Фриц фон Манштейн: Военный путь и преступления нацистского генерала.

Эрих фон Манштейн: биография немецкого фельдмаршала Второй мировой войны. Участие в Первой и Второй мировых войнах, военные преступления и тюремное заключение.

45 мин чтения

100%

Источник: Erich von Manstein — Wikipedia

Сравнивайте с английским: нажмите на абзац — оригинал откроется в окне. Кнопка EN под абзацем показывает его прямо в тексте.

Содержание

Введение

Фриц Эрих Георг Эдуард фон Манштейн (родился Фриц Эрих Георг Эдуард фон Левински; 24 ноября 1887 – 9 июня 1973) был немецким генерал-фельдмаршалом (фельдмаршалом) в армии нацистской Германии во время Второй мировой войны. Он был впоследствии признан виновным в военных преступлениях и приговорен к 18 годам лишения свободы. Родившийся в аристократической прусской семье с давней историей военной службы, Манштейн вступил в армию в юном возрасте и участвовал в боях на Западном и Восточном фронтах во время Первой мировой войны (1914–1918). К концу войны он дослужился до звания капитана и активно содействовал восстановлению вооруженных сил Германии в межвоенный период. В сентябре 1939 года, во время вторжения в Польшу в начале Второй мировой войны, он служил начальником штаба группы армий «Юг» под командованием Герда фон Рундштедта. Адольф Гитлер выбрал стратегию Манштейна для вторжения во Францию в мае 1940 года, план, который позднее был доработан Францем Хальдером и другими членами ОКХ. Ожидая решительной реакции союзников в случае, если основной удар будет нанесен через Нидерланды, Манштейн разработал новаторскую операцию по вторжению во Францию, впоследствии известную как «Sichelschnitt» («удар серпом»), которая предусматривала атаку через Арденнский лес и стремительное наступление к Ла-Маншу, чтобы отрезать французские и союзные войска в Бельгии и Фландрии. Получив звание генерала к концу кампании, он принимал активное участие во вторжении в Советский Союз в июне 1941 года. Он возглавлял силы Оси в осаде Севастополя (1941–1942) и в битве за Керченский полуостров, а 1 июля 1942 года был произведен в фельдмаршалы, после чего участвовал в осаде Ленинграда. В декабре 1942 года, во время катастрофической Сталинградской битвы, Манштейн командовал неудачной операцией по деблокированию («Зимняя гроза»). Его контрнаступление в Третьей Харьковской битве (февраль – март 1943 года), известное как «контрудар», позволило вернуть значительные территории и привело к уничтожению трех советских армий и отступлению еще трех. Он был одним из главных командующих в Курской битве (июль – август 1943 года). Его постоянные разногласия с Гитлером по поводу хода войны привели к его отстранению от командования в марте 1944 года. Он больше не получал никаких назначений и был взят в плен британскими войсками в августе 1945 года, через три месяца после капитуляции Германии. Манштейн давал показания на основных Нюрнбергских процессах над военными преступниками в августе 1946 года и подготовил документ, который, наряду с его последующими мемуарами, способствовал укреплению мифа о «чистом Вермахте» – мифа о том, что немецкие вооруженные силы не несут ответственности за злодеяния Холокоста. В 1949 году он был осужден в Гамбурге за военные преступления и признан виновным по девяти из семнадцати пунктов обвинения, включая жестокое обращение с военнопленными и неспособность защитить жизни гражданского населения в зоне своей ответственности. Его приговор к восемнадцати годам тюремного заключения был впоследствии сокращен до двенадцати, и он отбыл лишь четыре года, прежде чем был освобожден в 1953 году. В середине 1950-х годов, в качестве военного советника правительства ФРГ, он участвовал в восстановлении вооруженных сил. Его мемуары «Verlorene Siege» (1955), переведенные на английский язык как «Lost Victories», содержали резкую критику руководства Гитлера и освещали только военные аспекты войны, игнорируя ее политический и этический контекст. Манштейн умер недалеко от Мюнхена в 1973 году.

German field marshal (1887–1973)

Fritz Erich Georg Eduard von Manstein (born Fritz Erich Georg Eduard von Lewinski; 24 November 1887 – 9 June 1973) was a German Generalfeldmarschall (Field Marshal) in the Heer (Army) of Nazi Germany during World War II. He was subsequently convicted of war crimes and sentenced to 18 years imprisonment. Born into an aristocratic Prussian family with a long history of military service, Manstein joined the army at a young age and saw service on both the Western and Eastern Front during the First World War (1914–18). He rose to the rank of captain by the end of the war and was active in the inter war period helping Germany rebuild its armed forces. In September 1939, during the invasion of Poland at the beginning of the Second World War, he served as Chief of Staff to Gerd von Rundstedt's Army Group South. Adolf Hitler chose Manstein's strategy for the invasion of France of May 1940, a plan later refined by Franz Halder and other members of the OKH. Anticipating a firm Allied reaction should the main thrust of the invasion take place through the Netherlands, Manstein devised an innovative operation to invade Francelater known as the Sichelschnitt ("sickle cut")that called for an attack through the woods of the Ardennes and a rapid drive to the English Channel, thus cutting off the French and Allied armies in Belgium and Flanders. Attaining the rank of general at the end of the campaign, he was active in the invasion of the Soviet Union in June 1941. He led the Axis forces in the siege of Sevastopol (1941–1942) and the Battle of the Kerch Peninsula, and was promoted to field marshal on 1 July 1942, after which he participated in the siege of Leningrad. In December 1942, during the catastrophic Battle of Stalingrad, Manstein commanded a failed relief effort ("Operation Winter Storm"). Later known as the "backhand blow", Manstein's counteroffensive in the Third Battle of Kharkov (February–March 1943) regained substantial territory and resulted in the destruction of three Soviet armies and the retreat of three others. He was one of the primary commanders at the Battle of Kursk (July–August 1943). His ongoing disagreements with Hitler over the conduct of the war led to his dismissal in March 1944. He never obtained another command and was taken prisoner by the British in August 1945, three months after Germany's defeat. Manstein gave testimony at the main Nuremberg trials of war criminals in August 1946, and prepared a paper that, along with his later memoirs, helped cultivate the myth of the clean Wehrmachtthe myth that the German armed forces were not culpable for the atrocities of the Holocaust. In 1949 he was tried in Hamburg for war crimes and was convicted on nine of seventeen counts, including the poor treatment of prisoners of war and failing to protect civilian lives in his sphere of operations. His sentence of eighteen years in prison was later reduced to twelve, and he served only four years before being released in 1953. As a military advisor to the West German government in the mid 1950s, he helped re establish the armed forces. His memoir, Verlorene Siege (1955), translated into English as Lost Victories, was highly critical of Hitler's leadership, and dealt with only the military aspects of the war, ignoring its political and ethical contexts. Manstein died near Munich in 1973.

Ранние годы

Манштейн родился Фриц Эрих Георг Эдуард фон Левински в Берлине, десятым сыном прусского аристократа и генерала артиллерии Эдуарда фон Левинского (1829–1906) и Хелены фон Сперлинг (1847–1910). Семья его отца имела кашубские корни и имела право на использование герба Брохвич (Брохвич III). Хедвиг фон Сперлинг (1852–1925), младшая сестра Хелены, была замужем за генерал-лейтенантом Георгом фон Манштейном (1844–1913); поскольку у них не было собственных детей, они усыновили Эриха. Ранее они усыновили Марту, кузину Эриха, дочь покойного брата Хелены и Хедвиг. Как его биологический, так и приемный отцы были прусскими генералами, как и брат его матери и оба его деда (его дед по отцовской линии, Альбрехт Густав фон Манштейн, командовал корпусом во время франко-прусской войны 1870–71 годов, а дед по материнской линии, Оскар фон Сперлинг, был начальником штаба Первой армии). Шестнадцать родственников с обеих сторон семьи служили военными офицерами, многие из которых дослужились до генеральского звания. Поль фон Гинденбург, будущий генерал-фельдмаршал и президент Германии, приходился ему дядей; жена Гинденбурга, Гертруда, была сестрой Хедвиги и Хелены. Манштейн посещал Императорский лицей, католическую гимназию в Страсбурге, с 1894 по 1899 год, после чего поступил в кадетский корпус. Будучи кадетом, Манштейн считался умным и способным. В марте 1906 года, после шести лет обучения в кадетских корпусах в Плене и Грос-Лихтерфельде, он был зачислен в Третий пехотный гвардейский полк (Garde zu Fuß) прапорщиком. В январе 1907 года он получил звание лейтенанта, а в октябре 1913 года начал трехлетнюю программу подготовки офицеров в Прусской военной академии. Однако Манштейн завершил только первый год обучения, поскольку с началом Первой мировой войны в августе 1914 года всем курсантам академии было приказано явиться на действительную службу. Он так и не завершил полную подготовку для службы в генеральном штабе.

Первая мировая война

Во время Первой мировой войны Манштейн служил на Западном и Восточном фронтах Германии. В начале войны он был произведен в лейтенанты и участвовал во вторжении в Бельгию в составе 2-го гвардейского резервного пехотного полка. В августе 1914 года он принял участие в захвате Намюра, где находилась массивная цитадель, окруженная сетью фортов. В сентябре подразделение Манштейна вместе с еще одним было переброшено в Восточную Пруссию и прикреплено к Восьмой армии под командованием Гинденбурга. После участия в Первом сражении на Мазурских озерах его подразделение вскоре было передислоцировано в Девятую армию, которая продвигалась от Верхней Силезии к Варшаве. Перенапряженная Девятая армия была вынуждена отступить под ударом русского контрнаступления, и 16 ноября Манштейн был ранен во время отступления, когда его отряд штурмовал русские укрепления. Он получил ранения в левое плечо и левое колено; одна пуля задела седалищный нерв, вызвав онемение ноги. Восстановление заняло шесть месяцев в больницах Бюттена и Висбадена. После домашнего отпуска 17 июня 1915 года Манштейн был назначен помощником начальника штаба по операциям в Десятой армии, которой командовал Макс фон Галльвиц. Вскоре он был повышен до капитана и получил практический опыт планирования и проведения наступательных операций, когда Десятая армия успешно атаковала Польшу, Литву, Черногорию и Албанию. Во время наступательных операций у Вердена в начале 1916 года Манштейн находился вместе с Галльвицем и его штабом в новом штабе, расположенном недалеко от линии фронта. Затем он служил офицером по снабжению штаба под командованием генерала Фрица фон Белоу и начальника штаба Фрица фон Лоссберга в командном пункте у реки Соммы; в этом районе в течение войны произошло несколько крупных сражений. Британские и французские операции с июля по ноябрь 1916 года вынудили немецкие войска к зимнему отступлению к линии Гинденбурга – системе оборонительных позиций между Верденом и Ленсом. Манштейн продолжал служить под командованием Белоу до октября 1917 года, когда был переведен начальником штаба в 4-ю кавалерийскую дивизию, дислоцированную в Риге во время немецкой оккупации. В результате подписания Брестского мира в марте 1918 года подразделение Манштейна больше не требовалось на Восточном фронте; он был переведен в 213-ю пехотную дивизию в районе Реймса. Немецкая императорская армия добилась незначительных успехов в этом районе, но начала терять войну. Перемирие было подписано 11 ноября 1918 года.

During the First World War, Manstein served on both the German Western and Eastern Fronts. At the beginning of the war, he was promoted to lieutenant and participated in the invasion of Belgium with the 2nd Guard Reserve Infantry Regiment. In August 1914, he took part in the capture of Namur, the site of a massive citadel surrounded by outlying forts. In September, Manstein's unit was one of two transferred to East Prussia and attached to the Eighth Army, commanded by Hindenburg. After seeing action in the First Battle of the Masurian Lakes, his unit was soon reassigned to the Ninth Army, which was in the process of advancing from Upper Silesia to Warsaw. Overstretched, the Ninth Army was forced to withdraw in the face of a Russian counterattack, and on 16 November, Manstein was wounded during the retreat when he was among a detachment that stormed a Russian entrenchment. He was shot in the left shoulder and the left knee; one bullet hit his sciatic nerve, causing the leg to be numb. Recovery took six months in hospital in Beuthen and Wiesbaden. After a period of home leave, on 17 June 1915, Manstein was reassigned as an assistant general staff officer of operations to the Tenth Army, commanded by Max von Gallwitz. Soon promoted to captain, he learned first hand how to plan and conduct offensive operations as the Tenth Army undertook successful attacks on Poland, Lithuania, Montenegro, and Albania. During offensive operations at Verdun in early 1916, Manstein was stationed with Gallwitz and his staff at a new headquarters near the action. He next served as a staff supply officer under General Fritz von Below and chief of staff Fritz von Lossberg at a command post near the River Somme; the area was the scene of several battles over the course of the war. British and French operations from July to November 1916 forced a German withdrawal over the winter to the Hindenburg Line, a series of defensive positions between Verdun and Lens. Manstein continued to serve under Below until October 1917, when he was transferred as chief of staff to the 4th Cavalry Division, serving in Riga during the German occupation of the area. As a result of the signing of the Treaty of Brest Litovsk in March 1918, Manstein's unit was no longer needed on the Eastern Front; he was reassigned to the 213th Infantry Division near Reims. The German Imperial Army saw some minor successes in the area but was beginning to lose the war. The armistice was signed on 11 November 1918.

