Введение

Рамон Каррильо (7 марта 1906 - 20 декабря 1956) - аргентинский нейрохирург, нейробиолог, врач, академик, защитник общественного здравоохранения, а с 1949 по 1954 год первый министр общественного здравоохранения страны.

Ранние годы и образование

Каррильо родился в Сантьяго-дель-Эстеро 7 марта 1906 года в афроаргентинской семье. Он учился на медицинском факультете Буэнос-Айреса и получил степень в 1929 году с золотой медалью как лучший студент в своем классе. Он предпочитал неврологию и нейрохирургию, сотрудничая с выдающимся нейрохирургом Мануэлем Баладо, выпускником клиники Майо и, как и Карилло, студентом Кристофрида Якоба в Университете Буэнос-Айреса. При Баладо Каррильо опубликовал свои первые научные статьи. После окончания университета он получил грант на путешествие, чтобы продолжить обучение в Европе, где он работал в лучших лабораториях нейробиологии, среди которых были Корнелиус Ариенс Капперс и Карл Вогт.

Карьера в социальной медицине

В середине 1930-х годов он вернулся в Буэнос-Айрес. Известный в Аргентине как "Проклятое десятилетие", Каррильо описал этот период в истории Аргентины как "систематическое разграбление и разрушение его родины, период, характеризующийся глубоким моральным упадком лидеров, в котором преобладают самонавязанная коррупция, экономические преступления, распродажа национального наследия и обнищание большинства населения" (Ордоньез). Разочарованный либеральной демократией, Каррильо придерживался местно возникающей националистической мысли и дополнял свои научные исследования развивающимися политическими идеями и культурным образованием. Он дружил с многочисленными ведущими именами в аргентинской культуре танго и новыми националистическими идеями, включая поэта и автора песен Гомеро Манци (бывший школьный друг), а также националистических активистов Артуро Жаурэче и Рауль Скалабрини Ортис, а также композиторов танго и театра Армандо Дискеполо и Энрике Сантос Дискеполо. Он также поддерживал тесные академические связи с выдающимися немецкими аргентинскими нейробиологами, такими как его бывший профессор Кристофрид Якоб и две ведущие фигуры в аргентинской нейропсихиатрической науке, д-ры. Хосе Борда и Браулио Мойано.

Исследования

В период с 1930 по 1945 год Каррильо внес свой вклад в ценные оригинальные исследования глиальных клеток и метода окрашивания и наблюдения за ними под микроскопом, а также их эволюционного происхождения (филогенеза) и сравнительной анатомии мозга в нескольких классах позвоночных. Он также внес вклад в новые методы неврологической диагностики: он усовершенствовал контрастную вентрикулографию йода, называемую йодовентрикулографией, и обнаружил в ней признаки нескольких заболеваний; разработал томографию, которая из-за отсутствия электронных средств в то время была предотвращена от интеграции вычислений, но была предшественником того, что сегодня известно как компьютерная томография; и достиг ее сочетания с электроэнцефалограммой, называемой томоэнцефалографией. Карилло также провел ряд исследований грыжей головного мозга, выступающих в цистерны крови (цистернальные грыжи) и синдромов, возникающих после контузии головного мозга; он обнаружил то, что стало известно как "болезнь Карилло" или острый папиллит; подробно описал склероз головного мозга, во время исследования которого он провел много трансплантаций мозга (трансплантации мозга) между живыми кроликами; и гистологически переклассифицировал опухоли головного мозга и воспаления внутренней оболочки головного мозга (арахноидального материнства), известные как арахноидный материнство. Он также предложил широко используемую классификацию психических заболеваний до DSM. Несмотря на значительное сопротивление со стороны консервативных коллег, в 1942 году и в возрасте 36 лет Каррильо стал заведующим кафедрой нейрохирургии в Медицинской школе Университета Буэнос-Айреса. Среди влиятельных аргентинских врачей, которых он обучал, были Герман Дикманн, Рауль Матера, Д. Е. Нийенсон, Рауль Карреа, Фернандо Кнезевич, Лоренцо Амезуа, Хорхе Коэн, Якобо и Леон Зимман, Рохелио Дриолет Ласпиур, Хуан К. Кристенсен и Альберто Д. Каплан.

Поздняя карьера

В те годы Каррильо посвятил себя исключительно исследованиям и преподаванию, пока не стал (1939) руководителем службы неврологии и нейрохирургии в Центральной военной больнице. Эта должность позволила ему глубоко ознакомиться с реальной ситуацией в области общественного здравоохранения в Аргентине, которая, как и его собственная провинция, отражала состояние пренебрежения в большей части сельской местности. Он хорошо осведомлен о клинических документах всех молодых людей, прошедших обследование для зачисления на военную службу, и стал осведомлен о высокой распространенности болезней, связанных с бедностью (особенно у новобранцев из самых бедных провинций). Он провел статистические исследования, показывающие, что в стране имеется только 45% необходимых больничных коек, и что они, кроме того, неравномерно распределены. Каррильо был на пике своей медицинской карьеры, когда он познакомился с полковником Хуаном Доминго Пероном, пациентом Центральной военной больницы, с которым Каррильо общался на протяжении длительных разговоров. Полковник Перон был все более влиятельным министром труда в националистическом военном режиме, который пришел к власти после аргентинского государственного переворота 1943 года, и во время этих переговоров убедил Каррильо помочь спланировать национальную политику в области здравоохранения. Каррильо, в возрасте 39 лет, ненадолго занимал должность декана медицинской школы, выступая посредником в ожесточенном, сильно политизированном, лево-правом университетском конфликте, который в конечном итоге вынудил его покинуть свой пост на факультете.

