Введение

Первая, Вторая и Третья Самнитские войны (343–341 до н. э., 326–304 до н. э. и 298–290 до н. э.) велись между Римской республикой и самнитами, населявшими участок Апеннинских гор к югу от Рима и к северу от луканского племени. Первая из этих войн стала следствием вмешательства Рима для спасения Капуи, города в Кампании, от нападения самнитов. Вторая война возникла из-за вмешательства Рима в политические дела Неаполя и переросла в борьбу за контроль над центральной и южной Италией. Третья война также была направлена на установление контроля над этим регионом Италии. Войны продолжались более полувека и вовлекли в конфликт народы, проживавшие к востоку, северу и западу от Самния (земли самнитов), а также народы центральной Италии к северу от Рима (этрусков, умбров и пицентов) и галлов сенонов, хотя и в разное время и с разной степенью участия.

Предыстория

К моменту Первой Самнитской войны (343 г. до н. э.) расширение римской территории на юг достигло реки Лирис (см. Лири), которая являлась границей между Лацием (землей латинов) и Кампанией. Эта река сейчас называется Гарильяно и служит границей между современными регионами Лацио и Кампания. В те времена под названием Кампания понималась равнина между побережьем и Апеннинскими горами, простиравшаяся от реки Лирис до Неаполитанского и Салернского заливов. Северную часть этой территории населяли сидицины, аурунцы и аусоны (подгруппа аурунцев). Центральную и южную часть заселили кампанцы – народ, мигрировавший из Самния (земли самнитов) и тесно связанный с самнитами, но выработавший собственную самобытность. Самниты представляли собой конфедерацию четырех племен, проживавших в горах к востоку от Кампании и являвшихся самой могущественной силой в регионе. Самниты, кампанцы и сидицины говорили на осканских языках. Эти языки входили в оско-умбрскую языковую семью, которая также включала умбрский и сабеллийские языки, распространенные к северу от Самния. Луканы, жившие на юге, также говорили на осканском языке. Диодор Сицилийский и Ливий сообщают, что в 354 г. до н. э. Рим и самниты заключили договор, однако ни один из них не приводит его условий. Современные историки предполагают, что договор установил реку Лирис в качестве границы между сферами влияния, где к северу от нее находилась римская сфера, а к югу – самнитская. Это соглашение было нарушено, когда римляне вмешались к югу от Лириса, чтобы спасти Капую, кампанский город (расположенный чуть севернее Неаполя), от нападения самнитов.

Первая война самнитов (343 - 341 гг. до н. э.)

Ливий – единственный сохранившийся источник, предоставляющий последовательное описание войны, получившей в современной историографии название Первая Самнитская война. Помимо этого, "Фасти Триумфале" содержат записи о двух римских триумфах, относящихся к этой войне, а некоторые события, описанные Ливием, упоминаются и другими античными авторами.

Счет Ливи

Согласно Ливию, Первая Самнитская война началась не из-за вражды между Римом и самнитами, а по причинам внешних обстоятельств. Толчком послужило нападение самнитов на сидицинов – племени, проживавшего к северу от Кампании, с главным поселением в Теануме Сидицинуме – совершенное без какого-либо повода. Не в силах противостоять самнитам, сидицины обратились за помощью к кампанцам. Те потерпели от сидицинов второе поражение и были заперты в своих стенах. Это вынудило кампанцев просить о помощи Рим. В Риме кампанских послов допустили к аудиенции в Сенат. В своей речи они предложили заключить союз между Римом и Кампанией, указав на то, что богатство Кампании могло бы принести пользу римлянам и помочь покорить вольсков, врагов Рима. Они подчеркнули, что ни один пункт римского договора с самнитами не препятствует заключению договора с кампанцами, и предупредили, что в противном случае самниты захватят Кампанию, и ее сила перейдет к ним, а не к римлянам. После обсуждения этого предложения Сенат пришел к выводу, что, хотя союз с Кампанией сулил немалые выгоды, и эта плодородная область могла стать житницей Рима, Рим не может заключить союз с кампанцами, оставаясь верным своему существующему договору с самнитами. Поэтому они были вынуждены отклонить предложение. Получив известие об отказе Рима, посольство Кампании, следуя своим инструкциям, безоговорочно передало народ Кампании и город Капую под власть Рима. Потрясенные этим жестом, сенаторы постановили, что честь Рима требует защиты кампанцев и Капуи, которые в результате капитуляции стали собственностью Рима, от нападений самнитов. К самнитам были отправлены послы с поручением просить, ввиду их дружеских отношений с Римом, не трогать территорию, перешедшую во владение Рима, и предостеречь от посягательств на город Капую и территорию Кампании. Послы доставили послание на всеобщее собрание самнитов. Однако их встретили враждебно: самниты не только заявили о намерении воевать с Капуей, но и их магистраты покинули зал совета и, достаточно громко, чтобы послы могли слышать, отдали приказ немедленно вывести войска в Кампанию и разорить ее. Когда эта новость дошла до Рима, были отправлены фециалы с требованием возмещения ущерба, и после отказа Рима объявил войну самнитам.

Современные взгляды

Историческая достоверность описания Ливием событий оспаривается современными историками. Они склонны признать, что Ливий мог упростить обстоятельства, приведшие к войне между сидицинами, кампанцами и самнитами, однако его повествование, по крайней мере в общих чертах, соответствует историческим фактам. Крепость сидицинов в Теануме контролировала важный региональный перекресток, что могло послужить мотивом для самнитского завоевания. Первая Самнитская война, возможно, началась случайно, как утверждал Ливий. Сидицины располагались на самнитской стороне реки Лирис, и хотя римско-самнитский договор касался лишь среднего течения Лириса, а не нижнего, Рим, по-видимому, не проявлял особой заботы о судьбе сидицинов. Таким образом, самниты могли начать войну с сидицинами, не опасаясь вмешательства Рима. Непредвиденное участие кампанцев и привлекло к конфликту римлян. Однако многие историки испытывают трудности с принятием историчности кампанского посольства в Рим, в частности, с тем, насколько справедливо Ливий описывал кампанцев, безоговорочно сдающихся Риму. Тот факт, что Капуа и Рим были союзниками в 343 году до н.э., вызывает меньше споров, поскольку именно эти отношения лежат в основе всей Первой Самнитской войны. Историки отмечают сходство между событиями, предшествовавшими Первой Самнитской войне, и событиями, которые, по словам Фукидида, послужили причиной Пелопоннесской войны, хотя различия также присутствуют. Очевидно, что Ливий или его источники сознательно использовали кампанское посольство как модель для «Коркирейских дебатов» в «Истории Пелопоннесской войны» Фукидида. Существует множество параллелей между речью, произнесенной кампанским послом в римском сенате у Ливия, и речью коркирейского посла в афинской ассамблее у Фукидида. Однако, если афиняне Фукидида обсуждают предложение коркирейцев с прагматической точки зрения, то сенаторы Ливия решают отклонить союз с Кампанией, основываясь на моральных соображениях. Ливий, возможно, намеревался, чтобы его образованные читатели уловили этот контраст. Преувеличенное страдание сдающихся кампанцев контрастирует с их высокомерием – распространенным мотивом в древнеримской литературе. Также маловероятно, что описание Ливием самнитского национального собрания основано на подлинных источниках. Однако это не означает, что, поскольку речи вымышлены – что является обычной практикой для древних историков – капитуляция Кампании также должна быть вымышленной. Основная трудность заключается в том, как в 343 году до н.э. богатая Капуа могла оказаться в таком тяжелом положении из-за самнитов, что кампанцы были готовы отдать все Риму. Во время Второй Пунической войны (218–201 гг. до н.э.) Капуа известна тем, что встала на сторону Карфагена, но после длительной осады Рима была вынуждена безоговорочно сдаться в 211 году до н.э., после чего римляне жестоко наказали капуанцев. Поэтому считается, что капитуляция Кампании в 343 году до н.э. является ретроспективной проекцией позднейших римских историков. Это изобретение служило бы двойной цели: оправдать Рим в нарушении договора в 343 году до н.э. и оправдать наказание, нанесенное в 211 году до н.э. Рим согласился в 343 году на союз на условиях, аналогичных тем, что были заключены с латинянами и герниками. признает капитуляцию историческим фактом. Исследования показали, что добровольное подчинение было распространенным явлением в дипломатии того периода. Также не считает капитуляцию 343 года до н.э. ретроспективной проекцией, не находя существенных сходств между событиями 343 и 211 годов. Древние историки приводят множество более поздних примеров, историчность которых не вызывает сомнений, когда государство обращалось к Риму за помощью в войне против более сильного врага. Исторические свидетельства показывают, что римляне считали таких просителей технически имеющими тот же статус, что и сдавшиеся враги, но на практике не желали злоупотреблять доверием потенциальных союзников. , как и Салмон, утверждает, что капитуляция в 343 году до н.э. является ретроспективной проекцией капитуляции 211 года до н.э., придуманной для лучшего оправдания действий Рима и, заодно, перекладывания вины за Первую Самнитскую войну на коварных кампанцев. Ливий изображает римлян, самоотверженно берущими на себя бремя защиты Кампании, но это распространенная тема в римских республиканских историях, авторы которых стремились показать, что войны Рима были справедливыми. Военный успех был главным путем к престижу и славе среди высококонкурентной римской аристократии. Доказательства из более поздних, лучше документированных периодов показывают, что римский сенат вполне способен манипулировать дипломатическими обстоятельствами, чтобы найти оправдание экспансионистским войнам. Нет оснований полагать, что в это не было так и во второй половине IV века до н.э. Существуют также зафиксированные примеры отказа Рима в оказании помощи, что подразумевает, что в 343 году до н.э. римляне имели возможность отклонить просьбу кампанцев.