Междувоенная эпоха

В 1920 году Манштейн женился на Ютте Сибилле фон Лоеш, дочери силезского землевладельца. Он сделал ей предложение, познакомившись с ней всего за три дня. Она умерла в 1966 году. У них было трое детей: дочь Гизела (родилась в 1921 году) и два сына, Геро (родился в 1922 году) и Рудигер (родился в 1929 году). Геро погиб на поле боя в северном секторе Восточного фронта 29 октября 1942 года, будучи лейтенантом Вермахта. Гизела была замужем за майором Эделем Генрихом Захариаем Лингенталем, отличившимся офицером, командовавшим 15-м танковым полком во время Второй мировой войны. Манштейн оставался на военной службе после окончания войны. В 1918 году он поступил на штабную должность в Охранные войска границы в Бреслау и служил там до 1919 года. В составе Командования группы II он участвовал в реструктуризации немецкой имперской армии в 500 000 человек в Рейхсвер, армию Веймарской республики (ограниченную 100 000 человек Версальским договором). Распознанный с раннего возраста как талантливый и умный командир, Манштейн был выбран одним из всего 4000 офицеров, разрешенных договором. В 1921 году он был назначен командиром 6-й роты 5-го прусского пехотного полка, а затем служил штабным офицером в Командованиях военных округов II и IV, преподавая военную историю и тактику до 1927 года. В том же году он был повышен до майора и служил в Генеральном штабе Министерства рейхсвера в Берлине, посещая другие страны для изучения их военных объектов и помогая разрабатывать планы мобилизации армии. Получив звание подполковника, он командовал батальоном легкой пехоты 4-го пехотного полка, находясь на этой должности до 1934 года. В 1933 году нацистская партия пришла к власти в Германии, положив конец Веймарскому периоду. В нарушение Версальского договора Рейхсвер тайно перевооружался с 1920-х годов; новое правительство официально денонсировало Договор и приступило к широкомасштабному перевооружению и расширению армии. В феврале 1934 года Манштейн был переведен в Берлин в качестве полковника, где служил начальником штаба III военного округа. 1 июля 1935 года он был назначен начальником оперативного отдела Генерального штаба армии (Generalstab des Heeres), входившего в состав Верховного командования армии (Oberkommando des Heeres – OKH). На этом посту Манштейн был одним из ответственных за разработку плана «Красный» (Fall Rot), оборонительного плана по защите Германии от нападения Франции. В этот период Манштейн вступил в контакт с Хайнцем Гудерианом и Освальдом Лутцем, которые выступали за радикальные изменения в военном деле, подчеркивая роль танков. Однако офицеры, такие как Людвиг Бек, начальник Генерального штаба армии, были против таких радикальных изменений, поэтому Манштейн предложил альтернативу: разработку штурмовых орудий (StuG), самоходных орудий, которые обеспечивали бы мощную непосредственную огневую поддержку пехоте. Во время Второй мировой войны эти штурмовые орудия оказались одними из самых успешных и экономически эффективных немецких вооружений. В октябре 1936 года он был повышен до генерал-майора и стал заместителем начальника штаба (Oberquartiermeister I) генерала Бека. 4 февраля 1938 года Манштейн был переведен на командование 18-й пехотной дивизией в Легнице, Силезия, в звании генерал-лейтенанта. Перевод означал, что Манштейн не получил должность Бека в качестве начальника Генерального штаба армии в августе (Бек подал в отставку, несмотря на настоятельные просьбы Манштейна не делать этого, поскольку считал, что планируемое Гитлером вторжение в Чехословакию в октябре будет преждевременным). Должность была передана генералу Францу Хальдеру, который занял прежнюю должность Манштейна в качестве заместителя начальника штаба. Этот инцидент вызвал длительную вражду между этими двумя мужчинами. 20 апреля 1939 года Манштейн выступил с речью на праздновании 50-летия Гитлера, в которой восхвалял Гитлера как лидера, посланного Богом, чтобы спасти Германию. Он предупредил «враждебный мир», что если он продолжит возводить «барьеры вокруг Германии, чтобы преградить путь немецкому народу к его будущему», то он будет рад видеть мир, погруженный в новую мировую войну. Израильский историк Омер Бартов отмечает, что рост офицеров, таких как Манштейн, был частью тенденции к выдвижению технократических офицеров, обычно ярых нацистов; по его мнению, Вермахт был полностью интегрирован в…

Manstein married Jutta Sibylle von Loesch, the daughter of a Silesian landowner, in 1920. He proposed marriage after having known her for only three days. She died in 1966. They had three children: a daughter, Gisela (born 1921), and two sons, Gero (born 1922) and Rüdiger (born 1929). Gero died on the battlefield in the northern sector of the Eastern Front on 29 October 1942 while serving as a lieutenant in the Wehrmacht. Gisela was married to Major Edel Heinrich Zachariae Lingenthal, a highly decorated officer who commanded II. Panzer Regiment 15 during the Second World War. Manstein remained in the armed forces after the war ended. In 1918 he volunteered for a staff position with the Frontier Defence Force in Breslau and served there until 1919. As part of Gruppenkommando II, he participated in the restructuring of the German Imperial Army of 500,000 men into the Reichswehr, the army of the Weimar Republic (restricted to 100,000 men by the Versailles Treaty). Recognised from an early age as a talented and intelligent commander, Manstein was chosen as one of only 4,000 officers permitted under the treaty. In 1921 he was appointed company commander of the sixth company of the 5th Prussian Infantry Regiment and next served as a staff officer for Wehrkreiskommando II and IV, teaching military history and tactics until 1927. That year he was promoted to major and served with the General Staff at the Reichswehr Ministry in Berlin, visiting other countries to learn about their military facilities and helping to draft mobilisation plans for the army. Promoted to lieutenant colonel, he was given command of the light infantry battalion of the 4th Infantry Regiment, serving with that unit until 1934. In 1933 the Nazi Party seized power in Germany, ending the Weimar period. In violation of the Versailles treaty, the Reichswehr had been secretly re arming since the 1920s; the new government formally renounced the Treaty and proceeded with large scale re armament and expansion of the military. Manstein was moved back to Berlin as full colonel in February 1934, serving as chief of staff of Wehrkreiskommando III. On 1 July 1935 he was appointed the Head of the Operations Branch of the Army General Staff (Generalstab des Heeres), part of the Army High Command (Oberkommando des Heeres – OKH). During his tenure there, Manstein was one of the people responsible for the development of Fall Rot (Case Red), a defensive plan to protect Germany from attack by France. During this period Manstein came into contact with Heinz Guderian and Oswald Lutz, who advocated drastic changes in warfare, emphasising the role of the Panzer. However, officers like Ludwig Beck, Chief of the Army General Staff, were against such drastic changes, and therefore Manstein proposed an alternative: the development of Sturmgeschütze (StuG), self propelled assault guns that would provide heavy direct fire support to infantry. In World War II, the resulting StuG vehicles proved to be among the most successful and cost effective German weapons. He was promoted to Generalmajor in October 1936, becoming the Deputy Chief of Staff (Oberquartiermeister I) to General Beck. On 4 February 1938, Manstein was transferred to the command of the 18th Infantry Division in Liegnitz, Silesia, with the rank of Generalleutnant. The transfer meant that Manstein did not receive Beck's post as Chief of the Army General Staff that August (Beck had resigned, despite Manstein's urgings not to do so, as he felt Hitler's intended invasion of Czechoslovakia that October would be premature). The position was given to General Franz Halder, who had taken Manstein's former post as Deputy Chief of Staff. The incident created a lasting hatred between the two men. On 20 April 1939, Manstein delivered a speech at the celebration of Hitler's 50th birthday, in which he praised Hitler as a leader sent by God to save Germany. He warned the "hostile world" that if it kept erecting "ramparts around Germany to block the way of the German people towards their future", then he would be quite happy to see the world plunged into another world war. Israeli historian Omer Bartov notes that the rise of officers such as Manstein was part of a tendency for technocratic officers, usually ardent Nazis, to come to the fore; his opinion is that the Wehrmacht was fully integrated into Nazi Germany, not a separate apolitical organisation independent of the Nazi regime.

Вторжение в Польшу

18 августа 1939 года, в преддверии операции «Вайс» (Белый план) – вторжения Германии в Польшу, – Манштейн был назначен начальником штаба группы армий «Юг» под командованием Герда фон Рундштедта. Там он совместно с начальником оперативного отдела штаба Рундштедта, полковником Гюнтером Блюментритом, разрабатывал оперативный план. Рундштедт одобрил план Манштейна, предусматривавший концентрацию основной массы бронетанковых сил группы армий в 10-й армии Вальтера фон Райхенау с целью нанесения решающего удара, который должен был привести к окружению польских войск к западу от реки Висла. Согласно плану Манштейна, две другие армии, входившие в состав группы армий «Юг» – 14-я армия Вильгельма Листа и 8-я армия Йоханнеса Бласковица – должны были оказывать фланговую поддержку бронетанковому наступлению Райхенау в направлении Варшавы, столицы Польши. В частном порядке Манштейн относился к польской кампании без особого энтузиазма, считая, что лучше сохранить Польшу в качестве буферной зоны между Германией и Советским Союзом. Он также опасался нападения союзников с запада после начала кампании в Польше, что могло бы втянуть Германию в войну на два фронта. 22 августа 1939 года Манштейн принял участие в конференции, на которой Гитлер подчеркнул перед своими командирами необходимость физического уничтожения Польши как государства. После войны он писал в своих мемуарах, что в момент этой встречи не осознал, что Гитлер намерен проводить политику истребления поляков. Он узнал об этой политике позже, когда он и другие генералы вермахта стали получать доклады о деятельности айнзацгрупп – отрядов СС, которым было поручено сопровождать армию в Польше для убийства интеллигенции и других гражданских лиц. Эти отряды также занимались арестом евреев и других лиц для перемещения в гетто и нацистские концентрационные лагеря. Позже Манштейну были предъявлены три обвинения в военных преступлениях, связанных со смертью евреев и гражданских лиц в районах, находившихся под его контролем, а также с жестоким обращением и гибелью военнопленных. Вторжение, начавшееся 1 сентября 1939 года, проходило успешно. В зоне ответственности группы армий «Юг» под командованием Рундштедта 8-я, 10-я и 14-я армии преследовали отступающие польские войска. Первоначальный план предусматривал наступление 8-й армии, самой северной из трех, в направлении Лодзи. 10-я армия, располагавшая моторизованными дивизиями, должна была быстро выйти к Висле, а 14-я армия – продвинуться вперед и попытаться окружить польские войска в районе Кракова. Эти действия привели к окружению и разгрому польских сил в районе Радома с 8 по 14 сентября силами шести немецких корпусов. Тем временем немецкая 8-я армия подверглась атаке с севера, поэтому элементы 4-й, 8-й и 10-й армий были оперативно переброшены с поддержкой авиации в попытке перерезать пути отхода польских войск к Варшаве. Гибкость и маневренность немецких войск привели к поражению девяти польских пехотных дивизий и других подразделений в битве на Бзуре (8–19 сентября) – крупнейшем сражении на тот момент. Завоевание Польши завершилось быстро, и последние польские воинские части капитулировали 6 октября.

