Введение

Итальянский писатель, кинорежиссер, поэт и интеллектуал (1922–1975)

Пьер Паоло Пазолини (Pier Paolo Pasolini; 5 марта 1922 – 2 ноября 1975) – итальянский поэт, кинорежиссер, писатель, сценарист, актер и драматург. Он считается одним из ключевых общественных интеллектуалов в истории Италии XX века, оказавшим значительное влияние как художник и политический деятель. Он известен режиссурой фильмов, входящих в "Трилогию жизни" ("Декамерон", "Кентерберийские рассказы" и "Тысяча и одна ночь"). Наследие Пазолини остается предметом споров. Открытый гей и одновременно активный сторонник возрождения языков наследия, культурного консерватизма и христианских ценностей в юности, Пазолини вскоре после окончания Второй мировой войны стал убежденным марксистом. Как режиссер, Пазолини часто сопоставлял социально-политические полемики с откровенным и критическим исследованием табуированных сексуальных тем. Яркая фигура римской интеллектуальной среды послевоенного времени, Пазолини стал значительной и влиятельной фигурой в европейской литературе и кинематографе. Его нераскрытое и жестокое похищение, пытки и убийство в Остии в ноябре 1975 года вызвали возмущение в Италии и до сих пор остается предметом ожесточенных дискуссий. Последние данные итальянских следователей, занимающихся нераскрытыми делами, указывают на то, что убийство, скорее всего, было заказным и совершено бандой делла Маглиана – преступной организацией, тесно связанной с ультраправым терроризмом.

Ранние годы

Пьер Паоло Пазолини родился в Болонье, традиционно одном из самых политически левых городов Италии. Он был сыном учительницы начальной школы Сюзанны Колусси, названной в честь её прабабушки, и Карло Альберто Пазолини, лейтенанта Королевской итальянской армии; они поженились в 1921 году. Пазолини родился в 1922 году и был назван в честь дяди по отцовской линии. В 1923 году семья переехала в Конгельяно, а затем в Беллуно в 1925 году, где родился их второй сын, Гидальберто. В 1926 году отец Пазолини был арестован за карточные долги. Мать переехала с детьми в дом своей семьи в Казарса-делла-Делиция, в регионе Фриули. В том же году отец был сначала задержан, а затем опознал Антео Замбони как предполагаемого убийцу Бенито Муссолини после покушения. Карло Альберто был убежден в достоинствах итальянского фашизма. Пазолини начал писать стихи в возрасте семи лет, вдохновленный природной красотой Касарсы. Одним из первых его влияний было творчество Артура Рембо. В 1931 году отец был переведен в Идрию в Юлийских Альпах (ныне в Словении); в 1933 году они снова переехали в Кремону в Ломбардии, а затем в Скандиано и Реджо-Эмилию. Пазолини было трудно адаптироваться ко всем этим переездам, однако он расширил круг чтения поэзии и литературы (Достоевский, Толстой, Шекспир, Колридж, Новалис) и оставил позади религиозный пыл юности. В средней школе в Реджо-Эмилии он встретил своего первого настоящего друга, Лучано Серра. Они встретились вновь в Болонье, где Пазолини провел семь лет, заканчивая школу. Здесь он увлекся новыми страстями, в том числе футболом. Вместе с другими друзьями, включая Эрмеса Парини, Франко Фарольфи, Элио Мели, он создал группу для литературных дискуссий. В 1939 году Пазолини окончил школу и поступил на Литературный факультет Болонского университета, открыв для себя новые области, такие как филология и эстетика изобразительных искусств. Он также посещал местный киноклуб. Пазолини всегда демонстрировал друзьям мужественный и сильный облик, полностью скрывая внутреннюю тревогу. В стихах этого периода он начал включать фрагменты на фриульском языке, языке меньшинства, на котором он не говорил, но который выучил после того, как начал писать на нём стихи. «Я учил его как своего рода мистический акт любви, как своего рода фелибризм, подобно провансальским поэтам». В 1943 году он вместе с другими студентами основал Академию фриульского языка (Academiuta della lenga furlana). Будучи молодым человеком, Пазолини считал себя атеистом. В последние годы Второй мировой войны Пазолини был призван в итальянскую армию. После того, как его полк был захвачен немцами после капитуляции Италии, он бежал и укрылся в небольшом городке Казарса, где оставался несколько лет. Именно там Пазолини впервые испытал гомосексуальное влечение к одному из своих учеников. Его брат Гидо, 19 лет, вступил в Партию действия и бригады Осоппо, ушел в партизаны недалеко от Словении. 12 февраля 1945 года Гидо был убит в засаде, устроенной бригадами Гарибальди, действовавшими в рядах югославских партизан Иосипа Броза Тито. Это потрясло Пазолини и его мать. Через шесть дней после смерти брата Пазолини и другие основали Академию фриульского языка (Academiuta di lenga furlana). В то же время, в связи со смертью Гидо, отец Пазолини вернулся в Италию из заключения в ноябре 1945 года и поселился в Казарсе. В том же месяце Пазолини окончил университет, защитив дипломную работу о творчестве Джованни Пасколи (1855–1912), итальянского поэта и классического филолога. В 1946 году Пазолини опубликовал небольшой сборник стихов «I Diarii» («Дневники») при поддержке Academiuta. В октябре он отправился в Рим. В мае следующего года он начал так называемые «Quaderni Rossi» — рукописные записи в старых школьных тетрадях с красными обложками. Он завершил драму на итальянском языке «Il Cappellano». Его поэтический сборник «I Pianti» («Плач») также был опубликован Academiuta.