Три римские победы

Согласно Ливию, два римских консула 343 года до н.э., Марк Валерий Корв и Авл Корнелий Косс, оба выступили против самнитов. Валерий повел свою армию в Кампанию, а Корнелий – в Самний, где расположился лагерем в Сатикуле. Затем Ливий рассказывает о том, как Рим одержал три победы над самнитами. После дня тяжелых боев Валерий выиграл первое сражение у горы Гавр близ Кум, лишь после последнего отчаянного натиска в сумерках. Второе сражение едва не закончилось катастрофой для римлян, когда самниты попытались заманить в ловушку другого консула, Корнелия Косса, и его армию в горном ущелье. К счастью для них, один из военных трибунов Корнелия, Публий Деций Мус с небольшим отрядом, захватил вершину холма, отвлекая самнитов и позволяя римской армии избежать западни. Деций и его люди ночью скрылись, а на следующее утро неподготовленные самниты были атакованы и разбиты. Все еще стремясь к победе, самниты собрали свои силы и осадили Суэссулу на восточной окраине Кампании. Марк Валерий, оставив багаж, повел армию быстрым маршем к Суэссуле. Не имея достаточных запасов и недооценивая численность римлян, самниты рассыпались по окрестностям в поисках продовольствия. Это дало Валерию возможность одержать третью римскую победу, захватив слабо защищенный лагерь самнитов и рассеяв их фуражиров. Эти успехи римлян против самнитов убедили Фалерии превратить сорокалетнее перемирие с Римом в вечный мир, а латинян – отказаться от планируемой войны против Рима и вместо этого начать кампанию против пелигнов. Дружественный город-государство Карфаген отправил в Рим поздравительную делегацию с двадцатипятифунтовой короной для храма Юпитера Оптимуса Максима. Оба консула праздновали триумфы над самнитами. В Fasti Triumphales зафиксировано, что Валерий и Корнелий отметили свои триумфы над самнитами 21 и 22 сентября соответственно. Современные историки сомневаются в исторической достоверности описания Ливием этих трех сражений. Сцены сражений Ливия за этот период в основном являются его и его источников свободными реконструкциями, и нет оснований полагать, что они отличаются. Количество убитых самнитов и объем добычи, захваченной римлянами, явно преувеличены. Историки отметили множество сходств между историей Публия Деция Муса и событием, произошедшим, по преданию, в Сицилии в 258 году, когда римляне воевали в Первой Пунической войне против Карфагена. Согласно древним источникам, римская армия оказалась под угрозой окружения в ущелье, когда военный трибун повел отряд из 300 человек, чтобы захватить холм в центре вражеских сил. Римская армия спаслась, но из 300 человек выжил только трибун. Маловероятно, что этот более известный в древности эпизод не повлиял на описание первого. Салмон (1967) также обнаружил другие сходства между кампаниями 343 года и более поздними событиями, которые он считал дублетами. Как Первая, так и Вторая Самнитские войны начинаются с вторжения Корнелия в Самний, способ, которым римская армия была заманена в ловушку, напоминает печально известную катастрофу на Вилках Каудина в 321 году до н.э., есть сходство с кампаниями Публия Корнелия Арвины в 306 году до н.э. и Публия Деция Муса (сына героя Сатикулы) в 297 году до н.э. Он также полагал, что две кампанские победы Валерия Корва могли быть дублетами римских операций против Ганнибала в том же районе в 215 году. С другой стороны, записи в Fasti Triumphales подтверждают определенный успех римлян. В реконструкции Салмона, следовательно, в 343 году до н.э. было только одно сражение, возможно, на окраине Капуи у святилища Юноны Гауры, которое закончилось узкой римской победой. Оукли (1998) отвергает эти утверждения о дублетах и склоняется к мнению, что было три сражения. Самниты, вероятно, к прибытию римлян захватили значительную территорию в Кампании, и две победы Валерия могли быть результатом двух самнитских атак на Капую и Кумы. И хотя самнитские засады – это своего рода стандартный мотив в повествовании Ливия о Самнитских войнах, это может просто отражать гористую местность, в которой велись эти войны. История Деция, как она сохранилась, была смоделирована по образцу военного трибуна 258 года, но Деций все же мог совершить какой-то героический поступок в 343 году, память о котором стала источником более поздней приукрашенной истории. Форсайт (2005) считает эпизод с Корнелием Коссом и Децием Мусом вымышленным, отчасти для предвосхищения жертвы Деция в 340 году до н.э. Возможно, Публий Деций совершил какой-то героический поступок, который позволил ему стать первым в своей семье, достигшим консульства в 340 году, но если так, то никаких подробностей об этом историческом событии не сохранилось. Вместо этого более поздние анналисты объединили катастрофу на Вилках Каудина с рассказом о военном трибуне 258 года до н.э., чтобы создать полностью вымышленную историю, записанную Ливием; разница заключается в том, что в оригинальных источниках римляне потерпели поражение и смерть, а здесь никто из людей Деция не погиб, и римляне одержали великую победу.

Конец войны

Не сообщается о боях в 342 году. Вместо этого источники сосредотачиваются на мятеже части войска. Согласно наиболее распространенной версии, после римских побед 343 года кампанцы попросили Рим о размещении зимних гарнизонов для защиты от самнитов. Развращенные роскошным образом жизни кампанцев, солдаты гарнизона начали строить заговор с целью захвата власти и установления господства в Кампании. Однако заговор был раскрыт консулами 342 года до того, как переворот успел произойти. Опасаясь наказания, заговорщики подняли мятеж, сформировали повстанческую армию и выступили против Рима. Марк Валерий Корв был назначен диктатором для урегулирования кризиса; ему удалось убедить мятежников сложить оружие без кровопролития, и был принят ряд экономических, военных и политических реформ для устранения их недовольства. Однако история этого мятежа оспаривается современными историками, и возможно, что весь рассказ был вымышлен, чтобы создать предысторию для важных реформ, принятых в том году. Эти реформы включали Leges Genuciae, которые устанавливали, что никто не может быть переизбран на ту же должность ранее чем через десять лет, и из списка консулов ясно, что, за исключением годов великих кризисов, этот закон соблюдался. Также стало твердым правилом, что один из консулов должен быть плебеем. Ливий пишет, что в 341 году до н.э. один из римских консулов, Луций Эмилий Мамерк, вторгся на территорию самнитов, но не обнаружил там армии, способной ему противостоять. Он разорял их земли, когда самнитские послы пришли просить о мире. Представляя свое дело римскому сенату, самнитские послы подчеркнули свой прежний договор с римлянами, который, в отличие от договора с кампанцами, был заключен в мирное время, и заявили, что теперь самниты намерены воевать против сидицинов, которые не были союзниками Рима. Римский претор Титий Эмилий передал ответ Сената: Рим готов возобновить прежний договор с самнитами; более того, Рим не будет вмешиваться в решение самнитов о войне или мире с сидицинами. После заключения мира римская армия покинула Самний. Влияние вторжения Эмилия в Самний, возможно, было преувеличено; вполне вероятно, что оно было полностью выдумано более поздним автором, чтобы завершить войну с Римом в благоприятном и триумфальном ключе. Редкие упоминания преторов в источниках IV века до н.э. обычно считаются историческими; поэтому вполне возможно, что претор Титий Эмилий действительно участвовал в мирных переговорах с самнитами.

Историческая значимость войны

Многочисленные проблемы в описании Ливия и то, что Диодор не упоминает об этом, заставили некоторых историков даже отвергнуть всю войну как вымышленную. Однако более поздние историки признали основную историчность войны. Ни один римский историк не стал бы выдумывать серию событий, столь невыгодных для Рима. Ливий явно испытывал неловкость из-за того, как Рим превратился из союзника во врага самнитов. Также маловероятно, что римляне смогли бы установить такое доминирующее положение в Кампании, какое они имели после 341 года, без сопротивления со стороны самнитов. Наконец, Диодор игнорирует многие другие события ранней римской истории, например, все первые годы Второй Самнитской войны; поэтому его умолчание о Первой Самнитской войне нельзя рассматривать как доказательство её вымышленности.