On 18 August 1939, in preparation for Fall Weiss (Case White)the German invasion of PolandManstein was appointed Chief of Staff to Gerd von Rundstedt's Army Group South. Here he worked along with Rundstedt's Chief of Operations, Colonel Günther Blumentritt, to develop the operational plan. Rundstedt accepted Manstein's plan calling for the concentration of the majority of the army group's armoured units into Walter von Reichenau's 10th Army, with the objective of a decisive breakthrough which would lead to the encirclement of Polish forces west of the River Vistula. In Manstein's plan, two other armies comprising Army Group South, Wilhelm List's 14th Army, and Johannes Blaskowitz's 8th Army, would provide flank support for Reichenau's armoured thrust towards Warsaw, the Polish capital. Privately, Manstein was lukewarm about the Polish campaign, thinking that it would be better to keep Poland as a buffer between Germany and the Soviet Union. He also worried about an Allied attack from the west once the Polish campaign was underway, which would draw Germany into a two front war. Manstein took part in a conference on 22 August 1939 where Hitler underlined to his commanders the need for the physical destruction of Poland as a nation. After the war, he would state in his memoirs that he did not recognise at the time of this meeting that Hitler was going to pursue a policy of extermination against the Poles. He did become aware of the policy later on, as he and other Wehrmacht generals received reports on the activities of the Einsatzgruppen, the Schutzstaffel (SS) death squads tasked with following the army into Poland to murder intellectuals and other civilians. These squads were also assigned to round up Jews and others for relocation to ghettos and Nazi concentration camps. Manstein would later face three charges of war crimes relating to Jewish and civilian deaths in the sectors under his control, and the mistreatment and deaths of prisoners of war. Launched on 1 September 1939, the invasion began successfully. In Army Group South's area of responsibility under Rundstedt, the 8th, 10th and 14th Armies pursued the retreating Poles. The initial plan was for the 8th Army, the northernmost of the three, to advance towards Łódź. The 10th Army, with its motorised divisions, was to move quickly towards the Vistula, and the 14th Army was to advance and attempt to encircle the Polish troops in the Kraków area. These actions led to the encirclement and defeat of Polish forces in the Radom area on 8–14 September by six German corps. Meanwhile, the German Eighth Army was under attack from the north, so elements of the Fourth, Eighth and Tenth Armies were quickly redeployed with air support in an improvised attempt to cut off any Polish break out back towards Warsaw. The flexibility and agility of the German forces led to the defeat of nine Polish infantry divisions and other units in the resulting Battle of the Bzura (8–19 September), the largest engagement of the war thus far. The conquest of Poland was quickly over, with the last Polish military units surrendering on 6 October.

Наступление на Западе

Fall Gelb ("Желтый случай"), первоначальный план вторжения во Францию, был подготовлен главнокомандующим армии генерал-полковником (генералоберстом) Вальтером фон Браухичем, Хальдером и другими членами ОКХ в начале октября 1939 года. Подобно плану Шлиффена Первой мировой войны, он предусматривал охватывающий удар через Нидерланды и Бельгию. Гитлер остался недоволен, поэтому доработка плана продолжалась в течение всего октября. Манштейн также был недоволен планом, поскольку он делал акцент на северном фланге; он считал, что наступление с этого направления лишит атаку неожиданности и подвергнет немецкие войска контратакам с юга. Территория Бельгии не подходила для использования в качестве базы для дальнейших атак на Францию, поэтому Манштейн полагал, что операция не позволит разгромить противника, как это было в Первой мировой войне, что приведет лишь к частичному успеху и позиционной войне. К концу октября Манштейн подготовил набросок альтернативного плана и представил его в ОКХ через своего непосредственного начальника Рундштедта, для которого он теперь служил начальником штаба группы армий «А». План Манштейна, разработанный при неформальном сотрудничестве с Хайнцем Гудерианом, предполагал, что танковые дивизии атакуют через лесистые холмы Арденн, где их никто не ожидает, затем создадут плацдармы на Маасе и стремительно продвинутся к Ла-Маншу. Таким образом, Вермахт должен был отрезать французские и союзные армии в Бельгии и Фландрии. Эта часть плана впоследствии получила название Sichelschnitt ("удар серпом"). Предложение Манштейна также включало второй удар, обходящий линию Мажино, что позволило бы Вермахту отодвинуть любую будущую оборонительную линию значительно южнее. ОКХ первоначально отклонило предложение; Хальдер, в частности, заявил, что план совершенно несостоятелен. Однако 11 ноября Гитлер приказал передислоцировать силы, необходимые для внезапного удара в районе Седана, тем самым продвинув план в направлении, предложенном Манштейном. Когда 10 января 1940 года документы, содержащие детали Fall Gelb, попали в руки бельгийцев, Гитлер стал еще более склонен к переменам. Но начальство Манштейна, генералы Хальдер и Браухич, возмущались его настойчивыми требованиями реализовать его план вместо их. 27 января Хальдер отстранил Манштейна от должности в штабе Рундштедта и направил его в Штеттин командовать XXXVIII армейским корпусом. Гитлер, по-прежнему в поисках более агрессивного плана, одобрил модифицированную версию идей Манштейна, известную сегодня как План Манштейна, после встречи с ним 17 февраля. Манштейн и его корпус сыграли незначительную роль в ходе операций во Франции, действуя в подчинении 4-й армии Гюнтера фон Клюге. Его корпус способствовал достижению первого прорыва к востоку от Амьена во время Fall Rot ("Красный случай" – второй этап плана вторжения) и первым достиг и форсировал реку Сену. Вторжение во Францию стало выдающимся военным успехом; Манштейн был произведен в генералы и награжден Рыцарским крестом Железного креста.

Fall Gelb ("Case Yellow"), the initial plan for the invasion of France, was prepared by Commander in Chief of the Army Colonel General (Generaloberst) Walther von Brauchitsch, Halder, and other members of the OKH in early October 1939. Like the Schlieffen Plan of World War I, it called for an encirclement attack through the Netherlands and Belgium. Hitler was not satisfied, so revisions of the plan continued throughout October. Manstein was not satisfied with the plan either, as it focused heavily on the northern wing; he felt an attack from this direction would lack the element of surprise and would expose the German forces to counterattacks from the south. The terrain in Belgium was not well suited as a base of operations for further attacks on France, so Manstein felt the operation would fail to wipe out the enemyas it did in the First World Warleading to only partial success and trench warfare. By the end of October Manstein had prepared the outline of a different plan and submitted it to the OKH via his superior, Rundstedt, for whom he was now serving as chief of staff of Army Group A.

Manstein's plan, developed with the informal co operation of Heinz Guderian, suggested that the Panzer divisions attack through the wooded hills of the Ardennes where no one would expect them, then establish bridgeheads on the Meuse and rapidly drive to the English Channel. The Wehrmacht would thus cut off the French and Allied armies in Belgium and Flanders. This part of the plan later became known as the Sichelschnitt ("sickle cut"). Manstein's proposal also included a second thrust outflanking the Maginot Line, which would allow the Wehrmacht to force any future defensive line much further south. The OKH originally rejected the proposal; Halder in particular said the plan was entirely without merit. However, on 11 November, Hitler ordered the reallocation of the forces needed to make a surprise thrust in Sedan, thus pushing the plan in the direction that Manstein had suggested. When documents outlining details of Fall Gelb fell into the hands of the Belgians on 10 January 1940, Hitler became even more receptive to change. But Manstein's superiors, Generals Halder and Brauchitsch, resented Manstein's repeated insistence that his plan be implemented in place of theirs. Halder had Manstein removed from Rundstedt's headquarters and sent to Stettin to command the XXXVIII Army Corps on 27 January. Hitler, still looking for a more aggressive plan, approved a modified version of Manstein's ideas, today known as the Manstein Plan, after meeting with him on 17 February. Manstein and his corps played a minor role during the operations in France, serving under Günther von Kluge's 4th Army. His corps helped achieve the first breakthrough east of Amiens during Fall Rot ("Case Red"the second phase of the invasion plan), and was the first to reach and cross the River Seine. The invasion of France was an outstanding military success; Manstein was promoted to full general and awarded the Knight's Cross of the Iron Cross.

Битва за Британию

Манштейн был сторонником планируемого немецкого вторжения в Великобританию, известного как операция «Морской лев». Он считал операцию рискованной, но необходимой. Первоначальные исследования различных штабных офицеров показали, что завоевание господства в воздухе являлось обязательным условием для запланированного вторжения. Его корпус должен был быть переброшен через Ла-Манш из Булоньи в Бексхилл в составе одной из четырех группировок, назначенных для первой волны. Однако, поскольку Люфтваффе не удалось одержать верх над Королевскими ВВС в Битве за Британию, операция «Морской лев» была отложена на неопределенный срок 12 октября. В оставшееся время года Манштейн, не имея особого дела, проводил время в Париже и дома.

Вторжение в Советский Союз

В июле 1940 года немецкое верховное командование приступило к планированию операции "Барбаросса" – вторжения в Советский Союз. 15 марта 1941 года Манштейн был назначен командиром LVI танкового корпуса; он был одним из 250 командиров, проинформированных о предстоящем крупном наступлении, впервые ознакомившись с детальными планами операции в мае. Его корпус входил в состав Четвертой танковой группы под командованием генерала Эриха Хёпнера, в группе армий "Север" под командованием Вильгельма Риттера фон Либа. Группе армий была поставлена задача прорваться через Прибалтику, а затем продвинуться к Ленинграду. Манштейн прибыл на фронт всего за шесть дней до начала наступления. Операция "Барбаросса" началась 22 июня 1941 года с массированной немецкой атаки по всему фронту. Корпусу Манштейна надлежало наступать совместно с XLI танковым корпусом Георга Ганса Рейнхардта к реке Двине, чтобы обеспечить контроль над мостами в районе города Даугавпилс. Советские войска предприняли ряд контратак, однако они были направлены против корпуса Рейнхардта, что привело к сражению у Расейняй. Корпус Манштейна быстро продвигался, достигнув Двины, находившейся вдали, всего за 100 часов. Опередив остальную часть группы армий и оказавшись перенапряженным, он отразил ряд упорных советских контратак. После сближения с корпусом Рейнхардта, двум корпусам было поручено окружить советские соединения в районе Луги, совершив обходной маневр. Снова углубившись в советскую оборону с незащищенными флангами, его корпус стал целью советского контрнаступления, начатого 15 июля у Солцы силами 11-й армии под командованием Николая Ватутина. 8-я танковая дивизия Манштейна была отрезана от основных сил. Ей удалось прорваться, но она понесла тяжелые потери, и Красной Армии удалось остановить наступление Манштейна у Луги. Корпус перегруппировался у Дно. 8-я танковая дивизия была направлена для борьбы с партизанами, а Манштейну была передана 4-я полицейская дивизия СС. Атака на Лугу неоднократно откладывалась. Штурм Луги все еще продолжался, когда 10 августа Манштейн получил приказ о начале наступления на Ленинград. Едва перебазировавшись в новый штаб на озере Самро, он получил распоряжение отправить свои войска к Старой Руссе для снятия угрозы окружения X корпуса. 12 августа Красная Армия начала наступление силами 11-й и 34-й армий против группы армий "Север", отрезав три дивизии. Разочарованный потерей 8-й танковой дивизии и упущенной возможностью продвинуться к Ленинграду, Манштейн вернулся в Дно. Его контрнаступление привело к крупному поражению советских войск, когда его подразделения окружили пять советских дивизий, впервые получив поддержку с воздуха на этом участке фронта. Было захвачено 12 000 пленных и 141 танк. Его противник, генерал Кузьма М. Качанов из 34-й армии, впоследствии был предан военному суду и расстрелян за это поражение. Манштейн пытался добиться предоставления дням отдыха для своих солдат, которые с начала кампании непрерывно сражались в тяжелой местности и ухудшающихся погодных условиях, но безуспешно. Им было приказано продвигаться на восток в направлении Демянска. 12 сентября, находясь вблизи города, он был проинформирован о том, что ему предстоит принять командование 11-й армией группы армий "Юг" в Украине.

