Аристотель Онассис: Жизнь и бизнес греческого магната

Введение

Греческий и аргентинский бизнес-магнат (1906–1975)

Аристотель Сократ Онассис (/oʊ/'/n//æ//s//ɪ//s/, /USalso// /'/n//ɑː// /; Αριστοτέλης Ωνάσης, ; 20 января 1906 – 15 марта 1975) был греческим и аргентинским бизнес-магнатом. Он создал крупнейший в мире частный торговый флот и стал одним из самых богатых и знаменитых людей в мире. Онассис родился в Смирне, в Османской империи, и бежал с семьей в Грецию в 1922 году после разрушения Смирны. В 1923 году он переехал в Аргентину, где начал заниматься торговлей табаком, а затем стал судовладельцем во время Второй мировой войны. Переехав в Монако, Онассис боролся с принцем Ренье III за экономический контроль над страной, используя свою долю в SBM и казино Монте-Карло. В середине 1950-х годов он стремился заключить соглашение о перевозке нефти с Саудовской Аравией и участвовал в китобойных экспедициях. В 1960-х годах Онассис попытался заключить крупный инвестиционный контракт – проект «Омега» – с греческой военной хунтой и продал авиакомпанию Olympic Airways, основанную им в 1957 году. Смерть сына, Александра, в 1973 году сильно повлияла на него, и он скончался два года спустя.

Анатолия

Аристотель Сократ Онасис родился в 1906 году в Караташе, пригороде портового города Смирны (ныне Измир, Турция) в Анатолии, в семье греков Сократа Онассиса и Пенелопы Дологлу. У Аристотеля была одна сестра, Артемида, и две сводные сестры, Каллирой и Меропа, от второго брака отца после смерти Пенелопы в 1912 году. Сократ Онассис стал успешным предпринимателем в сфере судоходства и отправил своих детей в престижные школы. Когда Аристотель окончил местную Евангелическую греческую школу в 16 лет, он владел четырьмя языками: греческим (родным), турецким, испанским и английским. После победы союзников в Первой мировой войне Смирна ненадолго перешла под управление Греции (1919–1922), но затем была вновь захвачена Турцией в ходе греко-турецкой войны (1919–1922). Семья Онассисов потеряла значительную часть своего имущества, что вынудило их бежать в Грецию после Великого пожара в Смирине в 1922 году. В этот период Онасис потерял трех дядей, тетю и ее мужа, Хрисостома Кониялидиса, и их дочь, которые погибли в огне в церкви в Ахисаре, где укрывались от Великого пожара в Смирине 500 христиан. Катастрофа в Малой Азии 1922 года стала трагедией для семьи Онассисов. Его отец был заключен в тюрьму, а его бизнес перешел в турецкую собственность. Остальные члены семьи бежали в Грецию, где им пришлось жить в лагере беженцев под открытым небом.

Аргентина

В 1923 году Онассис вернулся в Стамбул с 250 долларами в кармане. В августе того же года он прибыл в Буэнос-Айрес, Аргентина, по паспорту Нансена и получил свою первую работу – телефонным оператором в британской компании British United River Plate Telephone Company, одновременно изучая коммерцию и административное дело в портовых органах Aduanas Argentinas. Впоследствии он стал предпринимателем, основав аргентинскую компанию по импорту и экспорту, занялся собственным бизнесом и сколотил состояние, импортируя английский турецкий табак в Аргентину. В 1929 году он получил аргентинское гражданство. Его наследием в Буэнос-Айресе стало создание судоходной империи и Фонда греческой культуры, предоставляющего стипендии для молодежи и академическую международную программу обмена между Аргентиной, Грецией, Монако и Соединенными Штатами. Финансирование и администрирование программ осуществлялось Фондом Онассиса, а в конечном итоге ими руководила его дочь Кристина Онассис.