Вспышка

Вторая Самнитская война стала результатом напряженности, возникшей из-за римского вмешательства в Кампанию. Непосредственными причинами послужили основание римской колонии (поселения) в Фрегеллах в 328 г. до н.э. и действия жителей Палеополиса. Фрегелла была городом вольсков на восточном рукаве реки Лирис, при впадении реки Тресус (современный Сакко) – то есть в Кампании и на территории, которая должна была находиться под контролем самнитов. Она была отнята у вольсков и разрушена самнитами. Палеополис («старый город») был старейшим поселением, на месте современного Неаполя (который был греческим городом) и располагался вблизи более нового и крупного поселения Неаполис («новый город»). Ливий сообщает, что Палеополис напал на римлян, проживавших в Кампании. Рим потребовал возмещения ущерба, но просьба была отклонена, и была объявлена война. В 327 г. до н.э. две консульские армии направились в Кампанию. Консул Квинт Публилий Филон осадил Неаполь. Его коллега, Луций Корнелий Лентул, занял позицию в глубине страны, чтобы следить за передвижениями самнитов, поскольку поступили сведения о наборе войск в Самнии с целью вмешательства в конфликт и ожиданием восстания в Кампании. Лентул разбил постоянный лагерь. Ближайший кампанский город Нола отправил 2000 воинов в Палеополис/Неаполь, а самниты – 4000. В Риме также поступили сообщения о том, что самниты подстрекают к восстаниям в городах Приверн, Фундии и Формии (города вольсков к югу от реки Лирис). Рим направил послов в Самний. Самниты отрицали подготовку к войне, утверждали, что не вмешивались в дела Формии и Фундии, и заявили, что самниты не были отправлены в Палеополис по распоряжению их правительства. Они также выразили недовольство основанием Фрегелл, считая это актом агрессии, поскольку недавно захватили эту территорию. Они призывали к войне в Кампании. Напряженность существовала и до этих событий. В 337 г. до н.э. вспыхнула война между аурунци и сидицинами. Римляне решили помочь аурункам, поскольку они не воевали против Рима во время Первой Самнитской войны. Тем временем древний город Аурунка был разрушен, и его жители бежали в Суэссу Аурунку, где укрепились. В 336 г. до н.э. аузоны присоединились к сидицинам. Римляне одержали победу над войсками этих двух народов в незначительной битве. В 335 г. до н.э. один из двух римских консулов осадил, захватил и разместил гарнизон в Калах, главном городе аузонов. Затем армия была направлена на Сидицинов, чтобы другой консул мог разделить славу. В 334 г. до н.э. в Калы было отправлено 2500 гражданских лиц для основания там римской колонии. Римляне разорили территорию Сидицинов, и поступили сообщения о том, что в Самнии уже два года звучали призывы к войне с Римом. Поэтому римские войска оставались на территории Сидицинов. Напряженность сохранялась также к северу от реки Лирис, на территории вольсков. В 330 г. до н.э. вольские города Фабратерия и Лука предложили Риму свое подчинение в обмен на защиту от самнитов, и сенат направил самнитам предупреждение не нападать на их территории. Самниты согласились. По словам Ливия, это произошло потому, что они не были готовы к войне. В том же году вольские города Приверн и Фундия восстали и разорили территории другого вольского города и двух римских колоний в этом районе. Когда римляне отправили армию, Фундия быстро принесла присягу верности. В 329 г. до н.э. Приверн либо пал, либо сдался (это неясно). Его предводители были отправлены в Рим, его стены были разрушены, и там был размещен гарнизон. Из рассказа Ливия следует, что мир с самнитами был хрупким на протяжении многих лет. Следует также отметить, что Калы занимали важное стратегическое положение не только на пути из Рима в Капую, но и на некоторых маршрутах, ведущих к горам Самния. Однако самниты не отреагировали военным путем на вмешательство римлян в Кампанию. Одним из факторов мог быть конфликт между луканами (южными соседями самнитов) и греческим городом Тарас (Тарент на латыни, современный Таранто) на Ионическом море. Тарантинцы обратились за помощью к греческому царю Александру Эпирскому, который переправился в Италию в 334 г. до н.э. В 332 г. до н.э. Александр высадился в Паестуме, который находился недалеко от Самния и Кампании. Самниты присоединились к луканам, и оба были побеждены Александром, который затем установил дружеские отношения с Римом. Однако Александр погиб в битве в 331 или 330 г. до н.э. Недовольство самнитов Фрегеллами могло быть лишь дополнением к обострению, вызванному римской политикой в Кампании за предыдущие восемь лет.

С 327 до н. э. до 322 до н. э.

Квинт Публилий Филон расположил свою армию между Палеополисом и Неаполисом, чтобы изолировать их друг от друга. Тем временем римляне внедрили институциональное новшество: Публилий Филон и Корнелий Лентул должны были вернуться в Рим по окончании своего срока (чтобы уступить место консулам, избранным на следующий год, которые продолжили бы военные операции), однако их военное командование (но не их полномочия как гражданских глав Республики) было продлено до завершения кампаний с присвоением титула проконсулов. В 326 году до н.э. два влиятельных гражданина Неаполя, недовольные неподобающим поведением самнитских солдат в городе, организовали заговор, позволивший римлянам захватить город, и предложили возобновить союз с Римом. В Самнии римляне взяли города Алифы, Каллифы и Руфрий. Луканийцы и апулийцы (из "пятки" Италии) заключили союз с Римом. В Рим дошли известия о союзе между самнитами и вестинами (сабеллами, жившими на побережье Адриатического моря к северо-востоку от Самния). В 325 году до н.э. консул Децим Юний Брут Скаева разорил их территорию, вынудил к генеральному сражению и захватил города Кутина и Цингилия. Диктатор Луций Папирий Курсор, принявший командование от другого консула, заболевшего, нанес самнитам сокрушительное поражение в неустановленном месте в 324 году до н.э. Самниты попросили мира, и диктатор покинул Самний. Однако самниты отвергли мирные условия Рима и согласились лишь на однолетнее перемирие, которое нарушили, узнав о намерении Папирия продолжить войну. Ливий также сообщает, что в том же году апулийцы стали врагами Рима. К сожалению, эта информация весьма неточна, поскольку регион Апулия был населен тремя различными этническими группами: мессапами на юге, япигами в центре и даунами на севере. Известно, что в этой войне участвовала только Дауния (земля даунов). Однако это была совокупность независимых городов-государств. Поэтому нам неизвестно, кто именно в этом регионе враждовал с Римом. Консулы 323 года до н.э. воевали на двух фронтах: К. Сульпиций Лонг отправился в Самний, а Квинт Эмилий Серретан – в Апулию. Сражений не произошло, но на обоих фронтах были разорены окрестности. В 322 году до н.э. пошли слухи, что самниты наняли наемников, и Аул Корнелий Косс Арвина был назначен диктатором. Самниты атаковали его лагерь в Самнии, который ему пришлось оставить. Последовала ожесточенная битва, и в конечном итоге самниты были разбиты. Самниты предложили сдаться, но Рим отказался.

От Каудинских вилок до 316 года до н. э.

