виолончелист, он получил возможность дирижировать, с 1926 года – с Британской национальной оперной труппой, а затем с гастрольной труппой Ковент-Гардена. После назначения дирижером оркестра Hallé у него стало меньше возможностей работать в оперном театре, но в 1950-х годах он с большим успехом дирижировал постановками произведений Верди, Вагнера, Глюка и Пуччини в Ковент-Гардене, после чего его пригласили стать постоянным музыкальным директором труппы, от чего он отказался. В конце своей карьеры он сделал несколько записей опер, среди которых наиболее известна его запись оперы Пуччини «Мадам Баттерфляй» для EMI 1967 года. Как в концертном зале, так и на пластинках, Барбиролли особенно тесно связан с музыкой английских композиторов, таких как Элгар, Делиус и Воан-Уильямс. Его интерпретации произведений других поздних романтиков, таких как Малер и Сибелиус, а также ранних классиков, включая Шуберта, до сих пор вызывают восхищение.

Ранние годы

Джованни Баттиста Барбиролли родился 2 декабря 1899 года в Саутгемптон Роу, Холборн, Лондон, вторым ребенком и старшим сыном итальянского отца и французской матери. Он был британским гражданином с рождения, и поскольку Саутгемптон Роу находится в пределах слышимости колоколов Боу, Барбиролли всегда считал себя истинным лондонцем (кокни). Его отец, Лоренцо Барбиролли (1864–1929), был венецианским скрипачом, поселившимся в Лондоне с женой Луизой Мари, урожденной Рибейроль (1870–1962). Лоренцо и его отец играли в оркестре миланского театра Ла Скала, где участвовали в премьере оперы «Отелло» в 1887 году. В Лондоне они играли в оркестрах театров Вест-Энда, преимущественно в театре «Империя» на Лестер-сквер. Юный Барбиролли начал играть на скрипке в четыре года, но вскоре перешел на виолончель. Позже он говорил, что это произошло по настоянию его деда, который, раздраженный привычкой ребенка бродить во время занятий скрипкой, купил ему небольшую виолончель, чтобы тот не «мешал всем». Его обучение в гимназии Святого Клемента Дэйна с 1910 года сочеталось со стипендией в Тринити-колледже музыки. Будучи студентом Тринити, он дебютировал как солист в виолончельном концерте в Королевском зале в 1911 году. Он посещал колледж с 1912 по 1916 год, изучая гармонию, контрапункт и теорию музыки под руководством Дж. Б. Макьюэна, а виолончель – у Герберта Валленна. В 1914 году он разделил премию имени Чарльза Руба Академии за ансамблевое исполнение, а в 1916 году журнал The Musical Times отметил его как «превосходного молодого виолончелиста, мистера Джованни Барбиролли». Директор Академии, сэр Александр Маккензи, запретил студентам исполнять камерную музыку Равеля, которую он считал «пагубным влиянием». Барбиролли живо интересовался современной музыкой, и он с тремя коллегами тайно репетировали струнный квартет Равеля в уединении мужского туалета в Академии. С 1916 по 1918 год Барбиролли работал фрилансером-виолончелистом в Лондоне. Он вспоминал: «Моим первым оркестровым опытом стала работа с оркестром Королевского зала – я, вероятно, был самым молодым музыкантом в оркестре, присоединившись к ним в 1916 году. У нас был огромный репертуар – шесть концертов в неделю, три часа или больше репетиций в день. В те дни мы были счастливы, если начинали и заканчивали вместе». Играя в оркестре Королевского зала, Барбиролли также играл в оперных оркестрах оперных компаний Бичэма и Карла Розы, участвовал в концертах с пианисткой Этель Бартлетт, с оркестрами в театрах, кинотеатрах, отелях и танцевальных залах и, как он говорил, «везде, кроме улицы». В последний год Первой мировой войны Барбиролли поступил на военную службу и стал капралом в Суффолкском полку. После демобилизации он вернулся к первоначальному написанию своего имени, используя его до 1922 года. Вернувшись к гражданской жизни, Барбиролли возобновил карьеру виолончелиста. Его знакомство с виолончельным концертом Эдварда Элгара началось с его премьеры в 1919 году, когда он играл в качестве рядового участника Лондонского симфонического оркестра. Он был солистом на другом исполнении концерта чуть больше года спустя. Журнал The Musical Times отметил: «Синьор Джованни Барбиролли не вполне соответствовал требованиям сольной партии, но его игра, несомненно, доставила значительное удовольствие». На фестивале «Три хора» в 1920 году он впервые принял участие в исполнении «Сна Геронтия» под управлением Элгара в составе виолончелей LSO. Он присоединился к двум недавно основанным струнным квартетам в качестве виолончелиста: квартету Кутчера, возглавляемому его бывшим однокурсником по Тринити, Сэмюэлем Кутчером, и квартету Музыкального общества (позже названному Международным квартетом) под руководством Андре Манжео. Он также сделал несколько ранних радиопередач с квартетом Манжео.