Морская перевозка

Онассис создал флот грузовых судов и танкеров, который в конечном итоге насчитывал более семидесяти судов. Большая часть флота ходила под флагами удобства, где законы и правила были менее строгими, чем в странах владельцев. Более жесткие правила в таких странах, как Соединенные Штаты, обеспечивавшие более высокую заработную плату и стандарты безопасности, позволяли доступ к внутренним маршрутам с более высокими фрахтовыми ставками, но с гораздо большими эксплуатационными расходами. Как это было обычной практикой в международном судоходстве в то время, флот Ониссиса в основном ходил под панамскими и либерийскими флагами, работая без уплаты налогов и с низкими затратами. Это, а также его деловая хватка, помогли Онассису получать значительную прибыль на высококонкурентном рынке судоходства. Он получил большую прибыль, когда крупные нефтяные компании, такие как Mobil, Socony и Texaco, заключили долгосрочные контракты, известные как тайм-чартеры, по фиксированным ценам до падения спотового рынка. Высокая прибыльность флота Ониссиса во многом объяснялась его пренебрежением к стандартам, обычно регулирующим международное судоходство. Например, после того как его танкер, зарегистрированный в Либерии, сел на мель и разлил нефть в заливе Чедабукто, Новая Шотландия, в 1970 году – до сих пор крупнейший разлив нефти у восточного побережья Канады (около 25% от объема, пролитого Exxon Valdez на Аляске в 1989 году) – была создана комиссия по расследованию. Комиссию возглавлял доктор Патрик Мактаггарт Коуэн, исполнительный директор Научного совета Канады. Комиссия установила, что танкер "Arrow" эксплуатировался практически без исправного навигационного оборудования: "Радар перестал функционировать за час до столкновения; эхолот не работал в течение двух месяцев; а гирокомпас имел постоянную ошибку в три градуса к западу. Офицер, дежуривший во время аварии, третий офицер корабля, "не имел лицензии", и никто из экипажа, кроме капитана, не обладал навигационными навыками, "и даже есть сомнения в его компетентности".

Монако

Онассис прибыл в средиземноморское княжество Монако в 1953 году и начал приобретать акции Société des bains de mer de Monaco (SBM) через подставные компании в панамском налоговом убежище, взяв под контроль организацию летом того же года. Вскоре после получения контроля над SBM Онассис перенес свою штаб-квартиру в старый Спортивный клуб на авеню д’Остенде в Монако. SBM являлся крупным владельцем недвижимости в Монако, в его активы входили казино Монте-Карло, Яхт-клуб Монако, отель «Де Пари» и треть территории страны. Первоначально приобретение SBM Онассисом было положительно воспринято правителем Монако, принцем Ренье III, поскольку стране требовались инвестиции, однако к 1962 году отношения между Онассисом и Ренье ухудшились на фоне бойкота Монако, объявленного президентом Франции Шарлем де Голлем. У Онассиса и Ренье были разные взгляды на будущее Монако. Онассис хотел, чтобы страна оставалась курортом для избранной публики, в то время как Ренье стремился строить отели и привлекать больше туристов. После действий Франции Монако утратил привлекательность как налоговый рай, и Ренье призвал Онассиса инвестировать в строительство гостиниц. Онассис не хотел вкладывать средства в отели без гарантий от Ренье о запрете на развитие конкурирующих гостиничных проектов, но пообещал построить два отеля и жилой комплекс. Не желая давать такие гарантии, Ренье воспользовался своим правом вето, чтобы отменить весь гостиничный проект, и публично раскритиковал SBM за «недобросовестность» на телевидении, косвенно критикуя Онассиса. Ренье и Онассис оставались в разногласиях относительно направления развития компании в течение нескольких лет, и в июне 1966 года Ренье одобрил план создания 600 000 новых акций SBM, которые должны были находиться в постоянной собственности государства, что уменьшило долю Онассиса с 52% до менее трети. Онассис оспорил создание акций в Верховном суде Монако, заявив, что это неконституционно, но в марте 1967 года суд вынес решение против него. После этого решения Онассис продал свои акции SBM государству Монако и покинул страну. По словам Фрэнка Брэди в книге «Онассис: экстравагантная жизнь», Онассис сказал по этому поводу: «Нас обманули».

Onassis arrived in the Mediterranean principality of Monaco in 1953 and began to purchase the shares of Monaco's Société des bains de mer de Monaco (SBM) via the use of front companies in the tax haven of Panama, and took control of the organisation in the summer of that year. Onassis moved his headquarters into the Old Sporting Club on Monaco's Avenue d'Ostende shortly after taking control of the SBM. The SBM was a significant owner of property in Monaco, its assets included the Monte Carlo Casino, the Monaco Yacht Club, the Hôtel de Paris and a third of the country's acreage. Onassis's takeover of the SBM was initially welcomed by Monaco's ruler, Prince Rainier III as the country required investment, but Onassis and Rainier's relationship had deteriorated by 1962 in the wake of the boycott of Monaco by the French President, Charles de Gaulle. Onassis and Rainier had differing visions for Monaco. Onassis wished the country to remain a resort for an exclusive clientele, but Rainier wished to build hotels and attract a greater number of tourists. Monaco had become less attractive as a tax haven in the wake of France's actions, and Rainier urged Onassis to invest in the construction of hotels. Onassis was reluctant to invest in hotels without a guarantee from Rainier that no other competing hotel development would be permitted, but promised to build two hotels and an apartment block. Unwilling to give Onassis his guarantee, Rainier used his veto to cancel the entire hotel project, and publicly attacked SBM for their 'bad faith' on television, implicitly criticising Onassis. Rainier and Onassis remained at odds over the direction of the company for several years and in June 1966 Rainier approved a plan to create 600,000 new shares in SBM to be permanently held by the state, which reduced Onassis's stake from 52% to under a third. In the Supreme Court of Monaco the share creation was challenged by Onassis who claimed that it was unconstitutional, but the court found against him in March 1967. Following the ruling Onassis sold his holdings in SBM to the state of Monaco and left the country. According to Frank Brady in Onassis: An Extravagant Life, Onassis's words about the issue were: "We were gypped."