В 321 году до н.э. консулы Тит Ветурий Кальвин и Спурий Постумий Альбин расположились лагерем в Калатии (кампанский город в 10 км к юго-востоку от Капуи). Гай Понтий, командующий самнитами, разместил свою армию в Каудинских Вилках и отправил солдат, переодетых в пастухов, пасти стада в направлении Калатии. Их задачей было распространить дезинформацию о том, что самниты собираются напасть на город Луцерию в Апулии, который был союзником Рима. Консулы решили выступить на помощь этому городу и выбрать более быстрый (но менее безопасный) путь через Каудинские Вилки. Это были два узких и лесистых ущелья в Апеннинах, между которыми располагалась равнина. Переход от первого к второму ущелью представлял собой узкое и трудное дефиле. Самниты преградили его срубленными деревьями и валунами. Когда римляне проходили через него, они также заблокировали задний выход из ущелья. Римляне оказались в ловушке, окруженные врагом, и обустроили укрепленный лагерь. Гай Понтий послал гонца к своему отцу Гереннию, отставному государственному деятелю, за советом. Тот посоветовал немедленно освободить римлян. Гай отклонил это предложение, а второе послание Геренния гласило – убить их всех. Получив противоречивые ответы, Гай заподозрил, что отец лишился рассудка, но вызвал его в Вилки. Геренний заявил, что первый вариант приведет к миру и дружбе с Римом, а второй – к потере двух армий, что надолго нейтрализует римлян. На вопрос о компромиссном решении – отпустить римлян, наложив на Рим определенные условия – он ответил, что это "ни друзей не приобретет, ни от врагов не избавит". Унижение римлян приведет их к жажде мести. Гай решил потребовать от римлян капитуляции, "эвакуации самнитской территории и вывода их колоний". У консулов не было выбора, кроме как сдаться. Римские солдаты вышли из лагеря безоружными, подверглись унижению, пройдя под игом, и стали объектом насмешек врагов. Иго было символом подчинения, когда побежденные солдаты должны были склониться и пройти под игом, используемым для волов, в знак позора. По словам Аппиана, Понтий использовал копья в качестве ига: "Понтий открыл проход из ущелья и, воткнув два копья в землю и положив третье сверху, заставил римлян проходить под ним по одному". Ливий и другие древние источники утверждают, что Рим отверг предложенное самнитами перемирие и отомстил за унижение победами. Ливий сообщает, что после побед в 320–319 гг. до н.э. было заключено двухлетнее перемирие. Однако Сальмон полагает, что перемирие было результатом соглашения, заключенного в Каудинских Вилках. Как бы то ни было, перемирие, истекшее в 316 г. до н.э., имело место. Обсуждение этой дискуссии см. у Фредериксена. В дальнейшем изложение будет следовать версии Ливия. Ливий писал, что относительно требований самнитов (которые в Риме называли Каудинским миром), консулы заявили, что не имеют полномочий заключать договор, поскольку он должен быть одобрен голосованием римского народа и ратифицирован фециалами (священными послами) после проведения соответствующих религиозных обрядов. Поэтому вместо договора была дана гарантия, гарантами которой выступили консулы, офицеры обеих армий и квесторы. В качестве заложников было передано шестьсот всадников (equites), "жизни которых должны были быть forfeit, если римляне не выполнят условия". Сокрушенные римские солдаты покинули лагерь и стыдились войти в Капую, жители которой в знак сочувствия предоставили им продовольствие. В Риме люди погрузились в траур, магазины были закрыты, а вся деятельность на Форуме была приостановлена. Проявлялась ярость по отношению к солдатам и высказывались предложения запретить им вход в город. Однако, когда они прибыли, люди проявили к ним жалость. Они заперлись в своих домах. Спурий Постумий заявил сенату, что Рим не связан гарантией, данной в Каудинских Вилках, поскольку она была предоставлена без одобрения народа, что нет препятствий для возобновления войны, и что Рим должен самнитам только жизни гарантов. Армия, фециалы и гаранты, подлежащие передаче, были отправлены в Самниум. Там Постумий толкнул коленом фециала и заявил, что тот является самнитом, нарушившим дипломатические правила. Гай Понтий осудил римское лицемерие и заявил, что не считает римских гарантов подлежащими передаче. Мир, на который он надеялся, не был достигнут. Тем временем Сатрикум (город в Лации) перешел на сторону самнитов, а самниты захватили Фрегеллы. В 320 году до н.э. консулы Квинт Публилий Филон и Луций Папирий Курсор выступили в Апулию. Этот маневр застал самнитов врасплох. Публилий направился к Луцерии, где содержались римские заложники. Он разгромил самнитский отряд. Однако самниты перегруппировались и осадили римлян у Луцерии. Армия Папирия продвинулась вдоль побережья до Арпы. Местное население хорошо относилось к римлянам, поскольку устало от многолетних самнитских набегов. Они снабдили осажденных римлян зерном. Это вынудило самнитов вступить в бой с Папирием. Произошло неопределенное сражение, и Папирий осадил самнитов, которые затем сдались и прошли под игом. Луцерия была взята, и римские заложники были освобождены. В 319 году до н.э. консул Квинт Эмилий Барбула захватил Ферентий, а Квинт Публилий покорил Сатрикум, который восстал и принял самнитский гарнизон. В 318 году до н.э. послы из самнитских городов прибыли в Рим, чтобы "попросить о возобновлении договора". В этом было отказано, но было предоставлено двухлетнее перемирие. Апулийские города Теанум и Канузий подчинились Риму, и Апулия была покорена. В 317 году до н.э. Квинт Эмилий Барбула захватил Нерулум в Лукании. В 315 году до н.э. диктатор Квинт Фабий Максим Руллиан взял под контроль операции в Сатикуле. Самниты собрали новые войска, расположились лагерем возле города и пытались спровоцировать сражение, чтобы отвлечь римлян от осады. Квинт Фабий сосредоточился на осаде города, а самниты беспокоили римские укрепления. Римский мастер кавалерии Квинт Авлий Церетан атаковал самнитов, беспокоивших римский лагерь. Он убил самнитского командира, но и сам пал в бою. Самниты отступили и захватили Пластику. Римляне перебросили свои войска из Апулии и Самниума, чтобы справиться с Сорой, римской колонией в Лации, на границе с Самниумом, которая перешла на сторону самнитов и убила римских колонистов. Римская армия направилась туда, но узнала, что самниты также движутся и приближаются. Римляне изменили маршрут и вступили в бой с самнитами в битве при Лаутулах, где они потерпели поражение, а их мастер кавалерии Квинт Авлий погиб. Его заменил Гай Фабий, который привел новое войско и получил приказ скрыть его. Квинт Фабий приказал начать сражение, не сообщая своим войскам о новом войске, и инсценировал поджог своего лагеря, чтобы укрепить их решимость. Солдаты ввели врага в замешательство, и Квинт Авлий присоединился к атаке. В 314 году до н.э. новые консулы Марк Поэлий и Гай Сульпиций привели новые войска к Соре. Город находился в трудном положении, но дезертир предложил предать его. Он сказал римлянам перенести свой лагерь ближе к городу, а ночью он провел десять человек по почти непроходимой и крутой тропе к цитадели. Затем он закричал, что римляне захватили ее. Жители запаниковали и открыли городские ворота. Заговорщики были доставлены в Рим и казнены, а в Соре был размещен гарнизон. После самнитской победы при Лаутулах три города аузонов, Аусона, Минтурны (Аузония и Минтурно), оба в Лации, к северу от и на северном берегу реки Лирис соответственно, и Весция (на другой стороне реки, в Кампании) перешли на сторону самнитов. Некоторые молодые дворяне из трех городов предали их, и были отправлены три римских отряда. Ливий говорит, что "поскольку вождей не было, когда произошл..."

312308 до н. э. Этруски вмешиваются

В 312 году до н.э., когда война в Самнии, казалось, приходила к концу, поползли слухи о мобилизации этрусков, которых боялись больше, чем самнитов. Пока консул М. Валерий Максим Корв находился в Самнии, его коллега Публий Деций Мус, страдавшей недугом, назначил диктатором Гая Сулпиция Лонга, который начал приготовления к войне. В 311 году до н.э. консулы Гай Юний Бубульк и Квинт Эмилий Барбула разделили командование. Юний взял на себя Самний, а Эмилий – Этрурию. Самниты захватили римский гарнизон в Клювии (местоположение неизвестно) и жестоко обращались с пленными. Юний вернул Клювию, а затем двинулся на Бовиан и разграбил его. Самниты попытались устроить засаду римлянам, распространив ложную информацию о большом стаде овец на труднодоступной горной луговине. Юний направился туда и попал в засаду. Пока римляне поднимались по склону, боев почти не было, но когда они достигли ровной площадки на вершине и построились в боевой порядок, самниты запаниковали и обратились в бегство. Лес преградил им путь к отступлению, и большинство было убито. Тем временем этруски осадили Сутрий, союзный город, который римляне считали ключом к Этрурии. Эмилий пришел на помощь, и на следующий день этруски предложили сражение. Это была долгая и кровопролитная битва. Римляне начали одерживать верх, но наступление темноты прервало бой. В том году больше не было сражений, поскольку этруски потеряли свой первый строй и остались лишь резервисты, а римляне понесли большие потери. В 310 году до н.э. консул Квинт Фабий Максим Руллиан отправился в Сутрий с подкреплением и столкнулся с превосходящими силами этрусков, готовыми к битве. Он поднялся на холмы и встретил врага. Этруски бросились в атаку, отбрасывая свои дротики. Римляне ответили градом дротиков и камней. Это поколебало этрусков, и их строй дрогнул. Римляне перешли в наступление, этруски бежали, и, будучи отрезаны римской конницей, направились в горы вместо своего лагеря. Оттуда они ушли в непроходимый Киминианский лес, которого римляне боялись настолько, что никто из них никогда не пересекал его. Марк Фабий, один из братьев консула, получивший образование у друзей семьи в Каере в Этрурии и владевший этрусским языком, предложил разведать лес, притворившись этрусским пастухом. Он дошел до Камеринума в Умбрии, где местные жители предложили римлянам припасы и солдат. Квинт Фабий пересек лес и опустошил окрестности Кимианских гор. Это разозлило этрусков, которые собрали самую большую армию, которую когда-либо выставляли, и двинулись на Сутрий. Они подошли к римским укреплениям, но римляне отказались вступать в бой и стали ждать. Чтобы воодушевить своих немногочисленных солдат, Квинт Фабий сказал им, что у него есть секретное оружие, и намекнул на предательство этрусков. На рассвете римляне вышли из лагеря и напали на спящих этрусков, которые были разгромлены. Некоторые бежали в лагерь, а большинство укрылось в горах и лесу. Этрусские города Перузия, Кортона и Арретий попросили мира и добились тридцатилетнего перемирия. Тем временем другой консул, Гай Марций Рутил, захватил Аллифу (в Кампании) у самнитов и уничтожил или захватил множество крепостей и деревень. Римский флот был отправлен в Помпеи в Кампании, и оттуда они разграбили территорию Нуцерии. Опьяненные добычей, моряки зашли слишком далеко вглубь страны, и на обратном пути местные жители убили многих из них. Самниты получили сообщение о том, что римляне осаждены этрусками, и решили выступить против Гая Марция. В сообщении также говорилось, что если Гай Марций избежит сражения, самниты пойдут в Этрурию через земли марсов и сабинов. Гай Марций встретился с ними, и произошла кровопролитная, но нерешительная битва, в которой римляне потеряли нескольких офицеров, а консул был ранен. Сенат назначил диктатором Луция Папирия Курсора. Однако Квинт Фабий был недоволен Луцием Папирием. К нему была отправлена делегация бывших консулов, чтобы убедить его принять решение сената, и Фабий неохотно назначил Папирия. Луций Папирий сменил Гая Марция в Лонгуле, городе вольсков недалеко от самнитской границы. Он вышел, чтобы предложить бой. Обе армии выстроились друг против друга до наступления ночи, и сражения не произошло. Тем временем в Этрурии произошло ожесточенное сражение между неустановленной этрусской армией, набранной (вероятно, этрусками, не подписавшими упомянутый договор), с использованием lex sacrata (обычай с религиозным подтекстом, согласно которому солдаты должны были сражаться насмерть). Она столкнулась с римлянами в битве при озере Вадимо. Битва была долгой и кровопролитной, с большими потерями с обеих сторон, и в бой были введены резервы. В конце концов, победу одержала римская конница, спешившаяся и сражавшаяся как свежая линия пехоты, сумевшая сломить измотанные ряды противника. Ливий утверждал, что эта битва впервые сломила мощь этрусков, поскольку она перерезала их силы. В 309 году до н.э. Луций Папирий Курсор одержал крупную победу над самнитами и праздновал самый пышный триумф благодаря добыче. Этрусские города нарушили перемирие, и Квинт Фабий легко разгромил остатки их войск возле Перузии и мог бы захватить город, если бы тот не сдался. В 308 году до н.э. Квинт Фабий был избран консулом снова. Его коллегой был Публий Деций Мус. Квинт Фабий взял на себя Самний. Он отказался от мирных предложений Нуцерии Альфатерны и осадил ее до капитуляции. Он также участвовал в неопределенном сражении, в котором к самнитам присоединились марсы. Затем были разбиты пелигны, также поддержавшие самнитов. В Этрурии Деций заключил сороклетний мир и обеспечил поставки зерна из Тарквинии, захватил некоторые крепости Вольсиний и опустошил обширные территории. Все этруски попросили о заключении договора, но он согласился лишь на однолетний перемирие и потребовал, чтобы каждый римский солдат получил годовую зарплату и две туники. В Умбрии вспыхнуло восстание, которое, при поддержке этрусков, собрало большую армию и заявило, что не будет подчиняться Децию и двинется на Рим. Деций совершил форсированные марши, разбил лагерь возле Пупинии, к северо-востоку от Рима, и призвал Фабия привести свою армию в Умбрию. Фабий двинулся к Мевании, недалеко от Ассизи, где находились умбрийские войска. Умбрийцы были удивлены, так как думали, что он находится в Самнии. Некоторые из них отступили в свои города, а другие вышли из войны. Другие напали на Фабия, пока он укреплял свой лагерь, но были разбиты. Лидеры восстания сдались, и в течение нескольких дней капитулировала вся Умбрия.