Первые дирижерские посты

Барбиролли мечтал дирижировать. Он был главным инициатором создания камерного оркестра Гильдии певцов и музыкантов в 1924 году, а в 1926 году его пригласили дирижировать новым ансамблем в галерее Ченил в Челси, первоначально названным «Камерный оркестр Ченил», но позже переименованным в «Камерный оркестр Джона Барбиролли». Концерты Барбиролли произвели впечатление на Фредерика Остина, директора Британской национальной оперной компании (BNOC), который в том же году пригласил его провести несколько спектаклей с компанией. Барбиролли никогда прежде не дирижировал хором или большим оркестром, но он был уверен в своих силах и согласился. В течение следующих двух лет он часто дирижировал BNOC и в 1928 году дебютировал в Королевском оперном театре Ковент-Гарден с оперой «Мадам Баттерфлай». В следующем году его пригласили открыть международный сезон в Ковент-Гардене оперой «Дон Жуан» с участием Мариано Стабиле, Элизабет Шуманн и Хеддла Нэша. В 1929 году, после того как финансовые трудности вынудили BNOC прекратить существование, руководство Ковент-Гардена создало гастрольную труппу, чтобы восполнить образовавшийся пробел, и назначило Барбиролли своим музыкальным руководителем и дирижером. В репертуар первого провинциального тура труппы вошли оперы «Мастер-певцы Нюрнберга», «Лоэнгрин», «Богема», «Мадам Баттерфлай», «Севильский цирюльник», «Тоска», «Фальстаф», «Фауст», «Сельская честь», «Паяцы», «Трубадур», а также первые постановки на английском языке оперы «Турандот». В последующих гастролях с труппой Барбиролли получил возможность дирижировать большим количеством произведений немецкой оперной классики, включая «Кавалера розы», «Тристан и Изольда» и «Валькирию». В годы работы с гастролирующими оперными труппами Барбиролли не забывал и о концертном зале. В 1927 году, временно заменив сэра Томаса Бичема, он дирижировал Лондонским симфоническим оркестром в исполнении Симфонии № 2 Элгара, за что получил благодарность композитора. Барбиролли также завоевал высокую оценку Пабло Касальса, которому он аккомпанировал в концерте для виолончели с оркестром ре мажор Гайдна. Он дирижировал концертом Королевского филармонического общества, на котором Ральфу Воану Уильямсу была вручена золотая медаль общества, и еще одним концертом RPS, на котором прозвучала редко исполняемая в то время музыка Густава Малера – «Песни о смерти детей», с Еленой Герхардт в качестве солистки. Хотя позже Барбиролли полюбил музыку Малера, в 1930-х годах он считал, что она звучит недостаточно насыщенно. Когда в 1932 году оркестр Hallé объявил, что его постоянный дирижер Гамильтон Харти собирается на некоторое время дирижировать за границей, Барбиролли был одним из четырех приглашенных дирижеров, назначенных для руководства оркестром в отсутствие Харти: остальные три – Элгар, Бичем и Пьер Монте. В программах Барбиролли были произведения композиторов столь разных, как Пёрселл, Делиус, Моцарт и Франк. В июне 1932 года Барбиролли женился на певице Марджори Пэрри, участнице BNOC. В 1933 году его пригласили стать дирижером Шотландского оркестра. В то время это был не постоянный ансамбль, как его преемник, Шотландский национальный оркестр, а давал сезон, продолжавшийся около шести месяцев в году. Барбиролли оставался с Шотландским оркестром в течение трех сезонов, «обновив игру и программы и завоевав самые благоприятные отзывы».