Рим

В январе 1950 года Пазолини переехал в Рим с матерью Сузанной, чтобы начать новую жизнь. Он был оправдан по двум обвинениям в непристойном поведении в 1950 и 1952 годах. Несмотря на оправдание, Пазолини стал объектом клеветы и подозрений, особенно в таблоидной прессе. В 1955 году вместе с Франческо Леонетти, Роберто Роверси и другими Пазолини редактировал и опубликовал поэтический журнал под названием Officina. Журнал прекратил существование в 1959 году после четырнадцати выпусков. В том же году он опубликовал свой второй роман, Una vita violenta, который, в отличие от первого, был положительно воспринят коммунистической культурной средой. Впоследствии он писал колонку под названием Dialoghi con Passolini (что означает «Диалоги с Пазолини») для журнала PCI Vie Nuove с мая 1960 года по сентябрь 1965 года, которая в 1977 году была издана в виде книги под названием Le belle bandiere (Прекрасные флаги). В 1966 году Пазолини написал сценарий к фильму об апостоле Павле, который так и не был снят, но впоследствии переработал. Сценарий Пазолини был задуман как изображение Павла как современного человека, без изменения каких-либо его высказываний. В версии Пазолини, Павел – коллаборационист режима Виши, придерживающийся фашистских взглядов, который обретает прозрение во время путешествия в Испанию Франко и присоединяется к антифашистскому французскому Сопротивлению, что служит современной аналогией обращению Павла. Сценарий рассказывает о Павле, проповедующем сопротивление в Италии, Испании, Германии и Нью-Йорке (где он предает, арестовывают и казнят). Как пишет философ Ален Бадью, «самое удивительное во всем этом – то, как тексты Павла переносятся без изменений и с почти непостижимой естественностью в ситуации, в которых Пазолини их использует: война, фашизм, американский капитализм, мелкие споры итальянской интеллигенции». В 1970 году Пазолини купил старый замок недалеко от Витербо, в нескольких милях к северу от Рима, где начал писать свой последний роман, Il Petrolio, в котором он обличал теневые сделки на высших уровнях власти и в корпоративном мире (Eni, ЦРУ, мафия и т.д.). Роман-документ остался незавершенным после его смерти. В 1972 году Пазолини начал сотрудничать с крайне левой ассоциацией Lotta Continua, создав документальный фильм 12 dicembre, посвященный взрыву на площади Пьяцца Фонтана. В следующем году он начал сотрудничество с самой престижной газетой Италии, Il Corriere della Sera. В начале 1975 года издательство Garzanti опубликовало сборник его критических эссе под названием Scritti corsari («Корсарские сочинения»).