307304 до н. э. Заключительные походы в Апулии и Самнии

В 307 году до н.э. консулу Луцию Волумнию Фламме Виоленсу было поручено вести кампанию против салентинцев южной Апулии, где он захватил несколько враждебных городов. Квинт Фабий был избран проконсулом для проведения кампании в Самнии. Он разгромил самнитов в сражении у Алифы и осадил их лагерь. Самниты сдались, прошли под игом, а их союзники были проданы в рабство. Среди войск находились герники, которых отправили в Рим, где было начато расследование, чтобы установить, были ли они призваны по жребию или поступили добровольцами. Все герники, за исключением жителей городов Алетриум, Ференций и Верулы, объявили войну Риму. Квинт Фабий покинул Самний, а самниты захватили Калатию и Сору с римскими гарнизонами. В 306 году до н.э. консул Публий Корнелий Арвина направился в Самний, а его коллега Квинт Марций Тремул взялся за борьбу с герниками. Противники заняли все стратегически важные пункты между лагерями и отрезали два консульских лагеря от снабжения. В Риме были набраны две армии. Однако герники не вступили в бой с римлянами, потеряли три лагеря, запросили тридцатилетнее перемирие, а затем безоговорочно капитулировали. Тем временем самниты преследовали Публия Корнелия и блокировали его пути снабжения. Квинт Марций пришел ему на помощь и подвергся нападению. Он прорвался сквозь ряды противника, захватил пустой лагерь и сжёг его. Увидев пламя, Публий Корнелий присоединился к нему и отрезал самнитам путь к отступлению, где они были перебиты объединенными силами консулов. Также атаковали подкрепления самнитов, но они были разбиты, преследовались и просили мира. В 305 году до н.э. самниты совершали набеги в Кампанию. В 305 году до н.э. консулы были отправлены в Самний. Луций Постумий Мегелл двинулся на Тифернум, а Тит Минуций Авгурин – на Бовиан. У Тифернума произошло сражение, где, по одним сведениям Ливия, Постумий потерпел поражение, а по другим – битва была безрезультатной, и он ночью отступил в горы. Самниты последовали за ним и расположились лагерем неподалеку. Ливий отметил, что Постумий, по-видимому, стремился занять позицию, обеспечивающую достаточные запасы продовольствия. Постумий оставил гарнизон в этом лагере и направился к своему коллеге, который также стоял лагерем перед противником. Он подтолкнул Тита Минуция к сражению, которое затянулось до позднего вечера. Затем Постумий присоединился к битве, и самниты были уничтожены. На следующий день консулы начали осаду Бовиана, который быстро пал. В 304 году до н.э. самниты направили послов в Рим для переговоров о мире. Подозрительные римляне послали консула Публия Семпрония Софа в Самний с армией, чтобы выяснить истинные намерения самнитов. Он объездил весь Самниум и везде встречал мирных жителей, которые снабжали его провизией. Ливий сообщил, что древний договор с самнитами был восстановлен, но не уточнил его условия.

Последствия

После поражения герников в 306 г. до н.э. римское гражданство без права голоса было навязано этому народу, фактически аннексировав его территорию. В 304 г. до н.э., после заключения мирного договора, Рим направил фетиалов с требованием репараций к Эквам, обитавшим в горах Лация, которые неоднократно поддерживали герников в их союзе с самнитами и после поражения последних перешли на сторону врага. Эквам утверждали, что Рим стремится навязать им римское гражданство. Они заявили римскому собранию, что принуждение к римскому гражданству равносильно утрате независимости и является наказанием. Это привело к тому, что римский народ проголосовал за войну с Эквами. Войной были наделены оба консула. Эквам собрали ополчение, но у него не было единого командования. Возникли разногласия относительно того, следует ли вступать в бой или оборонять лагерь. Опасения по поводу разорения ферм и слабой укрепленности городов привели к решению рассредоточиться для защиты поселений. Римляне обнаружили лагерь Эквам покинутым. Затем они взяли штурмом города Эквам, большинство из которых были сожжены. Ливий писал, что «имя Эквам было почти стерто с лица земли». Тем не менее, в 304 г. до н.э. сабеллийские народы северного Абруццо, Марсы и Маруцины (на побережье Адриатического моря), а также их соседи-осканы, Пелигны и Френтаны (осканы, населявшие южное побережье Абруццо и прибрежную часть современного Молизе), заключили договоры с Римом. В 303 г. до н.э. сабинский город Требула Суфренас (Чичильяно) и волский город Арпиниум (Арпино) в южной Лации получили гражданство без права голоса (civitas sine suffragio). Фрузино (Фрозиноне), также волский город в южной Лации, был лишен двух третей своей земли за сговор с герниками, а его предводители были казнены. Колонии были основаны в Альбе Фуценс на земле Эквам и в Соре на территории Волсков, захваченной самнитами, с 6000 поселенцев, отправленных в первую, и 4000 – во вторую. В 302 г. до н.э. Эквам напали на Альбу Фуценс, но были разбиты колонистами. Гай Юний Бубулк был назначен диктатором и покорил их в одном сражении. В том же году вестины (осканы, проживавшие на Адриатическом побережье современного Абруццо) заключили союз с Римом. В 301 г. до н.э. Марсы сопротивлялись конфискации земли для основания колонии Карсоли (или Карсеоли, современная Карсоли) с 4000 колонистов, хотя она располагалась на территории Эквам. Марк Валерий Корв Кален был назначен диктатором. Он разбил Марсов, захватил Милионию, Плестину и Фрезилию и возобновил с ними договор. В 300 г. до н.э. были добавлены два римских племени (административные округа) – Аниенс и Терентин. В 299 г. до н.э. римляне осадили и захватили Некум в Умбрии и основали колонию Нарнию. Присоединение Требулы Суфренас обеспечило определенный контроль над сабинами, проживавшими вблизи Рима. Аннексия Арпиния и большей части земли Фрусино, а также основание колонии в Соре укрепили контроль римлян над южным Лацием и вольсками. Контроль над участком Апеннинских гор, прилегающим к Лацию, был укреплен присоединением герников, разрушением городов Эквам, основанием двух колоний на их территории (Альба Фуценс и Казеоли) и созданием римского племени Аниенс на землях, отнятых у Эквам. Контроль над Кампанией был укреплен возобновлением дружбы с Неаполем, уничтожением аузонов и созданием римского племени Терентин на земле, аннексированной у аурунков в 314 г. до н.э. Союзы с марсами, маруцинами, пелигнами, френтанами (в 304 г. до н.э.) и вестинами (в 302 г. до н.э.), проживавшими к северу и северо-востоку от Самния, не только дали Риму контроль над этой обширной территорией вокруг Самния, но и укрепили его военное положение. Эти союзы носили военный характер, и союзники предоставляли солдат, которые поддерживали римские легионы за свой счет, тем самым увеличивая военную мощь Рима. В обмен союзники делили военную добычу (которая могла быть значительной) и находились под защитой Рима. Однако господство Рима над центральной Италией и частью южной Италии еще не было полностью установлено. Этрурия и Умбрия не были полностью умиротворены. Были предприняты две экспедиции в Умбрию, велись войны с этрусками в 301 г. до н.э. и в 298 г. до н.э. В последний год разразилась Третья Самнитская война. Вторая война ускорила процесс римской экспансии, а третья война закрепила господство Рима в соответствующих областях.