In July 1940 the German High Command commenced planning Operation Barbarossa, the invasion of the Soviet Union. On 15 March 1941 Manstein was appointed commander of the LVI Panzer Corps; he was one of 250 commanders to be briefed for the upcoming major offensive, first seeing detailed plans of the offensive in May. His corps was part of the Fourth Panzer Group under the command of General Erich Hoepner in Wilhelm Ritter von Leeb's Army Group North. The Army Group was tasked with thrusting through the Baltic States and then advancing on Leningrad. Manstein arrived at the front only six days prior to the launch of the offensive. Operation Barbarossa commenced on 22 June 1941 with a massive German attack along the whole front line. Manstein's corps was to advance with Georg Hans Reinhardt's XLI Panzer Corps to the Dvina River to secure the bridges near the town of Daugavpils. The Soviet forces mounted a number of counterattacks, but those were aimed against Reinhardt's corps, leading to the Battle of Raseiniai. Manstein's corps advanced rapidly, reaching the Dvina River, distant, in just 100 hours. Overextended and well ahead of the rest of the army group, he fended off a number of determined Soviet counterattacks. After Reinhardt's corps closed in, the two corps were tasked with encircling the Soviet formations around Luga in a pincer movement. Again having penetrated deep into the Soviet lines with unprotected flanks, his corps was the target of a Soviet counteroffensive from 15 July at Soltsy by the Soviet 11th Army, commanded by Nikolai Vatutin. Manstein's 8th Panzer Division was cut off. Although it was able to fight its way free, it was badly mauled, and the Red Army succeeded in halting Manstein's advance at Luga. The corps regrouped at Dno. The 8th Panzer was sent on anti partisan duties and Manstein was given the 4th SS Polizei Division. The attack on Luga was repeatedly delayed. The assault on Luga was still underway when Manstein received orders on 10 August that his next task would be to begin the advance toward Leningrad. No sooner had he moved to his new headquarters at Lake Samro than he was told to send his men towards Staraya Russa to relieve the X Corps, which was in danger of being encircled. On 12 August the Red Army had launched an offensive with the 11th and 34th Armies against Army Group North, cutting off three divisions. Frustrated with the loss of the 8th Panzer and the missed opportunity to advance on Leningrad, Manstein returned to Dno. His counteroffensive led to a major Soviet defeat when his unit encircled five Soviet divisions, receiving air support for the first time on that front. They captured 12,000 prisoners and 141 tanks. His opponent, General Kuzma M. Kachanov of the 34th Army, was subsequently court martialed and executed for the defeat. Manstein tried to obtain rest days for his men, who had been constantly fighting in poor terrain and increasingly poor weather since the start of the campaign, but to no avail. They were ordered to advance to the east on Demyansk. On 12 September, when he was near the city, he was informed that he would take over 11th Army of Army Group South in Ukraine.

Крым и битва за Севастополь

В сентябре 1941 года Манштейн был назначен командующим 11-й армией после гибели предыдущего командующего, генерал-полковника Югена Риттера фон Шоберта, когда его самолет совершил посадку на советском минном поле. 11-й армии была поставлена задача вторгнуться на Крымский полуостров, захватить Севастополь и преследовать противника на фланге группы армий «Юг» в ходе ее наступления в Советский Союз. Гитлер стремился не допустить использования Красной Армией аэродромов в Крыму и перерезать советские поставки нефти с Кавказа. В первые дни войска Манштейна, состоявшие в основном из пехоты, добились быстрого прорыва, несмотря на ожесточенное советское сопротивление. После захвата большей части Перекопского перешейка его силы были значительно сокращены, оставив шесть немецких дивизий и румынскую 3-ю армию. Оставшаяся часть Перекопского перешейка была захвачена медленно и с трудом; Манштейн жаловался на недостаток воздушной поддержки для противодействия советскому превосходству в воздухе в регионе. Затем он сформировал мобильное разведывательное подразделение для продвижения по полуострову, перерезав дорогу между Симферополем и Севастополем 31 октября 1941 года. Силы Оси захватили Симферополь на следующий день. К 16 ноября 11-я армия захватила весь Крымский полуостров, за исключением Севастополя. Тем временем Красная Армия эвакуировала 300 000 человек из города морским путем. Первая атака Манштейна на Севастополь в ноябре провалилась, и, не имея достаточных сил для немедленного штурма, он приказал осадить сильно укрепленный город. К 17 декабря 1941 года он начал новое наступление, которое также не увенчалось успехом. 26 декабря советские войска высадились в Керченском проливе, чтобы вернуть Керчь и полуостров, а 30 декабря 1941 года совершили еще одну высадку в районе Феодосии. Только спешное отступление из Керченского полуострова, вопреки приказам Манштейна, 46-й пехотной дивизией под командованием генерала Ганса графа фон Спонека, предотвратило крах сил Оси в восточной части Крыма; дивизия потеряла большую часть своего тяжелого вооружения. Манштейн отменил запланированное возобновление атаки и направил большую часть своих сил на восток для уничтожения советского плацдарма. Советские войска имели превосходство в живой силе и материальных средствах, поскольку могли получать снабжение по морю; соответственно, Сталин подталкивал их к проведению дальнейших наступлений. Однако советским войскам не удалось захватить ключевые железнодорожные и автомобильные узлы, которые могли бы перерезать немецкие линии снабжения. В битве за Керченский полуостров, начатой 8 мая 1942 года, Гитлер наконец предоставил Манштейну значительную воздушную поддержку. 11-я армия уступала противнику в численности, поэтому Манштейн приказал ей имитировать атаку на севере, в то время как основная часть сил атаковала на юге. Советские войска вскоре обратились в бегство. Манштейн записал в своих мемуарах захват «170 000 пленных, 1133 орудий и 258 танков». Керчь была захвачена 16 мая. Вермахт потерял всего 8000 человек. После месячной задержки Манштейн вновь обратил свое внимание на захват Севастополя, в битве за который Германия использовала некоторые из самых крупных орудий, когда-либо созданных. Наряду с большим количеством артиллерийских орудий были доставлены сверхтяжелые минометы «Карл-Герат» и железнодорожная пушка «Дора». Ожесточенный артиллерийский обстрел начался утром 2 июня 1942 года. Были задействованы все ресурсы Luftflotte 4 Люфтваффе под командованием Вольфрама фон Рихтгофена; обстрел продолжался пять дней, прежде чем началось наземное наступление. К середине июня 11-я армия продвинулась вперед, сосредоточив внимание на северных подходах к городу. Потери с обеих сторон были высоки по мере затягивания месяца. Осознавая необходимость действовать до того, как немецкое наступление 1942 года уменьшит доступность подкреплений и припасов, Манштейн приказал внезапно атаковать Северную бухту (Севастополь) 29 июня 1942 года с помощью десантных операций. Операция увенчалась успехом; советское сопротивление рухнуло. 1 июля 1942 года немецкие войска вошли в город, в то время как советские войска проводили дезорганизованную эвакуацию, и в тот же день Гитлер произвел Манштейна в генерал-фельдмаршалы. К 4 июля 1942 года весь город был в руках немцев. Во время Крымской кампании Манштейн косвенно участвовал в зверствах против советского населения, особенно в тех, которые совершались айнзатцгруппой D, одной из нескольких групп СС, которым была поставлена задача уничтожения евреев Европы. Айнзатцгруппа D следовала за 11-й армией Манштейна и получала от его командования транспортные средства, топливо и водителей. Военная полиция оцепляла районы, где айнзатцгруппа планировала расстреливать евреев, чтобы никто не смог сбежать. Капитан Ульрих Гунцерт, потрясенный тем, что стал свидетелем массового убийства еврейских женщин и детей айнзатцгруппой D, обратился к Манштейну с просьбой что-то предпринять, чтобы остановить убийства. Гунцерт утверждает, что Манштейн приказал ему забыть увиденное и сосредоточиться на борьбе с Красной Армией. Одиннадцать из семнадцати обвинений, предъявленных Манштейну на его последующем военном трибунале, касались нацистского жестокого обращения и убийства евреев и военнопленных в Крыму.

In September 1941 Manstein was appointed commander of the 11th Army after its previous commander, Colonel General Eugen Ritter von Schobert, perished when his plane landed in a Soviet minefield. The 11th Army was tasked with invading the Crimean Peninsula, capturing Sevastopol, and pursuing enemy forces on the flank of Army Group South during its advance into the Soviet Union. Hitler aimed to prevent the Red Army from using airbases in the Crimea and to cut off the Soviet supply of oil from the Caucasus. Manstein's forcesmostly infantryachieved a rapid breakthrough during the first days against heavy Soviet resistance. After most of the neck of the Perekop Isthmus had been taken, his forces were substantially reduced, leaving six German divisions and the Romanian Third Army. The rest of the Perekop Isthmus was captured slowly and with some difficulty; Manstein complained of a lack of air support to contest Soviet air superiority in the region. He next formed a mobile reconnaissance unit to press down the peninsula, cutting the road between Simferopol and Sevastopol on 31 October 1941. Axis forces captured Simferopol the next day. The 11th Army had captured all of the Crimean Peninsula—except for Sevastopol—by 16 November. Meanwhile, the Red Army had evacuated 300,000 personnel out of the city by sea. Manstein's first attack on Sevastopol in November failed, and with insufficient forces left for an immediate assault, he ordered an investment of the heavily fortified city. By 17 December 1941 he launched another offensive, which also failed. On 26 December Soviet troops landed on the Kerch Straits to retake Kerch and its peninsula, and on 30 December 1941 executed another landing near Feodosiya. Only a hurried withdrawal from the Kerch Peninsula, in contravention of Manstein's orders, by the 46th Infantry Division under General Hans Graf von Sponeck, prevented an Axis collapse in the eastern part of the Crimea; the division lost most of its heavy equipment. Manstein cancelled a planned resumption of the attack and sent most of his forces east to destroy the Soviet bridgehead. The Soviet forces were in a superior position regarding men and materiel as they were able to re supply by sea; accordingly, Stalin pushed them to conduct further offensives. However, the Soviet troops were unable to capture the critical rail and road access points which would have cut the German lines of supply. For the Battle of the Kerch Peninsula, launched on 8 May 1942, Hitler finally assigned Manstein major air support. The 11th Army was outnumbered on the ground, so Manstein had them feint an attack in the north while the bulk of the force attacked to the south. The Soviet troops soon fled. Manstein recorded in his memoirs the capture of "170,000 prisoners, 1,133 guns and 258 tanks". Kerch was captured on 16 May. The Wehrmacht lost only 8,000 men. After a month's delay, Manstein turned his attention once more to the capture of Sevastopol, a battle in which Germany used some of the largest guns ever built. Along with large numbers of regular artillery pieces, super heavy Karl Gerät mortars and the "Dora" railway gun were brought in for the assault. A furious barrage began on the morning of 2 June 1942. All of the resources of the Luftwaffes Luftflotte 4, commanded by Wolfram von Richthofen, were committed; the barrage continued for five days before the ground assault began. The 11th Army gained ground during mid June, focusing their attention on the northern approaches to the city. Casualties were high on both sides as the month dragged on. Aware of the need to act before the German offensive of 1942 reduced the availability of reinforcements and supplies, Manstein ordered a surprise attack across Северная бухта (Севастополь) using amphibious landings on 29 June 1942. The operation was a success; Soviet resistance crumbled. On 1 July 1942 German forces entered the city while the Soviet forces conducted a disorganised evacuation, and Hitler promoted Manstein to Generalfeldmarschall the same day. The entire city was in German hands by 4 July 1942. During the Crimean campaign Manstein was indirectly involved in atrocities against the Soviet population, especially those committed by Einsatzgruppe D, one of several Schutzstaffel (SS) groups that had been tasked with the elimination of the Jews of Europe. Einsatzgruppe D travelled in the wake of Manstein's 11th Army and were provided by Manstein's command with vehicles, fuel, and drivers. Military police cordoned off areas where the Einsatzgruppe planned to shoot Jews to prevent anyone from escaping. Captain Ulrich Gunzert, shocked to have witnessed Einsatzgruppe D massacre a group of Jewish women and children, went to Manstein to ask him to do something to stop the murders. Gunzert states that Manstein told him to forget what he had seen and to concentrate on fighting the Red Army. Eleven of the seventeen charges against Manstein at his later war crimes trial related to Nazi maltreatment and murder of Jews and prisoners of war in the Crimea.

Осада Ленинграда

После захвата Севастополя Гитлер считал Манштейна подходящим кандидатом для командования войсками под Ленинградом, который находился в блокаде с сентября 1941 года. Вместе с частями 11-й армии Манштейн был переведен на Ленинградский фронт и прибыл 27 августа 1942 года. Манштейну снова не хватало достаточных сил для штурма города, поэтому он разработал операцию «Северный свет» – дерзкий план по удару с целью перерезать линию снабжения Ленинграда у Ладожского озера. Однако в день его прибытия Красная Армия начала Синявинскую операцию. Изначально задуманная как срывающая атака против 18-й армии Георга Линдемана в узком немецком выступе к западу от Ладожского озера, операция, казалось, могла прорвать немецкую оборону и снять блокаду. Гитлер, минуя обычную цепочку командования, позвонил Манштейну напрямую и приказал ему немедленно перейти в наступление в этом районе. После серии ожесточенных боев 21 сентября 1942 года он предпринял контратаку, отрезав две советские армии, находившиеся в выступе. Бои продолжались на протяжении всего октября 1942 года. Хотя советское наступление было отбито, понесенные потери лишили Вермахт возможности предпринять решающий штурм Ленинграда, и операция «Нордлихт» была приостановлена. Блокада была окончательно снята советскими войсками в январе 1944 года.

