Введение
Мишель Бернштейн (родилась 28 апреля 1932) - французская писательница и критик, наиболее часто вспоминаемая как член Ситуационистского Интернационала с момента его основания в 1957 году до 1967 года и как первая жена его самого видного члена, Гая Деборда.
Ранние годы
Бернштейн родился в Париже, русского еврейского происхождения. В 1952 году, скучая от учебы в соседнем Сорбонне, она начала часто посещать Chez Moineau, бар на 22 rue du Four. Там она встретила круг художников, писателей, бродяг и мелких преступников, которые начали создавать себя как Международный Литературный. В августе 1952 года вместе с Патриком Страрамом она посетила Гавр, чтобы увидеть места, на которых была создана "Гневность" Жана Поля Сартра. 17 августа 1954 года она вышла замуж за другого члена группы, Гая Деборда, и приняла более активную роль в публикациях (в первую очередь в бюллетене Potlatch). Бернштейн вспоминает, что Дебор ранее пытался подобрать ее в кафе перед Сорбонной, но она потрясла сигаретой и сказала что-то унизительное. Однако сначала они стали друзьями, а потом - любовниками: "Я любила его, и мне жаль, что его нет с нами сейчас".
От литеристов к ситуационистскому движению
Литературный Интернационал был в основном связан с: i) выходом за рамки традиционной художественной деятельности, чтобы создать "ситуации" для себя; ii) бесцельным дрейфом по городским средам с целью оценки их психогеографии; и iii) отклонением уже существующих текстов и других материалов к новым целям. Однако к 1957 году большинство членов Интернационала литеристов либо ушли, либо были насильственно исключены, а остатки решили объединиться с двумя другими группами, чтобы сформировать Ситуационистский Интернационал. Бернштейн и Дебор посетили Косио-ди-Ароссия в июле 1957 года: Ситуационистский Интернационал официально появился там 28 июля. Другими двумя группами были Международное движение за образный Баухаус и Лондонский психогеографический комитет. Первый был ответвлением более ранней группы художников CoBrA; последний вообще не был "группой", а просто названием, данным одному британскому художнику, Ральфу Рамни. После этого Бернштейн написал ряд статей в журнале ситуационистов Internationale situationniste, либо в одиночку, либо в сотрудничестве с другими членами. В первом номере журнала Бернштейн написала эссе под названием "Нет бесполезной снисходительности" ("Pas d'indulgences inutiles"), в котором она выступает за сложную необходимость расколов и расколов в Ситуационистском Интернационале. "Необходимо осознавать, когда встреча в конкретной коллективной задаче становится невозможной", в какой момент коллектив должен быть распущен или реорганизован. Радикальная политическая работа Интернационала, утверждает Бернштейн, "не должна подвергаться тем же слабостям" и "модам непрерывности или расслабления", что и дружба, несмотря на неизбежные дружеские отношения, которые развиваются внутри группы. По ее мнению, личные отношения всегда должны оставаться второстепенными по сравнению с более широкими усилиями Ситуационизма. Бернштейн опубликовала два романа через Buchet/Chastel, умеренный успех которых помог ей убедить издателя опубликовать главный теоретический текст Деборда, Общество зрелища (1967), несмотря на его некоммерческий характер. В "Всех королевских лошадях" (Tous les chevaux du roi, 1960; переиздание Paris: Allia, 2004) и "Ночь" (La Nuit, 1961; переиздание Allia в 2013 году) Бернштейн рассказывает одну и ту же историю двумя разными способами, адаптируя сюжет "Опасных связей" для создания "романа с ключом к себе", в котором присутствуют персонажи, основанные на ней самой, Деборде и его возлюбленной Мишель Мошо. All The Kings Horses намеренно имитирует стиль, популяризированный Франсуазой Саган в ее романе Bonjour Tristesse (1954), который возмутил Францию, когда был удостоен Prix des Critiques. "Ночь" - это отклонение от авангардного романского стиля Алена Роббе Жиле. "Все королевские лошади" переведены на английский язык Джоном Келси (Semiotext(e) / Native Agents, 2008 год). "Ночь" переведена на английский язык Клодой Кинселла (Book Works, 2013 год). Она также написала статью о ситуационистах в Times Literary Supplement (2 сентября 1964 года). По словам французского философа и случайного соратника Ситуационистского Интернационала Анри Лефевра, она поддерживала ситуационистов финансово, пишучи гороскопы лошадей для гоночных журналов. Хотя Бернштейн работала на различных работах (в том числе в рекламе), чтобы содержать себя и Деборда, она утверждала, что комментарий о написании гороскопов лошадей был шуткой. В любом случае, они казались счастливыми вместе и оставались близкими, как Бернштейн с самим Дебором даже после расставания. Она поселилась в Солсбери, Англия, и с 1982 года работала литературным критиком для французского журнала Libération. Румни делает следующее замечание о Бернштейне: "Для меня она самая ситуационистская из всех. Она была той, кто в Косио поднял все на тот факт, что не говорится "ситуационизм", а "ситуационист", потому что когда это становится "измом", есть вероятность, что это превратится в идеологию, секту. Она, конечно, отрицала бы это, но у меня было впечатление, что она обладала определенным авторитетом над Гаем. Она использовала его экономно, но в нужные моменты. Она знала, как сдерживать его, когда он впадал в худшие преувеличения. Между Гайом и Мишель была серьезная, прочная связь, когда они были вместе, и даже после.
To me, she is the most Situationist of all. She was the one in Cosio who picked everyone up on the fact that one does not say "Situationism" but "Situationist", because when it becomes an " ism" chances are that it will turn into an ideology, a sect. She would surely deny this, but I had the impression that she had a certain authority over Guy. She used it sparingly, but at the right moments. She knew how to rein him in when he slipped into the worst kind of exaggerations. Between Guy and Michèle there was a serious, lasting complicity when they were together, and even afterwards.