Вспышка

В 299 году до н.э. этруски, возможно, из-за римской колонии, основанной в Нарнии в соседней Умбрии, готовились к войне против Рима. Однако галлы вторглись на их территорию, и этруски предложили им деньги за союз. Галлы согласились, но затем отказались воевать против Рима, утверждая, что соглашение касалось лишь невмешательства в этрусскую территорию. Поэтому этруски выплатили галлам и распустили их. Этот случай побудил римлян заключить союз с пицентами (жившими на побережье Адриатического моря, на юге современной Марке), которые опасались своих соседей – галлов сенонов на севере и претутий на юге. Последние объединились с самнитами. Рим отправил в Этрурию армию под командованием консула Тита Манлия Торквата, который погиб в результате несчастного случая на коне. Этруски восприняли это как предзнаменование войны. Однако римляне избрали Марка Валерия Корва Калена суффектом-консулом (должность, занимаемая до конца срока умершего или отстраненного консула) и отправили его в Этрурию. Это заставило этрусков оставаться в своих укреплениях, отказываясь от сражения, хотя римляне разоряли их земли. В то же время пиценты предупредили римлян, что самниты готовятся к войне и просят у них помощи. В начале 298 года до н.э. луканская делегация прибыла в Рим с просьбой о защите, поскольку самниты, не сумев заключить с ними союз, вторглись на их территорию. Рим согласился на союз. Фетялы были отправлены в Самний с требованием к самнитам покинуть Луканию. Самниты пригрозили им расправой, и Рим объявил войну. Дионисий Галикарнасский полагал, что причиной войны было не сострадание римлян к обиженным, а опасение той силы, которой обретут самниты, покорив луканов. Оукли предполагает, что Рим вполне мог намеренно спровоцировать новую войну с Самнием, заключив союз с его врагами.

298 до н. э.: противоречивые сведения

Согласно Ливию, консулу Луцию Корнелию Сципиону Барбатусу была назначена Этрурия, а его коллеге Гнею Фулвию Максиму Центумалу – самниты. Барбатус участвовал в битве близ Вольтерры (в северной Этрурии), прерванной закатом. Этруски отступили ночью. Барбатус вторгся в Фалиский район и опустошил этрусские земли к северу от Тибра. Гней Фулвий одержал победу в Самнии и захватил Бовиан и Ауфидену. Однако эпитафия на саркофаге Корнелия Сципиона гласит, что он был консулом, цензором и эдилом [и] захватил Таврасию и Цизауну в Самнии, покорил всю Луканию и вернул заложников. Корнелл отмечает, что оригинальная надпись была стерта и заменена сохранившейся, вероятно, около 200 года до н.э., и указывает, что это "совпало с периодом написания первых римских историй". В дополнение к тому, что Барбатус воевал в Самнии, надпись указывает на взятие им Таврасии (вероятно, в долине Таммаро в современной провинции Беневенто) и Цизауны (местоположение неизвестно), а не Бовиана и Ауфидены. Ситуацию осложняют записи в Fasti Triumphales (свод римских триумфов), в которых упоминаются триумфы Гнея Фулвия как над самнитами, так и над этрусками. Форсайт отмечает, что консульство – единственная должность, занимаемая Барбатусом, которая давала ему командование легионом. Современные историки выдвигали различные альтернативные сценарии, согласно которым один или оба консула вели кампанию против самнитов и этрусков, но ни к удовлетворительным выводам это не привело. Корнелл считает, что такое предположение могло бы согласовать источники, но "если это так, ни Ливий, ни надпись не выдержали бы критики. Вновь доказательства указывают на значительную путаницу в отношении распределения консульских полномочий во время Самнитских войн и на распространение различных версий в Поздней Республике". Он заключает, что "невозможно найти удовлетворительное решение этой загадки". Окли также указывает на две проблемы в источниках. По словам Ливия, Бовиан, столица пентров, крупнейшего из четырех самнитских племен, был захвачен в первый год войны, что представляется маловероятным. Фронтин упоминает три хитрости, использованные неким "Фулвием Нобилиором" в борьбе против самнитов в Лукании. Когномен Нобилиор впервые встречается в источниках после 255 года до н.э., спустя сорок пять лет после окончания Самнитских войн. Поэтому правдоподобно предположить, что Нобилиор – это ошибка, и хитрости следует приписать консулу 298 года до н.э.

297 до н.э.: Рим обращается к Самнию

Выборы консулов в 297 году до н. э. состоялись на фоне слухов о том, что этруски и самниты собирают большие армии. Римляне обратились к Квинту Фабию Максиму Руллиану, самому опытному военачальнику Рима, который не был кандидатом и отказался от предложения. Затем он уступил при условии, что Публий Деций Мус, который был консулом вместе с ним в 308 году до н. э., будет избран его коллегой. Невозможно установить, располагал ли Ливий какими-либо доказательствами существования этих слухов, или же это лишь предположения, сделанные им или его источниками. Ливий – единственный источник сведений о событиях 297 года до н. э. Он сообщает, что послы из Сутриума, Непете (римских колоний) и Фалерии в южной Этрурии прибыли в Рим с известием о том, что этрусские города-государства обсуждают возможность заключения мира. Это освободило обоих консулов, которые выступили в поход на Самний: Квинт Фабий – через Сору, а Публий Деций – через земли сидицинов. Армия самнитов приготовилась встретить их в долине близ Тифернума, но была разбита Квинтом Фабием. Тем временем Публий Деций расположился лагерем в Малевентуме, где апулийская армия должна была соединиться с самнитами для сражения против Квинта Фабия, если бы Публий Деций не нанес ей поражение. Затем оба консула в течение четырех месяцев разоряли Самний. Фабий также захватил Киметру (местоположение неизвестно). Серьезных противоречий в рассказе Ливия нет, однако параллельных источников, подтверждающих его, не сохранилось. Маршрут Фабия через Сору к Тифернуму кажется сложным, но не невозможным. Появление апулийской армии в Малевентуме удивительно, поскольку ничего не известно о враждебности апулийцев к Риму после заключения мира в 312 году до н. э. Однако апулийцы могли быть разобщены в своей лояльности Риму или спровоцированы на войну кампанией Барбата в предыдущем году. Поход Публия Деция вписывается в общую картину римских войн на юго-востоке Италии; возможно, он даже провел зиму в Апулии. В этом году не было зафиксировано триумфов ни для одного из консулов, следовательно, вряд ли они одержали значительные победы или глубоко вторглись в Самний.

296 до н. э.: вмешательство этрусков

Консулами в 296 году до н.э. были Аппий Клавдий Цекус и Луций Волумний Флама Виоленс. Предыдущим консулам было предоставлено шестимесячное продление их командования в качестве проконсулов для продолжения войны в Самнии. Публий Деций опустошал Самний, пока не вытеснил самунитскую армию за его пределы. Эта армия направилась в Этрурию, чтобы поддержать предыдущие призывы к союзу, которые были отклонены, и оказывала давление, требуя созыва этрусского совета. Самниты указывали, что не могут победить Рим в одиночку, но армия всех этрусков, богатейшей нации в Италии, подкрепленная самунитской армией, вполне способна это сделать. Тем временем Публий Деций решил перейти от опустошения сельской местности к осаде городов, так как самунитская армия отсутствовала. Он захватил Мургантию, укрепленный город, и Ромулею. Затем он двинулся к Ферентию, расположенному в южной Этрурии. Ливий отметил некоторые расхождения в своих источниках, указав, что некоторые анналисты утверждали, что Ромулею и Ферентий были взяты Квинтом Фабием, а Публий Деций – только Мургантию, в то время как другие говорили, что города были взяты консулами этого года, а третьи приписывали всю заслугу Луцию Волумнию, который, по их словам, командовал в Самнии единолично. Тем временем в Этрурии Геллий Игнатий, самунитский военачальник, организовывал поход против Рима. Почти все этрусские города-государства проголосовали за войну, к ним присоединились ближайшие умбрийские племена, и предпринимались попытки нанять галлов в качестве вспомогательных войск. Весть об этом дошла до Рима, и Апий Клавдий отправился в Этрурию с двумя легионами и 15 000 союзных войск. Луций Волумний уже направился в Самний с двумя легионами и 12 000 союзников. Это первый раз, когда Ливий приводит подробные сведения о римских войсках и численности союзного контингента в Самунитских войнах. Это также первый случай, когда мы узнаем, что консулы командовали двумя легионами каждый. С учетом сил проконсулов, в этом году римляне должны были мобилизовать шесть легионов. Апий Клавдий потерпел ряд неудач и потерял доверие своих войск. Луций Волумний, захватив три укрепления в Самнии, отправил Квинта Фабия подавить волнения плебеев в Лукании, оставил опустошение сельской Самнии Публию Децию и сам направился в Этрурию. Ливий отмечает, что некоторые анналисты утверждали, что Апий Клавдий написал ему письмо с просьбой о прибытии из Самнии, и это стало предметом спора между двумя консулами, причем первый отрицал это, а второй настаивал на том, что был вызван первым. Ливий считал, что Апий Клавдий не писал письма, но хотел отправить своего коллегу обратно в Самний и чувствовал, что тот неблагодарно отказывался от его помощи. Однако солдаты умоляли его остаться. Между ними возник спор, но солдаты настояли на том, чтобы оба консула сражались в Этрурии. Этруски выступили против Луция Волумния, а самниты двинулись на Аппия Клавдия. Ливий сказал: «Враг не мог противостоять силе, намного превосходящей ту, к которой он привык». Они были разбиты; 7900 человек было убито, а 2010 взято в плен. Луций Волумний поспешил вернуться в Самний, так как полномочия проконсулов Квинта Фабия и Публия Деция истекали. Тем временем самниты собрали новые войска и совершали набеги на римские территории и земли союзников в Кампании, в окрестностях Капуи и Фалерний. Луций Волумний направился в Кампанию и узнал, что самниты вернулись в Самний, чтобы забрать добычу. Он догнал их лагерь и разгромил войско, которое было ослаблено тяжестью награбленного. Самнитский военачальник Стайй Минатий был атакован пленными самнитами и передан консулу. Сенат решил основать колонии Минтурны на устье реки Лирис и Синуэссу дальше вглубь страны, на бывшей территории аузонов.