Фильмы

В 1957 году вместе с Серджио Читти Пазолини сотрудничал с Федерико Феллини в фильме "Ле ночи ди Кабириа", написав диалоги для сцен на римском диалекте. Феллини также попросил его поработать над диалогами для некоторых эпизодов "La dolce vita". Пазолини дебютировал как актер в фильме "Иль гоббо" в 1960 году и стал соавтором сценария "Долгая ночь" в 1943 году. Наряду с "Ragazzi di vita" он опубликовал свою знаменитую поэму "Le ceneri di Gramsci", в которой Пазолини выразил мучительное напряжение между разумом и сердцем, а также существующую идеологическую диалектику в коммунизме, дебаты о художественной свободе, социалистическом реализме и преданности делу. Первым фильмом Пазолини в качестве режиссера и сценариста стал "Аккатоне" в 1961 году, вновь действие которого разворачивалось среди маргинальных сообществ Рима, рассказывая историю сутенеров, проституток и воров, контрастирующую с послевоенным экономическим восстановлением Италии. Хотя Пазолини пытался дистанцироваться от неореализма, его считают своего рода вторым неореализмом. Ник Барбаро, критик из Austin Chronicle, заявил, что это "может быть самый мрачный фильм", который он когда-либо видел. Фильм вызвал споры и скандал, консерваторы требовали ужесточения цензуры со стороны правительства. В 1963 году эпизод "La ricotta", включенный в антологический фильм RoGoPaG, был подвергнут цензуре, а Пазолини предстал перед судом за "оскорбление итальянского государства и религии". В этот период Пазолини часто путешествовал за границу: в 1961 году с Эльзой Моранте и Альберто Моравиа в Индию (где он снова побывал семь лет спустя); в 1962 году в Судан и Кению; в 1963 году в Гану, Нигерию, Гвинею, Иорданию и Палестину (где он снял документальный фильм "Sopralluoghi in Palestina"). В 1970 году он вновь отправился в Африку, чтобы снять еще один документальный фильм "Appunti per un'Orestiade africana". Пазолини был членом жюри на 16-м Берлинском международном кинофестивале в 1966 году. В 1967 году в Венеции он встретился и взял интервью у американского поэта Эзры Паунда. Они обсудили итальянское движение неоавангарда, а Пазолини прочитал несколько стихов из итальянского перевода "Pisan Cantos" Паунда, которые сочли "антропологически мелкобуржуазными" и, следовательно, обреченными на провал в их попытках революционных перемен. Относительно битвы при Валле-Джулии, произошедшей в Риме в марте 1968 года, он сказал, что сочувствует полиции, поскольку они были "детьми бедных", в то время как молодые активисты были представителями того, что он назвал "левым фашизмом". Его фильм того же года, "Teorema", был показан на Венецианском кинофестивале в напряженной политической обстановке. Пазолини заявил, что фестивалем будут управлять режиссеры. Он написал и снял черно-белый фильм "Евангелие от Матфея" (1964). Он основан на Священном Писании, но адаптирован Пазолини, и он указан как автор. Иисуса, босоногого крестьянина, играет Энрике Иразоки. В фильме 1966 года "Uccellacci e uccellini" (буквально "Плохие птицы и маленькие птицы", но переведенном на английский язык как "Соколы и воробьи"), пикарескной и одновременно мистической притче, Пазолини нанял великого итальянского комика Тото для работы с Нинетто Даволи, любовником режиссера в то время и одним из его любимых "наивных" актеров. Это была уникальная возможность для Тото продемонстрировать, что он также является выдающимся драматическим актером. В "Teorema" (1968), где Теренс Стэмп играет таинственного незнакомца, Пазолини изобразил сексуальное разрушение буржуазной семьи. (Вариации этой темы позже были выполнены Франсуа Озоном в "Ситкоме", Джо Суонбергом в "Зоне" и Такаси Миике в "Visitor Q".) Поздние фильмы были сосредоточены на насыщенном сексуальным фольклоре, например, "Декамерон" Боккаччо (1971), "Кентерберийские рассказы" Чосера (1972) и "Il fiore delle mille e una notte" (буквально "Цветок тысячи и одной ночи", выпущенный на английском языке как "Арабские ночи", 1974). Эти фильмы обычно объединяют в "Трилогию жизни". Основываясь на классических произведениях, Пазолини написал сценарии и единолично указан как автор. Эта трилогия, во многом вызванная попыткой Пазолини показать светскую святость тела против социального контроля человека и особенно против продажного лицемерия религиозного государства (действительно, религиозные персонажи в "Кентерберийских рассказах" показаны как благочестивые, но аморально алчные дураки), была попыткой представить состояние естественной сексуальной невинности, необходимое для истинной природы свободного человечества. Попеременно игриво непристойные и поэтически чувственные, дико населенные, тонко символичные и визуально изысканные, эти фильмы пользовались огромной популярностью в Италии и, возможно, остаются его самыми известными работами. Однако, несмотря на то, что трилогия в целом считается многими шедевром, Пазолини позже презирал свое творение из-за многочисленных мягко-порно имитаций этих трех фильмов в Италии, которые произошли после этого из-за той самой популярности, которая глубоко его беспокоила. Он считал, что произошло искажение его видения, которое привело к коммерциализации тела, которое он пытался отрицать в своей трилогии. Разочарование, которое это вызвало, считается одной из основных причин его последнего фильма "Salò", в котором люди рассматриваются не только как товары под авторитарным контролем, но и просто как шифры для его прихотей, лишенные свободной жизненной силы фигур в "Трилогии жизни". Его последняя работа, "Salò o le 120 giornate di Sodoma" (1975), превзошла то, что большинство зрителей могли принять в своих откровенных сценах сексуальной извращенности и жестокого насилия. Основанный на романе "120 дней Содома" маркиза де Сада, он считается самым противоречивым фильмом Пазолини. В мае 2006 года Film Guide журнала Time Out назвал его "самым противоречивым фильмом" всех времен. "Salò" задумывался как первый фильм его "Трилогии смерти", за которым последовал прерванный биографический фильм о Жиле де Ре.