Сталинградская битва

В попытке решить их постоянный дефицит нефти, Вермахт начал операцию «Голубая» (Fall Blau), масштабное наступление, направленное против кавказских нефтяных месторождений, в 1942 году. После немецких авиаударов 6-й армии под командованием Фридриха Паулюса было поручено захватить Сталинград – ключевой город на реке Волге. Его войска, поддерживаемые 4-й танковой армией, вошли в город 12 сентября. Последовали ожесточённые рукопашные бои и уличные сражения. 19 ноября Красная Армия начала масштабное контрнаступление, получившее кодовое название операция «Уран», целью которого было окружение немецких армий и захват их в городе; эта цель была достигнута 23 ноября. Гитлер, понимая, что потеря Сталинграда, вероятно, означала бы невозможность его возвращения, назначил Манштейна командующим новообразованной группой армий «Дон» (Heeresgruppe Don), которой было поручено организовать операцию по деблокированию под названием «Зимняя гроза» (Unternehmen Wintergewitter), чтобы укрепить немецкие позиции в городе. Первоначальная оценка Манштейна 24 ноября заключалась в том, что 6-я армия, при достаточной поддержке с воздуха, сможет удержаться. В октябре 1942 года его сын, Геро, погиб в бою. Позже он назвал это «самым страшным, что произошло со мной лично во время войны». Операция «Зимняя гроза», начатая 12 декабря, добилась некоторого первоначального успеха. Три танковые дивизии Манштейна (23-я, 6-я и 17-я танковые дивизии) и поддерживающие части LVII танкового корпуса к 20 декабря продвинулись к реке Мышкова, вблизи Сталинграда, где подверглись атаке советских танков в условиях метели. 18 декабря Манштейн обратился к Гитлеру с просьбой разрешить 6-й армии предпринять попытку прорыва. Гитлер был против, и как Манштейн, так и Паулюс не решались открыто ослушаться его приказов. Ситуация в городе ухудшалась: солдаты страдали от вшей, холода и нехватки продовольствия и боеприпасов. Рейхсминистр авиации Герман Геринг заверил Гитлера, что окружённая 6-я армия может быть обеспечена всем необходимым по воздуху, но из-за плохой погоды, недостатка самолётов и технических проблем это оказалось не так. 24 января Манштейн настоятельно рекомендовал Гитлеру разрешить Паулюсу капитулировать, но тот отказался. Несмотря на волю Гитлера, Паулюс капитулировал вместе с оставшимися 91 000 солдат 31 января 1943 года. Погибло около 200 000 немецких и румынских солдат; из тех, кто сдался в плен, лишь 6 000 вернулись в Германию после окончания войны. Манштейн считал, что сделал всё возможное для 6-й армии. Окружённые солдаты думали иначе: американские историки Уильямсон Мюррей и Аллан Миллетт писали, что сообщение Манштейна Гитлеру 24 ноября, в котором он советовал не предпринимать прорыв, а также заявления Геринга о способности Люфтваффе снабжать Сталинград, «определили судьбу 6-й армии». Историки, в том числе Герхард Вайнберг, отмечают, что версия Манштейна о событиях в Сталинграде, изложенная в его мемуарах, искажена, и ряд описанных там событий, вероятно, были выдуманы. «Из-за чувствительности вопроса о Сталинграде в послевоенной Германии, Манштейн приложил максимум усилий, чтобы исказить факты по этому вопросу, как и по поводу его значительного участия в убийстве евреев», – писал Вайнберг. Тем временем Красная Армия начала собственное наступление. Операция «Сатурн» была направлена на захват Ростова и отрезание немецкой группы армий «А». Однако после начала операции «Зимняя гроза» советской армии пришлось перебросить силы, чтобы предотвратить деблокирование Сталинграда, поэтому операция была сокращена и получила название «Малый Сатурн». Наступление вынудило Манштейна перенаправить силы, чтобы избежать прорыва всего фронта. Атака также помешала XLVIII танковому корпусу (в состав которого входили 336-я пехотная дивизия, 3-я полевая дивизия Люфтваффе и 11-я танковая дивизия), под командованием генерала Отто фон Кнобельсдорфа, соединиться с LVII танковым корпусом, как планировалось, для оказания помощи в деблокировании. Вместо этого XLVIII танковый корпус занял оборону вдоль реки Чир, отражая последовательные советские атаки. Генерал Герман Балк использовал 11-ю танковую дивизию для контратак на советские выступы. На грани прорыва немецкие части смогли удержать линию, но итальянская 8-я армия на флангах была подавлена и впоследствии уничтожена. Воодушевлённые этим успехом, войска Красной Армии спланировали серию последующих наступлений в январе и феврале 1943 года, чтобы окончательно разгромить немецкие войска на юге России. После уничтожения остатков венгерских и итальянских войск в ходе Острогожско-Россошанской операции были начаты операции «Звезда» и «Галоп» с целью освобождения Харькова и Курска и отрезать все немецкие войска к востоку от Донецка. Эти операции увенчались успехом и позволили прорвать немецкую оборону, создав угрозу всему южному участку немецкого фронта. Для отражения этой угрозы в начале февраля группой армий «Дон», группой армий «Б» и частями группы армий «А» была объединена группа армий «Юг» (Heeresgruppe Süd) под командованием Манштейна.

In an attempt to resolve their persistent shortage of oil, the Wehrmacht had launched Fall Blau (Case Blue), a massive offensive aimed against the Caucasian oilfields, in 1942. After German air attacks, the 6th Army, led by Friedrich Paulus, was tasked with capturing Stalingrad, a key city on the River Volga. His troops, supported by 4th Panzer Army, entered the city on 12 September. Hand to hand combat and street fighting ensued. The Red Army launched a huge counteroffensive on 19 November, codenamed Operation Uranus, which was designed to encircle the German armies and trap them in the city; this goal was accomplished on 23 November. Hitler, aware that if Stalingrad were lost it would likely never be retaken, appointed Manstein as commander of the newly created Army Group Don (Heeresgruppe Don), tasked with mounting a relief operation named Unternehmen Wintergewitter (Operation Winter Storm), to reinforce the German hold on the city. Manstein's initial assessment on 24 November was that the 6th Army, given adequate air support, would be able to hold on. In October 1942, his son, Gero, was killed in battle. He later described this as "The worst thing that happened to me personally during the war". Launched on 12 December, Winter Storm achieved some initial success. Manstein's three Panzer divisions (comprising the 23rd, 6th, and 17th Panzer Divisions) and supporting units of the LVII Panzer Corps advanced to within of Stalingrad by 20 December at the Myshkova River, where they came under assault by Soviet tanks in blizzard conditions. Manstein made a request to Hitler on 18 December that 6th Army should attempt to break out. Hitler was against it, and both Manstein and Paulus were reluctant to openly disobey his orders. Conditions deteriorated inside the city; the men suffered from lice, the cold weather, and inadequate supplies of food and ammunition. Reichsminister of Aviation Hermann Göring had assured Hitler that the trapped 6th Army could be adequately supplied by air, but due to poor weather, a lack of aircraft, and mechanical difficulties, this turned out not to be the case. On 24 January, Manstein urged Hitler to allow Paulus to surrender, but he refused. In spite of Hitler's wishes, Paulus surrendered with his remaining 91,000 soldiers on 31 January 1943. Some 200,000 German and Romanian soldiers died; of those who surrendered, only 6,000 survivors returned to Germany after the end of the war. Manstein believed he had done his best for the 6th Army. The encircled men saw it differently:

American historians Williamson Murray and Allan Millett wrote that Manstein's message to Hitler on 24 November advising him that the 6th Army should not break out, along with Göring's statements that the Luftwaffe could supply Stalingrad, " sealed the fate of Sixth Army". Historians, including Gerhard Weinberg, have pointed out that Manstein's version of the events at Stalingrad in his memoir is distorted and several events described there were probably made up. "Because of the sensitivity of the Stalingrad question in post war Germany, Manstein worked as hard to distort the record on this matter as on his massive involvement in the murder of Jews", wrote Weinberg. Meanwhile, the Red Army launched an offensive of their own. Operation Saturn was intended to capture Rostov and thus cut off the German Army Group A. However, after the launch of Winter Storm, the Soviet army had to reallocate forces to prevent the relief of Stalingrad, so the operation was scaled down and redubbed "Little Saturn". The offensive forced Manstein to divert forces to avoid the collapse of the entire front. The attack also prevented the XLVIII Panzer Corps (comprising the 336th Infantry Division, the 3rd Luftwaffe Field Division, and the 11th Panzer Division), under the command of General Otto von Knobelsdorff, from joining up with the LVII Panzer Corps as planned to aid the relief effort. Instead, the XLVIII Panzer Corps held a line along the Chir River, beating off successive Soviet attacks. General Hermann Balck used the 11th Panzer Division to counterattack Soviet salients. On the verge of collapse, the German units were able to hold the line, but the Italian 8th Army on the flanks was overwhelmed and subsequently destroyed. Spurred on by this success, the Red Army planned a series of follow up offensives in January and February 1943 intended to decisively beat the German forces in southern Russia. After the destruction of the remaining Hungarian and Italian forces during the Ostrogozhsk–Rossosh Offensive, Operation Star and Operation Gallop were launched to recapture Kharkov and Kursk and to cut off all German forces east of Donetsk. Those operations succeeded in breaking through the German lines and threatened the whole southern part of the German front. To deal with this threat, Army Group Don, Army Group B, and parts of Army Group A were united as Army Group South (Heeresgruppe Süd) under Manstein's command in early February.

Харьковское контрнаступление

Во время своих наступлений в феврале 1943 года Красная Армия прорвала немецкие линии и 9 февраля освободила Курск. Поскольку группам армий "B" и "Дон" угрожало окружение, Манштейн неоднократно запрашивал подкрепления. Хотя 13 февраля Гитлер приказал удержать Харьков "любой ценой", генерал-полковник СС Пол Хаузер, командующий II танковым корпусом СС, отдал приказ об эвакуации города 15 февраля. 17 февраля Гитлер лично прибыл на фронт, и в ходе трех дней изнурительных совещаний Манштейн убедил его в необходимости наступательных действий в этом районе для восстановления инициативы и предотвращения окружения. Войска были реорганизованы, и в зону были переброшены подкрепления из соседних армий. Манштейн немедленно начал планировать контрнаступление, начатое 20 февраля, которое впоследствии получило название "встречный удар"; Ватутин и советские войска, полагая, что Манштейн отступит, были полностью застигнуты врасплох. К 2 марта вермахт захватил 615 танков и уничтожил около 23 000 советских солдат. Чтобы подчеркнуть политическую важность возвращения Харькова, Гитлер 10 марта 1943 года вновь прибыл на фронт в Украину, где встретился с Манштейном для оценки обстановки. Манштейн тщательно сосредоточил имеющиеся силы на широком фронте, чтобы предотвратить их окружение, и немцы отбили Харьков 14 марта после кровопролитных уличных боев в ходе Третьей Харьковской битвы. За это достижение он был награжден Дубовыми листьями к Рыцарскому кресту. 18 марта II танковый корпус СС Хаузера захватил Белгород. Контрнаступление Манштейна не только предотвратило развал всего фронта, но и позволило вернуть значительную территорию, уничтожить три советские армии и вынудить три другие к отступлению. За прошедший месяц в этом секторе погибло 46 000 советских солдат, 14 000 попали в плен. Было захвачено или уничтожено 600 танков и 1200 артиллерийских орудий. Весеннее оттаивание началось 23 марта, что временно прекратило операции в этом районе. Затем было принято решение об устранении вражеского выступа в районе Курска.