295 до н. э.: Этрурийская кампания и битва при Сентинуме

Нападения самнитов в Кампании вызвали сильную тревогу в Риме. Помимо этого, поступили известия о том, что после отвода армии Луция Волумния из Этрурии, этруски начали вооружаться, пригласили самнитов Геллия Игнатия и умбрийцев присоединиться к восстанию и предложили галлам крупные денежные суммы. Затем появились сообщения о фактическом союзе этих четырех народов и о том, что была собрана "огромная галльская армия". Это был первый случай, когда Рим столкнулся с коалицией четырех народов. Рим предстояла крупнейшая война в его истории, и два лучших военачальника, Квинт Фабий Максим Руллиан и Публий Деций Мус, были вновь избраны консулами (на 295 год до н.э.). Командование Луция Волумния было продлено на год. Квинт Фабий отправился в Этрурию с одним легионом на замену Аппию Клавдию и оставил этот легион в Клузии. Затем он вернулся в Рим, где обсуждались военные планы. Было решено, что оба консула будут действовать в Этрурии. Они выступили с четырьмя легионами, крупным кавалерийским отрядом и 1000 кампанских солдат. Союзники выставили еще большую армию. Луций Волумний отправился в Самний с двумя легионами. Его выступление с такой значительной силой, вероятно, было частью отвлекающего маневра, чтобы заставить самнитов отреагировать на римские рейды в Самнии и ограничить переброску их войск в Этрурию. Два резервных отряда под командованием пропреторов были размещены в Фалискском районе и вблизи Ватиканского холма для защиты Рима. Ливий сообщает о двух версиях событий в Этрурии в начале 295 года до н.э. Согласно одной из них, до прибытия консулов в Этрурию, крупный отряд сенонов выступил к Клузии, чтобы атаковать римский легион, расположенный там, и разгромил его. Не осталось выживших, чтобы предупредить консулов, которые узнали о катастрофе только при встрече с галльской конницей. Согласно другой версии, умбрийцы напали на римский отряд, занимавшийся фуражировкой, которому на помощь пришел римский лагерь. Этруски, самниты и умбры пересекли Апеннины и продвинулись к Сентинуму (в регионе Марке, недалеко от современного Сассоферрато). Их план заключался в том, чтобы самниты и сеноны вступили в бой с римлянами, а этруски и умбры захватили римский лагерь во время сражения. Перебежчики из Клузии сообщили Квинту Фабию об этом плане. Консул приказал легионам в Фалерии и на Ватиканском холме выступить к Клузии и опустошить ее территорию в качестве еще одного отвлекающего маневра. Это вынудило этрусков отступить от Сентинума для защиты своих земель. В битве при Сентинуме галлы заняли правый фланг, а самниты – левый. Квинт Фабий расположился на правом фланге, а Публий Деций – на левом. Ливий утверждал, что силы были настолько равны, что присутствие этрусков и умбрийцев могло привести к катастрофе для римлян. Квинт Фабий вел оборонительные бои, чтобы затянуть сражение и дождаться, когда враг выдохнется. Публий Деций действовал более агрессивно и приказал кавалерийскую атаку, которая дважды отбросила кавалерию сенонов. Во второй раз они достигли вражеской пехоты, но подверглись атаке колесниц и были рассеяны и обращены в бегство. Линия пехоты Деция была прорвана колесницами, и на нее напала пехота сенонов. Публий Деций решил принести себя в жертву. Этот термин означал, что военачальник, обращаясь с молитвами к богам, бросался в ряды врага, фактически жертвуя собой, когда его войска находились в критическом положении. Этот поступок воодушевил римский левый фланг, к которому также присоединились два резервных отряда, вызванные Квинтом Фабием на помощь. На правом фланге Квинт Фабий приказал кавалерии обойти самнитский фланг и атаковать его с фланга, а пехоте – продвинуться вперед. Затем он вызвал остальные резервы. Самниты бежали, минуя линию сенонов. Сеноны построились в формацию testudo (черепаха), где воины выстраивали свои щиты в компактную формацию, прикрытую щитами спереди и сверху. Квинт Фабий приказал 500 кампанским копейщикам атаковать их с тыла. Это должно было быть совмещено с наступлением средней линии одного из легионов и атакой кавалерии. Тем временем Квинт Фабий штурмом взял самнитский лагерь и отрезал сенонам путь к отступлению. Галлы сенонов были разбиты. Римляне потеряли 8700 человек, а их противник – 20000. Ливий отметил, что некоторые авторы (труды которых не сохранились) преувеличивали масштаб битвы, утверждая, что в ней также участвовали умбры, и что враг располагал 60000 пехоты, 40000 кавалерии и 1000 колесниц, а также что в битве сражался и Луций Волумний со своими двумя легионами. Ливий, однако, сообщает, что Луций Волумний в это время удерживал фронт в Самнии и разгромил самнитский отряд у горы Тиферн. После битвы 5000 самнитов направились домой из Сентинума через земли пелигнов. Местные жители напали на них и убили 1000 человек. В Этрурии пропретор Гней Фульвий разбил этрусков. Перузия и Клузия потеряли до 3000 человек. Квинт Фабий оставил армию Публия Деция для охраны Этрурии и отправился в Рим, чтобы отметить триумф. В Этрурии Перузия продолжала войну. Аппий Клавдий был отправлен командовать армией Публия Деция в качестве пропретора, а Квинт Фабий столкнулся и разгромил перузинцев. Самниты атаковали территории вокруг реки Лирис (в Формиях и Весции) и реки Волтурн. За ними преследовали Аппий Клавдий и Луций Волумний, которые объединили свои силы и разбили самнитов в окрестностях Кайатии, недалеко от Капуи.

294 до н. э.: Самнитские набеги

В 294 году до н.э. самниты совершили набег на три римские армии (одна должна была вернуться в Этрурию, одна – защищать границу, а третья – совершать набеги на Кампанию). Консул Марк Атилий Регул был отправлен на фронт и встретил самнитов в позиции, где ни одна из сторон не могла совершать набеги на вражескую территорию. Самниты под покровом тумана атаковали римский лагерь, захватив часть лагеря и убив множество воинов и несколько офицеров. Римлянам удалось отбить атаку, но из-за тумана они не преследовали противника. Другой консул, Луций Постумий Мегелл, который выздоравливал от болезни, собрал армию союзников в Соре, где римские фуражиры были отброшены самнитами, и самниты отступили. Луций Постумий затем захватил Милионию и Феритрум – два неизвестных самнитских города. Марк Атилий выступил к осажденной Луцерии (в Апулии) и потерпел поражение. На следующий день произошло еще одно сражение. Римская пехота начала отступать, но была вынуждена вернуться в бой благодаря коннице. Самниты не воспользовались своим преимуществом и были затем разбиты. На обратном пути Марк Атилий разгромил силы самнитов, пытавшиеся захватить Интерманну, римскую колонию на реке Лирис. Другой консул, Луций Постумий, перешел из Самния в Этрурию, не посоветовавшись с сенатом. Он опустошил территорию Вольсиний и победил горожан, вышедших из города для его защиты. Вольсинии, Перузия и Арреций просили мира и добились сорокалетнего перемирия. Ливий упоминал, что существуют источники с различными версиями событий. В одной из них Марк Атилий отправился в Этрурию и одержал триумф. Луций Постумий, напротив, захватил несколько городов в Самнии, а затем был разбит и ранен в Апулии, укрывшись в Луцерии. В другой версии оба консула сражались в Самнии и под Луцерией, и обе стороны понесли тяжелые потери.

