Введение

Израильский пианист Натан Бранд (род. 1944 6 декабря 1990 г.) Бранд женился на Лори Хиллман, с которой у него родились два сына, Джесси и Ари. Он умер в 1990 году в возрасте 46 лет.

Музыкальная карьера

Пианистка Надя Райзенберг, ученица Йозефа Хофмана, услышала игру Брэнда и устроила ему обучение в Музыкальном колледже Маннеса в Нью-Йорке. Позже Брэнд учился у Райзенберга в Джульярдской школе. После обучения в Джульярде Брэнд продолжил обучение у Дороти Таубман, с которой он оставался близким до самой смерти. В 1969 году Брэнд выиграл премию Американской гильдии музыкальных артистов, а также первый приз на конкурсе Société Musicale Ville Marie. Он также получил престижную премию Джозефины Фрай. Натан Бранд играл во всех главных залах Нью-Йорка, где он сделал свой дом, и выступал по всей территории Соединенных Штатов, Канады и Израиля. В международных гастролях он выступал в Лондоне, Париже и Брюсселе. Бранд, как правило, планировал свои концерты вокруг центральных тем. В 1983 году он сыграл серию из трех концертов в зале Алисы Талли, посвятив их отдельно сонатам, фантазиям и этюдам. В 1984 году он дебютировал в Карнеги-холле, играя концерты Шумана и Шопена. Пэтси Морита, Allmusic: "Брэнд был пианистом, который взял индивидуальный путь к интерпретации. Независимо от музыки, будь то невинная Kinderszenen или страстная Kreisleriana, в его игре есть концентрация и убежденность, которые привлекают внимание. Не потому, что он был агрессивным, а потому, что он был готов попробовать новые вещи и делал это с решительной уверенностью". Бернард Холланд, New York Times: "Брэнд обладает сильной музыкальной личностью, и он переговаривался с известными поворотами и поворотами Карнавала оригинальными способами, не будучи своевольным. Другими словами, его использование пауз и его растяжение темпов часто принимали необычные формы, но все, казалось, имели смысл тщательной мысли за ними. Мистер. Ухо Бренда предпочитало прозрачные текстуры и высокий уровень энергии. Несмотря на то, что ноты были не услышаны, он, казалось, контролировал себя и свой инструмент. Изумленная артикуляция на тихих уровнях и в целом лирическое чувство во всей этой игре были впечатляющими".