During their offensives in February 1943, the Red Army broke through the German lines, retaking Kursk on 9 February. As Army Groups B and Don were in danger of being surrounded, Manstein repeatedly called for reinforcements. Although Hitler called on 13 February for Kharkov to be held "at all costs", SS Oberst Gruppenführer Paul Hausser, commander of the II SS Panzer Corps, ordered the city evacuated on 15 February. Hitler arrived at the front in person on 17 February, and over the course of three days of exhausting meetings, Manstein convinced him that offensive action was needed in the area to regain the initiative and prevent encirclement. Troops were reorganised and reinforcements were pulled into the zone from neighbouring armies. Manstein immediately began planning a counteroffensive, launched on 20 February, that later became known as the "backhand blow"; Vatutin and the Soviet forces, believing that Manstein would retreat, were taken completely by surprise. By 2 March, the Wehrmacht had captured 615 tanks and had killed some 23,000 Soviet soldiers. To reinforce the point that the recapture of Kharkov was important politically, Hitler travelled again to the front lines in Ukraine on 10 March 1943 where he met with Manstein to review the situation. Manstein carefully assembled his available forces along a wide front to prevent their encirclement and the Germans recaptured Kharkov on 14 March, after bloody street fighting in the Third Battle of Kharkov. For this accomplishment, he received the Oak Leaves for the Knight's Cross. Hausser's II SS Panzer Corps captured Belgorod on 18 March. Manstein's counteroffensive had not only prevented the disintegration of the entire front, it had regained substantial territory and resulted in the destruction of three Soviet armies and the retreat of three others. Soviet casualties for the preceding month in that sector had been 46,000 dead and 14,000 taken prisoner. Captured or destroyed were 600 tanks and 1,200 pieces of artillery. The spring thaw began by 23 March, ending operations in the area for the time being. Planning was then undertaken to eliminate the enemy salient at Kursk.

Операция " Цитадель "

Манштейн выступал за немедленное окружение Курского выступа после битвы за Харьков, но Гитлер опасался, что такой план отвлечет силы от промышленного района в Донецком бассейне. В любом случае, почва оставалась слишком размокшей для переброски танков. Вместо немедленной атаки ОКХ подготовила операцию «Цитадель», начало которой было отложено до прибытия дополнительных войск и затвердевания почвы. Тем временем, Красная Армия, хорошо осознавая угрозу окружения, также перебросила значительные подкрепления, а ее разведданные раскрыли ожидаемые направления и сроки немецких ударов. «Цитадель» стала последним стратегическим наступлением Германии на Восточном фронте и одной из крупнейших битв в истории, в которой участвовало более четырех миллионов человек. К моменту начала вермахтом первоначального штурма 5 июля 1943 года, советские силы превосходили их почти в три раза. Уолтер Модель командовал северным щипцом, в составе 9-й армии, а группа армий Манштейна «Юг» – южным щипцом. Обе армии замедлились, поскольку танки подрывались на минах и вступали в бой на заранее подготовленных советских оборонительных рубежах. После пяти дней сражений наступление Моделя было остановлено, а 9-я танковая армия понесла потери в 25 000 человек. К 13 июля силы Моделя были перенаправлены к Орелу, где советская армия начала операцию «Кутузов». Войска Манштейна смогли прорвать советскую оборону, нанеся противнику значительные потери. 11 июля он достиг Прохоровки, своей первой крупной цели, но не вошел в нее и не захватил, нанеся в последовавшем сражении при Прохоровке серьезный урон советским войскам. Однако 13 июля Гитлер отменил неудачное Курское наступление; союзники высадились на Сицилии, и он отдал приказ о выводе войск. Манштейн возражал, считая, что советские силы исчерпали все резервы в этом районе, и не желал прекращать операцию, пока не будут задействованы все его собственные резервы. Гитлер, однако, настоял на отмене операции. Хотя советские потери действительно были тяжелыми, современные историки отвергают возможность успешного продолжения наступления Германией.

Manstein favoured an immediate pincer attack on the Kursk salient after the battle at Kharkov, but Hitler was concerned that such a plan would draw forces away from the industrial region in the Donets Basin. In any event, the ground was still too muddy to move the tanks into position. In lieu of an immediate attack, the OKH prepared Operation Citadel, the launching of which would be delayed while more troops were gathered in the area and the mud solidified. Meanwhile, the Red Army, well aware of the danger of encirclement, also moved in large numbers of reinforcements, and their intelligence reports revealed the expected locations and timing of the German thrusts. Citadel was the last German strategic offensive on the Eastern Front, and one of the largest battles in history, involving more than four million men. By the time the Wehrmacht launched their initial assault on 5 July 1943, the Soviet forces outnumbered them by nearly three to one. Walter Model was in command of the northern pincer, with the Ninth Army, while Manstein's Army Group South formed the southern pincer. Both armies were slowed as the tanks were blown up in minefields and caught up in combat on a series of prepared Soviet defensive lines. After five days of fighting Model's advance was stopped, with the Ninth Panzers suffering 25,000 casualties. By 13 July Model's forces were being drawn away towards Orel, where the Soviet army had launched Operation Kutuzov. Manstein's forces were able to penetrate the Soviet lines, causing heavy casualties. He reached, but did not enter or capture, Prokhorovka, his first major objective, on 11 July, inflicting serious Soviet losses in the resulting Battle of Prokhorovka. However, on 13 July Hitler called off the failed Kursk offensive; the Allies had landed in Sicily, so he issued the order for a withdrawal. Manstein protested; he felt that the Soviet forces had exhausted all their reserves in the area, and he did not want to stop until all his own reserves had been committed. Hitler, however, insisted on calling off the operation. Although Soviet casualties were indeed heavy, modern historians discount the possibility of a successful German continuation of the offensive.

Отступление к Днепру

Манштейн рассматривал Курскую битву как нечто вроде победы Германии, поскольку полагал, что уничтожил значительную часть наступательного потенциала Красной Армии на оставшуюся часть 1943 года. Эта оценка оказалась ошибочной, так как Красная Армия смогла восстановиться гораздо быстрее, чем ожидал Манштейн. Манштейн перебросил свои танковые резервы к реке Миус и нижнему Днепру, не осознавая, что советская активность там была лишь отвлекающим маневром. Советское наступление, начавшееся 3 августа, оказало мощное давление на группу армий «Юг». После двух дней ожесточенных боев советские войска прорвали немецкую оборону и освободили Белгород, образовав широкий прорыв между 4-й танковой армией и оперативным соединением «Кемпф», которому была поставлена задача удержать Харьков. В ответ на просьбы Манштейна о подкреплении, Гитлер направил дивизии «Гроссдойчланд», 7-ю танковую, 2-ю СС «Дас Райх» и 3-ю СС «Тотенкопф». Началось строительство оборонительных рубежей вдоль Днепра, но Гитлер отказался удовлетворить просьбы об отступлении, настаивая на удержании Харькова. С поступлением подкреплений Манштейн провел серию контратак и танковых сражений в районе Бохухова и Охтырки с 13 по 17 августа, которые привели к большим потерям, поскольку немецкие войска наткнулись на заранее подготовленные советские позиции. 20 августа он доложил ОКХ, что его силы в районе реки Донец удерживают слишком протяженный фронт при недостаточном количестве личного состава, и что ему необходимо либо отступить к Днепру, либо получить подкрепления. Непрерывное давление советских войск отрезало группу армий «Центр» от группы армий «Юг» и серьезно угрожало северному флангу Манштейна. Когда Красная Армия бросила в бой основные резервы в наступлении на Харьков 21–22 августа, Манштейн воспользовался этим, чтобы закрыть брешь между 4-й танковой и 8-й армиями и восстановить линию обороны. Гитлер наконец разрешил Манштейну отступить за Днепр 15 сентября. Во время отступления Манштейн отдал приказ о проведении тактики выжженной земли в прибрежной зоне, а позднее был обвинен в совершении военных преступлений за этот приказ. Советские потери в июле и августе превысили 1,6 миллиона человек, 10 000 танков и самоходных артиллерийских установок, а также 4 200 самолетов. Немецкие потери, хотя и составляли лишь десятую часть советских, было гораздо сложнее восполнить, поскольку не оставалось дополнительных резервов людей и техники. В ходе четырех встреч в сентябре Манштейн безуспешно пытался убедить Гитлера реорганизовать высшее командование и предоставить его генералам больше свободы в принятии военных решений.

Manstein regarded the Battle of Kursk as something of a German victory, as he believed that he had destroyed much of the Red Army's offensive capacity for the rest of 1943. This assessment turned out to be incorrect, as the Red Army was able to recover much faster than Manstein expected. Manstein moved his panzer reserves to the Mius River and the lower Dnieper, not realising the Soviet activities there were a diversion. A Soviet offensive that began on 3 August put Army Group South under heavy pressure. After two days of heavy fighting, the Soviet troops broke through the German lines and retook Belgorod, punching a wide hole between the Fourth Panzer Army and the Army Detachment Kempf, tasked with holding Kharkov. In response to Manstein's demands for reinforcements, Hitler sent the Großdeutschland, 7th Panzer, SS 2nd Das Reich, and SS 3rd Totenkopf Divisions. Construction began of defensive positions along the Dnieper, but Hitler refused requests to pull back, insisting that Kharkov be held. With reinforcements trickling in, Manstein waged a series of counterattacks and armoured battles near Bohodukhiv and Okhtyrka between 13 and 17 August, which resulted in heavy casualties as they ran into prepared Soviet lines. On 20 August he informed the OKH that his forces in the Donets river area were holding a too wide front with insufficient numbers, and that he needed to either withdraw to the Dnieper River or receive reinforcements. Continuous pressure from the Soviet forces had separated Army Group Centre from Army Group South and severely threatened Manstein's northern flank. When the Red Army threw their main reserves behind a drive to retake Kharkov on 21–22 August, Manstein took advantage of this to close the gap between the 4th Panzer and 8th Armies and reestablish a defensive line. Hitler finally allowed Manstein to withdraw back across the Dnieper on 15 September. During the withdrawal, Manstein ordered scorched earth actions to be taken in a zone from the river, and later faced charges at his war crimes trial for issuing this order. Soviet losses in July and August included over 1.6 million casualties, 10,000 tanks and self propelled artillery pieces, and 4,200 aircraft. German losses, while only one tenth that of the Soviet losses, were much more difficult to sustain, as there were no further reserves of men and materiel to draw on. In a series of four meetings that September, Manstein tried unsuccessfully to convince Hitler to reorganise the high command and let his generals make more of the military decisions.

Битва за Днепр

В сентябре 1943 года Манштейн отступил на западный берег Днепра в ходе операции, которая в основном была хорошо организована, но временами вырождалась в дезорганизованное бегство, поскольку его измотанные солдаты потеряли строй. Сотни тысяч советских гражданских лиц двинулись на запад вместе с ними, многие везя с собой скот и личное имущество. Манштейн верно рассчитал, что следующая советская атака будет направлена на Киев, но, как и на протяжении всей кампании, Красная Армия использовала маскировку (дезинформацию), чтобы скрыть время и точное направление планируемого наступления. Историки Уильямсон Мюррей и Аллан Рид Миллетт писали, что "фанатичная вера" многих немецких генералов в нацистские расовые теории "делала совершенно невообразимой мысль о том, что славяне могли столь последовательно манипулировать немецкой разведкой". 1-й Украинский фронт под командованием Николая Федоровича Ватутина встретил у Киева превосходящие силы 4-й танковой армии. Ватутин первым нанес удар в районе Лютежа, к северу от Киева, а затем 1 ноября атаковал в районе Букрина, к югу. Немецкие войска, полагая, что Букрин станет местом главного удара, были полностью застигнуты врасплох, когда Ватутин захватил плацдарм в Лютеже и закрепился на западном берегу Днепра. Киев был освобожден 6 ноября. 17-я армия была отрезана и окружена в Крыму наступающим 4-м Украинским фронтом 28 октября. Под руководством генерала Германа Балка города Житомир и Коростен были отбиты в середине ноября, но после получения подкреплений Ватутин возобновил наступление 24 декабря 1943 года, и Красная Армия продолжила успешное продвижение. Многочисленные просьбы Манштейна к Гитлеру о дополнительных подкреплениях были отклонены. 4 января 1944 года Манштейн встретился с Гитлером, чтобы сообщить ему о неустойчивости Днепровской линии и необходимости отступления для сохранения сил. Гитлер отказался, и Манштейн вновь запросил кадровых изменений в высшем военном руководстве, но получил отказ, поскольку Гитлер считал, что только он способен управлять общей стратегией. В январе советское наступление вынудило Манштейна отступить еще дальше на запад. Не дожидаясь разрешения Гитлера, он приказал немецким XI и XXXXII корпусам (в составе 56 000 человек в шести дивизиях) группы армий "Юг" прорваться из Корсунского котла в ночь с 16 на 17 февраля 1944 года. К началу марта советские войска оттеснили вермахт далеко за реку. Вследствие директивы Гитлера от 19 марта о том, что с этого момента все позиции должны обороняться до последнего человека, 1-я танковая армия Манштейна оказалась окруженной 21 марта, поскольку разрешение на прорыв не было получено от Гитлера вовремя. Манштейн вылетел в ставку Гитлера во Львов, чтобы попытаться убедить его изменить решение. Гитлер в конце концов уступил, но 30 марта 1944 года отстранил Манштейна от командования. Манштейн появился на обложке журнала Time от 10 января 1944 года под заголовком: "Отступление может быть мастерским, но победа – в противоположном направлении".

