Введение

Японский режиссёр (1910–1998) – японский режиссёр и художник, снявший 30 фильмов за карьеру, охватывающую более пяти десятилетий. Он общепризнанно считается одним из величайших и наиболее влиятельных режиссёров в истории кинематографа. Куросава демонстрировал смелый, динамичный стиль, находясь под сильным влиянием западного кино, но при этом оставаясь самобытным; он принимал участие во всех аспектах кинопроизводства. Куросава начал работать в японской киноиндустрии в 1936 году, после непродолжительного периода работы художником. После нескольких лет работы в качестве ассистента режиссёра и сценариста он дебютировал как режиссёр во время Второй мировой войны с популярным боевиком «Сансиро Сугата» (1943). После войны, получивший высокую оценку критиков фильм «Пьяный ангел» (1948), в котором Куросава пригласил тогда малоизвестного актёра Тосиро Мифуне на главную роль, укрепил репутацию режиссёра как одного из самых значимых молодых кинематографистов Японии. Эти двое продолжили сотрудничество над ещё пятнадцатью фильмами. «Расёмон» (1950), премьера которого состоялась в Токио, неожиданно завоевал «Золотого льва» на Венецианском кинофестивале 1951 года. Коммерческий и критический успех этого фильма впервые открыл западные кинорынки для продукции японской киноиндустрии, что, в свою очередь, привело к международному признанию других японских режиссёров. Куросава снимал примерно по одному фильму в год на протяжении 1950-х и начала 1960-х годов, включая ряд высоко оценённых (и часто экранизируемых) фильмов, таких как «Икиру» (1952), «Семь самураев» (1954), «Трон в крови» (1957), «Ёдзиимбо» (1961) и «Высоко и низко» (1963). После 1960-х годов он стал значительно менее продуктивным; тем не менее, его более поздние работы, включая два его последних фильма, «Кагемуша» (1980) и «Ран» (1985), продолжали получать широкое признание. В 1990 году он был удостоен премии «Оскар» за пожизненные достижения. Посмертно он был назван «Азиатом века» в категории «Искусство, литература и культура» журналом AsianWeek и CNN, где он был назван одним из пяти человек, внесших наиболее значительный вклад в развитие Азии в XX веке. Его карьера была отмечена многочисленными ретроспективами, критическими исследованиями и биографиями в печатном и видеоформате, а также изданиями в различных средствах массовой информации.

Детство и юность (19101935)

Куросава родился 23 марта 1910 года в Оимачи района Омори Токио. Его отец Исаму (1864–1948), происходивший из семьи самураев префектуры Акита, работал директором младшей школы при Институте физического воспитания армии, а мать Сима (1870–1952) – из семьи купца в Осаке. Акира был восьмым и младшим ребенком в семье со средним достатком; к моменту его рождения двое его братьев и сестер уже выросли, а один умер, поэтому Куросава рос с тремя сестрами и братом. Помимо поощрения физических упражнений, Исаму Куросава был открыт к западным традициям и считал театр и кинематограф полезными для образования. Он поощрял детей смотреть фильмы, и юный Акира впервые увидел кино в шесть лет. Важным фактором, повлиявшим на его формирование, был его учитель начальной школы, господин Тачикава, чьи прогрессивные методы обучения пробудили в юном ученике сначала любовь к рисованию, а затем и общий интерес к образованию. В это время Акира также изучал каллиграфию и кендо. Еще одним важным влиянием в детстве был Хэйго Куросава (1906–1933), старший брат Акиры на четыре года. После Великого Кантоского землетрясения и последовавшей за ним резни в Канто в 1923 году Хэйго взял тринадцатилетнего Акиру, чтобы показать ему разрушения. Когда Акира хотел отвести взгляд от трупов людей и животных, разбросанных повсюду, Хэйго запретил ему это, призывая вместо этого встретиться со своими страхами лицом к лицу. Некоторые комментаторы полагают, что этот эпизод повлиял на дальнейшую художественную карьеру Куросавы, поскольку режиссер редко колебался перед тем, чтобы сталкиваться с неприятной правдой в своих работах. Хэйго был успешен в учебе, но вскоре после того, как ему не удалось поступить в лучшую школу Токио, он начал отдаляться от семьи, предпочитая сосредоточиться на своем интересе к иностранной литературе. Акира поселился с ним, и братья стали неразлучны. Под руководством Хэйго Акира увлеченно смотрел не только фильмы, но и театральные и цирковые представления, выставлял свои картины и работал в левом Пролетарском художественном союзе. Однако он так и не смог зарабатывать на жизнь искусством, и, поскольку он стал воспринимать большую часть пролетарского движения как "непосредственное воплощение неосуществленных политических идеалов на холсте", он потерял энтузиазм к живописи. С увеличением производства звуковых фильмов в начале 1930-х годов дикторы, такие как Хэйго, начали терять работу, и Акира вернулся к родителям. В июле 1933 года Хэйго покончил жизнь самоубийством. Куросава говорил о глубоком чувстве утраты, которое он испытал после смерти брата, и глава его книги "Что-то вроде автобиографии", посвященная этому событию и написанная почти через полвека, называется "История, которую я не хочу рассказывать". Всего через четыре месяца умер и старший брат Куросавы, оставив Акиру, в возрасте 23 лет, единственным из братьев Куросава, вместе с тремя его сестрами. В течение пяти лет работы ассистентом режиссера Куросава работал под руководством многих режиссеров, но наиболее важной фигурой в его становлении был Ямамото. Из 24 фильмов, в которых он участвовал в качестве ассистента, 17 были сняты под руководством Ямамото, многие из них – комедии с участием популярного актера Кэнити Эномото, известного как "Энокен". Ямамото развивал талант Куросавы, повысив его с третьего ассистента до главного ассистента всего через год. Ответственность Куросавы возросла, и он выполнял различные задачи: от строительства декораций и проявки пленки до поиска мест съемок, доработки сценария, репетиций, освещения, дубляжа, монтажа и съемок второго плана. В последнем фильме Куросавы в качестве ассистента Ямамото, "Конь" (1941), Куросава взял на себя большую часть производства, поскольку его наставник был занят съемками другого фильма. Ямамото посоветовал Куросаве, что хороший режиссер должен владеть сценарным мастерством. Куросава вскоре понял, что потенциальный доход от его сценариев намного выше, чем его зарплата ассистента режиссера. Позже он писал или был соавтором всех своих фильмов и часто создавал сценарии для других режиссеров, например, для фильма Сацуо Ямамото "Триумф крыльев" (Tsubasa no gaika, 1942). Эта внештатная работа сценаристом приносила Куросаве значительный доход вплоть до 1960-х годов, даже после того, как он прославился.