Нью-Йоркская филармония

К весне 1936 года руководство Нью-Йоркского филармонического оркестра столкнулось с проблемой. Тосканини ушел в поисках более высоких гонораров в Симфонический оркестр NBC. Вильгельм Фуртвенглер принял приглашение занять эту должность, но был политически неприемлем для части публики из-за того, что продолжал жить и работать в Германии при нацистском режиме. После кампании протестов в Нью-Йорке он почувствовал себя не в состоянии принять назначение. В отсутствие доступного дирижера сопоставимой славы руководство оркестра пригласило пятерых приглашенных дирижеров разделить сезон между собой. Барбиролли было поручено провести первые десять недель сезона, состоящие из 26 концертов. За ним последовали композиторы-дирижеры Игорь Стравинский, Жорж Энеску и Карлос Чавес, каждый из которых дирижировал в течение двух недель, и, наконец, Артур Родзинский из Кливлендского оркестра – в течение восьми недель. Первый концерт Барбиролли в Нью-Йорке состоялся 5 ноября 1936 года. В программу вошли короткие произведения Берлиоза и Арнольда Бакса, а также симфонии Моцарта (Линцская) и Брамса (Четвертая). За десять недель он включил в программу несколько американских новинок, в том числе тоновую поэму Чарльза Мартина Лоффлера «Воспоминания моего детства», симфонию Аниса Фулейхана и увертюру «Брет Гарте» Филипа Джеймса. Он также дирижировал Концертом для контрабаса Сергея Кусевицкого. Музыканты оркестра сообщили руководству, что были бы рады видеть Барбиролли на постоянной должности. В результате ему предложили занять пост музыкального руководителя и постоянного дирижера на три года, начиная с сезона 1937–38 годов. Параллельно с этим важным изменением в профессиональной жизни, личная жизнь Барбиролли также претерпела трансформацию. Его брак распался; в течение четырех лет он и Марджори Барбиролли жили раздельно. В 1938 году она подала на развод, мотивируя это его оставлением семьи. Иск остался без ответа, и развод был оформлен в декабре 1938 года. Он также представил публике «Sinfonia da Requiem» и Концерт для скрипки Бриттена, произведения Жака Ибера, Юджина Госсенса и Артура Блисса, а также множество произведений американских композиторов, включая Сэмюэля Барбера, Дима Тейлора и Дэниела Грегори Мейсона. Представленные им новые произведения не были авангардными, но тем не менее оттолкнули консервативную публику, и после первоначального увеличения продаж билетов в первые годы они стали падать. Барбиролли также столкнулся с тем, что журнал The Gramophone назвал «агрессивной пресс-кампанией в Нью-Йорке со стороны заинтересованных лиц, стремившихся отстранить его от должности». Влиятельный критик Олин Даунс с самого начала выступал против назначения Барбиролли, утверждая, что, хотя «мы не приемлем шовинизма», предпочтение следовало отдать «дирижерам-коренным американцам». Даунс питал неприязнь к филармонии: незадолго до назначения Барбиролли он был уволен с поста комментатора престижных воскресных трансляций оркестра. Он и композитор Вирджил Томсон постоянно писали о Барбиролли в негативном ключе, невыгодно сравнивая его с Тосканини. Руководство оркестра, тем не менее, продлило контракт с Барбиролли в 1940 году. В 1942 году, когда его второй контракт подходил к концу, ему предложили 18 концертов в сезоне 1943–44 годов, а Филармония Лос-Анджелеса пригласила его стать своим дирижером, но он отклонил оба предложения, решив вернуться в Англию. Первой причиной его отъезда была местная музыкальная политика. Позже он сказал: «Музыкальный союз издал новый регламент, согласно которому все, даже солисты и дирижеры, должны были стать членами. Горовиц, Хайфец и остальные были шокированы этим, но мало что могли с этим поделать. Они также заявили, что дирижеры должны стать гражданами Америки. Я не мог этого сделать во время войны, да и вообще никогда». Вскоре после возвращения он получил предложение от оркестра Hallé стать его дирижером. Оркестр находился на грани исчезновения из-за нехватки музыкантов, и Барбиролли воспользовался возможностью помочь ему. Самолет