Примечание: Все перечисленные ниже фильмы были написаны и сняты Пазолини, если не указано иное.

ГодНазваниеОсновано наПримечанияОригиналНа английском1961 Accattone Accattone Роман Пазолини "Una vita violenta". Сценарий написан в сотрудничестве с Серджио Читти.1962 Mamma Roma Mamma Roma Сценарий Пазолини с дополнительными диалогами Читти.1964 Il vangelo secondo Matteo Евангелие от Матфея Евангелие от Матфея. Получил "Серебряного льва" на 25-м Венецианском международном кинофестивале, премию ООН на 21-й церемонии вручения наград Британской киноакадемии.1966 Uccellacci e uccellini Соколы и воробьи1967 Edipo re Царь Эдип "Царь Эдип" Софокла. Сыграл роль Первосвященника в фильме.1968 Teorema Теорема Роман Пазолини "Teorema" также был опубликован в 1968 году.1969 Porcile Хлев1969 Medea Медея "Медея" Еврипида.1971 Il Decameron Декамерон "Декамерон" Джованни Боккаччо. Получил "Серебряного медведя" на 21-м Берлинском международном кинофестивале.1972 I racconti di Canterbury Кентерберийские рассказы "Кентерберийские рассказы" Джеффри Чосера. Получил "Золотого медведя" на 22-м Берлинском международном кинофестивале. Сыграл роль ученика Джотто в фильме.1974 Il fiore delle Mille e una Notte Тысяча и одна ночь (Арабские ночи) "Тысяча и одна ночь". Сценарий написан в сотрудничестве с Дачией Мараини. Получил Гран-при на Каннском кинофестивале 1974 года. Сыграл роль Чосера в фильме.1975 Salò o le 120 giornate di Sodoma Сало, или 120 дней Содома "Les 120 journées de Sodome ou l'école du libertinage" маркиза де Сада. Сценарий написан в сотрудничестве с Читти с расширенными цитатами из Ролана Барта "Сад, Фурье, Лойола" и Пьера Клоссовски "Сад, мой ближний".