Военные фильмы и брак (19421945)

В течение двух лет после выхода фильма «Конь» в 1941 году Куросава искал сюжет, который мог бы послужить стартом его режиссерской карьере. К концу 1942 года, примерно через год после нападения Японии на Перл-Харбор, писатель Цунео Томита опубликовал роман о дзюдо «Сансиро Сугата», вдохновленный Мусаси Миямото, реклама которого заинтересовала Куросаву. Он купил книгу в день ее выхода, прочитал ее на одном дыхании и сразу же попросил Toho приобрести права на экранизацию. Его первоначальное предчувствие оправдалось, поскольку в течение нескольких дней еще три крупные японские киностудии также предложили выкупить права. Toho одержала победу, и Куросава приступил к подготовке к своей дебютной работе в качестве режиссера. Съемки «Сансиро Сугата» начались в Йокогаме в декабре 1942 года. Производство шло гладко, но согласование готового фильма с цензурой оказалось совсем другой задачей. Цензурное ведомство посчитало работу недопустимо «британско-американской» по меркам военного времени в Японии, и только благодаря вмешательству режиссера Ясудзиро Одзу, который поддерживал фильм, «Сансиро Сугата» был, наконец, одобрен к выпуску 25 марта 1943 года. (Куросаве тогда едва исполнилось 33 года.) Фильм имел как критический, так и коммерческий успех. Тем не менее, позднее цензурное ведомство решило вырезать около 18 минут отснятого материала, большая часть которого теперь считается утерянной. Затем он обратился к теме военных работниц на фабриках в фильме «Самая красивая» – пропагандистской картине, которую он снял в полудокументальном стиле в начале 1944 года. Чтобы добиться от актрис реалистичной игры, режиссер заставил их жить на настоящей фабрике во время съемок, питаться фабричной едой и обращаться друг к другу по именам своих персонажей. Он использовал подобные методы работы с актерами на протяжении всей своей карьеры. Во время съемок актриса, игравшая лидера фабричных работниц, Ёко Ягути, была избрана своими коллегами для представления их требований режиссеру. Она и Куросава постоянно спорили, и именно эти разногласия парадоксальным образом сблизили их. Они поженились 21 мая 1945 года, когда Ягути была на два месяца беременна (она больше не вернулась к актерской карьере), и оставались вместе до ее смерти в 1985 году. У них было двое детей, оба из которых пережили Куросаву по состоянию на 2018 год: сын Хисао, родившийся 20 декабря 1945 года, который работал продюсером на некоторых последних проектах своего отца, и дочь Кадзуко, родившаяся 29 апреля 1954 года, ставшая художником по костюмам. Незадолго до свадьбы Куросава, вопреки его воле, был вынужден студией снять продолжение своего дебютного фильма. Часто откровенно пропагандистская «Сансиро Сугата, часть II», премьера которой состоялась в мае 1945 года, обычно считается одной из его самых слабых работ. Куросава решил написать сценарий фильма, который был бы благосклонен к цензуре и менее затратен в производстве. «Люди, ступающие по хвосту тигра», основанный на пьесе Кабуки «Кандзинчо» и с участием комика Энокена, с которым Куросава часто работал во время работы ассистентом режиссера, был завершен в сентябре 1945 года. К тому времени Япония капитулировала, и началась оккупация Японии. Новые американские цензоры истолковали ценности, якобы пропагандируемые в фильме, как чрезмерно «феодальные» и запретили его к показу. Фильм вышел в прокат только в 1952 году, когда был выпущен еще один фильм Куросавы – «Икиру». По иронии судьбы, во время производства фильм уже подвергся критике со стороны японских цензоров военного времени как слишком западный и «демократический» (им особенно не понравился комический посыльный в исполнении Энокена), поэтому, скорее всего, фильм не увидел бы свет, даже если бы война продолжалась после его завершения.

Первые послевоенные работы (19461950)