In September 1943 Manstein withdrew to the west bank of the Dnieper in an operation that for the most part was well ordered, but at times degenerated into a disorganised rout as his exhausted soldiers became "unglued". Hundreds of thousands of Soviet civilians travelled west with them, many bringing livestock and personal property. Manstein correctly deduced that the next Soviet attack would be towards Kiev, but as had been the case throughout the campaign, the Red Army used maskirovka (deception) to disguise the timing and exact location of their intended offensive. Historians Williamson Murray and Allan Reed Millett wrote that many German generals' "fanatical belief" in Nazi racial theories " made the idea that Slavs could manipulate German intelligence with such consistency utterly inconceivable". The 1st Ukrainian Front, led by Nikolai Fyodorovich Vatutin, met the outnumbered Fourth Panzer Army near Kiev. Vatutin first made a thrust near Liutezh, just north of Kiev, and then attacked near Bukrin, to the south, on 1 November. The German troops, thinking Bukrin would be the location of the main attack, were taken completely by surprise when Vatutin captured the bridgehead at Liutezh and gained a foothold on the west bank of the Dnieper. Kiev was liberated on 6 November. The 17th Army was cut off and isolated in the Crimea by the attacking 4th Ukrainian Front on 28 October. Under the guidance of General Hermann Balck, the cities of Zhytomyr and Korosten were retaken in mid November, but after receiving reinforcements Vatutin resumed the offensive on 24 December 1943, and the Red Army continued its successful advance. Manstein's repeated requests to Hitler for more reinforcements were turned down. On 4 January 1944 Manstein met with Hitler to tell him that the Dnieper line was untenable and that he needed to retreat in order to save his forces. Hitler refused, and Manstein again requested changes in the highest levels of the military leadership, but was turned down, as Hitler believed that he alone was capable of managing the wider strategy. In January Manstein was forced to retreat further west by the Soviet offensive. Without waiting for permission from Hitler, he ordered the German XI and XXXXII Corps (consisting of 56,000 men in six divisions) of Army Group South to break out of the Korsun Pocket during the night of 16–17 February 1944. By the beginning of March, the Soviet forces had driven the Wehrmacht well back of the river. Because of Hitler's directive of 19 March that from that point forward all positions were to be defended to the last man, Manstein's 1st Panzer Army became encircled on 21 March when permission to break out was not received from Hitler in time. Manstein flew to Hitler's headquarters in Lvov to try to convince him to change his mind. Hitler eventually relented, but relieved Manstein of his command on 30 March 1944. Manstein appeared on the cover of the 10 January 1944 issue of Time magazine, above the caption "Retreat may be masterly, but victory is in the opposite direction".

Отставка

Манштейн получил мечи к Рыцарскому кресту 30 марта 1944 года и передал командование группой армий «Юг» Моделю 2 апреля во время встречи в горном убежище Гитлера, Берггофе. Адъютант Моделя, Гюнтер Райхгельм, позже описал эту сцену и реакцию Манштейна:

Во время отпуска по болезни после операции по удалению катаракты с правого глаза Манштейн восстанавливался дома в Лейгнице и в медицинском учреждении в Дрездене. Он страдал от инфекции и некоторое время находился в опасности потерять зрение. В день провала заговора 20 июля, покушения на жизнь Гитлера, являвшегося частью планируемого военного переворота, Манштейн находился на морском курорте на Балтийском море. Хотя он встречался в разное время с тремя главными заговорщиками – Клаусом фон Штауфенбергом, Хеннингом фон Тресковым и Рудольфом Кристофом фон Герсдорфом – Манштейн не был вовлечен в заговор; позже он сказал: «Preussische Feldmarschälle meutern nicht» – «Прусские фельдмаршалы не бунтуют». Тем не менее, гестапо установило наблюдение за домом Манштейна. Когда стало очевидно, что Гитлер не намерен назначить его на новую должность, Манштейн приобрел поместье в Восточной Померании в октябре 1944 года, но вскоре был вынужден его покинуть, когда советские войска захватили этот район. Его дом в Лейгнице был эвакуирован 22 января 1945 года, и он с семьей временно укрылись у друзей в Берлине. Там Манштейн пытался добиться аудиенции у Гитлера в бункере «Фюрер», но ему отказали. Он и его семья продолжали двигаться дальше на запад, вглубь Германии, пока война в Европе не завершилась поражением Германии в мае 1945 года. Манштейн перенес дальнейшие осложнения со зрением и проходил лечение в больнице в Хелигенхафене, когда был арестован британцами и переведен в лагерь для военнопленных близ Люнебурга 26 августа.

Судебный процесс и приговор

Манштейн был переведен в Нюрнберг в октябре 1945 года. Он содержался во Дворце правосудия, месте проведения Нюрнбергского процесса над крупными нацистскими военными преступниками и организациями. Там Манштейн помог подготовить 132-страничный документ для защиты Генерального штаба и ОКВ, представавших перед судом в Нюрнберге в августе 1946 года. Миф о "чистоте" вермахта, его непричастности к событиям Холокоста, возник частично благодаря этому документу, написанному в основном Манштейном совместно с генералом кавалерии Зигфридом Вестфалем. Он также давал устные показания об айнзатцгруппах, обращении с военнопленными и концепции военного повиновения, особенно в связи с приказом о комиссарах, изданным Гитлером в 1941 году, требовавшим расстрела всех советских политических комиссаров без суда. Манштейн признал получение приказа, но заявил, что не выполнил его. Документы 1941 года, представленные в Нюрнберге и на последующем судебном процессе над самим Манштейном, противоречили этому утверждению: он фактически регулярно получал отчеты об исполнении сотен политических комиссаров в течение этого периода. Он отрицал знание о деятельности айнзатцгрупп и свидетельствовал, что солдаты под его командованием не участвовали в убийствах еврейских гражданских лиц. Отто Олендорф, командир айнзатцгруппы D, опроверг это во время своих показаний, заявив, что Манштейн не только знал о происходящем, но и что 11-я армия была вовлечена в эти действия. В сентябре 1946 года Генеральный штаб и ОКВ были признаны не преступными организациями, поскольку коллегия военных офицеров не подпадала под определение группы или организации, данное в статье 9 их устава. После дачи показаний в Нюрнберге Манштейн был интернирован британцами как военнопленный на островной ферме (также известной как Специальный лагерь 11) в Бридженде, Уэльс, где он ожидал решения о возможном привлечении к суду за военные преступления. Он в основном держался обособленно от других заключенных, совершая одиночные прогулки, ухаживая за небольшим садом и приступая к работе над черновиками двух книг. Британский автор Б.Г. Лидделл Гарт переписывался с Манштейном и другими заключенными на "Островной ферме" и посещал заключенных в нескольких лагерях по всей Британии, готовя свою бестселлерную книгу 1947 года "На другой стороне холма". Лидделл Гарт восхищался немецкими генералами, описывая Манштейна как оперативного гения. Они поддерживали связь, и позже Лидделл Гарт помог Манштейну организовать публикацию английского издания его мемуаров "Verlorene Siege" (Потерянные победы) в 1958 году. Британский кабинет министров, под давлением Советского Союза, наконец решил в июле 1948 года привлечь Манштейна к ответственности за военные преступления. Он и еще три высокопоставленных офицера (Вальтер фон Браухич, Герд фон Рундштедт и Адольф Штраус) были переведены в Мюнстерлагер в ожидании суда. Браухич умер в октябре того же года, а Рундштедт и Штраус были освобождены по медицинским показаниям в марте 1949 года. Судебный процесс над Манштейном проходил в Гамбурге с 23 августа по 19 декабря 1949 года. Манштейну было предъявлено семнадцать обвинений, три из которых касались событий в Польше, а четырнадцать – событий в Советском Союзе. Обвинения включали жестокое обращение с военнопленными, сотрудничество с айнзатцгруппой D в убийствах еврейских жителей Крыма и пренебрежение благополучием гражданского населения при применении тактики "выжженной земли" при отступлении из Советского Союза. Обвинение, возглавляемое старшим юрисконсультом Артуром Коминсом Карром, использовало приказ, подписанный Манштейном 20 ноября 1941 года на основе приказа о строгости, изданного фельдмаршалом Вальтером фон Райхенау, чтобы доказать, что Манштейн знал о геноциде и был его соучастником. В приказе требовалось ликвидировать "еврейско-большевистскую систему" и "жестоко наказать еврейство". Манштейн утверждал, что помнит, как запрашивал проект такого приказа, но не помнит, что его подписал. Американские историки Рональд Смелсер и Эдвард Дж. Дэвис написали в 2008 году, что Манштейн соглашался с идеей Гитлера о том, что война против Советского Союза была войной на уничтожение иудейско-большевизма, и что он совершил лжесвидетельство, когда заявил, что не помнит подписания своей версии приказа о строгости. Защита Манштейна, возглавляемая адвокатом Реджинальдом Томасом Пейджетом, утверждала, что приказ был оправдан, поскольку многие партизаны были евреями, и поэтому приказ Манштейна о расстреле всех евреев был оправдан его стремлением защитить своих людей от партизанских атак. Он утверждал, что Манштейн не был обязан нарушать приказы своего суверенного правительства, даже если эти приказы были незаконными. Манштейн, выступая в свою защиту, заявил, что находит нацистскую расовую политику отвратительной. Шестнадцать других свидетелей засвидетельствовали, что Манштейн не знал и не участвовал в геноциде. Пейджет назвал советских людей "дикими варварами", утверждая, что Манштейн проявил сдержанность как "порядочный немецкий солдат", соблюдая законы войны при борьбе против советских войск, которые проявляли "ужасающую жестокость". Вопрос о том, несёт ли Манштейн ответственность за действия айнзатцгруппы D, подразделения, которое не находилось под его непосредственным контролем, но действовало в его зоне ответственности, стал одним из ключевых вопросов на суде. Обвинение утверждало, что Манштейн обязан был знать о деятельности этого подразделения и обязан был положить конец его геноцидальным операциям. Современные ученые, в том числе Рональд Смелсер и Бенуа Лемей, придерживаются мнения, что он почти наверняка солгал на своем суде и в Нюрнберге. Манштейн был признан виновным по девяти обвинениям и приговорен к восемнадцати годам тюремного заключения. Обвинения, по которым он был признан виновным, включали расстрел советских военнопленных, выполнение приказа о комиссарах и разрешение подчиненным расстреливать гражданских лиц. Сторонники Манштейна в Британии и Германии выразили протест. Лидделл Гарт лоббировал в британской прессе, а в Германии приговор был воспринят как политическое решение. В феврале 1950 года приговор был сокращен до 12 лет. Пейджет опубликовал бестселлер в 1951 году о карьере и суде Манштейна, в котором Манштейн был изображен как почетный солдат, героически сражавшийся, несмотря на подавляющее превосходство противника на Восточном фронте, и осужденный за преступления, которых он не совершал. Книга способствовала росту культа вокруг имени Манштейна. Его освобождение 7 мая 1953 года было частично связано с рецидивом проблем со зрением, но также и с давлением со стороны Уинстона Черчилля, Конрада Аденауэра, Лидделла Харта, Пейджета и других. Кроме того, британцы хотели, чтобы Германия участвовала в обороне Западной Европы, и Аденауэр поставил перевооружение Германии в зависимость от освобождения их военных преступников.