Личная жизнь

Маленький скандал разразился во время местного фестиваля в Рамусчелло в сентябре 1949 года. Кто-то сообщил Кордовадо, местному сержанту карабинеров, о сексуальном поведении (мастурбации) Пазолини с тремя юношами в возрасте шестнадцати лет и младше после танцев и выпивки. Он и 16-летний были привлечены к ответственности. В следующем месяце, во время допроса, Пазолини не стал отрицать факты, но говорил о "литературном и эротическом порыве" и ссылался на Андре Жида, лауреата Нобелевской премии по литературе 1947 года. Кордовадо доложил начальству, и региональная пресса вмешалась. В конце 1949 года он решил переехать в Рим вместе с матерью, чтобы начать новую жизнь, поселившись на окраине города. В 1963 году, в возрасте 41 года, Пазолини встретил "большую любовь своей жизни", 15-летнего Нинетто Даволи, которого позже он утвердил на роль в своем фильме 1966 года Uccellacci e uccellini (дословно "Плохие птицы и маленькие птички", но на английском языке переведенном как "Ястребы и воробьи"). Пазолини стал наставником и другом юноши. Однако в жизни Пазолини были важные женщины, с которыми он разделял чувство глубокой и уникальной дружбы, в частности Лаура Бетти и Мария Каллас. Дачия Мараини, известная итальянская писательница, говорила о поведении Каллас по отношению к Пазолини: "Она следовала за ним повсюду, даже в Африку. Она надеялась "обратить" его в гетеросексуальность и убедить вступить в брак". Пазолини также был чувствителен к проблемам, связанным с "новой" ролью, которую приписывали женщинам итальянские СМИ, заявив в интервью 1972 года, что "женщины – не игровые автоматы". Он болел за футбольный клуб своего родного города, "Болонья".

Отношения с Итальянской коммунистической партией

К октябрю 1945 года политический статус региона Фриули стал предметом разногласий между различными политическими группировками. 30 октября Пазолини вступил в ассоциацию сторонников децентрализации Patrie tal Friul, основанную в Удине. Пазолини хотел видеть Фриули, основанный на своих традициях, связанный с католической церковью в Италии, но стремящийся к гражданскому и социальному прогрессу, в отличие от сторонников региональной автономии, стремившихся сохранить свои привилегии, основанные на консерватизме. Он также критиковал Коммунистическую партию Италии (PCI) за ее оппозицию региональной децентрализации и предпочтение централизации государства. Пазолини основал партию Movimento Popolare Friulano, но ушел в отставку, осознав, что ею тайно манипулирует правящая Христианско-демократическая партия Италии для противодействия местным титоистам, пытавшимся присоединить обширные территории региона Фриули к Социалистической Федеративной Республике Югославии.

Антифашизм и протесты 1968 года

Пазолини вызвал бурную общественную дискуссию своими спорными анализами общественной жизни. Например, во время беспорядков 1968 года студенты-автономисты вели партизанскую борьбу против полиции на улицах Рима. Для их сторонников эти беспорядки были гражданской схваткой пролетариата против системы. Пазолини сделал замечания, которые были истолкованы как поддержка полиции или как приверженность порядку, и как позиция «анти-антифашиста». По данным Centro Studi Pier Paolo Pasolini, миф об «анти-антифашистском» Пазолини использовался неофашистами для продвижения идей антиглобалистских альянсов. В стихотворении также подразумевается классовое лицемерие истеблишмента по отношению к протестующим: ставится вопрос, как бы поступили с молодыми рабочими, если бы они вели себя так же: «Occupate le università / ma dite che la stessa idea venga / a dei giovani operai / E allora: Corriere della Sera e Stampa, Newsweek e Monde / avranno tanta sollecitudine / nel cercar di comprendere i loro problemi? / La polizia si limiterà a prendere un po’ di botte / dentro una fabbrica occupata? / Ma, soprattutto, come potrebbe concedersi / un giovane operaio di occupare una fabbrica / senza morire di fame dopo tre giorni?» («Оккупируйте университеты / но скажите, что та же идея придет / к молодым рабочим / Тогда: Corriere della Sera и Stampa, Newsweek и Le Monde / проявят столько же заботы / в попытках понять их проблемы? / Полиция просто устроит небольшую потасовку / внутри оккупированной фабрики? / Но, прежде всего, как мог бы / молодой рабочий позволить себе оккупировать фабрику / не умирая от голода через три дня?»). Пазолини полагал, что полиция – это истинный пролетариат, отправленный сражаться за мизерную зарплату и по причинам, которые они не понимают, против избалованных сверстников, которым повезло учиться, ссылаясь на «poliziotti figli di proletari meridionali picchiati da figli di papà in vena di bravate» (букв. «полицейские, сыновья пролетарского юга, избитые высокомерными сыновьями богатых отцов»). Он считал, что полицейские – лишь внешняя оболочка реальной власти, например, судебной системы. Пазолини был не чужд судам и судебным процессам. На протяжении всей своей жизни он часто оказывался вовлеченным до 33 судебных исков, поданных против него по обвинениям в «общественном позоре», «грубой речи», «непристойности», «порнографии», «неуважении к религии» и «неуважении к государству», по которым он в конечном итоге всегда был оправдан. Традиционная интерпретация позиции Пазолини подверглась критике.