После войны Куросава, под влиянием демократических идеалов оккупации, стремился создавать фильмы, которые установили бы новое уважение к личности и самоценности. Первый такой фильм, «Нет сожалений о нашей юности» (1946), вдохновленный как инцидентом в Такигаве в 1933 году, так и делом о шпионаже во время войны, связанным с Хоцуми Озаки, критиковал довоенный режим Японии за политическое угнетение. Нетипично для режиссера, героиней фильма является женщина – Юки (Сетсуко Хара), которая, родившись в привилегированном среднем классе, начинает сомневаться в своих ценностях в период политического кризиса. Первоначальный сценарий потребовал значительной переработки, и из-за спорной темы и пола главной героини, завершенная работа вызвала разногласия среди критиков. Тем не менее, фильм завоевал одобрение зрителей, которые использовали различные вариации названия в качестве послевоенного лозунга. Его следующий фильм, «Одно чудесное воскресенье», вышел в июле 1947 года и получил смешанные отзывы. Это относительно простая и сентиментальная история любви о небогатой послевоенной паре, пытающейся насладиться единственным выходным днем в опустошенном послевоенном Токио. Фильм испытал влияние Фрэнка Капры, Д.У. Гриффита и Ф.В. Мурнау, каждый из которых был одним из любимых режиссеров Куросавы. Еще одним фильмом 1947 года с участием Куросавы стал триллер-боевик «Снежный след», снятый Сенкичи Танигучи по сценарию Куросавы. В нем состоялся дебют молодого актера Тосиро Мифуне. Именно Куросава вместе со своим наставником Ямамото убедили Toho подписать контракт с Мифуне, во время прослушивания, где молодой человек произвел сильное впечатление на Куросаву, но оттолкнул большинство других членов жюри. «Пьяный ангел» часто считается первой значительной работой режиссера. Хотя сценарий, как и все работы Куросавы периода оккупации, подвергся переработке из-за американской цензуры, Куросава чувствовал, что это был первый фильм, в котором он смог свободно выразить себя. Это суровая история о враче, пытающемся спасти гангстера (якудзу) с туберкулезом, и это был первый раз, когда Куросава снял Мифуне, который впоследствии сыграл главные роли во всех, кроме одного из следующих 16 фильмов режиссера (исключением является «Икиру»). Хотя Мифуне не был выбран на главную роль в «Пьяном ангеле», его взрывная игра в роли гангстера настолько доминирует в драме, что переключает внимание с главного героя – алкоголика-врача, которого играет Такаси Шимура, уже снимавшегося в нескольких фильмах Куросавы. Однако Куросава не хотел подавлять огромную жизненную силу молодого актера, и мятежный характер Мифуне взволновал зрителей так же, как вызывающая позиция Марлона Брандо потрясла американскую публику несколько лет спустя. Премьера фильма в Токио в апреле 1948 года прошла с восторженными отзывами, и престижный опрос критиков Kinema Junpo назвал его лучшим фильмом года, первым из трех фильмов Куросавы, удостоенных этой чести. После завершения работы над «Пьяным ангелом» Toho оказалась втянута в многомесячную забастовку, в ходе которой профсоюз Toho занял территорию студии. Когда руководство Toho прекратило выплачивать зарплаты работникам, Куросава создал гастрольную театральную труппу для сбора средств, поставив «Предложение» Антона Чехова и адаптацию «Пьяного ангела» с участием Мифуне и Шимуры. Разочарованный раздорами и насилием между сотрудниками Toho, коварными тактиками руководства Toho и подавлением оккупации полицией и военными, Куросава покинул Toho, позже вспоминая: «Я понял, что студия, которую я считал своим домом, на самом деле принадлежала посторонним». Куросава вместе с продюсером Содзиро Мотоки и коллегами-режиссерами и друзьями Кадзиро Ямамото, Микио Нарусе и Сенкичи Танигучи сформировали новое независимое производственное подразделение под названием Film Art Association (Eiga Geijutsu Kyōkai). Для дебютной работы этой организации и первого фильма для студии Daiei Куросава обратился к современной пьесе Кадзуо Кикуты и вместе с Танигучи адаптировал ее для экрана. В «Тихом поединке» Тосиро Мифуне сыграл идеалистичного молодого доктора, борющегося с сифилисом, что было преднамеренной попыткой Куросавы отвести актера от амплуа гангстеров. Выпущенный в марте 1949 года, фильм имел кассовый успех, но обычно считается одним из менее значительных достижений режиссера. Его второй фильм 1949 года, также снятый Film Art Association и выпущенный Shintoho, – «Бродячая собака». Это детективный фильм (возможно, первый важный японский фильм в этом жанре), который исследует настроение Японии в период болезненного послевоенного восстановления через историю молодого детектива, сыгранного Мифуне, и его одержимости возвращением своего пистолета, украденного нищим ветераном войны, который использует его для грабежей и убийств. Адаптированный из неопубликованного романа Куросавы в стиле любимого писателя Жоржа Сименона, это было первое сотрудничество режиссера со сценаристом Рюзо Кикусима, который впоследствии помог написать сценарии к восьми другим фильмам Куросавы. Знаменитая, практически безмолвная сцена, продолжающаяся более восьми минут, показывает детектива, замаскированного под нищего ветерана, бродящего по улицам в поисках вора пистолета; в ней использовались реальные документальные кадры разрушенных войной районов Токио, снятые другом Куросавы Исиро Хондой, будущим режиссером «Годзиллы». Фильм считается предшественником современных полицейских процедурных и бадди-коп фильмов. «Скандал», выпущенный Shochiku в апреле 1950 года, был вдохновлен личным опытом и гневом режиссера по отношению к японской желтой прессе. Работа представляет собой амбициозную смесь судебной драмы и фильма о социальных проблемах, посвященного свободе слова и личной ответственности, но даже Куросава считал завершенный продукт драматически нефокусированным и неудовлетворительным, и с этим согласны почти все критики. Однако именно второй фильм Куросавы 1950 года в конечном итоге принес ему и японскому кинематографу новую международную аудиторию.

Международное признание (19501958)