Первый министр здравоохранения Аргентины

Хуан Перон был избран президентом страны в феврале 1946 года, назначив Каррильо главой Государственного секретаря общественного здравоохранения; когда президент Перон повысил этот последний пост до уровня кабинета министров, Каррильо был приведен к присяге в качестве первого министра общественного здравоохранения страны 11 марта 1949 года. Каррильо назначил ведущих деятелей аргентинской медицины, таких как Соломон Чичильниски, нейробиолог Браулио Мойано и его собственный брат, Сантьяго Каррильо (который много работал с Мойано в больнице Борда), на административные должности в новом Министерстве здравоохранения. Долгое время сотрудничал с университетом Буэнос-Айреса, Чичильниский и новый министр здравоохранения стали близкими друзьями во время болезни последнего в 1937 году, и в качестве министра здравоохранения в начале 1950-х годов он помог министру здравоохранения Каррильо запустить сотни государственных больниц в Аргентине. Жена Перона, Эвита, также способствовала его пребыванию на посту, координируя политику в области общественного здравоохранения в хорошо финансируемом Фонде Евы Перон с Каррильо, помогая продвигать и финансировать многие его работы и инициативы. Его пребывание в должности было отмечено плодовитыми, до сих пор непревзойденными достижениями в аргентинском здравоохранении. Он увеличил количество больничных коек в стране с 66 300 в 1946 году до 132 000 в 1954 году. Он искоренил за два года такие эндемические болезни, как малярия, с помощью очень агрессивных кампаний против переносчика. Сифилис и венерические болезни практически исчезли. Он построил 234 бесплатных государственных больницы или поликлиники, снизил уровень смертности от туберкулеза с 130 на 100 000 до 36 на 100 000, покончил с эпидемиями, такими как тиф и бруцеллез, и резко снизил уровень младенческой смертности в стране с 90 до 56 на тысячу живорожденных. Каррильо подал в отставку 16 июня 1954 года, потеряв поддержку правительства после смерти Евы Перон. Его сменил Рауль Бевакква.

Личная жизнь

Каррильо остался одиноким и поддерживал свою мать и десять младших братьев и сестер. В 1937 году он перенес острую болезнь, которая оставила его с хронической гипертонией и прогрессирующими сильными головными болями. Его спас Соломон Чичилниски, который в молодости работал стюардесом в порту Буэнос-Айреса, чтобы содержать своих родителей, и, несмотря на эти трудности, стал профессором неврологии. После этого они стали близкими друзьями и коллегами.

Наследие

В конечном итоге Каррильо был признан архитектором современной национальной системы здравоохранения Аргентины. Его имя было передано многочисленным аргентинским больницам и учреждениям, связанным с общественным здравоохранением. Часто приписывается смущению, которое модель Каррильо вызвала у менее компетентных политиков, тот факт, что впоследствии его биография, идеи и вклад в науку оставались в целом неизвестными, за исключением контуров в нейробиологии, в которых принимал участие Каррильо. Он также оставил многочисленные большие, но неполные скелеты для нескольких больниц, которые были отброшены после его отставки, и даже в 2004 году. Его брат Артуро Каррильо, все еще испытывающий трудности и не имеющий официального финансирования, опубликовал биографию, в которой подробно описывается масштаб его достижений и жертв, Рамон Каррильо, мужчина, врач и санитар. Профессор Даниэль Чиарренца также опубликовал биографию Карилло, El Olvidado de Belém, в 2005 году. Исполнительным указом 1558 от 9 декабря 2005 года правительство Аргентины объявило весь 2006 год "Годом памяти Рамона Каррильо". Многие авторы согласны с тем, что самым важным наследием, переданным Рамоном Каррилло, были идеи, принципы и основополагающие мотивы, сопровождавшие его деяния. "Проблемы медицины как ветви государства не могут быть решены, пока политика здравоохранения не будет подкреплена социальной политикой. Аналогичным образом, эффективная социальная политика не может существовать без экономики, организованной на благо большей части населения. В области здравоохранения научные достижения полезны только тогда, когда они охватывают все население". Новая банкнота в 2000 песо, из-за высокой инфляции в Аргентине, была разработана с Каррильо и Сесилией Гриерсон на лицевой стороне.