Введение

Французский политик и писатель (1767–1830), европейский писатель и политик.
Анри Бенжамен Констант де Ребекк (kɔ̃stɑ̃; 25 октября 1767 – 8 декабря 1830), или просто Бенжамен Констант, был швейцарским политическим мыслителем, активистом и писателем, специализирующимся на политической теории и религии. Приверженец республиканских идей с 1795 года, он поддержал государственный переворот 18 Фруктидора (4 сентября 1797 года) и последовавший за ним переворот 18 Брумера (9 ноября 1799 года). Во время Консульства, в 1800 году, он стал лидером Либеральной оппозиции. Вызвав недовольство Наполеона и покинув Францию, сначала в Швейцарию, а затем в Королевство Саксонию, Констант тем не менее поддержал его во время «Ста дней» и вновь активизировался политически во время Французской Реставрации. Он был избран депутатом в 1818 году и оставался на этом посту до своей смерти в 1830 году. Будучи главой либеральной оппозиции, известной как «Независимые», он был одним из наиболее выдающихся ораторов Палаты депутатов Франции, сторонником парламентской системы. Во время Июльской революции он поддерживал восхождение на престол Людовика Филиппа I. Помимо многочисленных эссе на политические и религиозные темы, Констант писал о романтической любви. Его автобиографическая книга «Красный карнет» (1807) рассказывает о его любви к мадам де Сталь, протеже и соратником которой он стал, особенно в кругу Коппе, а успешная повесть «Адольф» (1816) является ярким примером его работ на эту тему. Он был убежденным классическим либералом начала XIX века. Он уточнил понятие свободы, определив ее как условие существования, позволяющее индивиду избежать вмешательства со стороны государства или общества. Его идеи оказали влияние на движение Триенио Либераль в Испании, Либеральную революцию 1820 года в Португалии, Греческую войну за независимость, Ноябрьское восстание в Польше, Бельгийскую революцию, а также на либерализм в Бразилии и Мексике.

Биография

Анри Бенжамен Констант родился в Лозанне в семье Констант де Ребекк, потомков французских гугенотов, бежавших из Артуа в Швейцарию во время Французских религиозных войн в XVI веке. Его отец, Жюль Констан де Ребек, служил высокопоставленным офицером в армии Нидерландов, как и его дед, дядя и двоюродный брат Жан Виктор де Констан Ребек. После того как мать Константа, Генриетта Полин де Шандьё Вилларс, умерла вскоре после его рождения, о нём заботились обе бабушки. Частные учителя обучали его в Брюсселе (1779) и в Нидерландах (1780). Поступив в протестантский университет Эрлангена (1783), он получил доступ ко двору герцогини Софии Каролины Марии Брансвик-Вольфенбюттельской. Ему пришлось покинуть университет из-за романа с девушкой и переехать в Эдинбургский университет. Там он жил в доме Эндрю Дункана и подружился с Джеймсом Маккинтошем и Малкольмом Лэйнгом. Уходя из города, он пообещал погасить свои карточные долги. В 1787 году он вернулся в континентальную Европу, путешествуя верхом через Шотландию и Англию. В те годы европейская знать со своими привилегиями подвергалась резкой критике со стороны тех, кто, подобно Константу, находился под влиянием «Рассуждения о происхождении и основаниях неравенства между людьми» Жан-Жака Руссо. Семья Константа критиковала его за то, что он опускал часть своей фамилии. В Париже, в доме Жана-Батиста Антуана Суара, он познакомился с Изабеллой де Шарриер, 46-летней голландской писательницей, которая позже помогла опубликовать «Исповедь» Руссо и была очень близка с его дядей, Давидом Луи Констаном де Ребекк, благодаря пятнадцатилетней переписке. Во время пребывания в её доме в Кольбье (Швейцария) они вместе написали эпистолярный роман. Она была для него наставницей, пока назначение Константа ко двору Карла Вильгельма Фердинанда, герцога Брансвик-Вольфенбюттельского, не потребовало от него переезда на север. Он покинул двор с началом войны Первой коалиции в 1792 году. В Брауншвейге он женился на Вильгельмине фон Крамм, но она развелась с ним в 1793 году. В сентябре 1794 года он встретил и увлёкся знаменитой и богатой замужней Жерменой де Сталь, воспитанной в духе идей Руссо. Они оба восхищались Жаном Ламбером Тальеном и Талейраном. Их интеллектуальное сотрудничество между 1795 и 1811 годами сделало их одной из самых известных интеллектуальных пар того времени.