После окончания "Скандала" к Куросаве обратилась студия Daiei с предложением снять для них еще один фильм. Куросава выбрал сценарий молодого сценариста, Шинобу Хасимото, который впоследствии работал над девятью его фильмами. Их первое совместное произведение было основано на экспериментальном рассказе Рюносуке Акутагавы "В роще", повествующем об убийстве самурая и изнасиловании его жены с различных, противоречивых точек зрения. Куросава увидел потенциал в сценарии и, с помощью Хасимото, доработал и расширил его, а затем представил Daiei, которая с радостью приняла проект из-за его небольшого бюджета. Съемки "Расёмона" начались 7 июля 1950 года и, после масштабных натурных съемок в первобытном лесу Нара, завершились 17 августа. Всего неделю потребовалось на спешный постпродакшн, осложненный пожаром в студии, и готовый фильм был впервые показан 25 августа в Императорском театре Токио, а на следующий день вышел в широкий прокат по всей стране. Фильм встретили сдержанными отзывами, многие критики были озадачены его уникальной темой и подходом, но, тем не менее, он стал умеренно успешным в финансовом плане для Daiei. Следующим фильмом Куросавы для Shochiku стал "Идиот", адаптация романа любимого писателя режиссера, Федора Достоевского. Действие перенесено из России в Хоккайдо, но в остальном картина близко следует оригиналу, что многие критики посчитали недостатком. Редакторская правка сократила первоначальную 265-минутную версию Куросавы до 166 минут, что сделало повествование чрезвычайно сложным для восприятия. Сильно отредактированная версия фильма считается одной из наименее удачных работ режиссера, а оригинальная полнометражная версия больше не существует. Современные отзывы о сильно урезанной отредактированной версии были крайне негативными, но фильм имел умеренный кассовый успех, во многом благодаря популярности одной из его звезд, Сэцуко Хара. Тем временем, без ведома Куросавы, "Расёмон" был представлен на Венецианском кинофестивале благодаря усилиям Джулианы Страмиджоли, японского представителя итальянской кинокомпании, которая увидела и оценила фильм и убедила Daiei подать его на фестиваль. 10 сентября 1951 года "Расёмон" был удостоен высшей награды фестиваля – "Золотого льва", что потрясло не только Daiei, но и международное киносообщество, которое в то время мало знало о многолетней кинематографической традиции Японии. После того, как Daiei ненадолго показала фильм с субтитрами в Лос-Анджелесе, RKO приобрела права на распространение "Расёмона" в Соединенных Штатах. Компания пошла на значительный риск. До этого на американском рынке вышел только один фильм с субтитрами, а единственным японским звуковым фильмом, коммерчески выпущенным в Нью-Йорке, была комедия Микио Нарусе "Жена! Будь как роза!" в 1937 году – как критический, так и кассовый провал. Однако коммерческий прокат "Расёмона", которому сильно помогли положительные отзывы критиков и даже колонки Эда Салливана, принес 35 000 долларов за первые три недели в одном нью-йоркском театре, что было почти немыслимой суммой в то время. Этот успех, в свою очередь, привел к увлечению японскими фильмами в Америке и на Западе в 1950-х годах, заменив энтузиазм по отношению к итальянскому неореализму. К концу 1952 года "Расёмон" был выпущен в Японии, Соединенных Штатах и большей части Европы. Среди японских режиссеров, чьи работы в результате стали завоевывать призы фестивалей и коммерческий прокат на Западе, были Кендзи Мидзогути ("Жизнь Охару", "Угэцу", "Сансё Басё") и, несколько позже, Ясудзиро Одзу ("Токийская история", "Поздняя осень") – художники, высоко ценимые в Японии, но до этого периода почти неизвестные на Западе. Растущая репутация Куросавы среди западной аудитории в 1950-х годах сделала западную публику более благосклонной к творчеству последующих поколений японских режиссеров, таких как Кон Ичикава, Масаки Кобаяси, Нагиса Осима и Сёхэй Имамура, а также Дзюдзо Итами, Такеси Китано и Такаси Миикэ. Его карьера, получившая импульс благодаря внезапной международной славе, Куросава, вновь объединившись со своей первоначальной киностудией Toho (которая впоследствии продюсировала его следующие 11 фильмов), приступил к работе над своим следующим проектом, "Икиру". Основанный на романе Льва Толстого "Смерть Ивана Ильича", фильм рассказывает о Такаси Симуре в роли Токийского чиновника Ватанабэ, страдающего от рака, который отправляется на последний поиск смысла жизни перед смертью. Для написания сценария Куросава привлек Хасимото, а также писателя Хидэо Огуни, который впоследствии стал соавтором двенадцати фильмов Куросавы. Несмотря на мрачную тему, сценаристы применили сатирический подход, который некоторые сравнивают с творчеством Брехта, как к бюрократическому миру своего героя, так и к культурной колонизации Японии США. (Американские поп-песни занимают видное место в фильме.) Благодаря этой стратегии создателям фильма обычно приписывают спасение картины от сентиментальности, свойственной драмам о персонажах с неизлечимыми заболеваниями. "Икиру" вышел в прокат в октябре 1952 года и получил восторженные отзывы – он принес Куросаве вторую награду "Лучший фильм" от журнала Kinema Junpo, – и огромный кассовый успех. Он остается самым признанным фильмом художника в современную эпоху. В декабре 1952 года Куросава взял своих сценаристов "Икиру", Шинобу Хасимото и Хидэо Огуни, на сорокапятидневное уединенное проживание в гостинице, чтобы создать сценарий для своего следующего фильма, "Семь самураев". Этот ансамблевый фильм стал первой настоящей самурайской картиной Куросавы, жанром, благодаря которому он прославился. Простая история о бедной фермерской деревне в Японии периода Сэнгоку, которая нанимает группу самураев для защиты от надвигающегося нападения бандитов, получила эпическое воплощение, с огромным актерским составом (в основном состоящим из ветеранов предыдущих постановок Куросавы) и тщательно проработанными экшн-сценами, растянувшимися почти на три с половиной часа экранного времени. Три месяца ушло на препродакшн и месяц на репетиции. Съемки заняли 148 дней, растянувшихся почти на год, прерываясь из-за производственных и финансовых проблем, а также проблем со здоровьем Куросавы. Фильм наконец-то вышел в прокат в апреле 1954 года, на полгода позже первоначальной даты выхода и примерно в три раза превысив бюджет, что сделало его на тот момент самым дорогим японским фильмом. (Однако, по голливудским стандартам, это был довольно скромно финансируемый проект, даже для того времени.) Фильм получил положительные отзывы критиков и стал хитом, быстро окупив вложенные в него деньги и предоставив студии продукт, который она могла и действительно продавала на международном рынке – хотя и с существенными правками. Со временем – с выходом в прокат немонтированных версий фильма в кинотеатрах и на домашнем видео – его репутация неуклонно росла. Некоторые комментаторы считают его величайшим японским фильмом, и в 1999 году опрос японских кинокритиков также назвал его лучшим японским фильмом. В последней (2022) версии широко известного опроса "Величайшие фильмы всех времен" журнала British Film Institute (BFI) Sight & Sound "Семь самураев" заняли 20-е место среди всех фильмов всех стран в опросе критиков и разделили 14-е место в опросе режиссеров, попав в списки десяти лучших фильмов 48 критиков и 22 режиссеров. В 1954 году ядерные испытания в Тихом океане вызывали радиоактивные дожди в Японии, и один конкретный инцидент в марте подверг японское рыболовное судно ядерному заражению с катастрофическими последствиями. Именно в этой тревожной атмосфере был задуман следующий фильм Куросавы, "Я живу в страхе". История рассказывает о пожилом владельце фабрики (Тосиро Мифунэ), настолько напуганном перспективой ядерной атаки, что он решает перевезти всю свою большую семью (как законную, так и внебрачную) в то, что он считает безопасной фермой в Бразилии. Производство прошло гораздо более гладко, чем у предыдущего фильма режиссера, но за несколько дней до окончания съемок скончался композитор Куросавы, соратник и близкий друг Фумио Хаясака (от туберкулеза) в возрасте 41 года. Музыку к фильму завершил ученик Хаясаки, Масару...

Рождение компании и Красная борода (19591965)