Барбиролли благополучно приземлился, а самолет Говарда был сбит. Совет директоров Hallé решил, что его оркестр должен последовать примеру Ливерпульской филармонии, которую бывший дирижер Hallé Малкольм Сарджент превратил в постоянный профессиональный оркестр. К Hallé присоединились лишь четверо музыкантов, сотрудничавших с BBC. Позже газета The Times написала о первых шагах Барбиролли по возрождению оркестра: «За пару месяцев бесконечных прослушиваний он восстановил Hallé, принимая любого хорошего музыканта, независимо от его музыкального образования – в итоге у него оказались флейтист-школьник, гобоист-учительница и различные исполнители на духовых инструментах, завербованные из духовых и военных оркестров в районе Манчестера. Первый концерт возрожденного Hallé каким-то образом оправдал великую репутацию Hallé». За пределами Англии критики, публика и музыканты в Европе и Соединенных Штатах отмечали улучшение игры их оркестров под руководством Барбиролли. Позже он расширил свои педагогические навыки в Королевской академии музыки, где с 1961 года возглавлял студенческий оркестр. Барбиролли отказывался от предложений занять более престижные и прибыльные должности дирижера, и в начале 1950-х годов BBC стремилось привлечь его к работе в Симфоническом оркестре BBC. Также в начале 1950-х годов глава Королевского оперного театра, Дэвид Вебстер, хотел, чтобы он стал музыкальным руководителем там. Барбиролли дирижировал шестью операми для Вебстера: «Турандот», «Аида», «Орфей и Эвридика», «Тристан и Изольда», «Богема» и «Мадам Баттерфляй» в период с 1951 по 1953 год, но не поддался уговорам покинуть Hallé. Его биограф Чарльз Рейд писал: «Его манчестерское королевство – это истинное королевство. Он не скован и не подгоняется в своем выборе программ. В основном он дирижирует только тем, что любит. Его королевство приближается к раю для дирижера». Тем не менее, в 1958 году, после того как он восстановил оркестр и постоянно гастролировал, дирижируя до 75 концертов в год, он организовал менее обременительный график, что позволило ему чаще выступать в качестве приглашенного дирижера с другими оркестрами. Он также выступал в Венской государственной опере и Римском оперном театре, где в 1969 году дирижировал «Аидой». В 1960 году он принял приглашение сменить Леопольда Стоковского на посту главного дирижера Симфонического оркестра Хьюстона в Техасе, где занимал эту должность до 1967 года, дирижируя там ежегодно в общей сложности 12 недель в начале весны и в конце осени между выступлениями с Hallé. В 1961 году он начал тесное сотрудничество с Берлинским филармоническим оркестром, которое продолжалось до конца его жизни. На одном из концертов в 1958 году Барбиролли и Hallé исполнили реплику первого концерта Чарльза Hallé с оркестром в 1858 году. Интерес Барбиролли к новой музыке ослабел в послевоенные годы, но он и Hallé регулярно выступали на Челтнемском фестивале, где он представлял новые произведения преимущественно традиционного стиля Уильяма Олвина, Ричарда Арнелла, Артура Бенджамина, Питера Расина Фрикера, Гордона Джейкоба, Алана Роусторн и Кеннета Лейтона. К столетию оркестра в 1958 году Hallé заказал несколько новых произведений и дал британскую премьеру виртуозного дивертисмента Уолтона «Partita». Все чаще Барбиролли сосредотачивался на своем основном репертуаре из классических симфоний, произведениях английских композиторов и музыке позднего романтизма, особенно Малера. Он был назначен дирижером-лауреатом оркестра. В последние годы его жизни стала заметной склонность к концентрации на деталях в ущерб целому произведению. Его верный друг и поклонник, критик Невилл Кардус, в частном порядке писал в 1969 году: «он так любит отдельную фразу, что задерживается на ней, лаская ее; тем временем теряется общий импульс». Его последний год, 1970, был омрачен сердечными проблемами; он пережил обмороки в апреле, мае, июне и июле. Его последние два концерта с Hallé состоялись на фестивале в Кингс-Линн в 1970 году. Он представил «вдохновенные» интерпретации Эл...