Восходящее общество потребления

Пазолини был особенно обеспокоен классом субпролетариата, который он изобразил в фильме «Аккаттóне» и к которому он чувствовал как человеческое, так и художественное влечение. Он заметил, что та чистота, которую он различал в доиндустриальной народной культуре, быстро исчезает – процесс, который он назвал *la scomparsa delle lucciole* (дословно «исчезновение светлячков»). Радость жизни мальчиков стремительно уступала место буржуазным амбициям, таким как дом и семья. Он критиковал левых, которые питали «традиционную и никогда не признаваемую ненависть к люмпенпролетариату и бедным слоям населения». В 1958 году он призвал Итальянскую коммунистическую партию (PCI) стать «партией бедных людей: партией, можно сказать, люмпенпролетариев». Позиция Пазолини укоренена в убеждении, что в итальянском обществе и в мире происходят коперниканские перемены. В связи с этой идеей он также был ярым критиком консумеризма, который, по его мнению, стремительно разрушил итальянское общество с середины 1960-х до начала 1970-х годов. Он описал сцены копрофагии в фильме «Сало, или 120 дней Содома» как комментарий к индустрии переработки пищевых продуктов. По его мнению, общество потребления («неокапитализм») и «новый фашизм» тем самым расширили отчуждение, гомогенизацию и централизацию, которые не удалось достичь прежнему клерикальному фашизму, что привело к антропологическим изменениям. Это изменение связано с утратой гуманизма и возведением производительности в центральный элемент человеческого существования, что он презирал. Он считал, что «новая культура» является деградирующей и вульгарной. В одном интервью он сказал: «Я с особой яростью ненавижу нынешнюю власть, власть 1975 года, которая ужасно манипулирует телами; манипуляция, не уступающая той, что осуществляли Гиммлер или Гитлер». По мнению исследователя творчества Пазолини Симоны Бондавалли, определение Пазолини неокапитализма как «нового фашизма» навязывало единообразное соответствие без применения принудительных мер. Как выразился Пазолини, «ни один фашистский централизм не смог сделать того, что сделал централизм потребительской культуры». Философ Давиде Тариццо обобщил позицию Пазолини:

Сильная критика христианской демократии

Пазолини видел некоторую преемственность между фашистской эпохой и послевоенной политической системой, которую возглавляли христианские демократы, описывая последнюю как "клерико-фашизм" из-за использования государства в качестве репрессивного инструмента и манипулирования властью: он считал, что условия жизни римского субпролетариата в боргете являются примером этого, поскольку они были маргинализированы и социально и географически обособлены, как и при фашизме, и находились в конфликте с преступной полицией. На региональных выборах 1975 года наблюдался подъем левых партий, и, опираясь на свой прямолинейный, все более политический подход и пророческий стиль в этот период, он заявил в Corriere della Sera, что пришло время судить самых видных деятелей христианских демократов, где их нужно будет показать в наручниках, сопровождаемых карабинерами: он чувствовал, что это единственный способ отстранить их от власти. Пазолини обвинил руководство христианских демократов в том, что оно "пронизано влиянием мафии", скрывает ряд взрывов, устроенных неофашистами, сотрудничает с ЦРУ и работает с ЦРУ и итальянскими вооруженными силами, чтобы предотвратить усиление левых. После 1968 года Пазолини вступил в контакт с леволибертарианской, либеральной и антиклерикальной Радикальной партией (Partito Radicale). Он участвовал в полемике с лидером партии Марко Паннеллой, поддержал инициативу партии, призывающую к восьми референдумам по различным либеральным реформам, и принял приглашение выступить на съезде партии до того, как был убит. В интервью, данном незадолго до смерти, Пазолини заявил, что часто не согласен с партией. Он продолжал оказывать умеренную поддержку PCI: почти неузнаваемый, Пазолини был жестоко избит и несколько раз переехал собственной машиной. Множество костей было сломано, а его яички раздавлены, по всей видимости, металлическим прутом. Вскрытие показало, что после смерти его тело было частично сожжено бензином. Это преступление долгое время рассматривалось как месть в стиле мафии, вряд ли совершенная одним человеком. Пазолини был похоронен в Касарсе. Джузеппе (Пино) Пелоси (1958–2017), тогда 17-летний, был пойман за рулем машины Пазолини и признался в убийстве. Он был осужден и приговорен к 9 годам тюрьмы в 1976 году. Двадцать девять лет спустя, 7 мая 2005 года, Пелоси отозвал свои признания, заявив, что они были сделаны под угрозой насилия в отношении его семьи. Он утверждал, что убийство совершили три человека "с южным акцентом", а также оскорбил Пазолини, назвав его "грязным коммунистом". Другие доказательства, обнаруженные в 2005 году, указывали на то, что Пазолини был убит вымогателем. Показания его друга Серджио Читти указывали на то, что некоторые кинопленки из фильма "Сало, или 120 дней Содома" были украдены, и что Пазолини планировал встретиться с ворами 2 ноября 1975 года после визита в Стокгольм, Швеция, чтобы договориться об их возврате. Расследование Читти выявило дополнительные улики, включая окровавленную деревянную палку и свидетеля, который заявил, что видел, как группа мужчин вытащила Пазолини из машины. Работа Пазолини часто вызывала неодобрение, возможно, прежде всего из-за его частой сосредоточенности на сексуальном поведении и контраста между тем, что он представлял, и тем, что было публично одобрено. Хотя поэзия Пазолини часто касалась его гомосексуальных привязанностей, это не была единственная и даже главная тема. Следует также отметить его интерес к итальянским диалектам и их использование. Большая часть поэзии была посвящена его глубоко почитаемой матери. Он изобразил некоторые уголки современной реальности так, как мало кто из поэтов мог. Его поэзия, которая была переведена лишь спустя некоторое время, не была так известна за пределами Италии, как его фильмы. В 1996 году был опубликован сборник на английском языке. Пазолини также разработал философию языка, в основном связанную с его исследованиями в области кино. Эта теоретическая и критическая деятельность была еще одной горячо обсуждаемой темой. Его собранные статьи и ответы до сих пор доступны. Эти исследования можно рассматривать как основу его художественного мировоззрения: он считал, что язык – будь то английский, итальянский, диалект или любой другой – является жесткой системой, в которой заключена человеческая мысль. Он также считал, что кино – это "письменный" язык реальности, который, как и любой другой письменный язык, позволяет человеку видеть вещи с точки зрения истины. Пазолини, фильм Мальги Кубиак, драматический фильм, основанный на истории жизни и смерти Пьера Паоло Пазолини, вышедший в 2015 году. Фильм был показан на седьмом выпуске ЛГБТ-кинофестиваля в Варшаве и получил приз зрительских симпатий на фестивале. La macchinazione, фильм его бывшего соавтора Давида Гриеко, биографический фильм 2016 года о последних часах жизни Пазолини, в котором Массимо Раниери играет Пазолини.