Саудовская Аравия

Во время нефтяного бума 1950-х годов Онассис находился на финальной стадии переговоров с королем Саудовской Аравии о заключении сделки по транспортировке нефти танкерами. Поскольку Arabian American Oil Co. (в настоящее время Saudi Arabian Oil Company, но по-прежнему известная как Aramco) обладала монополией на саудовскую нефть на основании концессионного соглашения, правительство США было обеспокоено этой сделкой. К 1954 году конкретная политика США в отношении Саудовской Аравии, помимо укрепления "особого положения" США, заключалась в принятии "всех необходимых мер для расторжения" соглашения между правительством Саудовской Аравии и Онассисом о транспортировке саудовской нефти на его танкерах и "в любом случае, сделать это соглашение недействительным". [Док. 128] Это соглашение могло бы положить конец монопольному контролю американских нефтяных компаний над нефтью Саудовской Аравии, но правительству США удалось этому помешать. По этой причине он стал объектом внимания правительства США, и в 1954 году ФБР расследовало деятельность Ониссиса по обвинению в мошенничестве против правительства США. Его обвинили в нарушении положений о гражданстве в судоходном законодательстве, которые требуют, чтобы все суда под американским флагом принадлежали гражданам США. Онассис признал себя виновным и заплатил 7 миллионов долларов.

Китоловство

В 1950–1956 годах Онассис успешно занимался китобойным промыслом у западного побережья Южной Америки. Его первая экспедиция принесла чистую прибыль в размере 4,5 миллиона долларов США. Международные соглашения ограничивали количество, размер и сроки, в течение которых разрешалась охота на китов. Фабричное судно Онассиса и сопровождавшие его китобойные суда мало обращали внимания на эти ограничения. В норвежской газете "The Norwegian Whaling Gazette" были опубликованы обвинения, основанные на свидетельствах моряков, в том числе Бруно Шалахекке, работавшего на заводском судне "Олимпик Челленджер": "На палубе до сих пор лежат куски свежего мяса от 124 китов, которых мы убили вчера. Среди них лишь одного можно было считать взрослым. Все животные, попадающие в зону действия гарпуна, убиваются хладнокровно". В 1954 году правительство Перу заявило, что флот Онассиса ведет китобойный промысел в пределах 200 миль от побережья Перу без разрешения, и направило военные корабли для их перехвата. Также были задействованы перуанские военно-воздушные силы, сбросившие бомбы, которые взрывались вблизи заводского судна. Большая часть судов флота была захвачена перуанскими кораблями и доставлена в Пайту, где они были интернированы. Этот проект завершился после продажи бизнеса компании Kyokuyo Hogei Kaisha Whaling Company, одной из крупнейших японских китобойных компаний, за 8,5 миллиона долларов. Норвежские власти подозревали причастность Хьялмара Шахта к китобойному бизнесу Онассиса. Шахт ранее был связан с саудовскими сделками Онассиса.