Свобода древности и современности

Один из первых мыслителей, именуемых "либералами", Констант искал практическую модель свободы в крупном торговом обществе скорее в Британии, чем в Древнем Риме. Он проводил различие между "Свободой древних" и "Свободой современных". Свобода древних представляла собой партисипативную республиканскую свободу, дававшую гражданам право непосредственно влиять на политику посредством дебатов и голосования на народном собрании. Он высоко ценил благородный дух обновления государства. Однако он утверждал, что наивно полагать писателям, будто за две тысячи лет не произошли какие-либо изменения в обычаях и потребностях людей. Динамика государства изменилась. Численность древних народов меркла по сравнению с размерами современных стран. Он даже утверждал, что при большом населении человек не играет никакой роли в управлении, независимо от его формы или типа. Констант подчеркивал, что граждане древних государств находили больше удовлетворения в общественной сфере и меньше – в частной жизни, в то время как современные люди предпочитают частную жизнь. Неоднократное осуждение Константом деспотизма пронизывало его критику французских политических философов Жана Жака Руссо и аббата де Мабли. Эти писатели, оказавшие влияние на Французскую революцию, по мнению Константа, путали власть со свободой и одобряли любые средства расширения влияния государства. Якобы реформаторы использовали модель государственной силы старого режима и организовали самый абсолютный деспотизм во имя Республики. Он постоянно осуждал деспотизм, указывая на противоречие свободы, происходящей от деспотизма, и на пустоту этой идеологии. Кроме того, он отмечал разрушительное воздействие периода Террора, назвав его необъяснимым безумием. По словам Франсуа Фюре, "вся политическая мысль" Константа вращалась вокруг этого вопроса, а именно проблемы оправдания Террора. Констант понимал катастрофическое увлечение революционеров политической сферой. Этот период длился всего "Сто дней" до поражения Наполеона, но работа Константа, тем не менее, предоставила возможность примирить монархию со свободой. Действительно, французская Конституция (или Устав) 1830 года может рассматриваться как практическое воплощение многих идей Константа: наследственная монархия, сосуществующая с избираемой Палатой депутатов и сенаторской Палатой пэров, с исполнительной властью, сосредоточенной в руках ответственных министров. Таким образом, хотя во Франции его часто игнорировали из-за его англосаксонских симпатий, Константу удалось внести глубокий (хотя и косвенный) вклад во французские конституционные традиции.

Империализм и завоевания

Констант был противником империализма и завоеваний, осуждая французскую колониальную политику в Вест-Индии и других местах как расистскую, несправедливую и нарушающую основополагающие принципы человеческого равенства. Он выступал за расширение гражданских и политических прав на неевропейских колониальных подданных. Он поддерживал Гаитянскую революцию и утверждал, что институты, созданные гаитянами, доказывают способность неевропейцев создавать институты, не уступающие европейским. Он был твердым сторонником независимости Греции от Османской империи.

Сравнительная религия

Помимо политической и литературной деятельности, Констант посвятил сорок лет изучению религии и религиозного чувства. Его публикации свидетельствуют о его стремлении постичь это социальное явление, присущее человеческой природе, которое, независимо от формы, всегда является поиском совершенства. Если его проявления становятся закостенелыми, неизбежен раскол. Следовательно, каким бы ни было религиозное чувство, оно должно адаптироваться и развиваться. Констант категорически утверждает, что политическая власть не должна вмешиваться в религиозные убеждения граждан, даже во имя их защиты. По его мнению, каждый человек должен сам решать, где искать утешения, нравственного ориентира или веры. Внешняя власть не может воздействовать на убеждения, она может воздействовать лишь на интересы. Он также осуждает религию, которую обычно считают утилитарной, поскольку она принижает подлинное религиозное чувство. Он полагает, что упадок политеизма был закономерным следствием прогресса человечества. Чем больше люди продвигаются в своем понимании, тем более благотворным становится влияние теизма. Вера в Бога сама претерпевала эволюцию. Христианство, особенно протестантизм, он считает своей наиболее толерантной формой и показателем интеллектуальной, моральной и духовной эволюции.

Романы

За свою жизнь Констант опубликовал лишь один роман — «Адольф» (1816), повествующий о трагической любовной связи молодого, нерешительного человека со взрослой женщиной. Написанный от первого лица в духе сентиментализма, роман «Адольф» исследует переживания юноши, влюбляющегося и разочаровывающегося в Элленор, женщине с сомнительной репутацией. Констант начал работу над романом как автобиографический рассказ о двух любовных увлечениях, но решил, что публика негативно воспримет изображение смены страстей. Считается, что любовная история, изображенная в окончательной версии романа, основана на связи Константа с Анной Линдсей, которая описала эти отношения в своей переписке (опубликованной в журнале Revue des Deux Mondes в декабре 1930 года — январе 1931 года). Книгу сравнивают с романами «Рене» Шатобриана и «Корина» мадам де Сталь.

Наследие

Важность сочинений Константа о свободе древних и свободе его современников доминировала в понимании его творчества, наряду с его критикой Французской революции. Британский философ и историк идей, сэр Исайя Берлин признал свою признательность Константу. Более широкие литературные и культурные работы Константа (прежде всего повесть «Адольф» и его обширная история сравнительной религии) подчеркивали важность самопожертвования и влияние человеческих эмоций как основу общественной жизни. Таким образом, хотя он выступал за индивидуальную свободу как жизненно важную для индивидуального и морального развития и соответствующую духу современности, он считал, что эгоизм и личный интерес не входят в истинное определение индивидуальной свободы. Эмоциональная подлинность и сопереживание были критически важны. В этом его моральное и религиозное мышление находилось под сильным влиянием моральных трудов Жана Жака Руссо и немецких мыслителей, таких как Иммануил Кант, которого он изучал в контексте своей истории религий.