Jones v. Flowers

Введение

Jones v. Flowers, 547 U.S. 220 (2006), было решение Верховного суда Соединенных Штатов, которое включало требование надлежащей процедуры, согласно которой государство должно уведомить владельца о продаже своей собственности, чтобы удовлетворить его неуплаченные налоги. Суд постановил, 5 3, что после того, как отправленное уведомление было возвращено без получения, государство было обязано в соответствии с пунктом о надлежащей процедуре четырнадцатой поправки принять дополнительные разумные меры для уведомления владельца, прежде чем продажа могла продолжиться. Мнение суда было высказано главным судьей Джоном Робертсом, его четвертое мнение большинства после его утверждения в Суде в 2005 году и его первое, которое вызвало любые инакомыслия. Суд в последний раз рассматривал вопрос о уведомлении в деле Dusenbery v. Соединенные Штаты, в котором было установлено, что правительству необходимо только принимать разумно рассчитанные шаги для предоставления уведомления, даже если фактическое уведомление не достигнуто. Четыре судьи, которые высказывали несогласие в деле Дюсенбери, сформировали большинство, а Робертс в деле Джонс против Флоуэрса, отличая предыдущий случай на том основании, что правительство в Дюсенбери не знало, что его метод уведомления потерпел неудачу до того, как произошел захват. Судья Кларенс Томас, в свою очередь, считал, что Суд вместо этого подрывает Дузенбери, который, по его словам, косвенно диктовал результат, противоречащий решению большинства.

Налоговые просрочки и продажа

В 1967 году Гэри Джонс купил дом в Литл-Роке, штат Арканзас, в котором жил со своей женой до 1993 года. Затем Джонс переехал в квартиру в Литл-Роке, и его жена продолжала жить в доме. Джонс платил за ипотеку каждый месяц в течение 30 лет, и ипотечная компания платила налоги на имущество Джонса. Однако после того, как Джонс погасил ипотеку в 1997 году, его жена не смогла заплатить налоги на имущество, и имущество было зарегистрировано как просроченное. В апреле 2000 года Марк Уилкокс, комиссар по земельным вопросам штата Арканзас, попытался уведомить Джонса о его налоговом просрочке и его праве выкупить имущество, отправив письмо с заверением в адрес Джонса в доме. В пакете информации говорилось, что если Джонс не выкупит недвижимость, она будет продана публично через два года, 17 апреля 2002 года. Никто не был дома, чтобы подписать письмо, и никто не появлялся на почте, чтобы забрать письмо в течение следующих 15 дней. Почтовая служба вернула неоткрытый пакет комиссару с пометкой "незаявлен". Два года спустя, всего за несколько недель до публичной продажи, комиссар опубликовал объявление о публичной продаже в Арканзасской Демократической Газете. Никаких предложений не было подано, что позволило государству договориться о частной продаже имущества. Несколько месяцев спустя Линда Флауэрс сделала предложение о покупке. Комиссар отправил другое заверенное письмо Джоунсу в дом, пытаясь уведомить его, что его дом будет продан Флауэрсу, если он не заплатит налоги. Как и первое письмо, второе было также возвращено Комиссару с пометкой "неиспользованное". Флауэрс впоследствии купил дом примерно за четверть его справедливой рыночной стоимости. Сразу после того, как 30-дневный срок для послепродажного выкупа истек, Флауэрс получил уведомление о незаконном задержании, доставленное в собственность. Уведомление было вручено дочери Джонса, которая связалась с ним и сообщила о неоплаченных налогах и продаже налогов.