Репертуар и записи

Барбиролли запомнился как интерпретатор Элгара, Вогана Уильямса и Малера, а также Шуберта, Бетховена, Сибелиуса, Верди и Пуччини, и как убежденный сторонник новых произведений британских композиторов. Воган Уильямс посвятил свою Восьмую симфонию Барбиролли, чье прозвище "Великолепный Джон" произошло от надписи, которую Воган Уильямс сделал в начале партитуры: "Для великолепного Джона, с любовью и восхищением от Ральфа". Барбиролли не отказывался от более легкого репертуара. Музыкальный критик Ричард Осборн писал, что если бы все записи Барбиролли, кроме вальса "Золото и серебро" Легара, были утеряны, "этого было бы достаточно, чтобы сказать: "Вот это был дирижер!" Репертуар Барбиролли был не таким обширным, как у многих его коллег, поскольку он настаивал на исчерпывающей подготовке к любому произведению, которое он исполнял. Его коллега сэр Адриан Боулт любил и восхищался Барбиролли, но подшучивал над его скрупулезностью: "Мы не можем все быть как вы, месяцами изучать эти вещи, а потом проводить дни на репетициях, прежде чем их дирижировать. Для некоторых из нас это просто соревнование". Барбиролли был потрясен такой легкомысленностью. Его подход проявлялся в тщательности, с которой он работал над симфониями Малера. Его биограф Майкл Кеннеди заметил: "иронично, что усилия по сочинению симфоний укоротили жизнь Малера; их интерпретация, безусловно, оказывала огромное напряжение на Барбиролли в его последнее десятилетие". Он считал, что освоение симфонии Малера занимало от полутора до двух лет, и он часами тщательно прописывал партии всех струнных инструментов в подготовку к своим выступлениям.

Довоенное время

Почти с самого начала своей карьеры Барбиролли активно занимался записью. Будучи молодым виолончелистом, он сделал четыре записи для Edison Bell в 1911 году, в сопровождении своей сестры Розы за фортепиано, а в составе струнных квартетов Kutcher и Music Society записал произведения Моцарта, Перселла, Вогана Уильямса и других композиторов в 1925 и 1926 годах. В качестве дирижера он начал записываться в 1927 году для National Gramophonic Society (отделения The Gramophone). Среди его записей того периода была первая запись "Введения и Аллегро" Элгара для струнных инструментов. Услышав ее, композитор сказал: "Я и не подозревал, что это произведение настолько масштабно". Элгар, несмотря на обширную дискографию как дирижера, сам так и не записал это произведение, и некоторые полагают, что "широта, благородство и лирическая поэзия" интерпретации Барбиролли не побудили композитора к соперничеству. В 1928 году Барбиролли сделал несколько записей для лейбла Edison Bell. В том же году он начал долгое сотрудничество с лейблом His Master's Voice (HMV). Сразу после концерта LSO, где он заменил Бичэма, к нему обратился Фред Гайсберг, главный продюсер HMV, который вскоре после этого заключил с ним контракт. Коллега Гайсберга из HMV описал Барбиролли как "настоящую находку", поскольку он "мог аккомпанировать Шаляпину, не вызывая недовольства, завоевать высокую оценку Яши Хайфетца, Артура Рубинштейна, Фрица Крайслера и Пабло Касалса, и провести одно из лучших записанных исполнений Квинтета из "Майстерзингеров"". В 1955 году он подписал контракт с Pye Records, с которым он и Hallé записали обширный репертуар и сделали свои первые стереофонические записи. Эти записи распространялись в США компанией Vanguard Records. Была создана компания под названием Pye Barbirolli, директором которой он был: эта структура была разработана для обеспечения равноправного партнерства между компанией и музыкантами. Они сделали множество записей, включая симфонии Бетховена, Дворжака, Элгара, Моцарта, Нильсена, Сибелиуса, Малера, Чайковского и Вогана Уильямса, а также несколько концертов, коротких оркестровых пьес и оперных фрагментов. В 1962 году HMV убедила Барбиролли вернуться. Среди его записей – "Отелло" Верди с Джеймсом Маккракеном, Гвинет Джонс и Дитрихом Фишером-Дискау (1969) и запись оперы "Мадам Баттерфлай" с Ренатой Скотто, Карло Бергонци и солистами Римской оперы, которая с момента своего первого выпуска в 1967 году не покидает каталоги. Впечатление от последней было настолько сильным, что директор Римской оперы пригласил его дирижировать "любой оперой по вашему выбору с любым количеством репетиций".