Manstein was moved to Nuremberg in October 1945. He was held at the Palace of Justice, the location of the Nuremberg trials of major Nazi war criminals and organisations. While there, Manstein helped prepare a 132 page document for the defence of the General Staff and the OKW, on trial at Nuremberg in August 1946. The myth that the Wehrmacht was "clean"not culpable for the events of the Holocaustarose partly as a result of this document, written largely by Manstein, along with General of Cavalry Siegfried Westphal. He also gave oral testimony about the Einsatzgruppen, the treatment of prisoners of war, and the concept of military obedience, especially as related to the Commissar Order, an order issued by Hitler in 1941, requiring all Soviet political commissars to be shot without trial. Manstein admitted that he received the order, but said he did not carry it out. Documents from 1941 presented at Nuremberg and at Manstein's own later trial contradict this claim: He actually received regular reports throughout that period regarding the execution of hundreds of political commissars. He denied any knowledge of the activities of the Einsatzgruppen, and testified that soldiers under his command were not involved in the murder of Jewish civilians. Otto Ohlendorf, commander of Einsatzgruppe D, contradicted this during his testimony, saying that not only was Manstein aware of what was happening but that the Eleventh Army was involved. In September 1946, the General Staff and the OKW were declared to not be a criminal organisation. Their decision was that a collection of military officers was not a group or organisation as defined by article 9 of their charter. After his testimony at Nuremberg, Manstein was interned by the British as a prisoner of war at Island Farm (also known as Special Camp 11) in Bridgend, Wales, where he awaited the decision as to whether or not he would face a war crimes trial. He mostly kept apart from the other inmates, taking solitary walks, tending a small garden, and beginning work on the drafts of two books. British author B. H. Liddell Hart was in correspondence with Manstein and others at Island Farm and visited inmates of several camps around Britain while preparing his best selling 1947 book On the Other Side of the Hill. Liddell Hart was an admirer of the German generals; he described Manstein as an operational genius. The two remained in contact, and Liddell Hart later helped Manstein arrange the publication of the English edition of his memoir, Verlorene Siege (Lost Victories), in 1958. The British cabinet, under pressure from the Soviet Union, finally decided in July 1948 to prosecute Manstein for war crimes. He and three other senior officers (Walther von Brauchitsch, Gerd von Rundstedt and Adolf Strauss) were transferred to Munsterlager to await trial. Brauchitsch died that October and Rundstedt and Strauss were released on medical grounds in March 1949. Manstein's trial was held in Hamburg from 23 August to 19 December 1949. Manstein faced seventeen charges at the trial, three of which pertained to events in Poland and fourteen regarding events in the Soviet Union. Charges included maltreatment of prisoners of war, co operation with the Einsatzgruppe D in murdering Jewish residents of the Crimea, and disregarding the welfare of civilians by using "scorched earth" tactics while retreating from the Soviet Union. The prosecution, led by senior counsel Arthur Comyns Carr, used an order Manstein had signed on 20 November 1941, based on the Severity Order that had been issued by Field Marshal Walther von Reichenau, to build their case that Manstein had known about and was complicit with the genocide. The order called for the elimination of the "Jewish Bolshevik system" and the "harsh punishment of Jewry". Manstein claimed that he remembered asking for a draft of such an order but had no recollection of signing it. American historians Ronald Smelser and Edward J. Davies wrote in 2008 that Manstein agreed with Hitler's idea that the war against the Soviet Union was a war to exterminate Judeo Bolshevism and that he committed perjury when he claimed not to remember signing his version of the Severity Order. Manstein's defence, led by the lawyer Reginald Thomas Paget, argued that the order was justified because many partisans were Jews, and therefore Manstein's order calling for all Jews to be executed was justified by his desire to protect his men from partisan attacks. He argued that Manstein was not compelled to disobey orders given by his sovereign government, even if such orders were illegal. Manstein, speaking in his defence, stated that he found the Nazi racial policy to be repugnant. Sixteen other witnesses testified that Manstein had no knowledge of or involvement in genocide. Paget called the Soviets "savages", arguing that Manstein showed restraint as a "decent German soldier" in upholding the laws of war when fighting against the Soviets, who displayed "appalling savagery". Whether or not Manstein was responsible for the activities of Einsatzgruppe D, a unit not under his direct control but operating in his zone of command, became one of the key points of the trial. The prosecution claimed it was Manstein's duty to know about the activities of this unit and also his duty to put a stop to their genocidal operations. Recent scholars, including Ronald Smelser and Benoît Lemay, are of the opinion that he almost certainly perjured himself at his trial and at Nuremberg. Manstein was found guilty on nine of the charges and was sentenced to eighteen years in prison. The charges for which he was found guilty included shooting Soviet war prisoners; carrying out the Commissar Order; and allowing subordinates to shoot civilians. Manstein's supporters in Britain and in Germany protested. Liddell Hart lobbied in the British press, and in Germany the sentence was seen as a political decision. The sentence was reduced to 12 years in February 1950. Paget published a best selling book in 1951 about Manstein's career and trial which portrayed Manstein as an honourable soldier fighting heroically despite overwhelming odds on the Eastern Front and who had been convicted of crimes that he did not commit. The book helped to contribute to the growing cult surrounding Manstein's name. His release on 7 May 1953 was partly a result of a recurrence of his eye problems but also the result of pressure by Winston Churchill, Konrad Adenauer, Liddell Hart, Paget, and others. Also, the British wanted Germany to take part in the defence of Western Europe, and Adenauer made Germany's re armament contingent on the release of their war criminals.

Антисемитизм

Манштейн считал, что большевизм и евреи неразрывно связаны, что существует глобальный заговор во главе с евреями, и что для того, чтобы остановить распространение коммунизма, необходимо удалить евреев из европейского общества. Его приказ от 20 ноября 1941 года, основанный на «Постановлении о строгости» Рейхэнау, гласит:

Манштейн ничего не предпринял для предотвращения убийства евреев и других гражданских лиц в районах, где действовали его подразделения, и в которых его Одиннадцатая армия активно участвовала. То, что Манштейн хорошо знал о массовых убийствах, совершаемых айнзатцгруппами, подтверждается письмом 1941 года, отправленным им Отто Олендорфу, в котором Манштейн требует передать ему наручные часы убитых евреев. Манштейн считал, что его люди заслужили эти часы, поскольку оказывали значительную помощь людям Олендорфа в их работе. Смелсер и Дэвис отмечают, что это было единственным случаем, когда Манштейн выразил недовольство деятельностью айнзатцгрупп. Позже Манштейн заявил, что считает количество евреев, убитых в Холокосте, преувеличенным. Антисемитизм был распространен в Германии и по всей Европе в тот период, и отношение Манштейна к евреям сформировалось под влиянием и ассимиляцией этих взглядов. Биограф Бенуа Лемай описывает действия Манштейна как отражение его лояльности Гитлеру и нацистскому режиму, а также его приверженности чувству долга, основанному на традиционных прусских военных ценностях. Его критика Гитлера касалась исключительно разногласий по вопросам ведения войны, но не расовой политики режима. Некоторые историки, в том числе Антони Бивор и Бенуа Лемай, полагают, что Манштейн имел еврейские корни. Манштейн был единственным офицером рейхсвера, выступившим против введения «арийского параграфа» в 1934 году. Он направил письмо генералу Беку с протестом, отметив, что любой, кто добровольно поступил на службу в вооруженные силы, уже доказал свою ценность. Лемай предположил, что Манштейн мог быть заинтересован в защите своих двух племянников-метисов, которые уже служили в рейхсвере. Возможно, его беспокоило также то, что у него могут быть дальние еврейские предки. СС провела расследование родословной Манштейна, но отчет так и не был завершен, и результаты остаются неизвестными.

Послевоенная жизнь и воспоминания

В 1955 году Манштейн вместе с десятью другими бывшими старшими офицерами был приглашен в Amt Blank для разработки планов по воссозданию немецкой армии. 20 июня 1953 года он выступил в Бундестаге, представив свой анализ стратегических факторов и вопросов обороны страны, а также рассуждая о том, должна ли Германия иметь профессиональную или призывную армию. По его мнению, срок службы призывников в Бундесвере должен составлять не менее 18 месяцев, а предпочтительно – 24 месяца. Его идея о создании сил резерва впоследствии была реализована. Военные мемуары Манштейна, "Verlorene Siege" (Потерянные победы), были опубликованы в Западной Германии в 1955 году и позднее переведены на несколько других языков. Книга стала бестселлером, получившим широкое признание, и содержала критику в адрес Гитлера и его стиля руководства. Историки, такие как Лидделл Гарт, рассматривали акцент Манштейна на исключительно военных аспектах войны, игнорируя политические и моральные вопросы, как попытку снять с себя и высшего командования ответственность за события Холокоста. Со временем он стал центром так называемого "военного культа", который представлял его не только как одного из величайших генералов Германии, но и как одного из величайших генералов в истории. Его описывали как *militärische Kult und Leitfigur* ("фигура военного культа и лидер"), легендарного, почти мифического генерала, высоко почитаемого как общественностью, так и историками. Биографы, в том числе Бенуа Лемай, полагают, что его узкая сосредоточенность на военных вопросах в ущерб моральным принципам не может считаться этичной. После освобождения из тюрьмы Манштейн и его жена несколько раз переезжали, некоторое время живя в Эссене и Бонне, прежде чем в 1958 году поселиться в доме недалеко от Мюнхена. Второй том его мемуаров, "Aus einem Soldatenleben" ("Жизнь солдата"), охватывающий период с 1887 по 1939 год, был опубликован в 1958 году. Его жена, Ютта Сибилле фон Манштейн, умерла в 1966 году. В день своего 80-летия Манштейн получил поздравления от верховного главнокомандующего Бундесвера, генерала Ульриха де Майзиера, в сопровождении свиты. Эрих фон Манштейн скончался от инсульта в ночь на 9 июня 1973 года в возрасте 85 лет. Будучи предпоследним выжившим немецким фельдмаршалом (Фердинанд Шёрнер умер 2 июля 1973 года), он был похоронен с полными военными почестями. На его похоронах присутствовали сотни солдат всех званий. В некрологе, опубликованном журналом "Шпигель", говорилось: "Он содействовал маршу к катастрофе, введенный в заблуждение слепым чувством долга".

Along with ten other former senior officers, Manstein was called on in 1955 by the Amt Blank to formulate plans for the re founding of the German army. On 20 June 1953, he spoke to the Bundestag, giving his analysis of strategic power considerations and the country's defence and spoke about whether the country should have a professional army or a conscripted army. His opinion was that the length of service for Bundeswehr conscripts should be at least 18 months, preferably 24 months. His idea to form a reserve force was later implemented. Manstein's war memoir, Verlorene Siege (Lost Victories), was published in West Germany in 1955 and was later translated into several other languages. The book was a highly acclaimed best seller, critical of Hitler and his leadership style. Historians such as Liddell Hart saw Manstein's emphasis on the purely military aspects of the war, while ignoring the political and moral aspects, as a way for him to absolve himself and the high command of any responsibility for the events of the Holocaust. Over the years, he became the centre of a "military cult" which cast him not only as one of Germany's greatest generals, but also one of the greatest in history. He has been described as a militärische Kult und Leitfigur ("military cult figure and leading personality"), a general of legendaryalmost mythicalability, much honoured by both the public and historians. Biographers, including Benoît Lemay, feel that his narrow focus on military matters to the exclusion of moral issues cannot be considered ethical. Manstein and his wife moved several times after his release from prison, living in Essen and Bonn for a time before settling into a house near Munich in 1958. The second volume of his memoirs, Aus einem Soldatenleben ("A Soldier's Life"), covering the period from 1887 to 1939, was published in 1958. His wife, Jutta Sibylle von Manstein, died in 1966. On Manstein's 80th birthday, he received congratulations from the Bundeswehrs supreme high commander, General Ulrich de Maizière, with entourage. Erich von Manstein died of a stroke on the night of 9 June 1973 at the age of 85. As the penultimate surviving German field marshal (Ferdinand Schörner died 2 July 1973), he was buried with full military honours. His funeral was attended by hundreds of soldiers of all ranks. In Manstein's obituary, Spiegel magazine said, "He assisted in the march to catastrophe—misled by a blind sense of duty."

Официальные записи

Британские записи о процессе над Манштейном в настоящее время хранятся в Центре военных архивов Лидделл Харта при Королевском колледже Лондона. Показания Манштейна на Нюрнбергском процессе содержатся в трех файлах проекта «Авалон» Йельского университета: 9 августа 1946 года, 10 августа 1946 года и 12 августа 1946 года.