Процессы в государственных судах

Джонс подал иск в окружной суд округа Пуласки против комиссара и Флауэрса, утверждая, что отказ комиссара сообщить о налоговой продаже и о праве Джонса на выкуп привел к изъятию его имущества без надлежащего судебного разбирательства. Комиссар и Флауэрс обратились за резюме на том основании, что два письма, отправленные Комиссаром, были конституционно адекватными попытками уведомления, а Джонс подал встречное ходатайство о резюме. Суд первой инстанции вынес резюме в пользу комиссара и Флауэрса, сделав вывод, что закон об уплате налогов в Арканзасе, который устанавливал процедуру уведомления, которой следовал комиссар, соответствовал конституционным требованиям надлежащего процесса. Джонс обжаловал решение, и Верховный суд Арканзаса подтвердил приговор суда первой инстанции. Суд отметил прецедент Верховного суда, в котором говорится, что надлежащий процесс не требует фактического уведомления, и что попытка предоставить уведомление по почте удовлетворяет надлежащему процессу в представленных обстоятельствах.

Мнение суда

Верховный суд предоставил сертификат для разрешения конфликта между окружными и государственными верховными судами относительно того, требует ли положение о надлежащей процедуре от правительства принятия дополнительных разумных мер для уведомления владельца имущества, когда уведомление о налоговой продаже возвращается не доставленным. Генеральному прокурору Соединенных Штатов было разрешено участвовать в качестве amicus curiae, и он высказался в поддержку позиции Комиссара. В пяти судебных решениях, вынесенных главным судьей Джоном Робертсом, суд отменил решение Верховного суда Арканзаса и постановил, что при данных обстоятельствах продажа штатом имущества Джонса нарушила надлежащий процесс. Суд постановил, что "когда отправленное по почте уведомление о налоговой продаже возвращается без получения, государство должно предпринять дополнительные разумные шаги, чтобы попытаться уведомить владельца имущества перед продажей его имущества, если это практически возможно". Судья Кларенс Томас выразил несогласие, утверждая, что попытки государства вышли за рамки любых требований, установленных предыдущими прецедентами Суда.

Большинство мнений Робертса

Главный судья Робертс написал, что, учитывая "чрезвычайную власть", которую государство оказывает собственнику недвижимости, "не слишком много, чтобы настаивать на том, чтобы государство сделало немного больше, чтобы попытаться сообщить ему об этом, когда письмо с уведомлением, адресованное ему, будет возвращено без получения". Хотя метод использования почтовой рассылки был сам по себе разумно рассчитан на уведомление, знание, которое государство получило, когда почта была возвращена невостребованной, обязывало его принять дополнительные разумные меры. Однако "в ответ на возвращенную форму, предполагающую, что Джонс не получил уведомления о том, что он собирается потерять свою собственность, государство ничего не сделало". Суд считал, что "кто-то, кто действительно хотел предупредить Джонса, что ему грозит потеря дома, сделал бы больше, когда письмо с уведомлением о попытке было возвращено без получения, и было больше, что разумно было сделать".