Начиная с «Расёмона», постановки Куросавы становились всё более масштабными, как и бюджеты режиссёра. Компания Toho, обеспокоенная этим развитием, предложила ему самому финансировать свои работы, тем самым уменьшив потенциальные убытки студии и одновременно получив больше художественной свободы в качестве сопродюсера. Куросава согласился, и в апреле 1959 года была основана компания Kurosawa Production Company, в которой Toho являлась мажоритарным акционером. Несмотря на риск собственных средств, Куросава выбрал историю, которая была более прямолинейно критична по отношению к японской бизнес- и политической элите, чем любая его предыдущая работа. «Плохой сон», основанный на сценарии племянника Куросавы, Майка Иноуэ, – это драма о мести молодого человека, который проникает в иерархию коррумпированной японской компании с намерением разоблачить виновных в смерти своего отца. Тема фильма оказалась актуальной: во время съёмок проходили массовые протесты «Анпо» против нового договора о безопасности между США и Японией, который многие японцы, особенно молодёжь, считали угрозой демократии страны, поскольку он давал слишком много власти корпорациям и политикам. Фильм вышел в прокат в сентябре 1960 года и получил положительные отзывы критиков и умеренный кассовый успех. 25-минутная вступительная сцена, изображающая свадебный приём в корпоративном стиле, широко признана одной из наиболее мастерски выполненных сцен Куросавы, однако остальная часть фильма часто воспринимается как менее впечатляющая. Фильм также подвергся критике за использование традиционного героя Куросавы в борьбе с социальным злом, которое нельзя решить действиями отдельных людей, какими бы смелыми или хитрыми они ни были. Второй фильм Kurosawa Production, «Ёдзи́мбо», рассказывает о ронине Сандзюро, который появляется в городе XIX века, разделённом двумя враждующими группировками, и сталкивает их друг с другом. Режиссёр использовал эту работу, чтобы поиграть с различными жанровыми условностями, особенно с вестернами, одновременно предложив беспрецедентно (для японского экрана) графическое изображение насилия. Некоторые критики видят в персонаже Сандзюро в этом фильме фантастическую фигуру, которая чудесным образом обращает вспять исторический триумф коррумпированного купеческого класса над классом самураев. В фильме, в котором Тацуя Накадаи исполнил свою первую крупную роль в фильме Куросавы, и с новаторской операторской работой Кадзуо Миягавы (который снимал «Расёмон») и Такао Сайто, состоялась премьера в апреле 1961 года, и он имел как критический, так и коммерческий успех, собрав больше, чем любой предыдущий фильм Куросавы. Фильм и его мрачно-комичный тон также были широко имитированы за рубежом. «За пригоршню долларов» Серджио Леоне был практически (несанкционированным) ремейком сцен за сценой, в результате чего Toho подала иск от имени Куросавы и выиграла дело. После успеха «Ёдзи́мбо» компания Toho оказала давление на Куросаву, чтобы он создал продолжение. Куросава обратился к сценарию, написанному до «Ёдзи́мбо», переработав его, чтобы включить героя своего предыдущего фильма. «Сандзюро» стал первым из трёх фильмов Куросавы, снятых по произведениям писателя Сюгоро Ямамото (другие – «Красная борода» и «Додэскадэн»). Он более лёгкий по тону и ближе к традиционному историческому фильму, чем «Ёдзи́мбо», хотя история о борьбе за власть внутри клана самураев изображена с ярко выраженными комическими оттенками. Фильм вышел в прокат 1 января 1962 года, быстро превзойдя кассовые сборы «Ёдзи́мбо» и получив положительные отзывы. Куросава также поручил Toho приобрести права на фильм «Королевский выкуп», роман о похищении, написанный американским автором и сценаристом Эваном Хантером под псевдонимом Эда МакБейна, как часть его серии детективных романов «87-й участок». Режиссёр намеревался создать произведение, осуждающее похищение, которое он считал одним из самых тяжких преступлений. Саспенс-триллер под названием «Высоко и низко» был снят во второй половине 1962 года и выпущен в марте 1963 года. Он побил кассовый рекорд Куросавы (третий фильм подряд, достигший этого), стал самым кассовым японским фильмом года и получил восторженные отзывы. Однако его триумф был несколько омрачён тем, что фильм, по иронии судьбы, был обвинен в разжигании волны похищений, произошедших в Японии примерно в то же время (сам Куросава получал угрозы похищения, направленные на его маленькую дочь Кадзуко). «Высоко и низко» многие критики считают одной из сильнейших работ режиссёра. Куросава быстро перешёл к своему следующему проекту, «Красной бороде». Основанный на сборнике рассказов Сюгоро Ямамото и включающий элементы из романа Достоевского «Униженные и оскорблённые», это исторический фильм, действие которого происходит в клинике для бедных в середине XIX века, где гуманистические темы Куросавы получают, пожалуй, своё наиболее полное выражение. Высокомерный и материалистичный молодой врач, Ясумото, прошедший обучение за границей, вынужден стать интерном в клинике под строгим руководством доктора Ниидэ, известного как «Акахигэ» («Красная борода»), которого играет Мифунэ. Хотя поначалу он сопротивляется Красной Бороде, Ясумото начинает восхищаться его мудростью и смелостью и начинает видеть в пациентах клиники, которых он сначала презирал, достойных сострадания и уважения. Юдзо Каяма, сыгравший Ясумото, в то время был чрезвычайно популярным кино- и музыкальным исполнителем, особенно благодаря своей серии музыкальных комедий «Молодой парень» (Вакадайсё), поэтому его участие в фильме практически гарантировало Куросаве хорошие кассовые сборы. Съёмки, самые продолжительные в карьере режиссёра, заняли более года (после пяти месяцев подготовки) и завершились весной 1965 года, оставив режиссёра, его съёмочную группу и актёров измотанными. Премьера «Красной бороды» состоялась в апреле 1965 года, и фильм стал самым кассовым японским фильмом года и третьим (и последним) фильмом Куросавы, возглавившим престижный ежегодный опрос критиков журнала Kinema Jumpo. Он остаётся одной из самых известных и любимых работ Куросавы в его родной стране. За пределами Японии критики разделились во мнениях. Большинство комментаторов признают его технические достоинства, а некоторые хвалят его как одну из лучших работ Куросавы, в то время как другие утверждают, что ему не хватает сложности и подлинной повествовательной силы, а ещё другие считают, что он представляет собой отход от прежней приверженности художника социальным и политическим изменениям. Фильм ознаменовал собой своего рода конец эпохи для его создателя. Сам режиссёр признал это во время выхода фильма на экраны, заявив критику Дональду Ричи, что цикл определённого рода только что завершился и что его будущие фильмы и методы производства будут другими. Его предсказание оказалось верным. Начиная с конца 1950-х годов, телевидение всё больше доминировало в досуге бывшей большой и лояльной японской киноаудитории. И по мере падения доходов кинокомпаний падала и их готовность к риску, особенно к риску, связанному с дорогостоящими методами производства Куросавы. «Красная борода» также ознаменовала собой хронологическую середину карьеры художника. За предыдущие двадцать девять лет в киноиндустрии (включая пять лет в качестве помощника режиссёра) он снял двадцать три фильма, в то время как в последующие двадцать восемь лет, по многим сложным причинам, он завершил только семь. Кроме того, по причинам, которые так и не были должным образом объяснены, «Красная борода» стал его последним фильмом с Тосиро Мифунэ. Ю Фудзики, актёр, работавший над фильмом «На дне», заметил, говоря о близости двух мужчин на съёмочной площадке: «Сердце господина Куросавы было в теле господина Мифунэ». Дональд Ричи описал их взаимоотношения как уникальный «симбиоз».