Олимпийские авиалинии

В 1956 году греческие авиакомпании в целом столкнулись с экономическими трудностями, в результате чего такие компании, как TAE, пострадали от забастовок и нехватки денежных средств. Греческое правительство решило передать эту и другие компании в частный сектор, и 30 июля 1956 года Онассис подписал контракт, предоставляющий ему права на эксплуатацию греческой авиационной отрасли. Когда Онассис узнал в ходе переговоров, что не сможет использовать пять олимпийских колец в своем логотипе из-за вопросов авторского права, он просто решил добавить шестое кольцо. Фактическая эксплуатация началась в 1957 году с одного DC-4, двух DC-6 и 13 DC-3. В следующем году было перевезено 244 000 пассажиров. Соглашение действовало до 10 декабря 1974 года, когда ряд факторов (в частности, серия забастовок, нехватка пассажиров, рост цен на топливо и закон нового греческого правительства, запрещающий Olympic Airways увольнять сотрудников) привели к расторжению контракта Онассисом. После этого события Пол Иоаннидис, высокопоставленный руководитель Olympic Airways, сказал следующее об Онассисе: «В глубине души он не хотел расставаться с Olympic Airways. Ему льстило владеть авиакомпанией. Он очень гордился этим. Это было его достижением. Он был женат на море, но Олимп была его любовницей. Мы говорили, что он тратит все деньги, заработанные на море, на свою возлюбленную в небе». Период руководства Онассиса Olympic Airways известен как золотая эра благодаря инвестициям, которые он сделал в обучение и приобретение передовых технологий. Например, в 1959 году он заключил сделку с De Havilland на покупку четырех реактивных самолетов Comet 4B. Онассис также славился своим вниманием к качеству обслуживания, что побудило его приобрести позолоченные столовые приборы и свечи для обслуживания пассажиров первого класса. В 1974 году, в последний год участия Онассиса в деятельности компании, Olympic Airways перевезла 2,5 миллиона пассажиров и насчитывала 7356 сотрудников. В то время владение Olympic Airways выделяло Онассиса как одного из двух человек в мире, владеющих частной авиакомпанией, другим был Говард Хьюз из TWA.

In 1956, Greek airlines in general faced economic difficulties, whereby companies like TAE were affected by strikes and cash shortage. The Greek government decided to give this and other companies to the private sector, and, on 30 July 1956, Onassis signed a contract granting him the operational rights to the Greek air transport industry. When Onassis heard during the negotiations that he would not be able to use the five Olympic rings in his logo due to copyright issues, he simply decided to add a sixth ring. Operation effectively started in 1957, with one DC 4, two DC 6s and 13 DC 3s. The following year saw 244,000 passengers transported. The agreement lasted until 10 December 1974, when a number of factors (namely, a series of strikes, shortage of passengers, fuel price increase, and a law from the new Greek government forbidding Olympic Airways to fire employees) led Onassis to terminate his contract. Following this event, Paul Ioannidis, a high ranking director from Olympic Airways, said the following of Onassis: "Deep down, [he] did not want to relinquish Olympic Airways. He found it flattering to own an airline. It was something in which he took deep pride. It was his accomplishment. He was married to the sea, but Olympic was his mistress. We used to say that he would spend all the money he made at sea with his mistress in the sky." Onassis's time at the head of Olympic Airways is known as a golden era, due to investments he made in training and the acquisition of cutting edge technology. For example, in 1959, he signed a deal with De Havilland to buy four Comet 4B jets. Onassis was also renowned for his attention to service quality, which led him to buy gold plated utensils and candles for the dining service of the first class section. During 1974, the last year of Onassis's involvement with the company, Olympic Airways transported 2.5 million passengers and had a work force of 7,356 persons. At the time, his ownership of Olympic Airways distinguished Onassis as one of only two men in the world to own a private airline, the other being Howard Hughes of TWA.

Инвестиции

Онассис участвовал в приватизации греческой национальной авиакомпании и основал приватизированную Olympic Airways (ныне Olympic Air) в 1957 году. Акции составляли треть его капитала, вложенного в нефтяные компании в Соединенных Штатах, на Ближнем Востоке и в Венесуэле. Он также владел дополнительными акциями, обеспечивавшими ему контроль над 95 транснациональными предприятиями на пяти континентах. Ему принадлежали золотодобывающие предприятия в Аргентине и Уругвае, значительная доля в авиакомпании в Латинской Америке и инвестиции в Бразилии на сумму 4 миллиона долларов. Кроме того, он владел компаниями Olympic Maritime и Olympic Tourist, химической компанией в Персии, квартирами в Париже, Лондоне, Монте-Карло, Афинах и Акапулько, замком на юге Франции, Олимпийской башней (52-этажный небоскреб на Манхэттене), еще одним зданием в Саттон-Плейс, Olympic Airways и Air Navigation, островом Скорпиос, роскошной яхтой Christina O длиной 325 футов (99 метров) и, наконец, депозитными счетами и счетами в казначействах 217 банков по всему миру.