Разумно рассчитанный на уведомление

Положение о надлежащей судебной процедуре в четырнадцатой поправке к Конституции Соединенных Штатов требует, чтобы государство предоставило владельцу уведомление и возможность быть услышанным, прежде чем оно может забрать его собственность и продать ее за неоплаченные налоги. Суд недавно постановил в деле Дузенбери против Соединенных Штатов, что правительство не нарушило надлежащую процедуру, отправив уведомление в тюрьму, где был заключен владелец собственности, и позволив тюремному чиновнику подписать его, хотя заключенный никогда не получал уведомление. Дусенбери установил, что надлежащая процедура не требует фактического уведомления до правительственного изъятия имущества, а вместо этого только, чтобы правительство пыталось дать уведомление методом, "разумно рассчитанным при всех обстоятельствах", чтобы информировать все заинтересованные стороны. Основываясь на деле Дузенбери, а также на предыдущих делах, государство утверждало, что после того, как оно предоставило уведомление, разумно рассчитанное на то, чтобы уведомить Джонса о предстоящей налоговой продаже, отправив ему заверенное письмо, надлежащая процедура была удовлетворена. Однако Суд отметил, что в каждом из этих предыдущих дел правительство впоследствии не получило никакой информации, указывающей на то, что его попытки потерпели неудачу. Например, в Дузенбери власти знали, что кто-то из тюрьмы подписал письмо. Знание о том, что уведомление не было выполнено, было "новой проблемой", и вопрос, который стоял перед Судом, заключался в том, является ли это знание обстоятельством, которое изменяет то, что требуется для уведомления. Суд считает, что большинство федеральных апелляционных судов и верховных судов штатов, рассмотревших этот вопрос, решили, что правительство должно сделать что-то большее, когда узнает, что его попытка уведомления провалилась, прежде чем оно сможет продать недвижимость в налоговом распродаже. Многие штаты также требуют по закону больше, чем простое уведомление по почте владельцу, который не выполнил обязательства. Средства, с помощью которых пытается быть доставлено уведомление, "должны быть такими, которые желающий фактически информировать отсутствующего мог бы разумно принять для его выполнения". В данном случае, подчеркнул Суд, "мы оцениваем достаточность уведомления до того, как государство прекратит право собственника на жилье", которое Суд считает "важным и необратимым". Суд не считал, что тот, кто действительно хотел сообщить владельцу, не будет ничего делать, когда заверенное письмо возвращается без получения, и по аналогии высмеял позицию государства. "Если бы комиссар готовил кучу писем для налогоплательщиков-преступников, передал их почтальону, а затем наблюдал, как уходящий почтальон случайно сбрасывает письма в канализацию, можно было бы ожидать, что офис комиссара подготовит новую кучу писем и отправит их снова. Никто из тех, кто "желал бы фактически сообщить" владельцам, просто пожимает плечами, когда письма исчезают, и говорит: "Я пытался". Непоследование было бы неразумным, несмотря на то, что письма были разумно рассчитаны, чтобы достичь их предполагаемых получателей, когда они были доставлены почтальону". Суд отметил предыдущие случаи, в которых правительство обязалось принимать во внимание "уникальную информацию о предполагаемом получателе", о которой оно было знакомо до попытки уведомления. В деле Robinson v. Hanrahan, Суд постановил, что уведомление о процессе конфискации, направленное на домашний адрес владельца транспортного средства, было недостаточным, когда государство знало, что владелец имущества находится в тюрьме. Аналогичным образом, в деле Кови против города Сомерса, Суд постановил, что уведомление о выкупе путем отправки почтой, рассылки и публикации было неадекватно, когда городские чиновники знали, что владелец недвижимости некомпетентен и не имеет опекуна. Суд не видит разницы между наличием такого знания до попытки уведомления и наличием такого знания после отправки уведомления, но до фактического получения. Так же как знание правительства в деле Robinson и Covey, что уведомление в соответствии с обычной процедурой было неэффективным, вызвало обязанность со стороны правительства предпринять дополнительные шаги для уведомления, знание правительства должно быть принято во внимание при оценке достаточности уведомления в этом случае. Хотя несогласие судьи Томаса хар...