Голливудский обход (19661968)

Когда в 1966 году закончился эксклюзивный контракт Куросавы с Toho, 56-летний режиссер серьезно задумался о переменах. Наблюдая за сложным положением отечественной киноиндустрии и получив уже десятки предложений из-за рубежа, идея работы за пределами Японии привлекала его как никогда прежде. Для своего первого зарубежного проекта Куросава выбрал историю, основанную на статье в журнале Life. Боевик Embassy Pictures, который должен был быть снят на английском языке и назывался просто «Runaway Train», мог бы стать его первой работой в цвете. Но языковой барьер оказался серьезной проблемой, и английская версия сценария даже не была завершена к моменту предполагаемого начала съемок осенью 1966 года. Съемки, требовавшие снега, были перенесены на осень 1967 года, а затем отменены в 1968 году. Почти два десятилетия спустя другой иностранный режиссер, работавший в Голливуде, Андрей Кончаловский, наконец снял «Runaway Train» (1985), хотя и по новому сценарию, вольно основанному на сценарии Куросавы. Тем временем режиссер включился в гораздо более амбициозный голливудский проект. «Tora! Tora! Tora!», созданный 20th Century Fox и Kurosawa Production, должен был показать японское нападение на Перл-Харбор с американской и японской точек зрения, при этом Куросава руководил бы японской частью, а англоязычный режиссер – американской. Он несколько месяцев работал над сценарием с Рюзо Кикусимой и Хидео Огуни, но очень скоро проект начал распадаться. Режиссером американских эпизодов оказался не Дэвид Лин, как планировалось изначально, а американец Ричард Флейшер. Бюджет также был сокращен, а хронометраж, выделенный для японского сегмента, теперь составлял не более 90 минут – серьезная проблема, учитывая, что сценарий Куросавы превышал четыре часа. После многочисленных правок с непосредственным участием Дэррила Занука более или менее окончательный вариант сценария был согласован в мае 1968 года. Съемки начались в начале декабря, но Куросава проработал режиссером чуть больше трех недель. Ему было трудно работать с незнакомой съемочной группой и требованиями голливудской постановки, а его методы работы ставили в тупик американских продюсеров, которые в конечном итоге пришли к выводу, что режиссер психически нездоров. Куросава был осмотрен нейропсихологом доктором Мураками в Киотском университетском госпитале, чей диагноз был передан Дэррилу Зануку и Ричарду Зануку в студии Fox, где указывалось на диагноз неврастении: «Он страдает от нарушения сна, возбужден чувством тревоги и маниакальным возбуждением, вызванным вышеупомянутым заболеванием. Ему необходим отдых и лечение в течение более двух месяцев». В канун Рождества 1968 года американцы объявили, что Куросава покинул проект из-за «усталости», фактически уволив его. В конечном итоге его заменили двумя режиссерами, Киндзи Фукасаку и Тосио Масуда, для японских эпизодов фильма. «Tora! Tora! Tora!», наконец вышедший на экраны в сентябре 1970 года, был, по словам Дональда Ричи, «почти безоговорочной трагедией» в карьере Куросавы. Он потратил годы своей жизни на логистически сложный проект, к которому в конечном итоге не внес ни одного метра отснятого им материала. (Он убрал свое имя из титров, хотя сценарий, использованный для японской части, все еще был его и его соавторов.) Он отдалился от своего давнего соратника, писателя Рюзо Кикусимы, и больше никогда с ним не работал. Проект непреднамеренно выявил коррупцию в его собственной производственной компании (ситуация, напоминающая его собственный фильм «Плохой сон»). Его психическое здоровье было поставлено под сомнение. Хуже всего, японская киноиндустрия, а возможно, и сам Куросава, начали подозревать, что он больше никогда не снимет фильм.

Тяжелое десятилетие (1969-1977)

Зная, что его репутация была под угрозой после нашумевшего провала «Тора! Тора! Тора!», Куросава быстро перешел к новому проекту, чтобы доказать свою состоятельность. Ему на помощь пришли друзья и известные режиссеры Кэйсукэ Киношита, Масаки Кобаяси и Кон Ичикава, которые вместе с Куросавой в июле 1969 года основали продюсерскую компанию под названием «Клуб Четырех Рыцарей» (Yonki no kai). Хотя планировалось, что каждый из четырех режиссеров создаст фильм, предполагается, что истинной мотивацией остальных троих было облегчить Куросаве успешное завершение фильма и, следовательно, его возвращение в индустрию. Первым предложенным и разрабатываемым проектом был исторический фильм под названием «Дора Хейта», но когда его признали слишком дорогим, внимание переключилось на «Додесукаден» – экранизацию еще одной работы Сюгоро Ямамото, вновь о бедных и обездоленных. Фильм был снят быстро (по меркам Куросавы) примерно за девять недель, и Куросава стремился показать, что он по-прежнему способен работать быстро и эффективно в рамках ограниченного бюджета. Для своей первой цветной работы динамичный монтаж и сложные композиции его ранних фильмов были отложены в сторону, и художник сосредоточился на создании смелой, почти сюрреалистической палитры основных цветов, чтобы раскрыть токсичную среду, в которой живут персонажи. Фильм вышел в Японии в октябре 1970 года, но, несмотря на умеренный успех у критиков, был встречен равнодушием зрителей. Картина оказалась убыточной и привела к роспуску «Клуба Четырех Рыцарей». Первоначальная реакция за рубежом была несколько более благоприятной, но с тех пор «Додесукаден» обычно рассматривается как интересный эксперимент, несравнимый с лучшими работами режиссера. После трудностей с производством «Додесукадена» Куросава в следующем году впервые в своей карьере обратился к работе на телевидении, создав документальный фильм «Песнь о лошади» о чистокровных скаковых лошадях. В фильме использовался закадровый голос вымышленного мужчины и ребенка (озвученных теми же актерами, что и нищий и его сын в «Додесукаден»). Это единственный документальный фильм в фильмографии Куросавы; небольшая съемочная группа включала его давнего соратника Масару Сато, который написал музыку. «Песнь о лошади» также уникальна в творчестве Куросавы тем, что в титрах указан редактор, что позволяет предположить, что это единственный фильм Куросавы, который он не смонтировал самостоятельно. Не имея возможности получить финансирование для дальнейшей работы и, как сообщается, испытывая проблемы со здоровьем, Куросава, по-видимому, достиг предела своих возможностей: 22 декабря 1971 года он несколько раз перерезал себе запястья и горло. Попытка самоубийства оказалась безуспешной, и здоровье режиссера быстро восстановилось, после чего Куросава ушел в домашнюю жизнь, не уверенный, будет ли он когда-нибудь снимать новые фильмы. В начале 1973 года советская студия «Мосфильм» обратилась к режиссеру с предложением о сотрудничестве. Куросава предложил экранизацию автобиографического произведения русского исследователя Владимира Арсеньева «Дерсу Узала». Книга об охотнике-голди, живущем в гармонии с природой, пока его не уничтожает надвигающаяся цивилизация, была тем, что он хотел снять с 1930-х годов. В декабре 1973 года 63-летний Куросава отправился в Советский Союз с четырьмя своими ближайшими помощниками, начав полуторагодовое пребывание в стране. Съемки начались в мае 1974 года в Сибири, и съемки в чрезвычайно суровых природных условиях оказались очень трудными и изнурительными. Фильм был завершен в апреле 1975 года, и совершенно истощенный и скучающий по дому Куросава вернулся в Японию со своей семьей в июне. Премьера «Дерсу Узала» состоялась в Японии 2 августа 1975 года и имела успех в прокате. Хотя критика в Японии была сдержанной, фильм получил лучшие отзывы за рубежом, завоевав Золотую премию на 9-м Московском международном кинофестивале, а также премию «Оскар» за лучший фильм на иностранном языке. Сегодня критики по-прежнему расходятся во мнениях относительно фильма: одни считают его примером предполагаемого художественного упадка Куросавы, а другие относят его к его лучшим работам. Несмотря на то, что ему поступали предложения по телевизионным проектам, он не проявлял интереса к работе за пределами мира кино. Тем не менее, любивший выпить режиссер согласился сняться в серии телевизионных рекламных роликов виски Suntory, которые вышли в эфир в 1976 году. Боясь, что он больше никогда не сможет снять фильм, режиссер тем не менее продолжал работать над различными проектами, писать сценарии и создавать подробные иллюстрации, намереваясь оставить визуальный отчет о своих планах на случай, если он никогда не сможет снять свои истории.