293 - 290 гг. до н. э.: Поражение Самния

В 293 году до н.э. по всему Самнию были набраны новые войска. Сорок тысяч человек собрались в Аквилонии. Консул Спурий Карвилий Максимус принял ветеранские легионы, оставленные Марком Атилием в Интерамне Лиренасе в средней долине Лириса, и двинулся на захват Амитерна в Самниуме (не следует путать с Амитерном в Сабине). Другой консул, Луций Папирий Курсор (сын Луция Папирия из Второй Самнитской войны), набрал новую армию и штурмом взял Дуронию. Затем оба консула направились туда, где находились основные силы самнитов. Спурий Карвилий отправился в Комниум и вступил в стычки. Луций Папирий осадил Аквилонию. Оба города располагались на северо-западе Самния. Консулы решили атаковать оба одновременно. Люцию Папирию дезертир сообщил, что двадцать контингентов по 400 человек из элитных самнитских сил, завербованных в отчаянии по lex sacrata (где солдаты клялись не бежать с поля боя под страхом смерти), направляются в Комниум. Он уведомил своего коллегу и затем выступил навстречу им с частью своих сил, разгромив их. Тем временем другая часть его войск атаковала Аквилонию. Луций Папирий присоединился к ним, и город был взят. В Комнииуме, когда Спурий Карвилий узнал о двадцати элитных самнитских контингентах (не зная об их поражении от его коллеги), он послал легион и вспомогательные войска, чтобы сдержать их, и продолжил запланированное нападение на город, который в итоге сдался. Форсайт пишет, что битва при Аквилонии «была последней крупной битвой войны и окончательно решила судьбу самнитов». После уничтожения самнитских армий консулы решили штурмовать города. Спурий Карвилий захватил Велию, Палумбинум и Геркуланум (местоположение неизвестно). Луций Папирий захватил Сэпинум (современная Алтилия), один из главных городов Самния. Тем временем этруски напали на римских союзников, а фалиски перешли на сторону этрусков. С наступлением зимы и началом снегопадов римляне отступили из Самния. Луций Папирий отправился в Рим за триумфом, а затем в Везию (в Кампании) на зимовку и для защиты местного населения от набегов самнитов. Спурий Карвилий отправился в Этрурию. Он захватил Тройлум (местоположение неизвестно) и штурмом взял пять крепостей. Фалисканцы просили мира, были оштрафованы и получили годичное перемирие. Повествование Ливия о Третьей Самнитской войне заканчивается здесь, в конце 10-й книги. Книги 11–20 были утеряны. О 11-й книге сохранилось лишь краткое резюме, являющееся частью Периох, свода из 142 книг (за исключением 136 и 137). В нем упоминается, что консул Квинт Фабий Максимус Гургес потерпел поражение в Самнии и избежал отзыва из армии и унижения благодаря вмешательству своего отца, Квинта Фабия Максима Руллиана, который пообещал помочь ему в качестве заместителя. Оба мужчины разгромили самнитов и захватили Гая Понтия, самнитского военачальника, которого выставили на триумфальном параде и казнили. Гургес двинулся против Каудинов, и, по словам Евтропия, его армия была почти уничтожена и потеряла 3000 человек. Салмон полагает, что это поражение, вероятно, было преувеличением, поскольку в следующем году Гургес был назначен проконсулом и вновь стал консулом в 276 году до н.э., во время Пирровой войны. Он считает, что его последующая победа также была преувеличена и является вымышленным предвосхищением сотрудничества отца и сына между Квинтом Фабием Максимом Кунктатором и его сыном во время Второй Пунической войны.

В 291 году до н.э. Квинт Фабий Максимус Гургес, будучи проконсулом, разгромил пентров, крупнейшее самнитское племя, и захватил их крепость Комниум Окритум. Консул Луций Постимий Мегел, действуя из Апулии, напал на племя гирпинов из Самния и захватил их крупный город Венезию. Благодаря своему расположению, обеспечивающему контроль над Луканией, Апулией и Самнием, римляне основали самую большую колонию, которую когда-либо создавали. Дионисий Галикарнасский называет цифру в 20 000 колонистов, что невероятно много. Подробности о 290 году до н.э. скудны, но немногочисленная сохранившаяся информация свидетельствует о том, что консулы Маний Курий Дентат и Публий Корнелий Руфин вели кампанию по ликвидации последних очагов сопротивления по всему Самнию, и, по словам Евтропия, это включало в себя крупномасштабные сражения.

Последствия

Когда закончилась война с самнитами, римляне приступили к покорению сабинов, живших в горах к востоку от Рима. Маний Курий Дентат углубился на территорию сабинов между реками Нар (нынешняя Нера, главный приток реки Тибр) и Анио (Аниене, другой приток Тибра) и истоком реки Авенс (Велино). Спурий Карвилий конфисковал обширные земли на равнине вокруг Реаты (нынешний Риети) и Амитернума (в 11 км от Л’Аквилы) и раздал их римским поселенцам. Флорус не указал причин этой кампании. Салмон предполагает, что она могла быть вызвана той ролью, которую сабины сыграли или не сыграли в событиях 296/295 годов до н.э. Они позволили самнитам пройти через свои земли, чтобы добраться до Этрурии. Форсайт также предположил, что это могло быть наказанием за это. Ливий упоминает, что Дентат подавил мятеж сабинов. Сабинам было даровано гражданство без права голоса (civitas sine suffragio), что фактически означало аннексию их территории к Римской республике. Реата и Амитернум получили полное римское гражданство (civitas optimo iure) в 268 году до н.э. Корнелий отмечает, что Рим также покорил преутиттов. Они жили к востоку от сабинов, на побережье Адриатического моря и враждовали с пицентами, союзниками Рима. Благодаря этим двум завоеваниям римская территория распространилась в Апеннины, прилегающие к ней, и полосой дошла до Адриатического моря. В сочетании с союзами, заключенными после Второй Самнитской войны с марсами, марруцинами и пелигнами (304 г. до н.э.) и вестинами (302 г. до н.э.), это дало Риму контроль над этой частью центральной Италии. Самниты были вынуждены стать союзниками Рима, вероятно, на неравноправных условиях. Рим предлагал договор о дружбе (foedus amicitiae) тем, кто вступал в союз добровольно, но не тем, кто стал союзником в результате поражения. Римляне также основали колонию в Венузии – важном стратегическом пункте в юго-восточном Самнии. Луканийцы сохранили свой союз с Римом. Результатом Самнитских войн стало возвышение Рима как великой державы Италии и контроль над значительной ее частью. Союзы, заключенные после Латинской войны, после Второй Самнитской войны, а также в начале и конце Третьей войны, заложили основу для превращения Рима в великую державу Средиземноморья, победившую Пирра и Карфагенян и расширившуюся в Восточном Средиземноморье. Все союзные договоры предусматривали, что союзники должны предоставлять войска для римских войн на собственные средства. Эта система работала, поскольку Рим поддерживал правящие элиты союзных народов, которые могли обращаться к нему за помощью в случае местных беспорядков, и делился с союзниками военной добычей, которая могла быть значительной. Союзники также получали безопасность, защиту (Рим вел войны для защиты своих союзников) и долю в доходах от завоеваний. Участие союзных войск уже имело важное значение в битве при Сентинуме во время Третьей Самнитской войны. Римляне стали полагаться на союзников, и их войска часто численно превосходили римские. Полибий писал, что в крупной битве при Теламоне против галлов в 225 году до н.э. римляне выставили около 41 000 римских солдат и 210 000 союзников. Можно предположить, что римская военная сила составляла около 40% от общей римско-итальянской силы, которую Полибий оценивал в 700 000 человек. Это были огромные цифры, которым никто другой в Средиземноморье не мог соответствовать. В 283 году до н.э. в Италии произошла дальнейшая консолидация римской власти. Произошли столкновения с галлами и этрусками. Источники не содержат подробностей и могут быть противоречивыми. По словам Полибия, в 283 году до н.э. неустановленные галлы осадили Арреций и разбили римский отряд, пришедший на помощь городу. Претор Луций Цецилий Метелл Дентер погиб в битве и был заменен Манием Курием Дентатом. Дентат отправил послов для переговоров об освобождении римских пленных, но они были убиты. Римляне выступили в поход против Галлии (Полибий использовал этот очень расплывчатый термин и, вероятно, имел в виду Цизальпинскую Галлию), где их встретили сеноны, которые были разбиты в полевом сражении. Можно предположить, что это столкновение произошло в ager Gallicus (название, которое римляне дали территории, завоеванной сенонами), на побережье Адриатического моря (в современной Марке), поскольку Полибий писал, что «римляне вторглись на территорию сенонов, убили большинство из них и выгнали остальных из страны и основали колонию Сена Галлия (Сенигалия)». Полибий также писал, что «тогда боии, увидев, что сеноны изгнаны с их территории, и опасаясь той же участи для себя и своей земли, умоляли о помощи этрусков и выступили в поход всем войском. Объединенные армии дали сражение римлянам у озера Вадимон, и в этой битве большинство этрусков было перебито, а лишь немногим боям удалось спастись». Он добавил, что на следующий год боии и этруски снова вступили в бой с римлянами и «были полностью разбиты, и только тогда их мужество наконец пало, и они отправили посольство, чтобы просить о мире и заключить договор с римлянами». В результате этих столкновений римляне приобрели дополнительную территорию вдоль Адриатического побережья, устранили угрозу со стороны сенонов, и на полвека наступил период отсутствия крупных конфликтов с галлами. Полибий считал, что Рим получил два преимущества от этих сражений: он привык побеждать галлов, которых боялся со времен галльского разграбления Рима в 390 году до н.э., и его войска закалились в боях непосредственно перед тем, как им предстояло столкнуться с Пирром в Пирровой войне 280–275 годов до н.э. В Этрурии произошли победоносные столкновения с вольсками и Вольсиниями в 280 году до н.э., с Цере в 273 году до н.э. и разрушение Вольсиний в 264 году до н.э.