The Due Process Clause of the Fourteenth Amendment to the United States Constitution requires a State to provide an owner with notice and an opportunity to be heard before it may take his property and sell it for unpaid taxes. The Court had recently ruled in Dusenbery v. United States, that the government did not violate due process by sending notice to the jail where the property owner was imprisoned and allowing a prison official to sign for it, even though the prisoner never actually received the notice. Dusenbery established that due process did not require actual notice prior to a governmental taking of property, but instead only that the government attempt to give notice by a method "reasonably calculated, under all the circumstances," to inform all interested parties. Based on Dusenbery as well as earlier cases, the State argued that once it provided notice reasonably calculated to apprise Jones of the impending tax sale by mailing him a certified letter, due process was satisfied. However, the Court pointed out that in each of those prior cases, the government had subsequently heard nothing back indicating that its attempts had failed. In Dusenbery, for example, the government knew that someone at the prison had signed for the letter. The knowledge that notice had failed was instead "a new wrinkle," and the question before the Court was therefore whether that knowledge constituted a circumstance that alters what notice is required. The Court believed that most federal courts of appeals and state supreme courts to have addressed this issue have decided that the government must do something more when it learns its attempt at notice has failed before it can sell real property in a tax sale. Many states also require by statute more than a simple notice by mail to the delinquent owner. The means by which service of notice is attempted "must be such as one desirous of actually informing the absentee might reasonably adopt to accomplish it," Whether a particular method is adequate is determined by balancing the "interest of the State" against "the individual interest sought to be protected by the Fourteenth Amendment." In this case, the Court, emphasized, "we evaluate the adequacy of notice prior to the State extinguishing a property owner's interest in a home," which the Court considered "an important and irreversible prospect." The Court did not believe that someone who actually desired to inform the owner would do nothing further when a certified letter is returned unclaimed, and satirized the State's position by analogy. "If the Commissioner prepared a stack of letters to mail to delinquent taxpayers, handed them to the postman, and then watched as the departing postman accidentally dropped the letters down a storm drain, one would certainly expect the Commissioner's office to prepare a new stack of letters and send them again. No one ‘desirous of actually informing’ the owners would simply shrug his shoulders as the letters disappeared and say ‘I tried.’ Failure to follow up would be unreasonable, despite the fact that the letters were reasonably calculated to reach their intended recipients when delivered to the postman." The Court noted prior cases in which the government had been required to take notice of "unique information about an intended recipient" that it had known prior to its attempt at notice. In Robinson v. Hanrahan, , the Court had ruled that notice of forfeiture proceedings sent to a vehicle owner's home address was inadequate when the State knew that the property owner was in prison. Similarly, in Covey v. Town of Somers, , the Court held that notice of foreclosure by mailing, posting, and publication was inadequate when town officials knew that the property owner was incompetent and without a guardian's protection. The Court did not see a distinction between having such knowledge prior to attempting notice and having such knowledge after notice was sent but prior to the actual taking. Just as the government's knowledge in Robinson and Covey that notice pursuant to the normal procedure was ineffective triggered an obligation on the government's part to take additional steps to effect notice, the government's knowledge should similarly be taken into account in assessing the adequacy of notice in this case. Though Justice Thomas’ dissent characterized the State's knowledge that its notice was ineffective as "learned long after the fact," the Court pointed out that it had actually received the returned notice within three weeks; under Arkansas law, it had two years before it could proceed with the sale.