Два эпоса (1978 1986)

В 1977 году Джордж Лукас выпустил «Звёздные войны» — чрезвычайно успешный научно-фантастический фильм, испытавший влияние фильма Куросавы «Скрытая крепость». Лукас, как и многие другие режиссёры Нового Голливуда, почитал Куросаву и считал его образцом для подражания, и был потрясён, узнав, что японский кинорежиссёр не смог получить финансирование для новой работы. В июле 1978 года они встретились в Сан-Франциско, чтобы обсудить проект, который Куросава считал наиболее финансово целесообразным: «Кагемуша» — эпическую историю вора, нанятого в качестве двойника средневекового японского лорда могущественного клана. Лукас, восхищённый сценарием и иллюстрациями Куросавы, использовал своё влияние в 20th Century Fox, чтобы убедить студию, уволившую Куросаву всего десять лет назад, заняться производством «Кагемуши», а затем пригласил своего коллегу Фрэнсиса Форда Копполу в качестве сопродюсера. Производство началось в следующем апреле, и Куросава был полон энтузиазма. Съёмки продолжались с июня 1979 года по март 1980 года и были сопряжены с проблемами, в том числе с увольнением исполнителя главной роли, Синтаро Кацу — известного по роли популярного персонажа Дзатоити, — из-за инцидента, когда актёр, вопреки желанию режиссёра, настоял на видеозаписи своей игры. (Его заменил Тацуя Накадай, исполнивший первую из двух подряд главных ролей в фильмах Куросавы.) Фильм был завершён всего на несколько недель позже запланированного срока и был показан в Токио в апреле 1980 года. Он быстро стал хитом в Японии. Фильм также имел успех у критиков и в прокате за рубежом, завоевав престижную «Золотую пальмовую ветвь» на Каннском кинофестивале 1980 года в мае, хотя некоторые критики, тогда и сейчас, упрекают фильм в его якобы холодности. Куросава провёл большую часть оставшегося года в Европе и Америке, продвигая «Кагемушу», получая награды и признание, а также выставляя свои рисунки, использованные в качестве раскадровок к фильму, как произведения искусства. Международный успех «Кагемуши» позволил Куросаве приступить к следующему проекту — «Ран» (фильм), ещё одной эпической картине в том же духе. Сценарий, частично основанный на трагедии Шекспира «Король Лир», изображал безжалостного и кровожадного даймё (военачальника) в исполнении Тацуи Накадая, который, неразумно изгнав своего единственного верного сына, передаёт своё царство двум другим сыновьям, которые затем предают его, погружая всё королевство в войну. Поскольку японские киностудии всё ещё опасались финансировать фильм, который мог бы стать одним из самых дорогих в истории страны, снова потребовалась международная помощь. На этот раз её предоставил французский продюсер Серж Сильберман, продюсировавший последние фильмы Луиса Бунюэля. Съёмки начались только в декабре 1983 года и продолжались более года. В январе 1985 года производство «Рана» было приостановлено из-за болезни 64-летней жены Куросавы, Ёко. Она скончалась 1 февраля. Куросава вернулся к завершению фильма, и «Ран» был впервые показан на Токийском кинофестивале 31 мая, а на следующий день вышел в широкий прокат. Фильм имел умеренный коммерческий успех в Японии, но больший за рубежом, и, как и с «Кагемушей», Куросава отправился в путешествие по Европе и Америке, где посетил премьеры фильма в сентябре и октябре. «Ран» получил несколько наград в Японии, но не был удостоен там такого же признания, как многие лучшие фильмы режиссёра 1950-х и 1960-х годов. Однако киномир был удивлён, когда Япония предпочла другой фильм в качестве официального кандидата на премию «Оскар» в категории «Лучший иностранный фильм», который в итоге не прошёл отбор на 58-й церемонии вручения премии «Оскар». Как продюсер, так и сам Куросава объяснили неудачу подачи «Рана» на конкурс недоразумением: из-за сложных правил киноакадемии никто не был уверен, можно ли считать «Ран» японским фильмом, французским фильмом (из-за его финансирования) или и тем, и другим, поэтому он вообще не был представлен. В ответ на то, что казалось явным пренебрежением со стороны соотечественников, режиссёр Сидни Люмет успешно инициировал кампанию по выдвижению Куросавы на премию «Оскар» за лучшую режиссуру в том году (в итоге награду получил Сидни Поллак за фильм «Из Африки»). Эми Вада, художник по костюмам «Рана», получила единственный «Оскар» для фильма. «Кагемуша» и «Ран», особенно последний, часто считаются одними из лучших работ Куросавы. После выхода «Рана» Куросава называл его своим лучшим фильмом, что стало значительным изменением в отношении режиссёра, который на вопрос о том, какой из его фильмов он считает лучшим, всегда отвечал: «следующий».