Проект Омега

В октябре 1968 года, в период греческой военной хунты и вскоре после женитьбы на Жаклин Кеннеди, Онассис объявил о запуске проекта «Омега» – инвестиционной программы объемом 400 миллионов долларов, направленной на создание значительной промышленной инфраструктуры в Греции, включая нефтеперерабатывающий завод и алюминиевый комбинат. Онассис заручился поддержкой диктатора греческой хунты Георгиоса Пападопулоса, оказывая ему содействие в реализации этой схемы, предоставив Пападопулосу в пользование свою виллу и покупая платья для его жены. Проект был финансово поддержан американским банком First National City, однако американские финансовые спонсоры Онассиса со временем устали от невыгодных условий, которые он выдвигал. Проект подвергся резкой критике со стороны таких людей, как журналистка из Афин Хелен Влахос. Другой греческий полковник, Николаос Макарезос, отдал предпочтение предложению соперника Онассиса, Ставроса Ниархоса, и в конечном итоге проект был разделен между ними. Провал был частично обусловлен противодействием влиятельных лиц в военной хунте, таких как заместитель министра экономической координации Иоаннис Орландос Родинос, который выступал против предложений Онассиса, отдавая предпочтение предложениям Ниархоса.

Афина Ливанос

Онассис женился на Афине Мэри "Тина" Ливанос, дочери судоходного магната Ставроса Г. Ливаноса и Ариетты Зафираки, 28 декабря 1946 года. Ливанос было 17 лет на момент их брака, а Онассису – 40. У Ониссиса и Ливанос было двое детей, оба родились в Нью-Йорке: сын Александр (1948–1973) и дочь Кристина (1950–1988). Онассис назвал свою легендарную суперяхту в честь дочери. Для Онассиса брак с Афиной был больше, чем просто исполнением его амбиций. Он также полагал, что этот брак стал ударом по его тестю и представителям старой греческой традиции, которые относились к Онассису с пренебрежением. К середине 1950-х годов супруги фактически жили раздельно, а окончание брака наступило после того, как Ливанос застала Онассиса в постели с её подругой в их доме в Кап-д’Антиб, в Шато-де-ла-Кроэ. Позже этот дом был приобретен зятем Онассиса и его бизнес-соперником Ставросом Ниархосом, который купил его для своей жены, Евгении Ливанос, сестры Афины. Онассис и Ливанос развелись в июне 1960 года, во время широко освещавшегося романа Онассиса с Марией Каллас.

Мария Каллас

Онассис и легендарная оперная сопрано Мария Каллас завели роман, несмотря на то, что оба были женаты. Они встретились в 1957 году на вечеринке в Венеции, устроенной Эльзой Максвелл. После этой первой встречи Онассис заметил Спайросу Скоурасу: "Просто возникло естественное любопытство; в конце концов, мы были самыми известными греками в мире". Каллас и Онассис оба развелись со своими супругами, но не поженились друг с другом, хотя их отношения продолжались много лет. После смерти Онассиса она получала 150 000 долларов США ежегодно до конца жизни. Все условия брачного договора обсуждались с Тедом Кеннеди. После смерти Онассиса Кристина урегулировала вопрос с Джеки Онассис на сумму 25 миллионов долларов в обмен на отказ Джеки оспаривать завещание Онассиса. Во время брака пара жила в шести резиденциях: в ее 15-комнатной квартире по адресу 1040 Пятая авеню в Нью-Йорке, на ее конном ранчо в Нью-Джерси, в его квартире на авеню Фош в Париже (88 авеню Фош), в его доме в Афинах, в его доме на Скорпиосе (его частном острове в Греции) и на его яхте «Кристина О».

Смерть и наследие

Онассис умер в возрасте 69 лет 15 марта 1975 года в Американской больнице в Париже, расположенной в Нёйи-сюр-Сен, Франция, от дыхательной недостаточности, вызванной как осложнение миастении гравис, которой он страдал последние годы жизни. В завещании Онассиса был создан благотворительный фонд в память о его сыне – Фонд общественного блага имени Александра С. Онассиса, получивший 45% его состояния. Остальная часть имущества была завещана его дочери Кристине. Доля Кристины впоследствии перешла к её единственному ребёнку, Афине, что сделало её одной из самых богатых женщин в мире на тот момент. Жаклин Онассис также получила свою долю наследства, согласившись на сумму в 10 миллионов долларов (по другим данным – 26 миллионов долларов), в переговорах о которой участвовал её зять Тед Кеннеди. По сообщениям, под финансовым управлением её спутника жизни, Мориса Темпельсмана, эта сумма выросла до нескольких сотен миллионов долларов. Boeing 727, на котором перевозили останки Онассиса, позже был приобретён за 100 000 долларов американским инженером-электриком и переоборудован в необычный частный дом в Хиллсборо, штат Орегон.