Дополнительные разумные шаги

Суд приступил к анализу того, были ли дополнительные разумные шаги, которые государство могло бы предпринять для уведомления Джонса о налоговой продаже. Если бы государство имело такие возможности, объявление о продаже в газете не могло бы сделать уведомление адекватным, поскольку уведомление путем публикации было допустимо только в тех случаях, когда было бы невозможно или практически невозможно дать более адекватное уведомление. Если бы не было таких возможностей для государства, "нельзя было бы винить его в том, что он ничего не делает". Суд считал, что повторное направление уведомления обычной почтой было бы разумным шагом, учитывая, что возвращение заверенного письма означало, что Джонса не было дома, когда почтальон звонил, или что он больше не жил в этом доме. Обычная почта позволила бы оставить письмо без подписи, и это позволило бы переслать письмо ему. Государство также могло просто разместить уведомление на входной двери дома или адресовать почту "занятому", что является шагом, который большинство государств требуют в своих налоговых уставах о продаже. Суд считал, что в любом случае, нынешний житель дома, скорее всего, прочитает уведомление и попытается предупредить владельца, потому что изменение собственности непосредственно повлияет на него. Суд отметил, что Джонс впервые узнал о продаже после того, как его предупредил один из жильцов. Хотя комиссар утверждал, что даже эти дополнительные шаги были обременительными, Суд ответил, что вместо этого он взял на себя "тяжелую ношу и расходы, связанные с покупкой газетной рекламы, проведением аукциона, а затем переговорами о частной продаже имущества". Суд посчитал, что утверждение о бремени еще больше подорвано требованием в Арканзасе, что уведомление владельцев помещений должно быть выполнено личной услугой, если заверенная почта возвращена, и тот факт, что Арканзас передает стоимость уведомления налогоплательщику или покупателю налоговой продажи. Комиссар не предложил оценку того, сколько уведомлений возвращается, и Суд считал, что ничто не подтверждает утверждение несогласных, что Комиссар должен физически находить "десятки тысяч объектов недвижимости каждый год". Суд также не согласился с аргументом генерального прокурора США, что требует дополнительных усилий, когда правительство узнает, что уведомление было неудачным, что приведет к тому, что правительство будет благоприятствовать методам, "которые не генерируют дополнительную информацию", например, полностью полагаться на обычную почту вместо сертифицированной почты. Суд посчитал это маловероятным, поскольку правительство всегда просит доказать, что уведомление было отправлено и получено, а документация, предоставляемая заверенной почтой, защищает государство от ложных утверждений, что уведомление никогда не было получено. Суд отметил, что эта защита "приходит с ценой, которую государство также узнает, когда уведомление не было получено", информацию, которую в обстоятельствах данного дела государство не может просто игнорировать. Комиссар также утверждал, что дальнейшие меры не требуются, поскольку Джонс был юридически обязан держать свой адрес в актуальном состоянии, что он был в уведомлении о расследовании после того, как не получил налоговый счет и не заплатил налоги на недвижимость, и что он был обязан обеспечить, чтобы жители его недвижимости предупреждали его, если это было под угрозой. Хотя Суд признал, что Джонс должен был быть более внимательным в отношении своей собственности, он отверг, что любое из этих условий может привести к лишению его права на надлежащий процесс для получения надлежащего уведомления. Метод доверенной почты, кроме того, сделал невозможным для жильца уведомить Джонса, потому что только Джонс мог подписать письмо. Суд пояснил, что не в его компетенции диктовать, какую форму уведомления правительство должно принять, или пытаться переписать закон о уведомлении государства. Вместо этого, "государство может определить, как действовать в ответ на наш вывод, что уведомление было недостаточным здесь". Суд посчитал достаточным установить, "что Арканзас мог предпринять дополнительные разумные шаги, прежде чем забрать имущество Джонса".

The Court proceeded to analyze whether there were additional reasonable steps that the State could have practicably taken to notify Jones of the tax sale. If there were such options for the State, the newspaper advertisement announcing the sale could not render notice adequate, because notice by publication was only permissible when it was not possible or practicable to give more adequate notice. If there were no such options for the State, "it cannot be faulted for doing nothing." The Court believed that resending the notice by regular mail would have been a reasonable step, given that the return of the certified letter meant either that Jones was not home when the postman called, or that he no longer lived at that home. Regular mail would allow the letter to be left without a signature, and it would have made it possible for the letter to be forwarded to him. The State also could have simply posted a notice on the front door of the home or addressed the mail to "occupant," which are steps that most states require in their tax sale statutes. The Court believed that in either case, the current occupant of the home would be likely to read the notice and attempt to alert the owner, because a change in ownership would directly affect them. The Court observed that Jones had actually first learned of the tax sale after he was alerted by one of the occupants. Though the Commissioner argued that even those additional steps were burdensome, the Court countered that it had instead undertaken "the burden and expense of purchasing a newspaper advertisement, conducting an auction, and then negotiating a private sale of the property." The Court considered the assertion of burden further undermined by the requirement in Arkansas that notice to homestead owners be accomplished by personal service if certified mail is returned, and the fact that Arkansas transfers the cost of notice to the taxpayer or the tax sale purchaser, The Commissioner offered no estimate of how many notice letters are returned, and the Court believed that nothing supported the dissent's assertion that the Commissioner must physically locate "tens of thousands of properties every year." The Court also disagreed with the U. S. Solicitor General's argument that requiring further effort when the government learns that notice was unsuccessful would cause the government to favor methods "that do not generate additional information," such as relying entirely on regular mail instead of certified mail. The Court considered this unlikely because the government is always being asked to prove that notice is sent and received, and the documentation that certified mail provides gives the State protection against false claims that notice was never received. The Court noted that this protection "comes at a price—the State also learns when notice has not been received," information that under the circumstances of this case, the State cannot simply ignore. The Commissioner also argued that further measures were not required because Jones had a legal obligation to keep his address updated, that he was on inquiry notice after failing to receive a tax bill and pay his property taxes, and that he was obliged to ensure that the occupants of his property would alert him if it were in jeopardy. Though acknowledging that Jones should have been more diligent regarding his property, the Court rejected that any of those conditions could amount to a forfeiture of his due process right to receive adequate notice. The method of certified mail furthermore made it impossible for the occupant to notify Jones, because only Jones could have signed for the letter. The Court clarified that it was not its responsibility to dictate what form of service that the government should adopt, or to attempt to redraft a State's notice statute. Instead, "[t]he State can determine how to proceed in response to our conclusion that notice was inadequate here." The Court considered it sufficient for it to determine "that additional reasonable steps were available for Arkansas to employ before taking Jones' property."