Заключительные работы и последние годы (1987-1998)

Для своего следующего фильма Куросава выбрал тему, совершенно отличную от всего, что он снимал ранее. В то время как некоторые из его предыдущих картин (например, «Пьяный ангел» и «Кагемуша») включали короткие сцены сновидений, «Сны» должны были полностью основываться на собственных снах режиссера. Примечательно, что впервые более чем за сорок лет Куросава, для этого глубоко личного проекта, написал сценарий самостоятельно. Хотя его предполагаемый бюджет был ниже, чем у предшествующих фильмов, японские студии по-прежнему отказывались финансировать его производство, поэтому Куросава обратился к другому известному американскому поклоннику, Стивену Спилбергу, который убедил Warner Bros. приобрести международные права на готовый фильм. Это облегчило его сыну, Хисао, в качестве сопродюсера и будущего главы Kurosawa Production, получение займа в Японии для покрытия производственных расходов. Съемки заняли более восьми месяцев, а премьера «Снов» состоялась в Каннах в мае 1990 года и была встречена вежливым, но сдержанным приемом, аналогичным реакции, которую фильм вызвал в других странах мира. В 1990 году он получил премию «Оскар» за пожизненные достижения. В своей благодарственной речи он знаменито сказал: «Я немного обеспокоен, потому что пока не чувствую, что понимаю кинематограф». В то время Боб Томас из The Daily Spectrum отметил, что Куросава «многие критики считают величайшим из ныне живущих режиссеров». Затем Куросава обратился к более традиционной истории с фильмом «Рапсодия в августе» — первой его работой, полностью произведенной в Японии после «Додэскадена» более чем за двадцать лет, — в которой исследованы шрамы, оставленные ядерной бомбардировкой, уничтожившей Нагасаки в конце Второй мировой войны. Фильм был адаптирован из романа Киёко Мураты, но отсылки к бомбардировке Нагасаки в фильме исходили от режиссера, а не из книги. Это был единственный его фильм, в котором роль досталась американской кинозвезде: Ричарду Гиру, сыгравшему небольшую роль племянника пожилой героини. Съемки начались в начале 1991 года, а премьера фильма состоялась 25 мая того же года и вызвала преимущественно негативную критику, особенно в Соединенных Штатах, где режиссера обвинили в наивной антиамериканской пропаганде, что Куросава отвергал. Куросава немедленно приступил к следующему проекту: «Мададаё, или Еще не». Основанный на автобиографических эссе Хяккэна Утиды, фильм рассказывает о жизни японского профессора немецкого языка во время и после Второй мировой войны. Повествование сосредоточено на ежегодных празднованиях дня рождения с его бывшими учениками, во время которых главный герой заявляет о своем нежелании умирать — тема, которая становилась все более актуальной для 81-летнего создателя фильма. Съемки начались в феврале 1992 года и завершились в конце сентября. Премьера фильма 17 апреля 1993 года была встречена еще более разочаровывающим приемом, чем у его двух предыдущих работ. Тем не менее, Куросава продолжал работать. Он написал оригинальные сценарии «Море наблюдает» в 1993 году и «После дождя» в 1995 году. В 1995 году, дорабатывая последнюю работу, Куросава поскользнулся и сломал основание позвоночника. После этого несчастного случая он всю оставшуюся жизнь передвигался в инвалидном кресле, что положило конец любым надеждам на то, что он снимет еще один фильм. Его давнее желание — умереть на съемочной площадке во время съемок — так и не сбылось. После несчастного случая здоровье Куросавы начало ухудшаться. Хотя его ум оставался острым и ясным, тело слабело, и в последние полгода жизни режиссер большую часть времени проводил в постели, слушая музыку и смотря телевизор. 6 сентября 1998 года Куросава умер от инсульта в Сэтагае, Токио, в возрасте 88 лет. На момент смерти у Куросавы было двое детей: сын Хисао Куросава, женатый на Хироко Хаяси, и дочь Казуко Куросава, вышедшая замуж за Хараюки Като, а также несколько внуков.

Стиль, темы и методы

Куросава демонстрировал смелый, динамичный стиль, находящийся под сильным влиянием западного кино, но при этом отличный от него; он принимал участие во всех аспектах кинопроизводства. Он был талантливым сценаристом и тесно сотрудничал со своими соавторами с момента разработки фильма, чтобы обеспечить высокое качество сценария, который он считал прочным фундаментом хорошего фильма. Он часто сам выступал в качестве монтажёра своих фильмов. Его команда, известная как "Kurosawa gumi" (黒澤組), в которую входили оператор Асаказу Накай, ассистент по производству Теруюо Ногами и актёр Такаси Симура, отличалась преданностью и надёжностью. Стиль Куросавы характеризуется рядом приёмов и техник. В своих фильмах 1940-х и 1950-х годов он часто использовал "осевую склейку", при которой камера движется к объекту или от него посредством серии согласованных скачков, а не плавных пролётов или переходов. Другой стилистической особенностью является "монтаж в движении", который показывает движение на экране в двух или более кадрах, а не в одном непрерывном. Формой кинематографической пунктуации, тесно связанной с Куросавой, является протирание (вайп), эффект, создаваемый с помощью оптического принтера: линия или полоса, кажется, перемещается по экрану, стирая конец сцены и открывая первое изображение следующей. В качестве переходного приёма он используется вместо прямой склейки или перехода; в его зрелых работах протирание стало визитной карточкой Куросавы. В саундтреке к фильмам Куросава предпочитал звуковой контрапункт, когда музыка или звуковые эффекты, казалось, иронически комментируют изображение, а не подчёркивают его. В мемуарах Теруюо Ногами приведено несколько примеров из фильмов «Пьяный ангел» и «Бродячая собака». Куросава также сотрудничал с несколькими выдающимися современными японскими композиторами, включая Фумио Хаясаку и Тору Такэмицу. Куросава использовал ряд повторяющихся тем в своих фильмах: отношения между учителем и учеником, обычно старшим наставником и одним или несколькими новичками, которые часто включают в себя духовное, а также техническое мастерство и самоконтроль; героический чемпион, выдающаяся личность, которая выделяется из массы людей, чтобы создать что-то или исправить несправедливость; изображение экстремальных погодных условий как драматических приёмов и символов человеческой страсти; и повторение циклов жестокого насилия в истории. По словам Стивена Принса, последняя тема, которую он называет «контр-традицией к преданному, героическому стилю кино Куросавы», началась с фильма «Трон в крови» (1957) и повторилась в фильмах 1980-х годов.