Не согласен с Томасом

Судья Томас возражал, утверждая, что в соответствии с прецедентом суда, уведомление государства явно удовлетворяет требованиям надлежащего процесса. Он писал, что право собственности не должно возникать "заморков" (как Суд охарактеризовал проблему в этом деле), которые, по мнению Томаса, были вызваны неспособностью самого Джонса защитить свою собственность. Он также добавил, что "смысл Конституции не должен быть направлен на выходки уклоняющихся от уплаты налогов и нарушителей закона". По мнению Томаса, расследование Суда должно было закончиться заключением о том, что выбранный государством способ уведомления по заверенной почте был разумно рассчитан на информирование Джонса о процессах, затрагивающих его имущественные интересы. Он утверждал, что это заключение "подкрепляется хорошо установленной предпосылкой, что люди, особенно те, кто владеет собственностью, действуют в своих собственных интересах". Государство могло предположить, что адрес, который он имел в записях, был правильным и актуальным, или что он оставил у дома смотрителя, который сообщил ему о уведомлении. Кроме того, в момент отправки уведомления определяется, является ли метод разумно рассчитанным для уведомления, принцип, который, по мнению Томаса, следует из прецедента Суда. Он утверждал, что Суд отказался от этого, основывая свое решение на информации, которая была недоступна в момент отправки уведомления, и что все его предложенные разумные методы были "полностью продуктом рассуждений post hoc". Томас считал, что решение суда в Дузенбери о том, что фактическое уведомление не требуется, подразумевает, что правительство не обязано предпринимать дополнительные шаги, когда оно узнает, что его попытка уведомления потерпела неудачу. Он охарактеризовал решение суда как "нечто большее, чем тонко завуалированное нападение на Дузенбери". Томас заявил, что логика большинства потребует от государства рассмотреть дополнительные средства каждый раз, когда возникают сомнения в том, было ли уведомление достигнуто, налагая требование с "никакой естественной конечной точкой", которое, по мнению Томаса, эффективно требует "что-то близкое к фактическому уведомлению". Что касается гипотетического "штормового отвода" в Суде, то Томас считает, что на самом деле это поднимает более сложный вопрос о том, "когда уведомление отправляется в тот самый момент, когда комиссар кладет почту в руки почтового перевозчика, или через долю секунды, когда он наблюдает, как отправляющийся перевозчик сбрасывает почту в штормовый отвод. Этот более сложный вопрос не перед нами в этом случае, потому что Арканзас узнал долго после того, что его попытки были неудачными". Томас писал о предложенных Судом альтернативных методах, что "кроме того, что они не являются конституционно необходимыми, они также обременительны, непрактичны и не более вероятны, чем методы, фактически используемые государством". Обычная почта не имеет бумажного следа сертифицированной почты, и Томас думал, что вполне вероятно, что почта, адресованная "оккупанту", будет выброшена как нежелательная почта, как открыта и прочитана, как предполагал Суд. Он также заявил, что Суд ранее пришел к выводу, что размещение объявлений было "по своей сути ненадежным методом". Томас заметил, что в Арканзасе ежегодно регистрируется 18 000 недвижимости, не оплаченной в срок, и что решение суда, соответственно, наложит бремя на государство, чтобы найти тысячи неплательщиков, не оплативших в срок, из-за "неэффективности, вызванной неплательщиками налогов". Томас считал, что система Арканзаса, требующая от владельца недвижимости поддерживать текущий адрес в налоговом органе штата, была разумной и достаточной.

Justice Thomas dissented, arguing that under Court precedent, the State's notice attempts clearly satisfied due process requirements. He wrote that the title to property should not turn on "wrinkles" (as the Court had characterized the issue in this case) that Thomas believed were caused by Jones' own failure to protect his property. He further added that "[t]he meaning of the Constitution should not turn on the antics of tax evaders and scofflaws." According to Thomas, the Court's inquiry should have ended with the conclusion that the State's chosen method of notice by certified mail was reasonably calculated to inform Jones of proceedings affecting his property interest. He argued that this finding was "reinforced by the well established presumption that individuals, especially those owning property, act in their own interest." The State was accordingly free to assume that the address it had on record was correct and up to date, or that he had left a caretaker at the house who would inform him of the notice. Whether a method is reasonably calculated to give notice is furthermore determined at the time the notice is sent, a principle Thomas believed followed from Court precedent. He argued that the Court had abandoned this by basing its decision on information that was unavailable when notice was sent, and that all of its suggested reasonable methods were "entirely the product of post hoc considerations." Thomas believed the Court's holding in Dusenbery that actual notice is not required implied that the government is not required to take additional steps when it becomes aware that its attempt at notice has failed. He accordingly characterized the Court's ruling as "little more than a thinly veiled attack on Dusenbery." Thomas stated that the majority's logic would require a State to consider additional means every time a doubt is raised as to whether notice has been achieved, imposing a requirement with "no natural end point" that Thomas thought effectively required "something close to actual notice." Regarding the Court's "storm drain" hypothetical, Thomas thought it actually raised a more difficult question of "when notice is sent—at the precise moment the Commissioner places the mail in the postal carrier's hand or the split second later when he observes the departing carrier drop the mail down the storm drain. That more difficult question is not before us in this case because Arkansas learned long after the fact that its attempts had been unsuccessful." Thomas wrote of the Court's proposed alternatives that, "aside from being constitutionally unnecessary, [they] are also burdensome, impractical, and no more likely to effect notice than the methods actually employed by the State." Regular mail lacks the paper trail of certified mail, and Thomas thought it was just as likely that mail addressed to "occupant" would be thrown out as junk mail as opened and read as the Court had speculated. He also stated that the Court had previously concluded that posting notices was "an inherently unreliable method." Thomas observed that 18,000 parcels of delinquent real estate are certified each year in Arkansas, and that the Court's ruling would accordingly impose a burden on the State of locating thousands of delinquent property owners because of the "inefficiencies caused by delinquent taxpayers." Thomas instead believed that the Arkansas system requiring the property owner to maintain a current address with the state taxing authority was reasonable and sufficient.

Последующие события

Дело Джонса против Флоуэрса было охарактеризовано как "почти парадигматическое дело, противопоставляющее индивида государству". Также было сказано, что это второе решение в том году, в котором Робертс "выразил разочарование бюрократическим ответом на серьезную проблему". Дело было воспринято как интересный взгляд на новый суд Робертса, поскольку новый главный судья выбрал решение для своего четвертого мнения, которое противоречило позиции адвокатов администрации Буша, судьи Скалии и Томаса, "двух самых известных консерваторов суда", и судьи Энтони Кеннеди, который, как ожидалось, будет голосовать в суде после ухода в отставку судьи Сандры Дэй О'Коннор. Это было первое мнение большинства, которое вызвало несогласие.